Глава 17.
Сегмент «Правда или действие» на пляже наконец закончился, и сотрудники программы убрали свои камеры.
Восемь гостей шли бок о бок к маленькому домику на белой скале. Как только они толкнули дверь и вошли в дом, теплый воздух мгновенно ударил им в лицо.
Все вздохнули с облегчением.
В конце концов, сейчас ранняя осень, и требуется немало упорства, чтобы записать программу на пляже поздним вечером.
Закадровый голос Хун Шэна прозвучал на экране как раз в тот момент, когда дверь каюты закрылась.
Хун Шэн: «Первый день записи практически закончен. Гости могут вернуться в свои комнаты, чтобы отдохнуть. Перед сном вы должны отправить текстовые сообщения, чтобы проголосовать за гостя по своему выбору».
Слова режиссера свидетельствовали о том, что сегодняшняя запись подходит к концу.
Все, кто находился в доме, невольно расслабились, каждый выглядел немного уставшим.
Гуань Тун поднял руку и спросил: «Вернет ли нам съемочная группа наши телефоны?»
Возможностей поучаствовать в таких шоу не так уж много, поэтому Гуань Тун очень хочет записать какой-нибудь материал на свой мобильный телефон и, возможно, отправить бонусные кадры своим поклонникам за пределами шоу.
В ответ на вопрос Гуань Туна, Хун Шэн объяснил: «Поскольку сегодня у всех первая сессия записи, поэтому мы забрали ваши мобильные телефоны. Начиная с завтрашнего дня продюсер программы будет следовать за гостями, чтобы записывать вашу ежедневную рабочую рутину».
Все ждали его следующих слов.
Хун Шэн кивнул и с улыбкой сказал: «Итак, я верну вам телефоны сегодня вечером».
Услышав это, Гуань Тун послал в камеру воздушный поцелуй.
Даже Ю Мянь, который сидел тихо и дремал, заинтересовался, и его глаза загорелись.
«Кубок Звезд» был уже близко, и ему действительно необходимо поддерживать связь с внешним миром во время записи программы.
Как только Хун Шэн закончил говорить, сотрудники команды программы вернули все мобильные телефоны, собранные у гостей.
«Итак, теперь осталась только одна часть», — сказал Хун Шэн, щелкнул пальцами и протянул карточку с заданием из-под камеры.
Там написано: [Гости в домике завтра получат свое первое душевное свидание. Гости могут выбрать любую из следующих двух групп.]
Как только Ю Мянь увидел слова «душевное свидание», он больше не смел задремать. Он тут же широко открыл глаза и пошел за остальными, чтобы сесть за журнальный столик перед диваном.
По предложению команды программы, ирисы и ландыши сели по обе стороны, а перед каждым из них разместили те же две картины.
Ю Мянь наклонился вперед и бросил быстрый взгляд.
Обе эти картинки абстрактны. Похоже, команда программы не хочет напрямую объявлять место свидания, а хочет, чтобы они угадывали.
Гуань Тун нахмурился и долго думал, затем указал на церковь на первой картинке и беспомощно сказал: «Что это значит? Мы пойдем в церковь на свидание?»
Шэнь Наньсяо сдержал улыбку.
Гуань Тун намеренно поддразнил: «Директор, это слишком быстро, не так ли?»
Ю Мянь был этим удивлен и несколько раз рассмеялся.
В отличие от ирисов, четверо гостей ландышей молчали, и никто даже не произнес ни слова.
Их взгляды были прикованы к двум картинкам перед ними, и они, казалось, колебались, какую из них выбрать.
Видя, что обе группы гостей не могут принять решение, Хун Шэн напомнил им: «Возможно, кто-то из специалистов по искусству сможет угадать некоторые подсказки».
Как только прозвучало слово «искусство», взгляды всех упали на Ю Мяня и Бай Линя.
Гуань Тун вдруг сказал: «Бай Линь, разве ты не специалист по масляной живописи? Это должно быть твоей специальностью! Взгляни на эти две картины и посмотри, какие подсказки в них скрыты».
Бай Линя по непонятной причине позвали, и на его лице отразилось некоторое колебание, но он все же подошел поближе, чтобы рассмотреть две фотографии.
На первой картинке изображена церковь, а на второй — несколько переплетенных кругов.
Бай Линь нахмурился и не мог сказать ни слова. Все это было в беспорядке. Он не знал, какие подсказки скрывались в этой картине.
