Выживание вида

Пэйринг: Гарри/Драко

Рейтинг: NC-17

Размер: Макси

Саммари: Драко подходит к Гарри на платформе 9 ?, после того, как их сыновья сели в Хогвартс-экспресс, и предлагает ему зайти на чай. Разгоревшаяся дискуссия приводят их к приключениям, которых ни один из них не мог ожидать.

Предупреждения: ненормативная лексика, сомнительное согласие, вейла-фик, МПРЕГ, слэш, самоубийство, попытка самоубийства, описание хирургической процедуры, спойлеры! Не нравится - не ешьте, вас предупредили!

Часть1.

1 сентября 2017.

Гарри Поттер стоял на платформе, погруженный в странные мысли. Он разрывался между печалью и гордостью, глядя вслед поезду, заворачивающему за угол и исчезающему из вида. Двое из его детей отбыли в Хогвартс, и не успеет он оглянуться, как и Лили присоединится к ним.

Он рассеянно отметил приближающиеся шаги, и хотя знал, что это не Джинни, не оборачивался, пока длинная тень не упала на землю рядом с ним.

— Драко, — сказал он, узнав подошедшего.

— Гарри, — ответил Драко, тоже провожая глазами последний вагон поезда, исчезающего за поворотом.

Гарри взглянул мимо него и заметил Джинни и Лили, разговаривающих с Гермионой, и Рона, увлеченного беседой с Тедди.

— Нахлынули воспоминания? — спросил Драко небрежно.

Вопрос поразил Гарри. Они с Драко пришли к некому подобию взаимопонимания уже много лет назад, но никогда не вели светских бесед. На самом деле, он даже не мог вспомнить последний раз, когда они говорили друг с другом. Гарри усмехнулся.

— Да, вспоминается все – и хорошее, и плохое.

— Я помню, как покупал понемногу всякой всячины из тележки, чтобы всех угостить. Мать с отцом не позволяли мне злоупотреблять сладостями, и конечно, при первой же возможности я отрывался.

Гарри продолжал вынужденно улыбаться, но  его глаза отражали замешательство.

— Да, я делал то же самое, ведь у меня до этого никогда не было денег на лакомства ... Гм, Драко, ты хотел что-то сказать?

Драко быстро кивнул и подошел поближе. Гарри ощутил, как волоски на его руках встали дыбом с приближением Малфоя — его аврорское чутье отреагировало на необычные обстоятельства.

— Да, — прошептал Драко.

Гарри наклонился вперед, он едва мог расслышать слова.

— Ну, и что же это такое?

— Скажи, мог бы ты заскочить ко мне домой завтра, скажем, на чай?

— Домой? Зачем? – Гарри даже рассмеялся от неожиданности.

Драко сжал кулаки и сунул их в карманы.

— Я не хотел бы это обсуждать здесь, — процедил он сквозь зубы.

Гарри приблизился к нему, зная, что это смутит собеседника. Он поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза Малфою.

— Драко, я не приду, пока не буду знать, о чем идет речь.

Драко ухмылялся. Выражение его лица было еще противнее, чем в детстве и живо напомнило о Люциусе.— Ты знаешь чем я зарабатываю на жизнь?

Глаза Гарри за стеклами очков недоуменно заморгали.

— Да, ты исследуешь древние магические поселения. Ты часто путешествуешь и иногда берешь с собой семью.

Драко рассмеялся.

— Что, до сих пор следишь за мной, да?

Гарри поднял брови, но ничего не ответил, они оба молчали, глядя друг на друга, пока окрик Рона не разрушил момент.

— Эй, Гарри, мы уже уходим!

— Я вас догоню через пару минут, — Гарри крикнул в ответ, шагнув в сторону — Драко закрывал ему обзор. Вся компания напряженно смотрела на них с Малфоем. Жена Драко стояла рядом с местом для аппарации и вид у нее был такой же веселый, как и у близких Гарри.

— Эй, Гарри, — сказал Рон, подходя поближе, — что происходит?

Он остановился, только подойдя почти вплотную к Гарри. А Гарри чуть не рассмеялся, когда увидел позу Рона – так он стоял обычно, когда хотел запугать захваченных Пожирателей Смерти. Конечно, уже много лет прошло со времен последнего рейда. Гарри положил руку на плечо Рона и сжал.

— Рон, все в порядке. Нам с Драко нужно кое-что обсудить. Ты можешь проводить Джинни и Лили домой? Я скоро вернусь.

Рон уставился на Драко, а затем взглянул на Гарри.

— Ты уверен, приятель?

Гарри улыбнулся.

— Я уверен.

Рон прошел мимо Драко, почти задевая его плечом, но Малфой шагнул в сторону.

Драко посмотрел на жену и та аппарировала с громким щелчком. Гарри взглянул на недовольную Джинни, кивнул ей, и она ушла, обняв Лили за плечи.

— Что, проблемы в семейном раю? — саркастически спросил Драко.

Гарри закатил глаза.

— Оставь, Драко. У нас все хорошо, она просто не слишком тебя любит.

— А кто, скажи мне, любит?

Гарри опять попытался подавить смех.

— Ты можешь смеяться, Поттер. Это шутка. Но мне не до смеха, — сказал Драко, улыбнувшись, и это удивило Гарри больше, чем все остальное.

— Мы снова называем друг друга по фамилии, Малфой? — Спросил Гарри, наблюдая, как улыбка исчезает с лица Драко.

Драко покачал головой.

— Забудь об этом, Гарри. Забудь. Ничего не получится.

Драко повернулся спиной и пошел к месту для аппарации, где недавно исчезла его жена.

Гарри вздохнул.

— Драко, постой. Просто скажи, чего ты хотел.

Драко отмахнулся, не оборачиваясь. В одно мгновение Гарри выхватил свою палочку и пробормотал заклинание.  Драко застыл на середине шага.

— Поттер, отмени его сейчас же! — закричал Драко. Гарри подошел к Драко и заглянул ему в лицо.

— Сначала скажи, зачем я должен прийти к тебе? И какое отношение я имею к твоей работе?

Драко смотрел на Гарри пару секунд, прежде чем заговорить.

— Я не хотел бы обсуждать это в общественном месте.

Гарри огляделся.

— Здесь нет никого, кроме нас.

Драко оскалился, потом глубоко вздохнул, стараясь восстановить самообладание. Гарри был впечатлен.

— Мы с тобой оба знаем, как легко оставаться незамеченным, если этого хочешь. Но все же, это не главная причина. Мне потребуется некоторое время, чтобы все объяснить, и мне нужно показать тебе несколько книг, чтобы подтвердить свои слова. Мерлин знает, почему я думал, что мы могли бы нормально поговорить хотя бы двадцать пять лет спустя.

— Двадцать шесть лет, — сказал Гарри, и тут же пожалел об этом. Прежде, чем Драко смог ответить, Гарри выпалил:

— Черт, прости, Драко, кажется, я опять веду себя как семнадцатилетний.

Драко, казалось, принял его извинения, но промолчал.

— Хорошо, я буду у тебя завтра к чаю. Я аппарирую к воротам. Если я правильно помню, Мэнор все еще под охранными чарами.

Драко прикрыл глаза и прикусил нижнюю губу, начав жевать ее. Наконец, он остановился.

— Ты можешь аппарировать или добраться камином прямо в гостиную. Как захочешь.

Глаза Гарри расширились.

— Ты настроишь охранные чары для меня?

— Нет, Гарри, тебе были рады в усадьбе со времен победы. Мать настояла на этом.

Гарри был ошеломлен.

— Правда? Ничего себе, я мог ... А твои мать и отец будут дома завтра?

Не так-то просто выдержать одного Драко целый вечер, а уж переварить Люциуса он вряд ли сможет. Гарри не желал ему зла, но все же считал Люциуса крайне аморальным человеком за многие его поступки в прошлой жизни.

— Нет, они все еще на отдыхе в Греции. Астория, моя жена будет в усадьбе, но не присоединится к нам. Ну все, у меня уже в ногах судороги, не уберешь ли ты , наконец заклинание?

— О, да, прости, я и забыл об этом. Джинни только вчера наслала не меня летуче-мышиный сглаз, когда я заморозил Снафлса и забыл о нем.

Драко встряхнул ногой, когда заклинание было снято и позволило ему двигаться.

— И Снафлс — это? — Спросил Драко, надеясь, что это не прозвище еще одного ребенка. Он думал, что у Поттера трое детей,  но, учитывая, на ком Гарри был женат ...

— Снафлс — это наша собака. Дурацкая псина рылась в грядке.

Драко закатил глаза.

— Ну конечно, любимец семьи. Ладно, тогда до завтра. Хорошего дня, Гарри, — сказал он и пройдя пару шагов аппарировал.

Гарри стоял, глядя на пустое место, которое только что занимал Драко Малфой и спрашивал себя, на что он, черт побери, только что согласился. Потом пожал плечами и растаял в воздухе.

+ + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + +

Голоса, доносящиеся из кухни внизу, не удивили Гарри. Это уже стало традицией: родные и друзья проводили день вместе, усадив в поезд детей, которые только поступили в Хогвартс. Попозже вечером, Невилл обычно связывался по камину и давал им список факультетов, на которые дети были распределены. Тедди был первым, и Гарри вспомнил, как Андромеда прослезилась от радости, узнав, что внук попал в Хаффлпафф. Затем настала очередь Виктуар и все были удивлены тем, что у них появилась студентка Рейвенкло в семье. Когда настала очередь Джеймса, Гарри не сомневался, что он попадет в Гриффиндор.

В Альбусе же он был не так уверен. Какой-то частью души Гарри надеялся, что он будет не в Гриффиндоре, как и его старший брат, который, несомненно, затмит его.

Гарри усмехнулся про себя, когда подумал о Лили. Нет, он не удивится, если она будет первой из Поттеров в Слизерине. Крошка была значительно хитрее остальных его детей, и родители редко могли поймать ее на месте преступления, так что братья обычно расплачивались за ее проделки. Он дочку просто обожал.

Гарри снял мантию, и повесил на дверцу шкафа. Потом стянул сапоги и быстро переоделся в джинсы и джемпер поверх футболки. Обул кроссовки и, наконец, почувствовал себя комфортно.

Он вышел из комнаты и сбежал вниз по лестнице, делая вид, что ничего не произошло. И улыбнулся, зная, что ему никого не провести. Он предчувствовал суровый допрос.

Глубоко вздохнув, Гарри шагнул в ярко освещенную кухню и сел во главе старого деревянного стола. Джинни увеличила его для гостей, ведь сегодня собрались все близкие. Слухи уже распространились, и сидевшие за столом смотрели на него, ожидая отчета.

— Кофе, Гарри? — предложила Джинни, наливая ему чашку. Сахар она уже добавила, и сейчас доливала большим количеством сливок. Он сделал несколько глотков, а затем наполнил свою тарелку с бутербродами и фруктами.

— Ну? — спросила Гермиона. Она сидела между Роном и Джорджем.

— Что «ну»? — Невинно отозвался Гарри.

— Кстати, где Лили и Хьюго?

— В Норе. Мама и папа приведут их позже, — быстро ответила Джинни.

— И даже не пытайся снова сменить тему, — добавила она твердо.

Гарри рассмеялся.

— Простите, ребята, но я действительно не много могу сказать. Он хочет, чтобы я пришел завтра на чай.— И ты ответил: «нет», — сказал Рон уверенно.

— Нет, я ответил: «да».

— Что? – воскликнула Джинни. – Зачем тебе с ним встречаться?

Гарри накрыл своей ее руку и слегка пожал.

— Потому что мне интересно. Все, что он мне сказал — что это связано с его работой, и что его родители еще на отдыхе.

— Ну, хоть это облегчает ситуацию, — пробормотал Рон. — Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой? Я имею в виду, это может быть ...

— Рон, — Гарри вздохнул. — Не начинай. Я знаю, тебе не нравится его прошлое, но хочу тебе напомнить, что ты сам помог мне вытащить парня из огня. Если бы ты действительно ненавидел Малфоя, то не спасал бы его и Гойла.

— Да, и тогда бы у нас не было закусочной Гойла в Хогсмиде, — добавила Луна. — Я думаю, оно того стоило. Мы с Невилом любим его мороженое с шоколадными лягушками.

Гарри улыбнулся, да и Рон тоже.

— И что, он больше ни на что не намекал? — спросил Джордж.

Гарри покачал головой.

— Нет, он просто сказал, что должен показать мне несколько книг, и именно поэтому хотел, чтобы я пришел. Я действительно понятия ни о чем не имею. Черт, я даже не знал, что его жену зовут Астория, пока он не сказал мне.

— Она училась в Бобатон. Я думаю, что она год старше туа, — сказала Флер. — Ее семья была когда-то очень богата, но ее папа попаль в тюрьму, и их имущество было конфисковано.

Гарри оживился.

— А что он сделал?

— Я думаю, это были подтасовка голосов избирателей на выборах и взятки.

Гарри прокашлялся в кулак. Рон высказал то, что они оба думали.

— Значит, с Люциусом они прекрасно ладят.

Флер посмотрела на Рона вопросительно.

— Но, я так не думаю. Он умер. Он покончил с собой в тюрьме. Маман ходила в школу с матерью Астория. Они не близки, но изредка видят друг друга на светских раутах.

— Неужели она никогда не упоминала Малфоев в разговорах с твоей матерью? – спросила Анджелина. Джордж положил руку на плечо жены. Она пожала плечами. Все знали, что Анджелина никогда не боялась задать каверзный вопрос.

— О, единственное, что я слышала — что родители Драко относиться к ней очень хорошо и часто берут ее с собой на отдых.

Гермиона наклонилась вперед и пристально посмотрела на Флер.

— А что эта Астория собой представляет? Я имею в виду, что не могу представить себе милую девушку замужем за Драко.

— Черт, Гермиона, это был мой следующий вопрос, — рассмеялась Анджелина.

— Она была очень милая девушка в школе. Может слишком тихая, но это можно понять, учитывая проблемы в семье. Скандаль случился, когда она еще училась. Я не знала ее очень хорошо, но слышала, что она толковая, и, как вы видели, довольно красивая.

Гарри ел сэндвич с курицей и слушала сплетни о Драко. Он действительно не думал о нем в течение многих лет. Он вспомнил, как столкнулся с ним в Сент-Мунго, когда родился Альбус. Драко сопровождал жену, поступавшую в родильное отделение, а Гарри как раз встречал выписывающуюся Джинни. Драко поздравил его, Гарри пожелал Драко удачи, на этом и разошлись.

— Невилл периодически с ним разговаривает. – внезапно сказала Луна.

— Разговаривает с Малфоем? — Переспросил Рон.

— Да, они обсуждают исчезнувшую магическую флору и оставляемые ею окаменелые отпечатки. Драко даже привозил Невиллу растения из своих путешествий. Некоторые экземпляры оказались очень редкие и, недавно он принес Невиллу несколько семян из цветка, который считался вымершим уже на протяжении сотен лет. Невилл задал семикурсникам попробовать вырастить их и несколько семян проросли.

Гарри снял очки и вытер глаза носовым платком.

— Почему же Невилл никогда не говорил мне об этом? — Спросил Гарри.

Луна пожала плечами.

— Может быть, он думал, что ты бы разозлился?

Гарри вздохнул.

— Почему это я бы разозлился? Послушайте, я не ненавижу Драко больше. В детстве я его ненавидел, но, как выяснилось, я даже не знаю ничего об этом парне.

— Ну, тогда ты должен знать, что он довольно известен в магической археологии и антропологии. Папа ездит очень далеко, чтобы послушать его выступления. Он однажды даже пытался уговорить Драко взять его в экспедицию, когда прошел слух о том, что кто-то видел Ледникового Дракона.

— Что? — выпалил Чарли, – да Ледниковые Драконы никогда не существовали. Однако, что интересно, я получил письмо от Малфоя около года назад, где он спрашивал о них. Я ответил, что Ледниковые Драконы — такой же миф, как мозгошмыги.

— Но Чарли, мозгошмыги существуют! – Возмутилась Луна.

Гарри надел очки на место и улыбнулся, когда Джинни слегка коснулась его ногой под столом. Пинок в голень от Рона ему понравился меньше.

— Гм, он как-то заскакивал ко мне в Гринготтс, — сказал Билл. — Мы пошли вместе на ланч, чтобы поговорить о моей работе в Египте. Он хотел узнать побольше о древних заклятиях и взломщиках заклятий. Это было всего лишь несколько месяцев назад.

— Ты ходил на ланч с Малфоем? — совершенно озадаченно спросил Джордж.

— Да, дорогой братец, ходил. Вы должны знать, что он прислал мне письмо с извинениями вскоре после войны. Я думаю, что оно до сих пор где-то у меня лежит, если кто-нибудь хочет почитать.

Гарри только покачал головой.

— Ну, кто еще? Пришло время признаться, что все вы говорили с Драко за моей спиной. Мерлин, вы все думаете, что я расстроен?

Билл рассмеялся.

— Черт, Поттер, умерь свое эго. Я о тебе ни разу и не вспомнил, когда говорил с ним. У меня просто дыхание перехватило от рассказов о его приключениях и открытиях, которые он сделал.

— Ох, я кое-что вспомнила. Маман говорила мне, что он обнаружил старейшее из когда— либо описанных поселений вейла-магов около пяти лет назад. Это во французских Пиренеях, и там до сих пор ведутся раскопки.

— Я помню, как читал об этом, — сказал Билл. — И Драко действительно обсуждал это со мной за обедом. Но самое загадочное – что откопаны были только окаменелые останки магов, молодых и старых. Не было найдено не одной кости, принадлежавшей ведьме.

Гарри почувствовал вдруг, как внутри все сжалось. Мысль о том, что Драко путешествует по всему миру и делает значительные открытия вызвала чувство зависти. Или это было желание посоревноваться? Впервые с того момента, как Драко пригласил его на чай, Гарри заволновался и непременно захотел узнать, что Малфой желал обсудить с ним.

+ + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + + +

— Папа, просыпайся! – прозвучал голос Лили. Она потыкала пальцем в плечо и поставила чашку с его утренним кофе на тумбочку.

Гарри открыл глаза, пытаясь рассмотреть дочь, стоявшую рядом с кроватью.

— А где мама? — пробормотал он.

— Она должна была идти в магазин. Дядя Джордж получил какие-то товары рано утром.

Гарри достал очки, надел и взглянул на часы.

— Десять часов! Лили, почему ты раньше меня не разбудила?

Девочка перелезла через Гарри и легла рядом с ним.

— Потому что у тебя никогда нет времени просто поваляться, а сегодня ты не работаешь, я знаю.

Гарри повернулся и посмотрел на свою дочь. Она все еще была в одной ночной сорочке, покрытой пятнами синей и красной краски.

— Лили, чем ты только что занималась? — нерешительно спросил Гарри.

— Ничем, папочка. Снафлс просто хотел купаться и я, наверное, взяла неправильный шампунь.

Гарри попытался сдержать смех и выглядеть суровым.

— И какого цвета сейчас Снафлс?

В ее карих глазах появился намек на испуг.

— Гм, фиолетовый. На самом деле, сиреневый.

Гарри потянулся и принялся щекотать дочку, пока она не начала хохотать и звать маму. Он сжалился и отправил ее в ванную мыться. Потом хлебнул кофе. А кофе был не только уже не горячим, но еще и слишком сладким.

Он лежал и думал об Альбусе: интересно, как прошел его первый день занятий. Гарри надеялся, что Джеймс проявит себя настоящим старшим братом и поможет ему выбрать свой путь теперь, когда они оба стали гриффиндорцами.

Гарри любил такие дни. Ему редко удавалось провести время наедине с любым из своих детей, а с Лили реже всего. Они мыли пса, пока он не стал снова лохматым, белым, пушистым, и начал гораздо лучше пахнуть.

Солнце прорвалось сквозь тучи сразу после полудня, и они проводили время в саду, подготавливая его к осени. Лили обожала растения и расспрашивала Невилла о них каждый раз, когда он заходил в гости.

В течение дня желание узнать, что же Драко Малфой хотел обсудить с ним, все усиливалось.

Джинни вернулась домой всего за несколько минут до его ухода. Она была совершенно измотана и очень обрадовалось, что муж и дочь приготовили для нее чай.

Гарри быстро переоделся в мантию. Он давно пришел к выводу, что разговор с представителем любой старой магической семьи легче начать, когда он одет как волшебник.

Он поцеловал своих барышень на прощание и аппарировал в Малфой-Мэнор.

Воспоминания о прошлом обрушились на Гарри, как только он увидел увешанные портретами стены. Он вздрогнул, заметив Драко, вставшего с кресла у мраморного камина и шагнувшего навстречу.

Первым побуждением Гарри было выхватить палочку — ведь эта комната была наполнена воспоминаниями о пережитых ужасах. Однако, другое воспоминание всплыло в мозгу через мгновение: о юном Драко, упорно не узнающем его, когда окружающие их Пожиратели так жаждали этого. Он глубоко вздохнул и расслабил руку на палочке в кармане.

— Добрый день, Гарри, — сказал Драко, подходя ближе. Он протянул руку, и без особых колебаний, Гарри ответил на этот жест. По какой-то причине, Гарри ожидал легкого рукопожатия и гладких ладоней и он даже опустил глаза вниз, когда его руку крепко сжала мозолистая ладонь( я плакаль!). Это были руки рабочего человека.

— Добрый день, Драко, — ответил Гарри, заканчивая с рукопожатиями.

— Чай будет сервирован в библиотеке, если ты не возражаешь. Я подумал, что у нас за чаем будет больше времени, чтобы обсудить то, зачем я пригласил тебя.

— Я не против. Должен признаться, ты меня заинтриговал, — сообщил Гарри, и не сдержавшись, принялся осматривать просторную комнату. Похоже, ничего не изменилось с последнего раза, когда он был здесь; разве что люстры были заменены.

Драко ухмыльнулся.

— Ну, я на это и надеялся. Теперь, если ты не против, я провожу тебя в библиотеку .

Драко повел его через анфиладу комнат, о назначении которых Гарри мог только догадываться. Все они были безупречно декорированы. Драко остановился в конце коридора и положил руку на стену, в которой вдруг появилась дверь. Гарри только покачал головой, удивляясь, как много тайн скрывает этот дом. Драко открыл дверь и, пропустив вперед Гарри, вошел вслед за ним.

Гарри смотрел в благоговении на книжные полки, закрывающие две стены до уровня двух этажей, и на третью стену, покрытую двумя гобеленами, с казалось бы, расширяющимися до бесконечности генеалогическими деревьями, по обе стороны от камина. Даже с места, где он стоял, было видно, что на них нет никаких выжженных имен.

Обширные столы были завалены стопками книг и свитками больших пергаментов, которые, похоже, были картами. Массивные удобные кресла и диваны были расставлены вокруг камина. Огромная картина с изображением сказочно выглядевшего дракона висела над камином. Как Гарри догадался, вещи, плотно заполнявшие все полки, везде, где их только можно было засунуть — оказались сувенирами из далеких путешествий.

— Кажется, что здесь беспорядок, но на самом деле вещи разложены так, чтобы я их мог быстро найти, когда они понадобятся.

— Это потрясающе, — прошептал Гарри, медленно поворачиваясь на месте в попытке охватить все взглядом за раз.

— Давай-ка присядем у камина. Астория скоро пришлет эльфа с чаем.

Гарри споткнулся о край толстого ковра, покрывающего большую часть деревянного пола, пока пробирался мимо столов и стульев к дальней стене. Он заметил, что карты и документы исчерканы линиями, кругами, заметками. Рядом с пергаментами были разбросаны серебряные инструменты всех форм и размеров. Он улыбнулся, взглянув на небольшие пирамиды, сложенные из скомканных бумажных шаров.

Гарри сел у камина в коричневое кожаное кресло с изогнутой спинкой. Два генеалогических дерева снова привлекли его внимание. Было приятно видеть имена Сириуса и Тонкс. У дерева Малфоев, как он заметил, было три отдельных ствола. Один ствол — с типично английскими именами, другой — с французскими, а происхождение имен на третьем он не смог определить. Гарри прищурился, рассматривая несколько ветвей, включая ветку с именем Драко, которые протянулись от одного ствола к другому. Он отвел глаза и принялся рассматривать вещи, разложенные на полках. Драко зажег огонь и сел рядом.

— Астория, она француженка? — пробормотал Гарри, не зная, почему он это сказал. Его гораздо более заинтересовали артефакты, находящиеся в комнате.

— Да, мне пришлось искать на континенте невесту, которая пошла бы за меня.

Гарри резко оглянулся на Драко. И был рад увидеть озорную улыбку на его лице.

— Я ... я не хотел...

Драко усмехнулся.

— Я знаю, просто Грег и Блейз постоянно дразнят меня за это. Моя жена из семьи старинных друзей моих родителей. Мы даже дальние родственники по отцовской линии. Она моя пятиюродная сестра, — сказал он, указывая на дерево семьи Малфой.

Поднос с восхитительными пикантными бутербродами появился на столе перед ними, а вслед и чай, и все что к нему полагается. Драко наклонился и налил им обоим чаю, и в этот момент прибыл другой поднос с маленькими пирожными и печеньем.

— Сахар, молоко? — спросил Драко.

— Сахар.

Одинаковым жестом они обхватили свои чашки, согревая ладони.

— Этот чай из Сахары, — сказал Драко, заметив, сконфуженное выражение лица Гарри после первого глотка.

— Мне нравится привкус мяты в нем. Итак, Гарри, появился новый гриффиндорец, я полагаю?

Гарри опустил чашку.

— Да, а у тебя слизеринец?

Драко поднял брови.

— Конечно, а ты ожидал чего-то другого?

— Нет, нет, конечно, но я не удивлюсь, если моя дочурка окажется в подземельях.

Глаза Драко расширились.

— Действительно? А ну-ка, рассказывай.

Гарри отхлебнул чаю и выбрал теплый бутерброд с мясом ягненка. Джинни ненавидела баранину, и ему удавалось ее отведать только где-нибудь в гостях.

— Моя Лили — большая озорница, и, в отличие от своих братьев, замечательно прячет следы своих «преступлений». Я знаю, что она где-то нашкодила, но ничего не могу доказать – и чаще всего она выходит сухой из воды. И то, что она девчонка, совершенно не спасает – она легко обводит меня вокруг пальца. С мальчишками легче.

Драко улыбнулся.

— Я хотел девочку.

Кусочек баранины застрял у Гарри в горле. Он прокашлялся и смог снова вздохнуть.

— Я имею в виду — второго ребенка, уже после того, как родился Скорпиус. К сожалению, Астория перенесла два выкидыша, и у нас не будет больше детей.

— О Боже, Драко, мне очень жаль. Я и не знал. — Гарри вдруг почувствовал себя дерьмом. Он вспомнил, как трудно Джини рожала Лили. Они чуть не потеряли малышку. Целители прогнали его от жены и усыпили ее заклинанием, прежде чем разрезать ей живот и вытащить ребенка. Гарри до сих пор с содроганием вспоминал, какой синей была его девочка, с пуповиной, обвитой вокруг шеи. Ему случалось помогать при родах и прежде, каждый аврор имел соответствующую подготовку, и почти каждый аврор на оперативной работе имел, по крайней мере, один случай на практике. Гарри даже присутствовал при нескольких случаях магического кесарева сечения, но, когда дело касалось его Джинни, его ребенка...

— Да все нормально, мы продолжаем жить дальше, и Скорпиус, похоже, не против быть единственным ребенком. Мне всегда хотелось брата, или даже больше — сестру, но как принято у Малфоев, если появился наследник — этого достаточно, — добавил Драко чуть ли не с презрением.

Гарри почувствовал необходимость сменить тему. Он отхлебнул чай, оглядывая комнату и пытаясь выбрать один объект, чтобы спросить о нем.

Движение на фотографии в рамке над камином привлекло его внимание. На снимке был Драко с семьей во время какой-то из его экспедиций. Гарри не сдержал улыбки, увидев Драко и юного Скорпиуса, одетых в одежду цвета хаки и пробковые шлемы. Они стояли перед несколькими древними на вид каменными хижинами на зеленом склоне горы.

Сначала Гарри показалось, что зрелый мужчина рядом с ними — проводник. И он чуть не поперхнулся чаем, когда понял, что это Люциус.

— Где это было снято? — воскликнул Гарри, указывая на фото.

— В Перу. Нам потребовалось два дня, чтобы добраться до места пешком. Мы там провели около недели. Все, что мы обнаружили – немного старых керамических черепков и кое-какие инструменты. Там было зарегистрировано немного магии вокруг, но место — магловское. И все равно мы хорошо провели время. Я, должен признаться, люблю Южные созвездия.

Гарри на секунду закрыл глаза, переваривая услышанное. Три поколения волшебников отправились на поиски приключений в дикие дебри.

Он играл со своими детьми и очень заботился о них, но никогда, даже в своем воображении, он не мог представить, что они вместе участвуют в приключениях.

«Почему?» — спросил он себя. Ответ на этот вопрос был прост. Дома было безопасно. Он хотел быть рядом со своим домом, и он хотел, чтобы все были в безопасности.

Гарри взял лимонное пирожное с блюда со сладостями.

— А откуда у тебя эта картина? Она просто изумительна. И какой породы дракон на ней?

Лицо Драко стало совершенно серьезным. Он поставил свою тарелку и вытер с губ невидимые крошки белой льняной салфеткой.

— А это, Гарри, собственно то, из-за чего я позвал тебя сюда. Перед тобой изображение Ледникового Дракона.

Глава1, часть2.

Гарри вытер испачканные сахарной пудрой губы и посмотрел на фотографию.

—Только вчера вечером Чарли сказал, что это миф. Конечно, Луна заявила, что ее отец с этим не согласен.

Драко застонал.

—Да, Ксенофилиус верит в них. Он как-то пришел ко мне и сказал, что одного недавно видели в Антарктике. Я, конечно, отказался ехать на поиски.

—Так все-таки это миф, — повторил Гарри, скорее утверждая, чем спрашивая.

—Такой же миф, как и Дары Смерти.

Гарри вздрогнул и перевел взгляд на Драко.

—Мне понадобилось несколько лет, чтобы убедиться, что Бузинная палочка существует. Я знаю, у тебя есть плащ, но скажи мне: ты когда-нибудь видел Воскрешающий Камень?

Гарри пристально посмотрел на Драко, пытаясь понять его намерения, скрывающиеся за вопросом. Но все, что он увидел — любопытство. Конечно, Драко более умело скрывал свои мысли и эмоции. Он должен был уметь, чтобы выжить на шестом и седьмом курсе в Хогвартсе.

—Да, но его больше не существует.

—Вот и хорошо. Не хочется, чтобы какой-нибудь чокнутый темный волшебник попытался вернуть Волдемора.

Мурашки побежали по спине Гарри при упоминании одного только имени Темного Лорда.

—Ну, об этом можешь не беспокоиться. Так ты считаешь, что Ледниковый Дракон существовал?

—Не существовал, а существует. Один из них был замечен и описан очень уважаемым волшебником. Картина была создана по описанию. Это дракониха. Как она тебе? Красавица, правда?

Гарри пришло в голову, что дракониха выглядит сказочной, и при ближайшем рассмотрении он понял, что радужная чешуя, покрывающая ее тело и тонкие кожаные крылья, и создает это впечатление. Драконья морда с угольно-черными глазами яростно скалилась, а струи синего и зеленого пламени, вырывающиеся из вытянутых ноздрей, пугали не на шутку.

—Я все еще не понимаю, почему ты пригласил именно меня. Может быть, надо было позвать Чарли Уизли?

—Можно подумать, он бы мне поверил! Кроме того, это должен быть ты.

—Почему это? И почему тебя так интересует этот дракон? Я думал, ты изучаешь древние магические цивилизации.

Драко глубоко вздохнул.

—Да, меня интересует этот дракон, но это все связанно между собой, разве ты не видишь? Маги ведь не всегда жили в домах, как этот.

—Ну, большинство до сих пор не живет, — вставил Гарри.

Драко скривился.

—Ты знаешь, что я имею в виду, Поттер.

—Извини, я привык постоянно отшучиваться в разговорах с родственниками жены.

—Ценю твое остроумие, Гарри, но сейчас я абсолютно серьезен, так как то, что собираюсь сейчас тебе рассказать, может привести к самому большому открытию, которое я когда-либо делал.

—Давай, Драко. Я весь внимание, — ответил Гарри.

—Да, я археолог, но я также и антрополог, так что я не только копаюсь в земле в поисках старых костей и остатков древних цивилизаций. Все гораздо глубже. Я хочу знать, чем занимались эти люди, что они ели, и как они выживали.

Гарри с интересом наблюдал за жестикуляцией Драко. И уже во второй раз его обожгло мыслью, что эти длинные, тонкие руки оказались сильными и загрубевшими. Его лицо уже украшали тонкие морщинки вокруг глаз, и Гарри вдруг понял, что всего пару раз в жизни он видел Драко так близко и без привычного ядовитого оскала. Гарри никогда не мог выяснить, какого цвета у Драко глаза. Он всегда думал, что они были серыми, но теперь, при свете камина, они казались почти серебряными. Гарри моргнул, когда понял, что давно не обращает внимания на то, что говорит Драко.

—Извини, Драко. Ты можешь повторить это еще раз?

Драко в который раз глубоко вздохнул.

—Я говорил, что древние маги жили в симбиозе с некоторыми магическими существами. Надеюсь, ты знаешь, что такое симбиоз?

—Да, Драко, знаю. Кстати вот вспомнил: я слышал о раскопках в Пиренеях. Ты считаешь, это и есть место происхождения вейло-магов?

Драко усмехнулся.

—Хорошая догадка, но я не имел в виду такой тесный симбиоз. И да, это может быть их место происхождения.

Гарри заметил, что последнее заявление Драко произнес с легкой гордостью и широко улыбнулся.

—Ты понял, почему там были только мужчины? Или ты думаешь, что женские захоронения находятся где-то поблизости?

Драко беспокойно прикусил нижнюю губу, и в серо-серебряных глазах вспыхнуло волнение.

—Я пока не могу ничего доказать, но мне кажется, я уже близок к открытию. Единственное, что я могу сказать: я не верю, что там вообще были женщины.

Гарри подался вперед, словно он не расслышал Драко правильно.

—Тогда ... Я имею в виду ... Как?

Смех рассыпался по комнате. Но не обычный издевательский хохот, это был смех радости, понятной только Драко.

—Гарри, я открою тебе кое-какие мои секреты, но не все сразу. Теперь давай вернемся к тому, почему ты сюда пришел. Подойди-ка к столу, и я покажу тебе место, которое меня интересует.

Гарри налил себе еще чашку чая и последовал за Драко.

—Гарри, — сказал Драко, слегка раздраженный его невнимательностью. Гарри посмотрел на стол, покрытый большой картой. Это была карта огромного острова, а со стороны западного берега было изображено множество мелких островов и поверх них рукописные пометки, линии, круги.

