Глава 97.
Времена года в городе Хуацзян быстро менялись. Золотые листья еще падали накануне, но после ночи сильного снегопада улицы были заполнены голыми мертвыми деревьями, а холодный ветер дул в лица людей.
Стеклянные стены здания JL, возвышающегося в центре города, отражали прямую сине-белую линию горизонта вдалеке. Зимний туман окутывал весь город, а свежий утренний ветер был пронзительным. Ю Мянь по-прежнему приходил рано.
Дверь склада плотно закрылась со звуком пульта дистанционного управления. В то же время холодный воздух снаружи склада был полностью перекрыт.
Молодой человек снял пальто и толстые хлопчатобумажные перчатки, прежде чем подойти к семиметровой крестообразной железной раме, которая была изначально построена. Он умело и аккуратно открыл ткань инструментов и немедленно посвятил себя своей ежедневной скульптурной работе.
Ю Мянь никогда не был человеком, который работал за закрытыми дверями. В тот день, когда он подтвердил, что вышел в финал «Кубка Звезд», он внимательно прочитал информацию о двух других претендентах, которые будут бороться с ним за золотую медаль.
Лай Чжикуань из группы дизайна костюмов и Фан Сюэнань из группы масляной живописи... они оба были сильными противниками с выдающимися способностями.
Ю Мянь никогда не стоял на месте в самодовольной манере. Он продолжал двигаться вперед.
Он никогда не считал, что вероятность победы всегда равна 100%. Уверенность — это хорошо, но самоуспокоенность рыла ему самому могилу.
Ю Мянь вчера поздно вечером не спал и просматривал все предыдущие работы Лай Чжикуаня и Фан Сюэнаня.
Познакомившись с творческими стилями двух финалистов, Ю Мянь начал предполагать, как они интерпретируют тему «возрождения».
Преимущество скульптурной группы заключалось в ее непревзойденной возможности трехмерного просмотра.
Это было конкурентным преимуществом: группа масляной живописи и группа дизайна костюмов не могли конкурировать с ним по силуэту и форме.
Ю Мянь должен был преувеличить эти преимущества в конфронтационном соревновании до тех пор, пока они не станут экстремальными.
Гигантский стальной прут, стоявший перед ним, был покрыт глиной.
Ю Мянь забрался на возвышение, закатал рукава, взял пластиковое ведро и начал придавать скульптуре форму.
Не так давно он получил от организаторов «Кубка Звезд» более подробные правила соревнований.
Обширная подготовительная работа группы скульпторов отличалась от двух других групп, поэтому он мог придать работе форму на две трети до официального конкурса. Затем каждый должен был завершить конечный продукт в течение двух с половиной часов в день конкурса.
Ю Мянь пристально смотрел на пластиковый стол перед собой, всецело отдаваясь своему творению.
Он пришел в себя только тогда, когда его разбудил будильник, поставленный на стол.
Ю Мянь повернулся боком, посмотрел вниз на источник звука и раздраженно зашипел. Осталось еще немного незаконченного...
Будильник, специально купленный Пэй Хуайцзи и помещенный в комнату со скульптурами, звонил в полдень и в 5 часов вечера каждый день.
Ю Мянь не знал, где Пэй Хуайцзи купил этот странно сконструированный будильник. В любом случае, он не смог найти кнопку, чтобы изменить время будильника.
Он работал, даже когда он его разобрал.
Ю Мянь стоял на возвышении, а в ушах все еще звенел будильник.
Он повернул голову, чтобы посмотреть на скульптуру, а затем на звенящий будильник. Поколебавшись несколько секунд, он наконец медленно спустился с возвышенной платформы. Он снял одноразовые перчатки, испачканные глиной, и выбросил их в мусорное ведро.
Бесчисленные запросы на добавление в друзья зажглись на экране его телефона в рюкзаке. Если бы Ю Мянь не перевел телефон в беззвучный режим, он, вероятно, был бы раздражен все утро.
Ю Мянь нахмурился и взглянул на уведомления, но обнаружил, что все они были от Хо Яньчжи и Янь Тинсюаня.
