Мой собственный Малфой (2 часть)

Глава 48

Драко некоторое время  бездумно играл со своим стаканом, поворачивая его вперёд и назад и смотря, как плещется вода внутри.

- Это всё довольно сложно, - наконец сказал он глухим голосом. - Знать...
Гарри вздохнул.

- Знать, что ты связан с человеком, которого ты ненавидишь...

- Ради всего святого, Поттер, - Драко мотнул головой так резко, что его длинные волосы взметнулись. Или, по крайней мере, попытались. Они выглядели безжизненными и сальными, потому что Драко больше не заботился о своей презентабельности. - Разве я сказал, что ненавижу тебя?
- М-м-м... да.
- Я имею в виду сейчас. Разве я говорил, что ненавижу тебя, прямо сейчас?
Гарри шокировано уставился на него.
- Похоже, что ты превратил почти в искусство умение не слушать собеседника, знаешь об этом? - Драко со стуком поставил стакан на стол и посмотрел на Гарри своими серыми глазами. - Сделай, пожалуйста, нам обоим одолжение и будь внимателен на этот раз. Если можешь. Я НЕ ненавижу тебя. Чёрт, я даже не думаю, даже если бы хотел...
- Из-за заклятия...
- Нет, не из-за этого чёртово заклятия. Слушай! Я не могу ненавидеть тебя сейчас, потому что... - Драко поперхнулся. - Ну-у, ты не тот, кто этого заслуживает.
- И на этом спасибо, - сухо сказал Гарри, хотя сам из-за всех сил старался сдержать счастливую идиотскую улыбку. Драко не испытывает ненависти к нему? Драко не испытывает ненависти к нему!
На лице Драко не было даже намёка на улыбку. Он смотрел на Гарри так серьёзно, как тот ещё ни разу не видел.
- Сейчас я знаю тебя гораздо лучше, чем прежде, и ты не тот жаждущий внимания идиот, как я всегда думал. И когда ты убил Тёмного Лорда... чёрт. Это всё перемешано с мыслями о Николае, но это сейчас. А тогда... Я почувствовал облегчение, ты понимаешь?

Гарри подумал о событиях, которые видел в своих видениях. Драко, выглядевший усталым от своей жизни. Драко, заставляемый пытать других людей против своей воли. И он знал, каково это быть под такими пытками. У Гарри практически не было сомнений по этому поводу, Драко был жестоко наказан за провал попытки убить Дамблдора, как ему было приказано.

- Разумеется, ты почувствовал облегчение.

Драко фыркнул.
- После того, как прошёл первый шок и я понял, что наконец-то, свободен, я был охрененно счастлив. И благодарен тебе, и всё прочее в том же духе. Это заняло довольно много времени, чтобы обдумать всё случившееся, но, чёрт возьми, что ещё мне было делать во время моего домашнего ареста? Догадайся, до чего я додумался?
У Гарри не было не малейшей идеи.
- Х-м-м... что я должен был сказать волшебному сообществу, как ты притворился, что не узнаёшь меня, когда ищейки Тёмного Лорда приволокли меня в ваш дом?
- Эта мысль тоже возникала, - ответил Драко, слегка закатывая глаза. - Но я едва ли могу жаловаться на приговор. Нет,  я понял главное, что ты спас весь этот мир, включая меня, и то, как ты старался спрятаться от прессы, ясно показывало, что ты сделал это, потому что это должно быть сделано, а не из-за шумных оваций. Не упоминая уже, как ты спас меня из огня, - Драко помолчал, - Скорее всего, по той же причине?
- Да, так было надо, - пожал плечами Гарри.
Драко коротко кивнул.
- Чем больше я думал об этом, тем более я понимал, что такие вещи... спасение людей... было просто неотъемлемой частью тебя.
- Гермиона всегда говорила, что спасение людей является моей второй натурой.

- Отсюда наше нынешнее затруднительное положение. Ты должен был спасти меня снова, когда узнал о моей болезни и что Рес Меа Эс было единственным вариантом, - Драко поморщился, - если бы заклятие пробудилось, пока мы оба были в Хогвартсе, я бы поклялся, что ты сделал это из мести или даже для собственного удовольствия. Но я не могу думать так же сейчас. Только не после твоего отношения ко мне.
Драко закрыл глаза, глубокий вздох вырвался из его груди.

- Но возвращаясь к теме нашего разговора. После войны... шесть месяцев домашнего ареста и глубокого раздумья. Негодовал ли я по поводу ошибочного выбора? Да, но я винил в этом своего отца, не тебя. Возмущался ли фактом, что ты украл мою палочку? Да, разумеется, но как бы низко с твоей стороны это ни было, моя палочка стала инструментом в победе над Тёмным Лордом. Кроме того... - глаза Драко засверкали, когда он открыл их. - Кто я чтобы судить? Я бы и сам украл чью-нибудь палочку в случае необходимости. И ты явно нуждался в ней. Ха, особенно в моей.

- Тогда я этого не знал.
- Я догадался. Х-м-м, хотя иногда я и думал, что Грейнджер поняла всю суть дела раньше и надоумила тебя при случае взять мою палочку. Она умнее тебя и Уизли вместе взятых.
Гарри недоверчиво уставился на него.

- Ты думаешь, что Гермиона умна?

- Поттер, к этому времени твоя неспособность слушать уже раздражает.

- Но она маглорождённая...

- Да разве?!?! А я и не заметил, - беззаботно ответил Драко, обнажая зубы. - Я был женат на полукровке, на случай, если ты уже успел забыть. И ты видел мою ругань с отцом из-за его расизма. Часть меня знала, что я больше не могу выносить эти его принципы.
- Не удивительно, что ты был так зол.
- Так же как и на себя самого, я уверен. Я должен был представить Николая моим родителям, - Драко отвёл взгляд в сторону. - Когда он умер, я был вне себя от боли, и это вылилось в ту злость, когда я увидел, что ты собираешься жениться. Но сколько еще раз я должен повторить, что не мог тогда мыслить здраво? Я знаю, что смерть Николая не может быть предъявлена тебе. Это Тёмный Лорд сотворил то проклятье, которое привело... ко всему остальному.
Гарри выдал робкую улыбку.
- Это хорошо, что ты не ненавидишь меня.
Драко ответил усталым кивком.
- Нет, не ненавижу. Я не могу. Просто... послушай, Поттер, если я говорю что-то ужасное или веду себя как последняя скотина, это вовсе не ненависть. Я просто хочу, чтобы наша с Ником жизнь не обрывалась таким способом. Я уверен, ты меня понимаешь. Ты, скорее всего, хотел бы больше времени с тем идиотом, каким я был вчера.

Гарри почувствовал, как тяжело забилось его сердце. Очень тяжело. Он не знал, что делать с воспоминаниями Драко о тех признаниях в любви. Будет ли он чувствовать себя вынуждаемым на ответные чувства, если поверит, что Гарри этого действительно хочет?  Но разве это может быть приятно для Драко, быть принужденным любить кого-то? И не просто любить, а любить сейчас, когда его сердце ещё истекало болью от потери?
- Поттер?

Предупреждающие нотки в голосе Драко заставили Гарри заговорить.

- Ты не был идиотом. Ты был... невинным. И немного запутавшимся.
- Невинным? - издевательски ухмыльнулся Драко,  хотя его бледное лицо вспыхнуло. - А на чём мы остановились?
- На «невинном», - твёрдо повторил Гарри.
Драко уставился на него на несколько минут, выглядя так, как будто до него начало доходить что-то очень важно.
- О... нет. Поттер... Я думал, что ты понял! Ты действительно понял то, что это был не я, правда ведь? Я знаю, что ты сказал. Но... ты знаешь сейчас, что ты влюбился в кого-то, кто никогда в принципе и не существовал. Ведь, правда?
Гарри не знал, что на это ответить. Когда он любил Драко ещё больше чем раньше. Драко, которые смог вырваться из удушающего гнёта семьи, который мог не только говорить, что расизм неправилен, но и пойти дальше в действии и влюбиться в полукровку? И пожениться с ним, отрицая всё то, во что его заставляли верить.
- Эм-м...
- Ну, хорошо, в кого-то, кто только частично существовал, - настаивал Драко. - Ты был прав, часть меня была там. Но это была... была лишь оболочка, Поттер, а не человек, достойный твоей любви.
Драко замолчал, фактически клацнув зубами, в манере, которую Гарри никогда не видел у него прежде.
- Пожалуйста, скажи, что ты не это имел в виду. Пожалуйста! Или, по крайней мере, что больше так не считаешь.

Гарри понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что сейчас был самый подходящий момент, чтобы освободить Драко того давления, которое тот должен был испытывать.
- О, конечно нет, - согласился он, стараясь звучать непринуждённо, хотя внутри всё разрывалось от боли. - В ту минуту, когда ты всё вспомнил... - Гарри напряженно повёл плечами, - Как будто я тоже очнулся ото сна.

- Ох, хорошо, - морщинки вокруг рта Драко исчезли. - То, как ты защищал наши... отношения перед бывшей подружкой, заставило меня заволноваться.
На какой-то момент Гарри подумал, что Драко его раскусил. Но затем то, о чём говорил Драко, всплыло в его памяти.
- Ох, понимаешь, это была простая бравада. Она совершенно точно привела Дина для того, чтобы я поревновал, и я не мог позволить ей взять верх.
Драко с явным облегчением улыбнулся.
- Как раз это я и подумал.
- Но я не шутил по поводу уважения к тебе, - выдавил Гарри.
- К твоему бездумному рабу? Что тогда было уважать?
- Ты изменился с наших школьных дней. Ты... вырос.

Улыбка Драко превратилась в кривую гримасу.

- Проигранная война действительно заставляет людей думать о сделанном ими выборе. Их... провалах.  Но разве ты мог заметить это во время амнезии?

- Думаю, что да, - Гарри помолчал,  гадая, может ли он задать вопрос, который только что пришёл ему на ум. Он не хотел причинять Драко новой боли. С другой стороны, сейчас Драко держался гораздо лучше, по крайней мере, снисходил до разговора. - О чём ты говорил минуту назад? Что было трудно знать... знать что?
- Знать, что в этом чёртовом мире нет справедливости. Я не знаю, почему я должен ждать её. Если бы мир был справедливым, Николай никогда бы не страдал так. Он ничем не заслужил это. И да, я сам виноват в рабстве, но всё равно, это чертовски несправедливо.
- Так и есть.
Ноздри Драко дрогнули.
- О, ты, конечно, сказал это из-за своих вечных принципов. Я говорю про нашу конкретную ситуацию. Да, я хотел убить тебя, что было совершенно неправильным, даже не беря в расчёт мой долг жизни тебе, но я очень сильно сомневаюсь, что я смог бы это сделать. Ты, с другой стороны, действительно пытался убить меня, и был на волосок от успеха в этом вопросе. Ты бы подумал, что одно уравновешивает другое.
Гарри считал, что он не может винить Драко в настолько чёрных мыслях о нём, но сам пришёл в ужас от представленных Драко заключений.

- Но я не пытался убить тебя.

- Пожалуйста. Ты практически вскрыл меня. И не говори, что ожидал, что я выживу.
Гарри заставил себя посмотреть Драко в глаза.
- Когда я творил это ужасное проклятие, я понятия не имел, как оно сработает.
- Понятия не имел? Действительно? - Драко сощурил глаза.- Это одно из проявлений гриффиндорской безответственности. НЕ ИМЕЛ ПОНЯТИЯ, КАК ЗАКЛЯТИЕ РАБОТАЕТ?! Чёрт, Поттер... что с тобой приключилось? Какой идиот обучил тебя этому заклятию без объяснения, что оно разрежет человека пополам?
Гарри вздрогнул.
- Никто. Я узнал о нём из старой книги по зельям Снейпа. Он писал на полях всё, что узнал или сделал, и я получил копию этого, и Sectumsempra  была также там. Единственной пометкой было, что это заклятие для врагов.
- И, конечно, когда ты нашёл меня плачущим в ванной, ты тут же решил, что я как раз и есть тот враг, о котором упоминалось!
- Я так не думал, пока не пришлось защищаться от Круцио.
Румянец вспыхнул на щеках Драко. Гарри увидел егопрежде, чем Драко отвернулся.
- Я забыл об этом, - он помолчал немного, а потом сел прямо снова. - Я был слишком смущён, что ты увидел меня плачущим.
- И твоей первой реакцией было Круцио? Что с тобой-то стряслось?
Драко напряженно взмахнул рукой, как будто он пытался что-то объяснить и не знал, как.
- Э-м-м... это связано с тем, что я Малфой. Ты видел меня страдающим от боли, но это не то же самое, если бы я увидел тебя.

- Для тебя это важно, выходит.

- Это очень странная вещь, - Драко взглотнул. - Нет, не важно. Но я знаю, что раньше для меня это имело огромное значение, и если я не буду осторожен, то вернусь к своему прежнему образу мыслей. Но за всё это... я и правда сожалею, Поттер. Я теперь могу понять, что Круцио не является адекватной реакцией на тот факт, что ты видел меня плачущим.

- Это неважно, - мягко сказал Гарри.

- Сейчас - нет, когда ты видел меня плачущим сотни тысяч раз, но...

- Я имел в виду... я был зол на тебя только несколько секунд. А потом я увидел, что моё собственное заклятие сделало, что это было даже хуже чем Круцио... я до сих пор стыжусь этого.
- Ну, ты и должен был, - ответил Драко, глаза которого горели злобой. - Если бы у Снейпа под рукой не было достаточно белого ясенца,  я был бы изуродован на всю оставшуюся жизнь. У меня были бы шрамы!
- Ты неплохо просишь прощения, но тебе нужно ещё поработать над принятием извинений, - сказал Гарри, покачивая головой.
- Ты просил прощения?
- И после этого ты говоришь, что я не слушаю, - пробормотал Гарри. - Да, просил. Но на случай, если ты не понял. Просто меня, Драко. Я сожалею по поводу заклятия, и тогда, и сейчас.
- Я подумал, что все это было из-за сломанного носа, - Драко покраснел снова. - Мы опять пришли к тому же. Я был тоже неправ, Поттер, и я извиняюсь.
- Почему бы нам не забыть наши прошлые ошибки? В противном случае,  мы просидим здесь всю неделю, вороша старье, и я не вижу смысла в этом.
Драко кивнул. Его плечи резко поникли.
- Нет никаких причин для этого. Прошло столько лет. Это как будто другая жизнь, и когда я об этом думаю, я вижу себя как человека, которого я едва ли могу понять. - Он сухо рассмеялся, но в этом не было ни капли веселья. - В прошлом я бы призирал Николая только за то, что его мать маглорождённая, и поверь мне, эта мысль причиняет мне такую боль, что я не могу даже описать.

Неожиданно Гарри начал понимать гораздо больше в этой ситуации. То, как Драко разговаривал со своими родителями, когда они пришли к Гарри на ужин. То, как Драко хотел, чтобы родители знали, что они были парой. Драко пытался не исправить ошибки, которые совершил с Николаем. Он как будто переживал жизнь заново, и в этот раз он хотел сделать всё, что требовалось вовремя. Сердце Гарри разрывалось от боли за обоих. За Драко, который потерял так много, который обвинял себя в бесчисленных ошибках, которые уже нельзя исправить. За себя, потому что Драко явно перепутал его с Николаем. Полукровка с магглорождённой матерью... Это всё было так ясно сейчас.

Я люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя....
Драко тогда наполовину спал, и разговаривал с Николаем.
Гарри постарался запихнуть эту боль подальше. А что ещё он мог сделать? Было бессмысленно и дальше думать об этом. Что было действительно важным так это помочь Драко. Гарри хотел это сделать в любом случае... помочь человеку, которого он любил. Драко был достоин гораздо большего. Он очень сильно изменился со времён принятия метки. Драко связал свою жизнь и тело с кем-то, кто не обладал той чистотой крови, которую он так превозносил раньше. И, чёрт возьми, Гарри хотел знать больше. Он хотел понять, что заставило Драко так измениться, что заставило Драко вырасти достаточно, чтобы смотреть на мир без родительских расистских принципов. Он хотел понять этого Николая. Проблема была в том, что он не знал, как это сделать.
- Как... м-м-м... как ты встретился со своим мужем?

Тень боли промелькнула в глазах Драко.
- Он был Невыразимцем.

Это вряд ли помогало понять.

- М-м-м... ты должен был пойти в Министерство Магии за чем-то? Я имею в виду, после твоего домашнего ареста или...
Драко изогнул бровь.
- Ты думаешь, я смог бы пройти сквозь охранные чары там? Они добавили дополнительные, защищающие от Пожирателей смерти. Я думал, что начальник отдела Министерства должен об этом знать.
- Ну, ты как-то мог пройти сквозь них, если ты начал там работать, - когда Драко не ответил на явный намёк. Гарри спросил прямо, - Драко, ты был Невыразимцем?
- Да, - Драко закрыл глаза. - Николай пришёл в замок, чтобы предложить мне работу. Он не должен был, учитывая мою метку на моей руке, но как я понимаю, ты уже знаешь, Невыразимцы были вольны делать, что хотят.

Гарри кивнул. Его сильно задело это поначалу, но потом стало всё равно. Или почти всё равно.
- Какую работу?

- Совместную, в одном из отделов Министерства.

- Какую именно?
В ответ получил легкую улыбку. Почти ехидную.

- Поттер, как ты думаешь... почему их называют Невыразимцами? О них не принято говорить.
- Но ты ведь там больше не работаешь, так ведь?
Драко поёжился.

- Я уволился, когда Николай стал слишком болен, чтобы работать. Я был там только из-за него, а не из-за проекта. Но если ты ждёшь, что я расскажу тебе всё об этом, то сначала я должен сказать, что я принёс Нерушимую Клятву.

- Вот как... - Гарри сглотнул, задумавшись, - именно поэтому Невыразимцы имеют такую репутацию в хранении тайн? Они все приносят нерушимую клятву о неразглашении того, над чем работают?

- Я не могу отвечать за них всех, - сказал Драко, снова поёжившись. - Я могу только сказать, что её приносил Николай и я. Клятва позволяла нам обсуждать работу друг с другом, но мы не могли ничего сказать другим Невыразимцам, если они были не из нашей группы.
- Какой группы?
- Астрономической... - Драко прищурил глаза, - Это странно. Я думал, что клятва будет защищать эту информацию, учитывая то, что Министерство изъяло мои результаты ТРИТОНОВ.
- Ты знал, что они собираются сделать это?
- Да, но записи хранились достаточно долго, чтобы убедить начальника Николая в том, что он продумал принятие на работу Пожирателя смерти, - рот Драко искривился. - Я даже не мог сказать моим родителям, что сдал эти экзамены.
- И даже с отличием, - пробормотал Гарри, думая о сертификатах в Вороньем Утёсе.
Драко легко проследил ход его мысли.
- Начальник Департамента показала мне те награждения, но она планировала уничтожить их. Таков, мол, порядок. Но такие награды довольно редки, ты знаешь это? Николай помог её уговорить, чтобы я оставил их себе, но я должен был наложить на них отталкивающие взгляд заклятия прямо в её офисе, чтобы это выглядело как обычная картина.

- А почему они были повёрнуты наружной частью к стене?
Резко встав со стула, Драко одарил Гарри долгим взглядом.

- Я перевернул, когда уезжал в Россию. Я знал, что вернусь домой уже без Ника, и не хотел видеть их как напоминание о нашей работе вместе. Я думаю, просто поэтому. Я, скорее всего, уничтожил бы их вместе со всем, если бы только заметил.
Гарри встал тоже, кивком показывая, что понял.
- И... а сундук?
Лицо Драко исказилось болью.
- Я хотел уничтожить его, прежде чем мы уехали. Но Ник попросил меня спрятать его вместо этого. Он сказал, что когда-нибудь я могу захотеть им воспользоваться, - голос Драко неожиданно дрогнул, - что когда-нибудь я найду  к-кого-то ещё.
О, Господи...
- Драко...
- Спокойной ночи, - сказал Малфой, полы его мантии взвились, когда её обладатель круто повернулся.
Гарри взглотнул.

- Я.. тебе что-нибудь нужно? Зелья Сна без Сновидений, может быть, или...

- Нет, ничего, - Драко обернулся поморщившись. - А тебе что-нибудь нужно, Поттер? Я.. я чувствую... мне кажется, заклятие напоминает мне, что на самом деле это я твой слуга. Твой раб.  Я чувствую желание прислуживать тебе, не зависимо от того, что ты хочешь. Чем могу помочь?

Он будет нуждаться в близости к тебе, служении тебе....  Свойства заклятия не изменились. Только раньше нужды Драко не были столь явными. Не тогда, когда он удовлетворял Гарри во всех аспектах. Хотя сегодня Драко не сделал ничего для этого.
- Э-м-м, - Гарри отчаянно старался придумать задание для Драко, которое он был бы рад сделать. - У нас заканчиваются некоторые зелья...

Драко устало кивнул, и двинулся было через кухню, чтобы начать варить зелья немедленно.
- Завтра, - сказал Гарри. Он ненавидел загружать Драко домашней работой, но в данной ситуации особого выбора у него не было. Даже если бы у Драко не было этого желания услужить, ему всё равно надо было чем-то заниматься, кроме как весь день сидеть и горевать. Это явно не шло ему на пользу. Но сначала Малфой нуждался в хорошем ночном сне.

- Я не против сварить их сейчас...

- Я против. Ты слишком устал. Я это вижу по твоему лицу. Я хочу быть уверенным, что ты хорошо отдохнул этой ночью. Если для этого нужно будет зелье, я хочу чтобы ты его принял.
- Я чувствую себя разрезанным на маленькие кусочки, - признался Драко. - Каждая клеточка болит.
- Тогда обезболивающее зелье тоже, - Гарри призвал зелье и налил Драко щедрую дозу. - Выпей это.
- Это приказ, Хозяин?

Диким усилием воли Гарри сдержался от зубовного скрежета.

- Нет, это не приказ. И не называй меня Хозяин. И Поттер тоже. Зови меня Гарри.
- А это приказ?
- Нет, чёрт возьми!! И, если ты не заметил, у меня нет привычки разбрасываться приказами!!!
- Я заметил, - сказал Драко, наконец, выпивая порцию зелья, которую ему налил Гарри. Он опрокинул содержимое стакана себе в рот, слегка поморщившись. Зелье было довольно неприятным на вкус. - Спасибо... Я...я попробую не звать тебя Хозяином. Я знаю, что ты не любишь это.
Гарри попытался подавить воспоминанию о том, что когда -то с ума сходил от такого обращения. Драко говорил не о сексе, это было более чем явно. Он так же не использовал имя Гарри, хотя тот и просил его об этом неоднократно. Вздохнув Гарри решил, что это желание Драко удовлетворить его завело их обоих слишком далеко.

- Ты уверен, что больше ничего не хочешь от меня?

Проблема была в том, что Гарри хотел весьма много. Но получить это ему было не дано.
- Только чтобы ты хорошо поспал ночью,  - пробормотал он. - Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, Поттер.

Гарри постарался сохранить непроницаемое лицо, но, когда Драко вышел, нахмурился.

Глава 49
Перевод - Baster4
Редактирование - KeshaBinny и Mellu

- Доброе утро, - приветствовал Драко спустившегося вниз Гарри. Странно...
как будто он ждал Гарри. - Хорошо спал?
- Нет, - коротко ответил Гарри. Он проворочался часов до четырёх, пока смог
уснуть. Он уже подумывал о паре капель зелья сна без сновидений, но вдруг
оно понадобится Драко ночью, если тому приснится очередной кошмар из
прошлого, или...
- Я поспал, - пожал плечами Драко, - Не очень хорошо, но всё-таки.
Он выглядел гораздо лучше этим утром, заметил Гарри. Нет больше покрасневших
глаз, полной изнурённости в манере держаться. И волосы Драко больше не были
неухоженными. Он, очевидно, снова начал за ними ухаживать, и это делало
его...

Чёрт. Гораздо более привлекательным, а не просто "презентабельным".

Он облизал губы, его воображение разнузданно разыгралось от вида Драко
в облегающей тёмно-серой мантии, и того, как ткань изящно расходилась чуть
ниже паха и открывала взору стройные ноги, облачённые в мягкие чёрные
штаны...

- Ты голоден? Я как раз готовлю завтрак.

Ха. Гарри был голоден, но совершенно в другом смысле, и в данной ситуации утолить этот голод было нельзя. Драко только что потерял своего мужа, так что
у Гарри не было оснований для демонстрации своего желания. К счастью, Драко
истолковал по-другому его облизывание губ.

- Да, голоден, - согласился Гарри, хотя и не был. Как он мог хотеть есть,
если был отвратителен сам себе? Единственным, в чём нуждался Драко сейчас,
было просто наличие друга. ДРУГА, чёрт побери.

Гарри решил для себя навсегда, что собирается быть для блондина самым лучшим
другом в его жизни. Что, к сожалению, было не очень трудным, так как Драко
рос в компании подобных Крэббу и Гойлу.

- Тогда пошли завтракать, - Драко направился в столовую. - Он должен быть
уже почти готов, так что ты можешь присесть...
Ох-хо. Драко было необходимо прислуживать Гарри в любой форме, но сейчас он
слишком демонстративно разыгрывал из себя «слугу». Он не был слугой, независимо от того, что Рес Меа Эс думало об этом.
- Я сейчас приду на кухню и помогу тебе с сервировкой...
- Пожалуйста, не надо. Я уже сыт по горло твоими бездарными потугами на
кухне. И после этого ты раздумываешь, почему я начал готовить? Где ты учился?
Или не учился?
- Никто никогда не учил меня, - подавленно сказал Гарри.
- Холостяцкая жизнь, да?

Гарри почти согласился с этим. Это было бы настолько проще... но с другой
стороны, Драко уже знал некоторые вещи, а Гарри уже устал ото лжи. Он не мог
избежать вранья, когда правда могла сильно расстроить Драко, или даже
причинить ему боль, но сейчас был не тот случай.
- Эм, не совсем. Я готовлю с четырёх лет, но в большинстве случаев меня
просто посылали на кухню и велели сделать что-нибудь.
На мгновение лицо Драко застыло в маске изумления. Или смущения. А потом
стало жестким, когда тот понял, на кого был направлен намек.
- Эти проклятые магглы!

- Они были больными на голову, помни, - сказал Гарри быстро, - они не... не
все такие...

- Не такие, как остальные магглы. Да, я помню. Помню, я то же самое сказал Грейнджер и Уизли. Хм-м... как ты думаешь, она не будет
возражать, если я по-прежнему буду звать её Гермионой?

Гарри удалось не подавиться, но он был близок к этому.
- Я... нет, не думаю, что она будет возражать. Ты планируешь продолжать
видеться с ней сейчас, когда ты помнишь... всё?
- Может, будет легче не упоминать каждый раз, что я уже всё помню? -
задумчиво огрызнулся Драко. - Учитывая, что это точно оттолкнёт Уизли. ОН не
согласится начать всё с чистого листа. И, кстати, мне это даже нравится.

- Ну, хорошо, - слабо сказал Гарри. От него не ускользнуло то, что Драко не
хочет звать Рона по имени. Но в тоже время, он не звал и Гарри по имени!
Гарри не часто ревновал к Гермионе, но сейчас был как раз такой случай.

- А насчёт планирования визитов к ней... - Драко пожал плечами, потом
повернулся и продолжил свой путь на кухню. - Мы переписываемся, как
ты знаешь. Я бы очень не хотел прекращать, ведь она очень интересный человек. Не говоря уже, что я едва ли собираюсь оставлять твою защиту от прессы на эту парочку. Ни один из вас не понимает, как работают связи в обществе.
Гарри облокотился на стол недалеко от плиты, где Драко колдовал над
изысканным блюдом из яиц, которое он обычно готовил. Яичный рулет, как он
это называл. Гарри застонал, когда первый раз попробовал это блюдо,
настолько было вкусно. Неудивительно, что ему не нравились полуфабрикаты
Гарри. Плита не была включена. Конечно, Драко обычно готовил, используя
магический огонь. На мгновение Гарри задумался, какую волшебную палочку
блондин использовал сейчас, когда у него их было две. Хотя и глупый вопрос.
Бузинная палочка уже не так его слушалась, как прежде, раз когда-то она принадлежала Гарри.

- Эм... ты хочешь свою палочку обратно?
Драко повернулся и посмотрел на него. Хотя нет, уставился.
- Она у меня уже есть.

Гарри вздрогнул. Было неудивительно, что он ненавидел давать интервью. Язык
у него был подвешен явно неправильно.
- Я имею в виду, она работает для тебя как прежде, или ты хотел бы
действительно получить её назад. Чтобы она считала тебя своим хозяином?

- Я не хочу ворошить старое, - твёрдо сказал Драко.
Гарри тоже, он просто хотел помочь.
- Послушай, только и надо для этого, чтобы ты дал мне её, а затем забрал
обратно при помощи Экспеллиармус , и...

- Если ты добровольно дашь мне сделать это, - холодно сказал Драко, - моя
палочка будет знать об этом наверняка, и будет продолжать считать тебя
единственным её владельцем.
- Ну хорошо, тогда я буду держать её при себе, и ты можешь попробовать
неожиданно забрать её у меня, в любое время...
- Если ты всегда был таким доверчивым, то я очень удивлён, что ты дожил до
двадцати лет, - пробормотал Драко, используя свою палочку, чтоб подогреть тарелку прежде чем положить на неё яйца и соус. - Господи,Поттер. Ты не можешь разгуливать просто так, ожидая нападения.
Это бессмысленно.
- Но ты же не всерьез...
Драко хрипло и неприятно рассмеялся.
- Нет, не пораню. Я НЕ МОГУ. И давай закончим этот разговор прямо сейчас. Я
не могу драться с тобой. Как только я сделаю движение палочкой, замышляя что-либо против тебя, даже обезоруживающие чары, заклятие
рабства проявится, чтобы остановить меня. Буду ли я задыхаться до
полусмерти, как уже было, когда моя пустоголовая мамаша решила солгать тебе?
Или я скончаюсь от спазматической боли в сердце? В проверке нет
никакого смысла, так как в любом случае я буду наказан прежде, чем смогу
вернуть себе палочку!
- Проклятье! - выругался Гарри. Он должен был помнить об этом. Драко мог
использовать магию в быту, но никак не против него. И заклинание Экспеллиармус,
скорее всего, подпадало под запрет. - Ну, хорошо, позволь мне забрать
бузинную палочку на время, и я посмотрю, может что-нибудь и
получится...

Драко отослал тарелку на стол, затем заклятьем приказал  половинкам апельсинов выжать сок из самих себя в стакан под ними. Он ответил, не глядя на Гарри.
- Если ты действительно так хочешь, я соглашусь, особенно если не могу
отказать тебе ни в чём... Прямолинейность и только прямолинейность, сурово напомнил себе Гарри.

- Но если тебе интересно моё мнение, - Драко продолжил тем тихим голосом,
от которого становилось не по себе, - я бы предпочёл сохранить её.
- Почему? - логично спросил Гарри. Или, по его мнению, логично. - Если она
не служит тебе нормально, а я могу найти способ изменить это? В Министерстве
можно найти много полезной информации...
- С этой палочкой связано слишком много воспоминаний.
О.. Или, точнее, проклятье...
- Но ты был тогда пожирателем смерти, и я подумал, что ты... ты...
- Отрёкся от прошлого? - Драко повернулся лицом к нему. - Разумеется, да. Я
говорю совсем не об этом. Эти воспоминания связаны с Николаем.

Гарри всё ещё не мог понять его логику.

- Но ты потерял свою палочку даже до того, как встретил его!

- Как раз поэтому-то я встретил Николая. Я был ничтожеством. - Драко
неожиданно сел за маленький столик на кухне. - Я бы предпочёл не обсуждать
это, Поттер. Не возражаешь?

Вопрос был поставлен так, что Гарри оставалось только согласиться с этим.

- Ну, хорошо. Выглядит аппетитно, - сказал Гарри, плюхаясь на стул напротив
Драко. Было потрясающе вкусно. Когда он однажды
спросил, в чём был секрет яичного рулета Драко, то тот ответил "свежие
сливки и Gruy?re". Хотя Гарри подумал, что там должно было быть ещё что-то.

Он застыл между первым и вторым укусом, когда до него стало медленно
доходить, что что-то не так. Одна тарелка, один стакан, и Драко спокойно
сидящий напротив него, как будто у него не было ни малейшего желания съесть
хоть что-нибудь. Чёрт.

- Я же сказал тебе, не готовить для меня, если ты не готовишь на двоих!

- Нет, - Драко скрестил руки на груди, слегка откидываясь назад. - Ты
сказал, что я МОГ бы готовить для тебя, если я готовлю для нас обоих.

- Ты понял, что я имел в виду, - обвиняюще сказал Гарри.

- На самом деле я очень редко ясно понимаю, что ты имеешь в виду.
Подозреваю, что и ты тоже. Если ты хотел отдать мне приказ, то я боюсь, что
тебе надо было быть более чётким. Особенно, учитывая то, сколько раз ты
вовсе не это имел в виду.

Что правда, то правда.

- Я только хочу, чтобы ты поел, Драко.

- Я что-то не голоден.

- Это похоже на депрессию, и... м-м-м, я уверен, что это нормально, учитывая всё, что тебе пришлось пережить, - мягко сказал Гарри.
- Но если ты продолжишь голодать, то скоро просто заболеешь...

- О, я более чем уверен, что РесМеа Эс заставит меня поесть, если я ослабну настолько, что не смогу служить тебе.

- У тебя были ужасные головные боли прошлой ночью из-за обезвоживания! Ты не
можешь, Драко, ты не можешь...

- Ведёшь себя как курица-наседка, не замечаешь?

- Замолчи, пожалуйста, - Гарри нахмурился прежде, чем Драко успел задать
свой предугадываемый вопрос. - И нет, это не чёртов приказ.

- Хм-м-м, ты уже говорил мне не слушать тебя, когда говоришь, как сейчас. Это
возвращает нас к вопросу, что ты сам не знаешь, чего хочешь от меня.

- Я знаю, чего я от тебя хочу, - в отчаянии подумал Гарри, сейчас как, никогда
желая, чтобы Драко перестал быть настолько... Слизеринцем во всём. Постоянно
запутывая Гарри, находя пути избегать даже явно высказанных пожеланий, и
после всего этого выставлять Гарри виноватым в том, что Драко это делал! Но
чего ещё ожидать, если Драко был истинным Слизиринцем со всеми вытекающими
последствиями...

Неожиданная идея внезапно возникла в голове у Гарри. Может быть, самым
простым способом поведения со Слизеринцем было вести себя как Слизеринец. А
учитывая, что Гарри имел некоторые задатки в этом вопросе...

- Я думаю, что Николай хотел бы, чтобы ты поел, - сказал Гарри,
многозначительно поднимая бровь, - Он производит впечатление заботливого
человека, и...

- Как будто у тебя есть хоть какое-то представление о том, каким человеком
он был, - издевательски произнёс Драко.

Точно подмечено, но Гарри действительно знал кое-что о Николае. Только
порядочный человек, который думает о других, мог велеть Драко сохранить
сундук, потому что однажды он встретит кого-то ещё. Даже зная, что умирает,
этот Николай продолжал думать о Драко, желая быть уверенным, что после его
смерти Драко будет жить и найдёт своё счастье. Счастье с кем-нибудь ещё.
Гарри едва ли собирался озвучить эту мысль. Одно упоминание сундука было
верхом безрассудства, и на данный момент более чем достаточным.

- Ну, тогда я не буду есть, пока ты не поешь, - сказал Гарри, отодвигая
тарелку в сторону. Не слизеринская хитрость, конечно, но для достижения результата годилось.

- Ох, это уже низко...

- Я не собираюсь есть приготовленную тобой еду, пока ты сидишь здесь голодным, - упрямо ответил Гарри. - Возвращаясь к тому, что мы уже обсуждали.