—Где это...?

—Гренландия, — ответил Драко, прежде чем Гарри смог закончить вопрос. Он наклонился над столом, и указал на место в Арктическом океане у западного побережья Гренландии. Рукав его черной мантии смахнул несколько перьев и опрокинул чернильницу.

—Чертова тряпка, — сказал Драко и отпрянул назад. Он быстро снял мантию. Гарри был ошарашен, увидев Драко в джинсах и футболке и вздрогнул, заметив выцветший серый след на его левом предплечье. Драко наклонился над столом и снова указал на место на карте. Гарри автоматически отметил стройное, гибкое тело с крепкими мышцами и без всякого намека на изнеженность. Драко выглядел, как двадцатилетний. Гарри старался поддерживать форму, как и полагается аврору-оперативнику, но даже он слегка размяк ближе к сорока годам.

Гарри придержал рукава мантии и наклонился, всматриваясь в карту. И ничего не увидел. Вокруг было много мелких островков, но в том месте, куда указывал палец Драко, он не разглядел даже пятнышка в синеве моря.

-Я ничего не вижу, Драко. Должно быть, надо применить какое-то заклинание?

Драко рассмеялся, поднимаясь и хлопая Гарри по спине.

—Заклинание? О, Мерлин, конечно заклинание!

Гарри был озадачен реакцией Драко. Мало того, что тот прикасался к нему, он практически походил на сумасшедшего, смеясь над какими-то одному ему понятными шутками.

—Да, Гарри, есть одно заклинание, оно и скрывает этот гребаный остров. Оно сильнее, чем Фиделиус в том, что только Хранитель Секрета знает, где это место находится, и только он может отвести тебя туда. Даже если ты был там однажды, ты не сможешь вернуться вновь без сопровождения Хранителя.

Гарри выпрямился.

—Я никогда не слышал о таком заклинании раньше. Как ты вообще можешь знать, что этот остров существует? — Он не хотел выглядеть придирчивым, но на протяжении многих лет, работая аврором и читая лекции по ЗОТ, он изучал каждое заклинания, на которое натыкался.

Драко фыркнул.

—Еще одна причина, почему я хотел, чтобы ты пришел сюда — чтобы я мог подтвердить то, что говорю. В нашем случае, однако, физические доказательства, которые я могу представить, довольно слабы. Они все основаны на легенде.

—Что за легенда?

Серебристые глаза – «да, серебристые», — подумал Гарри, пристально изучали его, будто пытаясь прочесть его мысли. Нижняя губа была закушена между белыми зубами.

—Драко, что за легенда? — спокойно спросил Гарри еще раз.

Драко повернулся спиной к Гарри и шагнул к шкафу рядом с окном, и открыл дверцу в нижней его части. Он взял пару бокалов и бутылку коньяка.

—Выпьешь со мной?

Гарри кивнул.

—Только немного. Мне завтра с утра на работу.

Драко поставил бокалы на стол и налил каждому понемногу.

—Ты читал своим сыновьям сказки на ночь?

—Ну да, обязательно. И Джинни читала и я, и до сих пор читаем их для Лили.

—И какая им нравилась больше всего? — спросил Драко, сделав глоток золотистой жидкости, а затем добавил с тихим смешком, — кроме «Прикличений Гарри Поттера», конечно.

Гарри поперхнулся глотком бренди.

—Да имел я тебя, Малфой, — ответил он, давясь смехом.

—Не в этой жизни, Золотой мальчик, — Драко снова язвил, как много лет назад.

—Ладно, оставим это, но отвечая на твой вопрос: они любили истории про Мерлина, Сказки Барда Бидла, «Драконьи Всадники», конечно, ну и несколько маггловских книг, о которых ты, наверно, не слышал.

—О, ты удивишься, но речь не об этом. Теперь скажи мне, что ты любил им читать? Мне верится с трудом, что ты сам в детстве слышал о магических книгах.

Одинокий солнечный луч пробился в окно, осветив Драко, склонившегося над картой. Кожа Драко выглядела обветренной, от солнца ли, от ветра ли, он не знал.

—Я бы сказал, что это — «Драконьи Всадники». Мне нравилась идея о сосуществовании магов и магических существ... О, Моргана сладчайшая, Малфой, ты веришь, что они существуют!

Драко усмехнулся.

—Моргана сладчайшая? Здесь нет детей, Гарри, ты можешь ругаться. Но, да, ты прав, я считаю, что они существовали. Теперь ты можешь собрать все части головоломки вместе?

Гарри допил последний глоток коньяка, даже не обратив внимания.

—Давай посмотрим: недавно где-то был замечен Ледниковый Дракон, я думаю, что не ошибся, подумав о Гренландии — ведь большая ее часть покрыта льдом. Тем не менее, ледник все же не может полностью защитить от магглов или других существ, а значит: Ледниковый Дракон предпочел бы остров, чтобы отложить яйца. Теперь, если Драконьи Всадники действительно существовали, то они бы жили с драконами на острове, чтобы заботиться и защищать своих питомцев. Ну, я думаю, они бы защищали друг друга.

—Очень хорошо, Гарри, — поддержал его Драко, наливая каждому очередную порцию коньяка.

—Так ты веришь, что Драконьи Всадники все еще существуют?

Драко покачал головой, поднеся бокал к губам. Дожидаясь следующих слов Драко, Гарри сделал еще один большой глоток алкоголя. Коньяк помогал расслабиться, и Гарри вдруг осознал, что они с Драко говорят уже более часа и еще не подрались — даже намека на ссору не было. В самом деле, признался себе Гарри, он скорее наслаждался беседой.

—Нет, я думаю, что они все же вымершая раса, но тем более удивительно, что один из Ледниковых Драконов до сих пор жив.

—Так почему ты решил, что это — тот самый остров и те самые драконы, что позволяли магам летать на себе?

Драко взял бутылку и вернулся к камину. Гарри последовал за ним и они уселись на свои прежние места.

—Я проследил эту легенду до самых ранних ее версий. Уверен, тебе это понравится, но легенда имеет магловское происхождение. Истории, которые рассказывают в Европе, Африке и на Ближнем Востоке очень похожи между собой. Однако, есть и другая версия, которую я обнаружил в Америке и на Дальнем Востоке. Одна имеет норвежское происхождение, а вторая пришла от народа Дорсет – предшественников инуитов. Обе версии рассказывают о всадниках на драконах и острове, где они жили. Остров не был спрятан чарами в то время. В чем они отличаются — так это в объяснении, как остров и его обитатели исчезли. В версии, с которой мы знакомы, говорится, что Боги завидовали могуществу всадников и развязали войну против них. Боги победили и утопили остров в океане. Версия инуитов говорит, что это были белые люди, которые боролись с Драконьими Всадниками, и когда люди стали проигрывать, они отравили Всадников, а затем нагрели воду и этим вызвали затопление острова.

Гарри сидел в оцепенении, похоже, он ни разу не шевельнулся за все время, пока Драко говорил. Перед его мысленным взором драконы проносились в воздухе, отчаянно сражаясь с захватчиками за свой остров. Драко протянул руку и долил коньяка в бокал Гарри.

—Так что ты думаешь, там произошло? Я имею в виду, если все это правда.

За окном загрохотал гром и, прежде чем Драко заговорил, дождь забарабанил в высокое окно.

—Я думаю, что это была комбинация двух обстоятельств. Вероятно, во время маго-маггловской войны остров был спрятан под заклинаниями. Позже, я думаю, все успокоились и снова у Всадников был контакт с жителями материка в разгар черной чумы в середине 1350х — отсюда версия об отравлении. Сущуствует еще одна сказка о массовом исходе драконов, которую рассказывают на Лабрадоре. В истории говорится о Ледниковых Драконах, кстати – здесь впервые используется это название, которые пролетали над Лабрадором в четком строю, как если бы мигрировали.

Голос, который когда-то так раздражал Гарри, теперь вводил его в транс. Он был мелодичный и успокаивающий, его не хотелось прерывать вопросами, хотя их было много. Гарри не мог вспомнить последний раз, когда он позволял себе так погружаться в мир фантазий и новых открытий. Он испытывал те же чувства, что в детстве, когда Хагрид открыл ему тайну о магическом мире, когда он впервые увидел Косой переулок. Не то, чтобы в его работе не хватало сложностей или азарта, хотя с годами, конечно, стало по спокойнее. Но все равно: плохие парни делали плохие вещи, хорошие парни их ловили и сжали плохих парней в Азкабан. Гарри вдруг понял, что его мысли бродят слишком далеко и что он уже довольно пьян. Это была не самая лучшая ситуация — сидеть в Малфой Мэноре, да еще и слишком много пить. Он поставил коньяк на стол и отодвинул бокал из пределов досягаемости. Драко приподнял бровь и сделал то же самое. Гарри почувствовал себя как-то увереннее от действий Драко.

—Ну что, есть комментарии? — спросил Малфой.

Прежде чем Гарри ответил, вспышка молнии полоснула по небу за окном, и низко заворчал гром. Драко поднял палочку со стола и разжег сильнее огонь в камине. Бутерброды исчезли, но остались сладости.

Гарри повернулся к Драко и просто смотрел на него, собираясь с мыслями. Малфой был серьезным ученым, увлеченным и готовым к дальнейшим исследованиям и приключениям. Драко выдержал его взгляд без смущения.

—Драко, я мог бы задавать тебе разные вопросы, а ты бы вытащил книги и карты и объяснил все в деталях, но мне, прежде всего, любопытно: почему ты рассказываешь все это именно мне?

Драко тихо присвистнул. Гарри чуть не рассмеялся над выражением его лица. Похоже, Драко придется сказать сейчас что-то, чего бы ему говорить очень не хотелось.

—Да, я могу погрязнуть в деталях по любому вопросу, который ты мне задашь, а я надеюсь, что ты хочешь знать все в подробностях, но после того, как я расскажу, почему, собственно, пригласил именно тебя. Детали важны, Гарри. Подробная информация не однажды спасала мне жизнь в моих путешествиях, а знание деталей делает меня лучшим в своей профессии. Я полагаю, то же самое верно и для твоей работы. На одной храбрости далеко не уедешь — надо хорошо знать вещи, с которыми ты можешь столкнуться, понять и предсказать, что будет дальше – вот что движет нас вперед в наших профессиях.

Гарри сглотнул. Хоть и в несколько причудливой форме, Драко только что сделал ему комплимент. Он признал, что Гарри не просто занимал должность Главы Отдела Магического Правопорядка благодаря прошлым заслугам.

—Давай дальше, — сказал Гарри терпеливо.

—Я встречался с Хранителем Секрета острова. Мы связывались за последний год по меньшей мере десяток раз. В конце концов, он признался, что Ледниковый Дракон, который был замечен недавно, действительно существует. Но, что еще более важно, Гарри, он сказал, что легенды были правдой. У него есть книга, больше похожая на дневник, который передавался из поколения в поколение в его семье на протяжении последних десяти веков. Мне было разрешено его просмотреть только один раз и то — очень быстро. Около шести месяцев назад я попросил его отвезти меня на остров, который я только хотел изучить и ничего там не трогать. Я хотел понять, чем Драконьи Всадники занимались, что они ели, как они выживали в таких суровых условиях, а главное то, каковы были их отношения с Ледниковыми Драконами.

—И ты действительно можешь понять все это, просто глядя на раскопки? — Гарри понимал — это глупый вопрос, но он не мог себе представить, как узнать, что ели люди и как они жили, только глядя на кости и какие-то инструменты или оружие.

Драко посмотрел на него серьезно.

—Я могу спросить тебя то же самое о твоей работе. Как ты, гладя на место преступления, знаешь, какая улика важна, а какая — нет? Как считываешь чужие намерения, и так далее. Опыт – сын ошибок трудных, — ухмыльнулся Драко.

—Только если ты учишься на них, — с усмешкой парировал Гарри.

—Да, это ключ к успеху: извлечение уроков из опыта. Ну, возвращаясь к нашей теме — Хранитель Секрета отклонил мою просьбу. Я, конечно, не был готов к такому ответу и отправил ему отчеты о моих предъидущих экспедициях, чтобы показать свою серьезность. Около месяца назад я, казалось, наткнулся на каменную стену. Все, что я когда-либо послал ему, вернулась ко мне. Похоже, это был худший день в моей карьере. Тем не менее, на следующее утро меня разбудила сова с посланием от этого мага, в котором он приглашал меня встретиться с ним в Копенгагене. Все закончилось встречей в Амстердаме, а это, хочу заметить, интересный город — но это уже другая история. Мы сидели в открытом кафе на воздухе, и он сказал, что взял бы меня на остров, но с одним условием. И это условие таково: я должен привезти с собой тебя.

—Меня? — Гарри ахнул. — Почему ... О, черт! Ты, должно быть, очень огорчился.

Драко рассмеялся.

—Да я еле удержался, чтобы не проклясть старика в общественном месте. Однако, он все объяснил и я согласился с его рассуждениями. Заклинание не позволяет Хранителю Секрета ступать на остров. Он может привести лодку к берегу, но не может выйти из нее. Его беспокоил Дракон, и то, сможем ли мы вступить с ним в контакт. Он, конечно, впечатлен тобой, как победителем Волдемора и Главой Отдела Магического Правопорядка Великобритании, но главное для него было то, что ты когда-то уже летал на драконе. Если бы с ним что-то случилось, он хотел, чтобы у меня была возможность улететь с острова. Дракон не попадает под действие заклинания, как и другие животные, оно расчитано на маглов и волшебников.

Гарри нахмурился.

—Это был старый, слепой, покрытый шрамами дракон, Драко. Бедняжка был просто счастлив вырваться наружу. Я даже не уверен, что он осознавал, что мы сидели на нем.

—Вот именно, — сказал Драко решительно. – в газетах тогда сообщалось, что ты первым влез на дракона, а Рон и Гермиона последовали за тобой. Старые, слепые, любые драконы не позволяют никому кататься на себе. Единственная возможность это сделать, по словам укротителей драконов и Хранителя Секрета — это вызвать доверие дракона и уверенность, что ты не причинишь ему никакого вреда. Точно так же, как и с тем гиппогрифом в Хогвартсе.

В мыслях Гарри уже мчался на Ледниковом Драконе навстречу приключениям. А что скажет Джинни? А отпустят ли его из Министерства? А насколько они уедут? А куда именно уедут? А что они наденут, будут есть ....

—Поттер! – громко окликнул его Драко.

Гарри подпрыгнул.

—Что?

—Ты витаешь где-то в другой реальности. Ты и на работе этим занимаешься?

—Я, безусловно, не могу сказать да или нет прямо сейчас. А сколько мы будем отсутствовать?

—Одна неделя на острове, это то, что мне позволяет Хранителя Секрета. Не так много времени, но если все спланировать заранее, должно быть достаточно.

—Когда?

—Скоро. В ближайшие несколько недель температура и длина светового дня достигнут своего пика на острове. Если мы не поедем сейчас, то нам придется ждать до следующего года, вероятно до июня.

Гарри снова посмотрел на картину с изображением дракона и не мог не улыбнуться.

—Я заинтересован, но мне нужно поговорить с Джинни и Кингсли об этом. И я понимаю, что ты не хотел бы, чтобы я говорил им, о чем именно идет речь.

—Я собираюсь дать тебе несколько книг со своими пометками в тексте. Хочу, чтобы ты почитал их, Гарри. Мы ведь не на курорт собираемся. Окружающая среда там жестокая и любая ошибка может стоить жизни одному из нас или даже обоим, — сказал Драко, поднимаясь с кресла и собирая книги с разных столов.

Гарри встал и осмотрел комнату, глядя на артефакты со всего мира. Здесь были маски, статуэтки, ювелирные изделия, керамика и оружие, изготовленные из различных материалов. Его интерес привлекла замысловатая резьба на белом ноже. Это был костяной нож, украшенный изображением птиц, похожих на вейл. Гарри протянул руку, чтобы взять его и отскочил, когда Драко закричал:

—Стоп!

Гарри сделал шаг назад. Драко с охапкой книг в руках метнулся к нему.

—Что это? — спросил Гарри.

Драко свалил книги на ближайший стол, снял свою палочку, и направил ее на нож.

—Извини, я наложил неприятное проклятие на нож, чтобы защитить его. Ты можешь его сейчас взять.

Гарри поднял нож и убедился, что он сделан из кости. Рукоятка была покрыта искусной резьбой, тонкое семидюймовое лезвие, казалось, только что было заточено. Но любопытнее всего была магия, скрытая в нем.

—Этот церемониальный нож я нашел на раскопках в Пиренеях. Он сделан из китовой кости, — сказал Драко, заглядывая через плечо Гарри. Гарри остро ощущал присутствие силы, и не только магической, которую излучал Драко.

—Что это за церемония, для которой требуется нож с таким содержанием магии? — Спросил Гарри, поворачивая оружие снова и разглядывая изображение вейлы.

—В лезвие вложено перо вейлы. Он использовался во время церемонии рождения, — прошептал Драко так близко к уху Гарри, что тот почувствовал его дыхание.

—Чтобы перерезать пуповину?

—Да, и это тоже.

Гарри кашлянул и вернул нож на стол.

—Обрезание?

Драко рассмеялся, отошел от Гарри и взял книги.

—Нет, дурачина, они не обрезали своих мальчиков. Я считаю, что он использовался для кесарева сечения, но я пока не могу доказать это.

Гарри обернулся.

—С ума сойти, Драко! Ты думаешь, что вейла-маги могли рожать детей?

Глаза Драко блеснули, и он одарил Гарри озорной улыбкой.

—Я не скажу больше ни слова, и ты тоже будешь молчать об этом. Мне просто нужно найти еще одну часть документов, чтобы иметь доказательства своей правоты. У меня есть две части, но требуется все три для того, чтобы создать жизнеспособную теорию.

Драко передал Гарри книги, и вывел его из библиотеки обратно в гостиную. Гарри все еще чувствовал влияние алкоголя, но в ту минуту он ощутил, будто только что вышел из сказки.

—Ты сможешь мне дать ответ в течение нескольких дней? Я не хочу давить на тебя, но время поджимает.

Гарри кивнул.

—Да, я поговорю с Джинни и с Кингсли.

Когда он произнес эти слова, он понял, что уже согласился, и ему стало хорошо, очень хорошо.

Он уже собирался аппарировать, но вместо этого переложил книги и протянул руку.

—Это был замечательный вечер, Драко.

Драко улыбнулся, задерживая руку Гарри в своей.

—Это так, Гарри.

—Драко, — сказал Гарри, заканчивая свое второе рукопожатие в тот вечер, — я должен сказать, что действительно впечатлен твоей работой и тем, как складывается твоя жизнь.

Лицо Драко побледнело, и он прикрыл глаза.

Если бы Гарри не знал его так хорошо, он мог бы поклясться, что Драко вот-вот заплачет. Он протянул руку и коснулся предплечья Малфоя.

—Что с тобой? Я сказал что-то не то?

В серебристых глазах отражалась грусть.

—Нет, все нормально. Я просто слишком много выпил.

Гарри сильнее сжал руку.

—Нет, Драко, так не пойдет. И я никуда не поеду с тобой, если мы не будем говорить всю правду. Если мы хотим быть партнерами в этой экспедиции, мы должны доверять друг другу. Я задал тебе вопрос и я хочу услышать ответ. Я сказал что-то не то?

Драко усмехнулся.

—Ага, аврор появился, в конце концов. Нет, Гарри, ты не сказал ничего плохого, просто твои слова значат для меня больше, чем ты можешь знать. Я хотел бы услышать это от других людей.

—От кого?

—От Северуса и Дамблдора, — ответил Драко тихо.

Гарри отпустил его руку и шагнул ближе к Драко.

—Почему именно от них?

—Черт, Гарри, ты не знаешь? Разве ты не помнишь? Моя мать, Дамблдор, Северус и ты — все вы спасали мою жизнь в том проклятом году. Я еще год после этого сидел безвылазно дома. Я все силился понять, почему кто-то думал, что я достоин спасения. Моя мать — понятно, но остальные из вас ... Я не понимаю. Мой отец, наконец, привел меня в чувство. После грандиозного скандала он сказал мне, что я никогда не узнаю ответа, но я должен доказать всем, и, прежде всего себе, что вы приняли правильное решение.

—Черт возьми, почему ты просто не спросил меня? Хорошо, я знаю, почему ты не спросил, но ты же сам спас мне жизнь, вот в этой комнате девятнадцать лет назад. Я знал, что ты сделал, или вернее, чего не сделал. И я видел в своих видениях, как тебя заставляли мучить людей и как ты не хотел этого. Тебя использовали. Признаюсь, я всегда терпеть не мог твою тощую задницу, но я знал, что ты понял, что сделал неправильный выбор, когда встал на сторону Волдемора. Но ты учился на своих ошибках, да и каждый заслуживает второго шанса. Я ни разу не пожалел, что вытянул тебя из огня. И если тебе нужно, я повторяю — это замечательно, как ты распорядился своей жизнью.

Драко вздохнул и прикусил нижнюю губу еще раз. Гарри был уверен, что он в конце концов прогрызет ее до крови.

—И твоя палочка меня слушается. — пробормотал Гарри быстро.

Драко издал тихий смешок, закашлялся, а потом начал хохотать взахлеб.

Гарри оглядел «комнату ужасов», как он ее окрестил для себя, а потом посмотрел на Драко.

—Слушай Драко, когда мы вернемся из этой экспедиции, первое, что я собираюсь сделать — это потащить тебя в Хогвартс, в кабинет директора. Я хочу, чтобы эти два упрямых ублюдка знали, что мы оба выжили, и что мы оба оказались достойны защиты и спасения, – на этих словах Гарри скривился.

—Что такое? — спросил Драко, все еще улыбаясь.

—А, длинная история, я расскажу ее тебе в поездке. Скажем, я пережил несколько минут, когда не был уверен, что защита и спасение ко мне тоже относятся, — усмехнулся Гарри.

Петушиный остров. Глава 2. Часть 1.

Примечания автора: Ниже приведены термины и названия мест, упомянутые в главе, которые могут быть незнакомы читателям.

1. Уумманнак ( Uummannaq - букв. «в форме тюленьего сердца») — город и административный центр бывшей одноимённой коммуны на севере Западной Гренландии. Ныне входит в состав коммуны Каасуитсуп

2. Упернавик (Upernavik) — небольшой город и столица одноименного муниципалитета, расположенного на севере Западной Гренландии. Граничит с Уумманнаком на юге.

3. Умиак — вид лодки у эскимосов. Название значит «женская лодка», в противоположность каяку - «мужской лодке». Подобно каяку, умиак обычно делался из плавника или китового уса, сколоченного или связанного в остов, на который натянута кожа морского зайца. Нос и корма его были тупоконечными. Умиак был значительно крупнее каяка, при длине корпуса от 6 до 10 метров он мог одновременно выдерживать более двадцати человек.

4. Аппарссюит (Apparsuit): скальный остров рядом с побережьем Гренландии, на котором обитает крупнейшая в Арктике колония морских птиц.

5. Рамора ( Ramora) - серебристая рыба, обитающая в Индийском океане. Обладает очень сильным магическим потенциалом, может удерживать корабль как на якоре, является талисманом-хранительницей моряков. Рамора высоко ценится Международной Магической конфедерацией, которая издала множество законов для защиты Раморы от браконьеров. («Фантастические твари и где их искать» Джоан Роулинг)

6. Каарсоруак (Qaarsorsuaq) – гористый остров на северо-западе Гренландии. Один из самых больших островов в архипелаге Упернавик.

Все представители флоры и фауны, упомянутые в главе, обитают в Гренландии.

Гарри сидел на скамейке, вырубленной из бревна, когда-то давно выброшенного океаном на берег, пытаясь привыкнуть к обжигающе-холодному, сухому воздуху. Скамейка стояла на крыльце небольшого магазинчика, торгующего всякой всячиной. Драко только что вошел туда: они решили докупить кое-какие мелочи и соответствующую одежду для обоих. Гарри усмехнулся, вспоминая, сколько раз Келби - домовой эльф Малфоев - мотался к нему домой и в офис, снять с него мерки. Сейчас же он был поражен тем, что они все-таки добрались до острова в трехстах семидесяти милях к северу за Полярным кругом и что магглы здесь жили и продолжают жить на протяжении веков. Небольшое поселение, где они должны переночевать, было одним из семи поселков в муниципалитете Уумманнак(1) .

Красота окружающей природы завораживала. С места, где он сидел на веранде, выстроенной на скалистом берегу, были видны ледяные острова и айсберги, проплывающие мимо. Было семь вечера, а солнце - еще высоко в небе. Местные жители совсем легко одеты, как будто снаружи градусов 20-22 тепла, но термометр показывал 3-4 градуса выше нуля. Гарри запахнул поплотнее подбитую тюленьим мехом куртку. Отсутствие звуков, которые он привык слышать в маггловском городе, оказалось огромным облегчением. Здесь не было машин, так как не было дорог. Люди пользовались лодками и собачьими упряжками, чтобы передвигаться по острову, хотя он и заметил несколько внедорожников. Остров, на который они собирались плыть, как ему поведал Драко, был еще меньше, чем этот и полезно было бы обзавестись собаками и санями. Но такая роскошь им не светила, как сказал Хранитель Секрета. Дракон, если объявится, сразу же сожрет собак.

Гарри поднял саквояж на скамью и заметил лайку, которая принюхивалась, рассчитывая на угощение. Гарри позволил собаке обнюхать его и осторожно наклонился, а потом погладил ее по голове. Похоже, собаку не часто баловали вниманием - она сразу ткнулась носом в ладонь, напрашиваясь на ласку. Гарри вспомнился Снафлс - наверное, самый избалованный и ленивый пес в мире.

Джинни скоро должна забрать Лили из Норы, и они вместе отправятся домой. Ему не особенно нравилась идея, что две его барышни остаются дома одни. Джинни чуть не плюнула ему в лицо, когда он заговорил об этом. Гарри знал, что его коллеги-авроры присмотрят за ними во время его отсутствия, да и волноваться было не о чем. Много лет уж прошло с тех пор, когда беспокойство за близких терзало его каждый час. Его работа теперь заключалась в отслеживании производителей незаконных зелий, вылавливании мошенников и разнимании подвыпивших магов в пабах. Изредка происходили убийства или покушения на убийство. Гарри стыдно было признаться, но он находил эти случаи самыми захватывающими в его профессии. Не требующая особых усилий работа оставляла ему больше времени для семьи и даже чтения лекций в Хогвартсе.

Мальчишки пришли в восторг, услышав, что отец отправляется в путешествие. Гарри заскочил к ним перед отъездом, чтобы рассказать обо всем лично и попрощаться. Он слышал, что Драко сделал то же самое. Газеты еще не пронюхали об экспедиции, и он был очень этому рад. Иначе писаки бы уже растрезвонили бы эту новость. Можно надеяться, что они вернутся прежде, чем кто-либо обнаружит их отсутствие. Джинни, конечно, не была особо счастлива - он видел это по выражению ее лица, но она и не озвучивала свое недовольство. И Гарри помалкивал. Он знал: жена понимала, что ему всегда необходимы приключения, и в юности, и сейчас.

Кингсли, наоборот, был очень обеспокоен и не удовлетворился заверениями Гарри, что Малфой ничего гнусного не планирует. Гарри до сих пор удивлялся, что Драко согласился приехать в министерство для допроса и заключительного унижения Веритасерумом, чтобы убедить бдительный аврорат, что он планирует просто научную экспедицию. Гарри оставался в комнате с Драко в течение всего судебного разбирательства, а потом к ним присоединилась и Гермиона. Драко выдержал все. Гарри был уверен, что он будет расстроен подозрениями, но Гермиона отозвала его в сторону и объяснила, что если с Гарри что-нибудь случится, у них будут доказательства, что в этом не было злого умысла. Истинный слизеринец был впечатлен таким разумным доводом.

Лайке, наконец, надоели ласки, и она улеглась на крыльце, положив голову на теплую обувь Гарри. Ботинки «Карибу» оказались совершенно удивительным маггловским творением.

Гарри подскочил от оглушительного треска ломающегося льда, когда огромный кусок ледника на соседнем островке отвалился от массива, обдав Гарри брызгами. Собака подняла голову и тут же улеглась обратно. Гарри наблюдал, как вновь образовавшийся айсберг, покачиваясь, уплывает по фьорду. Он сунул руку в сумку, достал свиток пергамента, развернул его и внимательно прочитал каждый пункт в списке, мысленно повторяя один за другим. Он думал о своем последнем путешествии с палаткой много лет назад с Гермионой и Роном. Они бы не пережили и одной ночи без предусмотрительности Гермионы и ее организационных способностей. И даже со всем этим, они не были полностью готовы. Да, подумал Гарри, он многому научился тогда и с тех пор старался ко всему готовиться заранее. Это не раз помогало в его профессии, особенно когда он сидел в засадах возле укрытий Пожирателей Смерти. Они с Роном тогда были одной командой - это были лучшие годы его карьеры. Он не винил Рона за переход в другой отдел - Гарри его затмевал, пока они были партнерами. Рону было необходимо было создать собственную репутацию.

Драко написал список нужных вещей, а Гарри добавил несколько пунктов то здесь, то там. Гарри восхищался его подробностью, хоть и шутил с Роном, что список все же чересчур детальный. Они, в конце концов, отправляются только на одну неделю, самое большее - на две, если плохая погода помешает Хранителю забрать их в назначенный день. Рон дразнил его все это время и даже скалился "по-Малфоевски", чтобы Гарри привыкал. Реакция Рона удивила всех, кроме Гарри. Рон знал, что Гарри неудержимо влекут приключения, да и вообще все неизвестное, ведь они уже столько лет были друзьями и партнерами. Он был немного расстроен тем, что Гарри не сказал, чему, собственно, посвящена экспедиция, но быстро успокоился, когда Гарри намекнул, что она связана с легендой, мифом из детства. Глаза Рона понимающе блеснули, и он больше не задавал никаких вопросов. Как-то он вспомнил историю с Гринготтсом, но Гарри только глянул на него и Рон оставил эту тему полностью.

Гермиона же была гораздо более озабочена законностью всей затеи. Рон, наконец, отвел ее в сторону на пару слов, и она больше не беспокоила Гарри по этому поводу. В отличие от Драко, Гарри был удивлен, что она появилась на допросах. Драко общался с ней вполне цивилизовано, но без особой любезности. Первой мыслью было: сказывается давнее предубеждение против Гермионы - ведь она была магглорожденной, но потом Драко выложил пачку пергаментов на стол перед Гарри. Это были документы Департамента Магического правопорядка и содержали подписи Гермионы. Из них стало понятно, что департамент запрашивал подробную финансовую информацию, а также тщательную проверку лояльности жены Драко и ее отца. Проверка была устроена, прежде всего, чтобы защитить самого Гарри, но он понял, что Драко разговаривал с Гермионой сквозь зубы не потому, что был такой задницей – ему изрядно потрепали нервы.

Деревянная дверь скрипнула, отворяясь. Лайка приоткрыла голубой глаз и снова задремала, не обращая внимания на Драко, который боролся с дверью, стараясь не рассыпать коробки и пакеты. Он сгрузил их на скамью рядом с Гарри и стоял, наблюдая, как Гарри запихивает покупки в свой рюкзак.

- Наши комнаты – вон в том доме, выше по дорожке. Солнце всходит в три сорок пять утра, и нас будут ждать на острове Упернавик(2) в четыре тридцать. Вильгельм встретит нас там и принесет еще кое-какое снаряжение, в том числе и лыжи. Мы позавтракаем, погрузим все в умиак(3) в пять тридцать. Мы должны отчалить в пять сорок пять.

Гарри закончил складывать коробки в рюкзак.

- Окей, звучит хорошо, - ответил Гарри. Драко не сказал ничего нового. Они оба знали расписание наизусть, но Гарри понял, что Драко немного волнуется и почувствовал необходимость подбодрить его. Он делал то же самое много раз, когда работал со своим новым партнером после перехода Рона

в другой отдел. С Роном слова были не нужны.

- Ну что, пойдем?

Гарри встал – собака резко встрепенулась, и поспешил за Драко по тропе, усыпанной раскрошенным камнем. Лайка потрусила вслед за магами, мимо небольших ярких домов и остановилась, когда они подошли к маленькому отелю, обшитому белой вагонкой.

Комната Поттера была скудно обставлена, но односпальной кровати и небольшого комода было вполне достаточно, чтобы переночевать одну ночь. Гарри чувствовал себя усталым: сказывалась трехчасовая разница во времени. В это время дома он уже готовился ко сну, а здесь было только семь тридцать вечера. Гарри распаковал вещи, которые ему понадобятся на ночь и вышел из комнаты, чтобы встретиться с Драко за ужином в общей столовой. В гостинице не было ничего примечательного, за исключением владельцев. Датчане по происхождению, они считали Гренландию новым домом для семьи уже больше столетия. Хозяева сразу напомнили Гарри семейство Уизли. Драко, к радости Гарри, вел себя вполне дружелюбно. Они поужинали свежими голубыми устрицами и местным палтусом, в молчании наблюдая в окно за айсбергами, величественно проплывающими через фьорд.

С момента той памятной встречи в Малфой Мэноре они перекинулись всего несколькими словами. Гарри улыбнулся, отодвигая тарелку, и налил каждому из них еще белого вина. Ужин, на который он, Джинни и Лили приходили в поместье Малфоев, не было таким приятным, как он надеялся. Он не мог себе представить, что миссис Поттер и миссис Малфой когда-нибудь добровольно встретятся за столом, если у них будет выбор.

Гарри не был в состоянии понять, что же такого ужасного нашла Джинни в Астории; она, в конце концов, пригласила их к себе и с ней было довольно интересно поговорить. Лили абсолютно влюбилась в нее, особенно, когда Астория похвалила ее волосы и предложила заплести

французские косы. Его дочь просто возвела ее в ранг божества, узнав, что Астория - художница и нарисовала пейзажи, которые висят в коридоре. Драко шепнул Гарри, что именно она рисовала картину с Ледниковым Драконом, находящуюся в библиотеке. А Лили заявила, когда они вечером укладывали ее в постель, что Астория была настоящей принцессой, и Малфой Мэнор – это ее замок. Скандал, произошедший в спальне, был классическим, но примиряющий секс все исправил. Гарри уже много лет не слышал а словах жены столько зависти. Этого в Джинни он никогда не понимал - Астория очень красива, в этом нет сомнений, но она не в его вкусе.

- Ты думаешь, они как-нибудь поужинают вместе за время нашего отсутствия? - спросил Драко уж слишком невинно.

Гарри покачал головой.

- Как, черт возьми, ты знаешь, о чем я думал?

Драко пожал плечами.