Эти два человека, казалось, учавствовали в раздражающем соревновании. Они начали отправлять запросы на добавление в друзья один за другим примерно с 9 часов утра. Имена двух разных претендентов сменяли друг друга, заставляя Ю Мяня щелкать языком от раздражения.
Ю Мянь не знал, что делают Хо Яньчжи и Янь Тинсюань, но он знал, что его телефон даже не сможет включить звук уведомления о сообщении, если они продолжат «соревноваться» таким образом.
Итак, поколебавшись несколько секунд, Ю Мянь одобрил запросы на добавление в друзья этих двух людей. Затем он быстро добавил их в черный список, и другая сторона даже не заметила этого.
Ю Мянь наконец расслабил брови, увидев, что список чата снова стал чистым.
Как раз когда Ю Мянь закончил свою серию действий, кто-то позвонил в колокольчик за дверью склада. Это было ровно три раза, как напоминание.
Ю Мянь вышел из скульптурной комнаты, закутавшись в шарф и шерстяную шапку. Холодный воздух заставил его мгновенно вздрогнуть.
Прошло больше недели с тех пор, как он пришел в эту складскую скульптурную комнату. Президент JL, у которого обычно было много дел, приходил к нему каждый день, как по будильнику, чтобы попросить его пойти поесть, больше недели.
Ю Мянь беспомощно пожал плечами. Край его белой шерстяной шапки слегка упал на брови, сделав янтарные глаза молодого человека немного круглее. Его обычно холодная белая кожа зимой выглядела немного теплой и милой.
Ю Мянь спокойно сказал: «Я почти закончил утреннюю работу».
Голос молодого человека был негромким. Казалось, он жаловался тихим голосом на этот тип «заботы», которая заставляла его есть, когда приходило время.
Пэй Хуайцзи был одет в дорогой костюм, длинный серо-коричневый бархатный пиджак и серый шарф того же цвета, висящий на его шее. Было только одно слово, чтобы описать этот образ: дорогой.
Пэй Хуайцзи приподнял бровь и, приводя убедительные доказательства, сказал: «Научные исследования показывают, что обедать нужно вовремя».
Ю Мянь поджал губы и не стал опровергать это.
«А что, если я скажу, что принес тебе новости, которые ты хочешь знать?» — спросил Пэй Хуайцзи.
Ю Мянь, который следовал за Пэй Хуайцзи, был ошеломлен, услышав эти слова. Затем он понял, что направление, в котором его вел Пэй Хуайцзи, не было обычным кафетерием JL.
«Куда мы едем?» — спросил Ю Мянь, сев на заднее сиденье машины.
Пэй Хуайцзи небрежно приподнял бровь: «Здание Юпин».
Ю Миан вспомнил кое-что, услышав эти слова.
Он уже проверял упомянутый в романе детский дом Ансин. Казалось, что такой ресторан был недалеко от города, где находился детский дом.
Пэй Хуайцзи увидел задумчивый взгляд Ю Мяня и взял на себя инициативу объяснить: «Это то, что тебе нужно».
Ю Мянь моргнул, и его руки на коленях невольно сжались: «Президент Пэй нашел что-то еще?»
Прошло несколько недель с тех пор, как они говорили о биологических родителях Ю Мяня. Ю Мянь был морально готов, но он не ожидал увидеть результаты так скоро.
Прежде чем Ю Мянь успел занервничать, Пэй Хуайцзи сказал глубоким голосом: «Я только что обнаружил нечто иное, нежели то, что мы считали правдой».
Пэй Хуайцзи тактично напомнил Ю Мяню, что пока не стоит питать слишком больших надежд.
Если бы это было что-то другое, Пэй Хуайцзи обязательно рассказал бы Ю Мянб, узнав конкретное имя. Однако этот вопрос отличался от всего остального.
Пэй Хуайцзи чувствовал, что Ю Мянь должен был узнать немедленно. Даже если информация не касалась правды, он чувствовал, что должен был рассказать Ю Мяню.
Глаза Ю Мяня изогнулись, когда он улыбнулся: «Я знаю».
Пейзаж по пути постепенно менялся: от оживленного города до отдаленного пригорода.
