Глава 5.

Господин Хо?!

Хо Яньчжи внезапно нахмурился.

Когда Ю Мянь задал этот вопрос, Гуань Тун и Шэнь Наньсяо одновременно повернули головы и уставились на Хо Яньчжи.

Это романтическое шоу! Хо Яньчжи также был ландышем, а Ю Мянь был таким красивым. Они общались на кухне, и им потребовалось всего несколько минут, чтобы их сердца затрепетали.

Но как раз когда гости в доме и звезды в студии звукозаписи готовились принять первую волну неоднозначного воздействия, прямота Хо Яньчжи превзошла все ожидания. Даже не отказавшись вежливо, он поспешно отвернул голову, чтобы избежать этого, и сказал глубоким голосом: «Нет необходимости».

Мужчина в камере нахмурился, поджал губы, и его сопротивление было очевидным.

В этот момент все гости в студии нахмурились в замешательстве.

Будучи преданным зрителем боксерских поединков Хо Яньчжи, Го Су мог только неловко улыбнуться и попытаться объяснить: «Он, возможно, слишком нервничает».

Ведущий Цюй Шао вторил ему: «В новой обстановке психическое состояние людей действительно будет более напряженным, не говоря уже о таком развлекательном шоу, но я думаю, что Хо Яньчжи все еще нужно разобраться со своим менталитетом».

После нескольких секунд всеобщего молчания Гуань Тун, чтобы разрядить обстановку, улыбнулся и сказал Ю Мяню: «Дорогой, я тоже не хочу есть».

Ю Мянь нахмурился и слегка кивнул, как будто его вообще не затронул отказ Хо Яньчжи. Он даже как будто ожидал этого. Он поднял руку и положил два куска теста в кипящую воду.

Решительный и прямой.

В этот момент Гуань Тун внезапно вспомнил, что как раз перед тем, как Ю Мянь спросил Хо Яньчжи, хочет ли он съесть лапшу, он достал из шкафа только две пачки лапши.

Был ли вопрос только что просто формальностью?

Шэнь Наньсяо, стоявший рядом, похоже, тоже хотел разрядить обстановку и взял на себя инициативу завязать разговор: «Команда программы обязательно позволит гостям готовить себе самим позже, поэтому сейчас правильно есть меньше, иначе мы не сможем есть ночью».

Звуки разговоров всех присутствующих доносились до ушей Хо Яньчжи, но в данный момент у него не было времени обращать на них внимание.

Потому что только что, помимо нежелания иметь ничего общего с Ю Мянем, Хо Яньчжи на самом деле ощутил в своем сердце след необъяснимого гнева.

Но почему он рассердился? Просто потому, что Ю Мянь назвал его господином Хо?

Хотя он и не хотел этого признавать, руки Хо Яньчжи, висевшие по бокам, были слегка напряжены, а мускулы вздулись.

Спустя более десяти секунд мужчина постепенно успокоился от эмоций, вызванных бесстрастным обращением Ю Мяня «Господин Хо».

Разве не этого он хотел? Хо Яньчжи молча отвернулся, не глядя на Ю Мяня. Его сильный кадык тяжело покачивался, полный дикости.

Гуань Тун, молча наблюдавший за гостями в доме, почувствовал смущение и удивление, когда увидел, как сцена перед ним переросла в это необъяснимое состояние.

Гуань Тун задался вопросом: может ли быть недоразумением, что Хо Яньчжи пристально смотрел на Ю Мяня с того момента, как тот вошел в дом? Он ошибся?! В противном случае, почему Хо Яньчжи отверг бы подход Ю Мяня и принял бы на себя выражение сопротивления и безразличия?

Разве это не отталкивает людей? Как можно так общаться с гостем, который тебе нравится?

Но, глядя на Ю Мяня с другой стороны, он не показал никакого выражения, получив отказ Хо Яньчжи. Он был так спокоен, как будто знал, что результат будет таким.

Гуань Тун тихо вздохнул.

Неправильно.

Поведение Ю Мяня скорее говорит о том, что ему все равно, чем о том, что он спокоен.

Взгляд Гуань Туна некоторое время перемещался с Ю Мяня на Хо Яньчжи, и после трех или четырех раз он, наконец, прекратил свои беспорядочные догадки.

В такой тихой и безмолвной обстановке фарфоровый горшочек внезапно издал теплый булькающий звук, и лапша приготовилась.

Остальные трое, за исключением Ю Мяня, как будто внезапно пришли в себя и снова принялись болтать за акриловым столом на кухне.

«Согласно правилам дома, я не могу спрашивать, но мне действительно интересно, сколько лет брату Хо». Гуань Тун рассмеялся и поддразнил: «Если я сейчас буду называть тебя братом Хо, ты ведь не будешь моложе меня к тому времени, не так ли?»

Хо Яньчжи закатал рукава рубашки, обнажив мускулистые руки, тем самым нарушив напряженную атмосферу и непринужденно присоединившись к разговору.

«Кто знает, брат Гуань».

Гуань Тун закрыл лицо руками и воскликнул: «Ни за что!»