- Это было всего лишь предположение. И все же я должен предупредить тебя: моя жена порой заигрывается. Прошу прощения, если она зашла слишком далеко. Астория думает, что твоя дочь очаровательна, и я с неохотой соглашаюсь. Лили прекрасно впишется в Слизерин.

- Ну ты ублюдок! - ответил Гарри насмешливо и отхлебнул вина. Они оба подскочили от оглушительного грохота, разнесшегося по комнате – оказалось, что верхушка ледника с острова напротив свалилась в воду и поплыла по фьорду, раскачиваясь, как пробка, пока не успокоилась.

- Думаю, нам лучше привыкать к таким звукам, - пробормотал Гарри. - Так что ты имел в виду, говоря, что твоя жена заигрывается?

Драко распахнул глаза, а затем поджал губы, словно пытаясь остановить слова, готовые вырваться наружу.

- Что? Говори уже, ты же сам начал. Что ты имеешь в виду?

Драко поднял бокал вина и сделал большой глоток. Гарри терпеливо ждал или, по крайней мере, делал вид, что ждал.

- У нас с женой договор, - протянул Драко.

- О чем вы там договорились? Вот дерьмо, Малфой, просто скажи это.

- Хорошо, Поттер, у нас - открытый брак. У нее есть любовники и у меня есть.

Гарри возблагодарил Мерлина, что уже проглотил вино.

- Вау! Я имею в виду, ничего себе. Нет, я ... Почему? Ты ее не любишь? Или она не любит тебя?

Драко закатил глаза.

- О Господи, я ее люблю и она меня любит. Просто у каждого из нас есть интересы, которые другой не разделяет. Она наслаждается, дразня меня - ее флирт с тобой и был частью игры. У нас был восхитительный секс после вашего ухода, если ты так хочешь знать.

Им принесли две тарелки с черничным пирогом, и они замолчали, пока официант не удалился.

- Я вовсе не хочу это знать, - ответил Гарри. Его щеки пылали, и от вина, и от разговора. - Так что, ты заигрываешь с другими дамами прямо на глазах у жены? Я имею в виду, ты говорил с Джинни о квиддиче, ее прошлых играх, ее статьях, но я не заметил ничего более серьезного.

Драко закашлялся.

- Нет, Гарри, я не заигрывал с твоей женой. Без обид, но она не в моем вкусе.

Гарри нахмурился, воспоминая, как Драко называл ее семью предателями крови, и что еще хуже, издевался над Уизли из-за их бедности. Джинни не была роскошной женщиной, как Флер или Астория, но для него она была прекрасна. Ему нравилось, что она задира и что она играет в квиддич.

- Ну, я вижу, ты обиделся. Приношу извинения.

****

Гарри побрел в свою комнату после того, как Драко вышел из-за стола. Его мысли были в смятении не только от вина, но и от недавнего разговора. Профессия Гарри предполагала четкое разделение на черное и белое, добро и зло, но случалось, что ситуации оказывались где-то посередине. Сразу после войны, например, не было понятно, что делать с Малфоями. Нарциссу и Драко признали невиновными, когда Гарри рассказал об их действиях в конце, о роли Северуса Снейпа во время войны, а также о сложном положении, в котором Драко находился по вине Волдеморта. С Люциусом было гораздо больше проблем - он был темной лошадкой. В конце концов, ему засчитали то время, что он уже отсидел в Азкабане, дали испытательный срок на десять лет и запрет на магию за пределами своего дома.

Гарри открыл ключом дверь своей комнаты. Он и Драко решили воздерживаться от использования магии за исключением аппарации. Гарри быстро подготовился ко сну и скользнул под теплое пуховое одеяло. Он завел будильник, выключил свет и посмотрел в окно на еще светлое небо. У Малфоев был открытый брак, хорошо это или плохо? Они никому не мешали, но Гарри решил, что это, в конечном счете, может повредить их семье. Он перевернулся лицом к двери, спиной к свету и хмыкнул, подумав: Джинни проклянет его к чертям прежде, чем он откроет рот, если он предложит подобное. А он и не предложит. Он любит Джинни, у них замечательный брак, да и секс... По крайней мере, он так думал. Гарри зевнул и натянул одеяло на плечи. Джинни была у него единственной. Черт, даже у Рона было больше опыта, спасибо Лаванде.

***************************************

Гарри распахнул глаза и вскочил с кровати – сердце ухнуло вниз, кровь стучала в висках. Схватив палочку он повернулся на месте и обыскал комнату мутными со сна глазами. Потянулся к тумбочке, схватил и надел очки. Он попытался успокоиться и сообразить, откуда взялся приступ тревоги. Через пару минут, проанализировав то, что он слышал и то, что он чувствовал, аврор встрепенулся. Он слышал пять очень выразительных хлопков, прозвучавших друг за другом. Звуки доносились явно снаружи, они были бы громче, если бы прозвучали в отеле. Гарри не знал, как распространяется звук в этой части мира, учитывая сухость воздуха и почти полное отсутствие строений. Он закрыл глаза, чтобы сосредоточиться на ощущении магии. Он чувствовал очень мало, но она определенно присутствовала. В этом маленьком городке на краю света только что появились маги, и он не знал, кто и почему.

Гарри быстро умылся, оделся, и через десять минут уже стучал в дверь Малфоя. Дверь открыл Драко - мокрый, с полотенцем вокруг бедер.

- Ты рано, - сказал он, повернулся и отошел вглубь комнаты, оставив дверь открытой для Гарри.

- По меньшей мере, пять магов аппарировали где-то рядом около десяти минут назад, - ответил Гарри, закрывая дверь.

Драко обернулся.

- Ты уверен?

Гарри посмеялся бы над выражением недоверия на лице Драко, но все оказалось слишком серьезным. Было не до шуток

- Да, это разбудило меня. Я не уверен, как тут распространяются звуки, поэтому не могу точно сказать, как далеко они находятся. Я точно знаю, что они не в здании. Ты знаешь, почему они здесь?

- Несколько причин приходят на ум, - сказал Драко, развязывая полотенце и натягивая штаны. - Они вполне могли использовать этот город в качестве промежуточной остановки при длительной аппарации.

- Что еще? - спросил Гарри, наблюдая за тем, как Драко пытается надеть шерстяное нижнее белье. Он был прав, решив, что Драко выглядит как двадцатилетний. Малфой напоминал большую кошку своим худым, мускулистым телом.

- Хм, Поттер, ты пялишься на меня. И что, нравится увиденное?

Гарри рассмеялся.

- Нет, да, нет, ой, черт! Я просто отметил, что ты в хорошей форме для нашего возраста.

Драко посмотрел в зеркало и провел расческой по волосам.

- Ну, если я хочу привлекать заинтересованные взгляды, то не могу больше рассчитывать только на свои волосы. Такая жалость.

Гарри снова рассмеялся.

- Драко, я сказал своей семье перед тем, как прийти к тебе в гости в первый раз, что я совсем тебя не знаю. Я понятия не имел, насколько верно это утверждение. Кстати, твои волосы в порядке. Они совсем как у твоего отца

Драко оглянулся через плечо на Гарри.

- Я даже не знаю: или это не комплимент, или он исходит не от тебя. Сомневаюсь, что твои чувства к моему отцу ослабели с годами.

- Ладно, блондинка, давай выдвигаться. - Гарри вздохнул.

Драко схватил свой рюкзак.

- Ты прав, Поттер, мы должны выбраться отсюда, особенно, если я не прав и они не простые путешественники.

Гарри из рюкзака вытащил мантию-невидимку.

- Мы используем это при аппарации, и я собираюсь наложить Глушащее заклинание так что, надеюсь, они нас не заметят.

- Ты действительно решился на это? - пролепетал Драко, когда Гарри обернул плащ вокруг них обоих, и они исчезли из Уумманнака.

- Да, - прошептал Гарри, в момент, когда они появились под плащом в двухстах милях севернее от острова, где были минуту назад. Оба огляделись вокруг и не заметили никаких признаков переполоха. Рыбаки и охотники на тюленей из небольшого приморского городка на западном склоне острова Упернавик толпились у своих лодок, а большая стая уток-гаг громко крякая, пролетала низко над проливом Дэвиса. Они двинулись в сторону маленькой, выкрашенной в синий цвет избушки и Гарри стянул с них плащ.

- Черт, ты бы хоть предупредил, - пробормотал Драко.

Гарри проигнорировал его шипение и посмотрел на юг. Горы острова Каарсоруак (6) были хорошо видны и напоминали фотографии из книг, которые давал ему Драко. Они благополучно прибыли в правильное место.

- Где мы должны встретиться с Вильгельмом?

- Он сказал, что будет в отеле. Помнишь, мы должны позавтракать, а уже потом сложить вещи в лодку и отправиться в путь.

Гарри не отвечал и не двигался, а просто стоял с закрытыми глазами.

- Поттер, что ты делаешь? - Спросил Драко решительно.

Гарри медленно открыл глаза.

- Просто пытаюсь почувствовать любую магию вокруг. Я только чуть-чуть заметил, как я полагаю, от нашего проводника.

Драко покачал головой и помог Гарри натянуть непромокаемую куртку.

- Пойдем уже, о мой мистический спутник!

- Вот дурачина, - ответил Гарри, отмахиваясь рукой от Драко.

Отель «Упернавик» они нашли легко и Гарри мог поклялся, что каждый раз, когда они заходили в тень строений, температура падала на десять градусов. Ресторан в отеле был небольшим, но теплым. Драко подвел Гарри к столу у камина, где похожий на гризли старый маг пил кофе из большой кружки.

Старик встал и пожал руку Гарри, обхватив ее обеими руками. Гарри улыбнулся, рассматривая заросшее щетиной и словно сделанное из дубленой кожи лицо мага. Его волосы были густыми, седыми и взлохмаченными, и напоминали Гарри покрытую старой соломой крышу. Руки старика оказались очень мозолистыми и заскорузлыми.

- Мистер Поттер, я очень счастлив встретиться с вами. Мы с мистером Малфоем часто о вас говорили.

Гарри посмотрел на Драко, который пытался выглядеть невинно.

- О да, я не сомневаюсь. Пожалуйста, называйте меня Гарри. Мистер Малфой и я ходили в школу вместе. Для меня большая честь, что вы пригласили меня присоединиться к этой экспедиции.

Старик повернулся и подмигнул Драко. Его темно-карие глаза снова обратились к Гарри.

- Пожалуйста, присаживайтесь, присаживайтесь. У нас есть только несколько минут. Я уже заказал завтрак на троих.

Гарри и Драко сели, и вскоре им подали яичницу, бекон, тосты и дымящиеся кружки с кофе. У Гарри появилось ощущение, что бекон был не свиным, а яйца не куриные.

- Гарри сказал, что пять магов аппарировали на Уумманнак этим утром перед нашим отбытием. Вы случайно не знаете, что бы они могли там делать? – шепотом спросил Драко у Вильгельма.

- Браконьеры, я думаю. Будем надеяться, что они охотятся на Рамору, а не на нашу девочку.

Гарри со стуком поставил кружку и кофе расплескался на стол.

- Что? Рамора водится в Индийском океане, она не смогла бы выжить здесь.

Маг захихикал почти по-старушечьи.

- Ах, мистер Поттер, Гарри, народ Туле пытался на протяжении столетий разводить здесь Рамору и он преуспел в этом. Рыба мигрирует в Атлантику на зиму, конечно. И вам лучше молчать об этом в присутствии ваших английских законников, иначе я лично прокляну вас. Мы, рыбаки почитаем нашу рыбу - хранительницу, это браконьеров мы ненавидим. Ну заканчивайте, нам лучше выдвигаться.

- Умиаки - это большие эскимосские лодки, которые используются для перевозки женщин и грузов, - объяснил Вильгельм. – Конечно, раньше они выглядели по-другому, - добавил он, когда они с тяжелыми рюкзаками подошли к берегу. Внутри лодки уже кое-что лежало: копья и ножи из кости, а так же лыжи и снегоступы. Гарри испытал прилив благодарности к старику, увидев меховые одеяла, из шкур каких-то животных, каких - он не знал и на данный момент его это не волновало. Гарри сел впереди, Драко в середине и Вильгельм на корме.

- Теперь пусть каждый из вас возьмет весло и попытается выглядеть так, как будто знает, что делает. Я собираюсь использовать совсем немного магии, чтобы двигаться с приличной скоростью. Как только мы скроемся из виду, ускоримся.

Пока они гребли от острова Уппернавик, Гарри понял, что никогда в жизни он не чувствовал себя таким спокойным. Через полчаса, они обогнули Аппарсюит, где гнездились тысячи кайр и бакланов и вышли в открытый океан со скопищем огромных айсбергов, неотличимых от реальных островов.

Лодка начала тихонько гудеть, когда Вильгельм усилил заклинание скорости. Гарри не мог не смотреть вниз, в толщу холодной воды и размышлять о том, что скрыто в глубине. Он знал, что здесь водятся тюлени, киты и рыбы различных типов и сортов. Картина дрейфующих мимо белых и голубых айсбергов завораживала. Он увидел облака, собирающиеся вдалеке, и почувствовал усиливающийся ветер. Гарри натянул меховое одеяло, закрыл глаза и позволил телу чувствовать движения лодки, и холодные брызги океана, опускающиеся на его открытый нос и щеки. Последнее, что он запомнил, перед тем, как уснуть - низкий и мягкий голос, поющий балладу о древних моряках.

Гарри слышал пение издалека, плавая во сне на облаке над белым океаном. Вокруг него в небе было полно всадников на драконах, кричащих от радости, ловящих сильные воздушные потоки и уносимых ими вдаль. Чьи-то руки обнимали его, и кто-то шептал на ухо: о красоте, которую они были благословлены увидеть. Тень накрыла их, и волосы Гарри сдуло в другую сторону потоками воздуха, поднятыми хлопающими крыльями. Он выгнулся, чтобы посмотреть вверх и захлебнулся ветром, хлестнувшим в лицо. Дракониха над ним казалась высеченной из белого и синего льда. Она склонила к нему свою огромную голову. Она не говорила вслух, но ее голос ясно звучал в его голове. «Драконий Всадник, приветствую тебя и твою птичку!».

Выживание вида. Глава 2. Часть 2.

Гарри вздрогнул и проснулся. На губах его блуждала улыбка. Он лежал в лодке, укрытый мехами. Драко мирно посапывал во сне рядом с ним. Толстое одеяло тумана плотно окутывало их, скрывая все вокруг. Старый маг перестал петь и улыбнулся, увидев, что Гарри подтягивается в сидячее положение.

— Вы оба получили разрешение пройти? – спросил маг.

— Да, — хриплым со сна голосом прошептал Гарри, — я видел ее во сне, но она сказала ...

— Вот и хорошо! Я надеялся, что она примет вас обоих, — ответил Вильгельм радостно, не давая Гарри закончить предложение. Он взмахнул палочкой, и серый туман мгновенно исчез. Гарри распахнул глаза, увидев, что лодка была уже наполовину вытащена на землю. Узкий бережок был покрыт мелкими камнями, осыпавшимися с тропы, круто поднимавшейся между двумя массивными ледяными стенами.

— Добро пожаловать на Петушиный остров, Гарри Поттер.

У Гарри перехватило дыхание, и он откинул голову назад, чтобы рассмотреть громаду чистейшего льда, возвышающуюся перед ним. Она была похожа на гору, разрезанную пополам. Драко зашевелился рядом. Гарри откинул с него одеяло, наклонился и прошептал на ухо:

— Драко, мы на месте. Пришло время открытий.

Драко приоткрыл сонные глаза, зевнул и потянулся длинным телом. Потом сел и покрутил головой, разминая шею.

— Мерлин, думаю, я спал так хорошо только в детстве.

— Сейчас восемь вечера, ребята. Кажется мне, вам лучше разбить лагерь, пока солнце не опустилось.

Гарри подхватил рюкзак и осторожно ступил на берег. Он оглянулся на Драко, который все еще изумленно созерцал ледник.

— Малфой, пора идти, — сказал Гарри деловито, зная, что такой тон привлечет внимание.

— Да, хорошо, — ответил Драко, все еще пребывая в изумлении.

Гарри потянулся и помог ему выйти из лодки. Они вытащили лыжи и снегоступы, затем затолкали костяные оружие и инструменты в рюкзаки.

— Возьмите еще и запасные одеяла, — хрипло сказал Вильгельм. — Они согреют вас, или, по крайней мере помогут выжить в самых худших условиях. Так, я вернусь через семь дней, если погода продержится. Если нет — приходите на это место каждый день. Я вернусь.

Гарри и Драко направились к лодке, чтобы пожать руку старого моряка, но он уже подхватил весло, оттолкнулся от мелководного шельфа и отплыл от берега. Густой туман поднимался из воды, быстро скрывая лодку. Гарри повернулся к Драко, с шутливым пафосом взмахнул рукой, указывая на тропу, и насмешливо сказал:

— Только после вас, о великий исследователь.

Они шли около часа через узкую расщелину, постепенно поднимаясь все выше и выше. Стены ледника были раскрашены полосами различных оттенков синего и белого, обнажая спрессованные тысячелетиями пласты льда. После первого получаса пути Гарри осенило понимание того, в какой хорошей форме находится Драко Малфой. В конце концов, Гарри начал задыхаться, стараясь идти в ногу с магом, размеренно шагающим впереди. Он хотел остановиться и попить — сухой холодный воздух втянул из него всю влагу. Но когда Гарри уже решился попросить сделать привал, тропа стала круче и через несколько минут отчаянных усилий заставить ноги двигаться вперед, ледяные стены начали уменьшаться и путешественники вышли на верхнюю часть острова. Драко бросил одеяло на лед и упал на него. Гарри вздохнул с облегчением, понимая, что Драко тоже выдохся. Он плюхнулся рядом и вместе они принялись молча разглядывать ледник, на котором сидели, понимая, что находятся в неглубокой долине в середине острова. Края долины не было видно, а на севере просматривалось другая возвышенность, видимо, невысокая гора и похоже, состоящая из камня.

Драко достал питьевую воду, отхлебнул и передал флягу Гарри.

— Давай наденем лыжи, пройдем подальше и потом уже разобьем лагерь на ночь. Я бы поискал менее открытое место.

Как только Драко закончил говорить, они с изумлением увидели, что стены расщелины, по которой они только что поднялись, смыкаются. Драко сунул руку в рюкзак, вытащил красный колышек, встал и с помощью заклинания вбил его в лед, отмечая место, куда они должны будут вернуться.

Гарри сделал большой глоток воды и отдал флягу Драко. Потом они долго боролись с креплениями на беговых лыжах. У Драко, к счастью, был некоторый опыт. Гарри понадобилось несколько минут, чтобы войти в ритм скольжения по льду. Поначалу он все пытался шагать в лыжах.

То, что издали казалось покрывалом ровного льда, таковым вовсе не являлось. Гарри еще раз отметил, что арктические солнце сыграло злую шутку, искажая восприятие рельефа. Неглубокие ямки и трещинки в леднике издали выглядели совершенно безобидно, но по мере приближения грозили обернуться серьезной опасностью.

Гарри на полном ходу врезался в Драко, когда тот резко остановился.

Лед постепенно истончился, и они подошли к границе с обнажившейся каменистой землей. Дальше, насколько хватало взгляда, вился еще один большой разлом, а за ним простиралась каменистая равнина. Они сняли лыжи и подошли к краю покрытых лишайниками камней. Драко широко улыбнулся, заметив маленький ручей, текущий с горы , пробирающийся по расщелине вниз и впадающий в небольшое озеро.

– Пресная вода, — сказал Драко восхищенно, — будем ставить лагерь здесь.

Палатка, как только была полностью установлена, живо напомнила Гарри магические палатки, которые он видел раньше. Снаружи она была очень скромного размера и ничем не примечательна. Гарри не был удивлен, тем, что он увидел внутри, но простота обстановки его озадачила. Драко, со своим многолетним опытом работы и проживания в палатке, захватил только то, что действительно может понадобиться. Этого было вполне достаточно, чтобы разместиться с комфортом.

Внутреннее пространство палатки было функционально разделено на четыре части. Один угол предназначался для сна — с двумя односпальными кроватями, тумбочкой между ними и одежными шкафами для каждого.

Угол рядом с ним был для работы: Драко разместил там два стола, похожих на те, что стояли у него в библиотеке, с разложенными на них чертежными и измерительными инструментами, и два стула. В том же углу находились полки с книгами.

Напротив спальни размещалась кухня с небольшим обеденным столом и дверь, похоже, ведущая в туалет.

Гарри улыбнулся, увидев два котла на кухонных полках. Один из них принадлежал Драко, другой — Гарри. Драко, помнится, замучал его требованием захватить свой собственный котел.

И четвертый угол был предназначен для отдыха. Два удобных кресла перед камином и игровой столик с расставленными магическими шахматами, стоял между ними. Довершал обстановку длинный диван с мехами, наброшенными на спинку.

Они вытряхнули рюкзаки и принялись развешивать одежду и раскладывать всякие мелочи в своих шкафах.

Целая кухонная полка была заставлена зельями, которые оба захватили с собой и Драко быстро расположил их по назначению, а затем в алфавитном порядке.

Гарри с удивлением понял: Драко не болтал попусту. Молчать в его компании оказалось вполне приятно, и Гарри был за это благодарен. Он очень любил свою семью, но постоянный шум в доме порой здорово действовал на нервы. Гарри, не будучи блестящим собеседником, вдруг обнаружил, что на работе и дома окружающие считали необходимым постоянно говорить обо всем, что с ними происходит. Он решил, что следующая неделя должна быть замечательной. Возможно, придется усердно работать, но хоть уши отдохнут.

Гарри сел у камина и закрыл глаза, наслаждаясь тишиной. Драко все еще возился, но вскоре Гарри по звуку определил, что Драко опустился на соседний стул.

— Поттер, давай поужинаем перед сном?

Гарри открыл глаза и обнаружил тарелку с пастушьим пирогом перед собой.

— Астория настояла, чтобы я захватил домашнюю еду хотя бы на первый вечер. Потом будем по очереди готовить ужин и я надеюсь, что у нас будет возможность полакомиться местными морепродуктами.

— О, это было бы здорово. Передашь спасибо Астории от меня. Пахнет и выглядит вкусно.

Они закончили ужин в молчании, а потом Драко убрал посуду и достал бутылку огневиски. Он налил каждому по рюмке.

Гарри поднял свою и отсалютовал Драко.

— За удивительные приключения и великие открытия, — произнес он и опрокинул залпом огневиски.

Драко ответил поднятием рюмки и тоже выпил до дна.

— Я очень измотан, так что отправляюсь спать. Пожалуйста, не гаси полностью огонь. Ненавижу бегать ночью в туалет по вымороженной комнате.

— Без проблем. Спокойной ночи, Драко.

Гарри быстро пересел в другое кресло. Отсюда открывался прекрасный вид на Малфоя, возящегося в спальне. Драко на глазах у Гарри, не колеблясь, разделся полностью. Когда Малфой отправился голым в туалет, а затем скользнул в постель, Гарри понял, что не имеет значения, где он сидел. Он никогда не видел, чтобы кто-то так комфортно чувствовал себя нагишом.

— Ты спишь голым? — Гарри выпалил одним махом, когда Драко забрался в постель.

Драко повернулся и уменьшил пламя свечи на тумбочке.

— Да, ты удивишься, но без одежды теплее. Тебя это беспокоит?

— Нет, просто любопытно. Я думаю, что Рон и Гермиона обалдели б, если бы я тоже разделся, когда мы жили в палатке.

— Ну, ты как-нибудь попробуй, — пробормотал Драко, поворачиваясь лицом к стене.

Гарри некоторое время сидел, скользя взглядом по корешкам книг и разглядывая друге мелочи, которые Драко захватил с собой. Единственное, что не являлось необходимостью — фотография Скорпиуса на прикроватной тумбочке. Гарри поставил рядом фото троих своих детей. Вдруг он осознал, что ни один из них не принес фотографию жены. Он разделся и голышом нырнул в постель, поражаясь теплоте простыни и пухового одеяла. Драко наложил согревающие чары на кровати. Гарри погасил у постели свечу и закутался поплотнее в одеяло.

***

— Я видела тебя сегодня, — сказал знакомый голос.

Во сне Гарри плыл по небу на огромном облаке. Услышав незнакомый голос, он в тревоге оглянулся. Он никого не видел, но знал, что она где-то рядом.

— Твой партнер красив и очень надежен. Ты должен ценить его, хоть он и сделал одну ошибку сегодня вечером.

— Где ты? — спросил Гарри, глядя в голубое небо. – И что за ошибку сделал Драко?

— О, я сегодня дома, в своей пещере, Драконий Всадник. И какое красивое имя для птички. Драко не наложил защитные чары. Мне будет спокойнее, если ты сделаешь это сейчас. Остров не укрыт от животных и найдутся те, которые могут принять вас за вкусный ужин.

— Что за животные? Волшебные?

— Нет, я здесь единственное волшебное создание, мой друг. Я имела в виду белых медведей, хотя сейчас их нет на острове. Когда вода замерзает, они могут нанести визит.

— Почему ты называешь Драко моей птичкой? Он мой друг, ну, или не совсем друг.

Дракониха внезапно появилась рядом на облаке и фыркнула ему в лицо. Дым вырвался из ее ноздрей.

— Он более чем друг, Драконий Всадник, и ты не должен игнорировать его. Или я в тебе ошибаюсь?

Гарри вздрогнул под ее прямым взглядом.

— Нет, мы с Драко будем друзьями. В прошлом у нас были стычки, но сейчас я думаю, что он замечательный маг, которого есть за что уважать. Ты не ошиблась во мне.

Дракониха вытянулась и легла на облаке рядом с Гарри.

— Как тебя зовут? — спросил Гарри, укладываясь лицом к ней. Он мог бы легко протянуть руку и погладить ее морду. Она выглядела свирепым зверем, но ее манера говорить напоминала о Макгонагалл.

— Рановато еще для знакомства, Драконий Всадник, но я скажу тебе. Меня зовут Люси.

Гарри не мог удержаться от смеха.

— Люси? Как могли назвать дракона таким именем?

— Тебе не нравится?

— Нет, это не то, что я имел в виду. Я просто ожидал услышать какое-то древнее имя.

Дракониха перекатилась на спину и почесалась об облако. Гарри подумал, что он никогда не видел такого странного дракона. Она снова мысленно коснулась его.

— О, героический Гарри, Люси — мое краткое имя. Мое настоящее имя ужасное и очень аристократичное. Я использую его, только когда я встречаюсь с другими драконами. В конце концов, мне следует соблюдать дистанцию, иначе они все будут ко мне приставать.

Гарри расхохотался, и дракониха засмеялась с ним, фыркая и испуская клубы дыма.

— Существуют и другие драконы? Мы думали, что ты последняя.

— Нет, есть еще одна девочка и два других, парни, подонки ... ой, ладно, не бери в голову. Самцы живут в Антарктиде. Я посетила их несколько лет назад, чтобы... Ну, ты знаешь.

— Что я знаю?

— О, только не это: единственный Драконий Всадник, появившийся здесь за несколько столетий – и тупой. Для вязки, глупый ты маг!

— О, — глубокомысленно ответил Гарри. Все это было очень странно. Он знал, что спит, но разговор казался таким реальным, что Гарри чувствовал себя глупо.

— Все происходящее реально, Драконий Всадник. Мы общаемся, пока ты спишь.

— Смогу ли я встретится с тобой наяву, Люси? — Спросил Гарри задумчиво. Эта забавная дракониха нравилась ему все больше и больше.

— Может быть, — ответила она застенчиво. — Я позволю тебе меня увидеть, но как скоро – это будет зависеть от обстоятельств. Я хочу понаблюдать за вами обоими, прежде чем принять решение. Я думаю, на сегодня мы достаточно поговорили. Спокойной ночи, Гарри. Наложи охранное заклинание и прижми покрепче эту очаровательную птичку.

Гарри поперхнулся и проснулся, давясь кашлем. Он нащупал свою палочку и очки на тумбочке, выскочил из постели, чувствуя, как адреналин горячит кровь. Необходимо установить защитные чары вокруг лагеря. Гарри отбросил все мысли о причине этого решения. Он прошептал: «Люмос» и спотыкаясь, побрел к выходу из палатки.

— Поттер! Стой! Какого черта? — закричал Драко, зажигая свечу между их кроватями. Гарри подпрыгнул и развернулся к Драко, нацелив на него палочку.

— Ты с ума сошел? — громко спросил Драко, пытаясь протереть глаза. — Боже мой, да ты голый. Не боишься яйца отморозить? Там холод собачий, ты, придурок!

Гарри оглядел себя и заметил, как эти самые яйца поджались только об одной мысли о морозе.

— Спасибо, — ответил Гарри и начал лихорадочно натягивать на себя одежду.

— Что ты вообще делаешь, Поттер? – озадаченно спросил Драко. Он сел на кровати и смотрел на Гарри, который снова направился к выходу из палатки.

— Настрою защитные чары. Люси сказала, что тут какие-то животные на острове. Белых медведей пока нет, слава Мерлину, — ответил Гарри, выходя наружу.

Первый удар морозного воздуха перехватил дыхание. Но это было ничто по сравнению с красотой ночного неба. Он слышал о Северном сиянии, но никто ему не рассказывал о густом покрывале из звезд, которое достигало горизонта и тонуло в океане, не засвеченное городскими огнями.

Инстинкты подстегнули его к действию, он быстро обошел вокруг лагеря, налагая заклинания, как когда-то делал это с Гермионой. Вернувшись ко входу он застыл, изумленно глядя на небо.

— Потрясающе, правда? — сказал Драко, выходя из палатки и останавливаясь рядом с Гарри, его дыхание клубилось у рта.

— Да, действительно, — ответил Гарри, стуча зубами. Драко был завернут в одеяло поверх одежды.

— Кто это – Люси? — спросил Драко, пока они оба следили за большим метеоритом, пронесшимся вниз к южному горизонту и похоже, упавшим в океан.

Гарри посмотрел на Драко, одетого в теплые меховые сапоги, куртку и шапку.

— Люси – это Ледниковый Дракон, она является мне во сне, и мы разговариваем. Ну, на самом деле не разговариваем, а как бы обмениваемся мыслями.

Драко ошеломленно смотрел на Гарри.

— Ты говорил с Ледниковым драконом? Почему? Черт, это невероятно, просто невероятно!

— Спокойнее, Драко. Я общался с ней только во сне.

Драко потряс головой и вздохнул.

— Почему я не удивлен, что ты можешь общаться с драконом?

Гарри слабо улыбнулся. Он не знал ответа.

— Так что же она тебе рассказала? — Нетерпеливо спросил Драко.

— Пошли в палатку, — ответил Гарри, чувствуя, как все его тело начало трясти от холода.

Зайдя вовнутрь, Драко плотно застегнул вход и разжег посильнее огонь в камине. К удивлению Гарри, Драко снова полностью разделся и скользнул обратно в постель.

— Когда будешь готов, я хотел бы услышать, что Люси тебе рассказала. И если тебя не затруднит, объясни, почему ты сказал, что вы не первый раз уже разговариваете?

Гарри стянул одежду и быстро нырнул под одеяло, вновь согретое чарами. Он повернулся на бок, лицом к Драко. Потом устроил голову на стопке из трех подушек и вновь взглянул на собеседника.

— Я ничего от тебя не скрываю. Я просто не знал, что и думать, когда в первый раз это случилось. Она впервые заговорила, когда мы плыли к острову, который, кстати, называется «Петушиный Остров», — сказал он с улыбкой, — и сказала, что позволяет нам пройти. Мне снилось, что я плыл на облаке, и видел ...

— Драконих Всадников, их уносило воздушными потоками, — сказал Драко медленно и удивленно. — Но я не видел там тебя, говорящего с драконом.

Гарри пожал плечами.

— Ну, в моей версии мы разговаривали, она еще кое— что сказала, и тогда, и сегодня, что мне показалось странным. Ты ей, похоже, очень нравишься и она тебя защищает. И еще она называет тебя птичкой.

Драко поморщился.

— Без понятия, Поттер. Так что еще она тебе сказала?

Гарри пересказал Драко весь их разговор и тот громко застонал, услышав, что Ксенофилиус был прав: существовала не только одна самка, но и два самца Ледникового Дракона в в Антарктиде.

***

Следующие три дня были плотнот наполнены событиями. В первое же утро экспедиции они поняли, что остров накрыт противоаппарационными чарами. Они не только должны идти пешком к месту назначения, но и добираться назад. Драко задал жестокий темп ходьбы, и Гарри пришлось напрячься, чтобы не отставать. Остров был не большой, но все равно, нужно было потратить хороших шесть часов ходьбы, чтобы пройти его с востока на запад и около восьми часов - с севера на юг, учитывая состояние грунта. Драко прежде всего хотел проверить все места, не покрытые ледником. Он непрерывно записывал наблюдения в блокнот. Гарри готов был поклясться, что он даже что-то зарисовывал. Они прочесали скудный ландшафт в поисках чего-нибудь необычного. Чего-нибудь, что могло быть изготовленно людьми или магами, когда-то жившими на острове, но ничего не нашли. И если Люси наблюдала за ними, они этого не заметили.

Казалось бы, на таком острове должно быть очень мало растительности, но как только Гарри посмотрел под ноги, то заметил, что все вокруг покрыто слабой порослью. На южном склоне холма они обнаружили полянки арктической черники и собрали все ягоды, которые нашли. Драко показал Гарри приземистые кусты полярной березы, цепляющиеся за скалы недалеко от южного берега. Листья горного щавеля были почти все красные, но все еще сохраняли свой вкус. Они собрали несколько веточек, чтобы добавить в уху на ужин.

Вода в ручье прекрасно освежала, но пресноводной рыбы в небольшом озерце не было.

Подготовка к ужину во второй вечер выбила их из серьезного настроения. Гарри был уверен, что Малфой будет вспоминать этот инцидент всю оставшуюся жизнь.

В отличие от восточного и западного берегов, которые обрывались к морю высокими скалами, южный край острова оканчивался небольшим пляжем.

Гарри заметил с берега несколько рыбин, похожих на треску, поднял палочку и произнес:

— Акцио рыбы.

Драко с хохотом свалился на землю даже раньше, чем началось это безобразие. Рыбы всех видов и размеров вылетели из океанической воды в том месте, куда указала палочка Гарри, свалили его на землю и засыпали кучей высотой в три метра. Драко рванул на помощь, увилев тюленя, приземлившегося сверху и услышав сдавленный стон Гарри. Он скинул всех рыб в воду, оставив несколько палтусов, и бросился к Гарри, желая убедиться, что тот не слишком пострадал.

Несколько быстрых лечащих заклинаний для ушибов и царапин, и Гарри был физически здоров, хотя считал, что его чувство собственного достоинства никогда не восстановится.

Драко, следует отдать ему должное, не стал спорить с ним за ужином, когда Гарри заявил, что тюлень не имел никакого права вылетать из воды.