Несмотря на то, что название «Здание Юпин» было очень громким, только остановившись у дверей заведения, они поняли, что ресторан с таким названием на самом деле был небольшим домашним рестораном.
Водитель Сяо Ли держал руль и чесал голову. «Президент Пэй, вам нужно найти другое место?»
Пэй Хуайцзи искоса взглянул на Ю Мяня. Он увидел, что молодой человек с любопытством осматривает окрестности, и спокойно ответил: «Нет нужды менять место. Просто останемся здесь».
Пэй Хуайцзи и Ю Мянь вышли из машины один за другим. Ю Мянь стоял рядом с крышкой канализационного люка. Было много людей, которые ехали на работу и возвращались с работы на велосипедах. Узкие улочки были полны людей и выглядели оживленными.
Из окон здания Юпин валил пар. Ю Мянь слышал крики хозяйки изнутри.
"Стол 2! Жареные требухи!"
Пэй Хуайцзи сделал жест Сяо Ли, и водитель тут же уехал первым.
Ю Мянь поднял голову и улыбнулся Пэй Хуайцзи: «Президент Пэй привык есть в таких местах?»
Пэй Хуайцзи поднял глаза и ступил на пыльную грязную улицу в своих дорогих кожаных туфлях высокого качества.
Безразличное выражение лица Пэй Хуайцзи напомнило Ю Мяню о том, как тот впервые зашёл к нему в класс.
В то время под лунным светом Пэй Хуайцзи без всякого смущения вошел в класс скульптуры, покрытый глиной и гипсом.
Пэй Хуайцзи опустил глаза, посмотрел прямо на Ю Мяня и улыбнулся. Казалось, он пытался успокоить слишком нервное настроение другого человека.
Пэй Хуайцзи сказал: «Похоже, в меню большой выбор. Может быть, когда ты был совсем маленьким, младше четырех или пяти лет, кто-то привел тебя сюда».
Ю Мянь беспомощно прищурился: «Это было больше десяти лет назад. Это не обязательно так».
В тот момент, когда Ю Мянь закончила говорить, хозяйка здания Юпин закричала, держа в руках посуду: «Почему это невозможно? Этот магазин может быть и маленький, но он работает уже более 20 лет!»
Среди шума толпы голос хозяйки был очень пронзительным.
Честная женщина средних лет в розовом фартуке высунула голову из окна, чрезвычайно любезно улыбнулась и спросила: «Вы двое придете сюда поесть?»
Ю Мянь искоса взглянул на Пэй Хуайцзи, словно проверяя, действительно ли тот хочет здесь поесть.
Увидев, что Пэй Хуайцзи кивнул, Ю Мянь повернул голову, улыбнулся хозяйке и ответил: «Да, мы пришли поесть».
Взгляд хозяйки на несколько секунд упал на Ю Мяня. Она нахмурилась и прошипела несколько раз: «Этот младший брат…»
В тот момент, когда сердце Ю Мяня подскочило к горлу, он услышал, как другой человек рассмеялся и сказал: «Твои глаза похожи на глаза ребенка смешанной расы».
Ю Мянь последовал за Пэй Хуайцзи в ресторан, молча размышляя о том, что это может быть правдой.
В небольшом магазине, который снаружи казался оживленным, было занято всего четыре стола. Казалось, что только хозяйка поддерживала оживленную атмосферу.
Ю Мянь и Пэй Хуайцзи выбрали место возле кондиционера и сели. Хозяйка в нужный момент подала меню: «Что вы хотите съесть?»
Независимо от того, был ли это Пэй Хуайцзи или Ю Мянь, они оба выглядели богатыми и благородными. Это очень смутило хозяйку. Как такие люди могли прийти сюда поесть? Это было действительно странно.
Прежде чем она успела продолжить размышления, следующий вопрос Пэй Хуайцзи еще больше разжег ее любопытство.
«Знает ли хозяйка, есть ли здесь поблизости детский дом под названием «Ансин»?»
В магазине было не так много людей. Несколько человек сидели и ели, глядя на телевизор, висящий рядом с дверью. Они не обращали внимания на ситуацию со стороны Пэй Хуайцзи и Ю Мяня.