Все глаза были прикованы к Бай Линю в течение трех секунд, пока уши Бай Линя не покраснели, но он не смог высказать ни единого слова своего мнения.
В тот момент, когда Бай Линь собирался продемонстрировать слабость и покраснеть, Пэй Хуайцзи, сидевший по другую сторону, внезапно сказал: «Ю Мянь, ты знаешь, что изображают эти две картины?»
Гуань Тун посмотрел на красную шею Бай Линя и откинулся на спинку дивана с улыбкой в глазах.
«Дорогой, ты должен знать», — улыбнулся Гуань Тун и схватил Ю Мяня за руку.
На самом деле, Ю Мянь не хотел быть в центре внимания, но он был слишком сонным, и теперь ему просто хотелось побыстрее закончить последнюю часть и отдохнуть.
Поэтому он ничего не скрывал и сразу протянул руку и нажал на первую картинку. Не колеблясь, он объяснил: «Это французская готическая церковь 13-го века. Она высокая, сложная и великолепная. Линии эскиза простые и резкие, и на всей картинке нет закругленных углов».
«Поэтому место, представленное на этой картине, должно быть полно порядка и правил».
Постепенно все затихло, остался только голос Ю Мяня.
Шея мальчика была слегка согнута, когда он смотрел на картину, а его прекрасная челюсть сияла полупрозрачным светом.
Серьёзный взгляд придавал ему чрезвычайно обаятельный и притягательный вид.
Ю Мянь немного подумал и пришел к выводу: «Вероятнее всего, это будет спортивное соревнование с четкими правилами, но также возможно, что съемочная группа сделает наоборот и проведет захватывающую игру, нарушающую правила».
Придерживаясь принципа спешки, Ю Мянь не дала другим возможности похвалить его, а после рассказа о первой картине сразу перешла к следующей.
«Вторая картина — полная противоположность церкви, которую мы видим сейчас. Это постмодернистская абстрактная живопись со множеством пауз в мазках, множеством закругленных углов и почти полным отсутствием прямых линий».
Пальцы Ю Мяня слегка коснулись бумаги, его взгляд на мгновение смягчился, он улыбнулся и сказал: «Она очень теплая на ощупь».
«Это должно быть спокойное и нежное свидание, без чрезмерной физической активности».
Хун Шэн и другие сотрудники, стоявшие за камерой, были ошеломлены.
Этот Ю Мянь такой классный!
Хун Шэн не смог скрыть восхищения в своих глазах и тут же сказал: «Подсказки на двух картинках найдены. Пожалуйста, выберите свою собственную группу свиданий».
Гуань Тун вскрикнул и обнял Ю Мяня за плечи: «Дорогой мой, ты потрясающий! Ты ведь отличный ученик, да?»
Ю Мянь моргнул, его каштановые вьющиеся волосы упали ему на лоб, придавая ему очень мягкий вид.
«Базовые знания искусства», — сказал Ю Мянь.
Бай Линь, сидевший на диване рядом с ним, уже был полон смущения. В этот момент Ю Мянь произнес еще одно предложение о базовых знаниях, которое заставило его смутиться настолько, что он почти захотел пойти наверх в свою комнату.
Будь ты проклят, Ю Мянь, ему просто нужно было украсть у него всеобщее внимание.
Выслушав анализ Ю Мяня, четыре ландыша посмотрели на две картинки на столе с разными выражениями лиц.
Пэй Хуайцзи протянул руку и без малейшего колебания выбрал первый снимок церкви.
Юнь Гуанцинь тут же последовал за ним и взял еще одну картинку церкви.
Поэтому Янь Тинсюань и Хо Яньчжи могли выбирать только изображения с закругленными линиями.
Хо Яньчжи потер щеку и беспомощно улыбнулся: «Нежное свидание, возможно, мне не подходит. Кто-нибудь хочет поменяться со мной местами?»
Пэй Хуайцзи сделал вид, что не слышит, а Юнь Гуанцинь помахал изображением церкви в руке и улыбнулся: «Кто первый схватит, тот и получит».
Юнь Гуанцинь: «Обычно ты слишком много тренируешься, сейчас самое время отдохнуть».
Хо Яньчжи напряг шею и щелкнул языком.
Янь Тинсюань равнодушно слушал явную и тайную борьбу между Юнь Гуанцинем и Хо Яньчжи, а его взгляд скользнул к ирисам, сидевшим по другую сторону.