Улегшисть в постели, обсуждая находки и впечатления прошедшего дня и планируя день предстоящий, они обнаружили интересное различие между собой.

Драко уделял пристальное внимание деталям, но именно Гарри мог охватить проблему в целом.

— Жизнь никогда легко не сдается — любой организм делает все возможное, чтобы приспособиться и выжить, — заявил Гарри, перед тем, как произнести «Нокс» над свечой между кроватями.

На четвертый день их маленькая экспедиция двинулась на север, в сторону гор. Они собрали палатку и вещи; Драко хотел подняться на гору и не желал тратить время на возвращение к лагерю. Гарри подозревал, что Драко начал беспокоиться, что экспедиция может закончиться неудачей.

Люси больше не являлась к Гарри во сне и Гарри не находил слов утешения для Драко.

На острове, может быть и не было белых медведей, но с продвижением на север им стали попадаться небольшие стада оленей и карибу. И неудивительно, что вскоре путешественники заметили волка, маскирующегося под цвет ледников, преследующего стадо оленей.

Гарри вновь испытал прилив уважения к тем, кто постоянно жил в этих условиях.

Глава 3. Идеальный шторм.

Они подошли к подножию горы ближе к полудню, хотя время не имело особого значения. Солнце всходило рано утром и садилось поздно вечером. Стало заметно, что всего за несколько дней, которые они провели на острове, темное время суток удлинилось более чем на полчаса. Гарри не мог понять, как тут можно жить два — три месяца, когда солнце вообще не поднималось.

Они остановились у горы и перекусили ягодами и разогретым вчерашним супом. Каждый снял слой одежды — дыхание все еще вырывалось клубами пара, но они, похоже, стали привыкать к постоянному холоду. Легкий ветерок обдувал с запада и слегка шевелил неподвижный воздух.

После еды было решено выпить по кружке чая. Гарри предпочел бы кофе, но, к своему ужасу, обнаружил, что как раз кофе он забыл упаковать.

Драко разглядывал гору: где-то ее, пожалуй, назвали бы холмом, но здесь, на фоне бескрайних водяных просторов – это была определенно гора. Ледник покрывал ее западный и часть южного склона. Драко сказал Гарри, что в его предыдущих экспедициях в горах, по мере подъема, он находил небольшие стоянки на склонах. Если они и смогут найти здесь что-нибудь, то, скорее всего, в пещерах или под нависающими скалами.

Гарри встал, когда ветер усилился и изменил направление на северное. Он продолжал пить чай, хоть и ощутил смутное беспокойство. Он что-то чувствовал, намек на то, чего не ощущал в течение нескольких дней — магию.

Драко поднялся на ноги и заявил о готовности начать восхождение. Но впервые с начала экспедиции Гарри предложил сначала обойти гору, чтобы увидеть другую ее сторону. Драко вопросительно посмотрел на Гарри, понимая, что обычный распорядок, когда Гарри просто следовал указаниям Драко, был нарушен. Гарри улыбнулся.

— Что случилось? — спросил Драко, стараясь не показать проснувшуюся надежду.

— Магия, Драко. Я чувствую магию. И не на верху горы, а где-то на востоке, — ответил Гарри. Он остановился и зажмурился, пытаясь понять, откуда доносятся слабые импульсы.

— Северо-восток, — прошептал Гарри, открывая глаза.

Драко удивленно взглянул на него. Магический костер немедленно был потушен и остатки обеда запакованы в рюкзаки. Они натянули перчатки и двинулись к восточному склону горы.

Они боролись с порывами ветра, медленно продвигаясь по замерзшей земле, но пройдя только около мили, Драко резко остановился. Гарри снова налетел на него – он низко опускал голову, пытаясь уклониться от ветра.

— Смотри, Гарри! – Драко крикнул взволнованно. – Это тропинка. — Его палец в перчатке указывал на подножие горы, где Гарри увидел глубокую расщелину. Он бы никогда не заметил тропу — она никак не отличалась от каменистой местности, по которой они шли. Но потом он рассмотрел извилистую полоску, усыпанную дробленым камнем и большие гранитные валуны, лежавшие по обе стороны от нее, через каждые несколько ярдов.

Несмотря на ветер и увеличивающуюся крутизну подъема, они зашагали быстрее. Гарри усмехнулся, понимая, что если бы Драко был один то, наверное, уже бежал бы. Когда они приблизились к расщелине, гора заслонила их от ветра. Расщелина была достаточно широка, чтобы один человек смог пройти с комфортом. При ближайшем рассмотрении она выглядела небольшим каньоном, образованным разломом в скале. Отвесные стены каньона, состоящие из спрессованного камня, поразили их обоих. В отличие от прохода в леднике – сияющего бело-голубого цвета, этот был темно-коричневый с полосами зеленого, черного и ржавого. Голубовато-зеленые и розовые жилы сверкающих кристаллов расползались во все стороны, как ветви деревьев. Стены были почти гладкими, но резко поднимались вверх. Повороты каньона не позволяли видеть далеко вперед и оба резко вскинули головы, когда огромная тень пронеслась сверху и на мгновение заслонила солнце.

— Ты чувствуешь это? — прошептал Гарри. Он был уверен, что они находились в самой сердцевине небольшой горы, ведь каменные стены были там самые высокие.

— Это что-то офигительно чистое, Драко, я никогда не чувствовал ничего и близкого к этому. Даже в Хогвардсе.

Драко предупредил об остановке, подняв руку вверх. Он повернулся, сияя улыбкой.

— Да, я никогда не чувствовал такого раньше. Только когда колдовал.

Гарри облизал пересохшие губы.

— Черт, это можно попробовать на вкус. Пойдем скорей.

Драко развернулся, и они пошли еще быстрее.

— Стой! – вдруг закричал Драко. Он сделал вперед пару шагов, а затем отошел в сторону. Разлом закончился.

— Мерлин, Малфой, это еще что? — спросил Гарри, выглядывая наружу и вниз, на тропу, ведущую к почти полностью прикрытому нависающей скалой галечному пляжу. Слева от берега возвышался небольшой склон, покрытый кучками камней.

— Место захоронений, — прошептал Драко в благоговении.

Они сбежали по дорожке, едва замечая растительность, которая покрывала склон, перепрыгивая с камня на камень, пока под ногами, наконец, не зашуршала галька. То, что сверху выглядело как небольшой грот, вблизи оказалось огромной пещерой. Каменистый берег уходил вглубь под нависающую скалу.

— Осторожно, — предупредил Драко и указал вниз, под ноги. Вокруг были разбросаны ошметки полуистлевшей соломы. — Плетеные корзины, — добавил он, обходя их вокруг.

Гарри не нужно было спрашивать, куда они пойдут дальше — место захоронений занимало все мысли Драко. Кости, как Гарри узнал из книг, взятых у Драко, могли многое рассказать о том, какими были Драконьи Всадники. Со своими длинными ногами, Драко легко допрыгнул до первого камня на левом краю бухты. Он протянул руку и помог взобраться Гарри, оба старались не вступить в плещущуюся воду. Потом, прыгая с камня на камень, они добрались до пологого склона, покрытого овальными насыпями камней.

Драко тяжело дышал, они оба выбились из дыхания.

— Как бы мне не хотелось начать работу прямо сейчас, я должен сделать несколько снимков, а затем нам необходимо повторить порядок действий.

Драко достал фотоаппарат и начал щелкать, проговаривая порядок действий.

— Левитируем по одному камню, маркируем его, откладываем в сторону. Мы должны вернуть каждый камень в исходное положение, — произносил Драко между вдохами.

Гарри согнулся, держась за колени, он все еще пытался восстановить дыхание.

— Понял, понял. Пока не доберемся до первой кости. Но почему захоронения на поверхности?

— Давай, Поттер, включай свои аврорские мозги, — ехидно ответил Драко, упаковывая камеру и вынимая флягу с водой из рюкзака.

Гарри посмотрел вверх и высунул язык в задумчивости.

— Дай мне минутку, — сказал он.

Ему отчаянно захотел проклясть Драко, услышав, как тот принялся считать до шестидесяти.

— Ладно, земля мерзлая, но они могли бы использовать магию ... хотя, видимо, они не могли контролировать размер ямы.

— Пока все хорошо, продолжай, — ответил Драко поощряюще.

Гарри закрыл глаза на мгновение, пытаясь понять, почему маги не могли контролировать количество магии.

— Палочки! — выпалил он. — У них не было палочек!

— Очень хорошо, — сказал Драко. — Шаман и вождь могли бы иметь, но палочки были редкостью много веков назад и я сомневаюсь, что у них был свой мастер – создатель волшебных палочек, — добавил Драко между глотками воды. Он передал флягу Гарри.

— Хорошо, я собираюсь начать с верхнего камня. Ты начинай с ближайшего к нему. Я насчитал три дюжины захоронений. Хотелось бы сегодня вскрыть по крайней мере шесть из них.

Гарри кивнул и закрыл флягу. Они поднялись к верхней насыпи камней на склоне холма. Оставив рюкзаки в сторонке, медленно сняли по одному камню. Гарри наблюдал за Драко, проводящим экспертизу: он действовал методично и движения его палочки были исключительно точны. Он работал значительно быстрее, чем Гарри, но тот знал, что Драко был заинтересован не в скорости, а в результатах.

Всего через десять минут Гарри услышал бормотание, а затем стон Драко.

— Мужчина, ближе к тридцати годам. О черт, черт, черт!

— Что случилось? — Спросил Гарри, осторожно опуская камень, который он как раз левитировал.

Драко подошел к могиле, над которой работал Гарри.

— Ты не возражаешь? Мне нужно проверить это прямо сейчас, — сказал он, начиная снимать камень за камнем. Вскоре Гарри увидел первые кости. Драко не остановился, он продолжал копать, пока полностью не открыл скелет. Даже Гарри смог понять, что похороненный мужчина умер от перелома шеи.

— Твою мать! – закричал Драко.

— Что? — Гарри заорал в ответ.

Драко потряс головой и посмотрел на Гарри.

— Это я не тебе. Это вейла-маги, Поттер. Такие же как те, в Пиренеях.

— Почему ты так уверен? — Спросил Гарри, глядя на, казалось бы, нормальный мужской скелет. Он знал, что это мужчина, после всех рассуждений Драко о длине и плотности костей, но поклясться не мог.

— Посмотри на лопатки, они слегка удлиненные и вот здесь – большой дополнительный позвонок. В женском скелете ты бы увидел более выраженные зачатки крыльев. Мужчины же не превращаются в птиц.

Гарри стоял, глядя в изумлении на то, что Драко показывал ему.

— А что он держит? — Спросил Гарри, увидев что-то в руках мага.

Драко убрал еще несколько камней. Это был маленький нож, похожий на тот, что хранился в коллекции Драко в Мэноре.

— Этот совсем другой, — медленно ответил Драко. — Ага, этот использовался для вскрытия ракушек.

— Не для того, чтобы вытаскивать младенцев? — пошутил Гарри.

Драко рыкнул на него.

— Нет, тот, который я нашел в Пиренеях, был в могиле шамана. Он не был похоронен вместе с остальными магами. Где-то тут должно быть еще одно место захоронения для шаманов и вождей племени.

— Так ты хочешь вскрыть и остальные могилы?

Драко протянул руку и слегка потрепал Гарри по голове.

— Конечно, дурачина, с моей удачей мы наткнемся на женский скелет и вся моя теория полетит к черту.

Гарри вздохнул.

— Драко, может уже настало время рассказать мне о своей теории?

Драко взял свой рюкзак и вытащил меховое одеяло. Он разложил его на камнях и сел.

— Присядь, Поттер, это займет какое-то время и я не хочу говорить во время работы. Слишком легко сделать ошибку.

Гарри сел и подтянул колени к груди. Порывы ветра, казалось, нашли их и здесь. Он наблюдал за Драко, который порылся в рюкзаке и вытащил трубку. Гарри кашлянул.

— Это тебя раздражает?

Гарри рассмеялся.

— Нет, я просто не знал, что у тебя есть трубка.

— Аа, хорошо. Я курю очень редко и только снаружи. Мать и Астория не переносят запах, — сказал Драко, открывая кисет и доставая большую щепотку табака. Он плотно набил трубку, поджег ее с помощью палочки и затянулся.

— Часть моих исследований, о которых никому, кроме отца не известно, прослеживает генеалогию вейл, которые рожали детей от магов. Настоящие вейлы — женщины, но их дети могут быть и мальчиками и девочками. Через несколько поколений вейла-ведьма теряет свою способность к трансформации. Она должна быть вейлой по крайней мере на одну восьмую и тогда ты можешь явно видеть различия в скелетах. А вот мужчины — потомки вейл, гораздо более любопытны: они всегда сохраняют свои отличия от магов. Они не изменяются в поколениях. Ты всегда можешь сказать, глядя на кости, были ли вейлы в роду данного мужчины.

Драко замолчал и выпустил несколько колец дыма. Ветер быстро развеял их.

— Но, Драко, я знаю, что в семье Флер есть мужчины и они не беременеют, — заговорил Гарри, сбитый с толку.

Драко кивнул.

– Загадка, правда?

Гарри усмехнулся.

— Да, и что должно произойти, чтобы у них появилась такая возможность, или, вернее, что уже происходило?

Драко опустил трубку на колени, слегка искривив губы в усмешке.

— Потомки вейл наследуют эту способность от чистокровной вейлы в их роду. Чистокровная вейла — больше птица, чем человек. Она может превращаться в человека, но если у нее есть выбор, она будет вести себя как птица. Она откладывает яйца и из них появляются птенцы. У вейл бесполое размножение. Когда вейла в ее человеческой форме вступает в связь с магом — она рожает младенца, как и обычная ведьма.

Гарри покачал головой.

— Все равно не понимаю. Почему тогда мужчины сохраняют способность к вынашиванию и родам?

— Выживание вида, Поттер. Помнишь, именно ты сказал, что жизнь отчаянно борется за выживание и адаптируется к самым суровым условиям? Я считаю, здесь произошло именно это. Способность производить потомство наследуется как мужчинами, так и женщинами. Вопрос в том: что является спусковым крючком для возрождения этой способности и почему мы не наблюдаем этого сейчас?

— У тебя есть теория?

Драко поднес трубку к губам, посмотрел на бухту, на скалы над ней.

— У меня было подозрение и раньше, а сейчас я практически уверен, что прав. Изоляция. То поселение в Пиренеях было чрезвычайно отдаленным, хотя, конечно и не настолько, как это. — Драко рассмеялся. — Так или иначе, наследие вейл решило, что выживание находится под угрозой. Я думаю, что должно случиться что-то большее, чем просто путешествие одинокого мага, или что-то в этом роде. Истинное знание, что человек полностью изолирован и не сможет выбраться живым, может вызвать к жизни эту особенность. Я думаю, здесь все случилось именно так, но это — только моя гипотеза.

Аврорские мозги Гарри, как Драко выразился, включились в разгадывание загадки.

— Почему тогда чистокровные вейлы вступают в связь с магами?

— Отличный вопрос, Поттер. Я впечатлен, — сказал Драко и это не звучало снисходительно. — Опять же, выживание вида. Вейлы существуют гораздо дольше, чем большинство магических существ и это потому, что они научились воспроизводить себя различными способами. Поскольку у вейл бесполый тип размножения, потомство — это клоны матери. Это нормально, если кровь сильна, но если происходит неблагоприятная мутация, весь род становится на грань вымирания. Если вейла может передать свои гены другим методом, например, с помощью полового размножения, ее род выживает. Многие растения и некоторые животные поступают точно также. Большинство растений, которые мы встречали на этом острове, размножаются бесполым путем, так как условия не благоприятны для прорастания зерен или перекрестного опыления. Тем не менее, некоторые из них все же производят семена и иногда случается, что ветер переносит пыльцу на другое растение, да и семена могут прорости, если есть почва в том месте, где они упадут.

— Невилл, — Гарри произнес имя вслух. — Вот почему ты общаешься с Невиллом.

— Да, профессор Лонгботтом, — протянул Драко. — Победитель змеи и чокнутый ботаник.

Гарри рассмеялся, хотя и не хотел. Существовал еще один вопрос, на который необходимо было получить ответ, но он ждал, пока Драко затянется и не спеша выпустит кольца дыма.

— Драко, почему тебя интересуют вейлы?

Драко сосредоточенно уставился на собеседника. Гарри снова показалось, что глаза Драко окрасились в цвет серебра и почти застенчивое выражение, которое Гарри никогда не видел на лице Драко, появилась на минуту.

— Одна из ветвей Малфоев несет в себе кровь вейлы.

Воспоминания о ехидных замечаниях о чистоте крови, которыми сыпал Драко в молодости, всплыли в памяти.

— И в тебе есть эта кровь? — Спросил Гарри осторожно.

Драко кивнул.

— Да, и если ты посмотришь на генеалогическое древо Малфоев, то можешь проследить всех носителей наследия вейл.

— Третий ствол на генеалогическом древе, — вспомнил Гарри.

— Третий ствол, — подтвердил Драко. – И довольно много браков по всем остальным ветвям.

Гарри быстро прикрыл рукой рот и отвернулся. Он не мог заглушить смех. Ирония, заключавшаяся в нечистокровности Люциуса и Драко Малфоев, сразила его наповал.

— Думаешь, что это смешно, Поттер? — саркастически спросил Драко. Гарри передернуло от его тона, который живо напомнил ему о слизеринском мальчишке, знакомом по Хогвартсу.

Гарри покачал головой, пришлось досчитать до двадцати, чтобы успокоиться.

— Нет, Драко, это не смешно, но я думаю, нам лучше убраться с этого острова в кратчайшие сроки.

Драко закашлялся.

— Почему, Гарри? Планируешь заняться со мной сексом?

Теперь закашлялся Гарри, поперхнувшись слюной.

— Нет! Мать твою, нет! Просто мне показалось забавным, что мы забрались так далеко и ты частично вейла, как ты только что просветил меня, а значит — ты можешь забеременеть.

Драко вытряхнул свою трубку и спрятал ее в рюкзак. Он встал, а за ним и Гарри сделал то же самое.

— Слушай, Поттер, даже если бы мы застряли здесь, все равно тебе пришлось бы трахнуть меня, чтобы я забеременел, а вот этого я и представить себе не могу. А ты?

Гарри вздохнул, понимая, что он либо расстроил Драко, либо оскорбил его.

— Нет, Драко, я тоже не представляю.

Драко сложил меховое одеяло и затолкал его в рюкзак.

— Тогда, я думаю, нам не о чем беспокоиться.

*****************************

Гарри лежал в постели, обдумывая события, произошедшие в течение дня. Казалось, прошло так много времени с тех пор, как они проснулись в лагере у ручья и собрались в путь. Неплохо было бы отпраздновать их сегодняшние достижения, но вместо этого, едва сказав пару слов, Драко принялся за работу над своими чертежами и заметками, а потом пришло время ложиться спать. Гарри тоже устал, но волнение от свершенных открытий не давало уснуть. Они вскрыли двенадцать могил вейла-магов и нашли множество мелких артефактов, которые были похоронены вместе с ними. В некоторых захоронениях были гарпуны для рыбалки, в других — ножи для разделки и свежевания животных. В целом, можно было понять, насколько нелегкую жизнь вели жители острова. Все они умерли молодыми, даже по маггловским стандартам. Самое тяжелое впечатление произвела последняя могила. Это было захоронение мальчика, по словам Драко, не старше двенадцати лет от роду. После этой находки они остановили раскопки; оба думали о своих сыновьях. Закончив работу, они разбили лагерь на следующие несколько дней. В этот раз палатку поставили подальше от берега, под навесом скалы, где ощущение магии было сильнее.

Гарри погасил свечу, повернулся на бок лицом и Драко и заснул. Едва он закрыл глаза, в мозгу замелькали яркие картины. Небо, казалось, пылало зелеными, синими и розовыми огнями. Гарри видел северное сияние и раньше, но то, что он наблюдал сейчас, было ни с чем не сравнимо.

— Вы оба хорошо сегодня потрудились, Гарри, — раздался голос Люси.

Гарри оглянулся вокруг. В этот раз он был не на облаке, а на берегу прямо у входа в палатку, но Люси он не видел.

— Твоей птичке грустно, — заявила она.

— Да, я заметил, и я уже знаю, почему ты называешь его птичкой, — ответил Гарри.

— Это твоя обязанность — заботиться о нем, Гарри. Он никогда не попросит тебя. Я чувствую в нем большую гордость.

Гарри рассмеялся.

— Да, гордости у него не отнять.

Дракониха фыркнула и Гарри окутало теплое облако.

— Не стоит смеяться над этим. Он принадлежит к благородной расе – прямой потомок Драконьих Всадников. Они были очень храбрыми и гордыми магами.

— Но почему ты говоришь со мной, а не с ним? — Гарри спросил с любопытством.

— Потому что именно ты обладаешь волшебным даром понимать меня, как когда-то понимал змей.

Сердце Гарри пропустило удар. Он надеялся, что избавился от влияния Волдемора. Он вновь взглянул на сияющее огнями небо, желая прикоснуться к его красоте и подавить горькое чувство, вновь начавшее метаться в душе.

— Нет, это умение не от него, ты родился с ним. И оно не связано с вейла-магами. Всегда рождалось очень мало людей, способных говорить с драконами и они, как правило, становились вождями и шаманами. Они могли бы, конечно, поделиться своими знаниями, но большинство никогда этого не делало.

— Почему?

Гарри почувствовал резкий выдох теплого воздуха, пронесшийся мимо него.

— Власть. Это всегда вопрос власти, правда? – Это был риторический вопрос.

— Я бы хотел поделиться своим умением с Драко,— заявил Гарри.

— Хорошо, тогда почему бы тебе не привести его сюда, чтобы он встретился со мной? Он так много рассказал тебе о себе и я должна сказать, что разочарована тем, что ты не успокоил его, когда он нуждался в этом.

На этот раз фыркнул Гарри.

— Стыдно признаться, Люси, но я не понимаю о чем ты говоришь.

— Ох, мужчины, — простонала она. — Маг признался тебе, что он способен забеременеть, а ты решил, что это смешно.

Гарри сделал глубокий вдох — это был первый раз, когда он заметил, что пар не идет изо рта.

— Я не ... Я не ... Черт. Я не стал его меньше уважать за это. Все не так, но ....

— Но что, Гарри? Не думаешь ли ты, что он урод?

Гарри почувствовал, как будто его в живот ударили. Он точно знал, что Драко должен был чувствовать.

— Твою мать, я облажался.

— Да, и учти на будущее — следи за своим языком во время разговора со мной, Драконий Всадник.

В памяти всплыл случай, когда Альбус Дамблдор отчитывал Дурслей за их плохие манеры. И Гарри скатился до их уровня? Он вел себя прилично в Хогвартсе, на работе, но сейчас это было ... это была работа Драко ... Гарри вздохнул, он все понял.

— Прими мои извинения, Люси. Я пойду, позову Драко.

Гарри не был уверен, снится ему все это или происходит наяву но, взглянув на спящего Драко, он понял, что это не имеет значения. Главное было — желание разделить все это с ним.

— Драко, Драко, проснись, — тихо позвал Гарри, касаясь его голого плеча.

— Поттер? Что такое? — пробормотал Драко, моргая сонными глазами.

— Идем со мной наружу, я хочу, чтобы ты поговорил с Люси. Я не вижу ее, но она там, — прошептал Гарри.

Драко мгновенно распахнул глаза.

— Гарри, ты в порядке?

— Я в порядке, давай, заодно и на северное сияние посмотришь, — ответил Гарри и схватил Драко за руку, вытаскивая из постели.

— Подожди, мы же голые, — Драко попытался остановить Гарри, который тянул его к выходу из его палатки.

Гарри рассмеялся.

— Драко, это сон. Ты находишься в моем сне.

— И это ничего, что ты видишь во сне меня голым? О, Моргана .... — пробормотал Драко, поднимая глаза на Ледникового Дракона, возвышавшегося над ними.

— Нет, милая птичка, мое имя Люси.

Гарри попытался отнять свою руку у Драко, но тот уцепился еще сильнее.

— Это для меня большая честь, Люси, — произнес Драко, склоняясь перед ней.

Она фыркнула и облако теплого пара вновь окутало их.

-Как и для меня, Драко Малфой. Много веков минуло с тех благословенных времен, когда остров был населен Драконьими Всадниками и Петухами.

— Петухами? — Спросил Гарри, стараясь не хихикать. Он вспомнил, что обидел Драко раньше.

— Петухи, Гарри, ты знаешь, это птицы мужского пола, — прошептал Драко, сжимая его руку еще крепче. Гарри почувствовал, что Драко одновременно испытывал и страх, и восторг.

— Аа.

Они оба стояли на галечном пляже с запрокинутыми головами, разглядывая потрясающего дракона, возвышающегося над ними. Дракониха потянулась длинной шеей и распахнула белые радужные крылья, прежде чем сложить их.

— У тебя есть вопросы, Драко; я отвечу на некоторые, но сначала вы оба должны понять кое-что относительно друг друга. Я видела, как ты грустил этим вечером и сердце мое разрывалось из-за беспокойства за тебя. Если Гарри должен научиться полностью доверять тебе, то и ты должен научиться доверять ему. У него большое сердце и нет в нем злобы, и он не считает, что ты худший маг из-за твоего вейловского наследия. Разве не так, Гарри?

Гарри посмотрел на Драко.

— Она конечно, причитает, как мамочка, но она права, Драко. Я не думаю о тебе, как о неполноценном. На самом деле, я думаю — это невероятно, что у тебя такое благородное происхождение.

— Что, правда? — Спросил Драко скептически.

Гарри кивнул.

— Правда.

— Драко, ты можешь задавать два вопроса каждую ночь, так что планируй их очень тщательно.

Драко, наконец, выпустил руку Гарри и шагнул вперед.

— Где похоронены шаманы и вожди племени?

— За твоей спиной, но вы не сможете войти туда сегодня.

Гарри и Драко и повернулись и в первый раз заметили большое отверстие над нависающей скалой. Это была пещера.

— Позже я позволю вам войти в мою берлогу. У тебя еще один вопрос, спрашивай сейчас.

— Что случилось с Драконьими Всадниками? Почему эта раса исчезла (dormancy – впадать в спячку, может написать, что способности к клонированию "уснули" (sleep mode))?

— На самом деле это два вопроса, но я отвечу. Поселение Драконьих Всадников может исчезнуть в двух случаях. Во-первых: если колония становится слишком велика. Когда это происходит, законный наследник уходит, захватив с собой несколько членов племени, чтобы основать новую колонию, подальше от первой ( вот тут обоснуй хромает— не знаю, что случается с предыдущей колонией, она что, вымирает? ). Второй случай – когда племя встречает женщин. Рождение детей в браке с ведьмой — более предпочтительный способ воспроизводства, так как вынашивание детей для мужчины довольно опасно.

— Что же касается Драконьих Всадников, которые жили здесь, то они умерли от маггловской болезни. Она была завезена с большого острова. Шаман первый заболел. Он плавал на тот остров собирать ингредиенты для своих зелий и заразился. Только вождь выжил, но и он вскоре умер. Драконы улетели на восток и именно там, я полагаю, вы нашли другую колонию. К сожалению, та колония тоже исчезла, в какой-то момент не осталось никого, кто бы заботился о яйцах драконов.

Гарри и Драко посмотрели вопросительно друг на друга, а затем оба взглянули на Люси. Она неуклюже переминалась с лапы на лапу, а затем опустила голову на один уровень с их глазами.

— Это был бы уже второй вопрос, — сказала дракониха, а затем

сильно взмахнув крыльями, взлетела в свою пещеру.

— Спокойной ночи, Гарри и Драко — попрощалась она и исчезла в пещере.

Маги бросились обратно в палатку – они сразу начали замерзать после того, как Люси покинула их. Драко, дрожа, заполз обратно в постель. Гарри сделал то же самое.

— Невероятно, черт побери, невероятно, — прошептал Драко, как мальчик, который получил все, что хотел на Рождество.

Гарри усмехнулся про себя и задул свечу, но сначала наложил согревающие чары на обе их постели.

***

Утром седьмого дня, они проснулись рано и начали упаковывать свои вещи и те несколько артефактов, которые решили взять с собой домой. Им предстоял долгий путь обратно к центру острова, где должна была появиться трещина в леднике. Гарри казалось, что Драко был разочарован. Люси возвращалась и отвечала на его вопросы в течение двух ночей подряд. Она рассказала, как она и другие Ледниковые Драконы выжили. Без Драконьих Всадников, ухаживающих за яйцами, драконихи подкидывали их в гнезда других драконов, ведь Ледниковый Дракон умирает, после того, как откладывает яйцо. Очень немногие выживали после проклевывания: приемные матери не особо заботились о чужих детях. Но выжившие несли в себе воспоминания и инстинкты их биологических матерей. Когда они вырастали достаточно, чтобы летать на большие расстояния, они мигрировали на свои родные земли, искали себе пару, а затем ждали появления Драконьих Всадников. Это длилось веками и теперь только четверо из расы Ледниковых Драконов осталось в живых. Еще одна самка жила в Гималаях и Люси ее явно недолюбливала.

Гарри наблюдал, как Драко оглядывает крутой склон горы, в надежде увидеть, как появляется вход в пещеру. Гарри тоже надеялся, но даже если этого не произойдет, надо признать, что он потрясающе провел время на острове. Это было настоящее приключение, к тому же он узнал так много от Драко и Люси о магической истории. Более того, он никогда не забудет короткий полет, в который их взяла Люси как-то на рассвете. Только ради этого стоило отправиться в экспедицию.

Гарри тогда первым взобрался на спину Люси, Драко последовал за ним и вцепился в Гарри изо всех сил. Это напомнило Гарри один полет на метле в их совместном прошлом, но тогда они спасались от смерти, а сейчас – вдыхали жизнь полной грудью. Паря высоко над островом, они впервые рассмотрели, где же они находятся. Остров Упернавик виднелся к юго-востоку от Петушиного острова. Гарри с высоты узнал горы Каарсоруак. Люси говорила с ними во время полета и объяснила, что семилетний дракон способен поднять взрослого мага, а десятилетний может нести и двоих. Во времена древних войн было принято летать по двое: один маг управлял драконом и держал защиту, в то время как другой посылал боевые заклинания, если у него была палочка, или метал заговоренные копья, поражая противников.

Палатка была, наконец, убрана обратно в рюкзак Драко и он прошелся вдоль бухты, желая убедиться, что они не оставили никаких следов своего прибывания на острове.

На раскопках в Пиренеях, которые были намного больше и содержали множество артефактов, по-прежнему ведутся земляные работы силами студентов, как и он когда-то, пытающихся узнать побольше о своем магическом наследии. Но сюда никто не будет возвращаться, кроме него, и, возможно, Гарри, или, может быть, Скорпиуса в будущем.

Гарри присел на камень, слегка согрев его заклинанием. Он выискивал последнюю в этом сезоне чернику. Уже чувствовалось, что температура будет устойчиво снижаться в ближайшее время. Сейчас, однако, он наслаждался осенней свежестью. Он подумал о доме и нескольких теплых днях, а может и неделях, которые возможно еще будет захватить в Англии. Он грезил, как сидя на крыльце, будет созерцать падающие листья в саду, прихлебывая кофе из большой чашки. Он был полностью погружен в свои мысли, когда толчок беспокойства обрушился на его тело и тут же почувствовал, как почва под ним сдвинулась, а затем начала трястись. Он попытался встать, но ноги не слушались – земля ходила ходуном. Он услышал, как Драко закричал издалека:

— На востоке! Посмотри на восток!

Гарри резко повернулся вправо и в этот момент за нависающей над бухтой скалой серый утренний горизонт взорвался вспышками красного, зеленого, золотого. Он спотыкаясь, бросился к берегу, где стоял Драко и они вместе замерли в ужасе. Это не было природным явлением, это не было работой магглов — это была магия. Даже издалека, Гарри узнал парализующие заклинания и убивающие проклятия. Небо сверкало зловещими молниями, а воздух сотрясал громоподобный треск.

Позади них, мелкие камни начали сыпаться вниз с обрыва. Они развернулись и с трепетом наблюдали, как гранитная лестница формируется в появившуюся открытую пещеру. Голос взорвался в мозгу:

— Гарри, я лечу домой!

Гарри схватил за руку Драко и они рванули в сторону тяжелых тесаных ступеней.

— Она летит, Драко, она летит, — Гарри задыхался. Драко со своими длинными ногами бежал быстрее и тянул за собой Гарри, который едва поспевал за ним.

Они запыхавшись, подбежали к входу в пещеру. Но прежде, чем они заглянули внутрь, их внимание отвлекли скрежет и визг, разнесшиеся в воздухе. Вскинув головы, они увидели Люси, пытающуюся лететь с крыльями, разорванными в клочья. В когтях она что-то тащила. Когда она приблизилась, маги увидели поток крови, льющийся из открытой раны, но тут дракониха выпустила предмет, который держала в лапах, и он упал на берег. Это был мужчина. Гарри понял, что это Вильгельм и по тому, как упало тело понял, что тот был мертв. Люси рухнула мимо них и в пещеру.

— Скорее, — кричала она, — торопитесь!

Оба были поражены, услышав ее говорящей наяву, но тут же бросились в пещеру. Это был огромное, покрытое льдом помещение. У них не было времени, чтобы осмотреться — дракониха требовала их внимания. Люси мужественно пыталась зализывать свои раны. Она лежала на подстилке из местной сухой травы-пушицы .

— Гарри, у нас мало времени. Это были браконьеры, много, больше десятка. Вильгельм храбро сражался, но они его убили. Вы должны позаботиться о моем яйце — это единственный выход. Ах, Драконий Всадник, мне так жаль.

Ноги Гарри сами понесли его вперед, чтобы он мог заглянуть в ее глаза, не обращая внимание на страшные раны. Судя по всему, дракониху уже нельзя было спасти. Кровь заливала ее бело-синюю чешую.

— Люси, мы сделаем это. Мы позаботимся о твоем яйце. Мы обещаем. Мне очень жаль, мой прекрасный друг, — он плакал, гладя ее огромную голову.

Она фыркнула.

— Не время для сантиментов, друзья мои. Вам нужно выжить на этом острове. В задней части моей пещере, вы найдете грот, а в нем дневники— Летописи тех, кто жил здесь раньше. В них вы найдете все ответы.

Ее угольно-черные глаза беспокойно обшаривали пещеру в поисках Драко.

— Птичка, принимайся за работу, собери мою кровь. Она очень ценна и пригодится вам, когда придет время. Собери ее сейчас, прежде чем я умру.

Драко сразу же взялся за дело: он призвал пустые флаконы и начал наполнять их, гладя ее окровавленные, обугленные бока. Раны на ее животе были глубокими, сквозь разорванную плоть просматривались кости. Она повернулась на живот, обернула себя рваными крыльями и застонала. Гарри и Драко в ужасе наблюдали за тем, как ее глаза теряли свет жизни, она фыркнула в последний раз и пар заполнил пещеру. Прежде чем они смогли перевести дыхание, ее тело осыпалось мелкими кристаллами льда.