- Но я не голоден!

- А я - да! - солгал Гарри, стараясь не улыбнуться. Он становился истинным слизеринцем. - Я умираю от голода. И яичница пахнет просто великолепно. А выжатый при помощи магии свежий сок? М-м-м...

- Ты редкостная скотина, - Драко сжал зубы. - Я не могу проглотить ни кусочка! Ты хочешь, чтобы меня стошнило?

Всё веселье улетучилось.

- Конечно, нет. Я хочу, чтобы тебе полегчало.

- Это не болезнь. И мне не полегчает.

Гарри знал, что со временем ему станет легче. Он никогда не терял супруга, но он терял тех, кого любил. И даже если боль и не исчезала совсем, то со
временем она переставала быть такой же сильной, как в начале.

Он так же понимал, что нет никакого смысла говорить про это. Он сам не
верил, когда Молли Уизли говорила ему подобные вещи. И более того, он считал
это банально надоедливым, и даже тот факт, что она тоже теряла кого-то очень
дорогого, не заставил его слушать.

Горе было похожим на боль, а горе из-за преждевременно умершего мужа...
Гарри даже не мог себе представить, каково это.

- Я всё равно думаю, он хотел бы, чтобы ты ел, - мягко сказал он. - Хоть
чуть-чуть. Давай... давай заключим сделку. Ты можешь по-прежнему готовить,
если тебе это нравится, но, когда мы садимся за стол вместе, ты должен, по
крайней мере, попробовать то, что приготовил. Пойдёт?

Драко наградил его довольно-таки злобным взглядом.

- Ты будешь есть как обычно, если я буду пробовать еду?

Гарри задумался, не должен ли он надавить на него ещё немного, потому что
аргумент «Гарри не будет есть» оказался на редкость действенным. Ха,
разумеется, под надзором Рес Меа Эс Драко должен был поддерживать и
удовлетворять своего хозяина. Он явно не мог быть причиной недоедания хозяина... Хотя и с этим доводом надо быть поаккуратнее.

- Да, я буду есть много, если ты поешь чуть-чуть.

- Ну хорошо, - сказал Драко таким тоном, как будто Гарри шантажом заставил
его отдать самое ценное сокровище мира. Драко начал было отодвигать свой
стул, но Гарри опередил его.
- Сейчас моя очередь.

Для него было не трудно наполнить тарелку, но он понятия не имел о том,
какое заклинание необходимо для получения апельсинового сока. Поэтому данное
действо было совершено вручную. Драко привычно закатил глаза, когда Гарри
поставил перед ним тарелку и стакан.
- Тут явно больше, чем просто кусочек, Поттер.
- Ты приготовил с избытком. Ну? Начинай. - И специально для заклятия
добавил. - Ешь.
Если Гарри надеялся, что один кусочек повлечёт за собой ещё, и ещё, то был
жестоко разочарован.
- На вкус как опилки, - проворчал Драко.
Глядя на его лицо, Гарри удивился, что Малфой не выплюнул еду немедленно.
Вместо этого он лишь призвал салфетку и аккуратно промокнул губы.

- Неправда! Это восхитительно! - Гарри откусил большой кусок, наслаждаясь
его вкусом. - То, как сливки сочетаются с... это просто изумительно, что ты
можешь готовить так здорово, даже если не можешь попробовать блюдо в
процессе, чтобы добавить того или этого.
- Опыт и обоняние творят чудеса, - ответом Драко был взгляд искоса. -
Именно поэтому ты был настолько бездарен в зельях? Потому что не мог
пробовать их в процессе приготовления?
Гарри рассмеялся.
- Полегче. Я как-то справлялся эти шесть лет. И не говори, что ты не заметил.

- Это всегда сбивало меня с толку. Сейчас всё понятно. Та книга профессора
Снейпа содержала не только то заклинание для врагов?

- О, да. Все виды уловок, хитростей и просто полезные мелочи. - Гарри слегка
покраснел. - Гермиона называла это жульничеством.
- Иметь лучшие источники информации не является жульничеством. И
жульничество иногда полезно. Временами  это самый лучший вариант.

- Ха, хотел бы я жульничеством избегать канцелярской работы в Министерстве, - нахмурился Гарри. - Ты не представляешь, какое количество бумаг я должен заполнять! Так и хочется забить на правила.
- Типично для тебя, по-моему... Кстати, раз уж ты заговорил о Министерстве, - Драко
многозначительно посмотрел на часы, висящие над дверью. - Ты
опоздаешь на работу.

- Сегодня я никуда не пойду.

- Поттер, ты уже прогулял вчера.

- И что? - пожал плечами Гарри. - Деньги мне особо не нужны. Я даже
могу вообще не работать, и мы всё равно не будем ни в чём нуждаться, даже
если ты...

Гарри оборвал себя до того как упомянул несметное богатство Малфоев.
Совершенно ясно, что таинственным благодетелем Драко был Николай.

- Даже если тебе не нужны деньги, тебе нужна работа, нужно что-то делать. Хотя
ты можешь свободно прогуливать неделями без боязни получить взыскание,
потому что министр великолепно знает, скольким он тебе обязан. Блатом пользуешься?

Проклятье. Гарри показалось, что Драко явно видит его насквозь и
манипулирует, как хочет. И, похоже, даже особо не напрягаясь.

- Один или два дня ничего не изменят. И ты...

- Я что? Я нуждаюсь в тебе, так? Да ладно!

- А что я, по-твоему, думать должен? Ты без меня даже не ешь!

Драко откусил ещё один кусочек, побольше первого, и демонстративно прожевал
его, потом проглотил.

- Теперь доволен? Иди на работу, Поттер.

- Я не уверен, что должен...

- Я не собираюсь делать глупости, если ты беспокоишься об этом.

Гарри вздрогнул. Малфой читал его, как открытую книгу, и ему это было неприятно.

- Ну да, особенно учитывая, сколько раз ты говорил, что хочешь умереть...

- Всё, что я хочу, - твёрдо сказал Драко, - это быть с моим Николаем.
Поэтому, разумеется, я думал о смерти, потому что это та дверь, за которую
он ушёл! Но, чёрт, Поттер, я работал в отделе тайн больше двух лет! У тебя
должно быть представление об этом месте, по крайней мере, я на это надеюсь.
Я знаю, что смерть вовсе необязательно поможет мне встретиться с Николаем.
Есть... еще варианты.

Гарри содрогнулся.

- Ты работал с той Вуалью?

- Нет. Я изучал астрономию, как уже говорил тебе. Но я слышал про то, что происходит в других отделах.

- А как же клятвы неразглашения?

Драко фыркнул.

- Ну, что я могу сказать? Некоторые мои коллеги не отличаются умом и
сообразительностью. Они могут разговаривать друг с другом и совершенно не
думать о таких простых вещах, как заглушающие чары. Я знаю гораздо больше,
чем официально должен. Достаточно для того, чтобы понимать, что
самоубийство не принесёт желаемого облегчения моему горю.

- Теперь он умрёт с тобой,- всплыли слова Нарциссы Малфой в его голове. Чёрт.
Должен ли он сказать Драко об этом? Скорее всего, нет. Это, вероятно,
значит, что тот не может убить себя. И всё равно, Гарри очень не хотелось
оставлять его одного на весь день без присмотра.

- Иди уже на работу, Поттер, - устало сказал Драко, - если ты действительно
так уж переживаешь обо мне, хотя только один Мерлин знает, почему, установи
здесь какие-нибудь из ваших аврорских следящих заклятий, чтобы ты мог в
любой момент проверить меня.

- Я не могу этого сделать без согласования.

- И после этого ты говоришь мне, что ненавидишь соблюдать формальности. Ради
всего святого, это твой собственный дом. И я твой раб. Ты действительно думаешь, что я собираюсь подавать жалобу? Ты мог это сделать ещё месяц назад, а не посылать нелепые записки.
- Ну да, есть немного, но тебе надо было практиковаться.
- Но сейчас уже нет, - Драко помолчал с минуту, - слушай, с заклятием
слежения или нет, убирайся уже на свою работу. Меня уже достало твоё
постоянное присутствие рядом.

Гарри задумчиво закусил нижнюю губу.
- И что ты тогда собираешься делать?
- Как обычно. Зелья варить. Работать в саду. Читать... ту книгу Снейпа, если ты
позволишь.
Ох, разумеется. Раньше Гарри думал, что эта книга может научить Драко
опасным заклинаниям, но тогда тот не помнил ничего. Сейчас это, скорее всего,
уже не важно.
- Разумеется, - сказал он, и, подняв палочку, пробормотал –Акцио-
- Спасибо тебе, - серьёзно поблагодарил Драко, прижимая к груди старую
потрёпанную книгу. - Хотел бы я знать его получше. До его смерти я даже и не
представлял, насколько выдающимся человеком он на самом деле был. И... и я
не знал до Николая, насколько был неправ, презирая его за полукровность.
- Его портрет сохранился в офисе МакГонагалл. Если захочешь, то можешь...
- Нет, - коротко ответил Драко, - я ещё не готов. Книга... этого пока
достаточно.
Гарри прокусил губы о крови, когда страшная мысль пришла ему в голову.
- Что?
Гарри покачал головой.
- Проклятье, что? Как я могу заботиться о тебе, если ты не говоришь мне, что с тобой происходит!
- Я.... Я...
- Да говори уже, наконец!
- У Николая был портрет?

Драко вскочил на ноги так быстро, что маленький столик задрожал.
- Нет. У него не было портрета.
Гарри сглотнул, ненавидя то, что должен был сказать Драко. Но он должен был!
Молчание не поможет решить проблему.
- Ты мог бы заказать...
- Ты действительно думаешь, что я не додумался до этого? - Драко повысил
голос почти до крика. - Я не маггл, Поттер! Я знаю, что магия может делать!
И я не могу заказать его портрет, только не его! Он был музыкально одарён, разве я тебе этого не говорил? Это был его тип родовой магии, передающийся от отца к сыну, и такой талант достаётся дорогой ценой!
Цена!? Ох... Гарри никогда особо не увлекался изучением родовой магии, но он
знал, что существует что-то вроде баланса в магической одарённости.
- И другой вид искусства недоступен.

- Он не мог заниматься музыкой, и позировать для портрета одновременно. Даже
сейчас, - Драко уже не кричал, его голос был почти неживым. - У меня не
осталось ничего от него, НИ-ЧЕ-ГО. Я... Я бы отдал всё, ради одной только
его мантии, одной рубашки, хоть чего-нибудь его. Но... ничего не осталось. Я
уничтожил всё.
Но остался сундук... Нет, все эти вещи сейчас табу. Драко, скорее всего, и не думал
о них, как о вещах Николая, особенно после того, как уже использовал их с
Гарри. Только не после того, как он с криками кончал, пока Гарри обнимал его, лаская и целуя...
- Может, что-то осталось в России?
- Одежда, в которой я похоронил его. Всё остальное пошло на
благотворительность... он так хотел. Но это было не важно, потому что
оставался Вороний Утёс. Правда, потом я там всё тоже уничтожил. Давай уже,
твори своё заклятие, - добавил Драко, ещё более уставшим голосом. - Чтобы не
волноваться на работе.
Гарри не радовало такое предложение, он действительно не хотел уходить. Но
Драко явно хотел побыть хоть немного один, и даже как раб он имел на это
право. Гарри махнул волшебной палочкой и пробормотал заклинание,
закрыв глаза, когда Драко поёжился от ощущения магии на своей коже. После
чего Гарри молча направился к камину, чтобы отправиться на работу.
Он не знал, что сказать. Но что хуже всего, он не знал, что чувствовать. Мысль о том,
что где-то существует портрет Николая, или что Драко может заказать
его, чтобы говорить с ним вместо Гарри... такая перспектива приводила его в ужас. Но знать, что портрет никогда не будет нарисован, что Драко безвозвратно потерял своего мужа и всё, что связано с ним... это было не менее ужасно.
Однако он радовался этому, что угнетало его еще больше.

Глава 50
Перевод - Baster4
Бета - KeshaBinny
Гамма -  Pandora_Lee

Гарри отправился на работу, но не сделал ничего стоящего в тот день. Равно как и на следующий. И на следующий.
Наступила пятница, но разгребание завалов скопившихся документов не сдвинулось с мёртвой точки. Горы неразобранных отчётов тяжелейшей ношей давили на его совесть. Но их просмотр вызывал мучительную головную боль. Точнее, даже мысль о просмотре причиняла боль.
Вздохнув, Гарри взмахнул палочкой, запирая дверь, прежде чем произнести заклинание, которое создаст уменьшенное изображение Драко на его столе. Ему не очень нравилась идея слежки за Драко, но он продолжал совершать этот ритуал ежедневно и ежечасно. Сначала он пытался убедить себя, что просто хочет убедиться в том, что Драко не сделает с собой ничего страшного и необратимого.
Этот  страх преследовал Гарри, начиная с его первого дня возвращения на работу.
Но сейчас он продолжал использовать заклинание, потому что хотел увидеть Драко. Только поэтому. Уменьшенное изображение не догадывалось, что за ним наблюдают, поэтому Гарри мог смотреть на него, сколько хотел. Чего не мог делать дома. Когда Гарри смотрел на Драко слишком долго, то тот весьма язвительно интересовался: "Я покрылся пятнами, Поттер? Мне поискать доктора?"
Поттер. Гарри начало уже порядком доставать подобное обращение, но он старался не заострять на этом внимания. И, тем более, не приказывать.
Изображение Драко, как обычно, появилось на его столе, не более шести дюймов высотой. Сначала Гарри не понял того, что происходило. Драко лежал, вытянувшись на спине, но не спал. Он планомерно взмахивал своей волшебной палочкой, резко двигая руку вперёд и назад своеобразными кругами над своей головой.
Озадаченный Гарри чуть расширил действие заклинания, чтобы понять местонахождение Драко. И только тогда до него дошло.
Драко отдыхал на траве в саду за домом Гарри и занимался поливом растений при помощи заклинания.
"Лентяй", – ласково обругал его Гарри. Разве это настолько трудно – пройтись по саду, поливая растения? Но это было несправедливо по отношению к блондину, и Гарри знал это. Драко проводил много времени, ухаживая за садом, и большую часть работы делал без помощи магии. Разумеется без. Он хотел вырастить многие растения для приготовления зелий, и, если Гарри помнил что-то верно из гербологии, в большинстве случаев результаты будут гораздо лучше, если магия не применялась. Растения любят прикосновения. Посадка, прополка, обрезание... Всё только руками.
Но это не относилось к поливу.
Часы в офисе Гарри прозвенели свою песню "Время пообедать".
Какое-то время тот обдумывал идею пообедать дома, как делал всю эту неделю. Учитывая сложившиеся обстоятельства, это приносило определённые результаты. Пока Гарри позволял Драко готовить, блондин должен был садиться с ним обедать и, по крайней мере, пробовать приготовленную им еду. Драко всё ещё ел недостаточно, но уже гораздо больше, нежели при прежней дегустации блюд. Хоть какой-то прогресс. Хорошо хоть с питьём дела обстояли получше. Гарри не давил на него в этом, за исключением разрешения пить каждый раз, и Драко употреблял нормальное количество воды, а иногда и чая или сока.
Брюнет не знал, были ли жидкости легче для напряженного от стресса и горя желудка или Драко просто хотел избежать очередного приступа жуткой головной боли.
Идти ли сегодня?.. Может быть, Драко поест сегодня и без гарриного шантажа по поводу вопроса о еде. Гарри очень хотел надеяться на это. И был только один способ проверить это. Гарри нацарапал на куске пергамента: "Я не приду домой на обед. Ешь без меня столько, сколько захочешь, и не забудь выпить чая или молока, или воды, или ещё чего-нибудь. Гарри".
Драко был снаружи, поэтому Гарри зачаровал пергамент зазвонить, когда тот прибудет. Затем он послал его через камин.
Изображение Драко на его столе неожиданно село и наклонило голову набок, прежде чем вскочить на ноги и направиться внутрь. Он заглянул в камин и выхватил свёрнутый пергамент, его лицо стало заинтересованным. Гарри не был уверен, с чего бы это вдруг... разве что Драко ожидал получения новых инструкций, чтобы снова служить своему хозяину.
Выражение лица стало ... Гарри засомневался, – раздражённым, несчастным?
Неожиданно маленькое изображение скомкало пергамент и швырнуло его обратно в камин. Взмах палочкой и пергамент вспыхивает ярким пламенем. Странно...
Но прежде чем Гарри смог решить, что бы это могло значить, стук в дверь прервал его размышления. Он быстро убрал изображение со стола и выпрямился на стуле.
– Войдите.
Послышались скребущиеся звуки, а потом обиженный голос Гермионы.
– Дверь заперта!
Проклятье. Гарри совсем про это забыл. Вздохнув, он отменил запирающее заклятие и пошёл открывать дверь лично.
– Извини, я... м-м-м...
Ему очень не хотелось лгать Гермионе, но он не был готов признать разрыв прежних отношений  с Драко после того как к тому вернулась память. Гермиона была слишком хорошим другом, чтобы напоминать ему, что предупреждала об этом, но это было так, и у Гарри не было ни малейшего желания обсуждать ситуацию.
– Я пытался сконцентрироваться, – сказал он наконец, что было полуправдой.
Гермиона кивнула, её глаза блестели, как бывало всегда, когда она находила что-то особенно интересное в библиотеке. Но её слова показали, насколько она повзрослела после окончания Хогвартса.
– У тебя есть минутка? Это не срочно, но я пришла лично, а не прислала думосбор, потому что... это просто интересно. Но если у тебя что-то срочное и нужно сконцентрироваться...
Она не закончила вопрос.
– Я всё равно никуда не собирался, – признался Гарри. Очередная полуправда. – Заходи, присаживайся. Снова права эльфов?
– О, нет. На этот раз кое-что другое. – И Гермиона беззвучно произнесла только одно слово: "Драко".
Гарри понял её намёк. Он запер дверь и на обычный замок, и при помощи чар, а затем дополнительно наложил заглушающие чары. Его совершенно не волновало, если весь мир узнает о его отношениях с Драко, хотя, конечно, это сделает его жизнь адом. Единственное, к чему он не был готов, так это что люди узнают о рабстве Драко. Сегодня рабство уже нигде не встречалось. А чёртово Рес Меа Эс совершенно не заботило то, что рабство давно уже ушло в прошлое...
А если ещё учесть и метки принадлежности на запястьях Драко...
Гарри был похож на очередного тёмного лорда, даже если и не хотел этого.
– Что же ты нашла? – спросил Гарри, садясь на стул рядом с Гермионой, а не за своим столом.
– Вот, – откуда-то из своей мантии Гермиона извлекла весьма потрёпанную тонкую тетрадь. Гарри заметил, что на её обложке не было никаких надписей. – Это дневник, – пояснила она.
Ох, Мерлин.
– Одного из моих предков? – спросил Гарри, почти не дыша. А что, если в нём написано, как снять заклятие и освободить Драко? Это будет...
Гарри содрогнулся, поняв, что это будет означать две совершенно противоположные вещи.
Для Драко – рай, потому что тот сможет вернуться к своей прежней жизни. Он никогда не должен будет видеть Гарри снова.
А для Гарри свобода Драко обернётся адом на земле. Любить блондина, скучать по нему, желать его...
Но Гермиона покачала головой.
– Нет. Это дневник Гунтера Дресрекура, который жил в середине 16 века и занимался исследованиями заклятий рабства. Я потратила уйму времени на поиски информации о Рес Меа Эс, но, Гарри... её просто невозможно нигде найти. И тогда до меня дошло, что изучение заклятий рабства в целом может помочь хоть как-то продвинуться в этом вопросе.
– Звучит логично.
– Большая часть из того, что я нашла, это просто пространные рассуждения, не основанные на фактах. Но что хуже всего... – Гермиона неожиданно покраснела и, замолчав, прочистила горло.
– Ну?
– Эмм... эротическая составляющая материала, – сказала она, старательно избегая взгляда Гарри. – Большинство волшебников использовали заклятия рабства для... э-э-э... личного удовлетворения.
Гарри заскрипел зубами.
– Они это делали?! Мне нужны их имена и места постоянного проживания, эти ублюдки...
– Нет, нет! – воскликнула Гермиона. – Я разговариваю с тобой не как с начальником отдела в Министерстве, Гарри...
– Меня не волнует!..
– Послушай! Во всех этих случаях  было обоюдное согласие! И рабство было временным! Я не нашла ни одного случая, когда рабство было бы постоянным.
Ох, обоюдное согласие. Хоть это Гарри мог понять. Когда они с Драко играли в хозяина и раба, Гарри более чем наслаждался своей ролью. Ему действительно нравились такие игры.
– Существует насколько небольших групп волшебников, которые увлекались подобными играми с заклятиями рабства, добровольно, разумеется, – продолжила Гермиона. – И это несколько усложняло мои поиски, потому что они пространственно расписывали свой опыт, и доминанты, и подчиняющиеся. И, по-моему, эти истории, похоже, создавались, чтобы... возбуждать друг друга. Это всё совершенно бесполезно для серьёзного поиска по твоему вопроса, там настолько много посторонних отвлечений, что это заняло много времени, прежде чем я смогла найти стоящую информацию.
– Дресрекур... – Гарри взял книгу  и повертел её в руках прежде, чем открыть. – Хм... Древний английский. Это хоть как-то помогло?
– Ну, только в одном вопросе. – Гермиона судорожно сглотнула. – В прошлом это было очень полезным, но непосредственно для тебя, Гарри, нет. Не в данной ситуации.
О, хорошие новости.
– А что такого особенного в моей ситуации?
– Вы с Драко мужчины, а так ничего.
Гарри нахмурился.
– И что?
– Ничего, просто мужчины не могут забеременеть.
– Конечно, мужчины не могут забеременеть, – скрипнул зубами Гарри. – И что?
Гермиона ответила ему нежнейшей улыбкой.
– Согласно дневнику Дресрекура, Гарри, когда заклятие рабства вплетается в родовую магию, как это случилось в нашем случае, существует только два способа остановить его дальнейшее распространение. Первый – если раб не сможет забеременеть. Второй – если раб сможет забеременеть от своего хозяина. В этом случае рождённый от такого союза ребёнок будет одновременно и хозяином, и рабом, в магическом смысле.
– Хм... – Гарри начал понимать, как это могло работать. – Но даже если Драко и я смогли бы иметь совместных детей, это всё равно не помогло бы ему, не так ли? Только ребёнок будет свободным.
– Ты прав. Дресрекура это смущало тоже. Он так и не смог найти решения для этого. Хотя он и подозревал, что, в зависимости от типа заклятия рабства, могут существовать какие-то дополнительные ритуалы для освобождения не только ребёнка, но и раба.
Гарри рассмеялся саркастическим смехом.
– И это ты называешь интересной информацией? Не обижайся, но для решения нашей ситуации всё это чертовски бесполезно.
– Да, но это доказывает, что заклятия рабства, вроде твоего, могли быть прерваны в прошлом!
– Я это и так знал, потому что Рес Меа Эс какое-то время бездействовало!
– Может, как раз вследствие искомой нами причины?
Гарри уже хотел было кивнуть в знак согласия, но потом отрицательно помотал головой, когда кое-какие факты всплыли в его памяти. По какой-то неясной причине, ребёнок, рождённый в этой семье, под влиянием родовой магии практически всегда будет мальчиком... Все те заклятия рабства, которые изучал Дресрекур, могли быть построены не только на родовой магии, даже если заклятия и передавались из поколения в поколение.
– Не думаю. У Малфоев в каждом поколении всегда рождались только мальчики.
Гермиона, прищурившись, посмотрела на него.
– Тогда каким образом, когда заклятие было активным, оно передавалось следующему поколению?
Гарри отвёл глаза в сторону.
– Когда Поттеры владели Малфоями, то они платили какой-нибудь нищей женщине за согласие забеременеть от... от раба и отдать своего ребёнка.
– Но это совершенно отвратительно!
– Разумеется, да! – огрызнулся Гарри. – И что хуже всего, чёртов Люциус Малфой серьёзно ожидает, что я соглашусь продолжить эту средневековую дурь. В противном случае его род прервётся, а ты знаешь, как принципиально важно для чистокровных семей, чтобы такого не произошло!
– О Мерлин!
Гарри уже не мог сдерживать свою язвительность, хотя и понимал, что вины Гермионы тут нет.
– Ты не знаешь и половины всего. Самым обычным явлением при этом чёртовом заклятии было, что я бы завёл собственных детей...
– Тоже с какой-то бедной женщиной?
– Нет, не думаю. Скорее всего, со своей женою. В любом случае, у меня родился бы сын, и плюс к этому я бы имел сына Драко, и растил бы их, как братьев, Гермиона! Но ребёнок Драко видел бы, что его отец всю свою жизнь находится в рабстве...
– Как же это всё варварски...
– А когда ему исполнилось бы семнадцать, он сам стал бы рабом, а его брат – ему хозяином! И это ещё не всё: Малфой сказал мне, что существует так же сексуальная составляющая Рес Меа Эс, так что один брат должен будет...  удовлетворять желания другого и в этом плане. Братья!
– О, Гарри. Твои предки были просто омерзительны.
– Я знаю.
– По крайней мере, вы с Драко не росли в одном доме. Господи, мне даже подумать об этом тошно. Ребёнок, который растёт, зная что, в конце концов, окажется в рабстве!..
Гарри вздохнул. Он уже не раз думал об этом, и подобная мысль действительно была ему отвратительна. Мальчик должен был верить своему брату, не зная, что когда-нибудь этот самый брат станет его хозяином и... будет использовать его для своих сексуальных утех. Точно так же и Драко предлагал себя для сексуального удовлетворения Гарри. И, как результат, Гарри начал спать с ним, но отказывался чувствовать себя виноватым, потому что их ситуация была другой. Гарри любил Драко; он, в конце концов, не планировал жениться и использовать Драко только ради сексуального разнообразия!
– Гарри... – тихо позвала Гермиона.
Аврор судорожно сглотнул, молясь про себя, чтобы его разнузданные сексуальные мысли не отразились на лице. К счастью, Гермиона думала о другом.
– Может быть, именно так заклятие рабства и прервалось в прошлом?
– Я же тебе сказал, что у Малфоев всегда были только сыновья...
– Но Поттеры были свободны от этой родовой магии, не так ли? Ты же свободен! – Гермиона нервно погладила одну руку другой. – Получается, что да. Я в этом абсолютно уверена! Скорее всего, Поттеры имели нескольких дочерей. И одна из них около пятисот лет назад решила родить ребёнка от раба!
– Ты думаешь, она знала, к чему это приведёт?
– Не могу сказать точно, – пожала плечами Гермиона, – но ребёнок вырос и не был больше подвластен Рес Меа Эс, и с тех пор заклятие не проявляло себя, потому что не могло быть передано дальше, так как ребёнок был свободным... хм, хотя это не объясняет, почему заклятие активировалось вновь...
Гарри же этот вопрос не беспокоил, поскольку он знал причину, но так объяснение всего этого привело бы к раскрытию того факта, что к Драко вернулась память, – а Драко не горел желанием это обнародовать, – Гарри просто пожал плечами.
– Пожалуй, ты права по поводу событий, произошедших несколько веков назад, и, к несчастью, по поводу нынешних событий тоже. Данный вариант не поможет нам с Драко. В любом случае, Драко не сможет стать свободным.
– Хм, без дополнительных ритуалов, о которых упоминал Дресрекура...
– Как будто они помогут, – усмехнулся Гарри, – ни я, ни Драко не можем забеременеть, и хватит об этом.
– Но ты мог бы...
– Какой смысл говорить об этом? Это невозможно!
– Я знаю, – сказала Гермиона, её щеки снова порозовели. – Поверь мне, я знаю. Когда я только начала размышлять о том, чем магия может помочь в семейной жизни, то решила заглянуть в корень.
Гарри выпучил на неё глаза.
– Ты заглянула в корень...
– Да. Мне казалось в высшей степени несправедливым, что даже в магическом мире только женщины должны выносить тяготы беременности и деторождения, – она нахмурилась. – Но мои поиски оказались тщетны.
– Как будто Рон когда-нибудь согласился бы...
– Да, я выбрала не того мужчину для этого, – сухо согласилась Гермиона. – В любом случае, это не важно. Мы, женщины, ну... связаны с этим, вот и всё.
– Прости, – сказал Гарри, хотя он и... он не был уверен, что сочувствует. Это действительно казалось нечестным, то как... чёрт, но это был естественный уклад вещей. По крайней мере, он сожалел, что Гермиона ненавидит это положение дел.
– Я считаю, что это ещё не всё, – голос Гермионы дрогнул. – Нужно не просто завести ребёнка, чтобы избавиться от заклятия. Ещё необходимо сделать ужасные вещи с самим ребёнком, и это может быть только началом, Гарри. Ритуал освобождения от заклятия, похоже, должен включать совершение ужасных действий над ребёнком.
Гарри поперхнулся.
– Я бы никогда, НИКОГДА не причинил боль ребёнку...
– О, я знаю, – мягко успокоила Гермиона, придвигаясь, чтобы положить руку ему на плечо. – Конечно, я знаю, Гарри. Я просто хотела сказать, что для тебя было бы хуже знать о возможности магического решения и, при этом, осознавать, что это невыполнимо для тебя.
– Ну, да, скорее всего, – вздохнул Гарри. – Чёрт, может и не стоит заводить детей тогда? Я бы хотел сделать это, только когда мы захотим ребёнка ради, ну, ты понимаешь, того, чтобы любить этого маленького ребёнка и растить его вместе. Не ради того, чтобы заклятие закончилось, тогда его отец стал бы свободным и его родители могли разойтись и...
Гарри осёкся под внимательным взглядом Гермионы.
– У вас с Драко какие-то проблемы?
– О... э-э... ну-у, мы сейчас переживаем трудные времена, – выдавил из себя Гарри. – К нему постепенно возвращается его истинная натура, хотя он и перестал быть расистом, но, в любом случае, не думаю, что ему очень нравится быть моим рабом.
– Тогда это всё объясняет...
– Объясняет что?
– Его последние два письма были немного странными, – Гермиона похлопала Гарри по плечу прежде, чем убрать руку. – Я не ручаюсь, но думаю, что ему сейчас очень грустно.
– Ну, да. Тоскливо. Скорее всего, так, – Гарри постарался придушить на корню своё отвратительное чувство ревности. Его не должно напрягать то, что Драко всё ещё хочет сохранить дружбу с Гермионой. Он должен быть рад за него. А вместо этого всё, что он почувствовал, было глубокое отчаяние. Ну, почему Драко так упорно не хотел быть другом ЕМУ?
– Я продолжу свои поиски, – сказала Гермиона, вставая, чтобы уйти. – Может, существует и другой способ для разрешения этой проблемы.
"Особенно хотелось бы найти тот, который не подразумевает рождение ребёнка от двух мужчин", – мрачно подумал Гарри, стараясь не выглядеть подавленно.
– Спасибо, Гермиона, за то, что ты сделала. И...
Неожиданно до него кое-что дошло. Чёрт, это было так очевидно, что должно было прийти к нему в голову недели назад. Вместо этого он зациклился на своей потере, ведя себя так, как будто он уже ничем не мог помочь Драко.
Но кое-что было. Если бы Гарри знал больше о Николае, тогда бы он понял, какой тип мужчин способен нравится Драко. Что означало лучше понять Драко. Всё это было бы только к лучшему.
Гарри попытался убедить себя, что дело только в этом и, разумеется,  ни в чём больше. Он не собирался узнавать о Николае, чтобы стать более на него похожим, чтобы новый Драко смог влюбиться в него, хотя бы чуть-чуть.
НЕТ, Гарри не планировал это. Ни в коем случае.
– И? – спросила Гермиона, приостанавливаясь в дверях.
Гарри неожиданно решил, что будет лучше самому поискать нужную информацию. Муж Драко... н-да, было бы полнейшей глупостью просить Гермиону найти что-нибудь про него. Если Гарри собирался озвучить эту просьбу, ему пришлось бы рассказать Гермионе всю историю. Но на это у него не было никакого права. Только Драко мог сделать это... когда будет готов.
– И спасибо тебе, – сказал Гарри, улыбаясь, потому что теперь у него был план. Информации было, разумеется, мало. Всё, что у него есть, это имя и страна. По крайней мере, сейчас он знал полное имя. Николай Преображенский. Драко выкрикнул ему это в лицо в среду ночью, когда Гарри спросил блондина, как они после бракосочетания решили вопрос с фамилиями.
Николай Преображенский, откуда-то из России, которая была для Гарри чертовски большим местом. А он даже не знал, как пишется Преображенский по-английски, уже не говоря про русский, на котором он не говорил, и...
Но Гарри не зря был назначен начальником отдела. Он знал, как расследовать преступления, и, разумеется, собирался использовать все свои профессиональные навыки также и для поиска информации в личных целях. Скорее всего, ему не было никакой нужды ехать в Россию. Николай работал здесь, прямо в этом здании. Гарри решил начать с этого, а потом посмотреть, что получится.
– Ужин сегодня? – спросила Гермиона.
Чёрт, сегодня была пятница.
– Боюсь, что нет, – сказал Гарри. – Не думаю, что Драко в настроении для встреч.
– Хм, ну, хорошо. Увидимся позже.
Как только Гермиона ушла, Гарри достал чистый лист пергамента и начал готовить досье на Николая Преображенского. Первая вещь, которой его научили в Аврорате, было сначала записывать всё, что известно об объекте. Без каких-либо незначительных деталей, Гарри выписывал только основные факты.
И не то, что бы их было очень много.
Когда он записал всё, что пришло ему в голову, Гарри заколдовал пергамент показывать текст только по его команде и положил его в неподписанную папку. Покончив с этим, он решил проверить Драко. Он стал свидетелем гораздо более впечатляющей картины, чем ожидал. На этот раз Драко раздевался в ванной. Вздрогнув, Гарри готов был раз и навсегда прервать действие заклятия. Он уже поднял палочку, как вдруг его посетила другая мысль.
"А почему бы и нет? Какого чёрта нет?"
Это было вмешательством в личную жизнь, но Драко сам предложил использование следящего заклятия. А, кроме того, какой ему будет вред, если Гарри чуть-чуть на него посмотрит? Драко никогда и не узнает, а Гарри... проклятье, тоже имел собственные потребности. У него была целая неделя без секса!
Год назад это бы не раздражало его так, но за последние месяцы он уже привык иметь столько секса, сколько хотел. Каждый день, дважды в день... чёрт, иногда даже четыре или пять раз в день!
А за прошедшую неделю ничего.
Разумеется, Гарри активно мастурбировал в душе, но это не шло ни в какое сравнение с настоящим сексом с Драко. Совершенно ни в какое.
Разглядывание шестидюймовой фигурки обнаженного Драко тоже было далеко не тем, чего бы ему хотелось, но это было всё же лучше, чем ничего.
Так что, Гарри продолжил смотреть.
Драко явно не догадывался, что за ним наблюдают. Его раздевание не было кокетливым или хоть как-то показным. Более того, блондин выглядел грустным. Его движения были медленными и апатичными.
После того, как он расстегнул пуговицы на рубашке, блондин просто бросил её на пол. Затем последовали штаны и трусы. Драко был совершенно обнажён. Он зашёл в душевую кабину и включил воду на весь упор, после чего сполз на пол, скрестив ноги. Когда вода хлынула на него, блондин начал плакать, его лицо было несчастным, кулаки сжаты.
Гаррина эрекция немедленно сникла. Да, эта великолепная белая кожа возбуждала его, как и член Драко, миниатюрный в таком изображении он всё равно выглядел совершенным в глазах Гарри. Но было неправильным получать удовольствие от подглядывания за обнажённым, особенно когда Драко был настолько расстроен.
Следящее заклятие не позволяло воспроизводить звуки, что было, пожалуй, к лучшему, поскольку Гарри не был уверен, что сможет вынести звуки плача Драко. Но всё же Гарри обнаружил, что лежит на столе, стараясь быть как можно ближе и понять, что говорит Драко, каждый раз, когда его губы шевелились. Гарри не умел читать по губам, но ему было не трудно понять. Три слога, средний из которых выглядел как круг. Ни-ко-лай... Ни-ко-лай...
Выругавшись, Гарри оборвал заклятие и схватил папку с зачарованным пергаментом. Он потратил пару секунд, чтобы сказать своей секретарше, что уходит, после чего отправился домой через камин, чтобы понять, как он может помочь Драко.
***
– Драко? – Гарри постучал в дверь спальни второй раз, и когда не получил ответа, решил войти и начал стучать в дверь ванной.
– Да? – Драко резко распахнул дверь. Его одежда сидела на нём чуть неаккуратно, как будто он одевался в спешке. Он всё ещё вытирал свои волосы полотенцем, пока говорил. – Поттер, ты сегодня рано. Что я могу для тебя сделать?
Гарри неотрывно смотрел в лицо Драко. Потому что, если бы он опустил глаза, он бы уставился на то, как тонкая шёлковая рубашка Драко прилипала к его чертовски великолепной коже. Белый шёлк становился практически прозрачным, если хотя бы чуть-чуть намокал.
– Эм...
Ему нужно было думать очень быстро, потому что Гарри едва ли верил, что Драко понравится мысль, что брюнет шпионил за ним, пока тот плакал в ванной. Если бы Драко продолжал плакать сейчас, то было бы другое дело. Но было похоже, что Драко заставил себя успокоиться, когда услышал стук в дверь.
– Я беспокоился о тебе, потому что не пришёл домой обедать. Я хотел убедиться, что ты хоть как-то поел.
– И ради этого ты пришёл домой раньше?
Гарри знал, что эта отговорка была глупой, но за неимением другой, просто кивнул.
– Чёртов гриффиндорец, – покачал головой Драко.
– Так ты ел?
– Нет.
–  Драко...
Блондин поднял руки.
– Не начинай, Поттер. Послушай... у нас возникла проблема посерьёзнее, – Губы Драко сжались в линию, как будто не хотел говорить об этом. – Мне нужно что-то сделать для тебя.
– Что?
– Мерлин, да всё, что захочешь, – Драко задышал тяжело и прекратил вытирать волосы. Он аккуратно повесил полотенце на вешалку и затем продолжил. – Те задания, что я делаю... ну, выгляжу представительно, убираюсь, готовлю для тебя, ухаживаю за твоим садом, варю зелья для тебя... их недостаточно.
Ох. Гарри мог это понять.
– Тебе скучно? Хоть ты и сказал, что не хочешь вернуться на работу в Министерство. Может, хочешь попробовать себя где-нибудь ещё?
– Нет! Я хочу... – Драко задохнулся. – Нет. Я не хочу. Но мне необходимо прислуживать тебе. Заклятие требует этого от меня. Ты должен сказать мне, что делать. Что-то особенное. Я думал, что обычных домашних дел будет достаточно, но оказалось, что это не так.
Ох. Гарри потребовалась минута, чтобы это обдумать.
– Раньше было достаточно.
– Нет, не было. – Драко повернулся и вцепился в край ванны так, что костяшки его пальцев побелели. – Ты всё время говорил мне, что делать, Поттер.
– Нет. Я всё время пытался не обращаться с тобой, как с рабом, и не командовать тобой!
– И вовсе не всё время, – ответил Драко напряжённым голосом. – Не в... в постели.
– Господи, – простонал Гарри, воскрешая в памяти все те разы, когда он отдавал команды в постели.
Отсоси мне сейчас, Драко. Нет, без зубов. Используй свои руки, сожми мою задницу. Да-а, так хорошо.
Даже когда они и не играли в доминантные игры, он продолжал отдавать приказы направо и налево.
– Я сожалею.
– О чём? Что получал выгоду? – пожал плечами Драко, хотя и продолжал стоять, вцепившись в рай ванны, как будто только это удерживало его от падения. – Я был бы полнейшим лицемером, если бы жаловался на это, особенно учитывая, сколько сам получал от процесса. Это просто я. С заклятием... мне необходимо это.
Гарри издал придушенный вскрик, казалось, что его мозг решил поиграть в чехарду с самим собой. Драко не мог такое сказать... нет, он точно не мог. Но звучало, как будто он хотел...
– Ты говоришь, ты имеешь в виду... э-э-э?
Драко повернулся достаточно, чтобы наградить его раздраженным взглядом.
– Э-э-э, Поттер? Ты планируешь продолжить карьеру общественного деятеля?
– Я не знаю, что ты хочешь! – растерянно выкрикнул Гарри. Драко просто не мог предлагать секс, даже если это и звучало так, как будто именно этого он и добивался! Хорошо хоть у Гарри хватило ума самому не предложить это.
– Нам нужно что-то ещё, – сухо заметил Драко. – Тебе следует давать мне какие-нибудь спонтанные команды, Поттер. Я не думаю, что принципиально важно, по поводу чего они будут, так как они не будут относиться к обычным делам. Предполагается, что я должен служить тебе, и те ежедневные задания... не знаю, думаю, что они спасали меня от окончательного безумства, но явно не были достаточными, чтобы остановить этот проклятый зуд!
– Зуд? – автоматически повторил Гарри. – Я никогда не видел, чтобы ты чесался.
– Конечно, нет. Я не обезьяна, Поттер!
Гарри покраснел, подумав, что иногда сам выглядел весьма похоже на это животное.
– Но ты никогда не упоминал...
– Я пытался справиться с этим самостоятельно. Сначала даже не понял, в чём была проблема, а потом предыдущей ночью, ты сказал мне приготовить тебе горький...
– Ты всё равно не спал, – защищаясь, перебил Гарри.
– Да, и я думал, что мы уже выяснили, что ты меня не заставлял ничего делать, – ответил Драко, оттолкнувшись от края ванной.
Он вышел из ванной комнаты и сел на свою кровать, не спеша проводя расчёской по волосам, пока они не стали гладкими и зачёсанными назад.
Гарри пришлось сильно напрячься, чтобы не думать о кровати.
Или о том, как волосы Драко будут струиться между его пальцев.
Или о том, что его рубашка всё ещё просвечивала...
– Зуд прекратился на какое-то время, – сказал Драко, положив расчёску обратно. – После того, как я принёс тебе напиток. Я подумал, что это просто прошло само собой. Но зуд скоро снова вернулся.
Гарри прочистил горло.
– Но... Драко, ты же знаешь, я проверял тебя время от времени при помощи чар слежения и никогда не замечал, что ты чешешься.
– Ты называешь меня лжецом? – Драко сжал зубы. – Я не могу тебе лгать, кретин!
– А кто тебя знает? – огрызнулся Гарри, хотя и сам не был уверен в смысле этой ругани. – Мы не проверяли это с тех пор, как заклятие адаптировалось.
– Замечательно, давай тогда проверим! – злобно выкрикнул Драко. – Я был рождён много лет назад в племени...
Со скоростью молнии Гарри пронёсся через комнату и зажал рукой рот Драко.
– Нет, – умоляюще сказал Гарри, наклонившись, чтобы пристально посмотреть в эти злые серые глаза. – Не договаривай фразу, Драко. Пожалуйста. Ты опять будешь мучиться от этой ужасной боли, и тогда я должен буду... должен... ты и сам знаешь, что я должен буду сделать, чтобы остановить её.
Драко слабо кивнул. Гарри подождал пару мгновений, но Драко выглядел успокоившимся, и Гарри отпустил его.
Какое-то время Драко бездумно смотрел на свои руки.
– Спасибо, – сказал он, наконец, хриплым голосом. – Хорошо, что ты остановил меня.
Гарри постарался не вздрогнуть, хотя чтение этой фразы между строк причинило сильную боль. Драко не хотел, чтобы Гарри его снова выпорол, по крайней мере, не сейчас. Разумеется, Гарри уже знал об этом. Но услышать – или почти услышать – это всё равно было больно.
– Зачем было так рисковать?
– Подозреваю, что не люблю, когда меня называют лжецом, – вздохнул Драко. – Это слабый зуд, Поттер. И мне не нужно чесаться весь день. Просто... он всегда есть, напоминает мне. Но сейчас он прекратился, понимаешь? Ты же сказал мне не заканчивать предложение.
Гарри кивнул.
– Ну, хорошо. Теперь я буду постоянно помнить, что тебе надо давать указания... скажем, каждую пару часов, когда я дома? А что делать, когда я на работе?
– Думаю, что заклятие в состоянии понять это. Раньше было так. Но когда ты дома, мне нужно служить тебе лучше, чем я это делал последнюю неделю.
Гарри улыбнулся.
– Хорошо. Раз с этим вопросом покончено, чем бы ты хотел заняться? Тебе, должно быть, нужно побыть какое-то время вне этого дома.
– Мне и здесь хорошо, – мрачно ответил Драко. – Что может изменить география? Единственное, что действительно может помочь, абсолютно не досягаемо.
Гарри понял, что депрессия Драко пока никуда не делась. Разумеется, Драко мучился без Николая, но ему могло стать легче от смены обстановки.
– Но Я хочу куда-нибудь сходить, и мне нужна компания, – поставил его в известность Гарри.
– Вызвони свою экс-девушку, – пробормотал Драко.
Гарри рассмеялся.
– Вызвони девушку, говоришь? Где ты подхватил это маггловское выражение?
Ответ был сопровождён на редкость злобным взглядом.
– А ты как думаешь? От Николая. Его мать была магглорождённой. И я говорил тебе об этом. Он мог переходить из одного мира в другой с той же лёгкость, как ты ловишь снитч.
– Ну, да. Но я думал, что она была из России...
Драко резко встал.
– На какой планете ты живёшь? В России есть телефоны! В любом случае, Николай был англичанином по материнской линии. Его отец встретился с его матерью, когда приехал сюда работать в Министерстве тайн.
Гарри мысленно добавил эту информацию в досье, которое оставил на столе у камина, и решил, что пока Драко в разговорчивом настроении, то можно попробовать выудить у него побольше информации.
– А она тоже была невыразимцем?
– Нет. Только Николай, и его отец, и дед, и вообще все те, кто имел этот сверхъестественный музыкальный талант.
Гарри недоумённо заморгал. Для него было новостью, что для работы в Отделе тайн был необходим музыкальный талант, но вместо вопросов об этом, он перевёл разговор на другую тему, также не дающую ему покоя.
– Подожди, ты хочешь сказать, вся семья Николая работала в Министерстве, несмотря на то, что они были русскими?
– Нет. Отец Николая был специально нанят работать здесь. Я думаю, что он планировал провести остаток жизни здесь, но затем Тёмный Лорд проклял его.
– Чтобы тот умер, когда и он, – проговорил Гарри, стараясь убедиться, что понял историю правильно. Это было нелегко – Драко рассказывал редко и мелкими кусочками.
– Да, а затем Тёмный Лорд встретил свой конец, гораздо раньше, чем кто-либо ожидал.
– Что? – вздрогнул Гарри. – Ох... ты об атаке Волдеморта на моих родителей, чтобы убить меня, а я... но я не убивал его, не совсем.
Драко кивнул.
– И отец Ника не умер тогда, не совсем. Но он стал очень серьёзно болеть. Нику было тогда около десяти, так что он помнил всё достаточно хорошо. Его отец... угасал, точнее не объяснишь, и целители из Святого Мунго даже не представляли, что делать. Он уже не мог больше работать, поэтому забрал свою семью в Россию, чтобы Ник мог узнать другую часть семьи, прежде чем у... умер.
То, как Драко произнёс последние слова, показало Гарри, что даже если блондин и выглядел спокойным, ему было нелегко рассказывать. Гарри почувствовал укол стыда за выпытывание нужной информации.
– Ну, всё, спасибо за объяснения...
– Я не так слаб, как ты думаешь, – перебил его Драко. – Я могу закончить эту чёртову историю. Ты явно хочешь продолжения.
Для Гарри было неожиданным узнать, что он настолько предсказуем, но он лишь взмахом руки предложил Драко продолжить. Но потом подумал, что лучше не использовать невербальные команды, если есть возможность эффективно использовать вербальные.
– Да. Расскажи мне.
Драко сел обратно на кровать и подождал, пока Гарри не займёт место рядом на стуле.
– Я сам слышал эту историю от Николая, учти это, – сказал он, нервно сглатывая. –  Его отец умер прежде, чем я встретился с Николаем.
– Разумеется, если он заболел, когда Николаю было только десять лет....
– Не всё так просто, – ответил Драко, – возвращение в Россию, казалось, исцелило его. Не полностью, но ему стало лучше, гораздо лучше. Именно поэтому Николай хотел вернуться в Россию, когда сам заболел. Он думал... он думал...
– Он думал, что это ему поможет, – мягко продолжил Гарри.
Драко вздохнул.
– Нет, он думал о другом. Тогда он уже знал, что причина того, что его отец стал чувствовать лучше, была в том, что, переехав в Россию, он стал ближе к Тёмному Лорду, который в то время находился в Албании. Чем ближе отец Ника был к тому немногому, что осталось от Тёмного Лорда, тем лучше он чувствовал. Не то, чтобы кто-нибудь понимал это в то время, ситуация прояснилась намного позже. Но всё равно... Николай действительно надеялся. А кто бы нет?
– А что случилось с отцом Николая после?
Драко лёг на спину, скрестив руки на груди. В такой позе он был очень похожим на труп, и сходство только усилилось, когда он закрыл глаза.
– А сам как думаешь? Он умер, когда Avada Kedavra Тёмного Лорда отрикошетила в него.
– И... и Николай?
– Сначала ничего особенного с ним не происходило. Он всё ещё оставался в России. Он похоронил своего отца и потом вернулся сюда работать в Министерстве в память об отце. Он был принят без проблем, так как был так же одарён в музыке. Он никогда даже и не думал, что проклятие Тёмного Лорда окажется вплетено в родовую магию, которая связывала его с отцом. У него не было никаких причин так думать, так как никогда не проявлялись те симптомы, которые были у его отца.
– Но оказалось, что он всё же был подвержен проклятию.
– Да. Оно передалось, как эхо. – Драко зажмурил глаза, тихое шипение вырвалось сквозь сжатые зубы. – Это случилось бы раньше, если бы заклятие не было изначально искажено...
– Я бы сказал, что оно было искажено...
– Я имел в виду полуживое существование Тёмного Лорда. Оно что-то изменило в магии... настолько, что мы поженились с Николаем почти за год то того, как он начал болеть. Он распознал симптомы практически сразу же... – Драко вздохнул. – Чёрт, я на самом деле так слаб, как ты и думал. Я не могу больше об этом говорить.
Гарри кивнул. Он хотел узнать про эти симптомы, а так же то, по какой причине Волдеморт проклял отца Николая этим заклятием, но он мог и пережить незнание этого сейчас. Или вообще, если Драко никогда не будет готов снова рассказать ему что-нибудь.
– Ты не слабый, – сказал он. – Тебе просто нужно немного больше времени. Давай отправимся на долгую пешую прогулку по пляжу. Это может тебе помочь нагулять аппетит... – Гарри нахмурился. – Хм, но если ты знаешь, что тебе нужно больше подчинения командам, почему ты не съел ничего на обед? Я же сказал тебе сделать это, и это помогло бы избавиться от зуда.
– Просто потому, что я не хотел есть, – Драко поднялся, прищуривая глаза. – Заклятие не делает меня бездумной марионеткой, Поттер. Оно просто демонстрирует последствия, когда я пытаюсь идти против. А, кроме того, оно знает, что ты не отдаёшь строгих приказов, и поэтому не воспринимает их всерьёз. – Драко демонстративно окинул взглядом свою комнату. – Если мы собираемся на пляж, я бы хотел переодеться во что-нибудь более подходящее. Поэтому если ты не возражаешь...
И он очень выразительно посмотрел на дверь.
Гарри тут же покраснел, хотя у него и не было никакого намерения разглядывать раздетого Драко. Может потому, что он чувствовал себя виноватым из-за того, что однажды уже делал это сегодня.
– Конечно. Жду тебя внизу.
– То есть не на крыше? Замечательно.
Гарри поспешил ретироваться, пока Драко не успел продолжить свои язвительные комментарии. Это было... настолько по-Малфоевски, подумал Гарри.
Но сейчас это беспокоило его гораздо меньше, поскольку перестало быть настолько низко, как раньше: никаких намёков на гаррину "магглорождённую" мать. Нет, сегодняшний Драко не будет так себя вести. Он не сделает ничего, что может оскорбить даже косвенно Николая. Но ещё и потому... что они делали успехи в отношениях, медленно и невероятно болезненно, но продвигались. Они ещё не были друзьями, и, скорее всего, никогда уже не будут любовниками, но, по крайней мере, сейчас Драко уже мог прийти к Гарри и рассказать о своих нуждах, вызванных заклятием.
Это, по крайней мере, хоть как-то воодушевляло.
***
Поздно вечером Гарри подождал, пока Драко не пошёл спать, прежде чем открыть досье на Николая и начать дополнять сведения.
Последовательно, как его и учили, он начал анализировать его разговор с Драко и записывать все детали, которые только мог выудить.
Трижды Гарри прокрутил их диалог в голове. Он собирался просмотреть их разговор ещё раз, используя думосбор в своём офисе, но пока именно эти записи помогали ему ощутить хоть какой-то прогресс.
Закончив с этим, он заставил себя проанализировать остаток дня на случай, если Драко упомянул что-нибудь интересное.
Гуляли по пляжу. Разговаривали про чаек, кричавших вдали. Потом были рыба и креветки, Драко съел лишь чуть больше, чем обычно. Гарри старался не озвучивать этот факт. Разговор про квиддич...
Тогда Драко упомянул, что часто летал с Николаем.
Гарри добавил и эту деталь на пергамент, стараясь выудить из памяти любую мелочь.
Любил летать. Играл в русский аналог квиддича, когда учился в школе. Гордился своей метлой...
Неожиданная мысль пронзила Гарри не хуже электрического тока. Его метла, метла Николая! Она должна всё ещё быть в Вороньем Утёсе.
Хотя, может, и нет, особенно если учитывать возможность,  что Драко Малфой мог иметь четыре собственные метлы, но одна из них могла, могла принадлежать Николаю.
А сколько раз Гарри слышал, что Драко упоминал о желании иметь хоть что-то из вещей Николая?
Гарри аж подпрыгнул от такой мысли, едва сдержавшись от того, чтобы не взлететь вверх по лестнице и не рассказать об этом Драко, но чувство осторожности удержало его от этого шага. А что, если он ошибается, и даст Драко ложную надежду? Не факт, что Драко сможет выдержать ещё оно разочарование.
Гарри предпочёл бы выдержать сотню Круцио, нежели разочаровать Драко снова.
Итак, решено. Он отправится в Вороний Утёс один и проверит при помощи своих аврорских навыков, кто является владельцем тех мётел. И если одна из них принадлежит Николаю, он принесёт её Драко.
Гарри снова наложил заклятие невидимости на пергаменты и сунул папку в ящик стола. Одно быстрое вращение для аппарации, и он оказался в доме, который Драко делил со своим мужем.
Сейчас, когда Гарри знал об этом, знал о них, ему было гораздо труднее находиться в доме. Он как будто чувствовал призраков в каждом углу, призраков гораздо более счастливого времени для Драко.
Мётлы были на том же месте, что и в последний раз, убранные в маленький чулан, но ни одна не высветила имя владельца, когда Гарри сотворил опознающее заклятие. Но это было неважным: одна из мётел имела надпись на рукоятке, сделанную по-русски. Такие тонкие буквы, что Гарри и не заметил их раньше, очевидно, это было название компании, вырезанное едва ощутимо, чтобы поток воздуха не мог изменить полёт метлы.
Эта метла должна была принадлежать Николаю, подумал Гарри, и не только русские буквы убедили его в этом. А также то, что именно эту метлу выбрал Драко, когда согласился полетать с Гарри.
Драко даже на подсознательном уровне старался быть ближе к Николаю.
Гарри неожиданно понял, что Драко вёл так себя всё время. Когда с самого начала действия Рес Меа Эс блондин прижимался к Гарри, когда пытался поцеловать его, пытался совратить его... он всё время хотел Николая.
Гарри постарался отодвинуть эту мысль подальше и подхватил метлу. Дать Драко почувствовать себя лучше, пусть даже на чуть-чуть... сейчас только это было важным.
Ещё один виток, чтобы оказаться дома, метла в сохранности зажата в руке.
Гарри в одно мгновение взлетел по лестнице, но, когда очутился перед дверью Драко, понял, что понятия не имеет, как начать разговор. "У меня кое-что для тебя есть..." или "Драко, помнишь, однажды ты сказал, что хотел бы иметь что-то из вещей своего мужа?"
Глубоко вздохнув, Гарри постучался.
Драко потребовалась пара секунд, чтобы открыть дверь. Он был одет в тёмно-синюю шёлковую пижаму, верх не был застёгнут, штаны висели низко на бёдрах, взлохмаченные волосы – всё это придавало ему настолько соблазнительный вид, что Гарри едва смог это вынести.
– Я могу сделать что-нибудь для тебя, Поттер? – Но как только вопрос был задан, глаза Драко стали огромными, отражая сумеречный свет коридора, его взгляд заскользил вверх и вниз по метле. – Это... это?..
Драко покачнулся, и только вцепившись в косяк, устоял на ногах.
– Да, это она, – сказал Гарри, протягивая Драко метлу. – Я подумал, что ты захочешь, чтобы она была здесь, рядом с тобой.
Драко схватил в метлу, как ребёнок – сладости, и прижал её к своей груди, обвив обеими руками. Глаза Гарри наполнились слезами от этой картины.
Решив, что лучше всего оставить блондина одного, Гарри повернулся, чтобы преодолеть короткое расстояние до собственной спальни. Но он успел сделать лишь шаг, прежде чем голос Драко нагнал его.
– Поттер.
– Да? – повернулся Гарри.
– Спасибо тебе, – сказал Драко, протянув руку, чтобы сжать пальцы Гарри. – Спасибо тебе. Просто, понимаешь... Я не знаю, как сказать, как благодарен. Я просто...
Его пальцы скользнули по гарриным. Прикосновение было настолько мимолётным, что тот едва смог его почувствовать. Но заметил. Это был первый раз, когда Драко добровольно дотронулся до него, с тех пор как к нему вернулась память.
Гарри улыбнулся.
– Тебе не нужно что-либо говорить. Всё в порядке.
Драко отдёрнул руку и ещё крепче прижал метлу.
– Это замечательно. Ты замечательный. Спасибо тебе... Гарри.