Хо Яньчжи нахмурил грубые брови и нарочито спросил: «Почему, я выгляжу очень старым?»

Гуань Тун быстро ответил: «Не совсем...»

Шэнь Наньсяо помог нести тарелку, и прежде чем повернуться, чтобы помочь Гуань Туну, он сказал: «Ты выглядишь взрослым».

Хо Яньчжи сильный и высокий, с молодыми и крепкими мускулами. На самом деле, вместо того, чтобы быть зрелым, его скорее можно назвать диким, из-за чего люди не могут не называть его братом.

Несколько человек подошли к обеденному столу.

Ю Мянь тихонько играла роль стороннего наблюдателя. Хотя он хорошо знал Хо Яньчжи, в этот момент он притворился незнакомцем, как будто его тоже смутил возраст Хо Яньчжи.

Хо Яньчжи выдвинул стул из-за обеденного стола и сел по диагонали напротив Ю Мяня, положив руки на спинку другого пустого стула, его поза была расслабленной и непринужденной. Он намеренно избегал взгляда Ю Мяня, но все еще, казалось, не мог не взглянуть на него.

Ю Мянь погрузился в воспоминания, слушая живой голос Гуань Туна.

Говоря об отношениях между Хо Яньчжи и ним, следует отметить, что они постепенно сблизились во время учебы на первом курсе.

Потому что до первого года обучения Ю Мянь всегда был окружен Янь Тинсюанем.

Янь Тинсюань был на несколько лет старше Ю Мяня, поэтому, когда Янь Тинсюань окончил учёбу и вступил в общество, Хо Яньчжи получил возможность занять его место и стать близким другом, который всегда был рядом с Ю Мянем.

Хотя Ю Мянь кажется общительным человеком, на самом деле он не очень общительный, поэтому у него всего несколько друзей.

Ян Тинсюань, который только что окончил учебу, был очень занят в юридической фирме. Он намеренно звонил и дразнил Ю Мяня несколько раз, когда слышал слухи о близости Хо Яньчжи и Ю Мяня.

Ю Мянь также приложил немало усилий, чтобы два хороших друга жили в мире.

Но теперь кажется, что ревность в то время была всего лишь уловкой, которую использовали Янь Тинсюань и Хо Яньчжи, чтобы убить время.

Ю Мянь был готов признать, что слишком погрузился в роль и принял случайного знакомого за близкого друга.

Он больше не допустит подобной ошибки.

Горячий воздух задержался перед глазами Ю Мяня, размывая отстраненный и равнодушный взгляд и обнажая лишь очень красивые и четкие очертания.

Пальцы Хо Яньчжи, покоившиеся на спинке стула, внезапно сжались.

Пока все разговаривали, у двери дома позади них раздался внезапный шум.

Гуань Тун тут же перестал смеяться и обернулся.

Хо Яньчжи и Шэнь Наньсяо также повернули головы.

Только Ю Мянь взял палочки для еды в руку, не меняя выражения лица, а затем неторопливо поднял голову.

От входа послышались шаги.

В следующую секунду перед всеми появился благородный мужчина в очках с золотой оправой, волоча чемодан.

Он огляделся по сторонам, не задерживая ни на ком внимания, а затем поприветствовал их очень сдержанно и вежливо.

«Кажется, я опоздал? Извините». Янь Тинсюань поднял очки и небрежно заговорил.

У мужчины прохладный и утонченный темперамент, его пиджак тщательно застегнут до воротника, белый ландыш приколот к груди, а рукава тщательно отглажены. Он источает древесный мужской аромат, выглядя как элита.

Гуань Тун широко раскрыл глаза и несколько раз схватил Ю Мяня за рукава. Его волнение было неописуемым.

Новый гость перед ним и Хо Яньчжи — два совершенно противоположных типа.

Если Хо Яньчжи вспыльчив, как огонь, то Янь Тинсюань спокоен, как вода.

Янь Тинсюань оглядел комнату и вдруг спросил: «Ты покрасил волосы?»

Гуань Тун встал и замер возле обеденного стола, в замешательстве схватившись за свои розовые волосы.

Хотя он не знал, почему Янь Тинсюань вдруг задал такой вопрос, похоже, он единственный в доме с окрашенными волосами.

Гуань Тун огляделся и увидел, что никто не обращает внимания на Янь Тинсюаня, поэтому он мог только вежливо ответить: «Я просто покрасился для шоу».

Янь Тинсюань слегка кивнул Гуань Туну. Пока он не поставил коробку и не подошел, Гуань Тун все еще был в замешательстве, спрашивал ли его Янь Тинсюань.

Хо Яньчжи подошел и похлопал Янь Тинсюаня по плечу, и они оба очень фамильярно улыбнулись.

Гуань Тун был удивлен, увидев это: «Брат Хо, вы знакомы?»

Хо Яньчжи обнял Янь Тинсюаня за плечо и сказал: «Мы довольно много общаемся дома, но если можно сказать, что мы знакомы друг с другом, то это произошло всего за последние два года».

Еще одно пиршество для глаз — двое красивых мужчин, стоящих бок о бок.