Гарри все еще стоя на коленях, взглянул на свою ладонь, сжимающую четыре драконьих уса. Потом он медленно перевел взгляд на Драко. Тот был весь в крови и слезы смывали красную жидкость с его лица. Их глаза встретились в осознании реальности только что произошедшего и они оба посмотрели вниз, где на подстилке из сухой травы лежало мраморно-синее драконье яйцо. Черт.

Глава 4. Неожиданная жизнь

скримшо – (Scrimshaw) — искусство гравировки на кости, искусство китобоев 18-19 веков. Когда на горизонте не было ни одного кита, матросы занимали себя изготовлением безделушек из побочных продуктов промысла.

http://en.wikipedia.org/wiki/Scrimshaw

Канун Рождества, 2017.

Гарри сидел в кресле у камина в восточном углу пещеры. В магическое окно заглядывала туманная тьма, окутавшая землю. Долгий выдох заклубился в заиндевевшей пещере. Это было место, где он ждал восхода солнца. Но этого не происходило, они были теперь погружены на несколько месяцев в вечную тьму.

Драко крепко спал в своей постели, окруженной ледяными сталагмитами. Он перебрался на место подальше от Гарри в прошлом месяце. Гарри не был уверен: Драко поступил так, потому что этот закуток позволял уединиться или Драко не хотел проводить рядом с Гарри больше времени, чем было необходимо. Гарри часами обдумывал изменения, произошедшие со светловолосым магом.

В тот день они быстро обнаружили грот за логовом Люси. Он скрывался за сплошной стеной льда, но Гарри смог почувствовать магию за ней. Потребовалось смешать кровь их обоих, чтобы открыть грот: одна капля крови Драконьего Всадника и одна капля — вейла-мага. Им открылась огромная пещера, казалось, вырезанная внутри горы. Стены были сделаны из толстого льда, а пол из гранита. С точки зрения геологии — это выглядело очень странно, но привлекло их внимание совершенно другое. Все пространство, высокого грота был заполнено большими колоннами сверкающего льда. Каждый шаг отдавался в пещере эхом. В разных местах огромного зала люди собрались – где-то для сна, где-то для совместных трапез, для приготовления пищи и изготовления оружия. Драко сразу же направился к крупному плоскому камню в середине комнаты. На каменном алтаре распластался скелет. К своему ужасу они увидели скелетик младенца, покоящийся среди костей взрослого мага. Длинный, резной кости нож торчал меж двух ребер с левой стороны останков родителя. У дальней южной стены стояли ящики из полупрозрачного льда, хранящие множества скелетов.

Там же находились плетеные корзины, наполненные коллекцией местных полудрагоценных камней - гренландитов. Они были великолепно отполированы, а нити бус так и не рассыпались за все прошедшие годы. Содержимое одной корзины они оба нашли очень забавным: она была наполнена изделиями из резной кости в форме пениса. Драко восхищался предметами, изготовленными из моржовых бивней и китовых костей. Гарри чувствовал, как кровь прилила к щекам, когда Драко объяснял, что они были предназначены не просто для украшения интерьера. Для Драко самым главным сокровищем оказались найденные дневники-летописи, написанные шаманами и вождями племени. Они были написаны на древнем языке вейла-магов, и Гарри подозревал, что все последующие одиннадцать лет Драко посвятит их расшифровке.

Первые несколько дней они провели в молчании, пытаясь осмыслить тот факт, что застряли на острове на более чем десять лет. Гарри сразу же принялся ухаживать за яйцом Люси, отчаянно пытаясь вспомнить все, что Хагрид и Чарли когда-нибудь говорили о яйцах дракона. Он положил его в котелок и подвесил над огнем, чтобы постоянно держать яйцо в тепле. Драко притащил несколько книг о драконах, но в них было мало информации по выращиванию рептилий. Гарри надеялся, что дневники окажутся полезнее для них.

Они оба знали, что темное время суток увеличивается с каждым днем. Им понадобятся припасы. Они собрали все оставшиеся ягоды, щавель и другие растения, которые можно использовать для приготовления пищи. Рыба и моллюски были сложены отдельно, в месте, где их можно хранить в замороженном состоянии. Да, они могли бы наколдовать еду, но нужна была и настоящая пища, на всякий случай ... «На какой-такой случай?», — задумался Гарри.

Драко в своей постели коротко застонал и перевернулся на другой бок. Он был закопан под многочисленными мехами и начал надевать пижаму в последнее время. Гарри не был уверен: навалившаяся темнота привела к изменениям в характере Драко, или он страдает от депрессии. Драко проводил большую часть времени либо за переводом летописей, либо сидя у западного окна — писал письма к Скорпиусу. Они больше почти не разговаривали, а когда Драко раскрывал рот, то только для того, чтобы рассказать Гарри о том, что узнал из дневников об острове и о методах выживания на нем.

Запомнился день, когда они вышли из пещеры и убили тюленя. Рыба не содержит достаточно жира для поддержания энергии, в которой они нуждались, чтобы не замерзнуть в пещере. Им необходимо было более калорийное мясо, проросшее жиром. Берег теперь совсем замерз и айсберги, проплывавшие раньше мимо, застыли на месте. Временами скрип и треск ломающегося льда приводил их обоих в дрожь — звук был такой одинокий, такой тоскливый.

Дикая природа Арктики проявляла свое присутствие. Они впервые увидели белого медведя несколько дней назад. Они долго размышляли над тем, чтобы убить его, но ни один не хотел этого делать. У них будет достаточно пищи на несколько следующих месяцев, если они убьют еще одного тюленя или оленя.

Гарри беспокоился за Драко, пытаясь заставить его говорить о доме, о Скорпиусе, да о чем угодно, но Драко отказывался. Он либо игнорировал вопросы, либо спешил сменить тему. Чаще всего, он просто укладывался в постель и засыпал. Но более всего волновало Гарри то, что Драко становился неряшливым. Его волосы стали длиннее и гуще, но всегда казались растрепанными — это был уже не тот человек, которого Гарри знал или думал, что знает.

— Темпус, - прошептал Гарри. Уже была почти полночь. Его сердце разрывалось, когда он думал о своей семье сегодня вечером. Он тосковал по детям: Гарри знал — они думают, что он мертв. Джинни, конечно, выживет, но он никогда не хотел подвергать ее таким испытаниям, не хотел этих испытаний ни для кого из них. Он мог себе представить, что Кингсли и Рон прочесали Малфой-Мэнор вдоль и поперек в поисках каких-либо намеков на место, где их следовало бы искать. Драко захватил большую часть карт с собой, но все равно какие-то подсказки можно было найти то здесь, то там, да и Рон знал, какую легенду они пытались изучить. Тем не менее, о надежде быть найденными не стоило и думать. Хранитель Секрета был мертв и похоронен на склоне холма мертвых рядом с древними магами. И Люси была мертва. Ее яйцо, все еще теплое, проклюнется к весне. Если им очень повезет.

Гарри откинул с ног меховое одеяло. Хотя при выдохе пар клубился у рта, Гарри не мерз. Температура была, вероятно, около нуля, но он уже привык к холоду. Он пригасил огонь и подошел проверить Драко. Тот беспокойно спал — веки подергивались, рот кривился. Гарри наложил легкое согревающее заклинание и пошел через комнату к своей постели, снял одежду и скользнул под одеяло. Завтра утром не будет ни подарков, ни радостных детских воплей, ни дома, заполненного рыжеволосыми гостями. Впервые за более чем три месяца он всхлипнул.

Скрежет ломающегося льда, а затем вой полярного волка вырвал Гарри из глубокого сна, и в то же мгновение беспокойство обрушилось на него. Он заставил панику улечься, пытаясь внушить себе, что ничего плохого не случилось. Но что-то было не так, он просто не мог точно определить что — а затем стало ясно. Постель Драко была пуста. Гарри зажег все свечи в пещере одним взмахом волшебной палочки. Драко не было. Гарри вскочил с кровати, впопыхах натягивая одежду, ботинки, шапку и заворачиваясь в меховое одеяло. Он споткнулся у кровати Драко, увидев на подушке пергамент с запиской, нацарапанной кривыми буквами, в которых почти невозможно было узнать аккуратный почерк Драко.

«Гарри,

Мне очень жаль, но так будет лучше. Я не могу и не буду обременять тебя. Я знаю, что ты не винишь меня в произошедшем, но я виню себя. Я не могу еще больше усложнять тебе жизнь. Ты был замечательным другом, и я счастлив, думая о нас, как о друзьях. Желаю тебе всего наилучшего.

Тебе не придется ждать большее десяти лет — только семь. И все же, я прошу тебя об одном одолжении. Когда ты, наконец, отправишься домой, пожалуйста, передай Скорпиусу письма, которые я писал для него. Я надеюсь, что ты будешь добр к моему сыну и расскажешь ему о нашем приключении.

До свиданья, мой друг,

Драко Малфой»

Гарри выбежал из грота, в пещеру и вниз по лестнице. Он знал, что Драко не мог уйти далеко. Гарри сам устанавливал защитные заклинания и он бы узнал, если бы Драко вышел за их пределы, или, если бы он попытался снять их. Холодный воздух ударил в легкие с первым вдохом у выхода из пещеры. Было так холодно и так сухо, что даже снег не шел. Гарри натянул поглубже меховую шапку и завернул шарф вокруг лица. С высоко поднятой палочкой он остановился у подножия лестницы, замер совершенно неподвижно и закрыл глаза. Он отчаянно пытался почувствовать магию Драко, его магическую подпись, отличимую от другой магии, которую он постоянно чувствовал, находясь в пещере. Да, магия Драко ощущалась, но очень слабо.

Гарри рванул по ее следу, а затем какое-то движение привлекло его внимание: полярный медведь стоял на склоне мертвых. Своей огромной лапой он толкал что-то, перекатывая взад и вперед. Гарри вдруг увидел блеск платиновых волос в свете луны. Он прицелился в сердце медведя и наложил сильнейшее парализующее заклятие, которое знал. И с ужасом наблюдал, как медведь пошатнулся и начал заваливаться на Драко. Он не знал, сработает ли это, но "Вингардиум левиоса" само сорвалось с губ. Гигантский белый медведь поплыл над неподвижным телом. Гарри изо всех сил рванул вперед, чтобы оттащить Драко от места, где туша должна была упасть на землю. Он отпустил медведя, подхватил окоченевшее тело и бросился через замерзший берег, вверх по лестнице, обратно в пещеру.

Он уложил Драко на свою кровать, тут же превращая котел Драко в ванную, наполняя ее водой и мгновенно подогревая ее. Медленно, затаив дыхание, он стянул одеяло с тела Драко. Одно сканирующее заклинание – и он знал, что сердце, хоть и замедленно, но бьется, даже если пульс не прощупывается: пульс Гарри, вероятно, зашкаливал. Он не стал налагать «Энервейт» до того, как температура тела Драко поднялась до почти нормальной.

— Ты чертов идиот, Малфой, — заорал Гарри. — Не смей умирать у меня на руках! Ты не можешь умереть прямо сейчас! Меня не волнует, если придется ждать десять лет. Я не хочу рассказывать твоему сыну, как ты умер, - Гарри кричал, стягивая рубашку с Драко. Его тело посинело. Гарри стащил с Драко ботинки, носки и брюки с трусами, а затем поднял его на руки и опустил в теплую воду. Именно тогда он увидел то, что Драко пытался скрыть, чем не хотел обременять его, что Драко считал таким ужасным, чтобы убить себя: нижняя часть живота Драко слегка выпирала.

— Ч-черт, M-Малфой, — Гарри запнулся. Он опустил руку в воду и погладил твердую выпуклость. – Но как? - Прошептал Гарри, не рассчитывая на ответ.

Он продолжал нагревать воду и постепенно голубоватая бледность исчезла. Драко не приходил в сознание, но он был жив. Гарри хотел было наложить «Энервейт», но сомневался, как заклинание может повлиять на плод. Он вытащил Драко из воды, уложил на меховое одеяло и высушил заклинанием. Тело Драко начало дрожать. Гарри взмахом полочки увеличил кровать, согрел простыни. Потом снял свою одежду и лег рядом с Малфоем. Свечи были потушены, Гарри прижался к дрожащему телу друга и натянул на обоих меховые одеяла.

+ + +

Гарри моргнул, открыл глаза и увидел одиноко горящую свечу. Ему потребовалось время, чтобы осознать, что теплое тело, которое он прижимал к себе –Драко: длинные белые волосы липли к губам – одно это уже должно было навести на мысль. Он чувствовал, как Драко шевелится и понимал, что тот проснулся и, вероятно, очень смущен тем фактом, что лежит голый в постели Гарри.

Пальцы правой руки Гарри лежали на животе Драко. Он легонько погладил мягкую кожу.

— Как? — Прошептал Гарри.

— Законный наследник, - прошептал Драко в ответ. – Вейловские гены, отвечающие за размножение, проснулись. Поскольку я не вступал в половую связь и мои инстинкты подсказывают мне, что и не вступлю, следующий выбор наследия вейл – размножение с помощью клонирования.

— Ты имеешь в виду, что вскоре в мире появится еще один Драко? — спросил Гарри, стараясь не хихикать.

Драко пнул его.

— Да, большое тебе спасибо! Ты мог бы просто позволить нам умереть, идиот.

Все веселье как рукой сняло.

— Нет, Драко, я не мог. Ты никогда не будешь мне в тягость, ни ты, ни твой сын.

Драко молчал. Гарри наблюдал за тенями на ледяной стене, мечущимися вслед за пламенем свечи.

— Не оставляй меня, Драко. Пожалуйста, не оставляй меня здесь одного. Я не виню тебя в случившемся, да и никогда не винил. Да, я скучаю по своей семье, как и ты скучаешь по своей, но я не смог бы взглянуть им в глаза, даже через семь лет, зная, что ты умер, потому что думал, что ты мне в тягость.

Драко глубоко вздохнул.

— Хорошо, я не оставлю тебя, — сказал он тихо, накрывая рукой руку Гарри, лежащую на животе. — Я хочу назвать его Дэйн. Тебе нравится?

— Да, конечно.

Драко повернулся на спину, его серебристые глаза сияли.

— Гарри, спасибо, — сказал Драко, переплетая пальцы с пальцами Поттера.

— Не за что. И с Рождеством тебя, - ответил Гарри и к своему собственному удивлению поцеловал Драко в щеку.

Драко слабо улыбнулся, повернулся на бок и задул свечу.

— И тебе счастливого Рождества, Гарри, — прошептал он, и оба провалились в сон.

***

Больше ни единого слова не было сказано о попытке самоубийства. Драко активно привлекал Гарри к работе над переводом дневников и тот понял, что пугало Драко гораздо больше, чем необходимость обременять Гарри, что вызвало депрессию: это был подлинный страх перед будущим. Кости, которые они обнаружили на алтаре, принадлежали вождю племени, последнему, оставшемуся в живых Драконьему Всаднику. Его звали Дейн. В своей жизни он уже имел одного законного наследника, что было нормально, и троих сыновей от своего партнера, но всех их унесла чума. Репродуктивный инстинкт вейлы проснулся в изоляции, и Дейн вновь был беременным, и на этот раз одиноким. Кроме того, рожать второго законного наследника было против обычаев. Было известно, что каждый дополнительный наследник забирает при рождении половину магии отца. Дейн не смог бы совершить ритуал рождения в одиночку и не смог бы выжить без своей магии, потому он и выбрал самоубийство.

Из переведенных дневников Гарри понял, что ему придется проводить обряд рождения, но Драко постоянно нервничал, и сложно было выбрать подходящее время, чтобы обсудить планы на будущее. За следующие несколько месяцев всякое может случиться, а значит с обсуждением стоит подождать. Не говоря об этом ни слова, они продолжали спать в кровати Гарри, и он бережно обнимал Драко, пытаясь прикрыть рукой постоянно растущий живот. Гарри говорил себе, что ощущая рядом тепло другого человека, он успокаивался и чувствовал себя более комфортно, несмотря на одиночество ледяной ночи, окружавшей их. Он убеждал себя, что просто согревает Драко и старается быть рядом, если что-то случится. Тем не менее, в глубине души он знал, что причины были гораздо сложнее, чем те, в которых он не позволял признаться даже самому себе.

Весна приближалась со скоростью улитки. Первый восход солнца в конце февраля, после нескольких месяцев темноты вызвал невольные слезы у обоих. С каждым днем солнце оставалось в небе немного дольше. К концу апреля, когда световой день уже длился почти двадцать три часа, яйцо Люси проклюнулось. Вылезшая на свет малышка была еще уродливее, чем Хагридов Норберт и с таким же отвратительным характером. Синий тощий цыпленок был постоянно голодным и плевался искрами огня, пока не наедался как следует. Ее рацион состоял из свежего мяса — рыба была нормой, но кролик был ее любимым лакомством. Она росла, и это было самым важным. В начале июня, когда весна официально вступила в свои права на острове, маленькая дракониха уже неуклюже топала вокруг пещеры.

Утром пятого июня, тридцать восьмого дня рождения Драко, Гарри обнаружил чашку чая, исходящую горячим паром, рядом с кроватью. Он умылся, легко оделся и отправился к краю пещеры, чтобы найти Драко. Гарри заметил его на берегу внизу, занятого рыбной ловлей с помощью гарпуна. Копья и гарпуны, найденные в пещере, все еще несли на себе следы магии, и Гарри с Драко просто усилили ее.

Гарри прихлебывал чай и наблюдал за Драко, Люси рядом копошилась в гнезде. В одежде Драко не выглядел беременным, хотя он и дохаживал последние недели. С ростом выше шести футов и очень хорошей физической формой, его пикантное состояние было едва заметным. Гарри вспомнил, что Джинни не могла встать с дивана без посторонней помощи. Гарри восхищался Драко с каждым днем все больше. Он никогда не слышал, чтобы Драко жаловался и только несколько раз слышал тихий стон, когда тот вставал с постели. Они даже поругались, когда Гарри попытался запретить ему прыгать по камням . Драко пресекал любые попытки опеки. Гарри все понял и оставил его в покое.

У них было много разговоров, бесед, которые они должны были вести в предыдущие годы, но взаимные обиды и упрямство не позволяли делать этого. Гарри даже хохотал над историями о Люциусе и его старых проделках в Министерстве. Он чуть с дивана не свалился, когда Драко копировал отца. Драко любил свою семью, но, как и большинство детей, однажды понял, что родители не идеальны. Драко узнал много нового о Гарри, а Гарри понял, что Драко и раньше знал о нем больше, чем кто-либо другой, кроме, пожалуй, Джинни. В тот вечер, когда Гарри рассказал Драко о том, как шел в Запретный Лес, чтобы встретить смерть, Драко опрокинул рюмку огневиски — единственную за время беременности.

Они обсуждали своих детей и свои надежды на них. Единственное, что они не обсуждали – своих жен. Гарри хотел знать больше об открытом браке Драко, но никогда не решался завести разговор, а Драко редко упоминал Джинни. Гарри, думая о жене, чувствовал боль, но ее интенсивность постепенно уменьшалась.

Драко взглянул вверх и помахал рукой. Гарри помахал в ответ и начал спускаться по гранитным ступеням. Люси выглядывала через край пещеры, наблюдая за тем, как он спускается. Склон справа, ведущий к расщелине, был покрыт желтыми цветущими маками и лишайником. Добравшись до берега, Гарри заглянул в плетеную корзину и увидел, что она почти полная. Драко бросил еще одну рыбину, прежде, чем позволил Гарри поднять ее на плечи и отнести Люси.

— Ты не мог бы покормить ее сегодня? - Спросил Драко, когда они достигли верхней ступеньки.

— Конечно, а это все, что ты хочешь в день рождения? — Спросил Гарри, опуская корзину. — В местных магазинах, кажется, не богатый выбор подарков.

Драко рассмеялся.

— Нет, только покорми Люси и этого будет достаточно. Я бы пока принял ванну.

Гарри закончил свою утреннюю хозяйственную рутину и обнаружил, что Драко все еще в ванной.

— Ты в порядке? — Гарри забеспокоился: Драко редко позволял себе роскошь сидеть в воде так долго.

— Да, я просто спал не очень хорошо.

Гарри остановился рядом с ванной.

— Я знаю, Дейн немного брыкался.

Драко слегка брызнул на него водой.

— Больше, чем немного — моя спина меня просто замучила.

— Что — начинается? — нерешительно спросил Гарри.

— Похоже, что так, но опять же, я не эксперт. Это у тебя трое детей.

— Я тоже не эксперт, но это первый раз, когда ты говоришь, что чувствуешь себя не очень хорошо.

Драко соскользнул глубже в теплую воду.

— Я в порядке, Поттер. Проверь, не отложили ли утки еще яиц. Я бы съел омлет сегодня утром.

— Я сделаю тебе омлет, если хочешь, но сначала я хочу, чтобы ты сел в ванной.

Драко посмотрел на него вопросительно, но так и сделал. Гарри подошел ближе и положил руки на плечи Драко.

-Поттер, что ты делаешь?

— Массаж спины, вот что я делаю.

— Ах, именинный массаж. Ну, в таком случае, спускайся ниже и нажимай сильнее.

Гарри усмехнулся и принялся за дело. Внезапно его осенило: как хорошо он знал спину Драко, как заметно окрепли мышцы плечевого пояса за месяцы их нелегкой жизни, как расширилась его талия. Он подумал: а знал ли Драко о своей светлой родинке возле левой лопатки? Его пальцы разминали мышцы, сначала легко, постепенно усиливая нажим. Он рассмеялся, когда услышал тихую журчащую трель из уст Драко.

— Что это было?

Драко тяжело вздохнул.

— Я думаю, тебе лучше остановиться.

— Разве я сделал тебе больно? Я никогда не слышал такого звука, это почти похоже на трель.

— Просто остановись, — сказал Драко. — Это звук вейлы.

Гарри вскинул руки.

— Что?

Драко откинулся в ванной и одарил его хитрой улыбкой.

— Звук вейлы. Видимо, это звук удовольствия, сообщающий, что у тебя что-то хорошо получилось. Теперь, пожалуйста, иди и найди яйца.

Гарри притащил стул в ванную.

— Ты издаешь этот звук, когда чувствуешь себя хорошо?

Драко посмотрел на Гарри.

— Я сказал — это звук удовольствия, а не просто хорошего самочувствия.

Гарри моргнул, а затем заглянул в воду и заметил возбуждение Драко, которое тот и не пытался скрыть.

— Теперь, или ты идешь собирать яйца и дашь мне спокойно подрочить, или остаешься и помогаешь.

— Сколько яиц ты хочешь? — спросил Гарри, поспешно поднимаясь.

— Три, и можешь не торопиться. — ответил Драко и снова брызнул водой на Гарри.

Гарри выбежал из пещеры. Он перелез через покрытые лишайниками валуны на Склон Мертвых, где давно заприметил уток, гнездящихся в зарослях пушицы. Его мысли, однако, от уток все время возвращались к тому, что его друг делал в ванной. Совместное житье практически не позволяло им уединяться и единственное место, где можно было спрятаться, был туалет - одно закрытое помещение в пещере. В первые несколько месяцев Гарри и не думал о сексе - они были в режиме выживания, но теперь, когда стало ясно, что у них получается выжить, потребности вернулись. Он не задумывался, что и у Драко они тоже проснулись.

Гарри думал о тех, кто жил в пещере сотни лет назад. У них не было личной жизни: каждый шаг наблюдали все присутствующие. Даже ритуальный камень в центре комнаты использовался не только для рождения детей, но и для брачного ритуала, когда два мага решали связать свои жизни вместе навсегда. Их первый акт любви должен был быть засвидетельствован всеми членами племени. В его воображении возникли Драконьи Всадники, плотно столпившиеся вокруг стола, в то время как два мага закрепляли свой союз любовью. Ему пришлось потрясти головой, когда он чуть не наступила на гнездо с утиными яйцами. Он взял по одному из пяти отдельных гнезд, и медленно побрел обратно в пещеру, надеясь, что Драко уже получил удовлетворение.

Ванна исчезла и Драко лежал, свернувшись калачиком на кровати, укрытый единственным меховым одеялом. Гарри поставил на пол корзину с яйцами и бросился к кровати.

— Драко?

— Время пришло, Гарри, — пробормотал Драко.

Гарри сделал три быстрых, глубоких вдоха и выдоха.

— Хорошо, я сейчас все подготовлю. Тебе чем-нибудь помочь?

Драко покачал головой.

— Просто поторопись. Очень больно.

Гарри подбежал к приподнятой каменной платформе в центре пещеры. Он призвал небольшой столик и котел, который наполнил горячей водой, и постелил одеяло в центре прямоугольного камня.

— Ты можешь идти? — спросил Гарри, собирая несколько маленьких одеял и складывая их на стол. Наконец, он поднял крышку корзины, стоявшей поблизости.

— Нет, - ответил Драко.

Гарри сунул руку в корзину, вытащил пузырек с темной жидкостью и нож, который они обнаружили в грудной клетке предыдущего вождя, и положил их на стол. Они много раз говорили о процедуре рождения, когда Драко занимался переводом. Магия должна направить руку Гарри в нужное место, чтобы он смог сделать надрез, когда будет произнесено заклинание.

Гарри подошел к кровати и поднял Драко с помощью заклинания, отнес к ритуальному камню и положил на него.

— Все будет в порядке, Драко. Я тебе обещаю. И все скоро закончится.

— Ладно, — пробормотал Драко, тяжело дыша.

Гарри решительно разогнул скрюченное тело. Драко перевернулся на спину, морщась от боли. К их общему удивлению, магические браслеты появились из камня и защелкнулись на запястьях и щиколотках Драко.

— Скорее, — закричал Драко, дергаясь в путах.

Гарри открыл пузырек и пролил тонкую струйку драконьей крови ниже выпуклого живота, который резко сокращался. Он принялся размазывать кровь, втирая ее в кожу. В рукописях было сказано, что это обезболит операционное поле. Драко перестал бороться с ремнями и уставился остановившимся взглядом в свод пещеры. Гарри взял нож, поднес к губам и прошептал: «Ректор».

Он крепко сжал рукоятку и прочертил лезвием крест по коже, испачканной в крови дракона. Драко открыл рот, но не издал ни звука, хотя Гарри знал, что его захлестнуло болью. Кожа разошлась, нож направлял руку, взрезая лежащие глубже мышцы. Несколько раз наблюдая за операциями кесарева сечения, он помнил, что ему придется вручную раздвинуть органы брюшной полости, чтобы добраться до матки. Он проколол ее кончиком ножа, сделал небольшой разрез. Воды хлынули наружу. Он отложил нож, ввел руку в разрез и вытащил живое существо, трепещущее в его ладонях. Крошечный малыш закричал. Он был так мал, гораздо меньше, чем его дети, но он был жив — Дейн был жив! Гарри поднял ребенка и положил его на грудь Драко. Манжеты, удерживающие запястья Драко, освободили его руки, и он прижал младенца к себе.

Гарри вновь поднял нож и перерезал пуповину. Он вытащил плаценту, опустил ее в другую корзину, а затем вылил еще струйку драконьей крови на рану. Он с трепетом наблюдал, как тело Драко сращивало себя. Гарри только и пришлось уложить органы обратно в их правильное положение. И только когда он увидел, что кожа полностью срослась, понял, что плачет. Он упал на колени, опустил голову на грудь Драко, и зарыдал. Длинные пальцы побежали по волосам, погладили по щеке.

— Ты сделал это, — сказал Драко.

Гарри поднял взгляд и встретился с серебристыми глазами.

— Мы сделали это, — ответил Гарри.

Драко ослепительно улыбнулся.

— Да, мы сделали.

Гарри взял себя в руки, поднял малыша с груди Драко и выкупал, несмотря на недовольный писк. Он уложил младенца в гнездо из меховых одеял, а затем тщательно обмыл Драко, стараясь не пялиться на те части тела, по которым недавно текла кровь. Манжеты, сковывающие щиколотки расстегнулись, и Гарри отнес Драко обратно на свою кровать. Он мог бы левитировать его, но просто чувствовал необходимость сделать это самому.

Он принес Дейна и малыш сразу же ухватился за небольшой припухший сосок. Когда ребенок принялся сосать, Драко поначалу поморщился.

Гарри присел рядом на кровать, не в состоянии оторвать взгляд от этого зрелища. Драко похлопал по месту рядом с ним. Гарри снял одежду и улегся на кровать, так, чтобы Дейн оказался между ними. Он накрыл их всех одеялом и попытался поймать взгляд серебристых глаз, наблюдающих за ребенком. Гарри протянул руку и осторожно погладил мягкую детскую щеку, подрагивающую от сосания, затем погладил по щеке мага, родившего мальчика.

— Ты удивительный, Драко Малфой, — прошептал Гарри почти беззвучно.

* * *

Следующие несколько месяцев были одними из самых счастливых в жизни Гарри. Эта мысль посещала его время от времени, но ухаживая за Люси и Дейном, он не задумывался о другой его жизни, той, что где-то протекала без него.

Драко смастерил поводок для Люси из полосок оленьих шкур и они часто выгуливали ее на берегу. Дейн же прогуливался в слинге, перекинутом через грудь Гарри или Драко. К августу им надоела безопасная пещера, и маленькое семейство решило попутешествовать вдоль разлома по тем частям острова, где они побывали раньше. Они захватили палатку и расположились лагерем у ручья на несколько недель. Люси полюбила плескаться в холодной воде озера, а Дейн просто смотрел широко раскрытыми глазами на пейзажи вокруг. Его огромные голубые глаза по мере взросления медленно меняли цвет.

Они побывали на южном берегу, где обнаружили большую колонию моржей, нежащихся на солнце. Гарри собрал валявшиеся на берегу моржовые клыки — некоторые очень старые, некоторые — совсем свежие. Он считал, что ему нужно хобби для долгих зимних месяцев, и был полон решимости освоить искусство резьбы по кости, в то время, как Драко будет занят переводом рукописей.

Зимний ледяной покров, растаявший в начале лета, оставил их с белым медведем на острове и с гораздо большей стаей полярных волков, чем в предыдущем году. Популяция волков сократится сама по себе, так как кроликов было немного, да и стадо оленей оказалось значительно меньшим.

На обратном пути, возвращаясь в пещеру в начале сентября, они наблюдали за миграцией стада китов в южном направлении. Гаги тоже улетали на юг. Когда путешественники подошли к горной тропе, Гарри копьем убил карибу. Люси с наслаждением пообедала внутренностями, а Гарри срезал мясо, которое они собирались сохранить на зиму. Шкуру он скатал, чтобы после выложить ее на просушку на Склоне Мертвых.

По мнению Гарри, Дейн был замечательным ребенком. Он редко плакал, и стоило его либо покормить, либо поменять подгузник, либо развлечь заколдованной летающей галькой, как он быстро успокаивался. Если же малыш был очень расстроен, то только Драко мог утешить его. Он испускал мягкую трель, похожую на ту, которую Гарри услышал в день рождения Дейна, но более мелодичную. Даже Гарри считал, что это успокаивает. Неизменный восторг у Дейна вызывала мягкая игрушка — медвежонок. В самом начале их похода Гарри убил кролика, снял шкуру и набил ее сухой травой. Драко придал ей форму медведя и Дейн редко расставался с мишкой. Игрушки станут проблемой, когда мальчик подрастет.

Люси помаленьку взрослела и ее синяя чешуя светлела, но должно пройти еще несколько лет, прежде чем она станет полностью белой.

Возвратясь в пещеру, они обнаружили сюрприз: серая гренландская лайка каким-то образом пробралась на остров. Ни Драко, ни Гарри не могли понять, как пес выжил. Они нашли его спящим в гнезде Люси, едва живого. Им еле удалось удержать дракона от убийства собаки. Дейн немедленно заинтересовался псом с миндалевидными глазами, и не надо было долго думать: их странная семья обзавелась домашним любимцем.

Гарри осмотрел пещеру, пока они распаковались. Этой зимой у них прибавится ртов. С собакой все решится просто, но находить для Люси свежее мясо каждый день будет нелегко. Дейн продолжит питаться молоком Драко. Он никогда не станет пухлым ребенком, какими были в младенчестве дети Гарри — гены сделают его худым и долговязым.

Но Гарри пришлось признать, что Драко, должно быть, был милым малышом.

Часть 2.

* * *

Канун Рождества, 2020

Месяцы, а за ними годы медленно сменяли друг друга. Гарри учился ремеслу резьбы по кости и его "скримшо"(1) украшали пещеру. Изделие, которым он гордится больше всего, находилось сейчас под импровизированной елкой из оленьих рогов — это был подарок для Драко. Гарри сделал браслет для бицепса и вырезал орнамент в виде перьев вейлы, а потом еще и покрасил его в синий цвет соком черники. В подарок Дейну он вырезал несколько дюжин маленьких костяных зверей — магических и обычных.

Дейну было сейчас два с половиной года и он разговаривал как взрослый. Гарри был уверен, что дети не говорят так свободно в этом возрасте.

Люси научилась ненадолго улетать на охоту, и теперь кормилась сама. Это оказалось большим облегчением, особенно в темные зимние месяцы.

Драко все еще переводил дневники и расшифровывал рукописи предыдущих поколений Драконьих Всадников, которые когда-то считали остров своим домом. Шаманы, как он обнаружил, много знали и умели, но некоторые их способы лечения раненых были по настоящему варварскими. Он размышлял: они поступали так преднамеренно или по незнанию.

Те, кто был похоронен на Склоне Мертвых, имели высокий статус, остальных умерших членов племени просто бросали в море. Скелет мальчика, который они нашли в первый день, принадлежал младшему сыну последнего вождя, Дейна.

Гарри сидел в своем кресле у восточного магического окна, думая в эту ночь о семье — о другой своей семье. Его интересовало, стал ли Джеймс префектом, завел ли Альбус друзей и, самое главное, поступила ли его маленькая девочка в Слизерин. Он был уверен — они скучали по нему. Но теперь, спустя три года, дети должны были смириться с потерей и жить дальше. Так же, как сделал это он.

Гарри отхлебнул огневиски и взглянул на Драко, который спал, прижимая к себе их сына. У Дейна, возможно, был только один биологический родитель, но у него было два отца. Гарри любил его так же сильно, как и своих собственных детей, оставшихся в Англии.

В мягком свете свечей Драко выглядел таким молодым. Им обоим было сейчас сорок, и все больше глубоких морщинок появлялось вокруг глаз. Волосы Гарри начали седеть, а короткая бородка и усы уже были почти седыми.