51 глава          

    На следующее утро Гарри встал рано. Он хотел сделать для Драко что-нибудь приятное, например, приготовить завтрак. Может быть, блинчики? Они довольно изысканны, к тому же их рецепт был в поваренной книге французской кухни...
Однако это могло и не прокатить. Драко мог отказаться есть то, что приготовил Гарри. Даже блинчики.
Он всё ещё был в поисках решения возникшей проблемы, когда Драко спустился на кухню, одетый в серые брюки и серую же рубашку. Он был без мантии, впервые.  С тех пор, как к нему вернулась память, он упорно носил мантии, когда бы Гарри ни был дома.
Казалось, что ему необходимы были такие своеобразные доспехи.
В любом случае, хорошо было уже то, что Драко больше не чувствовал необходимости в них. Гарри решил, – не смотря на то, что он знал, – что он придаёт слишком много значения такой мелочи.
Драко остановился у обеденного стола, где Гарри до сих пор пролистывал поваренную книгу.
– Тебе хотелось бы чего-то особенного, Поттер?
Поттер. Гарри, вздохнув, захлопнул книгу.
– Снова возвращаемся к этому? 
– К чему? Обычно твой завтрак готовлю я.
Что ж, это всё проясняет. Гарри действительно обращает слишком много внимания на мелочи, если Драко даже не понял, что он хотел сказать.
– Прошлой ночью я был "Гарри".
– Ох. – Драко плюхнулся на стул, слегка натянуто пожимая плечами.
– Хочешь сказать, ты нечаянно?
– Что нечаянно?
– Нечаянно, сам того не желая, назвал меня по имени.
– Да нет...
– Отлично, тогда не "поттеркай" мне. Я же не называю тебя Малфоем, правда?
Драко криво ухмыльнулся.
– Нет, однако, справедливо будет заметить, что ты просто наслаждаешься, говоря "Драко", с тех самых пор, как решил меня так называть.
– А тебе говорить "Гарри" неприятно, ты это хочешь сказать?
– Нет, я имею ввиду, что удивительно, оглядываясь на наше с тобой богатое прошлое, что ты не называешь меня ублюдком.
На мгновение Гарри замер, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. Однако, он всё же вырвался.
Улыбка Драко стала шире, как будто он был рад тому, что может заставить Гарри смеяться.
– Только не говори, что это ни разу не приходило тебе в голову. Пожалуйста, не будь настолько идеальным, хоть раз, но ты ведь задумывался над этим.
Правда была в том, что таки не задумывался, однако Гарри не хотел этого говорить, не хотел разрушать этот момент согласия.
– Ну, возможно я и подумывал об этом, – признался он. – Однако там были твои родители, а они и так уже были достаточно расстроены.
– Ах да, мои родители, – голос Драко стал задумчивым. – Они пригласили нас на ужин, снова.
– В следующую среду?
– В прошедшую среду.
Гарри моргнул.
– Я...  ох, я думал, ты не можешь писать им без моего разрешения.
– Я и не могу. Я даже не пробовал, – Драко с напускной небрежностью снова пожал плечами.
– Ты что, просто забил и не пришёл?
– Нет, конечно. Не то что бы я обещал навестить их как только, так сразу. Я просто их проигнорировал.
Гарри подумал, что, по-своему, это так же ужасно.
– Но... Драко, это же твои мама и папа.
Драко неожиданно ослепительно улыбнулся.
– Знаешь, у тебя есть поразительное умение подмечать очевидное. Я, правда, впечатлен. Не припомню, чтобы когда-нибудь слышал что-то столь же несомненное.
– Ох, иди в задницу, – сказал Гарри, однако без особой злости. Он уже свыкся с подколками Драко. – Ты знаешь, что я имею в виду. Не важно, насколько ты зол, нельзя просто выкидывать родителей из своей жизни, как какой-то мусор.
– О, они не мусор, – мягко сказал Драко, однако в его голосе слышалась боль. – Они просто расисты, которые заставили меня ненавидеть практически весь мир, и, благодаря им, я был невыносимо жесток к своему мужу, даже зная, что он умирает.
– Я знаю, – сказал Гарри, желая покрепче обнять Драко. – Но семья, Драко... это действительно важно. Ты пожалеешь, если просто оборвешь с ними все связи. Я это точно знаю.
Драко тихо вздохнул.
– В тебе говорит маленький мальчик, Гарри. Маленький мальчик, родителей которого забрали и не смогли заменить. У тебя комплекс по поводу семьи, но, поверь мне, не все чувствуют то же самое.
– Но твои родители действительно тебя любят...
– Ха, – оскалился Драко.
– Но...
– Не лезь в мои отношения с родителями! – внезапно крикнул Драко.
Гарри проглотил все пришедшие на ум возражения.
– Ладно, – сказал он, стараясь говорить тихо и спокойно. Он мог вернуться к этому вопросу позже, если всё зайдет слишком далеко. – Ну, так... вчера тебе спалось лучше?
– Да, спасибо, – натянуто произнес Драко. Напряжение в его голосе начало спадать. – Намного лучше. Даже зная, что я до сих пор... Я не знаю, в принципе, это не должно так сильно влиять, но всё же влияет.
Гарри кивнул. Он всегда хотел иметь что-то, что напоминало бы ему о родителях. Когда ему подарили Мантию-невидимку на то первое рождество в Хогвартсе... это был лучший подарок, и совсем не потому, что от Дурслей он получал только талончики на автобус. Обладать чем-то, оставшимся от любимого человека... да, Гарри понимал. Однако он этого не сказал. Ему не хотелось бы снова затрагивать тему родителей.
– Я очень постараюсь называть тебя "Гарри", – закончил разговор Драко, поднимаясь. – Однако... я не понимаю, отчего это тебя так беспокоит. Эээ... так почему?
Ой-ой. Опасное направление. "Потому, что мы были любовниками и я не против снова ими стать" – так отвечать было нельзя. "Потому, что я люблю тебя" – так было бы ещё хуже.
– "Поттер" напоминает мне о времени в Хогвартсе, о нашем весьма насыщенном прошлом, когда мы были врагами. Ну а теперь ведь... мы не враги, так?
– Так, – медленно проговорил Драко. – Мы не можем ими быть. И я бы не хотел ими быть. Но если я называю тебя Поттером, то это не значит, что я возвращаюсь к тем временам, Гарри. Это просто привычка. Ясно?
– Ясно, – улыбнулся Гарри.
– Ты никогда не говорил мне, чего бы ты хотел на завтрак.
– О, давай позавтракаем где-нибудь, – внезапно решил Гарри. – Если только...
– Если только я не откажусь есть? – Драко одним быстрым движением палочки убрал книгу обратно на полку. – На самом деле, я немного проголодался. В любом случае, у тебя сегодня есть время?
– Время? – Гарри нахмурился. – Я не дежурю в эти выходные.
– Выходные? О, Мерлин, – Драко поёжился, опуская палочку в карман брюк. – Я потерял счёт дням. Я думал, сегодня пятница.
– Сегодня суббота, не волнуйся об этом. Такое случается, когда много всего наваливается сразу. После войны... да уж, из-за всего происходящего, были недели, когда я не знал какой сегодня месяц, не говоря уж о дне.
– Ты так добр, – покачал головой Драко. – Встреть я тебя в те дни – насмехался бы беспощадно.
– Я бы обкололся о твои остроты, без сомнения, – произнёс Гарри с непроницаемым выражением лица.
Драко уставился на него, будто не в силах поверить услышанному. Затем усмехнулся.
– Ты только что пошутил о нашем прошлом, Поттер? Так, Гарри?
– О нашем насыщенном прошлом, если помнишь. Можно сказать, даже ярком. Техниколор! – Гарри резко остановился. – О, это относится ко всяким маггловским штучкам...
– Я смотрел пару фильмов, – перебил его Драко.
– Правда? И как тебе, понравилось?
– Не так сильно, как Нику... – Драко сглотнул, смотря в сторону. Казалось, ему необходима пара мгновений, чтобы взять себя в руки. – Но некоторые из них бывают весьма занимательными.
– Эм... может, найдем какой-нибудь утренний показ, после завтрака. Но если ты не хочешь...
Драко положил руки на стол и уставился на них.
– Из-за Николая?
– Ну, может, у тебя просто нет настроения.
– Не начинай лгать мне прямо в лицо. Ты имел ввиду именно это. Я знаю.
– Ну, хорошо, да. Именно это. Я не хочу причинить тебе боль.
– Я знаю. – Драко, казалось, заставлял себя улыбаться сквозь слёзы. – Но ты был прав, по-своему. Уже прошли многие месяцы с тех пор... как он покинул меня. Сначала кажется, что это не так. Кажется, что времени, которое я провел как твой раб, и не было вовсе, хотя я и могу вспомнить каждый момент. Но время не останавливается.
Гарри кивнул.
– А сейчас как?
Драко сплел пальцы и поднял руки.
– А вот так. Снова единое целое. Я могу поверить в то, что прошли месяцы, даже если и потерял счёт дням на этой неделе. – Он безрадостно хохотнул. – Однако я не всегда могу чувствовать, что прошло несколько месяцев. Иногда мне кажется, что всё было вчера. Хочешь маленькое предсказание? Не сегодня – завтра я снова стану абсолютным психом.
Опять эта чертовщина, он снова будет держать меня на расстоянии, подумал Гарри. Потянувшись через стол, он взял Драко за руку и переплел его пальцы со своими.
– Ты не сходишь с ума, Драко. Я это точно знаю. Прошли годы с тех пор, как умер мой крестный, но мне порой до сих пор кажется, что я видел его ещё вчера. А у меня ведь никогда не было амнезии, смешивающей в голове все времена.
– А также у тебя нет чувства вины, которое сводило бы тебя с ума.
– О, неужели? – Гарри сжал пальцы Драко. – Твой отец никогда не рассказывал тебе всё полностью? Я собирался спасти Сириуса, но он-то как раз в опасности не был; мне только казалось. Грёбаные ложные видения. А потом показался твой отец, и в опасности был уже я, и Сириус пришёл, чтобы спасти меня, и его прокляла Беллатриса Лестрандж.
Драко сделал неопределённый жест рукой.
– Я слышал об этом немного, и о Завесе. Моя тетушка без конца хихикала. Я тебя не понимаю, Гарри! Как ты вообще можешь выносить хоть кого-то из моей семьи? Как ты можешь выносить меня?
– Ну, ты ведь не убивал Сириуса...
– Я совершал много других ужасных вещей! Я... А ты сидишь тут и травишь шутки о моих ужасных остротах! Я совершенно тебя не понимаю!
Гарри думал, барабаня пальцами по столу.
– Думаю, тебя не особо удаётся забывать и начинать всё с чистого листа.
– А с чего бы тебе этого хотеть? Вот чего я не понимаю.
Гарри, наоборот, абсолютно точно знал, почему он этого хочет, но, не желая давить на Драко своей любовью, вслух произнести этого не мог. Ему нужно было быстро придумать что-то ещё, его пальцы выстукивали простенький ритм, пока он пристально смотрел на Драко.
– Смотри, – сказал он, наконец, – думаю тебе настолько тяжело поверить в то, что я тебя простил в основном потому, что ты сам себя простить не можешь.  Возможно, из-за Николая. Многое из того, что ты тогда думал, говорил и делал, было несовместимо с его существованием, так?
Драко не ответил. Впрочем, они оба знали ответ.
– Он знал об этом? – Мягко спросил Гарри. – Знал?
Драко пробубнил что-то себе под нос, но кивнул, коротко и резко. И Гарри был рад это слышать, иначе его аргументация рассыпалась бы в прах.
– И он простил тебе, так? Всё простил. Он должен был, а иначе как бы он мог тебя любить так сильно? Всё закончилось, Драко. Всё в прошлом. Годы прошли с тех пор. Тебе нужно это отпустить.
– Ты имеешь в виду, отпустить его.
– Нет, я не это имел в виду. – Гарри прочистил горло. – Смотри, он часть тебя. Ты никогда не сможешь полностью его отпустить. Но я думаю, тебе необходимо продолжать жить свою жизнь дальше. Может, это и клише, но это правда... он бы хотел, чтобы так и было.
– О, откуда ты знаешь? Ты никогда не был на его месте...
Гарри чуть не вздрогнул, потому как, собственно говоря, все-таки был...
– Я помню, что ты говорил мне, – ровно ответил он. – О том, что он сказал, что, однажды, ты найдёшь кого-то ещё. Это... настоящая любовь, Драко. Благородная любовь. И если он мог с таким благородством отнестись к чему-то подобному, я действительно не думаю, что он бы был против твоего похода в кино.
– Ну, в этом он был, черт возьми, не прав. Я не найду никого другого!
– Ладно, возможно это и так, – сказал Гарри, до боли впиваясь ногтями в ладонь, но не теряя спокойного выражения лица. – Смотри, я знаю, что тебе некомфортно и горько сейчас. Я просто хочу сделать всё немного более сносным. Если могу.
Драко чуть ли не зарычал. Безо всякого предупреждения он начал расстёгивать и закатывать манжеты, чтобы показать метки на запястье.
– Снова назад к этому? Это я должен заботиться от том, чтобы сделать жизнь лучше. Твою жизнь. Но посмотри, ты делаешь это для меня! Даёшь мне метлу, выгуливаешь. – Драко посмотрел на Гарри. – Что с тобой? Ты что, чувствуешь ответственность, так, что ли? Или просто не можешь выйти из образа героя?
– Потому что мы друзья, идиот.
Драко внезапно уронил голову на стол и начал стукаться о него лбом.
– Прекрати это! – испуганно ахнул Гарри. Неужели так ужасно быть друзьями? Или... это было то состояние, что и у домашних эльфов, в которое он впадал вначале. Причинять себе боль только оттого, что не можешь исполнить то, чего требует заклятие? – Прекрати! – повторил Гарри уже более резко.
Драко сел ровно, отчетливые красные пятна портили его белый лоб.
– Что это было?
– Просто пытался вбить в себя каплю здравого смысла. – Драко буквально источал горе, его лицо застыло, будто он пытался вернуть себе контроль над эмоциями. – Я знаю, что не должно быть настолько тяжело убедить себя пойти и посмотреть это чертово грёбанное кино!
Гарри взял на заметку, что и в обучении Драко маггловским  ругательствам Николай преуспел так же, как и в остальном.
– Может просто ещё слишком рано.
– О, да хрен с ним, – сжал зубы Драко. – Плевать, если это меня убьёт. Мы идём. Знаешь, можешь не говорить мне, что прятать голову в песок – не лучшее решение, даже если так я чувствую себя безопаснее. Я это всё прекрасно знаю. Я выехал из поместья после окончания срока домашнего ареста, не так ли?
– Выехал, – спокойно сказал Гарри. – Комедия, говоришь? Их, обычно, хватает.
– Кто говорил о комедиях?  Я их не понимаю. Не достаточно смысла, как мне кажется, – он ухмыльнулся Гарри, но вышла у него абсолютно неестественная гримаса. – Давай посмотрим ужастик.
– Ты уверен? – спросил Гарри, стараясь скрыть дрожь.
– Ага. Маггловские ужастики, вот что увлекательно.
– Убийцы, бегающие с электропилой, тебе кажутся интересными?
– Конечно. Маггловские идеи о страшных вещах просто цветочки по сравнению с реальностью. – Драко понизил голос. – Гарри... ты и я? Мы были прямо в центре самого настоящего ужастика. Ну, ты – только иногда. А в моём доме он жил.
В таком свете Гарри об этом ещё не думал, однако, вероятно, Драко был прав.
– Фильмы тебе об этом не напоминают, так?
– Каким образом? Даже сравнивать нельзя.
Вообще-то Гарри бал равнодушен к ужастикам, и это был, несомненно, странный способ вытащить кое-кого из депрессии, однако, если Драко хотел посмотреть ужастик, то он не собирался забраковывать эту идею.
– Хорошо, сходим сегодня на ужастик, – сказал он, пытаясь найти в этой идее свои плюсы. Возможно, Драко испугается чего-то и схватит Гарри за руку.
Да, правильно.