Хо Яньчжи и Янь Тинсюань стояли плечом к плечу. Помимо их внешности, единственное, что можно было заметить, это то, что Хо Яньчжи был на два пальца выше Янь Тинсюаня.

Гуань Тун задумчиво сказал: «О».

Янь Тинсюань снова посмотрел на Шэнь Наньсяо и вежливо поприветствовал его, сказав: «Давно не виделись».

Шэнь Наньсяо мягко улыбнулся и подошел, чтобы пожать руку Янь Тинсюаню.

Заметив удивление Гуань Туна, Шэнь Наньсяо взял на себя инициативу объяснить: «Мы встретились на аукционе несколько лет назад».

Гуань Тун закрыл лицо и сказал с улыбкой: «Почему это шоу для знакомых? Вы все знаете друг друга! Так что теперь только Ю Мянь и я остаёмся зависеть друг от друга».

Услышав это, Ю Мянь просто опустил глаза и мягко улыбнулся, как будто соглашаясь.

Янь Тинсюань слегка приподнял брови и промолчал.

Хо Яньчжи встал и поднял руку, чтобы почесать кончик носа.

Гуань Тун был настолько наивен, что не заметил напряженной атмосферы. Закончив говорить, он даже придвинулся ближе к Ю Мяню и обнял его за талию, как коала.

«Дорогой, ты должен защищать меня на шоу».

Тонкие, почти белые, длинные рукава на теле Ю Мяня обвисли, когда его обняли, мгновенно подчеркнув его чрезвычайно узкую талию, а тугой черный кожаный пояс едва виднелся из-под слегка прозрачного топа.

Гуань Тун нежно держал Ю Мяня, его светло-каштановые волосы падали ему на брови, а его янтарные глаза с зеленым оттенком были так красиво изогнуты.

Ю Мянь совсем не принял близко к сердцу непреднамеренные слова Гуань Туна. Увидев это, он просто тихо и нежно сказал: «Гуань Тун».

Гуань Тун обнял Ю Мяня, не понимая, что двое красивых мужчин перед ним лишились дара речи из-за его небрежных слов «все знают друг друга».

Янь Тинсюань снял пиджак, закатал манжеты рубашки и отвернулся от кухни.

Хо Яньчжи указал наверх и резко сменил тему: «Мы там еще не были, почему бы нам не подняться и не посмотреть?»

Шэнь Наньсяо указал на вход и сказал: «Почему бы нам сначала не занести чемоданы и не осмотреть дом, пока мы в нем находимся?»

Янь Тинсюань и Хо Яньчжи переглянулись.

Янь Тинсюань: «Хорошо».

Гуань Тун отпустил Ю Мяня и отошел в сторону. Когда он увидел Янь Тинсюаня и других, несущих чемоданы наверх, он быстро крикнул: «Подождите меня!»

Закончив говорить, Гуань Тун заметил, что Ю Мянь все еще не двигается, поэтому он в замешательстве спросил: «Дорогой, ты разве не поднимаешься?»

Ю Мянь покачал головой: «Я поднимусь позже».

Он не хотел слишком сближаться с Янь Тинсюанем и Хо Яньчжи.

Эффект бабочки ужасен, и Ю Мянь не хочет новых неприятностей.

Услышав это, Гуань Тун подмигнул Ю Мяню и поднялся наверх, сделав несколько шагов.

Всего через несколько минут на первом этаже остался только Ю Мянь.

Не было неловкой сцены, когда Янь Тинсюань и Хо Яньчжи собрались вместе. Ю Мянь стоял перед обеденным столом и наслаждался редким моментом тишины и покоя.

За окном легко летают чайки, а волны накатывают, наполняя воздух ароматом цветов.

Однако этот период одиночества длился недолго. Со щелчком дверь коттеджа снова распахнулась.

Когда Ю Мянь в изумлении поднял глаза, он неожиданно встретился взглядом с парой глаз, темных и глубоких, как обсидиан.

У человека перед ним было красивое лицо и крепкое тело, широкие плечи и длинные ноги. При беглом взгляде можно было сказать, что он, казалось, был на полголовы выше других людей в комнате.

Пэй Хуайцзи был одет в черную ветровку, под которой виднелся двубортный британский костюм расширенной версии. Темно-красный галстук был спрятан под пуговицами, крепко застегнут. Его длинные ноги были обернуты черными костюмными брюками, которые вертикально спускались над его кожаными ботинками без следа грязи.

Волосы мужчины были аккуратно подстрижены, брови и глаза широко раскрыты, а черты лица напоминали трехмерные скульптуры.

От его тела не исходил запах духов, и он был настолько чист, что Ю Мянь по непонятной причине вспомнил бассейн с холодной водой.

Мужчина замер на несколько секунд, увидев Ю Мяня, его черная ветровка развевалась в очень элегантной дуге. Пэй Хуайцзи прошел через вход, вошел в дом и остановился перед Ю Мянем.

Вены на тыльной стороне вытянутой руки были слегка вздутыми, сухими и твердыми.

«Рад встрече.»

Пэй Хуайцзи сказал глубоким голосом: «Пэй Хуайцзи».