Глава 9. Ангел, ты кто?
Жизнь в общежитии с Цзян Юйхэном оказалась не такой мучительной, как представлял себе Тао Жань, но при одном условии...
Если бы тот не умел читать мысли.
Отношение Тао Жаня к Цзян Юйхэну всегда оставалось неизменным: ты не лезешь ко мне, я не лезу к тебе, и мы оба спокойно живём.
Сейчас Цзян Юйхэн действительно не разговаривал с ним, но это не мешало его богатой внутренней жизни, которую Тао Жань никак не мог игнорировать!
Расписание занятий Тао Жаня не пересекалось с Цзян Юйхэном по понедельникам и пятницам, в остальное время у обоих групп были полные учебные дни, не считая вечерних факультативов.
Во вторник рано утром, после того как сотрудники пришли и сделали обязательный тест на нуклеиновые кислоты, он, зевая, приготовился к занятиям.
Он открыл планшет, надел наушники и прилежно сел за стол, старательно выписывая и заучивая новые слова, готовясь к предстоящему тесту на уроке.
Тао Жань мысленно проговаривал: «Priority – первоочередная задача, profitable – прибыльный, diplomat... что там дальше?»
Он открыл учебник и посмотрел – это слово означало «дипломат».
Когда он закрыл глаза, чтобы сосредоточиться на повторении этого слова, его прогресс был прерван.
|«Хм... эту задачу, похоже, можно решить с помощью линейной алгебры»|.
Тао Жань обернулся и бросил гневный взгляд на Цзян Юйхэна, который также сидел за столом, спиной к нему, погружённый в учёбу.
— Diplomat, diplomat, d, i, p...
|«Если подставить x, то z будет сложно вычислить. А может, построить новую систему координат? Когда x стремится к нулю...»|
Тао Жань снова повернулся и сердито уставился на вундеркинда, полностью погруженного в мир математики. Осознав, что Цзян Юйхэн совершенно не замечает его взгляда, он решительно забрался на кровать, чтобы слушать онлайн-лекцию.
Однако он обнаружил, что даже на кровати он всё ещё слышит его мысли. Даже когда он включил наушники на полную громкость, это совершенно не помогало.
Мысли Цзян Юйхэна звучали так, будто они исходили из его собственной головы.
Когда он слушал английский, Цзян Юйхэн слушал высшую математику. Когда он занимался высшей математикой, Цзян Юйхэн изучал идейно-нравственное воспитание. Когда он начинал заниматься идейно-нравственным воспитанием, Цзян Юйхэн внизу начинал учить английский, и так далее и тому подобное.
К концу дня Тао Жань чувствовал, что от злости у него выпало немало волос, хотя в основном он сам их вырвал.
Но как бы то ни было, Цзян Юйхэн не издавал ни звука, и Тао Жань не мог контролировать, о чём тот думает. Не мог же он подойти к Цзян Юйхэну и сказать: «Не мог бы ты перестать думать о всякой ерунде, это мешает моим ушам?»
Не говоря уже о Цзян Юйхэне, он сам подумал бы, что если скажет такое, то будет чистейшей воды психом.
И это ещё не самое худшее. Даже когда не было занятий, мысли Цзян Юйхэна никогда не утихали.
Вечером, когда Тао Жань печатал, голос Цзян Юйхэна снова начал кружиться в его голове.
Тао Жань слышал всё предельно ясно.
Мысли Цзян Юйхэна перескакивали с учебных проблем на то, какое блюдо сегодня на ужин было вкусным, затем на то, не засохло ли дерево внизу. И всё это менее чем за минуту – мысли Цзян Юйхэна совершали такие молниеносные прыжки.
[Он слегка кивнул, не сдержав улыбки: «Чёрт, как же шумно, блин»].
Тао Жань молча уставился на слова, которые он только что напечатал на экране.
Яростно нажав несколько раз клавишу Enter, он быстро открыл телефон и ввёл в поиск Байду: «Что делать, если научился читать мысли?»
Тао Жань тревожно грыз ногти.
Ответ, который он получил, был таким: расслабьтесь и не пытайтесь намеренно читать чужие мысли, просто игнорируйте их, когда читаете.
Какой из этих советов мог ему помочь? Разве это не бесполезная болтовня?
Во-первых, он не делал этого намеренно, во-вторых, он не мог это игнорировать. Если бы он не умел читать мысли, он бы уже молился всем богам.
Тао Жань чувствовал, что теперь проблема не только в вынужденном сожительстве с Цзян Юйхэном, но и в том, что его заставили общаться с Цзян Юйхэном целый день, причем невероятно скучным образом.
Если уж ему приходится это слушать, пусть хотя бы думает о чем-нибудь интересном, а не зацикливается на интегралах и предельных значениях.
Бог знает, насколько Тао Жань был на грани. Он чувствовал, что его голова вот-вот взорвется.
|«Может, стоит с ним поговорить? Но, кажется, не очень хочет общаться со мной»|.
Он про ту девушку?
Тао Жань на мгновение замер, а затем тихонько отодвинул занавеску.
Впервые он был безмерно благодарен Цзян Юйхэну – тот наконец-то оставил в покое высшую математику и его самого.