Гарри обнаружил, что Драко действительно находит ужастики смешными. В то время как остальные зрители сидели в напряжённом ожидании, он посмеивался себе под нос. Когда случалось то, что заставляло всех вскрикнуть, он хмыкал. Когда же кровь на экране текла не ручьями, но реками, он смеялся во весь голос. 
После этого он был в самом наилучшем настроении, в котором только видел его Гарри за всю неделю. Он потащил Гарри через Лейсестер-сквер в небольшую закусочную, в которой подавали вафли, утверждая, что умирает с голоду.
Это было хорошим знаком, пускай Гарри и не разделял его желание. Его желудок был слегка неспокоен после того кровавого месива, которое он только что видел, однако Драко оно, по-видимому, никоим образом не мешало. Буквально через пять минут после того, как Гарри сказал ему есть, он умял всё, что было на тарелке, умудряясь при этом выглядеть идеально изысканно. Всё, что смог съесть Гарри – пара шариков фалафеля*. После это он только немножко поковырялся в салате.
– Не голоден?
– Просто всё ещё думаю о последней сцене в старом доме.
– О, это было абсолютно нелепо. Нет, ну, правда. Люди в жизни не войдут в проклятый дом впятером, а затем решат разделиться, чтобы демоны могли просто собрать их поодиночке.
– Ну, это было довольно тупо, согласен.
Драко увлечённо кивнул.
– И настоящие люди не вмещают в себе по сотне галлонов крови каждый, не говоря уже о том, что кишечник не может тянуться сотню метров. Кроме того, я действительно сомневаюсь, что можно задушить кого-то кишечником. Он слишком скользкий, да и просто порвался бы в руках...
– Мы не могли бы не говорить об этом во время еды? – попросил Гарри, хватаясь за стакан с водой.
– Хмммм. Ты не фанат ужастиков?
– Я их терпеть не могу, – прохрипел Гарри между глотками.
– Почему же ты не сказал, – округлил глаза Драко. – Если бы заклятие не было столько хорошо адаптировано, у меня бы уже были серьёзные проблемы со здоровьем, означавшие, что, по сути, я заставил тебя страдать. А я этого делать не собираюсь, Поттер.
– "Гарри".
– "Поттер" – когда я расстроен, я буду называть тебя так, и тебе придётся немного потерпеть.
– Ладно, – коротко ответил Гарри. Не доставая из рукава палочку, он взмахнул ею, произнося заклятие приватности. – Однако не мог бы ты говорить о заклинаниях потише. Я не хотел бы объяснять Обливиэйторам, почему Глава Авроров не может придерживаться Статуса Секретности.
– Хорошая смена темы. И что бы Глава Аврората стал делать, если бы у меня прямо здесь, посреди маггловского кафе, начался припадок? Отшлепал бы меня?
– Вопрос спорный, не так ли? Заклинание адаптировалось, так не всё ли в порядке?
– Ничего не в порядке, – прошипел Драко, наклоняясь через стол. В итоге его лицо оказалось на расстоянии вытянутой руки от Гарри. – Послушай, ты можешь просто...
– Что, быть твоим другом? – пожал плечами Гарри. – Послушай, в следующий раз мы просто пойдем и посмотрим то, что мне нравится. И ты, возможно, будешь страдать от того, что не знаешь, что такое микроволновка.
– Я знаю, что такое микроволновка. Отвратительный способ готовить еду, если тебе интересно мое мнение. – Драко сел обратно на свой стул. – Я, в любом случае, не понимаю, почему ты хочешь быть моим другом. Ты всё простил, ну и что? На данный момент я твой раб.
Гарри был несказанно рад, что обезопасил их разговор заклинанием. Несмотря на то, что на них никто из посетителей подозрительно не оглядывался, он всё же перестраховался и взмахнул палочкой ещё раз.
– Ты порядочный человек, и это, я думаю, заставляет тебя быть мягким со мной, – начал Драко. – Но тебе не кажется, что смотреть кино, которое тебе откровенно отвратительно, лишь для того, чтобы меня развлечь, – это немного слишком?
– Ты живёшь в моём доме, – подчеркнул Гарри. – И я этому рад, веришь ты мне или нет. Поэтому мы идём на компромиссы и уступаем друг другу. Невелика беда.
– Ну, нам нужен компромисс получше. – Драко скрестил руки на груди и нахмурился. – Я могу ходить на ужастики и без тебя.
– Нет, не можешь, – осторожно напомнил Гарри. – Ты не можешь покидать дом без моего сопровождения.
– Я могу выдерживать некоторую дистанцию, теперь, – признался Драко. – Не знаю, сколько именно, однако недавно я прошёл через задние ворота в саду. И прошёл... не знаю... по крайней мере, несколько  метров.
Гарри поднял бровь.
– Я думал, мы не проверяли этого с тех пор, как заклинание адаптировалось. Я рад, что ты снова стал собой.
– А у меня есть выбор? – пожал плечами Драко.
Это было правдой. Даже с теми ограничениями, что были раньше, раб Рэс Меа Эс не имел ни малейшего шанса сбежать по-настоящему, пока еда и питье могли приниматься им только по команде хозяина.
– Я не знаю, могу ли аппарировать или использовать летучий порох. Наверное, могу, если не пытаюсь попасть в поместье. Даже пешком я, пожалуй, не смогу туда добраться, так как это заклятие, похоже, собирается не дать мне забыть, кто мой владелец. Дурное заклятие. Я уже давно выбрался из-под родительского каблука.
Гарри кивнул.
– Думаю, оно не может знать всего. Что, предполагаю, не лишено смысла. Ты сейчас как раз в обычном возрасте для, э... заявления прав.
– Не лишено смысла? – усмехнулся Драко. – Если бы это заклинание когда-то не впало в спящее состояние, мой собственный отец был бы рабом и не имел почти ничего общего со мной. Твой отец растил бы меня.
– Н-да, и я думаю, что в таком случае, заклятие запрещало бы тебе контакты с Джеймсом Поттером без моего разрешения. И, таким образом, ты бы понял, ну, понимаешь, что теперь мои приказы являются первоочередными. Но Джеймса нет, и заклятие переключилось на ближайшего – на мужчину, который тебя вырастил.
– О. – Драко поднял тарелку и вопросительно взмахнул рукой. – Ты не против?
– Пожалуйста, – Гарри поменялся с ним тарелками и теперь смотрел, как Драко ест фалафель*, который оставил Гарри. В этом было что-то интимное, подумалось ему. Делить пищу...
– Знаешь, всё, что ты говоришь, звучит довольно патриархально. Всё об отце, всё, что связано  с магией. Мать не играет вообще никакой роли.
– Так повелось, что матери в этом деле не было место. Только не в жизни...
– Не в жизни раба, – спокойно закончил Драко, но его взгляд серебристых глаз был очень мрачным. – Я почти вижу, как это было, поколение за поколением... ты собираешься продолжить?
– Что, заклятие? – вздохнул Гарри. – Драко, я пытаюсь найти способ освободить тебя.
– Значит, ты не собираешься заставлять меня производить сына от какой-то произвольной женщины.
– Нет, конечно, – произнес Гарри, отпив немного воды.
– Но тогда у твоего наследника не будет собственного раба.
Боже, это был просто отвратительный разговор. Гарри не понимал, отчего Драко хотелось обсуждать именно этот вопрос, если только это не магия заставляла его таким, только ей понятным, образом служить Гарри.
Или же он просто действительно не доверял порядочности Гарри. Драко Малфой понимал порядочность совершенно не так, как Гарри Поттер.
– Я не хочу, чтобы у моих детей был собственный раб, – процедил Гарри. – Ты что, совсем меня не знаешь? Как ты только можешь...
Драко прикрыл глаза.
– Я просто хотел быть уверенным, Гарри. Там, откуда я родом, эльфы передаются от поколения к поколению. Это абсолютно нормально. И... и... я не думал, что ты попросишь об этом, но, если бы была хоть какая-то вероятность, я хотел приготовиться к... к акту, это всё.
– К акту?
Вдруг Драко широко распахнул глаза, блестящие насмешкой.
– К зачатию, ты, имбецил!
Внезапно, вода, которую выпил Гарри, стала у него в горле. На секунду он подумал, что его сейчас стошнит.
– Нет, ты правда меня за монстра принимаешь, да? Ты думаешь, что после того, как я узнал, насколько ты любил Николая, и как ты чувствуешь себя поле того, как потерял его, я просто подсуну тебе какую-то женщину и заставлю заниматься с ней сексом?
– Ну, я не думал, что ты сделаешь это завтра, – тяжело произнёс Драко. – Это бы не имело смысла до тех пор, пока у тебя не было бы собственного ребёнка. Но это большое облегчение – узнать, что ты вообще не намерен этого делать.
– Ты должен был знать, что я этого не сделаю!
– Наверное, – согласился Драко. – Но я должен был спросить.
– Почему?  
– Потому что не имеет значения, сколько времени ты дал бы мне на... восстановление, – Драко слабо улыбнулся. – Я не нахожу женщин привлекательными, всё, конец истории. Не думаю, что был бы способен с одной из них...
О... ну, после этого заявления вся злость Гарри просто испарилась. Не то чтобы у него ещё оставались вопросы к ориентации Драко.
– Можешь не беспокоиться, – сказал он, желая только дотянуться через стол и взять руку Драко, как делал это ранее. Всё-таки они были не у себя дома. Они были среди людей, среди магглов, а такие отношения тут не всегда были приемлемы. Это был не мир волшебников, где людей дискриминировали по чистоте крови.
Чёрт, даже Люциус и Нарцисса Малфои, – наименее толерантные люди, которых он когда-либо знал, – не были особо озабочены фактом того, что их сын будет спать с мужчиной. Если бы они знали о Николае, их возражения касались бы чистоты его крови, а не пола.
Однако Гарри был уверен, что от Драко всё равно ожидали бы ребёнка, как продолжателя рода. Возможно, это ещё одна причина, по которой он никогда не рассказывал родителям о муже. Он знал, что это повлечёт за собой разговоры о необходимости спать с особой женского пола хотя бы до тех пор, пока она не забеременеет, а Драко и правда не мог перенести даже мысли о сексе с женщиной. Не удивительно, что он держал свое замужество в секрете.
Волна сочувствия поднялась в Гарри, когда он подумал об этом. Да, Драко сделал неверный вывод, однако причины тому были не настолько эгоистичны и ужасны, какими он хотел их выставить.
– Итак, вернёмся к тому, о чём я хотел сказать до того, как мы отошли от темы, – сказал Драко. – Это заклятие некоторым образом фокусируется на отце, а не на матери... И меня интересует, смог бы я писать письма домой, адресуя их своей матери.
– Э... возможно, нет, пока она живет с ним и он, скорее всего, увидит письма.
– Я думаю, что смог бы увидеться с нею где-нибудь, если бы захотел. Хотя я не хочу, – быстро добавил он, – это просто мысли вслух.
Было ясно, что он всё-таки хотел.
– Но отец может идти на хер и сдохнуть, мне всё равно, – объявил Драко, растягивая слова так, словно смаковал каждое.
– Ну, нам следует проверить, можешь ли ты аппарировать и использовать порох...
Драко поднял руку.
– Я не хочу её видеть. И, в любом случае, никуда не хочу идти, и никуда не обязан идти без...
– Однако ты не хочешь просто узнать?..
– Меня не волнует, смогу ли я шататься по городу из прихоти.
Гарри мягко улыбнулся.
– Конечно, тебя это волнует. Ты пытался есть в первое же утро, когда к тебе вернулась память. Ты хотел понять, сможешь ли. И вышел на улицу по той же причине.
– Вообще-то я вышел на улицу в поисках жимолости. В твоём саду она слишком тонкая, а я хотел найти хорошие стебли. Для зелья от кашля.
– Ты болел?
– Нет, – тихо сказал Драко. – Я пополняю твой запас необходимых зелий. Это то, что я, вроде бы, могу сделать... чем прислужить.
Гарри почти что сказал ему делать это только тогда, когда он сам этого хочет, но это было бы неправильно, не так ли? Драко было необходимо, чтобы ему говорили, что делать. Разные действия.
– Да, я хочу, чтобы ты это делал, – в итоге сказал он. – И... э, передай соль.
Когда он это произнёс, Драко кинул на него непонимающий взгляд, а затем усмехнулся себе под нос, видя, как Гарри начал солить пустую тарелку.
– Не думаю, что это сработает. Заклятие знает, если ты говоришь мне делать то, что на самом деле тебе совершенно не нужно.
– Зуд сейчас есть?
Драко помотал головой.
– Я просто устал. Гарри... я бы хотел пойти домой.
Другие причины Гарри были не нужны. Они могли бы проехать по Лондону на метро, но Драко почему-то внезапно стал выглядеть так, будто сейчас сломается, и Гарри решил не ждать следующего поезда. Произнеся заклинание отвода глаз, он обнял Драко и аппарировал.


*Фал?фель (фаляфель) – арабское блюдо, представляющее собой жаренные во фритюре шарики из измельчённого нута (или бобов), иногда с добавлением фасоли, приправленные пряностями.

Глава 52

бета - Pandora_Lee

Как только они попали домой, Драко сразу передёрнул плечами, сбрасывая руки Гарри, и объявил, что он пошёл спать. Хотя был только ранний вечер, он проспал всю ночь напролёт до самого утра.

Гарри знал, что он именно спал, а не предавался депрессии, так как периодически использовал следящие чары, проверяя, как Драко себя чувствует.

Дальнейшие дни, все как один, были похожи на прошедшее воскресенье.

Драко ел без пререканий, и, в основном, казалось, что он более менее пришёл в себя, но время от времени он то взрывался гневом, то погружался в пучины депрессии. Гарри старался как можно тщательнее отслеживать то, что говорит, чтобы не провоцировать Драко, но это приводило к очередным вспышкам раздражения со стороны блондина и заявлениям, что он не настолько хрупкий, и что Гарри может говорить спокойно то, что он думает на самом деле.

И, тем не менее, брюнет продолжал хорошенько фильтровать свою речь.

Когда Гарри был на работе, он всё равно продолжал следить за Драко. Конечно, он делал это намного реже... но уже не мог остановиться, насколько неправильным ему бы это не казалось. Хотя с тех пор, как он убедился, что мысль о самоубийстве не посещает Драко, оправданий для слежки так и не находилось...

Но он продолжал следить, убеждая себя, что вовсе не стремится увидеть того раздетым ещё раз...

Неимоверных усилий стоило ему вытащить Драко из дома и заставить снова жить. Пару раз они сходили вместе в кино, потом прошлись за продуктами вместо того, чтобы заказать их на дом. Они прошерстили огромное количество книжных полок как в маггловских, так и в магических магазинах.

В одном из них они наткнулись на репортёршу, но Драко быстро избавился от неё, приперев к стенке и культурно объяснив, что рейтинг её газеты упадет так же стремительно, как сломанная метла, если Гарри Поттер пожалуется на вторжение в его личную жизнь.

– У него есть право на личную жизнь, – услышал Поттер обрывок сказанной фразы. – Он более всех это заслужил тем, что сделал для меня, для вас и для всей долбанной страны! И одна из сторон этой жизни – просто прийти в книжный магазин, и чтобы никакие репортёры не дышали ему в затылок! Поэтому держитесь от него подальше!

– Но читатели хотят знать...

Гарри находился на пару пролетов выше, но ему стало любопытно, что же Драко ответит на эту извечную отговорку, поэтому он слегка обернулся, обозревая сцену сверху. То, что он увидел, заставило его слегка похолодеть. Драко всем существом излучал опасность, его губы скривились так, что стали видны зубы, глаза мерцали стальным блеском.
Он наклонился поближе к репортёрше, его улыбка навевала неподдельный ужас.

– Ну конечно. Читатели хотят знать. Извечная история, да? Но знаете что?

«Мама дорогая, он сейчас применит Непростительное!» – подумал Гарри, напрягаясь.

– После того, что Гарри Поттер сделал для них, читатели не испытают ни малейшего сочувствия к тому, кто оскорбит или обидит его, не смотря на всё их желание знать, – произнес Драко очень мягко. – И будет именно так, вы это прекрасно осознаёте, мисс Глэксток, потому что вы знаете своих читателей. Они набросятся на вас, как бешеные волки, и потребуют немедленного увольнения, и не важно, насколько хорошо раньше вы удовлетворяли их ненасытное любопытство. И всё это произойдет всего лишь из-за четырех слов, сказанных в нужные уши и появившихся в конкурирующей газете. Всего лишь четыре слова: вторжение в частную жизнь.

– Но он этого не сделает! – зубы репортёрши громко клацнули. – Все знают, что он никогда не жалуется...

– Я сейчас говорю от его имени. А всем известно, что я рушу чужие карьеры без малейшего зазрения совести.

В итоге репортёршу слегка трясло, когда она покидала магазин, и она не смела поднять глаза от пережитого шока.

– Проблема решена, – оживлённо произнёс Драко, присоединяясь к Гарри около полок.

– Это было... очень эффектно,  – пробормотал брюнет, внутренне испытывая стыд за то, что подозревал Драко в легкомысленном разбрасывании Непростительных в людном месте. В конце концов, он должен был уже знать его натуру.

В этот раз Драко поднял палочку и с легким хлопком обеспечил приватность их разговора.

– Это было на удивление просто. Твоя бывшая подружка должна держать рот на замке. Иначе я за себя не ручаюсь.

Гарри в шоке уставился на Драко.

– Джинни делала это не со зла! Думаю, ей просто нравилось видеть своё имя в печати, но ведь это совершенно другое дело! Она бы не стала рассказывать репортёрам никаких басен!

Драко стал отворачиваться от Гарри, пока не повернулся к нему боком.

– Да, – произнес он, – думаю, не стала бы.

– Конечно, не стала бы! – настаивал Гарри, потому что вся поза Драко выражала крайнее неверие в этот факт. – Можешь не волноваться насчёт того, что люди могут узнать, что ты – раб!

– Или что мы спали вместе?

Гарри даже побледнел от того резкого тона, которым Драко произнес последнюю фразу. Естественно, для него это всё было ни чем иным, как ужасным, кошмарным воспоминанием. И ещё, видимо, это вызывало в нём чувство предательства по отношению к мужу... каковым, конечно, не являлось... И всё равно, в глубине души Гарри хотелось, чтобы блондин вспоминал время, когда они были вместе, с чуть большей теплотой...

Но видимо, это слишком  смелое желание...

– Джинни даже не знает, что это было. Я имею в виду, она ни в ч   м не может быть уверена...

– Да знает она. Она же не дура. – Драко скрестил руки на груди и повернулся к Гарри. – Я буду там, если что, – и кивнул на секцию, на которой было написано «Тёмные Искусства».

Гарри кивнул и вернулся к изучению полок, хотя названия книг просто расплывались у него перед глазами, пока он яростно не проморгался и не запретил себе думать, что Драко сожалеет обо всём, что было между ними.

***
Но несмотря на все трудности, Гарри чувствовал, что, в общем, дела у них пошли лучше. Драко говорил с ним всё более раскованно и вспоминал их школьные стычки всё реже и с другими интонациями.

Поттер купил телевизор и DVD проигрыватель, попутно обзаведясь отличной подборкой фильмов ужасов, чтобы Драко мог смотреть их в своё удовольствие. Пока шёл фильм, Гарри сидел с ним в гостиной, но обычно занимался написанием отчетов для Кингсли или просто читал, иногда украдкой поднимая глаза, чтобы полюбоваться точеным лицом Драко, пока тот смеялся и смеялся над реками крови и выпущенными кишками на экране.

Было странно, что Драко наслаждался такими фильмами, потому что Гарри знал, насколько больным чувствовал себя блондин, когда его заставляли пытать людей во время войны. Но... Драко не воспринимал фильмы ужасов всерьёз, по крайней мере, он так говорил. Для него это было, как небо и земля. Несравнимо.

А может быть, это была возможность выплеснуть, избавиться от того напряжения, которое скопилось в нём за все эти годы. От чувства вины за то, что он говорил, делал и во что верил...

Обеды с Роном и Гермионой откладывались с недели на неделю. Гарри не мог винить Драко, что тот не хотел их видеть. Да и ему самому пришлось бы выбирать: либо притворяться, что всё идет по-старому, либо признаться, что Драко вспомнил школу и войну. А ему не хотелось ни того, ни другого, поэтому Гарри просто оставил всё так, как есть.

Вместо обедов аврор устраивал совместные ланчи на работе, состоявшие из заказанной еды. Гарри старался вести себя, как будто ничего не изменилось, хотя изменилось решительно всё. Но Гермиона, как всегда, видела его насквозь.

– Тебя еще интересует информация по этому заклятию?

– Да, – Гарри прочистил горло. – Ты что-то ещё нашла?

– Я начала изучать родовую магию на предмет связывания, потому что Рес меа эс основано именно на этом. Родовая магия – очень сильная штука. Она может деформировать обычный поток магии и изменять принципы работы некоторых заклинаний.

– Она должна, если это заклятие всплыло после 500 лет забытья, – произнес Рон, с хлопком открывая упаковку сэндвича с цыпленком и взяв щепотку соли, чтобы посолить его.

– Драко сдавал ТРИТОН по родовой магии, – напомнил Гарри Гермионе. – Возможно, он сможет подсказать какие-то толковые работы на эту тему или, чем чёрт не шутит, ответить самому на твои вопросы. Он же страсть какой умный... Восемь ТРИТОНов!!

– Да, мы все слышали это волшебное число, – пробормотал Рон.

– Но я действительно думаю, что восемь – это очень впечатляюще! Это больше, чем у меня, это...

– И ты спишь с ним.

– Да, и я сплю с ним... – Гарри вздрогнул и вспомнил, что он говорит всё-таки с братом Джинни. Было очень трудно думать о Роне, как о брате Джинни, а не просто как о друге. – Извини.

Рон серьёзно посмотрел на него.

– Джинни до сих пор встречается с Дином.

– Я.. ну.. рад за неё.

– Она старается притвориться, что больше не любит тебя.

Гарри вздохнул.

– Скажи ей, чтобы она прекратила притворяться. Она больше не должна любить меня, Рон. У нас с ней... всё пошло не так. Ничего бы не получилось.

– А могло бы...

– Рон! – предупреждающе произнесла Гермиона.

– Да, могло бы! – настаивал Рон. – Однажды ты пресытишься Малфоем, придёшь в себя, и...

– Я никогда не пресыщусь Малфоем! – перебил его Гарри. – Я люблю его!

До чего же здорово и сладко сказать это снова вслух! Даже если говоришь это упрямому, глупому Рону! Да, это действительно здорово, потому что это правда! И Гарри уже до смерти надоело притворяться, надоели недомолвки и полуправда...

– Да пройдет это! Однажды ты устанешь от того, что он делает тебе! Это просто секс, Гарри!

– Секс – это важная часть, конечно, – ответил Поттер. – Но так, для справки, это не только секс. Мы уже несколько недель им не занимались, а я до сих пор так же его люблю.

– Рисуется. Набивает себе цену. Так и знал, что Малфой – самый настоящий провокатор: будет вилять задницей и так и не даст!

– Всё совсем не так! – взорвался Гарри. – Заткнись, просто, чёрт тебя побери, заткнись! Ты вообще не представляешь, о чём говоришь!

– Да прям! Он манипулирует тобой и обведёт вокруг своего тонкого пальчика! Он же слизенирец, мать его, Гарри!

– Он состоял в браке! – зарычал Гарри. – Он был в браке с мужчиной, которого любил, а тот умер, и Драко был настолько убит горем, что, в конце концов, запустил механизм заклятия рабства поступком, который и привёл его к амнезии и к тому, что он оказался в моей постели! А теперь он всё вспомнил, и ты думаешь, что он манипулирует тем, что не больше хочет спать со мною? Да что с тобой, Рон?!

– О, Гарри, – мягко произнесла Гермиона, огибая стол, чтобы успокаивающе обнять аврора. – Так вот что стряслось! Драко всё вспомнил несколько недель назад? И ты нам ничего не сказал?

– Я не мог... – пробормотал он ей в плечо. Какое облегчение сказать это всё в открытую, а не держать в себе! И всё-таки он почувствовал некоторый дискомфорт. – Драко очень не хотел, чтобы кто-то узнал об этом. Он... он настолько выбит из колеи... и он чувствует себя отвратительно от того, что спал со мной, и совсем не потому, что мы ненавидели друг друга раньше. Просто его муж умер совсем незадолго до того, как мы... как мы... никто из нас не знал этого, но для Драко это всё равно, и...и...

Гермиона прижала его крепче к себе, успокаивающе поглаживая по спине.

Гарри был в миллиметре от того, чтобы расплакаться. Это однозначно принесло бы облегчение... Но взрослые мужчины не плачут в своих офисах, так что, с горем пополам, он взял себя в руки и отодвинулся от Гермионы.

Она вернулась в своё кресло, продолжая сочувственно кивать.

– Извини, – хрипло сказал Рон. – Я ничего этого не знал.

Но извинение Рона не изменило отношение Гарри.

– Ты знал достаточно, – ответил он жёстко. – Ты видел его состояние, когда он коснулся музыкального инструмента! Она же был совершенно вне себя! И теперь понятно почему. Да, его муж был блестящим пианистом, и этот рояль был напоминанием о его смерти, хоть Драко тогда и не понимал, в чём дело!

– Ладно, ладно, случилось с ним горе... хотя, можно подумать, что он горя никому не доставил! И если он всё вспомнил, то опять стал тем куском дерьма, каким был и раньше, тем, кого мы все ненавидели... так почему ты его до сих пор любишь?

– Потому что люблю, – вздохнул Гарри, остывая. – Просто люблю. И он совсем не такой, как раньше. Он повзрослел. Позже чем мы, наверное, но всё-таки повзрослел.

Гарри крутанул кресло и оказался лицом к Гермионе.

– Ему и теперь нравится писать тебе. Он больше не помешан на чистоте крови. Уже нет.

– Ага, Малфой – и не помешан на чистоте крови!..

– Его муж был полукровкой, – сообщил Гарри.

Это, конечно,  заставило замолчать Рона. На минуту.

– И как ты об этом узнал?

Гарри всё сильнее хотелось запустить в Рона сэндвичем, благо тот находился у него в руках.

– Он рассказал. И предупреждая твои вопросы, говорю, что он не может мне лгать, иначе заклятье накажет его за это.

– А ты уверен?

– Ну всё! – Гарри схватил сэндвич и всё-таки запустил им в Рона, попав точно по носу другу.

Конечно, Гарри не был уверен, что заклятье обязательно накажет Драко за ложь. Но с другой стороны, аврор был на сто процентов уверен, что Драко не врал ему насчёт Николая. Он остался бы в этом уверен, даже если бы его поиски в материалах и архивах доказывали бы обратное. Не так уж и сложно было найти данные на некоего Николая Преображенского из деревни в Волгоградской области. Россиянин, как сказал Драко. Семья Николая жила там столько поколений, сколько и не упомнить, что вполне могло быть правдой, учитывая, что фамилию они получили по названию деревушки... а может, деревушка стала носить такое название благодаря их фамилии.

Отец Николая приехал в Англию на заработки, здесь женился на магглорождённой, у них родился сын, и он вернулся домой через много лет уже будучи очень больным.

Николай был на 15 лет старше Драко и умер меньше, чем за неделю до того, как заклятье активировалось.

Всё можно было проверить, каждое слово Драко... только у Гарри не было причины заниматься исследованием жизни Николая. У него никогда не возникало желания проверить историю Драко. Он просто хотел узнать больше о самом Николае.  

– Вы оба ведёте себя натурально как дети! – произнесла Гермиона, хватая Рона за запястье, когда он поднял руку, чтобы запустить горсть чипсов в Гарри. – Может, просто договоримся насчет некоторых пунктов? Рон не любит Драко и не хочет испытывать к нему никакой симпатии, хотя я уверена, что он представляет, через какую боль пришлось тому пройти.

Свою речь она произнесла, пристально глядя на своего мужа. Рон расслабился, откинулся в кресле и кивнул, после чего она отпустила его руку.

– А Гарри любит Драко не смотря ни на что, и это не только секс. – Гермиона скривила губы. – Правда, Рон, я не желаю больше этого слышать. Я понимаю, что ты хочешь оскорбить Драко, но ты не понимаешь, что также оскорбляешь и Джинни. Может ли она быть с человеком, который строит свои отношения «только на сексе»?

Рон бросил чипсы на тарелку.

– Ну, по этим пунктам мы договорились?

Гарри часто думал, что Гермиона любит командовать, но сейчас он был только рад тому, что она чётко расставила всё по местам.

Рон закатил глаза.

– Ладно, ладно, Гарри действительно любит этого придурка.

Но потом всё-таки не удержался и спросил:

– Так Джинни можно и не надеяться?..

– Да, – Гарри наклонился вперёд, чтобы посмотреть ему в глаза. – Никакой надежды. Совершенно.

– Мог бы, в конце концов, сказать «сожалею».

– Но я не сожалею. Я бы только унизил её этим. Я хочу только Драко.

Гермиона плавным движением палочки отправила сэндвич Гарри в мусорную корзину, и придвинула к нему остатки своего салата, вопросительно приподняв бровь.

– Что-то я больше не голоден.

– А меня от хорошего сэндвича ничего не оторвет, – пробормотал Рон, откусывая большой кусок от своего бутерброда.

– Да, Рон, ни я, ни Гарри не забыли, как ты бросил нас из-за еды, – сухо сказала Гермиона. – В следующий раз, когда тебе захочется осудить и обвинить в чём-то Драко, просто вспомни, что и ты не совершенство.

– Ну да, любить хорошо поесть – совсем одно и то же, что и пустить Пожирателей Смерти в Хогвартс!

– Ты бросил нас именно в тот момент, когда нам так надо было оставаться вместе! – отрезал Гарри. – И не называй это «хорошо поесть», потому что, клянусь, я затолкаю тебе эти слова в глотку вместе с твоими зубами ещё до того, как ты успеешь достать палочку!

– Я вернулся и вытащил тебя из-подо льда, спасая твою грёбаную жизнь! И никогда не заикался тебе об этом долге передо мной! – зарычал Рон.

– Потому что понимаешь, что должен нам гораздо больше, чем вообще сможешь дать!

– Мальчики, мальчики, – произнесла Гермиона настолько по-дамблдоровски, что Гарри замер на секунду. – Вы ещё подеритесь. В каждом есть и хорошее, и плохое.

– Верно. Мир не делится на хороших людей и Пожирателей Смерти, – произнёс Гарри, будучи уверен, что если бы Сириус был здесь, то, конечно, понял бы его любовь к Драко. –  Так и есть. Драко солгал, не показав, что узнал меня в поместье Малфоев, помните? Я не оправдываю всего дерьма, что он наделал, Рон. Целых пять лет он был полнейшим придурком, а на шестой год стал ещё хуже. Но было это потому, что он был в отчаянии, а не потому, что он злой. Ему совершенно не хотелось делать то, что он делал. И он сейчас совершенно не такой, каким был тогда. И хватит об этом.

– Хватит об этом, – угрюмо согласился Рон.

– Давайте не будем ссориться, – повторила Гермиона и повернулась к Гарри. – Ну и как Драко держится сейчас? У него, видимо, был сильный шок, когда он очнулся от амнезии и столкнулся не только со своим горем, но ещё и с тем, что он теперь раб...

Гарри нахмурился.

– Кажется, он потихоньку приходит в себя. Он... как бы это объяснить... Он всегда охраняет меня, когда мы выходим в люди, и дома он должен мне служить, иначе заклятье принуждает его к этому на физическом уровне... но он всё равно как будто меж двух огней и постоянно спрашивает, не собираюсь ли я сделать с ним что-нибудь плохое, хотя он отлично знает, что я не такой...

Гермиона промокнула губы салфеткой и накрыла ею свой салат.

– Скорее всего, часть его хочет, чтобы ты сделал что-нибудь плохое, тогда он чувствовал бы себя менее униженным от того, что не только оказался на проигравшей стороне, но ещё и рабом своего заклятого врага.

– Но мне не кажется, что он чувствует себя униженным...

– Малфой-то? – вскинулся Рон. – А ты думаешь, он это покажет? Он же гордый хер, этот Малфой!

«А где тогда была его гордость, когда он плакал передо мной?» – подумал Гарри, но вслух ничего не сказал. Он и так уже выболтал слишком много секретов Драко, и боялся идти домой, потому что тогда придется признаться... Ведь он же должен был?

И, тем не менее, он понимал, что Рон имел в виду. Если рабство его как-то и унижало, то гордость Малфоя не даст показать, что его это задевает. Пока поначалу у него был шок от того, что он всё вспомнил, гордость молчала. Но теперь, когда он немного пришёл в себя... да...

– Ну а ты как? – спросила Гермиона осторожно. – Тебе должно быть нелегко так его любить теперь, когда он...

–  Договаривай уже. Теперь, когда он вспомнил, что так любит своего мужа? – простонал Гарри. – Да, это реально нелегко. Мне кажется, что я не живу, а существую...

– Можешь отослать его обратно к родителям, – предложил Рон, и в его голосе послышалась надежда. – Теперь, когда он всё вспомнил.

– Он не уйдет. Он их ненавидит. По крайней мере, пытается. Это долгая история.