Он проглотил остатки виски залпом и налил еще. Гарри не знал, почему он пил сегодня. Он почти не пил пару лет. Но может быть потому, что наконец стал чувствовать себя в безопасности, он позволил себе расслабиться. Они были заперты в пещере, и Драко посочувствует утром его головной боли.

Он выпил еще и впервые за три года заснул в кресле, а не в постели рядом с Драко.

Голос, заставивший его вздрогнуть, звучал знакомо, но как-то по детски.

— Гарри, Гарри, ты меня слышишь? — Спросила Люси. Гарри встал на плывущем облаке и взглянул вниз.

— Я здесь, наверху, — сказала она.

Гарри посмотрел вверх и увидел молодую Люси, парящую над головой. Казалось, она очень гордилась собой. Дракониха приземлилась рядом с ним, такая взрослая.

— Да, Люси, я тебя слышу.

— Ты должен позаботиться о Птичке, — фыркнув, сказала Люси и выдохнула небольшой сноп искр.

— Я забочусь, — вызывающе ответил Гарри.

— Нет, ты не заботишься! — Она завизжала по-детски высоким голосом, — у него гон, и в скором времени ему придется произвести другого наследника. Ты не должен позволить ему.

Гарри упал на колени.

— Ты уверена? А он знает?

— Да, я уверена и он знает. Он слишком горд, чтобы сказать тебе об этом.

Гарри проснулся от испуга, свалив рюмку на гранитный пол. Ски, их пес, поднял голову, разбуженный звуком бьющегося стекла, взмахнул пару раз хвостом-бубликом с белым кончиком и уснул снова.

Драко подскочил и уселся в кровати.

— Гарри? — Прошептал он.

— Да, извини, я заснул и разбил рюмку, — ответил он, а затем взмахом палочки убрал беспорядок.

— Все в порядке? — Спросил Драко, внимательно оглядываясь вокруг.

Гарри снял очки и потер глаза.

— Да, но нам нужно поговорить.

— Сейчас?

— Да, пока Дейн спит.

Гарри поднял меховое одеяло и понес его к старой кровати Драко — это было место, где они разговаривали поздно ночью, чтобы не разбудить Дейна.

— Что случилось? — Драко спросил, увеличивая кровать.

Они легли лицом друг к другу. Гарри подтянул одеяло и укрыл голое тело Драко.

— Люси говорила со мной.

Глаза Драко распахнулись: они оба ждали этого момента — это был знак, что она взрослеет не только физически.

— Что она сказала?

Гарри поднял руку и откинул длинные белые пряди волос, падающие на глаза Драко.

— Она сказала, что нам необходимо спариваться.

— Сука, — прорычал Драко и повернулся на спину, его глаза уставились в окружающие их замороженные сталагмиты.

— Так значит, ты знал и не сказал мне?

Драко усмехнулся.

— Почему я должен был тебе сказать, Поттер? Ты что, думаешь, я позволю тебе трахнуть себя? Не в этой жизни, я же тебе говорил много лет назад.

Гарри наблюдал за каждым изменением лица Драко. Он знал, что малейшее движение мышц имело значение. Драко протестовал слишком сильно, подергивание правого угла его рта красноречиво говорило об этом.

— Я не позволю тебе сделать это снова. Ты же знаешь, что с тобой произойдет.

— Пошел ты! У тебя нет выбора. Я украл тебя почти на одиннадцать лет у твоей семьи, и я не собираюсь забрать тебя у них полностью.

Гарри молчал несколько минут. Он думал о том, что Драко говорил. Если у них будет общий ребенок, они окажутся прочно связаны друг с другом. В течение ближайших семи лет они не смогут вернуться к своей прежней жизни. У них будет ребенок, может быть, даже два и они будут растить их вместе. Их прежние семьи, конечно, будут разрушены. Однако, через семь лет их взрослые дети уйдут из дома в любом случае. Они должны будут возвратиться только к своим женам. Уже давно Гарри серьезно не думал о Джинни, как о своей жене. В начале он болезненно тосковал по ней, он ее любил, но теперь, тоска прошла. А еще через два года он и Драко будут официально объявлены умершими, и каждая семья будет юридически свободна, чтобы двигаться дальше.

— Я не позволю тебе сделать это, — твердо повторил Гарри.

Драко откатился на бок.

-Гарри, ты женат и ты натурал.

— Но, Драко, ты тоже. Я не вижу разницы.

И тут Драко расхохотался маниакальным смехом, которого Гарри уже давно не слышал.

— Боже, Поттер, разница в том, что я не натурал.

Гарри понял, что его челюсть упала, но ничего не мог поделать.

— Ты ... ты ... ты гей?

— Технически, я бисексуал. Я же сплю с женой, или, по крайней мере, спал.

Гарри не мог унять непроизвольное моргание.

— И ты изменял ей...

— С мужчинами!

— Так вот почему в ту ночь с Джинни ...

— Точно, я сказал тебе, что она не в моем вкусе.

-Почему ты просто не сказал мне?

Драко испустил долгий стон.

— Я не хотел, чтобы ты чувствовал себя неловко. Я имею в виду, черт, мы же спим вместе.

— И это тебя не беспокоит? Я имею в виду, я тебе не нравлюсь?

Драко поднял палец к губам Гарри.

— Остановись сейчас же. Прекращаем этот разговор. Мы должны жить друг с другом в течение следующих семи лет, и я не собираюсь говорить ничего, что может разрушить нашу дружбу. Нам необходимо выжить вместе на этом острове.

Гарри крепко схватил запястье Драко и отвел его палец от своих губ.

— Нет, Драко, мы закончим разговор сегодня вечером. Не имеет значения, ты гей, би, натурал, нравлюсь я тебе или нет. Мы будем спариваться.

Крупный плевок приземлился на щеку Гарри и в то же время колено Драко врезалось в его пах. Густой мех одеяла предотвратил ущерб.

Гарри, удерживая запястье Драко, перекатился на него сверху и захватил другое запястье.

— Это все равно случится, Малфой. И твой выбор — получишь ли ты удовольствие или нет, — сказал Гарри, опустил щеку и вытер плевок о Драко.

Мгновенный укус в щеку заставил Гарри заорать. Он взглянул через комнату, чтобы убедиться, что Дейн не проснулся.

— Ты не должен жертвовать своей жизнью для меня еще раз, Поттер. Я смог это выдержать только однажды, - Драко зарычал, извиваясь под тяжестью Гарри.

— Может быть, я хочу, - ответил Гарри, продолжая контролировать тело, пытающееся освободиться.

— Нет, если ты так поступишь, то это будет против моей воли.

Гарри посмотрел в серебристые глаза и увидел ненависть их молодости.

— Значит так и будет, — ответил Гарри без эмоций.

Он перехватил оба запястья одной рукой, а другой потянулся за палочкой.

— Петрификус Тоталус.

Драко уставился на него в полном шоке.

Гарри поднялся с кровати, поднял Драко, понес его к центру пещеры, и положил на ритуальный камень. Магические браслеты появились из каменного ложа и сковали запястья и щиколотки Драко. Гарри наложил заглушающее заклятье и отошел к полкам с зельями. Он выбрал бальзам и принес его к столу. Он не позволял себе задумываться о том, что он собирается делать — это в любом случае должно быть сделано.

Он отменил " Петрификус Тоталус ". Сквозь стиснутые зубы Драко закричал:

— Не делай этого! Боже, пожалуйста, не делай этого, Гарри! Это не сработает!

Гарри снял свою одежду и уронил ее на пол. Потом стал на камень между ног Драко. Всего лишь легко прикоснувшись к браслетам, Гарри удалось согнуть колени Драко.

— Я должен, Драко. Мне очень жаль, но я должен.

Драко повернул голову в сторону постели, где лежал их сын.

— Я ненавижу тебя, — прошептал Драко, почувствовав палец, пытающийся нащупать вход в его тело.

Гарри наклонился, поднял одежду, скатал ее и подложил под бедра Драко.

— И я не виню тебя. Я бы тоже ненавидел, — ответил он, протискиваясь скользким пальцем в тесную дырку.

— Не надо, черт, не делай этого. Это не сработает, — закричал Драко в последний раз, когда палец полностью проник в него.

— Если ты не расслабишься, будет больно, — пробормотал Гарри и ввел второй палец.

Драко поднял голову и плюнул снова, на этот раз попав Гарри в грудь.

— Пошел ты!

Гарри понятия не имел, как у него встало в такой ситуации. Может быть потому, что он был лишен секса более трех лет, о чем ни разу не задумывался. Он втиснул третий палец и услышал, как Драко еще раз прошептал:

— Это не сработает.

Гарри больше не мог смотреть на него. Он подозревал, что делает все совершенно неправильно, но без указаний Драко, он мог только надеяться, что этого будет достаточно. Он пошевелил пальцами внутри Драко, надеясь растянуть его достаточно, чтобы втиснуть смазанный член. И тут Драко выгнул спину и испустил слабую трель.

— Я тебя ненавижу, — Драко повторил снова. Гарри знал, что это именно так, несмотря на предательство тела. Но если бы ему пришлось выбирать между жизнью с ненавидящим его Драко и ответственностью, благодаря собственному бездействию, за потерю половины его магии ... Да не было никакого выбора. Гарри продолжал свои действия, пока не услышал звук снова. Он прикусил нижнюю губу, наблюдая, как крепнет член Драко. Он выташил пальцы и потянулся за бальзамом, покрыл собственный член густым слоем смазки.

Гарри нагнулся вперед и приставил кончик члена к слегка расслабленному входу.

— Мне очень жаль, Драко, — прошептал он, а затем вошел на дюйм. Драко застонал и отвернулся. Гарри с трудом удержался от желания ворваться на всю длину. Он ждал какого-то знака и не дождавшись, толкнулся глубже, Драко выругался. Пот заливал глаза, когда Гарри врывался в податливое тело. Древнее заклинание, которое Драко прочитал ему однажды при обсуждении брачного ритуала, скользнуло с его губ. "Трибуо Вита".

— Мерлин, нет, — прошептал Драко.

По тону Гарри понял, что Драко обращается не к нему. Он опустил глаза вниз и периферийным зрением увидел, о ком говорил Драко. Мужчины, одетые в шкуры и меха окружили их. В глубине пещеры рокотал барабан, поддерживая пение окружающих их людей. Гарри хотел бы рассмотреть их, но его тело желало совершенно другого. Он схватил Драко за бедра, продолжая ритмично двигаться вперед и назад. Он не понимал: пение окружающих магов входило в ритм с ним, или он подстраивался под удары барабана, но действовали они синхронно.

Драко попытался выкрикнуть свои возражения снова, но трель вейлы сорвалась с его губ вместо слов и вскоре уже звучала в такт с песней призраков. Гарри понимал, что приближается к кульминации, темп увеличился, он почувствовал, как знакомая волна поднимается внутри, но вдруг разряд магии прошил его тело — такого никогда раньше не было. Его зрение затуманилось, видения подернулись рябью, и где-то издалека донеслись слова: "Отпусти меня".

Отмена заклинания скользнула с его губ и вскоре пятки Драко уперлись в спину, заставляя входить глубже. Сильные пальцы впились в бицепсы, притягивая вниз. Он не сопротивлялся и только выставил руки, удерживая свой вес, когда упал вперед. Драко подтянул колени к плечам. Теплые жадные губы впились в него. Гарри открыл рот, впуская рвущийся вовнутрь язык. Он ответил на поцелуй и понял, что такого с ним еще не было. Он должен был кончить, но за мгновение до оргазма задержался, нет, он понял, что взмыл еще выше. Драко разжал пальцы на его плечах и начал протискивать руку между их телами. Гарри знал, куда он стремится, и захотел помочь собственной рукой. Их пальцы встретились, переплелись, а затем обвили член Драко, так жаждущий ласки. Речитатив стал почти оглушительным, трели пульсировали сквозь оба их тела, и тут мир взорвался. Губы, которые было так сладко целовать, скользнули прочь, и Гарри вдруг почувствовал укус в шею, разрывающий кожу. Он слышал, что кто-то кричал, возможно, он сам, но его это не волновало. Он никогда не чувствовал себя таким целым, таким любимым, таким желанным, таким необходимым.

Его рука подломилась и он упал на грудь Драко. Потом вытащил зажатую между телами и покрытую теплой жидкостью вторую руку. Он тяжело дышал, Драко тоже. Гарри медленно вышел из тела Драко, боясь навредить еще больше, перевернулся на бок. И был встречен поцелуем, да таким, что захотелось начать все заново. Пальцы Драко зарылись в его волосы, и только когда он понял, что пение и бой барабана стихли, открыл глаза и встретился с внимательным взглядом Драко. Так много эмоций отражалось в серебристых глазах, но самой главной была страсть.

— Почему ты не сказал мне? — спросил Драко, прервав долгий поцелуй.

- Не сказал что? — переспросил Гарри, а затем, как если бы они были давними любовниками, принялся осыпать нежными поцелуями щеки Драко. Как давно он хотел это сделать, пожалуй, уже несколько лет.

Драко потянулся и пощекотал кончиком языка губы Гарри. Гарри встретил его своим языком и втянул в осторожную игру.

— То, что тебя тянуло ко мне, — наконец, ответил Драко.

Гарри устало улыбнулся в ??ответ.

— Я себе не мог признаться, а уж тебе — так и подавно. А как ты узнал?

Гарри уже намеревался присосаться к нижней губе Драко, но тот в задумчивости ее прикусил.

— Ты призвал племя в свидетели нашего брачного ритуала и попросил их благословения.

— Я сделал что?

— М-м, там было несколько деталей, о которых я не сказал тебе, когда переводил летописи. Причина, по которой формируется круг — не только, чтобы засвидетельствовать первое единение пары, но также для того, чтобы объявить магов супругами и просить благословения для зачатия. И для того, чтобы это сработало необходимо, чтобы маги любили друг друга. Ты объявил меня своим супругом.

— О, какую маленькую деталь ты упустил, - передразнил его Гарри. — Почему ты не сказал мне?

— Я не знаю. Я думаю, потому что никогда не допускал и мысли, что это случится. Не только изоляция может привести к изменению вейла-мага. Сам камень-алтарь - магический, и с применением заклинания может менять тело мага.

Руки Драко свободно скользили по груди и плечам Гарри. А Гарри хотелось заливаться трелями, как Драко, настолько прикосновения были восхитительны и долгожданны.

— Это меняет дело, — сказал Драко, продолжая ласки.

Гарри застонал, когда Драко добрался до сосков.

— Да, это меняет все: наше настоящее и наше будущее.

— Ты серьезно думал об этом когда-нибудь?

Гарри кивнул утвердительно.

— С тех пор как ты рассказал мне об обычае, я знал, что это случится. В ночь, когда я нашел тебя полузамерзшим, я понял, что никогда не хотел потерять тебя. И это чувство медленно укреплялось во мне, по мере того, как я наблюдал за тобой.

— Но ночью, в постели, ты никогда не ....

Гарри улыбнулся магу, чьи глаза теперь излучали тепло, которое он никогда не ожидал, могло быть направлено на него. Глаза Драко светились так тогда, когда он говорил о Скорпиусе или о Дейне.

— Ты тоже никогда не... - ответил Гарри, и притянул его к себе, вновь втягивая в поцелуй.

— Ты меня трахнешь еще раз? — прошептал Драко на ухо Гарри.

Глаза Гарри просияли.

— На твоей кровати и никаких связываний.

Драко рассмеялся, поднимаясь, и потянул Гарри за собой.

— Ну, связывание может оказаться интересным при определенных обстоятельствах.

Гарри со смехом толкнул Драко на кровать.

— Малфой, не искушай меня, а то я могу придумать множество причин, почему я должен тебя связать.

— Поттер, — сказал Драко, опрокидывая Гарри на себя сверху, — заткнись и позволь мне научить тебя трахать мужчину!

Глава 5. Цивилизация. Часть 1.

Uuli: гренландское имя, означающее "наследник, потомок"

Quatic: гренландское имя, означающее "птица"

Amorak: у инуитов - дух волка

Ректор: лат. направлять

Драко и Гарри с гордостью наблюдали, как их старший сын летел верхом на Люси, скользящей над океаном.

Двое младших братьев Дэйна тянули своих отцов за замшевые штаны из шкуры карибу, вопрошая, когда же придет их очередь кататься на драконе. Драко поднял их младшего, Регулуса, крепко прижимая к себе - он стоял у входа в пещеру и показывал ему Люси, которая как раз поймала восходящий поток теплого воздуха и взмыла вверх. Гарри взял за руку Сири и повел его к берегу по "Склону Мертвых", чтобы оттуда попытаться увидеть дракона. Серебристые глаза ребенка засияли, когда Гарри пообещал завтра взять его на прогулку верхом на драконе, но сегодня он должен насобирать на берегу гребешков и мидий. Сегодня - день рождения Драко и Дейна, и оба заказали Гарри суп из моллюсков. Последнюю банку варенья из черники они намажут на праздничный пирог. Остатки муки и сахара они использовали только для особых случаев.

Ски потрусил по камням, догоняя Гарри и Сири. Он начал подвывать, завидев величественного дракона, показавшегося из-за скал.

Гарри не верилось, что Дейну уже исполнилось десять. Он выглядел в точности как Драко, когда Гарри впервые его встретил, но мальчик был совершенно другой личностью. Он оказался очень ответственным и зрелым для своего возраста, видимо, благодаря той суровой среде, в которой они жили.

Гарри улыбнулся - Люси направилась к бухте и приземлилась на берегу. Длинные волосы Дейна соперничали в своей белизне с крыльями Люси. Он был красивым ребенком. Она была красивым драконом.

Сири потянул отца за руку - он хотел скорее добраться до брата и расспросить о том, как это: кататься на драконе в одиночку. Гарри взъерошил темные волосы мальчика и позволил бежать к берегу самому. Драко и Рег тоже спустились вниз. Регулус вцепился в ногу брата, а Драко по-отечески обнимал Дейна за плечи. Гарри сделал несколько успокаивающих вдохов и осмотрел океан перед ним. Ледовый щит совсем недавно раскололся, и вновь образованные айсберги гуськом проплывали мимо берега. Он сел, вытащил вырезанную из кости трубку и набил ее табаком. Кольца дыма, которые он научился выпускать, вполне могли соперничать с кольцами Драко.

Семья собиралась покинуть Петушиный остров в сентябре. Они могли бы уехать и раньше, но на семейном совете решили провести здесь последнее лето, да и Драко хотел, чтобы их следующий ребенок родился на острове. Мальчишки знали их историю с самого начала, знали и то, что их отцы прибыли из другого мира. Гарри осознавал, что Регулус, которому было около трех, на самом деле не соображал, что к чему, но Дейн и Сири все понимали. Дейн очень нервничал - ведь у него был всего один год перед поступлением в Хогвартс, да и оба отца тоже волновались. Здесь они были дружной семьей - спали вместе, вместе охотились, смеялись вместе и любили друг друга. Для мальчиков остров был родиной, и хотя родители воспитывали их, стараясь привить манеры, в детях все же чувствовалась дикость. Они были борцами за выживание.

Хотя они с Драко не раз обсуждали возвращение в свой мир, Гарри никогда не воспринимал это достаточно серьезно. В какой-то момент, в течение последних нескольких лет, именно жизнь на острове стала его реальностью, а вся прошлая жизнь в Англии была теперь более похожа на сон.

- Эй, не хочешь ли поделиться своими глубокими мыслями? - спросил Драко, присаживаясь рядом с Гарри. Мальчишки были заняты собиранием мидий на берегу и вытаскиванием сети с морскими гребешками.

Гарри повернулся к мужу и поцеловал его. Драко забрал трубку из рук Гарри, отложил ее в сторону и обнял его, превращая поцелуй в нечто большее, чем просто приветствие. Драко скользнул губами к синему знаку в виде пера на шее Гарри, и принялся теребить его языком, пока Гарри не застонал ему в ухо. Драко оставил эту отметину в ночь, когда они зачали Сириуса. На места укуса появился знак супруга вейлы.

Вскоре была призвана шкура белого медведя вместе с банкой бальзама, и они улеглись вместе, лаская друг друга. Они засмеялись, когда услышали, как Дейн возмущенно застонал, а потом крикнул, что уведет братьев в пещеру. На острове невозможно было уединиться, и Дейн частенько их прикрывал.

Замшевые брюки и рубашки были отброшены в сторону. Гарри остался лежать на спине и Драко уселся на него сверху. Он привстал на колени, пальцы Гарри нащупали вход в его тело и обводили, поддразнивая, другая рука Гарри поглаживала покрытый легким пушком живот Драко, который был снова полон.

- Ну давай уже, - застонал Драко.

Гарри подмигнул, его указательный палец проник в тело Драко, и тот отозвался трелью. Даже спустя все эти годы, этот звук будил в Гарри неукротимое желание быть еще ближе к Драко, внутри него, прижимать к себе и любить его. Он приласкал то потаенное место, которое обязательно вызовет ответ вейлы. Драко взглянул на него сверху вниз, изображая отвращение на реакции своего организма.

- Смирись наконец с этим, - прошептал Гарри со смехом, мягко двигая пальцем, - твое тело никогда не лжет.

- Козлина, - ответил Драко, потянулся назад, отвел руку Гарри и ввел в себя напряженный член. Оба гортанно застонали. Драко медленно двигался вверх и вниз, установив собственный темп, подходящий к его состоянию. Гарри протянул руку и погладил маленькие розовые соски Драко, становившиеся очень чувствительными во время беременности. Гарри был уверен, что мог бы довести Драко до оргазма, просто играя его сосками.

Драко наклонился вперед и Гарри поднял руки, удерживая его за предплечья, на одном из них ярко синел браслет-скримшо. Они тяжело дышали в такт толчкам.

- Твою мать, Драко, - выругался Гарри, вскинув бедра высоко над одеялом, врываясь в тело Драко, наполняя его спермой.

Драко откинулся назад, крепко вцепившись в свой член, жестко надрачивая и слегка скручивая его. Гарри с восторгом смотрел, как длинные белые волосы мотаются взад и вперед, и пытался поймать взгляд серебристых глаз.

- Кончи для меня, Драко, кончи для меня, - приказал Гарри. Кремово-белая жидкость начала толчками выплескиваться на его грудь. Гарри протянул руку и погладил раскрасневшуюся щеку Драко.

- Я люблю тебя, именинник, - прошептал Гарри.

- И я тебя люблю, - ответил Драко и неловко завалился вперед, требуя поцелуя.

***

25 июля 2028

Гарри и Драко планировали покинуть остров в середине сентября, одиннадцать лет спустя с момента их прибытия. Когда Люси было семь, они спросили ее, сможет ли она увезти одного из них с одним ребенком на Упернавик, а затем вернуться за другими. Она отказалась, настаивая, что все они должны улететь вместе, она не может допустить, чтобы они оказались разлучены, если с ней случится что-нибудь, как с ее матерью.

- Готовы? - нервно спросил Драко, выходя из пещеры.

- Мы должны быть готовы, - ответил Гарри и начал осторожно спускаться вниз по ступенькам с Сири на руках. Мальчик был без сознания. Его тело горело, и они ничем не могли ему помочь вот уже несколько дней. Ему нужен был целитель, он должен был быть в больнице.

- Папа, я все упаковал и готов, - Дейн сказал Драко. - Я буду держать Ски.

Драко кивнул. Гарри передал Сири Драко и вспрыгнул на спину Люси. Драко поднял расслабленное тельце в протянутые руки Гарри. Дейн уселся следом, пса уложили перед ним, Драко усыпил его заклинанием. Потом усадили Рега, последним взобрался Драко и тут же крепко прижал к себе младшего сына. Зеленые глаза малыша были полны слез. Драко поцеловал его в светлую макушку.

- Все будет в порядке, - прошептал Драко, укутывая его плащом.

Дракониха медленно встала на берегу. Она расправила крылья и взмахнула ими пару раз, как бы проверяя их на крепость. Потом повернула назад длинную шею и оглядела черными глазами своих подопечных. Им предстоял только короткий полет, но она знала, что будущее и надежда на воскрешение расы Драконьих Всадников находились на ее спине. Люси повернулась в сторону Северного Ледовитого океана и выдохнула длинный язык пламени. Потом снова расправила крылья и сделав четыре неуклюжих шага, взмыла над берегом.

Время близилось к трем часам утра, и облачное августовское небо уже светлело. Гарри окинул взглядом остров, когда они поднялись над ним. Он провел в плену этого клочка суши так много лет. С высоты он казался таким маленьким, но это был их дом, дом его семьи, и теперь они покидали его, не зная, вернутся ли когда-нибудь. Сири застонал, и Гарри быстро забыл о своей меланхолии.

Драко первый заметил Упернавик. Это была просто точка на фоне огромных массивов Гренландии, видневшихся на горизонте. Люси вскинула голову вверх, а затем вытянулась горизонтально; все они наклонились и прижались к ней - дракониха потащила их сквозь магический барьер. Гарри почувствовал покалывания на коже, как будто его хватали за руки и ноги, словно пытаясь удержать. Он беспокоился за Дейна и Ски, оглянулся через плечо и увидел, что мальчик лежал почти параллельно телу Люси, его длинные волосы развевались, а глаза были закрыты. Драко поднял большой палец, Гарри кивнул в ответ. И вдруг все закончилось, внезапное ощущение свободы заполнило сердце Гарри, и тут же сменилось чувством пустоты, потери целого мира, магически защищенного и принадлежавшего только его семье.

Люси развернула вперед белые радужные крылья, замедляя скорость, и вскоре они скользнули вниз. Гарри почувствовал на щеках замерзающие слезы, когда горы Qaarsorsuaq стали стремительно надвигаться. Они приземлились на вершине, в надежде, что никто не увидит дракона. Оттуда они должны аппарировать прямо в Св. Мунго. Гарри задавил беспокойство по поводу того, как он и Драко смогут одновременно аппарировать всю семью на такое расстояние. Ни один из них не использовал это заклинание вот уже одиннадцать лет.

Посадка оказалась мягкой - Люси просто вытянула лапы вниз и вцепилась когтями в ледник. Драко спрыгнул первым, Дэйн протянул ему Регулуса, затем Ски, потом уже слез вниз сам. Гарри передал укутанного Сири в объятия Драко, а затем спустился с дракона. Вся семья стала лицом к драконихе и низко ей поклонилась.

Люси склонила голову в ответ, а затем взмыла с горной вершины в небо. Гарри опустился на колени на замерзший грунт и прижал Сири одной рукой и Регулуса другой. Драко закутал Дейна в свой меховой плащ и вместе они удерживали Ски.

- Аппарейт! - Гарри и Драко прошептали одновременно и закрыли глаза.

*************************

Было темно, тепло и влажный ветер резко ударил в лица, когда они осознали себя стоящими перед зданием из красного кирпича в 12:45 ночи. Гарри встал с колен и заговорил с манекеном в окне, прося разрешения войти. Он и не представлял, что глаза Дейна могут стать еще больше, когда он разглядывал пустую улицу города. Они стали просто огромными, когда Драко повел семью через окно. Регулус дрожал, вцепившись в ногу Гарри.

В мозгу Гарри мысли и образы сменяли друг друга с бешеной скоростью. Но воспоминания о предыдущих посещениях госпиталя вытеснило беспокойство о Сири. Драко уже разговаривал с регистраторшей, которая изумленно рассматривала странно одетое семейство.

- Мэм, мой сын болен. У него жар и он без сознания, - повторил Драко во второй раз.

- Имя ребенка, пожалуйста, - сказала она, наконец приходя в себя.

- Сириус Кватик ...

- Сириус что? - Переспросила она, сведя глаза к переносице, как будто это могло помочь ей понять услышанное.

- Сириус Кватик Блек, - раздался глубокий голос позади Гарри.

Гарри обернулся и увидел высокого молодого рыжеволосого целителя. Карие глаза смотрели из-за проволочной оправы очков.

- Джеймс? - Гарри произнес, пытаясь совместить образ человека, стоящего перед ним с тем мальчиком, которого он оставил одиннадцать лет назад.

- Да, папа, это я.

Драко подскочил и подхватил Сири из рук Гарри, увидев, что колени Гарри подогнулись.

Гарри попал в объятия молодого мага, который был теперь выше его.

- Боже мой, Джеймс, - прошептал Гарри, вцепившись в сына. В ответ его обняли тепло, но несколько отстраненно.

- Папа, дай мне осмотреть мальчика, - сказал Джеймс, выпутываясь из сильных объятий Гарри.

Гарри отошел назад, а Джеймс подошел к Драко и отогнул одеяло, укутывающее Сириуса. Он протянул руку и погладил горячую щеку Сири.

- Он так похож на тебя и Ала, - прошептал Джеймс. - И глаза у него тоже зеленые?

- Серебристые. Глаза у Сири серебристые, у меня зеленые, - ответил малыш, до сих пор прячущийся за ноги Гарри.

Джеймс развернулся и посмотрел на маленького мальчика.

- Регулус Аморак Блек, - снова прошептал Джеймс.

- Почему вы говорите Блек? Это не наша фамилия, - вызывающе сказал Дейн. Драко положил руку на плечо сына.

Джеймс оглянулся на светловолосого мальчишку.

- Нет, твоя фамилия Малфой, Дэйн Юлий Малфой, - сказал Джеймс медленно, словно сдерживая усмешку.

- Целитель Поттер, пожалуйста, Сири нуждается в медицинской помощи, - вежливо сказал Драко.

- Да, вы правы, мистер Малфой. Пройдемте в смотровую, там мне будет удобнее.

Гарри упросил регистратора присмотреть за спящим Ски. Затем он быстро подхватил Регулуса, который уставился на ведьму в замешательстве, и догнал остальных, входящих в ярко освещенную белую комнату. Драко положил Сири на стол и развернул меховое одеяло.

Джеймс поднял палочку и медленно провел над обнаженным телом мальчика.

- Как долго он в таком состоянии?

Гарри прочистил горло.

-Это началось четыре дня назад. Он жаловался на боли в животе и начал рвать. Мы дали ему немного желудочного зелья. На следующий день он сказал, что чувствует себя лучше, а к ночи поднялась температура, и ему стало очень плохо. Мы пытались снова напоить его зельем, которое у нас было, но несколько часов назад он потерял сознание.

Джеймс постучал по раздутому животу мальчика палочкой, и малыш сморщился. Затем целитель принялся водить кончиком палочки над всем телом, шепча лечебные заклинания.

- Я сейчас вернусь. Не двигайте его, - сказал Джеймс, взглянув на двух взрослых магов, прежде чем покинуть комнату.

Дейн подошел к Гарри и взял его за руку.

- Папа, этот человек - мой брат?

Гарри прикусил задрожавшую нижнюю губу, и только кивнул «да».

Дверь распахнулась - Джеймс тут же вернулся с двумя флаконами зелья и баночкой, наполненный вязким белым бальзамом.

- У него перитонит, его аппендикс лопнул. Он был очень близок к смерти. Помоги мне поднять его, чтобы напоить зельями, а потом нужно втереть бальзам, который очистит организм от отравления.

Гарри бросился к столу и приподнял голову Сири вверх. Он казался таким маленьким по сравнению со старшим братом. Джеймс наклонился, открыл рот Сири, и залил ему первое зелье.

- Так скажи мне, отец, где миссис Блэк? Ты постеснялся привезти ее в Лондон?

- Извини, Джеймс. Где кто?

Джеймс фыркнул.

- Миссис Блэк. Твоя новая жена.

Гарри закашлялся и чуть не выронил Сири.

- Джеймс, нет никакой миссис Блэк, и я не знаю, почему ты говоришь «миссис Блэк», ведь я Поттер? - ответил Гарри, придя в себя.

Джеймс отставил первый флакон и взял в руки второй.

- Регистрационная книга Хогвартса. В ней появились двое детей под этим именем. Сын мистера Малфоя также бал зарегистрирован. Ну и скандал разгорелся, я тебе скажу, - пояснил он с энтузиазмом.

Гарри посмотрел на Драко, который держал на руках спящего Регулуса. Драко поднес палец к губам.

- Спокойно, - прошептал он одними губами.

- Джеймс, я не знаю, что ты думаешь о случившемся, но уверяю тебя, я вернулся, если бы мог.

- Да, конечно, папа. Ты можешь уложить его сейчас. Ты хочешь, чтобы я позвал сиделку втирать бальзам?

Гарри взял банку из рук Джеймса.

- Нет необходимости. Я сделаю это сам. Мы поговорим позже, Джеймс, сейчас не время и не место. И какой у тебя прогноз для Сири? - Сказал Гарри, уже полностью овладев собой.

- Завтра вечером он будет в полном порядке и сможет отправиться домой. Я предлагаю вам всем пойти куда-нибудь на ночь, может быть, принять душ и сменить одежду. Он не придет в сознание еще восемь часов или около того.

Гарри едва удержался от смеха, выслушав это замечание. Душ он бы принял с удовольствием, да и Драко тоже.

- Спасибо, но я останусь сегодня вечером с Сири. Я свяжусь с твоей матерью, братом и сестрой завтра.

- Удачи тебе с мамой, - Джеймс ухмыльнулся.

Гарри бросил быстрый взгляд на Драко, который только поднял бровь.

- Я попрошу кого-нибудь проверить Сириуса через несколько часов. Мы перевезем его в палату после того, как натрем бальзамом. Рад был видеть тебя, папа, - сказал Джеймс и вышел из комнаты.

- Неприятности в семейном раю? - спросил Драко насмешливо.

- Оставь, Драко, - предостерегающе ответил Гарри. – А теперь что мы будем делать? Мальчики должны поспать.

- Я заберу их в поместье. Уверен, у отца случится сердечный приступ, а то и целых два.

Гарри не мог удержаться от смеха, открывая банку с бальзамом и начиная втирать его в грудь и руки Сири.

- Давай помогу, - сказал Дейн и окунул руку в банку.

Драко сел в кресло, держа спящего Регулуса, и принялся ждать. Все они вскочили, когда в раздался испуганный вой и крики эхом прокатились по коридору.

- Черт! - вскрикнул Драко. Он уложил Регулуса на стул и помчался к двери.

Гарри посмотрел на Дейна и они оба рассмеялись.

- Так, гм, папа, я могу задать тебе вопрос? - спросил Дейн, втирая бальзам в тело брата.

- Конечно, но не очень сложный. Я чувствую себя слегка измотанным.

- Там была женщина, да? Такая круглая, с большой грудью и пышными волосами.

Плечи Гарри затряслись, когда он выслушал замечание своего бедного, невинного сына.

- Да, это женщина, ведьма. Хотя они бывают красивее и вообще поприятнее, чем этот экземпляр.

- А.

Дверь распахнулась снова и Драко втащил собаку за импровизированный поводок.

- Эта сука попыталась проклясть его.

- Драко, - одернул его Гарри.

Дейн снова засмеялся.

- Ну она же не знала, что мы практиковались на нем, когда учили заклинания!

Ски неохотно вошел в комнату и принялся все обнюхивать. Он решил, что лучше всего будет улечься рядом с самым молодым хозяином.