Бай Линь колебался несколько секунд, прежде чем схватить вторую фотографию с округлыми линиями.
Он ничего не смыслил в спорте, поэтому у него не было выбора, кроме как выбрать эту группу.
Шэнь Наньсяо и Гуань Тун атаковали одновременно, один захватил группу закругленных линий, а другой — группу церкви.
Ю Мянь сидел рядом с ними, скрестив руки на груди, и ждал, пока все остальные закончат выбор, прежде чем медленно протянул руку и взял последний оставшийся снимок церкви.
Увидев это, Хун Шэн напомнил: «Восемь гостей были разделены на группы. Сегодняшняя запись окончена. Не забудьте отправить свои согревающие душу текстовые сообщения перед сном!»
Наконец, послышались слова «запись окончена», все встали и ушли.
Ю Мянь тут же направился к входу, чтобы забрать свой багаж.
Хо Яньчжи, который заранее выбрал комнату, так как собирался принять душ во второй половине дня, попрощался со всеми и сразу пошел наверх, чтобы отдохнуть.
Янь Тинсюань стоял у лестницы, смотрел на вход и необъяснимым образом вспомнил: «На втором этаже есть пустая комната».
В настоящее время Хо Яньчжи, Янь Тинсюань и Бай Линь живут на втором этаже. Юнь Гуанцинь выбрал комнату в конце коридора на первом этаже.
Ю Мянь стоял у входа и не обращал внимания на слова Янь Тинсюаня.
Напротив, Гуань Тун, который нес свой багаж, оживился и спросил: «Есть ли свободная комната на втором этаже? Тогда я пойду».
Янь Тинсюань на некоторое время остановился и снова взглянул на вход.
Гуань Тун впереди него уже поднимался со своим багажом. Янь Тинсюань смог только спуститься на несколько ступенек, чтобы помочь Гуань Туну нести багаж, а затем повернулся и пошел наверх.
Из других гостей, которые ушли прибраться в комнатах и отдохнуть, только Юнь Гуанцинь не только не вернулся в свою комнату, но даже надел пальто и маску.
Шэнь Наньсяо прошел мимо него и спросил: «Ты выходишь?»
Юнь Гуанцинь надел один из наушников и поднял брови. Его длинные волосы были связаны в небольшой пучок на затылке резинкой. Его высокая и прямая фигура была покрыта серым пальто. Нижняя половина лица мужчины была закрыта маской, открывая только пару тонких глаз.
Юнь Гуанцинь выглядел очень похоже на знаменитость. Он улыбнулся Шэнь Наньсяо и сказал долгим голосом: «Есть объявление. Мне нужно ехать в аэропорт».
Шэнь Наньсяо кивнул и успокаивающе сказал: «Это тяжелая работа».
Юнь Гуанцинь приложил палец к Bluetooth-гарнитуре и собирался заговорить с Ю Мянем, который проходил мимо него, но неожиданно этот человек, казалось, вообще его не заметил и просто прошел мимо.
Юнь Гуанцинь: «…»
Ю Мянь подтолкнул багаж к двум комнатам в середине первого этажа.
Шэнь Наньсяо жил в самой дальней комнате, и теперь пустовали только две смежные средние спальни.
У Пэй Хуайцзи было совсем немного багажа, и, судя по всему, он давно привык останавливаться в отелях во время деловых поездок.
Пэй Хуайцзи опустил глаза и взглянул на Ю Мяня: «В какой комнате ты хочешь остановиться?»
Ю Мянь изначально думал, что он может выбрать только ту, которую оставит Пэй Хуайцзи, но он не ожидал, что мужчина действительно спросит его мнения.
Ю Мянь знал, что Пэй Хуайцзи не из тех, кто тратит время на вежливые разговоры, поэтому он ответил прямо и четко: «Мне нужна комната слева».
Эта комната также далеко от Юнь Гуанциня.
Пэй Хуайцзи кивнул, не сказав больше ничего, и тут же понес свой чемодан в другую спальню.
Как раз в тот момент, когда Ю Мянь толкнул дверь и собирался войти, позади него раздался голос Юнь Гуанциня.
«Эй, ты притворяешься, что не видишь меня?» — спросил Юнь Гуанцинь, наполовину снимая маску.
Ю Мянь немного помедлил, неся багаж, затем вошел, не оглядываясь, развернулся и закрыл дверь.
Все за один раз.