Рон фыркнул.

– Но он раб, Гарри. Ты можешь приказать ему уйти домой.

– Он уже дома, – устало ответил Гарри. – И он никуда не уйдёт, выбрось это из головы. Он же даже есть не может, пока я ему не разрешу, помнишь? Я не собираюсь унижать его тем, что он будет жить где-то, а я буду писать ему записки три раза в день, как будто он несмышлёный малыш и ничего не соображает в этой жизни. Ладно, Рон, хватит заводиться на эту тему. Пока заклятье не успокоится, он будет жить в моём доме. Это окончательно, и я больше ничего не хочу слышать на эту тему.

– Ладно, дружище, – медленно произнес Рон. – Я посмотрю, что из этого получится.

Гарри кивнул. Он терпеть не мог ругаться с друзьями, просто не выносил этого.

– Гермиона, а ты узнала что-нибудь ещё? О родовой магии?

– Пока только незначительные факты.

Рон громко рассмеялся:

– Незначительные факты?! А я думал, что все факты для тебя всегда один значительнее другого!

– Ой, заткнись, – произнесла девушка, но в голосе сквозила нежность. – Слушай, Гарри, иногда родовая магия может производить странное физическое воздействие. Был случай, когда от отца к сыну передавалась способность управлять животными, но если кто-то из них только чуял мед, то у них вырастало жало!

– Фууу!

Гарри и Рон посмотрели друг на друга и заржали, потому что это «фууу» они произнесли вместе.

Гермиона тоже рассмеялась.

– Я же говорила, что ничего важного не нашла. Извини, Гарри, я буду продолжать искать. Как думаешь, не станет Драко возражать, если я заскочу как-нибудь, чтобы узнать что-то из того, что он изучал к ТРИТОНам?

– Только давай через несколько дней, ладно? – попросил Гарри. – Предположительно ты не знаешь, что к нему вернулась память. И я не знаю, как он воспримет эту новость, когда я скажу ему, что ты знаешь...

– Да просто не говори ему...

– Рон, отношения – не твой конёк, так что, пожалуйста, помолчи, – предупредила его Гермиона. – Твои советы обычно фатальны. Помнишь, как только что утверждал, что Гарри с ним только ради секса? Гарри, я думаю, ты совершенно прав в своём намерении. Между вами и так напряжённые отношения. Не следует их накалять ещё больше.

Гарри с надеждой заглянул в свою чашку, жалея, что так и не научился предсказывать по чаинкам. Он отчаянно хотел бы сейчас увидеть в их сочетании, что надежда есть,  потому что на самом деле уже начал отчаиваться.

– Всё напрасно. Драко больше никого не полюбит. Я это знаю.

«Я уже однажды соврал ему, – подумал аврор. – Я сказал ему, что не любил его...»

И эту ложь он никак не мог опровергнуть. Только не с этим дебильным заклятьем, которое заставляет Драко нуждаться в том, чтобы угождать ему, служить ему.

– Я отправлю тебе камином письмо с датой, когда ты сможешь зайти, – произнёс он.

– А совой никак?

Только ни снова об этом!

– Гермиона, ты же знаешь, что я и думать об этом не могу.

Девушка встала, демонстративно стряхнув крошки с мантии, прежде чем удалила остатки обеда.

– Я знаю. Только как ты собираешься помочь Драко справиться с его горем, если сам держишься так отчаянно за своё? Подумай над этим, Гарри!

С этими словами она взяла мужа за руку, дёрнула его, заставляя подняться из кресла, и слегка подтолкнула к камину.

– Пошли, а то ты опоздаешь на работу.

– Угу. – Рон обернулся к Гарри. – Спасибо за обед и за разговор. Я... вот черт! Я не знаю, что из этого получится, Гарри, потому что... если уж ты любишь этого придурочного Малфоя, тогда он просто... обязан справиться со всем этим... чем бы это ни было, и полюбить тебя так, как ты этого достоин. А ты этого достоин, сам знаешь, – закончил он неуклюже.

– Спасибо, Рон, – ответил растроганный Гарри. Факт, что Рон принял любовь Гарри к Драко, только доказывал, насколько он хотел сохранить их дружбу целой и невредимой. Но с другой стороны, Рон думал, что справиться с этим «чем бы это ни было» займёт у Драко много времени...

– Не пропадай, – попрощалась Гермиона, когда Рон скрылся в зелёном огне.

Затем она тоже ушла, и Гарри остался один на один с перспективой пойти домой и рассказать Драко, что он только что натворил.    

***

– Драко?

Он проверил кухню и огород, самые излюбленные места блондина, но нигде его не обнаружил. Не было его также и в зале, смеющимся над очередным ужастиком.

И он не ответил, когда Гарри позвал.

Слегка встревожившись, Гарри активировал следящие чары, и миниатюрная фигурка обнажённого Драко появилась на его обеденном столе. Его поза выдавала, что он тяжело на что-то опирался, его ладони прижались к стене, спина слегка прогнулась, и великолепная задница двигалась вперёд и назад.

Такой вид можно было бы назвать эротичным, если бы не одно но: кожа на спине Драко выглядела просто ужасно. Красная, раздражённая... Подробнее Гарри просто не мог рассмотреть, пока спина Драко была размером всего лишь несколько сантиметров в длину.

Слегка расширив видимость, Поттер обнаружил, что парень находится в душе.

Видимо, пытается слегка успокоить спину.

Гарри прекратил действие чар и рванул вверх по лестнице, перескакивая сразу через две ступеньки. Однако, уже на подлете к двери в комнату Драко он понял, что совершенно не знает, что делать дальше. В том, что он позорно следит за ним, признаваться не хотелось, но, по-видимому, Драко быстро не выйдет оттуда, а помощь с его... рубцами – или что там такое – нужна была немедленная и достаточно серьёзная.

– Драко? – позвал он снова, громко стуча в дверь. – Драко, ты там?

Он услышал выключающийся душ и свистящий звук заклинания, которым блондин сушил волосы.

Его не удивило, что Драко открыл дверь, обернув бедра полотенцем. Его удивило то, что на блондине была надета рубашка с длинными рукавами.

Он что, не хотел, чтобы Гарри увидел его спину?

Рубашка с длинными рукавами и полотенце. Ничего больше. Это было настолько нетипично для Драко, что в другое время Гарри рассмеялся бы.

Однако в данной ситуации не было ничего смешного.

– Я могу что-нибудь сделать для тебя? – немного нервно спросил Драко.

Так, ладно, ему так же неуютно стоять в полотенце, насколько неудобно Гарри было созерцать его в таком обличии. Только осознание этого факта сдерживало брюнета от высказывания, типа: «Да! Сбрось полотенце сейчас же!»

Гарри срочно требовалось придумать, что сказать, потому что не признаваться же, что он шпионил за ним, хоть Драко и сам предложил использовать это заклинание. Гарри злоупотреблял положением, и он прекрасно это понимал.

– Эмм... я хотел спросить, ты приготовишь сегодня ужин или мы сходим куда-нибудь?

«Ой, как неубедительно! Слабо! Слабо! Слабо!»

Драко видимо подумал о том же. Одна его бровь поползла вверх, выражая удивление.

– И для этого ты вытащил меня из душа?

– Ну я не знал, что ты в душе.

– Ты был сегодня на задании?

– Нет, с чего ты взял?

– Да потому что я не могу понять, где тогда на тебя наслали проклятие глухоты, если ты был только в офисе! – выплюнул Драко. – Ты что, не слышал шум воды?

– Я... наверное... нет?

Драко закатил глаза.

– Ты из меня дурака не делай, Гарри. Я бесконечно признателен тебе, что ты избавил мир от Тёмного Лорда. Я просто ума не приложу, как ты смог найти все крестражи, если не видишь того, что делается у тебя под самым носом!

– Так теперь я ещё и по запаху должен догадываться, что ты принимаешь душ? – сделал попытку выкрутиться из неловкого положения Гарри, но вдруг идея понюхать Драко заиграла всеми красками.

Гарри залился румянцем.

– Так, тебе нужно еще что-то от меня? – снова спросил Драко. – Кроме моего мнения об ужине, которое может подождать? Потому что у меня проблема со спиной и я вернулся бы в душ, если ты не против.

«У меня проблемы со спиной» – Гарри понял, что никогда и ни за что не был так благодарен, как за это простое высказывание.

– Что случилось?

- Похоже на какие-то фурункулы, – пожал плечами Драко и сразу вздрогнул. Видимо, рубашка потерлась о слишком чувствительную сейчас кожу. – Странно, но когда на них течет теплая вода, становится лучше.

– Эээ... нужна помощь?

Секунду Драко выглядел так, как будто не мог поверить собственным ушам. Затем он сильно побледнел и, видимо, какая-то жуткая мысль пришла ему в голову.

– Нет, – отрезал он. – Совершенно никакой. И что, позволь спросить, ты имеешь в виду под «помощью»? Ты что, совсем?

Поняв, чт? он сморозил, Поттер почувствовал себя совершенным имбецилом.

– Я имел в виду... твою спину... – промямлил он, хотя на самом деле он подумал обо всём сразу. Единственное, что он отчетливо понимал – как только он окажется в душе с Драко, крышу у него сорвёт окончательно.

И это не беря в расчёт то, как отреагировал на эту мысль его член.

«Лежать! – отчаянно приказал ему Гарри. – Лежать! Он всё ещё в трауре! И сейчас тебе совершенно не время поднимать головку в какой-то надежде!»

Вот. Теперь он разговаривает со своим членом. Приплыли...

– Я понимаю, что ты имел в виду мою спину, – нетерпеливо ответил Драко. – Слушай, Гарри, идея потереть мне спинку не самая удачная, но если вода не поможет, то я попрошу тебя намазать её чем-нибудь... не знаю, чем. Чем-нибудь. Можно я теперь пойду, а? Правда, больно.
Гарри уже и так переживал, что он сильно задерживал Драко. Зачем вообще вытащил его из душа?

А ещё аврора мучил тот факт, что в глубине души он хотел, чтобы вода не помогла...

***

Когда Драко спустился вниз, то спрашивать о его самочувствии не было нужды. Парень двигался так медленно и аккуратно, что всё было очевидно. Боль до сих пор была адской.

– Нафига ты надел рубашку, если фурункулы такие болезненные? – спросил Гарри.

– Будет непрезентабельно, если я буду ходить по дому без рубашки, – парировал Драко.

– Твою мать! – ощетинился Гарри. – Ты знаешь, что я совершенно не имел в виду ситуации, подобной этой, когда отдавал тот приказ! Это было только потому, что ты был совершенно не в себе, и я хотел убедиться, что ты вообще будешь одеваться!

– Да, спасибо тебе большое, что напомнил, каким безмозглым я был!

– Ты не был безмозглым, ты просто был не в себе, я уже это говорил. Всё нормально, Драко... – мягко сказал брюнет.

Одному из них точно надо успокоиться или они переругаются в хлам. Но такая сильная раздражительность блондина удивляла.

Видимо, это из-за боли, решил Гарри.

– Сними рубашку, чтобы я мог осмотреть спину, – приказал он, но ответ Драко его ошеломил.

– Нет.

– Нет? – Гарри не припоминал, чтобы раньше Драко мог ответить отказом на прямой приказ.

– Нет, – повторил Драко. – Не сниму. Это будет неприлично.

– Неприлично??

– Ты что стал попугаем? Тебя таким заклятием сегодня приложили?

– Ощущение, что кто-то проклял тебя! – огрызнулся Гарри. – Сними рубашку, чтобы я смог оценить повреждения!

– Нет.

Гарри внезапно ощутил потребность заставить его сделать это. Повалить на пол, сесть сверху и сорвать рубашку так, чтобы пуговицы разлетелись в разные стороны, в то время, как Драко будет бороться и кричать: «Нет, Гарри, пожалуйста, не надо...» Совершенно при этом не будучи против, потому что Драко нравится, когда над ним доминируют...

Но только не Гарри. Николай.

Гарри сделал своему вставшему члену суровый выговор – ага, суровый! – и постарался взять себя в руки.

– Почему ты не хочешь снять рубашку? – спросил он, стараясь изо всех сил, чтобы его голос звучал как положено: заботливо и успокаивающе. А не как у человека, который заработал жёсткий стояк от мысли, как он насильно разденет своего раба.

– Потому что ты увидишь... м-меня...

Голос Драко звучал совершенно несчастно по причине, которую, как казалось Гарри, он понимал. Ну, или был близок к пониманию. А вообще-то не понимал совершенно.

– Драко, я уже видел тебя. Всего видел. Извини, что напоминаю, но ты знаешь это. И всё, что я хочу увидеть сейчас, – это твоя спина...

"Ой, вру...."

– Это же не трудно, правда?

– Только спину?

– Ну, и кто теперь попугай? – спросил он, стараясь улыбкой смягчить слова. – А ты о чём подумал?

– Я просто не предполагал, что ты скажешь мне снять рубашку, – промямлил Драко. – Ладно, ладно...

Отвернувшись, он выправил рубашку из брюк и задрал её так, чтобы Гарри мог увидеть спину.    

Гарри подошел поближе и изучил нарывы. Будучи размером с фунтовую монету, они покрывали спину Драко полосами, как будто это были рубцы от плети или заклятья. Фурункулы были ужасно красными и некоторые уже начали прорываться, позволяя гною вытекать.

– Здесь никого не было, иначе я знал бы об этом, – бормотал Гарри. – Куда ты сегодня ходил?

– Никуда, кроме огорода.

Гарри нахмурился, поднимая палец, чтобы прикоснуться к одному из фурункулов. Они вполне могли оказаться заразными, но Поттеру почему-то так не казалось. Ему думалось, что, скорее всего, они были вызваны каким-то магическим действием.

– Как же тогда ты получил это проклятье?

– Это не проклятье. Это, наверное, аллергия на что-то.

– На что?

– Не знаю...

– Ммм... – в этот раз, когда он дотронулся до фурункула, Драко вздрогнул.

– Больно?

– А ты как думаешь, идиот?

– Извини, – сказал он, отступая и одёргивая рубашку Драко.

Гарри был всё ещё сбит с толку предыдущей реакцией, но он совершенно не представлял, что думать по этому поводу.

– Ну, и как это лечить? Есть идеи?

– Я думал, может ты поможешь... Я уже пробовал обычный бальзам для кожи чуть раньше, и он привел к тому, что некоторые фурункулы прорвались. Я мог бы сварить более целевой бальзам, но, не зная причины, сделать это практически невозможно... Может, какая-нибудь маггловская мазь поможет?

Маггловская мазь. Это простое словосочетание как ничто другое убедило Гарри, насколько Драко изменил свои взгляды. В Хогвартсе он бы задрал нос и ни за что не притронулся ни к чему, что имело бы маггловское происхождение. А теперь он спокойно просил именно это.

Хотя он и раньше знал, что такое вазелин...

Гарри быстро пресёк такие мысли.

– Ладно, я сгоняю в аптеку и посмотрю, что там можно найти. Хочешь пойти со мной?

– Думаю, нет – серьёзно произнес блондин. – И если ты купишь что-нибудь к ужину, то будет просто здорово.

Конечно, он не сможет готовить или сидеть в ресторане с такой спиной.

– Разумеется. Хочешь чего-нибудь определенного?

– Честно говоря, варёная цветная капуста будет в самый раз. Я сейчас чувствую себя настолько паршиво, что ничего больше не хочу.

«И особенно чтобы я увидел твой голый торс», – подумал Гарри.

– Я скоро.

Ему так хотелось, чтобы их с Драко отношения подразумевали и легкий прощальный поцелуй...но такого не было, и он просто развернулся и покинул дом через парадную дверь.

***

Драко скрупулёзно изучил каждое слово, написанное на тюбике с мазью и в прилагающейся инструкции, и потряс головой.

– Что, не хочешь это пробовать?

– Хочу. Только не могу понять, почему у магглов всё так сложно. Я не понял половины того, что тут написано. Это хуже, чем комедии.

Драко пытливо посмотрел на Поттера.

– А ты это понимаешь?

Гарри оценил специфику терминологии и названий.

– Для этого надо быть профессором биохимии. Но это должно помочь. Аптекарь сказал, что это самая обычная аллергическая реакция.

– Самая обычная? – озадаченно переспросил Драко.

– Ладно, задирай рубашку и давай уже смажем их.

Драко снова заколебался.

– Я не буду смотреть ни на что, кроме нарывов, – вздохнул Гарри.

– Да я не поэтому, – жалостливо произнес несчастный блондин. – Больно же будет...

– А анестезирующие чары? – успокоил его Гарри.

Однако оказалось, что это было неправильным решением. Как только заклятье коснулось кожи бывшего слизеринца, ещё несколько прыщей прорвалось. Драко охнул.

– Прости, прости, – говорил Гарри самым успокаивающим тоном. – Похоже, что к этим фурункулам не применима магия... Ну да, твой бальзам им тоже не понравился...

– О... – Драко застонал так жалостливо, что у Гарри внутри все опустилось. – О, Гарри, как же бо-ольно!

По своему опыту Гарри знал, что сейчас не время проявлять жалость.

– Ну, давай, соберись! Тебе же однажды гиппогриф руку рассек, помнишь? Тогда было хуже, уверен. Поэтому, ты и с этим справишься.

– Я притворялся! Там была всего лишь царапина!

И за «всего лишь царапину» он хотел, чтобы Клювокрыла казнили?

Ладно, проехали. В любом случае, Гарри знал правду. Драко ненавидел Клювокрыла, потому что тот выбрал Гарри Поттера, а не его.

И совершенно не важно, что Малфой был сам в этом виноват, потому что не выказал достойного уважения.

– Давай-ка ты ляжешь, а я постараюсь очень аккуратно нанести мазь, ладно? – предложил Гарри. – Думаю, это займет некоторое время, и вряд ли ты сможешь перенести всё это стоя.

– А там, в аптеке, нет случайно обезболивающей мази? Может, сгоняешь за ней, а?

– Я тебе дам таблетку парацетамола.

– Он бесполезен, – прохныкал Драко. – Мне Николай говорил. Надо что-то посильнее...

– Что-то более сильное без рецепта не получишь... ну, в смысле, без специальной записки от доктора, – объяснил Гарри. – А из-за аллергии доктора записки не пишут. Я честно буду очень осторожен, обещаю. Давай попробуем, может, мазь действительно поможет справиться с этой заразой, а?

– Сначала парацетамол.

Гарри не стал заострять внимание на «он бесполезен, мне Николай говорил». Вспомнив, как его тетка квохтала над Дадли, чтобы у того не случилось расстройство живота, Поттер заставил блондина съесть несколько печенек, прежде чем дал ему таблетки, чтобы не получилось, что он выпил их на голодный желудок. Призвав бутылку с минералкой и стакан, Гарри с боем отказал Драко в желании принять сразу десять таблеток вместо одной. Потом он почти насильно уложил Драко на живот и подпихнул ему под голову подушку.

– Вот так. Через двадцать минут подействует...

– Двадцать минут??

– Маггловские таблетки не так быстродейственны, как магические, – терпеливо объяснил Гарри. – Постарайся пока расслабиться. Всё будет хорошо, Драко, честное слово. Если мазь не поможет, мы отправимся прямо в Больницу Св.Мунго.

– Они не захотят меня лечить.

– Захотят, потому что ты со мной.

– Я не хочу туда. Они будут пользоваться магией. Это больно.

Гарри не хотелось заводить разговор на эту тему. Он думал, что Малфой ведёт себя, как большой ребёнок... но он просто не знал, насколько сильно болели эти нарывы и как долго Драко терпит эту боль.

Он провёл эти двадцать минут сидя на полу рядом с блондином и рассказывая байки из аврорской жизни. Но он старался, чтобы было не слишком смешно, потому что, как только Драко заходился в хохоте, то сразу начинал стонать от боли.

Когда время прошло, Гарри поднялся на колени и бережно поднял край рубашки, постепенно комкая ткань, пока таким образом не собрал её всю на шее Драко. Нанеся мазь на указательный палец, он очень нежно коснулся вершинки одного из непрорвавшихся фурункулов.

– Ну как?

– Терпимо, – настороженно произнес Драко.

– Скажи, когда будет очень больно, и мы сделаем перерыв.

Драко слабо кивнул и не произнес ни слова, пока Гарри смазывал нарыв за нарывом. Он вздрогнул, когда аврор начал обрабатывать один из лопнувших, но не жаловался.

Когда он почувствовал длительную паузу, то повернулся к Гарри.

– Они исчезли?

– Не так быстро. Аптекарь сказал, что их надо смазывать три раза в день в течение примерно четырёх дней. Но с каждым разом должно быть лучше.

– Ладно, хорошо, – вздохнул Драко.

Он сделал движение, как будто хотел встать, но Гарри положил руку на ткань на его плечах и снова прижал к дивану.

– Есть ещё несколько... Эээ... Извини, но придётся мне приспустить твои брюки... и трусы... извини.

Гарри ожидал очередные возмущение и споры, но Драко просто пожал плечами, просунул под себя руки, чтобы расстегнуть пуговицу и молнию, и стянул одежду ниже.

– Этого хватит, – поспешно сказал Гарри прежде чем Малфой спустил бы брюки и трусы ниже, чем надо. Округлость ягодиц выглядела такой соблазнительной... если бы не несколько фурункулов. Но эти хотя бы не гноились. – У тебя еще четыре штуки здесь... Вот, теперь всё. Можешь прикрыться.

Драко опустил рубашку, но не спешил натягивать брюки.

– Мазь должна впитаться немного, а то ткань прилипнет. О последствиях этого я даже думать не хочу.

Естественно, это было правильным, но Гарри просто застыл, стараясь не пялиться на голую задницу Драко, всего лишь слегка прикрытую рубашкой. Ну, пол-задницы. Её вид буквально стоял перед глазами Поттера, хоть он и старался не смотреть.

– Три раза в день, говоришь? – Драко слегка зевнул. – Придёшь тогда на обед? Сегодня тебя не было.

– Конечно, приду и намажу тебя.

Гарри почти предложил блондину заклинание, которое справилось бы с этой работой за него, но вовремя себя сдержал от такой глупости. Если нанесение мази на волдыри было единственной возможностью прикасаться к Драко, он хотел это делать сам! Ему до жути хотелось ухаживать за парнем. Ну и, кроме того, если нарывы не признают магию, то они могут так же не оценить маггловское средство с её помощью нанесённое.

Но упоминание об обеде кое о чём напомнило Гарри. Блин.

Несмотря на сильное искушение промолчать, Поттер набрал в грудь побольше воздуха и произнес:

– Я обедал сегодня с Роном и Гермионой.

Драко продолжал лежать с закрытыми глазами.

– Ммм... угу...

Как же хотелось на этом и закончить... но в таком случае, это значило последовать совету Рона, как он должен обращаться с Драко. А это было отвратительно с самого начала, поэтому брюнет снова собрался с духом и сообщил:

– Я... ну.. я сказал им, что к тебе память вернулась...

Драко открыл один глаз и внимательно посмотрел на Гарри.

– Я просил тебя этого не делать, Поттер.

– Я помню, – прикусил губу аврор, всё ещё стоя на коленях около дивана.

– Я долго держался... Но я так привык рассказывать им практически обо всём, что оно само вырвалось... Мне очень, очень жаль.
Некоторое время Драко сверлил его одним глазом, но, в конце концов, закрыл его и вздохнул.

– Ладно, чего уж теперь... Не казни себя.

Гарри даже напрягся, потому что не ожидал, что всё будет настолько просто.

– Ты простишь меня?

– Уже простил.

Гарри вдруг почувствовал, что его слегка замутило.

– Это... заклятье тебя заставило? Ты не можешь злиться или обижаться на меня?

– То, как я орал на тебя из-за Сектумсемпры доказывает как раз обратное, – Драко чуть переместил голову на подушке и снова открыл один глаз. – Я осознаю, что ты простил мне гораздо более серьёзные вещи, чем просто болтовня с друзьями. И кстати о твоих друзьях... Я же не дурак, знаешь ли.  Они помогли тебе уничтожить крестражи. Без них ты бы не смог отправить Тёмного Лорда на тот свет.

Гарри-то это понимал, но слова Драко его очень удивили. Драко больше не был глупым желторотым придурком, каким он был в школе. И всё-таки... он не питал расположения к Рону, что доказали его следующие слова:

– Теперь, когда мы увидимся в следующий раз, я смогу заткнуть Уизли, поблагодарив его от всего сердца!

Гарри засмеялся, вообразив себе лицо Рона.

– Ну а насчёт того, что ты сказал им, – продолжил блондин. – Не думаю, что это катастрофа. Не мог же я притворяться до конца жизни. Уизли, конечно, я исключил бы из круга общения, а вот с Гермионой с удовольствием поболтал.

– Она, кстати, тоже хотела бы с тобой поговорить. О родовой магии. Она пытается найти хоть что-то, что угодно, что могло бы снять это заклятье и освободить тебя, а так как ты сдавал по ней ТРИТОН, то получается, что ты – самый богатый источник информации по этому вопросу на данный момент.

Повисла небольшая пауза.

– А почему ты вообще сдавал по ней ТРИТОН?

– ТРИТОН, блин. Да потому что жил с человеком, который мне всё про неё рассказал.

арри замер.

– Что? Ты знал? Но как? Твой отец сказал, что тебе об этом никто не смел говорить, пока ты не женишься и не родишь сына или пока на тебя не заявят права...

Гарри был уверен, что Малфой сказал ему именно так, но что-то всё равно смущало его.

– Но... потом он добавил, что я мог бы сказать тебе об этом, поэтому его «никто» нельзя понимать буквально...

– Всё, что мой отец знает о родовой магии, не наполнит даже футляр от волшебной палочки, Гарри. Его знания состоят только их вековых преданий.

– Так всё-таки это он тебе сказал?

– Вообще-то нет. Ни он, ни мать не могли сами сказать или вообще найти какой-то кружной путь, чтобы эта информация дошла до меня. – Драко горько улыбнулся. – Я узнал правду, потому что Николай сказал её мне.

– А он-то как узнал, что на тебе лежит родовое заклятье?

– Потому что на нём тоже было нечто подобное. Есть какой-то... резонанс, что ли... Это трудно объяснить, но я могу посмотреть на человека и просто знать, что это есть... Теперь я понимаю, что я вижу... Николай научил меня этому.

– А его кто научил?

Драко медленно натянул белье и брюки и сел на диване, оставив рубашку расстегнутой.

– Григорий. Так звали его отца.

– Но...но... у Николая ведь не было сына?

– Ты имеешь в виду запрет на передачу знания? Это касается самого заклятья Рес меа эс, а не родовой магии в целом.

– Но твой отец говорил, что невозможно...

– Гарри, всё, что он говорит, опирается на то, что он знает о конкретном заклятии, а конкретнее – о  том, которое привязано к нашей семье. Но родовая магия включает в себя огромное множество самых разных заклятий. К примеру, когда Николай сказал, что у меня есть что-то такое, я попытался спросить у родителей, в чём дело. Но магия мне не давала. Слова просто застревали в горле, и написать я тоже ничего не мог. И так продолжалось до тех пор, пока я не бросил попыток разузнать, что за чары лежат на нашем роде. Видишь? Так что я уже привык, что магия ограничивает моё общение с родителями. А Николай? Он мог с колыбели, как говорится, обсуждать с отцом музыкальное заклятье, которое связывало весь их род.

Гарри кивнул и пересел на диван рядом с Драко.

– Значит, Николай сказал, что на тебе есть родовое заклятье, но какое именно, не определил?

– Откуда он мог знать, что это рабство? Он просто чувствовал, что есть что-то «левое», вплетенное в мою магию, – вздохнул Драко. – Он думал, что это что-то, что сдерживает великую силу. Магическую силу.

Понимаешь?  Когда мы встретились, он думал, что я второй по силе маг на всей планете. Второй после тебя.

Гарри очень удивился.

– С чего он вообще это взял?

– Из-за тебя, честно говоря.

– Я не понимаю, о чём ты.

– Естественно не понимаешь, – произнес блондин и передвинулся так, чтобы рукой облокотиться на ручку дивана, слегка поморщившись от этого движения. – Но именно ты заявил это во всеуслышание. Драко Малфой был владельцем бузинной палочки! Ты забрал мою у меня, а вместе с ней и силу бузинной палочки, а это сразу сделало тебя самым сильным волшебником в мире. А я в своё время забрал её у Дамблдора, и это сделало меня вторым по силе. Ну, так Николай говорил.

– А для чего он пришёл к тебе домой?

– Пригласить меня в астрономический проект. К тому времени он понял, что для проекта потребуется больше, чем только музыка. Он думал, что ему нужна огромная магическая сила. Он сказал, что ты дал ему от ворот поворот, и он пришёл ко мне. Второму после первого. – Драко уставился прямо перед собой. – Прямо как в Квиддиче...

– Драко...

– Заткнись, Поттер. Я уже давно привык, что соревноваться в чём-то с тобой нет никакого смысла. Я жалел себя, не признавал, что я – посредственность. Ну и хрен с ним. Больше мне соревноваться совершенно не хочется.

Драко перевёл взгляд на Гарри.

– А ты помнишь письмо Николая? Он сказал, что ему так и не удалось встретиться с тобой лично. И был очень этим расстроен, между прочим.

Гарри покопался в памяти.

– Я не помню никакого письма.

– Наверное, оно попало в руки твоему секретарю.

Вот это как раз было очень возможно.

– Я ничего не мог с этим поделать. Сразу после войны совы меня буквально засыпали почтой. Сотни писем в неделю с предложениями работы и бизнес-проектов, и даже какие-то жулики писали... а ещё предложения женитьбы... и это продолжалось месяцами... поэтому, скорее всего, его письмо тоже попало в камин.

Драко вздохнул.

– Скорее всего. Как бы то ни было, и это, конечно, не делает мне чести, но я сначала позволил ему поверить в теорию о Старшей палочке. Я думал, что это единственная причина, по которой он мог бы нанять меня, а мне в тот момент, как я тебе говорил, до жути хотелось запереться в поместье и провести там остаток своих дней. Но мне пришлось бы всё равно выйти и столкнуться с обществом... а условия его предложения гарантировали, что мне не придется хоронить себя в Уилтшире. Помнишь, что я говорил, что мне надо избегать магии эльфов?

– Да. И почему же?

Драко улыбнулся, и было видно, что эти воспоминания согревают его.

– Часть работы. Мы должны были содержать свою магию чистой и не позволять ей соприкасаться с нечеловеческой магией из-за исследования, которое мы проводили. Николай предупредил меня, что, если я соглашусь на эту работу, мне придётся съехать от родителей и жить в таком месте, где я стопроцентно не столкнусь с эльфовским или гоблинским волшебством.

– Вороний Утес, – выдохнул Гарри.

Драко усмехнулся.

– Нет, не сразу. Там жил он. А я? Для меня он снял квартиру в маггловской части Лондона и организовал каминную связь напрямую с отделом тайн. Там уж точно нет абсолютно никакой посторонней магии. Там даже эльфам не разрешается убирать.

– Трудно представить тебя в маггловской квартире, – сухо произнес Гарри.

– Да, трудновато было, – признал Драко. – Я мог, конечно, пользоваться магией, но я не знал никаких заклинаний по ведению хозяйства, поэтому всё было плохо, пока Николай не взялся за меня. Он научил меня. Всему научил. Начиная от того, как пользоваться очищающими чарами, до того, почему нельзя совать пальцы в розетку. Хозяйтвенные заклинания стали моей второй натурой, потому что я не мог позволить себе жить в грязи. Наверное, поэтому я ими пользовался, не смотря на амнезию.

«И Эванеско сперма стало тоже второй натурой, потому что он часто им пользовался», – с внезапной ревностью подумал Гарри.

А Драко всё ещё пребывал в своих воспоминаниях.

– Мы гуляли в маггловском мире практически каждый день после работы. Всё началось с того, что он показывал мне разные вещи, которые помогли бы мне жить в их условиях, но через некоторое время я заметил, что наше времяпрепровождение начало больше напоминать ухаживания. Я ему нравился, и ему было плевать на моего отца. Скорее, факт, что мой отец побывал в Азкабане, ещё больше расположил его ко мне.

– Николай расстроился, когда обнаружил, что его палочковая теория летит к чертям?

– Расстроился, но не только из-за этого, – Драко вздохнул. – Понимаешь, он знал, что на мне родовое заклятье... И он видел, что оно бездействовало некоторое время. Но он надеялся, что однажды оно активируется, и моя сила, таким образом, станет равной твоей... Он всегда воспринимал родовую магию как чудесный дар... Для него она, впрочем, таковым и являлась. Но было кое-что более существенное.

Когда Драко резко покраснел, Гарри понял, что уже знает, что это было.

– Вы были влюблены друг в друга к тому времени.

«Уже были близки... Ваши тела уже сплетались в постели...»

– Ну, да, – признал Драко. – Но это не то, что я имел в виду. На самом деле это то, что я рассказал ему всё-таки, как завладел Старшей палочкой, как ты её отобрал, и что мы не самые могущественные волшебники на земле. Честное слово, Гарри, мы с ним подрались. И, в конце концов, я сказал ему, что пора прекращать судить о силе волшебников по их палочкам, потому что это то же самое, что судить о них по чистоте крови.

Драко самодовольно улыбнулся.

– Это заставило его замолчать, и когда он снова заговорил, он спросил, выйду ли я за него замуж.

Гарри быстренько подсчитал. Драко работал с Николаем два года, как он сказал, и год они были женаты.

– И его не смутило, что ты целый год ему лгал?

– Есть разница между враньем и позволением человеку думать то, что ему хочется. Фактически я ему никогда не врал. Говоря о Старшей палочке, я просто давал понять, что вся эта тема очень болезненна для меня. Я был хозяином Бузинной палочки и даже не знал об этом! Если бы я знал, я бы во что бы то ни стало использовал её.  Я бы спас семью и вывез родителей из страны... Лорда я бы не убил из-за крестражей, но... сделал бы что-нибудь!

В словах Драко звучало столько боли, что Гарри погладил его по коленке. Он бы с большим удовольствием обнял его за плечи и прижал к себе поближе, но он знал, что Драко это не оценит. Да ещё и эти нарывы...

– Тебе нужно это отпустить. Это как у меня с Сириусом. Сколько времени я провел, повторяя себе, что если бы я только мог повернуть время вспять, я всё сделал бы по-другому... Он бы жил, и я бы сделал всё, чтобы он пережил и войну...и... он бы был у меня... Но я не могу вернуться туда...

– Дыхание Гарри сбилось. – Ты должен всё это отпустить.

– Я стараюсь это сделать, поверь, – ответил Драко.

Гарри чуть сжал его колено, а затем убрал руку.

Драко посмотрел на то место, где только что была рука Гарри.

– По крайней мере, ты теперь знаешь, что значит для меня моя боярышниковая палочка. То, что ты её когда-то выхватил у меня, привело к тому, что я встретил Николая. Но хватит об этом. Пойду-ка я спать.

– Ты поесть не хочешь?

– Да вообще-то нет....

Гарри насторожился и испугался, что Драко снова уйдет в глубокую депрессию с отказом от еды.

– Там есть мясо ягненка с карри... Твоё любимое, – искушал он. – А ещё есть превосходное бирьяни* и много нанов**... Ну давай! Я уверен, что аптекарь сказал бы, что тебе необходимо нормально есть, чтобы были силы на восстановление.

– Последнее твоё заявление – полная чушь. Но ладно, я съем пару кусочков, – согласился Драко. – Кстати, спасибо за мазь. Спине вроде легче стало.

– Обращайся, если что, – ответил Гарри, думая, что сам получил от этого даже некоторое удовольствие...
_____________________________________________________________
*Индийское блюдо, приготовленное из молодого риса, мяса или рыбы и овощей.
** Индийский дрожжевой хлебец в форме слезинки, выпекаемый в глиняной печи.  