Хозяйка не была уверена, чего хотят эти двое, поэтому ответила не сразу.
Увидев это, Ю Мянь опустил глаза и взглянул на меню. Он постучал пальцем и сказал: «Я закажу жареный рис с утиными потрохами».
Сделав заказ, Ю Мянь улыбнулся. То, как изогнулись его брови, мгновенно развеяло большую часть сомнений, которые только что испытала хозяйка.
Пэй Хуайцзи спокойно сказал: «Я буду вонтоны».
Закончив говорить, мужчина вернул меню хозяйке и небрежно сказал: «Это место так сильно изменилось».
Ю Мянь сразу понял и начал сотрудничать с Пэй Хуайцзи. Он поднял голову, чтобы посмотреть на хозяйку, и сказал с небрежной улыбкой: «Я просто спрашиваю небрежно. Я жил здесь некоторое время много лет назад. Теперь, когда я вернулся, я обнаружил, что многие места были перестроены, и я их не знаю».
Как только Ю Мянь это сказал, хозяйка тут же удивленно улыбнулась: «Правда?»
«Неужели дошло до того, что вы его даже не узнаете?»
Хозяйка отбросила свою настороженность и задумалась: «Упомянутый вами детский дом Ансин все еще здесь, и там все еще много детей».
Ю Мянь спросил: «Неужели некому усыновить столько детей?»
Хозяйка фыркнула: «Если бы в наши дни не было болезней и катастроф, кто бы выбрасывал своих детей? У каждого из них что-то не так».
«Кроме того, наше место удаленное. Название детский дом Ансин звучит красиво, но на самом деле это приют».
Детские дома и приюты отличались не только тем, звучали ли они красиво или нет. Что еще важнее, они принадлежали разным категориям. Одни принадлежали государству, а другие — частным лицам.
Ю Мянь и Пэй Хуайцзи переглянулись.
Пэй Хуайцзи нахмурился и спросил: «Поскольку это приют, эти дети даже не могут получить регистрацию своего домохозяйства, верно?»
Персонал на кухне закричал, чтобы подавали еду. Хозяйка поспешно сказала: «С государственными субсидиями в эти годы регистрация детей по месту жительства могла быть зарегистрирована в полицейском участке. Однако предыдущую партию вообще нельзя было зарегистрировать!»
Хозяйка развернулась и пошла на кухню, чтобы заняться своими делами.
Ю Мянь нахмурился. Через несколько секунд он поднял голову и сказал Пэй Хуайцзи: «Невозможно не иметь регистрацию домохозяйства. В таком случае дети, которые не были усыновлены, даже не смогли бы ходить в детский сад».
Пэй Хуайцзи постучал пальцами по столу. Он немного подумал, прежде чем сказать: «Этот тип детского дома, у которого нет возможности получить регистрацию домохозяйства, будет использовать метод регистрации имени заботливого спонсора, когда он был в хаосе давным-давно».
«Заботливый спонсор?» — спросил Ю Мянь.
Пэй Хуайцзи торжественно кивнул: «Большинство из них знакомы с директором приюта. Поскольку мы знаем, что детский дом Ансин ранее не имел регистрационных квалификаций, это будет легко проверить».
Они вдвоем закончили скромный обед и только что вышли из здания Юпина, как услышали позади себя взрыв тихих криков.
Ю Мянь был одет в белую плюшевую шапку. Он обернулся и увидел несколько старшеклассниц, несущих школьные сумки в углу. Они еще больше возбудились, когда увидели, как Ю Мянь обернулся.
«Ю Мянь! Это действительно Ю Мянь!»
«Такой красивый и такой высокий».
Старшеклассницы были откровенны и милы. Они уставились на Пэй Хуайцзи, стоявшего рядом с Ю Мянем, и тут же закричали во весь голос: «Аааа, президент Пэй!»
«Вы двое держитесь за руки? Вы вместе? Вы встречаетесь?»
«Мы обещаем никому не рассказывать!»
Ю Мянь в растерянности поднял руку и натянул шерстяную шапку. Он молча подумал: «Директор Хун, это не моя вина».