Пальцы Цзян Юйхэна ритмично постукивали по столу, а его телефон лежал прямо перед ним на столе, экран светился – похоже, это был чат в WeChat с кем-то.
Неужели эта красавица Чжан Синья передумала?
Тао Жань испытал некоторое злорадство: вот тебе и высокомерие, теперь она тебя игнорирует.
|«Ах... как же раздражает»|.
Цзян Юйхэн одной рукой сильно взъерошил свои волосы, и на глазах у Тао Жаня они быстро превратились в беспорядочное воронье гнездо.
Он не смог сдержать смех.
Надо же, оказывается, даже высокомерный и недосягаемый Цзян Юйхэн может выглядеть таким жалким.
Тао Жань, пытаясь сдержать смех, катался по кровати, держась за живот, пока его лицо не покраснело, и только тогда успокоился.
Нужно признать, такое поведение Цзян Юйхэна выглядело гораздо приятнее, чем его обычная непроницаемая маска.
Когда Тао Жань спустился, чтобы умыться, Цзян Юйхэн все еще сидел внизу с отсутствующим взглядом. Увидев, что Тао Жань спускается, он поспешно пришел в себя и резко выпрямился на стуле.
Тао Жань мысленно фыркнул и вошел в ванную.
Когда Тао Жань, набрав в ладони воды, коснулся своего лица, он на мгновение замер – вода была горячей, вероятно, из-за того, что он только что так усердно смеялся.
По его мнению, зачем жить, постоянно держа себя в руках? Разве это не утомительно?
Цзян Юйхэн тоже был довольно крут – он держал маску четыре-пять лет. По крайней мере, с тех пор как Тао Жань его знал, он никогда не видел, чтобы тот не поддерживал свой драгоценный имидж на публике.
После отбоя Тао Жань усердно работал над презентацией для завтрашнего этапного отчета, но вдруг обнаружил, что не может напечатать ни слова.
Сейчас у него сильно кружилась голова, буквы на экране компьютера начали расплываться, и как только его голова коснулась подушки, он отключился.
Когда Тао Жань снова пришел в сознание, он не знал, сколько времени прошло.
Он чувствовал, что голова раскалывается от боли, всё тело было без сил. Телефон лежал рядом с подушкой, но даже протянуть руку, чтобы посмотреть время, было трудно.
За занавеской было совершенно темно, ни единый луч света не проникал сквозь щели – похоже, ещё не рассвело.
Тао Жань смутно подумал, что, должно быть, у него жар.
Простуда? Или он заболел...
Наверное, нет.
Тао Жань хотел пить, хотел встать с кровати, чтобы найти лекарство, хотел приложить к себе холодное полотенце, чтобы сбить температуру...
Но он не мог сделать ничего из этого. Он был не в состоянии.
Возможно, когда человек болеет, он становится немного сентиментальным. Тао Жань чувствовал, что его горло ужасно пересохло, но глаза были влажными, и без того размытое зрение теперь совсем ничего не различало.
Неужели он так и сгорит от жара? Но ведь он ещё не написал роман, который бы прочитало много людей, ещё не отблагодарил родителей, у него осталось так много несделанных дел...
Он должен заняться своим здоровьем, болеть так тяжело...
Тао Жань не знал, сколько времени он боролся в этом полусознательном, мучительном состоянии. Он услышал, как кто-то снова и снова зовёт его по имени.
— ...Тао Жань, Тао Жань?
Он хотел ответить и попытался это сделать, но сейчас его тело совершенно не подчинялось ему.
Через некоторое время голос исчез.
Когда Тао Жань уже начал волноваться, он почувствовал прохладное прикосновение ко лбу.
Мягкий голос снова появился:
— Открой рот.
Тао Жань не мог пошевелиться, и чьи-то прохладные пальцы приоткрыли его губы, вложив что-то похожее на таблетку.
— Сможешь проглотить?
Конечно, нет.
Тао Жань почувствовал, как кто-то забрался на его кровать, приподнял его, и к его губам прижалось что-то.
— В комнате не осталось тёплой воды, эта немного горячая, пей медленно.
Тао Жань подумал, что кто бы это ни был, он настоящий ангел.
Напившись вдоволь, он был аккуратно уложен обратно. Он думал, что человек уйдёт, но вновь почувствовал прохладное прикосновение к лицу – его вытирали.
Похоже, этот человек несколько раз менял полотенце, во всяком случае, Тао Жань чувствовал себя намного лучше.
Перед тем как снова потерять сознание, Тао Жань немного пришёл в себя.
Он подумал: «Кто этот человек? Неужели Цзян Юйхэн?»
Почему он не только не бросил его умирать, но и так заботливо ухаживал за ним?
Неужели это действительно он...
❤❤❤
･ Следить за новостями, узнавать информацию первым, (иногда) участвовать в голосовании по выбору следующей новеллы на перевод можно тут: https://t.me/riadanoread
･Для тех, кто желает поддержать переводчика:
⚡︎ https://boosty.to/riadano1
☕︎ https://ko-fi.com/riadano
* Новелла полностью в тгк