Глава 53
бета - Pandora_Lee

– Я сегодня был в аптеке! – сообщил Драко за ужином.

Гарри с хрустом откусил и начал жевать лист салата.

– Ближайшая аптека довольно далеко... Заклятье уже позволяет тебе уходить на такие расстояния?

Когда Драко кивнул, Гарри расплылся в искренней улыбке.

– Я полагаю, теперь ты сам можешь пойти куда угодно. Но только не к родителям, наверное. Ну, и если заклятье не делает тебя больше пленником моего дома, то ты можешь и аппарировать, и пользоваться камином.

– Возможно, – пожал плечами Драко. – Я не сбегу, ведь я до сих пор привязан к тебе основными потребностями.

«Еда, – подумал Гарри. – Он думает только о еде и воде. Он же не имеет в виду сексуальные потребности, правда? Что я должен к нему прикасаться, что он не может кончить, пока я ему не прикажу?..»

Титаническим усилием воли брюнет отогнал от себя такие мысли.

– А собственно, зачем ты в аптеку ходил?

– Мне понадобилось что-то, что предотвратит появление шрамов на спине. – Драко упорно смотрел в свою тарелку. – Магические средства отпадают, потому что они могут снова вызвать появление нарывов. Аптекарь посоветовал лосьон, ну я и купил его.
Всё звучало правильно и логично, пока Драко не произнес последнюю фразу.

– А как ты заплатил? У тебя же нет маггловских денег. Ты в Гринготтсе тоже был, что ли? Деньги там менял?

– Эээ... нет. Я позаимствовал немного из того ящика, где ты их хранишь, – с этими словами Драко взглянул на Гарри из-под ресниц. – Можно же было? Я тебе всё верну.

Но Гарри этот вопрос волновал очень мало.

– Ага, всё в порядке. Если тебе что-то нужно, ты только скажи. А если меня дома нет, то бери сам...

Блондин улыбнулся.

– В таком случае, хочу попросить кое о чём.  Мне нужно... ну... чтобы ты втирал лосьон мне в спину. Аптекарь сказал, один раз в день. В течение недели.

Гарри замер. За последние несколько дней он потерял счёт моментам, когда он осторожно втирал мазь в нарывы, пока они не прошли, но одно он знал точно: это всё оказывало на него вполне определённый эффект.

Даже таких прикосновений хватало, чтобы у него вставал. Причём так, что аж было больно. Вид Драко, лежащего на животе с оголённой спиной, устраивавшего свою голову на обитой тканью мягкой ручке дивана, – он до сих пор упорно отказывался снимать рубашку, – только этого уже было достаточно, чтобы Гарри начинал сходить с ума. А когда он ещё и стягивал штаны, оголяя попку – аврор чувствовал, что он просто погибал.

Совершенно, бесповоротно погибал.

Когда это происходило вечером и на выходных – это ещё куда ни шло. Гарри находил какую-нибудь причину, чтобы пойти в свою комнату, где он дрочил, как одержимый, ещё скользкой от мази рукой... рукой, которой он только что касался Драко...

Но утренние и обеденные процедуры на неделе, когда Гарри надо работать! Это была чистая пытка. Однажды он дошёл до того, что вынужден был подрочить в своём туалете, который примыкал к офису, но ему очень не хотелось, чтобы это становилось привычкой.

Вчерашним вечером был последний сеанс нанесения мази, и хоть Гарри было немного жаль, что они уже закончили, всё-таки сильнее всего он чувствовал глубочайшее облегчение. Ну, правда, сколько ещё может человек справляться с таким искушением?  

Наверное, ещё может, раз Драко попросил втирать лосьон в его спину. Каждый день целую неделю! По этому поводу Гарри испытывал очень смешанные чувства. Ему хотелось закричать от радости и завыть от разочарования.

Но, в конце концов, он может же делать это по вечерам, чтобы можно было потом пойти и сразу подрочить.  С маслом. В душе. Представляя, что Драко рядом с ним...

– Ладно, – произнес Гарри настолько беспечно, насколько только смог. – Тогда будем делать это перед сном. Нормально будет?

– Нормально, если не учитывать, что моя простынь станет липкой.

Если бы Гарри что-нибудь жевал, он бы подавился.

– Извини?

Драко выглядел очень задумчивым.

– Ну, только если ты будешь втирать лосьон хорошенько, чтобы он полностью впитался и не испачкал простынь. Тогда ладно, перед сном.

Вот это я попааал...

***

– Это не так, как мазь, – произнёс Драко, улёгшись на диване и устроив голову на подушке. Гарри же снова стоял на коленях около него на полу.

– Ты должен втирать лосьон по всей спине, а не только в те места, где были нарывы. И о заднице не забудь.

Гарри бы не забыл. Вот она, вся на виду. Драко все-таки стянул брюки и трусы ниже, чем было надо. И теперь он мог видеть всю задницу. Н-да...

– Можешь натянуть штаны повыше, – услышал Гарри свой голос как со стороны.

Долбанная гриффиндорская честность, не позволяющая хоть чуть-чуть злоупотребить ситуацией!

– Не хочу вымазать их лосьоном.

– А я думал, ты умеешь пользоваться очищающими чарами, – хмыкнул Гарри, до сих пор не понимая, почему он, собственно, спорит. Совсем уже спятил?

– Чтоб ты знал, у меня есть свои правила. И одно из них – не пачкать одежду, если этого можно избежать.

Мозги Гарри наконец сработали в нужном направлении.

– Если уж ты не хочешь пачкать одежду, тогда снял бы и рубашку, – проговорил он, потому что Драко снова ограничился тем, что просто задрал ее вверх.

Драко повернул голову и с негодованием посмотрел на Гарри.

– Нет. И не настаивай. В прошлый раз ты довёл меня до головной боли.

– Но я вроде не орал...

– Это заклинание, – чтоб его, – я уверен.

Гарри не хотелось выглядеть властным взбалмошным придурком, и, конечно, совершенно не хотелось обращаться с Драко, как с рабом, но этот бред его уже достаточно достал. Все несколько предыдущих дней, несколько раз в сутки он мазал спину Драко, и тот упорно отказывался снять рубашку. И он по-прежнему не давал вразумительного объяснения, почему он не хочет этого делать. Он просто продолжал повторять, что это будет неприлично.

Что не лезло ни в какие рамки, потому что оголять зад он неприличным не считал!

– Что ты имеешь в виду, что это заклинание?

Драко вздохнул.

– Чем больше ты просишь, тем больше оно думает, что это не просьба, а нужда. Поэтому прекрати просить, пожалуйста. Очень не хочется быть наказанным за непослушание, а это произойдёт, если ты не прекратишь.

– А не легче ли...

– Не говори этого!

– Ладно, ладно, – Гарри поднял ладони, демострируя свою капитуляцию.

– Просто мне кажется, что вся это заморочка с рубашкой ненормальная какая-то. Я уже видел тебя.

– Это было тогда! Тогда было по-другому, Гарри... я... я... я теперь этого не вынесу...

«Николай!» – подумал Гарри, стискивая зубы. Ревновать к мёртвому было немного дико, но если Драко думал, что изменяет мужу, позволяя Гарри увидеть его голый торс, то на кого ещё было злиться аврору? Может, конечно, это было и правильно. Нарывы были только на спине и заднице, и их приходилось оголять. Наверное, он повторял себе, что Николай бы понял...

Но не было причин, по которой он мог бы позволить Поттеру увидеть обнажёнными другие части тела.

– Поэтому пожалуйста, не заставляй меня... – закончил Драко с какими-то паническими нотками в голосе.

– Ты что, до сих пор не понял, что я не собираюсь использовать свою власть больше, чем положено? Лучше б её вообще не было! – отрывисто сказал Гарри. – Даже мысль, что ты можешь заработать головную боль или ещё что-то, только отказавшись исполнить мой приказ, вызывает отвращение.

– Я знаю, – ответил Драко, снова устраивая голову на подушке. – Ты не склонен к насилию...

То, что Драко сказал это после того, как Поттер щёлкал кнутом у него над спиной... да, Гарри это оценил. Если бы Драко захотел, то мог бы очень круто подколоть его насчёт того, как он обращался с ним в спальне... С другой стороны, эти обвинения были бы неискренни, так как Драко сам наслаждался каждой секундой их садо-мазо игр, впрочем, как и Гарри...

Мысли начали принимать опасное направление, поэтому Гарри сосредоточился на голой спине с несколькими алыми полосками на коже.

Стиснув зубы, чтобы не позволить всяким разным картинкам пробираться в его голову, Гарри встряхнул бутылочку с лосьоном и сильно её сжал.

Большой шарик гелевой массы шлепнулся на голую кожу. Драко взвизгнул.

– Он жутко холодный! В следующий раз используй, пожалуйста, сначала согревающие чары!

В следующий раз. Конечно, Драко правильно сказал, потому что они собирались проделывать эту процедуру в течение недели, но к Гарри моментально пришло ощущение жажды власти.

– Никакой магии, помнишь? Хочешь, чтобы прыщи снова повыскакивали?

– Но ведь там ничего не выскочило? – дрогнувшим голосом осведомился Драко.

Гарри склонился поближе и всмотрелся.

– Нет, всё как и было вчера. Только небольшие красные пятнышки.

– Мне не нужны пятнышки!

– Да они практически не заметны.

– Мне вообще не нужны дурацкие пятна на спине! – раздражённо проговорил блондин. – Я должен быть сногсшибательным! Это... – и вдруг его голос упал до шёпота. – Не важно...

Блин. Опять вспомнил своего мужа! Больше сногсшибательным он не должен быть ни для кого...

Для Гарри он был совершенно сногсшибательным. Брюнет думал, что за всю жизнь не налюбуется на него, а какие-то пятнышки там или тут не играют никакой роли...

– Гарри?

– А?

Он немного отвлёкся, уставившись на четыре красных пятнышка, украшавших задницу Драко. Хотя нет, он рассматривал всю задницу целиком. Такая белая и вызывающая... так и просится, чтобы на ней оставили красный отпечаток ладони...

– Я уверен, что ты собирался сделать что-нибудь ещё, кроме как выдавить на меня лосьон.

Гарри потряс головой, чтобы прийти в себя.

– Извини. Задумался. Так лучше?

Он совсем забыл, насколько у Драко нежная кожа. Каждый день, втирая мазь в волдыри, он старался быть максимально аккуратным. Настолько, что даже практически их не касался, что очень расстраивало, потому что коснуться хотелось...

А теперь обе ладони Гарри плотно прижимались к спине Драко, нежно втирая лосьон, а его член очень неправильно реагировал на то, что должно быть всего лишь лечебной процедурой.

– Ммм... сильнее... – простонал Драко, совершенно расслабившись. – Давай сильнее, Гарри!..

«Сильнее... Быстрее...» Только  эти два слова бились у него в голове, но он сделал всё возможное, чтобы его голос звучал как у заправского целителя. Отстраненно. Профессионально.

– Почему сильнее? Зачем? Я же должен просто распределить лосьон по спине, так?

– Мне кажется, будет лучше, если ты его вотрёшь.

– Ладно.

Гарри растопырил пальцы и стал делать ладонями круговые движения, равномерно втирая лосьон в кожу, начиная от плеч и двигаясь постепенно вниз.

– Ммм... просто чудесно... такие талантливые руки... тебе надо бросать свой Аврорат и работать массажистом!

Гарри усмехнулся. Всегда приятно, когда тебя хвалят.

– Ты не просил расслабляющий массаж, Драко.

– А можно? – дрогнувшим голосом спросил блондин.

Руки Гарри замерли как раз в тот момент, когда последняя мысль покинула сознание. Ну, или почти покинула. «Можно? Что это, чёрт возьми, значит?»

– Ты хочешь, чтобы я сделал тебе хороший массаж?

– А ты бы хотел? – Драко повернул голову и посмотрел на брюнета через плечо.  – Я... я... – И, застонав, снова уронил голову на подушку.

– Извини. Я знаю, я не должен настаивать. Я знаю, что я здесь, чтобы угождать тебе и ублажать тебя, а не наоборот...

О-о-о, если бы только Драко знал, как именно Гарри хотел бы, чтобы Драко его ублажал и угождал ему...

– Нет-нет. Я же сказал тебе, проси то, что тебе нужно, – заверил его Гарри, меняя свою позу так, что если Драко вдруг глянет на его ширинку, то эрекция будет не так очевидна. – У тебя сегодня был тяжёлый день?
Мышцы на спине сильно напряжены, между прочим.

– Ммм...Я занимался прополкой и обрезкой в огороде после обеда. Это заняло где-то пять часов...

– Ты бы мог помочь себе магией...

Драко застонал и вытянулся, когда пальцы Гарри стали кружить около позвонков.

– Конечно, ты мог бы прополоть все с помощью магии и удалить все сорняки сразу. А ты знаешь, что оставшиеся растения пребывают в сильнейшем шоке после этого? Они думают, что будут следующими!

– Растения не думают, – ответил Гарри, проходясь пальцами по хребту Драко и слегка надавливая.

Ух, какой же он красивый, когда вот так выгибается под пальцами Гарри!..

– Ну, они не пишут стихи в свободное время, это да, но... вот, блин! Зачем я с тобой спорю? Мы вместе гербологию проходили! Я уверен, ты понимаешь, что всё в твоем огороде предпочитает человеческие руки и прикосновения.

– Да знаю я. Просто у меня времени нет возиться с огородом...

– Ну, теперь у тебя есть я...

«Если бы был!»

–...и я обо всём позабочусь.

«А это «обо всём» включает мой член?»

Гарри прикусил губу, перепугавшись, что может случайно озвучить свои мысли. Он должен просто сконцентрироваться на Драко... эээ... на спине Драко... и прекратить думать об этом.

Решительно настроившись, Гарри подполз поближе к дивану, чтобы можно было усилить давление.

– О да-а... Волшебные руки... Ммм... еба-ать... Как же хорошо!..

«А можно не произносить это слово таким охрипшим голосом?»

Чем жёстче надавливал Гарри, тем громче стонал от удовольствия Драко. Гарри его понимал. Он знал, как это может быть приятно. Он просто хотел, чтобы Драко не стонал так... так... сексуально...

– Выше – пробормотал Драко, и пальцы Гарри перебрались на его плечи, ныряя под рубашку и разминая плечевые мышцы.

– Да, так... – произнёс блондин, когда Гарри посильнее надавил на эти места. – Это просто потрясающе!..

– Ты чувствуешь?..

Чёрт! В этот момент Поттер был готов отрезать себе язык! Он только что чуть не сказал Драко, как сильно, до жути хочет его! Отличный план! Лучше не придумаешь, если хочешь свалить на человека чувство вины за то, что тот не «служит» своему хозяину!

Дебильное заклятье! Гарри не хотел затаскивать блондина в свою кровать тогда, когда он не помнил, кто такой Гарри Поттер, и ещё меньше он хотел делать это сейчас, когда Драко всё вспомнил.

Гермиона всё-таки была права насчёт унижения. Для Гарри унижением было бы злоупотребить своей властью и доверием парня... Дебильное гребаное заклятье!

– Я чувствую что? – спросил Драко, снова поворачиваясь, чтобы посмотреть на Гарри.

Гарри надо было прийти в себя, что-то ответить и сделать это очень быстро.

– Ты чувствуешь лучше себя? Это я хотел сказать.

– Ты чувствуешь лучше себя? – повторил Драко, хихикнув. – Тебе надо грамматику учить, Гарри.

– Да иди ты! – Лосьон был уже втёрт настолько тщательно, насколько это было возможно, и Гарри обрадовался, что пытка на сегодня закончилась. А завтра – всё заново... – Всё, я закончил. Можешь подниматься.

Но Драко не пошевелился.

– Ты не втер лосьон в мою задницу.

«Нет! – подумал Гарри. – Всему есть предел. Моей выдержке тоже, и он только что достигнут!»

– Массируй свою чёртову задницу сам! Дот?да ты достанешь!
Драко вздрогнул так сильно, как будто его ударили.

– Но я не вижу...

– А тебя надо учить пользоваться зеркалом? – зарычал аврор. Схватив бутылочку с лосьоном. он всунул её в руки Драко. – Сам разбирайся!

Не обращая внимания на ошеломлённое выражение лица блондина, Гарри одним движением вскочил с пола и стремглав рванул вверх по лестнице.

Драко был не единственный, кому предстояло кое с чем разобраться.

Глава 54

Гарри был уверен, что мастурбация должна приносить гораздо большее удовлетворение. Собственный опыт, приобретённый с Джинни, показывал, что его рука ничем не хуже того, что они делали в постели.

Но Драко был не Джинни. Гарри хотел его гораздо сильнее. Он в нём откровенно нуждался, и тут рука не могла послужить заменой.

Рука Драко – это да, если бы Поттер смог уломать блондина снять его напряжение. Тогда рука Драко дарила бы небесное блаженство. Его пальцы теребили бы яички  Гарри... да... вот так... и он знал, когда надо только подразнить, а когда сильнее надавить... и...

Гарри кончил с громким стоном. Задыхаясь, он сполз на кафельный пол душевой кабинки.

Твою мать! Ему хотелось гораздо большего, и он не мог этого получить, более того, даже не мог представить себе, что вообще нужно сделать для того, чтобы получить это...

Со звуком, похожим на хныканье, Гарри поднялся и выключил воду. Он брел по направлению к кровати, обмотав одно полотенце вокруг бедер, а другим вытирая голову, когда услышал стук в дверь.

Наверное, неудовлетворительный оргазм – как позже думал Гарри, – заставил его среагировать именно так.

С громким топотом приблизившись к двери, он рывком открыл её, начав кричать, ещё не дотронувшись до ручки:

– Ради всего святого! Что ещё?

Но картина, которая предстала его взору, заставила позабыть всё, что он ещё собрался сказать.

Драко стоял на коленях с кротко склонённой головой и его всего слегка трясло.

Гарри мгновенно опустился к нему, становясь на колени, и крепко его обнял.

– Тш-тш-тш... всё хорошо... – успокаивал он. – Я... я не это имел в виду... – на всякий случай повторял аврор, так как не помнил точных фраз, которые он наговорил Драко внизу. Он помнил только ярость и такое отчаянное желание, которое мог вынести далеко не каждый.

Но это, конечно, не давало ему право вымещать своё неудовольствие на Драко.

– Я не должен был пользоваться твоей добротой... – тихим голосом проговорил блондин. Его руки безвольно свисали вдоль тела. Он позволил себя обнимать, но не сделал ни малейшей попытки вернуть объятие. – Это я тот, кто должен прислуживать тебе... Я это хорошо понимаю...

– Драко, ты же знаешь, что я так не думаю...

Блондин так и не поднял голову, и его губы практически касались обнажённого плеча Гарри.

– Только потому, что ты настолько добр... Но это делает моё поведение ещё более непростительным... Ты заслуживаешь лучшего раба, а не такого, который думает только о себе и разговаривает с тобой с презрением и...

– Каким ещё презрением?

Гарри почувствовал, как капля упала на его плечо. Ой, это не просто капля, это слеза... И если ему раньше было стыдно за свое поведение, то теперь он почувствовал себя в десять раз хуже. 

– Я высмеял твою манеру говорить... Это больше не повторится...

– Нет, это повторится, – произнёс брюнет, беря Драко за плечи и немного отодвигая его, чтобы заглянуть в его глаза. – Лучше пусть повторится. Потому что это презрение, этот сарказм, Драко, это же ты! Мне это нравится. Мне нравится, когда ты ведёшь себя в своей манере. Ты это понимаешь?

Драко сглотнул.

– Тогда ... тогда почему?..

Гарри оставалось только вздохнуть. Если Драко не видит, в чём действительно проблема, это может значить только одно. Он настолько влюблён в Николая, что просто не замечает, как Гарри тянется к нему.

Но так же и должно быть, правильно? Гарри сам не хочет, чтобы это было заметно, потому что иначе Драко будет вынужден заниматься сексом с Гарри...

Драко, который только и думает о своём муже? Нет уж, избавьте от такого!

И не важно, что член Гарри воспринимает идею принудительного секса с великим энтузиазмом...

Гарри наконец придумал, чтобы такого соврать, чтобы выглядело максимально правдоподобно.

– Почему я разозлился?

Он пожал плечами, стараясь, чтобы этот жест не выглядел наигранно.

– Это не из-за тебя, Драко, и уж точно не связано с твоим подколом насчёт моей грамматики. Просто на работе выдался очень тяжёлый день. Теперь, после горячего душа, мне полегче.

Драко моргнул.

– Знаешь, я забываю. Я забываю, что у тебя есть своя жизнь за пределами этого дома. Ты пришёл, и вместо того, чтобы надлежащим образом позаботиться о тебе, я требую, чтобы ты занялся моими шрамами...

– У тебя нет шрамов, – перебил его Гарри.

Драко снова опустил голову, его трясло ещё сильнее, чем раньше.

– Тебе что-нибудь нужно? Я могу что-нибудь сделать для тебя? Может, принести стакан ликера, чтобы ты смог расслабиться перед сном? Или может, включить музыку... или...или хочешь прогуляться немного... или... или я могу посмотреть комедию с тобой...

– Не надо так стараться услужить мне, – вздохнул брюнет.

– Я хочу.

В этот раз он сказал это без колебаний. Что уже настораживало.

– Почему? Это заклятье?

Драко посмотрел на него, цвет его глаз был подобен цвету грозовых туч.

– Я.. не знаю, Гарри. Сам задаюсь этим вопросом. Не знаю... Не могу сказать... Я больше не знаю, кто я!

Колени Гарри начали напоминать о себе, поэтому он поднялся, одной рукой придерживая полотенце, а другой помогая подняться Драко.

– Заходи и давай поговорим об этом.

Глаза Драко расширились, когда он переступил порог комнаты Гарри.

– Я сюда ещё ни разу не заходил.

Гарри как-то об этом не задумывался, но поверил сразу. Хотя до этого момента он был убежден, что, пока его не было дома, Драко исследовал все комнаты до единой. Если нет... ну, это очень интересно.

Так как Гарри не собирался разговаривать, сидя в одном полотенце, он, не глядя, нагреб что-то из одежды и направился в ванную.

К его удивлению, Драко последовал за ним.

– Ты куда?

– Я бы помог тебе одеться...

Гарри несколько напряжённо рассмеялся.

– Эмм... нет, Драко. Спасибо, но нет. Иди и сядь на кровать. Я вернусь через минуту.
Драко выглядел немного разочарованным, но сделал так, как ему было сказано.

И как раз вовремя. Оргазм оргазмом, но член Гарри просто подпрыгнул от одной только мысли о том, как Драко снимает с него полотенце и помогает надеть боксеры. Глупый член... не заметил, что ли, насколько равнодушным оставался блондин? Он совершенно не смотрел на полотенце, не оценил обнажённую грудь аврора... вообще ничего!

Если бы Гарри специально подстроил всё так, чтобы Драко увидел его в одном полотенце, то он был бы ужасно разочарован от того, что не произвёл на того никакого впечатления.

Через две минуты, одетый, но босиком, Гарри присоединился к Драко на кровати.

– Ладно. Что ты там говорил насчёт того, что не знаешь, кто ты? У тебя что, снова проблемы с памятью?

Драко покачал головой. Это заставило его волосы пошевелиться, и Гарри ощутил жгучее желание запустить пальцы в эти светлые, прекрасные пряди.

– Я всё помню. Даже слишком хорошо. Нет, просто чувство такое, что я... распадаюсь...

– Распадаешься?

Драко закрыл глаза, и его лицо скривилось, как от боли.

– На две части. Это... быть твоим рабом так просто, Гарри. Всё, что от меня требуется – это расслабиться и просто подчиниться... и я говорю, не думая, делаю, не думая... Но когда такое происходит, вторая часть меня прорывается в сарказме, грубых замечаниях, в таких вещах, о которых хороший раб даже думать не смеет, а уж произносить – тем более. Это просто ужасно! И я понимаю, что это появляется старый Драко, тот, которого ты н-ненавидишь...

– Я его не ненавижу сейчас, – мягко произнёс Гарри. – И вообще, ненависть – это слишком громко сказано. Ты мне не нравился и всегда был противнейшей занозой в заднице, а на шестом курсе даже ещё хуже...чёрт, может я тебя чуть-чуть и ненавидел, когда этот подонок изуродовал лицо Билла...

Драко клацнул зубами.

– Но сейчас я тебя не ненавижу, – произнёс Гарри с нажимом. – Я клянусь, что это так, слышишь? Честно. Мне очень нравится твоя компания. А насчёт твоих замечаний... Ты их делаешь по-особенному. Серьёзно, ты иногда превращаешь сарказм в какое-то искусство. И не это было причиной того, что я вспылил внизу. Совершенно не поэтому. Ясно? Ты мне нравишься таким, какой ты есть, поэтому продолжай оставаться естественным со мной, не надо что-то выдумывать.

Драко до сих пор сидел зажмурившись.

– А я так и не могу понять, что же правда. Как же классно было быть твоим рабом первые несколько месяцев!   Это было, как будто я не знал другой жизни, считая, что по-другому быть просто не может... было чувство, что я принадлежал тебе...

– А сейчас? – нежно спросил Гарри.

– Как будто внутри живут два Драко. Это очень странно, потому что я помню, что был другим... кем-то другим...совершенно не таким...

Гарри потряс головой.

– Но ты не был другим, Драко. Я имею в виду, что рабом ты, конечно, не был, но тебе всё равно нравилось... эээ... – Гарри вздрогнул, представив себе возможную реакцию на следующее слово, – ...подчинение, так?

Драко искоса взглянул на него. Он ничего не ответил, но его взгляд как бы произнес «Да, и что дальше?»

Правильная формулировка своей мысли потребовала от Поттера поднапрячься.

– Эээ... ну, это не то, что в тебе два совершенно разных человека, не имеющих абсолютно ничего общего. Обычный Драко и Драко-раб довольно похожи, если разобраться. Ты ведь и до активации заклятья, честно говоря, вёл себя немного по-рабски...

Пальцы блондина вцепились в покрывало, сминая и стягивая его.

– Ты имеешь в виду, что я сам виноват, в том, что я теперь раб, да? Заклятье почувствовало, что эта грёбаная мысль мне нравится, и поэтому активировалось, как бы выполнив моё желание?

– Нет, нет! – Гарри развернулся к Драко, чтобы лучше его видеть. – Я не это хотел сказать! Я просто думаю... что так или иначе в тебе есть желание подчиниться. В Хогвартсе я об этом и не догадывался, ты держал себя всегда так, как будто ты птица самого высокого полёта...

– Притворялся, – произнёс блондин, чьи пальцы всё ещё судорожно сжимали покрывало. – Мне надо было поддерживать своё положение и соответствовать отцовским стандартам. Но это только подтверждает то, что ты сказал. Я делал то, что он говорил мне, что он приказывал мне, вплоть до...

«Принятия метки», – подумал Гарри.

– А потом ты выполнял приказы Волдеморта.

Драко отвернулся.

– Что-то все мои хозяева попадались один хуже другого...

– Ну, а чем плох Николай? – мягко произнес аврор. – Да и к тем кандидатурам нельзя придираться так строго. Все дети хотят, чтобы их родители гордились ими. А что до Волдеморта – так тебя шантажом втянули в услужение ему. И я всё равно не это хотел сказать. В тебе не два разных человека, Драко. Ты – это ты, и часть тебя хочет подчиняться. Я бы мог сказать, что именно заклятье заставляет тебя хотеть подчинения, но... дело не только в нём. Ты уже испытывал от этого удовольствие с твоим мужем, верно? И сейчас, когда ты всё помнишь и осознаёшь, что делаешь, заклятье больше этот пункт не контролирует. Понимаешь?

– То есть, быть рабом для меня так же естественно, как сове – летать?

Гарри вздрогнул от такого сравнения, хотя, по сути, оно было правильным.

– Ну, вроде того. Это максимально проявилось, когда ты не мог вспомнить нашего прошлого. Ты думал, что быть моим рабом – это самое замечательное, что вообще может случиться с тобой, а это весьма странно, учитывая, что о потенциальном рабстве тебе никто не говорил и, естественно, ты не мог в одночасье принять это как должное. А после того, как ты всё вспомнил... – Гарри улыбнулся, чтобы смягчить свои следующие слова. – Ты ведь особо и не возражал против ситуации, в которой ты оказался. Поначалу я списал это на шок от осознания смерти мужа. Ты сказал, что твоё рабство – ничто по сравнению с этим. Но теперь, когда ты уже более-менее пришёл в себя, ты все равно не возмущаешься, что связан заклятием рабства.

Драко прекратил мять покрывало и запрокинул голову, уставившись в потолок.

– А смысл? Жалобы ситуацию не изменят.

Гарри молчал, ожидая, что ещё Драко произнесет.

Пауза длилась довольно долго, прежде чем парень снова заговорил.

– Тут ты не прав, Гарри. Конечно, я не жалуюсь. Но каждый раз, когда мне хочется это сделать, я заставляю себя успокоиться. Я заслужил это, каждую минуту рабства. На всю свою жизнь. За то, что я так поступил с Николаем, у меня должна быть ужасная жизнь!

Это высказывание в очередной раз подтвердило догадку Гарри, какой кавардак был в голове блондина. Он накрыл руку Драко своей.

– А у тебя ужасная жизнь?

– Нет, – ответил Драко почти шёпотом. – Нет, будь оно все проклято. И это смущает больше всего. У судьбы какое-то больное чувство юмора. Я заслужил рабство, но я не заслужил тебя.

Драко усмехнулся, но как-то несчастно, надломлено.

– Мне должен был достаться в хозяева кто-то, типа Рона Уизли.

Гарри не смог сдержать улыбку.

– Да, Рон не любит тебя, но на самом деле он такой же, как.. как запеченная картошка. Твердый снаружи, но мягкий внутри. Он бы начал хорошо с тобой обращаться с того самого момента, как всё понял бы.

– Чёртовы гриффиндорцы, – вздохнул Драко. – Ладно. Хорошо, тогда я бы заслуживал быть пленником в своём собственном доме, постоянно находясь в страхе, что Грейбэк сделает больше, не ограничиваясь клацаньем челюстями в мою сторону, но такого, честно говоря, вообще никто не заслуживает... но я – это исключение, потому что после того, что я сделал с Николаем, я точно этого заслуживаю!

– И Николай говорил, что ты этого заслуживаешь?

Драко фыркнул:

– Нет, конечно. Его бы тоже определили в Гриффиндор, если бы он пошёл учиться в Хогвартс. Его отец не доверял британским магам воспитание своего сына. У них в семье даже были ссоры, когда Николаю исполнилось одиннадцать, а отец отказался отдавать его в школу. Его мама этого не понимала. Она сама была гриффиндоркой и думала, что и её сын пойдет учиться туда же, где училась она.

– Ну, – начал Гарри осторожно, словно шёл по тонкому льду: одно неправильное слово – и это приведет к взрыву ярости у Драко. – Может быть... ну, понимаешь, может, тебе стоило бы прислушаться к мнению своего мужа по этому поводу? Прекратить думать, что ты заслужил такую ужасную жизнь... я уверен, он хотел бы, чтобы ты продолжал жить и... ну, это... ну, был бы настолько счастлив, насколько вообще можешь быть.

Драко выдернул свою руку из руки Гарри.

– Конечно, он хотел бы. Он был очень хорошим. Но то, что он простил меня, не значит, что я должен сделать то же самое!

– Но он сделал больше, чем просто простил тебя, – мягко произнёс Гарри, мечтая в этот момент обнять Драко... – Честно говоря, я вообще не думаю, что Николаю нужно было тебя прощать за что-то, Драко. Если бы ему это надо было сделать, то самое сильное чувство, которое он испытывал бы к тебе, было бы неприязнью. А этого не было. Видишь ли, он понимал, он прекрасно понимал, с чем тебе пришлось бы столкнуться, если бы всё дошло до твоих родителей. Он понимал и он сочувствовал.

Драко начал тереть глаза и его пальцы стали мокрыми от слёз.

– Почему?... О чём ты вообще говоришь? Ты с ним никогда не встречался! Ты не можешь всего этого знать...

– Я аврор. Меня учили выявлять причины и по ним определять мотивы. А с твоим мужем мне вообще всё ясно. Деньги, Драко. То, что он сделал с Вороньим Утёсом. Он же сделал так, чтобы ты мог пользоваться абсолютно всем, что раньше принадлежало ему. Любой хороший муж сделал бы то же самое, но он перед смертью переписал абсолютно всё своё имущество на тебя, чтобы ты мог этим пользоваться, и причём, сделал это тайно. Ему хотелось, чтобы и после его смерти твои родители ни о чем не догадались.

Драко, поражённый, приоткрыл рот.

– Да.. он это сделал... действительно... Я... я в эти дни о деньгах как-то особо не задумывался... И уж тем более о том, что всё это – подарок Николая мне...
Гарри улыбнулся.

– Он не мог предположить, что всё закончится потерей памяти. Он не пытался скрыть свою щедрость от тебя. И зачем ему было со всем этим заморачиваться, если бы он не хотел таким образом защитить тебя? Он определенно знал, как ты любишь своих родителей. И он не хотел становиться между вами.

– О, Николай... – простонал Драко и резко опустил голову, но Гарри всё равно заметил, как слезы заструились из глаз блондина. – Ты... ты понял!

Потребовалось пару мгновений, чтобы Драко взял себя в руки, хотя его глаза были красными, припухшими и мокрыми, когда он снова посмотрел на Гарри.

– Спасибо, Гарри. Я... я всё ещё думаю, что надо было набраться храбрости и представить его своим родителям, и чёрт с ними, с последствиями... но знать, что он не злился на меня за это... это много значит для меня. Очень много.

Гарри не смог удержаться; он наклонился вперёд и снова взял руку Драко, в этот раз слегка сжав её и переплетая их пальцы.

– Это должно много значить. И тебе не за что испытывать вину. Может, ты воспринимал это по-другому, но обдумав всё хорошенько, ты поймёшь, что своими действиями ты его не обижал. Его собственные поступки показывают, что он хорошо понимал, что происходит и почему ты так поступаешь. Ты не хотел ссориться с родителями, и Николай поддерживал это решение. Я думаю... я думаю, что он был тот, кто понимал, насколько для человека важна его семья...

На этот раз Драко сам сжал руку Гарри. Его голос был хрипловатым, когда он заговорил.

– Да... да, он понимал. Знаешь, ему очень хотелось иметь свою семью... Мы... у нас были такие планы... он не хотел, чтобы его талант пропал с его смертью...

Выражение лица Драко сменилось так стремительно, словно на него набросили покрывало.

– Но он считал, что я еще молод и что мы должны подождать. А потом он умер.

«У нас были такие планы»...

Сначала Гарри подумал, что Драко говорил об усыновлении, но упоминание дара давало делу совершенно другой разворот. Николай хотел, чтобы его дар передался наследнику, что могло произойти только при рождении его кровного дитя. Это было нетрудно себе представить для того, кто хорошо знал маггловский мир и его обычаи: речь могла идти о женщине – суррогатной матери, которая согласилась бы отдать своего ребенка.

– Спасибо Гарри, – снова произнёс Драко, расцепляя их пальцы и вставая с кровати. – Не могу сказать, что чувствую себя лучше, потому что лучше уже быть не может, но...

– Но по крайней мере ты не чувствуешь себя хуже, – ответил Гарри, слегка скривившись.

Драко снова вытер глаза.

– Это больше чем я не чувствую себя хуже, но и не чувствую себя лучше. И да, я знаю, что сейчас спорол полную несуразицу. Но это правда.

– Да, это полная несуразица, но я понял, – сказал Гарри, поднимаясь. – И о том, что случилось внизу... Я, правда, извиняюсь. У меня был тяжёлый день, а сорвался я на тебе.

Драко внимательно на него посмотрел.

– А я извиняюсь, что совершенно не подумал о твоих нуждах, когда ты пришёл с работы. Глава Аврората, подотчётный самому министру. Это же огромная ответственность.