***

Гарри лег в кровать рядом с Сири, натянул чистую хрустящую простыню и шерстяное одеяло на них обоих. Устроившись, снял очки и задул свечу. Гарри думал о Драко, о том как его встретили в поместье. Образ Драко, заявившегося с двумя детьми, собакой, и на восьмом месяце беременности, очень его повеселил. Однако, следующая мысль о том, как он будет объясняться с Джинни и двумя своими детьми, быстро сменила веселье.

Он мог поклясться, что проспал только несколько минут, но быстрый взгляд на часы сразу все прояснил. Он крепко обнимал Сири, который все еще спал и выглядел значительно лучше. Одеяло они сбросили с кровати.

- Папа? - прозвучал нежный голос рядом с ним. - Я принесла тебе кофе.

Гарри перевернулся и чуть не упал с кровати.

- Лили? - Выдохнул он и потянулся за очками.

- Ох, папа, я всегда знала, что ты вернешься, - зарыдала она и упала ему на грудь.

Гарри крепко прижал ее к себе. Длинные рыжие волосы щекотали лицо.

- Малышка моя, как я же скучал! Дай-ка посмотреть на тебя.

Она слегка отодвинулась, но осталась сидеть на краю кровати.

- Папа, у тебя появились борода и седина.

Гарри рассмеялся.

- Да, а у тебя - грудь и бедра.

- Ну, пап! - прохныкала она.

Гарри краем глаза следил за кофе. Он надеялся, что это не слишком неуместно - схватить его прямо сейчас. Лили словно прочитала его мысли, подняла стаканчик и вручила Гарри.

- Драко сказал, что ты обязательно захочешь кофе.

Гарри не смог оторваться, пока не сделал несколько глотков горячего, прекрасно сваренного и сдобренного сливками и сахаром кофе.

- Ты видела Драко? - Спросил он, прежде чем сделать еще один большой глоток.

- Да, вчера вечером в поместье. Ал и я были там со Скорпиусом, когда он появился. Мистер Малфой упал в обморок.

- Что, правда? - засмеялся Гарри.

Глаза Лили просветлели.

- На самом деле он упал в обморок два раза. Второй раз - когда Драко показал нам свой живот.

Гарри поставил кофе обратно на тумбочку, боясь, что расплескает драгоценный напиток, пытаясь справиться с кашлем и смехом.

А вопросов к дочке было огромное множество.

- Лили, любовь моя, а что ты и Ал делали в поместье?

- О, мы вернулись с Гималаев несколько дней назад и сидели в библиотеке, снова и снова изучая карты. Мы встретились с Ледниковой Драконихой, но она тоже не знала, где вас искать.

Мальчик рядом с ним пошевелился.

- Я могу взглянуть на брата? - Спросила Лили.

- Конечно, - Гарри улыбнулся, поднял простыню и откинулся назад.

- Боже, он так похож на Ала. Правда, Регулус уже просветил меня, что зеленые глаза у него, а у Сири - серебристые, как у Драко. Кстати, вы все спите голыми?

Гарри покраснел.

- А как тебе Дейн? - Спросил он, меняя тему.

- Вау, он произвел фурор! Я думала, миссис Малфой описается, прыгая вокруг бедного мальчика. Он действительно такой взрослый парень. А ты собираешься позволить ему оставить длинные волосы?

- Как он захочет, Лили. Ему сейчас придется заниматься более важными проблемами, чем волосы. Так значит, ты не слишком удивлена, узнав о Драко и детях?

Лили наклонилась и поцеловала его в щеку. Гарри снова схватил свой кофе.

- Я - нет, но я всегда знала, что это реально.

- Что ты имеешь в виду - это реально?

- Папа, я думаю, что Ал должен объяснить тебе все. Похоже, каждому из нас предстоит много объяснений. Может быть, когда вы с Сири придете в поместье, мы сможем поговорить подробнее. А сейчас, я просто хотела тебя увидеть.

Гарри сел и прижался лбом к ее плечу.

- Папа, ты плачешь?

- Плачу, Лили.

-Ох.

Гарри снял очки и вытер глаза.

- Так Ал не окажет мне такой же прием, как Джеймс?

Лили хихикнула.

- Нет, не обращай внимания на Джеймса. Он это переживет. Он просто защищает маму.

Гарри глубоко вздохнул.

- А как твоя мать?

- Хм, папа, я не уверена, что должна продолжать этот разговор. Я думаю, мама сама захочет поговорить с тобой.

Гарри застонал и залпом допил теплый кофе. Лили вытащила палочку и снова наполнила чашку. Гарри чуть не завопил от радости.

- Ну хоть намекни, насколько все плохо. Она меня ненавидит?

- Нет, но были времена, когда ненавидела. Когда имя Сириуса появилось в книге Хогвартса, многие думали, что это случайность, но когда появился и Регулус, она приняла это довольно тяжело. Изначально она думала, что ты умер, но потом решила, что ты женился на другой. В конце концов, она начала встречаться кое с кем.

- В самом деле? С кем?

- С Оливером Вудом, ты помнишь его? Мама сказала, что он был капитаном Гриффиндора, в твой первый год в Хогвартсе. Они сейчас отдыхают в Испании.

Гарри вспомнил Оливера, вспомнил, как любил и уважал его.

- Да, так и было. Мне он очень нравился. Я рад слышать, что Джинни нашла кого-то.

- А ты, папа? Я имею в виду, ваши отношения с Драко не был вынужденными из-за ситуации? Ты действительно любишь его?

Сколько раз он думал о том, как будет объяснять детям то, что произошло, но ему не приходило в голову, что разговор с Лили будет таким сердечным.

- Единственное, что было вынужденным - признать наши чувства друг к другу. Это произошло в наше третье Рождество на острове.

- Так значит, знак вейлы - реальный? Я имею в виду, это действительно случилось?

Гарри вытянул шею, чтобы она могла увидеть метку вейлы. Лили протянула руку и провела указательным пальцем по синему изображению пера. Он ничего не чувствовал, только когда Драко касался его там, он реагировал очень бурно.

- Где Aл сейчас?

- Спит. Он, Драко, Скорпиус и мистер Малфой сидели допоздна, зарывшись в карты Драко, которые он привез с собой. Книги-летописи - просто удивительны. Скорпиус может читать письменность вейла-магов. Я не знакома с Драко очень хорошо, но я думаю, что он никогда так не гордился сыном!

Гарри улыбнулся.

- О, видела бы ты его, наблюдающим, как Дейн в одиночку летает на Люси!

- Вау, он летал на драконе! Да, кстати, Люси выглядит потрясающе.

Гарри отхлебнул большой глоток кофе.

- Ты видела, как кто-то летает на драконе?

Лили медленно кивнула.

- Только один раз, несколько недель назад в Гималаях. Конечно, она позволила Алу кататься на себе, а затем и Скорпиусу. Парни ей очень понравились. Меня же она опасалась. Я думаю, что Ледниковые Драконы недолюбливают женщин.

- Да, я предполагаю, что так оно и есть. Их выживание зависит от Петухов, вейла-магов, на них они и полагаются. Ведьма может угрожать их существованию. Но она позволила тебе встретиться с ней. Это очень большая честь.

- Я знаю. Наверное, она поняла, что я не собираюсь разбивать отношения между Алом и Скорпиусом.

У Гарри отвисла челюсть и кофе потек изо рта. Лили быстро протянула ему носовой платок.

-Лили, ты хочешь сказать, что Ал и Скорпиус вместе? - Идея, что их с Драко сыновья - пара, оказалась полной неожиданностью.

- Боже, папа, они вместе с пятого курса в Хогвартсе.

- Черт, а Драко знает об этом?

- Уже знает. Он сказал, что им повезло, что я была с ними во всех путешествиях.

Гарри рассмеялся.

- Астория тоже в поместье?

- Да, папа, она там, но она не представляет угрозы для вас с Драко. Она просто рада, что он жив и счастлив. Она забавная. Мама ее не любит.

- Да, у них действительно мало общего.

- Ну ладно, пап, мне нужно уходить на учебу. Я собираюсь стать аврором. У Кингсли удар случится, когда он узнает, что ты вернулся домой. Так что, ты собираешься сегодня в Мэнор?

- Я надеюсь. Сири должен проснуться в ближайшее время и тогда посмотрим. Я люблю тебя, детка, я так горжусь тобой, -сказал Гарри, поцеловал в щеку и обнял на прощание.

- Я знаю. Я всегда знала, - прошептала она в ответ.

- Лили, - крикнул он в закрывающуюся дверь.

- Да, папа? - она оглянулась назад.

- На какой факультет ты попала?

Она рассмеялась.

- Я просто не сказала шляпе "нет".

- Слизерин, - Гарри понимающе кивнул.

- Первая ведьма, вошедшая в квидичную команду Слизерина! - сказала она с гордостью, закрывая за собой дверь.

-Папа, где мы? - прозвучал испуганный голосок рядом с ним.

********************

- Готов, сынок? - спросил Гарри, обнимая исхудавшее тело Сири. Он потерял так много веса в последние несколько дней.

- Ну, да, - ответил тот. Что бы он сейчас не чувствовал, Гарри улыбнулся, заглянув в серые глаза сына.

- Просто помни - это место, где папа вырос, и это - его семья. Никто там не обидит тебя, я обещаю.

Гарри мог только надеяться, что то же самое будет верно, когда дети познакомятся с его семьей. Он отправил послание Джинни, и она ответила, что вернется через несколько дней. Сначала он был разочарован тем, что она не примчалась домой немедленно, чтобы они могли поговорить, но потом решил: она ждала одиннадцать лет, а значит и он мог подождать несколько дней. Джеймс не появлялся - это тоже разочаровало Гарри. Рон и Гермиона ответили, что встретят его в поместье. Гарри чуть не задохнулся, когда он получил это сообщение.

Что было действительно хорошо - он смог провести время с Сириусом. Это был первый раз, когда они остались только вдвоем, и у Гарри было время, чтобы объяснить некоторые правила поведения. Гарри было грустно так ограничивать сыновей в столь юном возрасте. Сири сразу возненавидел мантию, которую его попросили надеть, жаловался, что ему жарко и попытался избавиться от одежды. Гарри вынужден был согласиться с ним по поводу жары. Она была почти невыносима. Небольшая взятка в виде маленькой плитки шоколада сделала свое дело. Бедный мальчик выглядел так, как будто обрел небеса обетованные, откусив первый кусок.

Гарри подумал о доме Малфоя и о фиолетовой гостиной, прижимая Сири крепче к себе.

- Ну вот и все, Сири.

Из соседней комнаты доносились смех и громкие голоса. Гарри улыбнулся, узнав голос Гермионы, вещающей о какой-то юридической проблеме - он был уверен, что скоро узнает о ней подробнее. Сири шлепал в своих сандалиях из кожи карибу. Гарри не мог отговорить его сменить их. Малыш вертел головой, осматривая комнату и портреты.

Гарри взял за руку сына и вошел в комнату, через которую он проходил однажды много лет назад.

- Папа! Сири! - Заорал Регулус, спрыгивая с колен пожилого мага. Гарри пришлось присмотреться, чтобы узнать в старике Люциуса Малфоя.

Гарри подхватил Регулуса, а находящиеся в комнате начали собираться вокруг. Ал прижал его так крепко, что перехватило дыхание, Рон и Гермиона просто всхлипывали рядом. Гарри протянул руку Рону и тот потащил его в сильные объятия. Гарри узнавал своих близких, но как же они изменились, да и он не остался прежним. Он быстро огляделся в поисках Драко. Тот лежал на диване, устроив ноги на коленях Астории, которая массировала ему ступни. Гарри слегка нахмурился и снова принялся обнимать свою семью. Ал, он вынужден был признать, был очень похож на него, только легкие веснушки, рассыпанные по переносице выдавали наличие крови Уизли.

Люциус и Нарцисса поднялись со своих мест; Гарри заметил, что трость Люциус сейчас использует по прямому назначению. Они ждали в стороне, пока восторги по поводу воссоединения семьи слегка не утихли.

- Мистер Поттер, добро пожаловать домой, - сказал Люциус, шагнув вперед и протянул руку.

Гарри передернуло, но когда его младший мальчик зашептал на ухо: "Папа, у меня есть дедушка и бабушка", - решение протянуть руку в ответ пришло намного легче.

- Как хорошо вернуться домой, мистер Малфой. Спасибо вам обоим, за гостеприимство, оказанное моей семье во время моего отсутствия.

- Папа, - отвлек его Ал, - Я хочу познакомить тебя со Скорпиусом. Я думаю, что Лили говорила тебе ...

Гарри протянул руку молодому светловолосому магу, который, признался, был еще красивее, чем Драко в этом возрасте. У него не было заостренного подбородка и острого носа, а улыбка была просто потрясающая.

- Скорпиус, мы не были хорошо знакомы, но я знаю о тебе все, вплоть до того момента, когда мы отправились на Остров.

Скорпиус звонко рассмеялся.

- Мистер Поттер, я могу сказать то же самое о вас. Постоянно общаясь с Лили и Алом, я чувствую, что знаю о вас столько же, как и они!

Сири медленно оторвался от Гарри и подошел к своему брату Дейну, который стоял у окна, с видом на летний сад. Регулус вскоре присоединился к ним. Они еще долго будут искать утешение друг у друга - подумал Гарри.

- Гарри, - позвал Драко.

Гарри подошел к дивану и посмотрел сверху вниз на Драко. Астория начала хихикать.

- Да, Драко, - ответил Гарри. - Ты что-то хотел?

- Ты помнишь Асторию?

Гарри кивнул Астории.

- Конечно, она твоя жена.

Астория расхохоталась.

- Скоро будет бывшая жена, Гарри. Я просто балую усталого, старого, беременного мага.

- Да, Гарри, почему ты не делал мне этого раньше?

В комнате стало тихо, а Гарри не мог найти подходящего ответа. Воспоминания о давней поездке на Хогвардс-экспрессе всплыли в мозгу: Панси Паркинсон гладила по волосам Драко, с таким видом, как будто она самая счастливая девушка на земле. Это был Драко, которого он ненавидел и внезапно он понял, что все возвращается на круги своя.

Тем временем Дейн, наконец, подошел к ним и заговорил, оглядываясь на всех, находящихся в комнате.

- Папа всегда отказывался, чтобы его баловали во время беременности. Он чувствовал, что станет обузой для нашей семьи, если начнет потворствовать себе. И так бы оно и было, - добавил он с ухмылкой, которой могли гордиться несколько поколений Малфоев. Потом развернулся и пошел к своим братьям, смотревшим в окно.

Гарри даже не подозревал, что может любить Дейна еще больше, но в тот момент он понял, что такое возможно.

Он знал, что все ожидают его реакции.

- Драко, если твои ноги выдержат, не составишь ли ты мне компанию для прогулки в саду?

Драко вздохнул и сел. Гарри протянул руку, помогая подняться на ноги.

- Прошу нас извинить, - вздохнув, сказал Драко и взяв Гарри за руку, вывел его из комнаты.

Они едва вышли на вымощенное кирпичом подворье, как Гарри повернулся к нему.

Глава 5.Часть 2.

- Что ты делаешь, Драко? В какие игры ты играешь?

Драко остановился и взглянул на вечернее небо - солнце сядет через час.

- Я не знаю. Здорово было вернуться домой. Мои родители такие замечательные, Скорпиус - просто мечта, и Ал и Лили - сплошная радость. Я просто расслабился. Черт, жарко здесь.

Гарри фыркнул.

- Да, Сири отказывался одевать мантию, пока я не подкупил его шоколадкой. Ты помнишь Сири - это твой сын, тот, который всего несколько часов назад чуть не умер, ты помнишь?

- Незачем напоминать, - оскалился Драко.

- Незачем напоминать? - Заорал Гарри. - У нас трое детей, там - смотрят в окно, потому что они никогда не видели дерева, а тем более ведьму. Они нуждаются в нас, как в единой семье, Драко. Никаких игр. Не сейчас!

Гарри кипел.

Драко покрутил головой туда-сюда, взглянул на Гарри, а затем на поместье.

- Слушай внимательно Драко: если ты думаешь, что у нас будет открытый брак, то ты ошибаешься. Если меня тебе не достаточно, то мы закончим это прямо сейчас, и ты можешь вернуться к Астории.

- Нет, - твердо ответил Драко. - Я этого не хочу. Я хочу тебя и только тебя.

- Хорошо, - сказал Гарри резче, чем хотел.

- А Джинни? Ты говорил с ней?

Гарри повернулся и пошел по усыпанной гравием дорожке, извивающейся среди буйно цветущих розовых кустов Нарциссы. Он протянул руку за спину и Драко вложил свою ладонь в его.

- Нет, она отдыхает с Оливером Вудом. Они встречаются, и это все, что я знаю, кроме того, что она очень страдала, когда имена детей начали появляться в книге Хогвартса.

- Это тебя соблазняет, Гарри? Соблазняет вернуться к тому, как все было?

Гарри остановился, когда они подошли к небольшой, обвитой виноградной лозой беседке, а затем вошел внутрь. Драко последовал за ним, и потянул к белой кованой железной скамье.

- Поттер, ты собираешься отвечать?

Гарри сел.

- Нет, Драко, это меня не соблазняет. Даже не близко.

Драко встал перед Гарри, поднял его подбородок обеими руками. Его пальцы прошлись по недавно подстриженной бородке.

- Хорошо, - ответил он, наклонился и поцеловал.

Гарри почувствовал, как волна возбуждения омыла его, когда пальцы Драко скользнули по магической метке. Язык Драко хозяйничал во рту и Гарри поймал его и начал посасывать, зная, как это действует на Драко. Гарри протянул руку и расстегнул тонкую мантию супруга, позволяя ей упасть на землю. Он ласкал грудь Драко, пока не почувствовал, как отвердели соски под летней белой рубашкой.

- Не здесь, дети же... окно, - попытался пробормотать Драко.

- Да, именно здесь, - ответил Гарри. - Теперь они будут знать, что у нас все в порядке. Они все равно не увидят нас сквозь заросли жасмина.

Гарри нежно подтолкнул Драко, настаивая, чтобы тот разогнулся. Он ласкал напряженный член Драко, одновременно пытаясь избавить того от летних шорт. И услышал, как Драко шумно втянул воздух сквозь сжатые зубы, когда он медленно стянул мешающую одежду. Гарри поднял руки и погладил раздутый живот, опуская голову и всасывая в рот кончик члена Драко.

- Черт, - пробормотал Драко, когда язык Гарри начал играть с головкой.

- Боже, как хорошо, - продолжал шептать он, по мере того, как его член погружался глубже и глубже в горячий рот. Гарри поднял руки и притянул его за задницу, толкая член Драко в рот и изо рта, пока Драко не начал двигаться самостоятельно.

- Черт тебя подери, - выругался Драко, замер, и начал бесконтрольно выплескиваться. Гарри проглотил все и мягко облизал опадающий член супруга.

Гарри натянул шорты на Драко и помог ему надеть мантию. Они возвращались в молчании. Когда Драко протянул руку, чтобы открыть стеклянные двери, Гарри остановил его и притянул к себе.

- Скажи Астории, что она проиграла; минет бьет массаж стоп в любой известной мне игре.

Драко закашлялся.

- Согласен.

***

Гарри зевнул и потянулся, прежде чем улечься рядом с Драко на массивной кровати с балдахином, которою Драко увеличил, чтобы уместить всю семью. Три мальчика и Драко уже спали. Единственную простыню малыши спихнули ногами с кровати. Гарри надеялся, что вскоре они привыкнут к теплому, влажному воздуху. Он сам постоянно нуждался в душе. За день он принял душ три раза, последний раз вместе с Драко, уже после того как их компания разошлась.

Обычно они с Драко спали по краям кровати с тремя мальчиками между ними, но сегодня вечером Гарри чувствовал потребность быть рядом с Драко. Он обнял супруга, положив руку на живот с их четвертым ребенком, шевелящимся внутри. Драко поворочался, прижимаясь ближе. Гарри поцеловал его в плечо, а затем погасил единственную горевшую свечу. Мягкий бриз обдувал их из открытых окон.

Воспоминания о дневных событиях не давали заснуть. Его сердце болело с тех пор, как он узнал, как сильно Ал страдал все эти годы.

Вначале обе семьи погрузились в траур, решив, что Гарри и Драко погибли, но вскоре вражда между Малфоями и Уизли вернулась с удвоенной силой. Ал не принимал в этом участия, но Джеймс был очень активен. Скорпиус заплатил большую цену за то, что он сын Драко Малфоя - мага, который отнял Гарри Поттера у волшебного мира. Рон и Кингсли обыскали поместье Малфоев, но хотя Рон и догадывался, чем занимались Гарри и Драко, у него не было достаточно информации, чтобы продолжать поиски.

Гарри потер лоб, пытаясь собрать воедино все события, которые он пропустил. Все начало меняться, когда Лили пошла в Хогвартс. Она была слизеринкой и сильной молодой ведьмой. Все чаще и чаще она оказывалась в кабинете директрисы, когда ее обвиняли в нарушении правил, даже если она не была виновата. Именно там она познакомилась с предыдущим директором школы и узнала правду о том, как ее отца наказывали за проделки ее деда. Она думала о мальчике на ее факультете, который был сейчас в таком же положении. Она начала заговаривать и общаться со Скорпиусом Малфоем.

Во время рождественских праздников в ее первый год, она рассказала Алу о начинающейся дружбе со Скорпи. Он не осуждал ее, выслушал внимательно все, что она рассказывала. И случилось так, что несколько ночей спустя, он прибежал и забрался к ней в постель, плача от радости, потому что ему привидились Гарри, Драко, и малыш в ледяной пещере. Они рассказали об этом младшему Малфою, когда вернулись в Хогвартс. Видения были редки, но все они давали надежду, что Гарри и Драко живы. Скорпиус, наконец, признался, что кто-то с фамилией Малфой был зарегистрирован в магической книге Хогвартса. Они догадались, что это тот мальчик, которого видел Ал.

В середине сентября, когда Лили была на третем курсе, Альбус получил отработку за то, что он среди ночи ломился в дверь слизеринской гостиной, требуя, чтобы ему позвали Лили или Скорпиуса. У него снова был сон, но в этот раз он видел своего отца, стоящего с ножом в руке, над распростертым телом отца Скорпи, и вытаскивающего младенца из разрезанного живота Драко. Все трое не знали, что и думать об этом, пока до них не дошли новости, что неизвестный член семьи Блэк был занесен в магическую книгу Хогвартса. И тогда они, наконец, решили рассказать все взрослым. Если бы они могли представить последствия своего решения!

Ал был обследован колдомедиками, диагностирован, как неуравновешенный подросток, страдающий галлюцинациями, и его начали лечить зельями. Зелья остановили видения. Малфои обратились в суд, требуя отменить лечение. Им отказали, обвинив в том, что они пытаются получить наследство Драко, особенно после того, как Астория через суд решила объявить Драко умершим. Она немедленно отозвала иск, как только сын попросил ее об этом. Слушая эту историю, Гарри осознавал, что реальная причина, по которой Малфои ходатайствовали об отмене медицинского вмешательства от имени Ала, была надежда, что Драко жив, и что видения Ала помогут найти его.

Клан Уизли раскололся на несколько лагерей. Билл и Флер присоединились к Малфоям. Чарли сохранял нейтралитет, так как не верил, что кто-то может найти и приручить Ледникового Дракона. Джордж отказался принять чью-либо сторону, так же как Молли и Артур. Рон и Гермиона, наконец, вмешались и созвали семейный совет, когда Ал впал в депрессию: побочные эффекты от зелий, которые он принимал, вызвали бессонницу и перепады настроения, он начал сильно отставать в школе. От того, что Ал верил в то, что его отец жив, не было никакого вреда никому. Лечение наносило больший ущерб, чем сам недуг. Джинни согласилась с этим и Ала оставили в покое.

Джинни тоже оказалась в центре внимания. До сих пор все ей сочувствовали, но теперь те же ведьмы и колдуны сплетничали за ее спиной. Половина магические сообщества считала, что Гарри и Драко были мертвы, а другая половина - что они специально бросили свои семьи. Никто, кроме Малфоев, Лили, Рона и Гермионы не верил историям Ала о том, что Драко рожает младенцев.

По мере взросления дети становились все более скрытными и постепенно разработали план: как только Ал и Скорпиус закончат Хогвартс, они начнут искать своих отцов. А пока они изучали легенды; Скорпиус прочесал Mэнoр в поисках любых крох информации, которые могли бы помочь в поисках.

Все стало еще хуже, когда Алу приснилось, что у пары родился еще один сын. Он рассказал всем о своем видении, а затем имя "Регулус Аморак Блэк" появилось в магической книге. Они предположили, что "Блэк" - это самая близкая фамилия, связывающая Гарри и Драко.

Джинни была просто раздавлена; она действительно думала, что Гарри мертв. Она не могла уложить в голове все то, о чем рассказывали ее сын и дочь. Даже когда ей показали нож Вейл и записи, которые Драко оставил, объясняющие, для чего он нужен, она продолжала считать, что Гарри просто нашел себе другую ведьму. Рон и Гермиона, наконец, взяли ситуацию под свой контроль и стали более активно участвовать в жизни племянника. Медленно, они начали верить, что Гарри еще вернется из мертвых.

Было предпринято несколько поисковых экспедиций; Скорпиус, Альбус и Рон участвовали в нескольких из них, а один раз даже Люциус присоединился к этой компании. Лили стала постоянным партнером в путешествиях, как только закончила Хогвартс. Они повторяли все шаги Драко, надеясь найти какие-нибудь подсказки. Поездка в Гималаи была счастливой случайностью - они просто решили проверить слухи о еще одном поселении вейла-магов.

- С тобой все нормально? - прошептал Драко, нащупал лежащую на животе руку Гарри и переплел пальцы со своими.

-Просто думаю, - сказал Гарри, его голос выдавал грусть, навеянную воспоминаниями.

- Ал?

- Угу.

Драко перевернулся.

- Хорошо, что ты рядом со мной.

Гарри пожалел, что в темноте он не может видеть глаза Драко.

Гарри поцеловал его в лоб.

- И мне хорошо быть рядом с тобой.

- Я сожалею о случившемся сегодня утром, - сказал Драко мягко.

- Да все нормально. Но я тут подумал, что было бы неплохо побаловать тебя хоть раз за долгие годы.

Гарри почти чувствовал улыбку на лице Драко.

- А я тут подумал: заиметь четырех сыновей - это уже большое баловство!

- Это точно, но ты ведь знаешь, что я имею в виду. Ты носишь свою гордость, как броню. Можно опускать ее иногда, особенно теперь, когда мы в безопасности.

Драко потер стопами по голеням Гарри.

- Хм, ну ладно, если ты настаиваешь - протянул Драко задумчиво.

- Я настаиваю, - прошептал Гарри и поцеловал его еще раз, на этот раз в нос.

- Тогда ванильное мороженое с шоколадным соусом, - прошептал Драко в ответ.

- И что? - спросил Гарри в недоумении.

- Я хочу мороженого, - ответил Драко.

Гарри усмехнулся спокойно.

- До или после массажа ног?

Мягкие губы скользнули по губам Гарри.

- Во время, но и то и другое может подождать, пока ты меня трахнешь.

Гарри подтянул Драко поближе.

- В этом доме найдется свободная комната, где мы можем уединиться? Неплохо было бы сделать нашу интимную жизнь, наконец, на самом деле интимной, да и без лишней спешки.

- Поттер, чем действительно хорош Мэнор, так это наличием кучи свободных комнат, - ответил Драко, выпихивая Гарри из постели.

Гарри осторожно соскользнул с высокой кровати и протянул руку, чтобы помочь Драко слезть. Драко схватился за нее и потащил Гарри к двери спальни.

*******************************

- Папа, папа, - прошептал знакомый голос. Гарри потянулся за очками. Ал стоял рядом с кроватью.

- Что такое? Сколько сейчас времени?

- Уже одиннадцать и мама здесь с Джеймсом.

Гарри мгновенно проснулся. Он обернулся и увидел, что кровать была пуста.

- Где дети и Драко?

- Снаружи, в саду. Драко и Нарцисса проводят им грандиозную экскурсию.

Гарри спустил ноги с края кровати.

- Хорошо, скажи им, я буду через пятнадцать минут, - сказал Гарри и остановился, собираясь с мыслями.

- Ал, мне хотелось бы, чтобы ты и Лили тоже присутствовали.

- Для защиты? - пошутил Альбус.

- Нет. Я думаю, что мы должны поговорить как одна семья: семья, которой мы были прежде, чем все это произошло.

- Хорошо, я найду Лили. Я думаю, что нам необходимо встретиться в кабинете, где мы можем показать им карты и книги.

Гарри потянулся и встал. Ал хихикнул, когда Гарри споткнулся, потянувшись за халатом.

- Эй, сынок, ты тоже доживешь до моего возраста когда-нибудь.

- Мерлин, я могу только надеяться, что в вашем возрасте мы со Скорпиусом будем такими же озабоченными, как вы с Драко! Я бы никогда не додумался использовать взбитые сливки на пальцах ног!

Гарри уставился на Ала. Так похожие на его собственные, зеленые глаза с искрами смеха смотрели на него.

- Так, мне нужно выпить кофе,- хмыкнул Гарри, отворачиваясь от Ала и направляясь к туалету. Внезапно до него дошло, что взрослые дети - это не всегда хорошо.

***********************

С большой кружкой кофе в руке, Гарри шагнул в кабинет Драко. Сказать, что он нервничал, было бы преуменьшением. Он понятия не имел, что будет говорить Джинни. Он продолжал ее любить, но одновременно любил и Драко. Гарри понимал, как это звучит, но проблема была не в Джинни, а в нем самом.

- Джинни, - воскликнул Гарри, принимая ее в свои объятия. Он поставил кружку с кофе и прижал Джинни к груди. Реальность ощущений потрясла его. Аромат и прикосновение ее волос обрушились на Гарри лавину воспоминаний. Он наслаждался моментом и ничего не мог с собой поделать.

- Мне так жаль, - прошептал он.

Она отпустила его и все, что он мог - это просто смотреть на нее. Время было гораздо милосерднее к ней, чем к нему.

- Ты...Ты выглядишь иначе, - пробормотала она.

Гарри устало усмехнулся.

- Старше, ты имеешь в виду. Солнце и сухой воздух не щадят кожу.

- Но, у тебя теперь борода и волосы ....

- Седеют. Да, я знаю. А ты выглядишь так же замечательно, как я помню.

Гарри услышал, голос Лили в другом конце комнаты и увидел своих троих взрослых детей, ожидающих его у камина.

- Но воспоминания не так уж сильны, правда?

Гарри покачал головой и снова взглянул на нее. Он хотел бы сказать, что она не права, но это была бы ложь. Он знал, что как бы болезненно это не было, надо говорить правду.

- Да, Джинни, они не были сильны, и я сожалею об этом. Я думаю, если ты выслушаешь то, что я должен сказать, это может помочь тебе понять меня.

Ее карие глаза сузились, и он увидел что-то, чего никогда не видел прежде - гримасу Молли.

- Сначала объясни твоим троим детям, почему у них появились еще двое братьев? - сказала она вызывающе, повернулась и направилась к мягкому уголку у камина.

Гарри взял свою кружку кофе и поплелся за ней. Ни один из его троих детей не взглянул на него ободряюще. Он понимал, что это потому, что их мать наблюдала за ними. Гарри сел и сказал:

- Четверо, в скором времени у них будет четверо братьев. Дейна я считаю своим сыном, и Драко должен разродиться через пару недель нашим четвертым.

Он наблюдал, как его слова поразили Джинни - словно пощечина. Он не хотел, чтобы его слова звучали жестоко, но и отказываться от Дейна он не собирался. Джинни посмотрела на Джеймса, потом на Лили, и, наконец, ее взгляд остановился на Альбусе.

- Так значит то, что видел Ал, было правдой? Вы были в какой-то ледяной пещере. И Драко, каким-то странным образом смог рожать детей, так что вы позволили себе роскошь заиметь аж четырех?

- Это несколько упрощенный пересказ событий, но, да, именно так, - подтвердил Гарри, поспешно прихлебывая горячую жидкость. Он надеялся, что кофеин простимулирует его способность к мышлению.

- Либо так, либо у Драко было бы больше таких детей, как Дейн, и с каждым из них, он терял бы половину своей магии.

Джинни нахмурила брови.

- Что та имеешь в виду, как Дейн? Что в нем такого особенного?

Гарри не мог сдержать улыбку, когда думал о Дейне. Все в нем было особенное. Для Гарри, Дейн был воплощением Драко, если бы тот получил правильное воспитание.

- Дейн - результат клонального копирования Драко. В венах Драко течет кровь вейл, и инстинкт размножения был запущен ситуацией, в которую мы попали. Мы застряли на острове почти в шестистах милях к северу от Полярного круга, недалеко от северо-западного побережья Гренландии. Остров был защищен заклинанием, которое не позволило бы нам покинуть его самим, а только с помощью Хранителя секрета или Ледникового дракона, который жил на острове.

Джеймс откашлялся.

- Ты говоришь, что Дейн является клоном Драко?

Гарри кивнул.

- Именно так. Он - тот, кого Драконьи Всадники называют законным наследником.

- Так значит, ты должен был иметь секс с Драко, чтобы он не производил больше таких вот? - спросила Джинни.

Волоски на руках Гарри встали дыбом после этих слов.

- Нет, Джинни, все было гораздо глубже. Я знал, что я должен буду это сделать с того момента, как Драко рассказал мне о ситуации, но зачатие не произошло бы, если бы мы ничего не чувствовали друг к другу. Требуется произнести заклинание и попросить благословения, и оно дается только, если чувства настоящие.

Он видел растерянность на ее лице, но он все равно продолжал.

- Окружающая среда в этой части мира чрезвычайно суровая и беспощадная. Любой неверный шаг, любая неосторожность может привести к смерти. В результате ребенок двух мужчин, которые ничего не чувствуют друг к другу, будет катастрофой. Мы работали, жили, любили как единое целое - как семья. Мы выжили.

В этот момент на столе появился серебряный поднос с чаем, булочками и джемом. Ал налил четыре чашки чая для всей семьи.

- Лили объяснила мне, как тебе было трудно. Чего я не понимаю, почему ни один из вас не предвидел чего-то подобного. Я имею в виду, Гарри, у тебя должен был быть запасной план.

Гарри покачал головой.

- Я и был запасным планом. Если бы Хранитель секрета умер, то я бы мог оседлать дракона и вывезти нас. Никто не планировал, что браконьеры убьют и Люси. Этот день был одним из худших в моей жизни.

- Хуже, чем когда я покрасила Снафлса в фиолетовый цвет? - разрядила обстановку Лили.

Улыбка расцвела на его лице. Он часто наслаждался воспоминаниями о том дне, тоскуя на Петушином острове.