Да, это действительно так, но это всё равно не имело ни малейшего отношения к тому, чего хотел Гарри, когда он пришёл домой. Тем не менее, брюнет улыбнулся и кивнул, соглашаясь.

– Я постараюсь исправиться, – пообещал Драко, зевая. – Я, пожалуй, пойду... Выжат, как лимон... Но только если тебе ничего от меня не нужно...

– Просто прости себя, – мягко попросил Гарри.

– Легче сказать, чем сделать... И пожалуйста, не делай это приказом, – пробормотал Драко. – Но... мне кажется, что разговор помог. Всё-таки мне, в целом, легче. Ладно, спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – повторил Гарри.

Он поднялся и закрыл дверь после того, как блондин покинул комнату, и подумал, а не взять ли масло и не подрочить ли перед сном, но настроения что-то не было. Он довольно сильно переволновался при разговоре с Драко.

Гарри понимал, насколько всё сейчас перепутано у блондина в голове.

Но, чёрт возьми, как его можно в этом обвинять? Такое пробуждение от амнезии могло бы даже свести с ума. Оказаться рабом, да ещё и сразу после того, как потерял мужа... Сойти с ума – это самое меньшее!

Было и правда удивительно, как Драко справляется со всем этим, и понятно, конечно, что на фоне этих событий он не будет замечать реакции Гарри на него. Да для Драко, скорее всего, этот вопрос сейчас вообще не существует.

А может, вообще никогда и не будет существовать.

Вздохнув, Поттер переоделся в пижаму и улёгся в кровать, взбив подушку несколько раз, чтобы было как можно удобнее. Он никогда не испытывал проблем с тем, чтобы заснуть на узкой кровати Драко, когда они прижимались друг к другу. Он скучал по этому, наверное, так же сильно, как по сексу.

«Ну, нет, не так же», – поправил он сам себя, скривившись от этой мысли. Но и по этому он тоже скучал. Сильно.

***

Было, наверное, около двух или трёх ночи, когда Гарри проснулся от странного звука.

Сначала он подумал, что это опять чёртов кот застрял в изгороди, но окончательно придя в себя, вспомнил, что Драко несколько недель назад заделал эту дыру: он вышел во двор с палочкой и заклинанием изменил расположение прутьев так, чтобы кот просто не мог в них пролезть.

Драко объяснил свой поступок тем, что ему до смерти надоело вставать по ночам, но Гарри подозревал, что здесь кроется и другая причина. Поттер думал, что Драко просто было жалко этого кота, хоть сам блондин и не признавался в этом.

А этот шум... нет, он совсем не похож на кота... Звук заглушали стены, но Гарри показалось, что так мог стонать Драко, если бы ему было больно...

Аврор подорвался с постели, схватил с тумбочки палочку и в мгновение ока оказался возле двери блондина.

Дверь была распахнута настежь.

Гарри застыл на пороге, глядя на кровать и понимая, что то, что он видит – это далеко не проявление боли. То, что происходило на кровати, мгновенно напомнило Поттеру совсем недавние времена, когда Драко снились мокрые сны и он точно так же метался по кровати. Очевидно, его либидо стало возвращаться. А это, в свою очередь, значило, что его депрессия начала потихоньку проходить, правильно? Ну, хоть чуть-чуть...

Но как раз в этом Гарри не был уверен, потому что в постели Драко был не один.

Рядом с ним лежала метла.

Именно она заставила аврора остановиться в дверях, она, эта метла... Метла Николая, и рука Драко сжимала древко, а сам он стонал и корчился...

Сердце Гарри сжалось, и он не смог бы сказать, кому он больше сочувствовал: себе или Драко.

Стоны Драко стали громче, его бедра задвигались сильнее, его эрекция отчетливо была видна, хоть простыня и прикрывала её... А ещё и на нём были пижамные штаны, – определил Гарри, потому что на Драко была надета зелёная пижамная курточка.

Тут Драко захныкал во сне, и Гарри вспомнил. Драко не мог кончить. Ему нужно разрешение Поттера и его прикосновение – без этого никак.

Чёрт!

«То, что к нему вернулось желание – это не удивительно», – думал Гарри, пересекая комнату. Его объяснение блондину, что Николай понимал всё - и что происходило с Драко и почему он поступал так, а не иначе, - помогло парню в каком-то смысле почувствовать себя свободней. Осознать, что его вина не столь огромна. И принять решение жить дальше.

Скорее всего, Драко всего этого даже не понимал. Но его подсознание понимало и вызвало сексуальные сны, чтобы он смог испытать удовольствие.

«Сны о нём и Николае», – нахмурившись, подумал Поттер, опускаясь на колени рядом с кроватью. Если это так, то как прикажете его будить? Он только взглянет на Гарри – и почувствует страшное разочарование. А такого, ко всему прочему, аврор вынести бы уж точно не смог.

Кроме того, это не решит самую главную проблему, потому что Драко был здоровым парнем двадцати с небольшим лет. По-хорошему, ему нужна сексуальная разрядка, которую он частично получал от таких вот снов. Но из-за Рес меа эс положение Драко было очень далеко от определения «нормальное».

Ему было нужно, чтобы Гарри приказывал ему кончить, чтобы Гарри касался его, слышать его голос...

А если Драко проснется, то он, вероятнее всего, откажется от этого. Если же Гарри настоит, то это приведёт к тому, что Драко ощутит ещё большую вину. Он будет думать, что предал своего мужа.

И всё же... разрядка ему нужна. Теперь, когда эта нужда у него снова появилась, ситуация начнёт осложняться от раза к разу, от ночи к ночи. Драко будет чувствовать себя совершенно разбитым, если Гарри что-нибудь не придумает. Парень долго не выдержит такой сексуальной неудовлетворенности...

Гарри мог хотя бы мастурбировать, чтобы снять своё напряжение. Драко лишён даже этого.

Поттер поднял палочку и наложил на Драко сонное заклятье, чтобы блондин гарантированно не проснулся. Потом он сглотнул и сделал то, что нужно было сделать.

Стоя на коленях перед кроватью, он просунул одну руку под простыню и положил её на ногу Драко чуть выше колена.

Драко облизнул губы и сильно толкнулся вверх, стараясь потереться членом о своего воображаемого любовника. Он застонал в голос, задыхаясь, его голова откинулась назад, вены на шее вздулись и стали отчетливо видны в лунном свете...

– А-а-а...

Гарри очень надеялся, что его голос сработает так же хорошо сквозь сон, как это получалось в реальности. Наклонившись ближе и слегка переместив руку повыше, Поттер шёпотом приказал прямо в ухо блондина:

– Кончай, Драко!.. Да, кончай... Я хочу этого!..

Драко зашёлся в сильнейших конвульсиях. Его пижамные брюки скрутились под рукой Гарри, когда Драко резко развернулся к нему, толкаясь и дрожа, всё его тело сотрясал сильный оргазм.

Когда всё закончилось, он пытался отдышаться, так и не проснувшись, его губы слегка разомкнулись, а бедра всё ещё чуть двигались, как бы нехотя отпуская состояние блаженства, подаренное яичками и членом.

Какой же он был красивый! Влажные волосы прилипли ко лбу, та часть простыни, что он не скинул, обмоталась вокруг его тела...

Даже влажное расширяющееся пятно на пижамных брюках выглядело потрясающе... Пахло потрясающе...

Гарри казалось, что он сходит с ума. Ему так хотелось наклониться пониже и вдохнуть сладкий аромат удовлетворенного члена...

Нет, ему хотелось губами и языком очистить его и вылизать досуха...

И он мог всё это сделать, потому что Драко гарантированно не проснётся и не узнает...

Но проблема была в том, что сам Поттер знал бы, – а он не мог так предать Драко.

Он глубоко вздохнул и снова поднял палочку. Эванеско сперма, потому что иначе утром Драко задал бы вопрос, на который Гарри не смог бы ответить... Хм, да, ещё не помешают освежающие чары... На самого Драко и на постель... Потому что не может же блондин проснуться весь мокрый и в постели, пропитанной запахом его пота... И ещё одно заклинание, сделавшее так, что сонные чары спадут сами собой где-то через час.

Но брюнет никак не мог уйти. Ему казалось, что между ними всё-таки произошло что-то совершенно особенное, пусть блондин и не вспомнит об этом.

Он мягко поцеловал его в лоб и пожелал спокойной ночи.

Вернувшись в свою комнату, Поттер лег и постарался заснуть на те несколько часов, что остались от ночи. Но перед этим он яростно дрочил, а его воображение наполнялось картинами того, как выглядел Драко, когда Гарри его касался и когда он кончил только потому, что он, Гарри, ему приказал...

Глава 55.

Следующим вечером Гарри аппарировал с работы с твёрдым убеждением, что сегодня всё пройдёт совершенно по-другому. Больше никаких срывов; он вотрёт лосьон в спину и задницу Драко без жалоб. И вообще, на что ему жаловаться? Это не он оказался рабом своего школьного врага, и не на него свалилось столько несчастий сразу.

Серьёзно, принимая во внимание все обстоятельства, Драко держался просто великолепно, и если он решил сделать всё, чтобы от нарывов не осталось шрамов, то самое меньшее, что Гарри может сделать, это просто помочь ему.

Ну и ещё... после того, что случилось ночью, когда он видел отчаянную нужду Драко, Гарри понял, что Драко необходимо ещё кое-что... что-то, о чём Нарцисса Малфой предупреждала его... что Драко будут нужны его прикосновения.

Хотя, может быть, не только его прикосновения, а вообще любого человека... Возможно, это даже не действие заклинания. Скорее всего, просто человеческая потребность...

И опять же, Гарри не знал, от чего появились эти нарывы. Аллергическая реакция на что-то, как Драко и сказал? Или это так сработало Рес меа эс? Ведь заклятие использовало именно физические реакции, когда хотело привлечь к чему-то внимание... заставляя Драко задыхаться, вызывая дикую боль в груди... так что и фурункулы могут быть в порядке вещей...

Но если это было заклятье, то на что оно хотело указать? Чувствовало ли оно, что Гарри хочет дотронуться до Драко? Может, оно создало условия, чтобы это случилось?

А может, это было такое наказание за то, что Драко не удовлетворяет сексуальные нужды Гарри?
Хотя последняя идея навряд ли была верна. Если нарывы – это наказание за то, что Драко не спит с Гарри, то они не должны были бы поддаваться лечению, не так ли? Они должны бы оставаться до тех пор, пока Поттер не получит сексуальное удовлетворение!

И почему-то Гарри думал, что в этом случае просто дрочка не прокатит.

А может быть, нарывы не имеют вообще никакого отношения к заклятию. «И лучше бы не имели», – мрачно думал Поттер, потому что если заклятие так чувствует и реагирует на его нужды, то оно должно засечь, что аврор не хочет, чтобы Драко спал с ним по принуждению.

– Вечер добрый, – произнёс Драко, заходя в гостиную, спустя лишь несколько секунд после появления там Поттера. – Ну-ка, давай я возьму твою мантию.

Он помог Гарри снять верхнюю одежду и отправил её на вешалку небрежным движением палочки. Палочки из берёзы... Поттер ни разу не видел, чтобы тот использовал свою, боярышниковую. Гарри задался вопросом, было ли это из-за того, что она плохо его слушалась, или потому, что Драко возвёл её в ранг святыни, напоминающей ему о его браке с Николаем...

Хм. Гарри не удивился бы, узнав, что эта палочка найдёт приют в красивой рамочке, выставленной на всеобщее обозрение, как это произошло с метлой.

Он нахмурился.

– Что, снова тяжёлый день? – сочувственно поинтересовался Драко. – Тогда я знаю, что тебе поможет.

На десятую долю секунды Гарри не поверил своим ушам. Но потом вернулась реальность. Естественно, Драко не имел в виду минет. Конечно, нет!

– Глоток чего-нибудь крепкого поможет тебе расслабиться, – простодушно продолжил блондин. На его лице светилось искреннее желание помочь. И это выражение чуть не заставило Поттера детально расписать, что именно может снять его напряжение... и это не имело к алкоголю совершенно никакого отношения.

– Вопрос только, ты выпьешь до или после горячего душа?

Гарри нервно хохотнул.

– Какого ещё горячего душа?

– Который ты собираешься принять, разумеется! Ты вчера сказал, что чувствуешь себя после горячего душа как новенький, особенно после напряжённого дня.

– Написание ежеквартального отчета о затратах и выгодах новой тренировочной программы – по-моему, это не такое уж выматывающее занятие...

– Конечно, выматывающее! Я помню, сколько энтузиазма вызывали у тебя письменные работы в Хогвартсе! Это же совершенно не твоё. Без обид, но ты – не Гермиона Грейнджер. Ради всего святого, почему ты возглавляешь отдел вместо того, чтобы ходить в рейды? Это больше соответствует твоей натуре, я прав?

Гарри поморщился. Да, он действительно предпочёл бы рейды.

– Кто-то же должен это делать.

– Ага, – Драко погладил его по плечу. – Я вижу, как это сказывается на тебе. Так что иди на верх и прими свой душ.

Гарри очень понравилось прикосновение, хотя Драко обращался с ним, как с ребёнком. Но вот снисходительный тон последнего замечания его покоробил.

– Это не единственная причина, – добавил он поспешно. – Есть ещё проблема Старшей Палочки. Чем больше я буду ходить в рейды, тем больше вероятность, что меня разоружат...

Драко разразился смехом.

– Разоружат? Тебя? Ну, ты придумал, Гарри!

Такая реакция напрягла Поттера ещё больше.

– Я не какой-то супер-волшебник, какими были Дамблдор или Снейп! Я просто Гарри!

– Но ты настоящий мастер Экспеллиармуса, – произнёс с улыбкой Драко. – Думаю, это научно установленный факт, который не подлежит сомнению.

Гарри сверкнул на него глазами, думая, что Драко издевается над ним. Но, похоже, тот говорил искренне.

– В любом случае, – отрывисто сказал Гарри, – есть серьёзное неудобство в том, чтобы быть аврором и ходить в рейды, зная, что какая-нибудь преступная мразь может меня случайно разоружить и получить власть над Смертоносной Палочкой. Я хочу, чтобы её сила умерла вместе со мной, а это значит, что сражения исключаются.

– Заботишься обо всех, как всегда, – Драко улыбался. – А сейчас я забочусь о тебе. Иди наверх и прими душ. Выпивка будет готова, когда ты спустишься.

Гарри уже почти открыл рот, чтобы сказать, что если Драко так хочет позаботиться о нём, то пусть идёт с ним...

Но вместо этого он лишь кивнул и стал подниматься по ступенькам.

***

Спиртное оказалось каким-то причудливым сортом волшебного ликёра. Гарри никогда раньше такого не пробовал, но он к этому уже привык. Он понятия не имел о большей части вин, которые мог долго и с удовольствием перечислять Драко.

– Ммм, – сказал Гарри, наклоняя небольшой бокал, чтобы последняя капля ликера стекла ему на язык. – Это великолепно.

– По крайней мере, ты расслабился, – пробормотал Драко.

Ещё бы не расслабился. В душе Гарри хорошенько помастурбировал с магически подогревающимся маслом. В планах было ещё растирание Драко лосьоном, и если он хотел кончить... эээ... завершить всё подобающим образом, то к этому надо было хорошенько подготовиться. И теперь, когда он уже испытал оргазм, возможно, он будет лучше держать себя в руках, когда придёт время нанести лосьон на спину Драко.

... И задницу.

– Хочешь поужинать? Я приготовил Фиттучини Альфредо и цыплёнка, жареного в лимонном соке.

Гарри проникся обожанием к этому блюду с тех пор, как Драко однажды его приготовил.

– Не стоит так напрягаться, – внезапно произнёс он. Теперь всё встало на свои места. То, как Драко настаивал на душе, выпивка, одно из самых любимых блюд Гарри... И Драко, сказавший вчера, что он будет стараться лучше. – Если ты стараешься угодить мне, то это можно сделать гораздо проще...

«Потому что всё, что мне нужно, это твой рот на моём члене... или мой рот на твоём члене... или...»

Проклятье. Мастурбация помогла не так хорошо, как Гарри рассчитывал.

– Ты заслужил вкусный ужин после того, как целый день писал отчёт.

– Ладно.

Всё-таки приятно, когда о тебе заботятся, поэтому Гарри позволил себя уговорить.

Поттер не удивился, когда обнаружил, что ужин, кроме всего прочего, включал ещё и пару его любимых салатов и один из десертов, который он просто обожал. Но он больше не сказал Драко, что не стоило так напрягаться. Поттер знал, что это всё равно не сработает. После вчерашней реакции Гарри, Драко, очевидно, чувствовал себя неуверенно, и то ли заклятие, то ли его склонность к подчинению требовали, чтобы он хорошенько прислуживал сегодня.

И в то же время, он искренне не понимал, чего именно хотел бы от него Гарри. Поттер мог спокойно есть то, что Драко приготовил для него, но если бы Драко предложил секс, а брюнету пришлось бы гадать, почему он это предложил... то тогда случилась бы ещё более худшая вещь, чем та, что Драко предложил секс... потому что Поттеру пришлось бы отказаться.

Иногда Гарри желал, чтобы в нём было больше слизенирских качеств и эгоизма. Если бы он был распределён на этот факультет, тогда он не старался бы делать всё так правильно!

После еды Драко решил развлечь его очаровательной беседой, что само по себе было приятно. Но Драко не стоило так напрягаться. Он был отличным собеседником. У него всегда было что-то интересное, чтобы рассказать или обсудить. Для этого ему надо было только быть самим собой. Но сейчас Драко сильно старался, и это было заметно.

Но Гарри закрыл на это глаза. Их вчерашний разговор показал, что Поттер не знает и половины тех переживаний, которые терзают блондина. И видимо, тот пытался справиться с ними таким образом. Самое главное, Гарри был уверен, что Драко почувствует, что он им доволен и всё оценил по достоинству.

Когда ужин был завершён, Драко прошествовал к их разрастающейся ДВД коллекции и предложил посмотреть вместе какую-нибудь комедию.

Всё, что Гарри мог сделать, это сдержать тяжёлый вздох. Но у него была идея получше. В течение всего ужина он думал о приближающемся времени для втирания лосьона. Он понимал, что должен бояться этого момента, потому что это настоящее искушение для него... но с другой стороны, это был единственный шанс, когда он мог свободно касаться и гладить Драко. И после того, как он видел кончающего ночью блондина, он уже не мог терпеть, и ему до чёртиков хотелось коснуться его снова. Не так, конечно, но дарёному коню в зубы не смотрят...

Гарри собирался брать всё, что давала ему судьба, хоть после этого он просто с ума сходил от желания.

– Давай сначала займёмся тобой, – произнёс он, выхватив диск из рук Драко и ставя его обратно на полку. – Акцио лосьон для тела!

К нему в руку влетели две пластиковые бутылочки. В одном, розовом с арбузным ароматом, он опознал лосьон Джинни, который она принесла в последнюю их ночь, а другой он вообще видел первый раз. Он уже поднял палочку, чтобы попробовать ещё раз, когда Драко двумя пальцами прикоснулся к его запястью, заставив опустить руку.

– Я вчера выбросил тот лосьон.

Гарри растерянно моргнул.

– Почему? Эээ... ты что, понял, что вёл себя со своими шрамами как... – он не хотел говорить слово «истеричка», потому что это оскорбило бы блондина, но ничего другого на ум не приходило.

– Я не хочу, чтобы у меня остались шрамы, – спокойно произнёс Драко. – Но я решил, что пусть лучше будут шрамы, чем я буду причиной твоего раздражения.

– Я не против того, чтобы помочь тебе, – быстро сказал Гарри. – Я говорил тебе об этом.

Ну, в крайнем случае он действительно сказал что-то в этом роде...

– Не могу поверить, что ты выбросил лосьон после нашего с тобой разговора. Я думал, что мы все выяснили!

– Но я выбросил его до того, как поднялся, чтобы извиниться.

Ну да, очень может быть, признал Гарри. «Массируй свою проклятую задницу сам!» действительно можно было воспринять так, как будто Гарри была противна даже сама идея, чтобы сделать это. Поэтому не удивительно, что Драко решил избавиться от лосьона, как говорится, здесь и сейчас.

И теперь Гарри был на волосок от того, чтобы лишиться возможности сделать Драко массаж, касаться и ласкать его красивую нежную спину и гладкую круглую попку... Да он ждал этого целый день! Это было нечестно, и Гарри решил, что этого так не оставит.

– Тогда пошли и купим ещё этого лосьона, – сказал он. – Таким образом, мы одним выстрелом убьём двух зайцев...

Драко склонил голову в сторону и растерянно спросил:

– А не легче использовать заклинание?

Гарри залился смехом. Драко столько знал о мире магглов, но иногда Поттер натыкался на вот такие несуразицы.

– Я имел в виду, что мы можем сделать сразу две вещи. Проверим, как у тебя дела с аппарацией. Ты же ходил в аптеку около ближайшего метро, так?

Драко кивнул.

– Отлично. Там есть закрытый дворик, заросший плющом. Знаешь это место? Я пойду первым и подожду тебя там. Да, и не забудь про чары невидимости, там могут быть магглы... хотя дворик закрытый и нас вряд ли заметят.

– Да, Гарри, – произнёс Драко со вздохом. – Я много  месяцев жил среди магглов и ни разу не пришлось использовать Обливиэйт, чтобы исправить какую-то неаккуратность... но ты, пожалуйста, не останавливайся, продолжай инструктировать меня, как грудного младенца, который не имеет никакого понятия о Статусе Секретности...

– Вот, вот о чём я и говорил прошлой ночью, – сказал Гарри вдохновенно. – Твой сарказм. Он мне так нравится! И не смей пытаться быть со мной кем-то, кроме себя самого!

Последнее, что увидел Гарри, прежде чем крутанулся на месте и исчез, это удивлённое, но довольное выражение лица Драко.

***

– Я должен заботиться о чарах невидимости! Я должен! – зашипел Драко, как только появился и наложил Муффлиато*. – Кто бы говорил, мистер Глава Аврората! Ты сам забыл наложить их на себя!

Гарри понял это в момент своей аппарации. Парочка подростков, целующаяся на скамейке в парке, взвизгнула, когда он с хлопком появился у них за спинами. Хотя Поттер был уверен, что они не увидели, как он появился из воздуха. Они просто испугались, что их застукали в объятьях друг друга.

– Да, я знаю, – кротко ответил он. Не говорить же, что он был настолько восхищён дерзкими высказываниями Драко, что все положения устава напрочь вылетели из его головы! Тогда он точно будет выглядеть именно тем, кем он и является: влюблённым идиотом. – Ну, всё же закончилось хорошо.

Драко фыркнул.

– Да тебе всё сойдет с рук столько раз, сколько будет надо. Никто не притащит тебя в Визенгамот.

– О, у меня уже был один такой прелестный опыт, – угрюмо ответил Поттер, – поэтому, не сильно завидуй моей лёгкой жизни. На самом деле, она совсем не была похожа на простую прогулку в парке.

– А сейчас у неё есть все шансы стать таковою, – съязвил Драко, оглядываясь.

Гарри ухмыльнулся, но снова посерьёзнел, потому что понял, что у Драко есть причины для обиды.

– Извини, что не пришёл на твой суд, чтобы свидетельствовать, – сказал он, глядя в землю, потому что был уверен, что не выдержит взгляда блондина. – Ты, возможно, спас мне жизнь и дал шанс всей войне закончиться так, как она закончилась, когда не признался, что узнал меня. Я же знаю, что ты меня узнал, но не сказал этого, и мы получили драгоценное время... и я должен  был сказать Визенгамоту об этом.

Долгую минуту Драко хранил молчание.

– Да, должен был, – сказал он, наконец. – Я был так зол на тебя в первый день домашнего ареста, что выбросил в окно библиотеки кристалл, который стоил несколько тысяч галлеонов.

– Ты бросал вещи?

– Нельзя было использовать палочку, пока не закончится срок... Гарри, посмотри на меня.

Поттер переступил с ноги на ногу и покачал головой, так и продолжая смотреть вниз.

Драко вздохнул и подошёл к нему на шаг.

– Просто скажи, почему ты не выступил как свидетель? Потому что уже однажды ты спас меня в Выручай Комнате и посчитал это достаточным извинением за то, что порезал меня на ленточки в предыдущем году? Или ты строил из себя героя за счёт меня и мне подобных?

– Нет, из-за того, как ты себя там вёл.

– Как я себя вёл? Это же Крэбб бросил в тебя Круциатус! А всё, что нужно было мне – это вернуть свою палочку!

– Ты хотел это, а ещё доставить меня... к Волдеморту, – тихо произнёс Гарри.

– Ты так думаешь?

– А что я должен был подумать, когда ты кричал, что я нужен ему живым?

– Ты должен был подумать, что шляпа распределила меня в Слизерин еще до того, как коснулась моих чёртовых волос!

– Что?

– Уловка, Гарри! Хитрость! О таком ты слышал? – фыркнул Драко. – «Он нужен Лорду живым!» – это была единственная возможность сохранить тебе жизнь, ты, чёртов придурок! Если бы я хотел, чтобы тебя доставили Лорду, то однозначно узнал бы тебя, когда тебя схватили Пожиратели!

– О... – произнёс Гарри, чувствуя себя полным идиотом. – Но ты... ты...

– На что ты вообще жалуешься? На то, что я кричал «Не убивайте его! Не убивайте его!» снова и снова?

– Я не знаю, – произнёс Гарри несчастным голосом. – Для меня всё смазалось в единую мешанину... Я думал, что ты на стороне Пожирателей, не смотря на то, что произошло в вашем доме... Да ещё и то, что ты говорил, хоть не прошло и получаса после того, как я спас тебя из огня...

– Да меня могли просто заавадить! – сказал Драко. Коротко взглянув на него, Гарри заметил, что блондин качает головой. – Там, в Выручай Комнате, я старался спасти твою дурацкую жизнь, Гарри. Ты был нужен живым, потому что если бы ты погиб, то пришёл бы конец всем, и мне в том числе. К тому времени я это очень хорошо понял.

Поттер коротко кивнул.

– Прости меня, Драко. Я... Я должен был прийти на твой суд.

– Ну, если ты действительно думал, что я хотел доставить тебя Темному Лорду, то я понимаю, почему ты не пришёл.

– Не поэтому.

Гарри наконец решился поднять голову.

– Я просто... к тому времени уже было понятно, куда ветер дует. Пожиратели, министерские работники... все получали очень легкие приговоры. Ещё до того, как начался твой суд, я знал, что всё, что они сделают – это стукнут тебя по рукам. Но мне хотелось, чтобы они хотя бы это сделали.

– Как-то мстительно для героя. Я был другого о тебе мнения! – отрывисто сказал Драко, сверкая глазами.

– Посмотри на это с моей позиции, – устало ответил Поттер. – Если бы я свидетельствовал за тебя, Визенгамот признал бы тебя невиновным. А ты... ты был виновен, Драко! Ты использовал Империус на мадам Розмерте, ты пронёс отраву в Хогвартс, ты чуть не убил Рона, ты причинил вред Кэти Белл... и да, ты был несовершеннолетний и действовал по принуждению... Я это понимаю. Действительно. Но, Драко, ты все-таки был виноват!

Драко вздохнул и отвернулся. Его плечи поникли и он уставился куда-то вдаль.

– Да, был. Это то, что ты хочешь услышать? Ты всегда прав. Поприветствуйте великого Гарри Поттера, который всегда прав, и добродетелен, и честен, и прекрасен...

– Не говори то, чего не думаешь!

Драко резко развернулся лицом к нему.

– А кто, чёрт побери, говорит, что я так не думаю? Я не могу врать тебе без того, чтобы не заработать сердечный приступ, ты постоянно об этом забываешь! И для заметки, я думаю именно так! Ты установил такую планку добродетели, что такие, как я, чувствуют... чувствуют себя... а, не важно.

Драко сжал зубы, показывая, что он лучше откусит себе язык, чем закончит предложение.  В следующий момент он сглотнул и попробовал ещё раз.

– Я понимаю, как всё это выглядело для тебя, Гарри. Я был виновен, и мы оба это знаем.

Гарри сглотнул

– Ты не ненавидишь меня?

– Даже возможности такой нет.

– Только из-за заклинания, получается?

Драко округлил глаза.

– Тебе надо иметь больше уверенности в себе, Гарри. Конечно, не из-за заклинания. Чтоб ты был уверен, то поверь мне, когда я говорю, что не ненавидел тебя даже тогда, когда выбросил кристалл...

– Ну да, конечно, не ненавидел...

– Не ненавидел! Меня трясло как в аду, потому что было похоже, что ты даже не заметил, что я не узнал тебя в поместье! Всё, о чём я мог думать, так это то, что я дал тебе отличный шанс, я представлял, как ты меня отблагодаришь за это... а ты в ответ забрал мою палочку!  Я чувствовал себя полным идитом, потому что надеялся, что ты придёшь и будешь свидетельствовать за меня на суде. Но я тебя не ненавидел. Как я мог, если ты спас меня из Адского Огня   и от Тёмного Лорда? От обоих!

Гарри нахмурился.

– Позже ты об этом и не вспоминал.

– Позже, когда на меня свалилось такое горе? – рассердился Драко. – Ты дурак, если принимаешь это серьёзно! Я ненавидел тебя в тот момент, но по большей части я ненавидел тот факт, что ты влюблен и собирался жениться, а у меня вся жизнь разлетелась на куски!

На секунду все звуки мира стихли для Гарри, но потом он услышал шум машин на соседней улице.

Драко вздохнул.

– Меня не обрадовало, что ты не пришёл в суд и не защитил меня, но я клянусь, Гарри, я не ненавидел тебя. Я уже говорил тебе, что на такой приговор грех жаловаться. Я думал, что меня ждут годы в Азкабане, а не шесть месяцев роскошества и домашних эльфов, которые делали всё, что я им приказывал. – Голос Драко стал задумчивым. – Я вот всё думаю, что надо было приказать им взорвать тот кристалл.

Гарри хмыкнул, так как последний комментарий немного снял напряжение, повисшее с начала их разговора. И он был уверен, что Драко хотел добиться именно этого эффекта.

– Тебе же доставило удовольствие собственноручно выбросить его.

– Хм. Ужасно, ужасно непохоже на меня... но это правда.

Лёгкая улыбка мелькнула на губах, потом появилась в серых глазах, заставив их сверкнуть в лунном свете. А затем его взгляд снова стал серьёзным, но уже не гневным.

– Я за эти шесть месяцев смог хорошенько обдумать всё: что я натворил и что я собираюсь делать со своей жизнью, когда получу свободу. Сейчас, оглядываясь на прошлое, я понимаю, что мне отчаянно нужно было это время... такой период для размышлений.

– Я так рад, что тебя не приговорили к Азкабану, – прошептал Поттер. – От одной мысли, что ты мог бы там оказаться, меня начинает знобить.

Видимо, Драко почувствовал то же самое, потому что вздрогнул.

Гарри вдруг решил, что для одной ночи было достаточно тяжёлый признаний. Он направил палочку на ворота и прошептал отпирающее заклинание.

– А то аптекарь закроет дверь у нас перед носом, и лосьон мы так и не купим.

– Если... – Драко прочистил горло. – Я хотел сказать, что несколько шрамиков – ничто по сравнению с тем, что мы тут обсуждали. Если ты считаешь, что это – напрасная потеря времени, тогда...

– Я совершенно так не считаю.

Поттер подошёл поближе к нему. Ни по какой причине он не собирался отказываться от возможности дотрагиваться до блондина каждый день в течении недели. К тому же ему не понравилось то, как Драко произнёс последнюю фразу.

Гарри понизил голос, хотя заглушающие чары ещё действовали, но это нужно было, потому что то, что он хотел сказать, казалось ему ужасно интимным.

– Ты же мой, не так ли?

Драко моргнул и закатал рукава, так что стали видны зелёные отметины.

– Твой... да, конечно, я твой...

– А раз ты мой, то я буду заботиться о тебе, – полушёпотом, мягко произнёс Гарри. – Ты – не напрасная потеря времени, Драко. Я буду заботиться о тебе и делать для тебя всё... чтобы тебе ни потребовалось...

Произнося это, Гарри думал совершенно не о растирании спины.

***

Несколько следующих недель Гарри метался между холодным душем и жаркой дрочкой. При сложившихся обстоятельствах это всё, что ему оставалось делать. И ежевечернее растирание спины и задницы Драко – это самое меньшее, что донимало его. Хотя, положа руку на сердце, Гарри признавал его довольно приятным для себя времяпровождением, хотя после этого всё-таки иногда хотелось лезть на стенку. Но, в конце концов, это длилось всего лишь первую неделю...

А вот второй источник искушения растянулся на гораздо большее время. И какого искушения! Растирания спины не шли ни в какое сравнение с еженощными путешествиями Гарри в спальню Драко. Это случалось почти каждую ночь, и Гарри настроил предупреждающие чары, чтобы не дожидаться, пока дикое желание накроет Драко с головой и он начнёт будить Гарри отчаянными стонами.

Так вот, такие сны у Драко случались почти каждую ночь. Сперва Гарри озадачился частотой этого явления, но, поразмыслив, пришёл к выводу, что, в принципе, так и должно быть. Драко был молод, крепок и здоров, прошло всего лишь два года с момента выхода из подросткового возраста, ему было столько же, сколько и Гарри. А Гарри мастурбировал каждый день, даже дважды в день.

Поэтому не было ничего удивительного, что желание Драко было такое сильное и постоянное... ну, по крайней мере, оно было таковым по ночам, когда он спал. Если ему хотелось чего-то такого днём, то он очень хорошо держал себя в руках...

Хотя кого Гарри обманывает? Днём Драко не хотел ничего такого. С чего бы ему хотеть? Проснувшись утром, он вспоминал о своей потере. Блондин до сих пор любил Николая, и в этом отношении ничего не менялось.

И это стало особенно очевидно, когда они однажды отправились поужинать на Косую Аллею. Конечно, Драко снова сделал всё, чтобы Гарри насладился спокойным ужином без присутствия прессы, но потом, когда они прогуливались по близлежащим улочкам и разглядывали витрины, случилось кое-что, благодаря чему и стало предельно ясно, что для Драко ничего не изменилось.

Драко остановился, как вкопанный, перед магазином одежды для волшебников, глаза его делались всё больше и больше по мере того, как он всматривался в мягкую бордовую мантию, выставленную на витрине. Гарри успел сделать три шага, прежде чем сообразил, что Драко рядом с ним нет. А Драко был абсолютно парализован видом этой мантии.

Он резко стиснул зубы, как будто старался сдержать какую-то рвущуюся наружу эмоцию и начал быстро моргать, очевидно, стараясь не пролить ни одной слезинки на людях.

Внезапно, без единого слова, даже не предупредив Гарри, он выхватил палочку и аппарировал.

Гарри обнаружил его дома, забившегося в угол гостиной, обхватившего себя руками, стонущего и кусающего губы. Брюнет даже не спросил, что случилось. А зачем? Ясно же, что у Николая была такая же мантия. И он её любил и очень часто надевал, как думалось Гарри. И возможно, Драко выбросил её потом, когда был сильно выпивший... и расстроенный, чтобы что-то понимать.

А сейчас он был настолько опустошён одним видом похожей мантии, что даже не дошёл до душа, куда он обычно удалялся, чтобы выплакаться в одиночестве. Гарри знал об этом, так как всё ещё использовал следящие чары.

А может быть, он не ушёл, потому что почему-то сейчас ему до ужаса не хотелось одиночества. Может быть, ему хотелось, чтобы его успокоили...