- Я храню этот день в памяти, как сокровище, - ответил Гарри и подмигнул Лили, но вслед за тем его внимание снова вернулось к Джинни.

- Это был несчастный случай, и это все, что я могу сказать. Никто не может предвидеть все на свете.

- Но почему Ал? - возмутился Джеймс. И внезапно до Гарри дошло, почему Джеймс так сопротивлялся тому, чтобы поверить Алу. Он ревновал. Джеймс всегда был более сильным, более привлекательным, и Гарри приходилось признать, более сообразительным из двух мальчиков, но потом вдруг Ал стал привлекать к себе всеобщее внимание, и Джеймса это очень расстроило.

- Я не знаю, Джеймс, но я думаю, что он мысленно общался с Люси, Ледниковой драконшей, второй Люси. Интересно, она сама знала об этом?

Джинни отставила свою чашку.

- Я могу принять то, что ты говоришь, Гарри, но я все еще не верю, что ты делал это по своей доброй воле. Флер и Билл оба сказали мне, что инстинкт размножения вейлы очень силен. Ведь вполне возможно, что вейла в Драко очаровала тебя, приворожила тебя, или что-то в этом роде?

- Нет, - сказал Гарри, решительно. Памяти о том, как он взял Драко практически против его воли, было достаточно, чтобы понимать, что сказанное Джинни, было невозможно.

- Я все еще думаю...

Все они повернули головы, когда открылись двери. Дейн быстро прошел в центр комнаты и остановился перед Гарри. Он запыхался. Гарри услышал, как Джинни пробормотала: «О Боже мой», разглядывая мальчика.

- Папа, ты нужен отцу. Я думаю, что он рожает!

- Черт! - выругался Гарри, резко поднимаясь. - Дейн, он может дойти сам?

- Да.

- Хорошо, приведи своих братьев, в том числе Скорпиуса, пусть он поможет Драко добраться сюда, а я пока все подготовлю.

- Папа? - произнес Дейн нерешительно и посмотрел на Джинни.

Гарри уставился на Дейна.

- Все в порядке, Дэйн. Давай, поторопись!

- Да, папа, - успокоился мальчик и одарил Гарри легкой улыбкой, прежде чем выбежать из комнаты.

- Ал, Лили, очистите стол и принесите несколько одеял. Джеймс, я был бы признателен, если бы ты был поблизости, на случай, если что-то не в порядке с ребенком.

- Гарри, что ты делаешь? - спросила Джинни, глядя в недоумении на всю эту суету.

Гарри остановился на полушаге, направляясь к полке, где лежал нож вейл, который они привезли с Петушиного острова, зная, что в какой-то момент он понадобится. Он развернулся и оглядел свою ошеломленную семью.

- Я собираюсь принимать ребенка, - ответил он, а затем поспешил к полке, собирая нож и пузырек с кровью Люси.

Ал и Лили быстро начали освобождать стол.

- Папа, может мы должны отправить мистера Малфоя в Святой Мунго? - спросил Джеймс несколько смущенно.

Гарри поднял палочку и призвал маленький столик, установив его рядом с большим, уже освобожденным от посуды столом.

- Нет, я принял троих предыдущих дома, да и Драко не успевает. Ребенок должен родиться прямо сейчас, - ответил он, оглядывая комнату в поисках еще чего-нибудь, что может понадобиться.

- Келби! - закричал Гарри.

Шпок!

- Мистеру Поттеру что-то нужно от Келби?

- Да, Келби, Драко вот-вот родит. Мне нужны емкости с горячей и теплой водой, большая миска, полотенца и небольшое одеяло.

Домовой эльф выпучил свои и без того огромные глаза, и это напомнило Гарри о давно потерянном друге.

-Да, мистер Поттер, Келби сделает все, что вам нужно.

- Спасибо, - сказал Гарри, и домовой эльф исчез.

Входные двери открылись, и Гарри бросился к бледному Драко. Его поддерживали Скорпиус и Люциус. Остальные члены семьи, в том числе Нарцисса и Астория, толпились в дверях. Гарри сделал знак Скорпиусу, указав ему занять место среди братьев. Сам же обнял Драко, поддерживая его, и повел к столу.

- Все будет в порядке, - прошептал Гарри и поцеловал его в щеку.

- Я знаю, - прошептал Драко в ответ и поморщился.

- Я думаю, мы ... черт возьми ... Я думаю, у нас будут зрители в этот раз.

- Я могу выгнать всех, - предложил Гарри.

Драко поднял голову и огляделся по сторонам.

- Нет, пусть смотрят.

- Хорошо, - ответил Гарри, а затем вместе с Люциусом помог Драко сесть на стол. Гарри быстро раздел Драко, и уложил его на плоскую поверхность. Никто даже слова не сказал при появлении Драко - шок от того, что должно произойти уничтожил все слова.

Глаза Драко расширились, он огляделся в панике.

- Путы? - спросил он громко.

Гарри оглядел комнату, его взгляд остановился на сыновьях.

- Скорпиус и Ал, будете удерживать запястья Драко, Дейн и ...

- Я сделаю это, - внезапно произнес Люциус.

Гарри кивнул.

- Хорошо, Дейн и мистер Малфой пусть держат его ноги. Ему будет больно, поэтому нужно его крепко держать. Понятно?

Гарри оглянулся на четырех ведьм, стоявших в стороне. Он посмотрел вниз и увидел двух других его сыновей.

- Сири и Регулус, останетесь со мной и будете подавать мне то, что я попрошу.

И мальчики, просияв, помчались через комнату, чтобы встать рядом с Гарри.

- Рег, пузырек с кровью дракона, пожалуйста, передай его мне.

Гарри осторожно открыл флакон с драгоценной жидкостью и вылил тонкой струйкой на нижнюю часть живота Драко.

- Сири, нож, пожалуйста.

Гарри взял нож вейл из рук Сири, поднес его к губам поцеловал, и прошептал: "Ректор".

Он опустил его и сделал первый надрез, взрезая кожу. Драко зашипел и его тело задергалось. Гарри осмотрелся вокруг и понял, что глаза мужчин были закрыты. Дэйн один остался с широко открытыми глазами.

Гарри разрезал сокращающуюся мышцу, отложил нож, и сдвинул органы брюшной полости Драко в сторону. И вновь взяв нож, вскрыл матку, открывая миру своего седьмого ребенка. Он услышал, как за спиной кто-то закашлялся и судорожно вздохнул. Гарри передал окровавленный нож Сири, который принял его с гордостью.

Гарри протянул руки и вытащил младенца, который тут же начал плакать. Он положил его на живот Драко, и все затаили дыхание, когда Гарри показал Сири, где нужно перезать пуповину.

- Отпустите его руки, - скомандовал Гарри. Ал и Скорпиус тот час же исполнили приказ, и Драко прижал ребенка к груди.

Гарри удалил плаценту, опустил ее в миску, взял флакон, и снова вылил струйку крови дракона внутрь распахнутого тела Драко, и все вновь затаили дыхание, наблюдая, как исцеляется страшная рана. Гарри сдвинул органы Драко на место и вылил остатки драконьей крови на мышцы и кожу.

- Мерлин, благослови всех нас, - всхлипнула Нарцисса где-то рядом с Гарри. Он не мог отвести глаза, чтобы посмотреть, где кто находится. Он потянулся за полотенцем, поднял ребенка, закутав в него, и протянул малыша Джеймсу.

- Искупай его, пожалуйста. Мне нужно обмыть Драко.

Джеймс взял крошечного, досрочно рожденного младенца и обтер его от родовой смазки.

Гарри опустил мочалку в горячую воду и начал смывать кровь дракона, смешанную с кровью Драко с его тела. Никто из ведьм и магов, находящихся в комнате, не двигался и не говорил. Гарри вдруг осенило, что то, чему они только что стали свидетелями, было для них экстраординарным событием. Но для него, Драко, и детей это была повседневная жизнь. Они привыкли к ножам, разделывая животных, и даже Рег учился пользоваться ножом, помогая свежевать кроликов. Гарри осторожно погладил мягкий живот Драко - он вновь станет твердым в течение месяца или двух. Драко поморщился. Гарри подмигнул ему.

- Хм, папа, - сказал Джеймс – ты должен взглянуть на это.

Гарри отвлекся от перемигивания с Драко.

- Что там? - спросил он озабоченно.

Джеймс откинул простынку, которой он вытирал младенца.

- Похоже, у твоего ребенка кое-чего не хватает.

Гарри уставился в шоке на малыша, а затем расхохотался. Драко попытался сесть, но Скорпиус удержал его.

- Что такое? Что-то не в порядке? - закричал он в панике.

Гарри вытащил ребенка из одеяла, принес его к Драко, и положили на грудь. Младенец тут же принялся искать ртом сосок, нашел и принялся успокоенно сосать. Гарри погладил щечку ребенка, а затем Драко.

- Гм, Драко, возможно, тебе придется переосмыслить свои теории.

Драко посмотрел на ребенка, а потом на Гарри.

- Почему?

Гарри наклонился и прошептал на ухо супругу:

- Поздравляю, папаша, у вас дочь!

Драко поднял ребенка в воздух. Малышка заревела, лишившись своего приза. Драко уставился между ее ног в полном шоке.

- Срань Господня, Поттер, мы сделали девочку!

- Да, сделали, - ответил Гарри с усмешкой, - и очень хорошенькую. Посмотри, у нее белые волосы.

- Но твои уши и нос, - добавил Драко, вернул ее до груди, и она снова захныкала. Крепко держа дочь, он издал вейловскую трель, которая ее немедленно успокоила.

- Мы сделали это, - сказал Гарри.

- Да, мы сделали, - ответил Драко и поцеловал голову дочери, покрытую белыми торчащими волосиками.

В какой-то момент Гарри понял, что уровень шума в комнате резко возрос. Все окружили Драко, пытаясь хоть одним глазком взглянуть на новорожденную девочку. Он видел счастливые слезы, слышал много радостного возгласов, и только одна ведьма, стоявшая в стороне, не произнесла ни слова.

Рука спустилась на плечо, он повернулся к своему старшему сыну.

- Папа, я так люблю тебя. Просто ... Просто было трудно, - пробормотал Джеймс. Его глаза были красными.

Гарри протянул руку и коснулся чисто выбритого лица сына.

- Я тоже люблю тебя, Джеймс. И помни, - мягко сказал он, подойдя поближе, - ты был моим первенцем, а это означает, что я любил тебя больше и дольше, чем остальных.

- Папа, - прошептал Джеймс.

Гарри радовался, видя, что щеки его сына все еще краснеют, когда он смущается.

- Джеймс, - насмешливо ответил Гарри сначала, затем сменив тон - Я очень горжусь тобой, и, несмотря на то, что ты мог подумать, я очень рад, что ты принял сторону матери. Она нуждалась в тебе. Это очень много значит для меня: ты был достаточно храбрым, чтобы так поступить.

Джеймс покачал головой.

- Папа, это не было ...

- Тсс, - сказал Гарри твердо. - Не спорь с отцом.

Джеймс засмеялся, протянул руку и обнял его.

Гарри неохотно выпустил сына из объятий: он должен был завершить свою работу. Он вернулся к Драко и закончил отмывать его. Бедную малышку уже все передавали из рук в руки, восторгаясь и восхищаясь новой родственницей. Гарри чуть не задохнулся, когда увидел, что ее бабушка и дедушка плакали от радости. Рука прикоснулась к его руке, и он крепко ее сжал. Гарри посмотрел на Драко, который уже был одет в летнюю мантию. Не отрывая взгляда от Драко, он наклонился и поцеловал его.

- Все в порядке? - спросил Драко, его взгляд скользнул в сторону окна на противоположной стороне комнаты.

Гарри посмотрел туда и увидел Джинни, которая стояла, глядя в окно, вдали от всех.

- Наш спор был в разгаре, когда все началось, - ответил Гарри.

- Так иди и закончи его, - сказал Драко, снова взглянув на мужа. Гарри знал, что он должен был сделать.

- Хорошо, но сначала я хочу перенести тебя на диван. Не могу даже представить, насколько этот стол неудобный. И, Драко, ты пока подумай над именем.

Драко поднял руку и сжал локоть Гарри.

- Девочка, Гарри, у нас девочка! - сказал он, все еще в недоумении.

Гарри поднял Драко со стола и понес к дивану. Требовалась недюжинная сила, чтобы это сделать - это отметили все. Члены семьи расступились, пропуская их к дивану. Гарри уложил Драко на мягкие подушки и попросил Нарциссу принести сыну чаю. Он взял ребенка из рук Скорпи, поцеловал крошечную девочку и положил ее рядом с Драко. Его сердце растаяло, когда он услышал песнь вейлы, утешающую его дочь, когда он отошел, чтобы поговорить с Джинни.

- Привет, - сказал он, не зная, как начать разговор. Он стоял рядом с ней и смотрел в окно, так же, как она. Это напомнило ему, как в последний раз они так же стояли на платформе, когда провожали своих мальчиков в Хогвартс.

- Ты думаешь, наш брак продержался, если бы этого никогда не случалось? - спросила Джинни, продолжая смотреть прямо перед собой.

Гарри посмотрел на нее сверху вниз. Сейчас в первый раз он заметил, что в ее когда-то темно-рыжих волосах появилась проседь.

- Да, я не сомневаюсь, мы бы продержались. У нас был хороший брак.

- Тогда почему это должно было случиться? - спросила она задумчиво.

Гарри понял по ее тону, что она собирается его отпустить, что она понимает, что их совместная жизнь уже закончена. Он положил руку ей на плечо, и она прижалась к нему.

- Это не должно было случиться, это просто случилось.

Он ненадолго остановился, когда услышал ее глубокий вздох, а затем продолжил.

- Я многому научился, пытаясь выжить в эти последние одиннадцать лет. И самое главное, что я понял: у нас есть свобода воли, а природа сделает все, чтобы выжить. Ни Драко, ни я не могли бы выжить в одиночку. Мы научились доверять друг другу, рассчитывать друг на друга, а затем арктический ветер принес случайное зернышко любви. И оно проросло.

Эпилог.

Лето 2030

Лодка была заполнена людьми, когда молодой человек, взмахнув веслом, направил ее прочь от острова Упернавик. Двенадцать магов, в том числе и Хранитель секрета, сидели в умиаке, плотно прижавшись друг к другу. Десять из них подняли свои весла, делая вид, что гребут. Белуха вынырнула осмотреться, что творится вокруг, и вновь погрузилась в глубины Северного Ледовитого океана. Гарри крепко прижимал Регулуса к себе. Тот был самым молодым в их компании; Люциус на носу лодки – самым старым. Драко расстелил одеяла, помня, что они все скоро крепко заснут.

Гарри сидел рядом с Хранителем секрета, Йонасом, которому недавно исполнилось семнадцать. В свой день рождения он получил книгу. Откуда она взялась, он не знал, но записка, прилагаемая к посылке, объясняла важность миссии, на него возложенной. Когда остров исчез из вида, и только белые, плывущие мимо айзберги заполнили все видимое пространство, тихая баллада прервала болтовню магов. Сири зевнул первым, Гарри - последним.

- Ты привел друзей и семью, Драконий Всадник. Чтобы остаться?

Гарри сел на облаке. Величественная белая дракониха опустилась рядом с ним. Он протянул руку и погладил ее могучую шею.

- Нет, Люси, мы прибыли только для церемонии, хотя Дейн вернется через несколько лет. Это его дом.

- Это так, и остров будет приветствовать его возвращение в качестве вождя.

Внутри у Гарри все сжалось. Он знал, каково будет предназначение Дейна, но услышать это произнесенным вслух, оказалось очень больно.

- Те двое других будут учить его и направлять, и они тоже станут замечательными Драконьими Всадниками. Они многое сделали за эти последние два года.

- Я знаю, - торжественно прошептал Гарри. - Я знаю.

- Не грусти, мой друг. У них будет хорошая жизнь, и все сложится. Дейну понадобится партнер, после того как он родит законного наследника.

- Тссс, - прошипел Гарри. - Я не хочу, чтобы он так быстро взрослел.

Дракониха выдохнула клубами пара.

- Я понимаю тебя, и вы можете пройти все, но мне надо понаблюдать за Хранителем Секрета.

Гарри встал и поклонился Люси.

- Я благодарю вас, моя леди.

- Как мило. я вижу, ты выучился манерам. Теперь я хочу знать, как поживает моя тезка.

- Она прелесна и ужасно избалована. Я надеюсь познакомить вас с ней когда-нибудь.

Пламя вырвалось из ее ноздрей.

- Только на материке, Драконий Всадник. Единственное существо женского пола, которое может находиться на острове – это дракониха. Я впечатлена, что твоя Птичка поняла, что рождение ведьмы всегда возможно.

Гарри рассмеялся, вспомнив, ка Драко в стрессе перерывал все книги и записи, которые он собрал по этой теме, пытаясь объяснить появление их дочери. Именно Люциус напомнил Драко, что в их ветви семьи Малфоев переставали рождаться дети после первого наследника мужского пола. Одного мальчика было достаточно, чтобы выполнить обязанности перед семьей. Драко углубил эту мысль, используя Люциуса и Дейна в качестве слушателей и критиков. Неужели это просто традиция? Или все же дело в вейло-магической истории?

Гарри сидел на диване у камина, прислушативался к их дискусии и рассматривал картину с изображением Люси. Он вспомнил, как Драко говорил ему, что драконы и маги всегда зависели друг от друга, жили в симбиотических отношениях.

- Просто не хватает драконов, - пробормотал Гарри с дивана.

- Что? - воскликнул Драко.

- Нет причин производить на свет больше Петухов. На острове только один дракон, чтобы летать на нем. Рождение девочки должно положить конец необходимости для мужчин острова рожать детей.

- Баланс, - прошептал Драко, почти с благоговением, - природа определяет прирост населения. Блин, вот почему Люси оставила нам только одно яйцо. Мы бы никогда не смогли вырастить двух драконов, особенно в первые зимы, пока они не могли прокормить себя.

Драко разрывался между желанием поцеловать Гарри или проклясть себя за то, что сам раньше до этого не додумался.

Гарри проснулся с улыбкой, ему всегда нравилось лукавство и шаловливость драконихи-хозяйки Петушиного Острова. Долгий подъем через разлом в леднике оказался трудным для многих. Рон постоянно встряхивал головой и бормотал жалобы на холод, а, Чарли, наоборот, сказал, что это не так плохо. Сын Рона, Хьюго, шагал впереди, беседуя с Дейном и Сири. Джеймс усадил себе на плечи пятилетнего Регулуса – его маленькие ножки не поспевали за взрослыми. Драко шел радом с отцом, а Гарри с Оливером замыкали процессию. Семьи объединились.

Красный колышек все еще был вбит в спрессованный лед. Старшие маги вытащили и увеличили свои метлы, двое младших уселись перед своими отцами. Они добрались до горы, когда солнце уже висело низко над горизонтом. Температура упала, и они поспешили через перевал. Гарри вдохнул холодный, сухой воздух, и чувство покоя охватило все его существо, как только тонкие струйки древней магии потекли через тело.

Пустая пещера обескуражила их, но Гарри заметил, что она была недавно убрана и застелена свежей травыой-пушицей. Он вместе с Драко открыл стену, скрывающую грот и все тут же повели носами, оценивая замечательные запахи приготовленной пищи, которая ждала их в пещере.

Скорпиус и Ал радостно приветствовали своих гостей. Гарри мог только воображать, каково им было здесь последние два года. Люси перенесла их на остров, и они никогда не просили вернуть их обратно. Гарри знал, что в будущем они будут навещать большую землю и своих родных, но всегда будут возвращаться в это место, где раса Драконьих Всадников возрождалась, вновь поднимаясь из глубины веков. А сейчас все они прибыли на остров, чтобы свидетельствовать союз и дать свое благословение двум молодым людям, которые хотели принять участие в этой великой миссии.

Они хорошо выспались, несмотря на настойчивые убеждения старожилов острова, что здесь принять спать в чем мать родила. Гарри и Драко оба смеялись над стеснительными Роном, Чарли, и Оливером, потому что следующей ночью им предстоит увидеть то, что они не могли себе даже представить.

Следующий день был наполнен воспоминаниями и рассказами о выживании на острове. Они прочесали прибрежные скалы в поисках мидий и вытащили несколько сетей с морскими гребешками. К ужасу Гарри, Рон повторил ошибку, однажды совершенную им самим, и груды рыбы обрушились на него. Драко хихикал и бормотал что-то о тупых гриффиндорцах.

Во второй половине дня Гарри присел на "Склоне Мертвых" и закурил трубку. Он наблюдал за группой беззаботно перешучивающихся и смеющихся магов, стоящих у подножия склона. Теперь это стало безопасно – их было много. Тем не менее, как бы по привычке, он осмотрел берег и горы в поисках хищников. Он неоднократно поглядывал на небо, чтобы увидеть, наблюдает ли за ними сверху Люси, но никого не заметил. Перистые облака затеняли лик солнца, и блестящая пара солнечных зайчиков отразилась от воды.

- Нахлынули глубокие мысли? - спросил старый маг. Гарри призвал толстое меховое одеяло для Люциуса.

- Да нет, совсем не так, - ответил Гарри. Они оба сидели молча, вглядываясь в Северный Ледовитый океан и проплывающие айсберги.

- Что вы думаете обо всем этом? Я имею в виду - вы могли бы быть Драконьим Всадником, - сказал Гарри, затянувшись несколько раз.

И тут Люциус расхохотался. Он вытащил свою собственную трубку из под длинного плаща и принялся набивать ее. Гарри поднес огоньку на своей палочке.

- Я уже слишком стар, но честно сказать, я бы и в молодости здесь не выжил. Я слишком люблю комфорт.

Гарри усмехнулся. Они оба выдохнули кольца дыма в воздух.

- А что вы думаете о своем наследии?

- Ах вот оно что, ты думаешь, я стыжусь своей не совсем чистой крови? - Сказал Люциус, отводя с лица длинные белые волосы, подхваченные резким порывом ветра, налетевшим с берега.

- Нет, как я могу стыдится этого, ведь связь моего предка с вейлой принесла в мою жизнь такие чудеса, как Драконьи Всадники, Петухи, да и собственно тебя?

Гарри закашлялся: услышав такие слова Люциуса, он вдохнул дым слишком глубоко.

- Я уже старый волшебник, Гарри. Я был счастлив, что у меня есть Скорпиус, мой единственный внук, но ты подарил мне возможность наслаждаться большой семьей и еще несколькими замечательными внуками. Но особенно я рад, что мой сын нашел свое счастье и цель в жизни.

Гарри улыбнулся и снова взглянул на небо, на северо-запад, где собирались темные облака.

- Его стоило спасать, - сказал Гарри.

************

Пещера освещалась плавающими свечами; магические окна во внешний мир были непрозрачными. Маги расположились по кругу, усевшись на меха, пировали и наслаждались праздником. Щедрое угощение, приготовленное из местных даров земли и моря уже было съедено, и еще большее количество изумительного местного меда было выпито. Гостям вкратце объяснили еще раз в чем будет заключаться ритуал. Нешуточное волнение охватило магов, впервые участвующих в ритуале призыва жизни. Мысль о том, что они вскоре станут свидетелями акта любви между Альбусом и Скорпиусом, очень их беспокоила. Гарри и Драко оба были смущены их реакцией, но именно Дейн страдал больше всего. Он проводил вне пещеры как можно больше времени каждый день. Его отцы оба понимали, что ему больно - он вдруг почувствовал себя уродом. Именно он был олицетворением наследия, свалявшегося на семью, и ему казалось, что семья его отвергает. Ему хорошо было в Хогвартсе, и он любил свою школу, но любой, кто наблюдал его достаточно близко, замечал, что его глаза постоянно искали ближайшее окно, чтобы выглянуть наружу. Его желание быть где-то в другом месте бросалось в глаза, и теперь он окончательно понял, что не принадлежит миру своих отцов.

Они собирались встретиться с каждым членом будущей экспедиции, но дед Дейна опередил их. Ни Гарри, ни Драко не знали, что Люциус рассказал остальным, но вскоре начали прибывать ответы с согласием участвовать в путешествии. Только Тедди отказался: Андромеда, они все знали, не сможет справиться с еще одной потерей, если случится нечто непредвиденное.

Теперь они все сидели в пещере, расслабленные, рассказывали истории и смеялись. Гарри задумался, как это было столетия назад. Сири и Рег, возбужденые вниманием взрослых магов, мотались между ними, а те безобидно подразнивали и тискали малышей. Дейн же светился, как никогда прежде. Своей палочкой из арктической березы с серцевиной из уса дракона наполнял кубки медом, приглашая старших волшебников побаловать себя.

Вскоре два младших мальчика утомились и их уложили в бывшую кровать Драко, наложив заглушающие чары, чтобы дети могли отдохнуть без помех.

Напряженное ожидание в гроте стало практически осязаемым и тут мягкий рокот барабана из кожи карибу заполнил пространство пещеры. Дейн выбивал руками дробь в ритме, который, казалось, был знаком только ему. Волшебники потянулись к центру, окружили ритуальный камень, и расступились, чтобы дать пройти двум молодым магам. Гарри сжал руку Драко, когда их сыновья вышли в круг, одетые только в набедренные повязки. Два прошедших года закалили их тела, и все опасения Гарри уплыли. Юноши были физически и ментально готовы взять на себя ответственность, которую он и Драко передавали им, за возрождение расы, находившейся на волосок от вымирания.

На столике рядом с каменным алтарем находилось все, что понадобится для ритуала, бальзам и один из скримшо, который Гарри вырезал несколько лет назад. Ал распустил узел набедренной повязки Скорпиуса, и она соскользнула на землю. Гарри услышал, как Драко шумно втянул воздух. Скорпиус ответным жестом развязал повязку Ала, она тоже упала на гранитный пол. Гарри на мгновение закрыл глаза. В последний раз он видел своего сына голым, когда тому было одиннадцать. Пальцы Драко сжали запястье Гарри. Гарри посмотрел на него.

- А ты так же выглядел в ...? - прошептал одними губами Драко, но прежде чем он успел закончить, Гарри покачал головой.

Короткий поцелуй между двумя молодыми магами, и Скорпиус взобрался на камень. Ал бережно помог ему лечь и устроил скатанное меховое одеяло ему под бедра. Пульсирующая дробь ускорилась, и Ал помог Скорпиусу согнуть ноги, и сразу появились сковывающие браслеты. Кто-то из стоящих в кругу застонал, кто-то выругался. На лице Скорпиуса появилась хитрая ухмылка, и Гарри понял, что уже не первый раз сын Драко оказывался связанным.

Альбус устроился на прямоугольном камне между ног своего партнера. Сейчас не будет никаких предварительных ласк, поцелуев и поглаживаний - это предназначалось любовникам. Только заключительный акт был необходим для благословения племени. Мягкий речитатив, казалось, обрушился свысока, когда Ал поднял пенис-скримшо и покрыл его бальзамом.

- Он уже подготовлен, - прошептал Драко. Гарри кивнул, не спрашивая, когда это случилось.

Кончик согретого в руках фаллоса из моржового бивня вошел в Скорпиуса. Он закрыл глаза, и вздохнул, испуская трель. Драко вновь шумно вдохнул - он в первый раз услышал, как его сын озвучивает свое наслаждение. Гарри огляделся вокруг, пытаясь понять реакции магов, когда фаллос из скримшо исчез в теле Скорпиуса. Никто не посмел встретиться с ним глазами. Гарри вновь вернул свое внимание к каменному алтарю и пристально наблюдал, с каким терпением и самоконтролем действовал его сын, вызывая все больше вейловских трелей у Скорпиуса. Он медленно вытаскивал костяной дилдо и вводил его снова с уверенностью, которая появлялась только в длительном партнерстве. Скорпиуса, похоже, накрыло экстазом; Гарри узнал этот взгляд - такой взгляд Драко не однажды пытался спрятать, но ни разу не смог.

Речитатив стал громче и напряженнее, когда Альбус вытащил фаллос-скримшо и приставил член к ожидающему его входу. Он откинул голову назад и закричал: «Tribuo Vita!». В миг, когда головка его члена вошла в тело Скорпиуса, пещера наполнилась туманом и завибрировала от пения призрачных Драконьих всадников. Дробь еще одного барабана присоединилась к ритму, выбиваемому Дейном, и живые маги вдруг осознали, что они вслед за призраками повторяют слова, которых никогда не знали. Драко нащупал ладонь Гарри и переплел пальцы.

Путы исчезли, Скорпиус подтянул колени к груди. Альбус подался вперед и стал выбиваться глубже. Трель вейлы влилась в хор. Гарри увидел сперму, стекающую по бедрам Скорпиуса, и в ту же минуту его сын испустил крик экстаза - зубы Скорпиуса впился в его шею.

*****************

- Гарри, я возвращаюсь домой. Разбуди остальных и будьте готовы.

Гарри вздрогнул и проснулся. У него было так много вопросов к Люси, но ее сообщение взволновало не на шутку. Однажды, несколько лет назад, он уже слышал нечто подобное. Гарри задавался вопросом, что же произошло. Он скатился с кровати, нашел свою палочку и быстро оделся. Остальные еще спали.

- Что случилось? - Сонно пробормотал Драко с другой стороны кровати. Трое мальчишек крепко спали между ними.

- Люси возвращается, и она сказала, чтобы мы были готовы, - громко ответил Гарри. Он не беспокоился, что разбудит остальных - они тоже должны были подниматься.

- Черт, только не снова, - простонал Драко, выскочил из постели и, спотыкаясь, побрел к туалету.

В течение нескольких минут, все маги выстроились у входа в пещеру с палочками наготове.

- Она летит, - закричал Ал и указал в рассветное небо.

Гарри прищурился, пытаясь разглядеть точку в небе.

- Там два! - взволнованно заорал Сири. Гарри не мог поверить своим глазам, но Сири был прав, два дракона скользнули к ним с небо. Люси снижалась первой, а за ней - второй дракон.

- Мерлин, - выдохнул Чарли, когда два дракона приземлились и сложили крылья. Вторая дракониха, Гарри мог сказать, была очень древней. Ее чешуя потускнела, и двигалась она с трудом.

- Анелиз?- в унисон спросили Скорпиус и Альбус.

- Конечно, или вы думаете, что существуют еще драконы- женщины? - скрипучим голосом произнесла старшая дракониха.

- Вы-вы можете говорить? - Драко начал заикаться.

- Да, и эта юная особа будет говорить, когда немного повзрослеет, как ее мать. Но довольно об этом. Я вижу, что Люси права, здесь есть Драконьи Всадники. Слишком много для одной маленькой девочки, - слабо сказала Анелиз, а затем, казалось, поперхнулась. Ее длинная шея затряслась, и она прокашлялась, выпустив несколько небольших языков пламени. Быстрые движения палочками затушили маленькие огни. Она не обращала внимания на реакцию волшебников. Дракониха опустила голову, а затем повернула шею из стороны в сторону, осматривая каждого из стоящих перед ней. Она принюхалась, а затем уставилась на Люциуса. Ее морда была размером с него.

- Ха, старый петух. От него уже никакой пользы не будет.

Гарри еле удержался от смеха. Рон и Оливер не смогли. Взгляд Анелиз остановился на Скорпиусе.

- О, этот мне по душе. Мы встречались и раньше, но он никогда не пах так восхитительно раньше. Люси, да он же новобрачный!

Если бы драконы могли улыбнуться, Гарри был уверен - Люси бы расплылась в улыбке. Древняя дракониха перевела взгляд на Дейна.

- О, а это кто такой? Это и есть тот сюрприз, о котором ты говорила? - Анелиз спросила Люси и та кивнула. - Законный наследник, - она благоговейно выдохнула. - И еще два молодых петуха, - добавила она. - Люси, ты и твоя мать хорошо потрудились. Я буду иметь честь подарить вам свои подарки.

Люси выпрямилась, а затем опустила голову к земле, склоняясь перед древней. Анелиз кивнула.

- Да, время пришло. Отец законного наследника, принеси нож и контейнеры для моей крови, я готова к полету в другой мир.

Драко, не рассуждая, помчался обратно в пещеру и притащил нож и все пустые флаконы, которые смог найти, а затем призвал еще несколько. Остальные маги замерли на месте, несколько потрясенные близостью к двум драконам.

- Загонщик драконов, - взревела Анелиз, - ты знаешь, как убить дракона?

Чарли нерешительно шагнул вперед.

- Да, я знаю, - сказал он почти неохотно.

- Хорошо, потому что я хочу, чтобы именно ты сделал разрез. Ни одна капля моей крови не должна пропасть зря!

Драко передал нож Чарли, а флаконы Скорпиусу, Дейну, и Альбусу. Анелиз махнула головой в сторону Драко.

- Отец Наследника, у тебя что, нет котла? Я не хочу, чтобы моя кровь лилась на землю!

Щеки Драко покраснели.

- Да, вы правы. Я не подумал, - ответил Драко виновато.

- Конечно, я права. Теперь иди и принеси все, что вам нужно.

Драко собрал все имеющиеся флаконы и вскоре вернулся с двумя увеличенными котлами. Анелиз фыркнула, пар ненадолго заполнил пещеру. Она неуклюже побрела к выстеленному свежей пушицей гнезду и опустилась в него.

- Я готова, загонщик драконов.

Гарри с трепетом наблюдал, как Чарли разрезал чешуйки на нижней стороне шеи Анелиз, несколько из них упали на пол.

Дракониха громко застонала, когда первая струя крови ударила в подставленный котел.

- Не так уж плохо, - тихо сказала она и стала стонать почти непрерывно, по мере того, как кровь вытекала из раны. Один котел был заполнен, и его заменили другим.

Гарри вышел вперед и встал перед ней.

- Клянусь, мы будем хорошо заботиться о вашем подарке. Мы благодарим вас, - сказал он и низко поклонился. Он успел увидеть, как ее черные глаза еще раз осветились вспышкой жизни прежде, чем погаснуть навсегда. Ее длинная шея начала падать вниз, но не успела удариться о пол пещеры - тело драконихи стало прозрачным, потрескалось и осыпалось тонкими осколками замороженных кристаллов. Ее не стало.

Все стояли ошеломлено, пока Люси не подошла к гнезду. Она опустила голову и посмотрела на то, что осталось.

- Пять, папа, папа, она отложила пять яиц! - Регулус сказал с гордостью, пересчитав кладку еще раз.

******************************

- Вновь нахлынули глубокие мысли? - Спросил Драко, присаживаясь рядом с Гарри на "Склоне Мертвых".

Гарри поднял большую кружку горячего кофе к губам и сделал большой глоток.

- Нет, вообще ни одной.

Драко засмеялся и наклонился. Его язык скользнул по синей метке в виде пера на шее Гарри.

- Папа! - завопил Дейн с берега у подножия склона. - Вы что, не можете подождать, пока не вернетесь домой?