Гарри не колебался. Он сел рядом с Драко и крепко прижал к себе, обняв руками и слегка раскачивая. Он ничего не сказал, потому что действительно, что можно сказать? Можно, конечно, произнести «всё будет хорошо», это да. Но с другой стороны, хорошо не будет ещё долго, поэтому в данный момент это не сработает.  А говорить «шшш...» тем более бесполезно. Он не хотел успокаивать Драко. Если ему нужно было выплакаться, пусть так и будет, и незачем Драко через силу успокаиваться только потому, что брюнету хотелось тишины.

Поэтому Гарри только прижимал его к себе, гладил его затылок и слегка раскачивал.

Драко, однако, не плакал, только иногда всхлипывал. И то, похоже, больше от растерянности, потому что первое, что произнёс Драко, немного успокоившись, было:

– Извини, что так расклеился.

– Во-первых, всё в порядке, во-вторых, имеешь полное право.

Гарри старался, чтобы его голос звучал спокойно, в то время как руки ещё крепче прижали к себе парня, как только брюнет почувствовал, что тот слегка напрягся.

Драко снова всхлипнул и расслабился, как будто разрешил себе побыть в объятьях чуть подольше.

– Просто понимаешь... ну, понимаешь... у меня получается иногда забыть на несколько дней... а потом всё вдруг разом сваливается... и я не выдерживаю... и я не знаю, что делать...

– Забываешь Николая? – спросил Гарри и тут же прикусил язык за неосторожность. Ну как можно спрашивать такое в лоб? Особенно если причина этого вопроса настолько эгоистична?

– Забываю, насколько это больно – не быть с ним.

Драко застонал и стал высвобождаться из объятий Гарри. Каким-то непостижимым образом, в конце концов, он оказался у Гарри на коленях.

– Пойду-ка я, наверное, спать. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – повторил Гарри.

Те особые слова, которые Гарри уже собрался было произнести, застряли в горле и не были озвучены ни в тот вечер, ни в последующие. Зато Драко как будто полегчало, и он снова стал видеть эти сны.

***

Примерно через неделю Гарри стал чувствовать себя совершенно разбитым из-за того, что его сон регулярно прерывался. Подъём в три ночи – это вам не пикник, но аврор не жаловался. Это было совсем не так, как с лосьоном. Драко ничего не предлагал, ни на чём не настаивал. Это была полностью идея Гарри. А Драко вообще ни сном, ни духом не догадывался, что Гарри почти каждую ночь посещает его комнату.

И Гарри не видел ни одной причины, чтобы открыть ему правду. Между очищающими заклинаниями и чарами сна для Драко всё было подёрнуто непроницаемым мраком, как в прямом, так и в переносном смысле. Сначала Гарри переживал, что Малфой мог почувствовать какие-то физические проявления, которые бы положили конец этому действу. Например, какую-то усталость или подозрительную сексуальную удовлетворённость... но даже если такое и имело место, то всё подавлялось, как только Драко просыпался. И это понятно. Драко ещё не вышел из депрессии, а если бы он что-то и чувствовал, то его начала бы мучить вина от осознания того факта, что он испытывал сексуальное удовольствие ещё с кем-то, помимо мужа.

Поэтому Гарри всё оттягивал момент извещения блондина о ночных событиях. Действительно, как это может помочь Драко? Узнать, что он пришёл в себя достаточно, чтобы появлялась эрекция, чтобы он мог кончить, стоная и задыхаясь, выгибаясь на простынях... ведь даже если ему снится Николай, появившееся желание ¬– уже прогресс.

Однажды Гарри подумал о том, чтобы «забыть» об очищающих чарах. Ещё он думал о том, что может, выходя, закрыть за собой дверь, чтобы Драко озадачился, почему вдруг дверь, которую он всегда оставляет открытой, вдруг затворена, как будто кто-то приходил в то время, пока он спал...

Чёрт, да он даже думал о том, чтобы разбудить Драко как раз перед тем, как приказать ему: «Кончай, Драко! Кончай сейчас!»

И эти мысли внушали опасение. Драко мог впасть в ещё более глубокую депрессию, если хоть на секунду подумает, что преступил супружеские клятвы. И не важно, что клятвы больше не действуют – такая магическая связь разрушается со смертью. Тут в счёт шли эмоции, и Гарри никогда бы себе не простил, если бы заставил блондина чувствовать себя хуже, чем сейчас.

Он чувствовал себя, как в аду, делая то, что должен был делать, но и этот ад был для него раем, и Гарри хорошо понимал, что ему ещё повезло; всё могло быть гораздо хуже. Хотя сны Драко, по-видимому, были потрясающе реалистичными и эмоциональными, брюнет не слышал имени Николая, произносимого в самый ответственный момент. Драко вообще был немногословен в то время как неистово двигал бедрами и стонал от желания получить разрядку.

Гарри даже иногда саркастично думал, не снится ли в это время Драко, что у него во рту один из кляпов, которые он видел в сундуке в Вороньем Утёсе.

Когда Гарри только начал воплощать в жизнь идею помощи Драко, у него были только самые чистые намерения. Конечно, только чистые. Но видеть ночь за ночью кончающего Драко, чувствовать этот запах... это истощило бы терпение любого святого, а Гарри святым не был.

Сначала ему хватало просто подрочить после такого зрелища. Но скоро этого стало катастрофически не хватать.

Всё началось с малого. Сначала Гарри обещал себе, что будет касаться Драко только для того, чтобы позволить ему получить разрядку, и тогда он слегка прикасался к его бедру. Но однажды его решение быть максимально отстранённым от событий дало трещину, и он обнаружил себя нежно поглаживающим волосы Драко и убирающим пряди с потного лба после того, как всё закончилось.

И после этого понеслось.

«Ну, – подумал аврор следующей ночью, – ему будет более удобно, если я приспущу его штаны, чтобы резинка не придавливала член... и яички... потому что какому же мужчине приятно, если резинка давит на яички?..»

Это дало Гарри возможность наблюдать, как Драко изливается, и была ли его вина в том, что он наклонялся и глубоко и с наслаждением вдыхал запах удовлетворения блондина...

На следующую ночь он убедил себя слегка сжать яички Драко, в то время как он приказывал ему кончить.

И дальше – больше... коснуться тут... коснуться там... всё для Драко...

И вообще, что ещё оставалось делать Гарри, когда очередной ночью он подводил слизеринца к желанной развязке? Гарри приказал ему кончить, но было похоже, что Драко никак не удавалось это сделать. Ну, возможно это произошло потому, что приказ «Кончай!» звучал совсем не как приказ... это было, скорее, как разрешение, а такое не срабатывало, если только Драко сам не доходил до нужного именно для простого разрешения состояния.

И сейчас, когда Драко так хотел получить разрядку, но никак не мог, разве Гарри не должен был помочь ему это сделать? Иначе парень не сможет кончить, а брюнет знал, насколько кошмарно он будет себя чувствовать после этого...

Поэтому он обхватил член Драко у основания и начал медленно его мастурбировать...

Ну, а после такого глупо возвращаться только к ласке яичек, правда? Будет же нечестно притворяться, что ничего большего не было... а Гарри очень не хотелось быть нечестным... поэтому, если так рассудить, то иного выбора у него не оставалось, кроме как ввести мастурбацию в еженощную практику...

Ну, и кроме того, это была как бы взаимная дрочка. Одна рука была на члене Драко, другая на своём собственном; Гарри сидел на кровати рядышком с блондином и доводил обоих до одновременной сладкой развязки...

Что было не особо трудно, учитывая, что Гарри отчаянно старался не брать в голову мысль, что Драко мог кончить только с его разрешения...

А Драко продолжал оставаться в блаженном неведении...

Гарри позволял себе всё больше и больше вольностей по одной-единственной причине: в глубине души ему очень хотелось, чтобы Драко вынужден был признать тот факт, что ночью в его спальне что-то происходит. Это было, как игра с огнём, только этот огонь не мог никого обжечь. До тех пор, пока Гарри исправно накладывает свои чары, Драко ничего не узнает. И не важно, что по идее он должен знать. Ведь не знал же он, что Гарри его любит. Любит и отчаянно тянется к нему...

Нет, по-видимому, Драко не может видеть дальше его вранья, в отличие от Гермионы.

Гермиона... да, она была ещё одной серьёзной проблемой, и Гарри это знал. Было потрясающе здорово тогда признаться во всех своих трудностях с Драко и заставить Рона наконец понять, что Гарри любит блондина.

Но, с другой стороны, он даже жалел, что проговорился, потому что это повлекло за собой другие проблемы, даже большие, чем были до этого.

Ему до чёртиков хотелось возобновить пятничные обеды с четой Уизли. И конечно, Драко будет приглашён на эти обеды тоже, потому что Поттер даже представить себе не мог, что он не пригласит Малфоя или будет тайком сбегать из дома, чтобы увидеться с друзьями.

Но если соберутся все четверо вместе, то точно будет беда. К такому неутешительному выводу Гарри пришёл, рассматривая ситуацию со всех сторон. И в этом была и его вина. Гермиона определённо нравилась Драко, и он был абсолютно уверен, что его вежливость по отношению к ней не была наигранной. Иногда он был даже чересчур вежливым, как будто стараясь загладить и извиниться за все свои язвительные речи в прошлом. И Драко действительно был благодарен Рону за помощь в уничтожении крестражей, и никак не задирал его, хотя явно терпеть его не мог.

Но как только будет выпита первая и вторая порция вина или пива, то могут открыться такие вещи, о которых, с одной стороны, Драко лучше и не догадываться, а с другой, – ни Рону, ни Гермионе знать совершенно не обязательно.

Например, то, что Гарри до сих пор отчаянно любит Драко.

И то, что он сказал Драко, что он его не любит.

И то, что он сказал Рону и Гермионе о супружестве Драко. Ведь тогда, когда он признался Драко, что друзья в курсе его возврата памяти, эту пикантную подробность он опустил. Ведь одно дело, что Драко вспомнил их общее прошлое, но совсем другое – обсуждать его личную жизнь с посторонними ему людьми!

Гарри вообще-то и не собирался этого делать, всё произошло только потому, что Рон   настаивал на том, что Драко совершенно не изменился. И поэтому, совершив такой промах, Гарри совершенно не хотел, чтобы блондин случайно оказался в курсе этого.

Ни сейчас, ни потом.

Драко просто не поймёт, почему Гарри так долго молчал об этом. Не говорить же ему: «Потому что я всё ещё люблю тебя и не хотел, чтобы ты перестал мне доверять!»

***

Вздохнув, Гарри снова посмотрел на открытую папку у себя на столе. Но он не читал. Уже незачем. Он столько раз перечитывал всё, о чём там говорится, что мог бы пересказать, наверное, наизусть.

Нет, он думал о Роне, Гермионе и Драко, и как теперь выпутаться из всей этой каши, которую он сам заварил. Он не мог больше говорить друзьям, что предпочитает перекусывать с ними вместо того, чтобы пойти куда-то и нормально поужинать. Хотя, если бы дело касалось только Рона, то, пожалуй, мог бы, потому что рыжик, очевидно, не горел желанием видеться с Драко в ближайшем будущем. Но Гермиона хотела, а её долго не продержишь на историях, что Драко до сих пор в депрессии и не готов к встрече гостей.

Гарри, наверное, услышал бы приближающиеся шаги в коридоре, если бы не был настолько погружён в свои размышления. Но так как дело обстояло именно так, то он был застигнут врасплох, что случалось крайне редко в жизни и никогда на работе.

Проклятье! Недели постоянно прерываемого сна сказались на нём сильнее, чем он предполагал!

Поэтому Гарри аж подпрыгнул от неожиданности, когда входная дверь резко распахнулась. Люциус Малфой прошествовал внутрь, нацепив на лицо выражение, которое он обычно демонстрировал на публике. Но подергивающийся уголок рта давал четко понять, что он в действительности очень раздражён. 

Гарри торопливо захлопнул досье на Николая Преображенского и засунул его в ящик стола как раз в тот момент, когда его секретарша ворвалась в кабинет вслед за Малфоем.

– Прошу прощения, Главный Аврор, – проговорила она, используя его титул только из-за присутствия Люциуса. Обычно она называла его просто Гарри, что брюнет только приветствовал.

Поттер поднялся и махнул ей рукой, давая понять, что всё в порядке. Когда в прошлый раз Малфой приходил, её не было на месте. Но теперь она столкнулась с человеком, который всегда делал только то, что сам хотел.

Но не по отношению к Гарри, больше нет.

Гарри не стал бы переживать из-за Малфоя, даже если бы никогда не заявлял права на Драко. После Азкабана Люциус из кожи вон лез, чтобы восстановить своё прошлое влияние и положение, но это не возымело должного результата. Он всё ещё был очень богат, но его влияние осталось в далёком прошлом.

И, как думалось Гарри, это было для него гораздо более тяжким наказанием, чем пребывание в тюрьме.

– Было бы лучше заранее назначить встречу, – произнёс он после того, как секретарша удалилась, закрыв за собой дверь. – Но раз вы уже здесь, то отложим церемонии. Чем могу быть полезен?

Малфой сощурил глаза.

– Раз уж вы заговорили о назначенных встречах, – заговорил он спокойно, но за каждым словом слышалась ирония, – моя жена пыталась назначить встречу четыре недели подряд, мистер Поттер, и вы ни разу не соблаговолили ответить.

«Вот это да!» Две секунды потребовалось Гарри, чтобы сопоставить факты. Драко проигнорировал первое приглашение, но Гарри даже не знал, что они приходили каждую неделю. Чёрт! Если он не хотел видеть родителей, то должен был бы написать им об этом. А игнорировать все их приглашения было... грубо и как-то по-детски, и не важно, насколько рассержен и расстроен был блондин.

Малфой с намеком посмотрел на стул, но когда приглашения присесть не последовало, спросил:

– Можно?

Гарри откинулся в своём кресле.

– Да, конечно.

Верхняя губа Малфоя изогнулась. Без сомнения, он не привык, чтобы с ним разговаривали, выказывая так мало уважения. Зная его, Гарри предполагал, что сейчас он задаётся вопросом, что всё это значит. Гарри же, в свою очередь, совершенно не думал о том, что своим поведением озадачил мужчину. Такие заморочки были свойственны только людям, подобным Малфою. Он же лихорадочно размышлял, как он может объясниться. Рону и Гермионе он сказал о замужестве Драко, но его отцу раскрывать этот факт он категорически не собирался. Это только Драко решать – говорить родителям об этом или нет.

Малфой кашлянул, прочищая горло. Гарри сперва подумал, что он сделал это для того, чтобы привлечь его внимание, но потом он увидел его взгляд, перебегающий с предмета на предмет, и понял: Люциус нервничает.

Да вообще-то и должен. Гарри был не единственный, кто оказался в щекотливой ситуации. А учитывая, насколько Малфой любит своего сына, – в чём Гарри не сомневался, – то Люциус действительно потеряет много, если не отстоит своё право. Ну, по крайней мере, сам Малфой так думал, так как решил, что именно брюнет не отвечал на их приглашения.

– Мистер Поттер, – в конце концов начал он, говоря сквозь зубы. – Я бы предпочел, чтобы этот разговор остался сугубо между нами. Если вы не возражаете...

Гарри приложил максимальное усилие, чтобы не усмехнуться. Насколько он любил Драко, настолько он не любил его отца, и поделом ему было, что его заставили сдать палочку на входе в министерство. Теперь было такое правило: все, кто имел тёмную метку, были обязаны сдать палочку при входе в здание Аврората.

Когда соглашение на приватность разговора было получено, Малфой снова прочистил горло.

– Возможно, ужин в вашем доме прошёл не так гладко, как должен был, – проговорил он, и было видно, насколько трудно давалось ему каждое слово.

– Возможно? – брови Гарри взметнулись вверх. – Да вы заставили Драко взорваться, как фейерверк!

Это было, конечно, не совсем так, Гарри понимал; всё произошло из-за подавленных воспоминаний Драко, которые заставили его в тот вечер вспылить и совершенно выйти из себя. Но если он хотел заострить внимание на том, чтобы Люциус принимал сына таким, какой он есть, то маленькая невинная ложь не помешает.

Пальцы Малфоя сжали трость, увенчанную набалдашником в виде змеиной головы.

– Драко был достаточно груб со мной и с моей супругой, как вы помните, мистер Поттер...

– Ну и что? У него был дикий стресс! Я уверен, что вы вели бы себя ещё хуже, если бы вас лишили памяти и отдали в рабство заклятому врагу! И вы были грубее него, если вам интересно моё мнение. Ему нравится готовить, а вы оскорбляли его из-за этого снова и снова!

– Я не...

– Вы что, воспитали настолько тупого сына, что он упорно не замечал, какое отвращение было написано у вас на лице при каждой перемене блюд?

Малфой со стуком сомкнул челюсти.

– Насколько мне помнится, вы дали мне слово, что не будете препятствовать сыну видеться со своими родителями, а сейчас вы делаете именно это. Так как имеете на это право, – язвительно добавил он, потому что вспомнил о последствиях, которые может применить заклятье. – Я не собираюсь это обсуждать. Вы в праве держать его подальше от нас столько, сколько вам заблагорассудится, лелеять свою жажду мщения за моё поведение в вашем... доме.

Хм. Почему-то у Гарри появилось ощущение, что вообще-то он собирался произнести «лачуге».

– Я не указываю вам, что делать с моим сыном, – продолжил Малфой натянутым от негодования голосом. – Но я со всем уважением прошу вас отвечать на почту, которую вы получаете.

Он поднялся, стукнув тростью об пол.

– До свиданья, мистер Поттер.

– Сядьте, – вздохнул Гарри.  Было очевидно, что Малфой делает из него отрицательного героя в их семейной драме, но ему очень хотелось, чтобы Драко помирился с родителями. Поэтому он должен был сказать что-нибудь, пока была такая возможность.

Малфой не сдвинулся ни на миллиметр.

– Сядьте! – повторил парень.

– Вы видимо путаете меня с сыном. Я не должен выполнять все ваши приказания!

– И он не должен, вы, идиот!

Такое заявление озадачило Малфоя настолько, что он действительно сел, как Гарри и просил.

– Короче, дело обстоит так, – начал Гарри, гадая, не совершает ли он катастрофическую ошибку. Может всё-таки оставить Малфоя при мнении, что именно он, Гарри, обрубает всякую связь Драко с родителями? Но не делать этого заставил Гарри тот факт, что Малфой так и остался высокомерным ублюдком. Если он так и не понял, насколько искренне Драко тогда разозлился, то в следующую их встречу он может сказать что-нибудь такое, что ещё больше усугубит ситуацию. Что-нибудь насчет полукровок... Уже этого будет достаточно. Теперь, когда память к Драко вернулась, он может очень надолго порвать с родителями, если решит, что была оскорблена честь Николая.

А Гарри этого очень не хотелось.

– Так вы говорили?..

Гарри вполне мог обойтись без этой насмешки. Наверное, именно она привела к тому, что он решительно отказался от вежливых слов и бухнул всю правду как есть.

– Я не видел ни одного вашего приглашения.  

– Я полагал, что не стоило отправлять приглашения камином. Но я не могу поверить, что четыре письма просто канули в астрал!

Гарри улыбнулся.

– Да вы никак меня сейчас лжецом назвали?

Мужчина закрыл рот так резко, что его зубы клацнули.

– Вот так-то лучше. Вам надо начинать говорить меньше, а слушать больше. Я думаю, что Драко получал ваши письма, Малфой.  Я знаю, что именно он открыл ваше первое письмо, потому что он сказал мне, что он его проигнорировал.

– Моему сыну манеры не позволили бы такого сделать...

– Опять вы меня перебиваете, – произнёс Гарри, качая головой. – Ещё раз: Драко уже проигнорировал все ваши приглашения. Сейчас он хочет ненавидеть вас. Я не думаю, что у него это хорошо получается, но он очень старается. Вот насколько вы его обидели.

Ноздри Малфоя раздулись.

– Только потому, что мне не понравился его суп?

– Ну, есть и ещё причины, но это его личные причины, поэтому не спрашивайте о них. Давайте просто скажем, что вы не знаете его и в половину так хорошо, как вы думаете. Если вы хотите всё-таки наладить с ним отношения, то послушайте меня...

– Или вы запретите ему и близко подходить ко мне!

– Вашу мать, чего я вообще распинаюсь? – разозлился Гарри. – Вы настолько уверены в своей правоте, что совершенно не слушаете, что вам говорят! Я ничего Драко не запрещаю! Это его решение! Вы сами оттолкнули его своими дебильными замечаниями, а он сейчас... очень уязвим. Если вы продолжите в том же духе, то вы настолько его отвернёте от себя, что он никогда в жизни не захочет находиться с вами в одной комнате! И пока вы не сказали еще какую-то глупость – нет! Это не то, чего я хочу! Я убежден, что семья – это очень важно, даже если вы были таким дерьмовым отцом, что он практически закончил Азкабаном, следуя вашему идеальному примеру!

Малфой был настолько потрясён, что сидел и никак не мог сглотнуть.

– Продолжайте... – наконец произнёс он тихо.

Пришла пора копнуть глубже, решил Гарри. Глубоко, но только чтобы не затронуть личных дел Драко.

– Он назвал вас расистом, помните?

– Ваше влияние...

– Нет, – отрезал брюнет. – Клянусь всем святым, что нет, Малфой. Это слова Драко, и он говорил именно то, что хотел сказать. Он согласится на встречу с вами, когда будет готов, но когда это случится – я даже не представляю: если вы ещё раз начнёте выдавать всякое дерьмо насчет полукровок или чего-то ещё в том же духе, я уверен, вы несколько лет его не увидите, если вообще увидите когда-нибудь. И так, для справки: я как раз старался убедить его не обрубать все концы в отношениях с вами; но если вы больше настроены на то, чтобы вызывать в нём ненависть, чем на принятие своего сына таким, какой он есть, то я действительно готов помочь ему в том, чтобы он больше не виделся с вами! Теперь всё ясно, надеюсь?

Малфой медленно закрыл глаза.

– Это действительно были слова Драко? Честно?

Гарри кивнул прежде, чем сообразил, что Малфой этого не увидит.

– Да.

Малфой посмотрел на него и внезапно сильнейшие эмоции отразились в этом взгляде. Гарри не мог припомнить, чтобы видел у него в глазах столько муки. Даже на той фотографии сразу после суда, когда был произнесён приговор к Азкабану... Нет, тогда Малфой смотрел гордо. Но сейчас от гордости не осталось и следа.

– Тогда я действительно его не знаю... Я совсем не знаю своего сына...

– Действительно, – произнёс мягко Гарри. – Вы действительно его не знаете, мистер Малфой.  Всё, что вы сейчас можете делать – не отталкивать его от себя ещё дальше...

Но Малфой, по-видимому, даже не слышал его.

– Я знал, что он сильно изменился, когда вернулся из России... но... но...

Гарри хрустнул пальцами, чтобы привлечь его внимание. Грубовато, конечно, но зато возымело своё действие.

– Он сильно изменился задолго до этого. Вы были в тюрьме, когда он резко повзрослел, а к тому моменту, как вы вышли, он стал полноценным взрослым мужчиной. Мужчиной, которого вы совершенно не знали, хотя надо сказать, что Драко и сам старался держать вас в неведении. Но теперь вы можете начать узнавать его заново, если приложите к этому усилия и время. И пожалуйста, никаких разговоров о чистоте крови. Или что он должен иметь наследника, чтобы продолжить род Малфоев. На эти две темы – абсолютное табу! Просто постарайтесь увидеть, кто он, вместо того, чтобы говорить ему, кем он должен быть.

Малфой медленно вздохнул.

– Как скажете, мистер Поттер, как скажете.

Когда он поднялся и двинулся к выходу, его походка была как у старика.

– Я поговорю со свой женой, чтобы она прекратила писать приглашения.

– О, нет-нет-нет! – быстро проговорил Гарри, поднимаясь с места и огибая стол. – Он может подумать, что вы сдались. Нет, я думаю, вы должны продолжать присылать их. Продолжайте напоминать ему, что вы хотите видеть его. И когда он будет готов... – Гарри повёл плечами.

– Я понял вас, – произнёс Малфой, глядя в сторону. – Значит... вы действительно не хотите отдалить его от нас?

Да, случай оказался тяжёлый.

– Нет. Вы его отец, и я хочу, чтобы вы были у него, – ответил Гарри с внезапной грустью, хотя думал, что она давно исчезла. – Я просто не хочу, чтобы вы сделали ему больно.

Малфой сухо кивнул.

– Тогда всего хорошего.

Гарри тоже кивнул вместо прощания, думая, что всё могло пройти гораздо хуже. Наверное, этот день действительно был хорошим.

Но он таким не был.

Когда Гарри вернулся с работы, спина Драко снова была покрыта нарывами, и в этот раз они выглядели гораздо хуже.

(*Муффлиато – заглушающие чары).

Глава 56

Когда Гарри аппарировал домой, Драко лежал лицом вниз на диване в гостиной и, между прочим, рубашки на нём не было. Но Гарри не обратил на это внимание, потому что всё, что он видел в тот момент – это спина Драко, в огромном количестве покрытая волдырями. В этот раз они выглядели так, как будто кто-то пытался их сковырнуть.

Или как будто что-то сделало их такими ужасными.

Бросившись к блондину, Гарри упал на колени рядом с диваном и легонько провел по затылку Драко рукой.

– Почему ты не написал мне через камин?

Драко приоткрыл помутневшие глаза и чуть-чуть шевельнулся.

– Я знал, что ты скоро будешь дома. Они не любят магию. Я не рискнул брать порошок...

Это ответило и на незаданный вопрос Гарри о том, не повлияло ли на такое состояние волдырей то, что Драко попытался лечить их как-то магически. Конечно, нет. Он ещё с прошлого раза хорошо запомнил, чем это закончилось.

Но сейчас волдыри были настолько ужасными, что Драко мог только лежать на диване, испытывая ужасную боль и не имея возможности связаться с Гарри, чтобы попросить о помощи...

Что-то в Гарри щелкнуло, ощущение было, что распрямилась годами сжимаемая пружина.

– Тогда решено. Я заведу сову.

Драко попробовал улыбнуться, но даже это у него не получилось.

– Очень... рад... за тебя...

Гарри нахмурился. Сова была нужна не ему. Но хватит об этом.

– Ты что, пытался их расковырять?

Едва заметное движение головы послужило ответом. Ну да, надо же было додуматься спросить о таком... Как бы Драко вообще дотянулся до них?

– Почему-то они выглядят гораздо хуже, чем в прошлый раз, – пробормотал аврор.

– Не так уж и хуже, – со стоном произнёс блондин.

– Нет, гораздо хуже, – настаивал на своём Поттер. Он подозревал, что Драко пытается приуменьшить болезненность волдырей только потому, что не хочет быть ему обузой. – И когда мы избавились от них в прошлый раз, я был уверен, что то, что они появились – это какая-то нелепая случайность. Но если это становится чем-то регулярным, то надо у кого-то проконсультироваться на эту тему. Мы же даже не знаем, что их вызывает!

Драко снова застонал.

– Гарри... можешь дать мне ту таблетку? А лучше даже две... А потом, когда они подействуют, намазать меня мазью?

Поттер покачал головой.

– Забудь об этом. Мы идем в Мунго.

Драко приподнял голову.

– Они используют магию. Там все пропитано магией...

– Да, но мне кажется, что ты перегибаешь палку с боязнью магии, если даже не прикоснулся к порошку, – мягким успокаивающим тоном произнёс Гарри. – Эти волдыри  отрицательно реагируют не на магию вообще, а только на ту, которая направлена на их лечение или обезболивание. И я не позволю целителям использовать какие-либо заклинания в отношении тебя.

– Когда они обнаружат, что могут сделать мне больно заклинаниями, даже ты остановить их не сможешь, – пробормотал Драко.

– Не дури. Они же целители!

– А я... – Драко закрыл глаза, уронил голову на подушку и положил на затылок руки. – Ты знаешь, кем я был.

–Сейчас ты не тот, кем ты был раньше, – произнес Гарри, наклоняясь к нему. – Ты полностью отбыл своё наказание, и я не позволю кому бы то ни было, даже целителю, наказывать тебя снова. Поверь мне.

– Я верю, но я туда не пойду. Если тебе тяжело мазать мне спину три раза в день, тогда я постараюсь сам... или обойдусь без этого...

– Чёрт бы тебя побрал, Драко, ты знаешь, что мне это не тяжело!

– Тогда дай мне пару этих дурацких таблеток и сделай это сейчас! – прошипел Драко сквозь стиснутые зубы.

Гарри был уверен, что Драко нужно отвезти в больницу, но встретив такое сопротивление, он решил больше не говорить на эту тему. Пока.

***

Через полчаса все волдыри были покрыты слоем мази, и Драко уже более-менее расслабился, хотя всё ещё лежал в той же позе, в какой застал его Гарри.

– Ладно, если не хочешь привлекать целителей, – проговорил Гарри, усаживаясь около дивана, – тогда мы должны сами выяснить, что конкретно вызывает такую реакцию.

– Если бы я знал, что её вызывает, то уже сказал бы, – ответил Драко. – Твои предположения?

– Никаких.

– Естественно.

– Я просто пытаюсь дать тебе понять, что было бы лучше...

– Отправиться в Мунго, – закончил за него блондин. – Ответ «нет».

– Хорошо, – вздохнул Гарри. – Мне очень хочется решить эту проблему так, чтобы она больше не возникала. М-м-м.... Аптекарь говорил, что это выглядит, как типичная аллергия. И мазь предназначается для удаления последствий аллергической реакции. Ну и, делал ли ты что-то необычное сегодня? Что-то, что опять привело к появлениюэтих волдырей?

Драко побледнел.

– Я виноват?

– Я не это имел в виду.

– Ты что, думаешь, что пока ты на работе, я сижу тут и ем какие-то экзотические виды моллюсков, которых никогда раньше не пробовал? Тогда бы я хоть знал, что в этом виноваты острые зазубринки на раковинах!

– Я знаю, что ты много работаешь, Драко, – спокойно отозвался Гарри. – Я очень высоко ценю всё, что ты делаешь по дому. Но сейчас прекрати менять тему.

– Тогда нет, я не знаю, что может вызывать эти волдыри, – сдавленно произнёс блондин.

– Я не говорю, что ты знаешь. – Гарри напомнил себе, что надо быть сдержанным, даже не смотря на то, что Драко ведёт себя, как... как-то по-дурацки. Ему что, всё равно, что ли, и он не хочет избавиться от этой проблемы?

Хотя, может ему слишком больно и он не может мыслить связно. Или то, что он превратился в подобие домохозяйки, сказалось, наконец, на его нервах.

– Ладно, попробуем ещё раз. Ты делал сегодня что-то необычное? Что-нибудь, что ты не делаешь каждый день? Может, заклинания, которые ты очень редко используешь? Потому что, если это аллергия, то она априори должна быть вызвана чем-то магическим. Иначе, почему она так реагирует на магию?

– Я использовал Эванеско для того, чтобы удалить мерзкую грязь от протечки канализации. – Драко скривился так, как будто его сейчас стошнит. – Думаешь, это вызвало волдыри?  

Гарри не видел связи, но, поразмыслив, пришёл к кое-каким выводам.

– Ладно, ты терпеть не можешь работу по дому. Извини, я скоро что-нибудь придумаю. Как думаешь, может попросить у твоего отца эльфа?

Глаза Драко загорелись, как будто ему предложили искушение. Великое искушение. Но через мгновение он покачал головой.

– Почему нет? – спросил Гарри, придвигаясь чуть ближе. – Потому что твой отец может подумать, что ты успокоился и готов встретиться с ним? Мы можем его вообще в это не посвящать...

– Как будто мама может одолжить нам эльфа без его разрешения.

Гарри улыбнулся. Лично он думал, что Нарцисса Малфой вполне способна провернуть такую штуку, но дело сейчас было не в этом.

– У меня ещё есть Кикимер. Он уже много лет работает в Хогвартсе. Я бы его давно освободил за то, как он помог нам на войне, но не хотел обижать его, предлагая одежду.

Драко вздохнул.

– Ну да. Большинство эльфов не оценят по достоинству предложенные им носки и тому подобное.

Гарри кивнул.

– Поэтому, я просто попрошу его переехать сюда и работать здесь. Всё просто.

– А когда нагрянет Гермиона?

– Ну, они с Роном, кажется, не особо горят желанием зайти в ближайшем будущем. Они, видишь ли... они понимают, что к тебе вернулась память... и, в общем, теперь тебе не особо легко... когда всё навалилось так сразу...

Драко вздрогнул и медленно сел, продолжая держать подушку на коленях и обхватив её руками. Это сперва озадачило Гарри, но он пришел к выводу, что Драко просто надо было что-то обнимать.

– Ты ведь сказал им о Николае, не так ли?

– О... ну-у...

– «Э-э-э»! – закончил за него Драко. – Это твой любимый звук, который ты издаешь, когда не знаешь, что сказать.

– Я не хотел говорить им, – быстро ответил Гарри. – Просто Рон стал вести себя, как дурак...

– То есть, был самим собой, – пробормотал Драко.

– Я хотел, чтобы они поняли, почему им лучше пока не приходить. Сейчас для тебя не самое подходящее время терпеть Роновы придирки. Понимаешь, пока у тебя была амнезия, он согласился вести себя с тобой помягче. Но когда обнаружилось, что ты всё вспомнил, он может начать снова... ну, ты понял. Как было в школе.

Драко настолько сильно стиснул подушку, что она полностью смялась в его руках.

– Это, конечно, не очень приятно, но я не вижу причины, зачем было им рассказывать о моём муже. Это только добавит ещё один пункт для издёвок надо мной.

– Ну, нет, – покачал Гарри головой. – Рон, конечно, парень темпераментный, но он не из тех, кто может смерть любимого человека считать хорошим поводом для насмешек.

– Нет, конечно, нет, – произнёс Драко сухо, его лицо застыло, когда он отвернулся от Гарри. – Ты бы не мог дружить с таким, правда? Твои друзья – образцы достоинства и чистоты, все до единого.

– Нет, у всех есть свои недостатки. Но я так и не понял насчёт Кикимера. Мне его позвать?

– Нет. – Гарри видел, что Драко несколько раз сглотнул. – Я не хочу здесь никаких домовых эльфов.

– Почему?

– А что, одного моего слова не достаточно? Я должен объяснять все причины своего поведения?

«Да», – подумал Гарри, который хотел получше понять своего сожителя. Но заставлять его говорить, когда он говорить не хотел – будет только хуже.

– Ладно, Кикимеру – нет. – Поттер попытался улыбнуться. – Что бы ты хотел на ужин? Я принесу кулинарную книгу, выбери что хочешь, и я приготовлю.

– Знаешь, где-то между обвинениями в том, что я сам виноват, что волдыри вновь появились, и выяснением моего отношения к домовым эльфам, мой аппетит исчез, – ответил Драко, стараясь подняться на ноги и всё ещё сжимая проклятую подушку. – Я удалюсь, если ты соблаговолишь это одобрить. 

Было только семь вечера, но он был уверен, что Гарри едва ли как-то возразит ему.

– Драко, ты задолбал! Ты прекрасно знаешь, что тебе не нужно моё одобрение, чтобы сделать что-то! И я тебя ни в чем не обвинял! Я просто пытался понять, что могло вызвать эти волдыри!

Драко побледнел.

– Я помню, что сам просил поиграть со мной в аврора, но сейчас мне бы не хотелось, чтобы меня допрашивали.

Чёрт, чёрт, чёрт! Гарри так не хотел напоминать ему о сексуальных играх, которые они устраивали. Откровенно говоря, он так и не понял, почему мысли Драко прыгнули в эту сторону, но если такое произошло, надо срочно жать на тормоза.

– Спокойной ночи, – произнёс он, когда Драко уже почти поднялся по лестнице. – Если не хочешь есть, тогда выпей воды.

– Хорошо.

В эту ночь мокрых снов не было.

Оно и понятно. Когда Гарри заглянул к нему в комнату, чтобы проверить, всё ли в порядке, блондин лежал на животе, так как волдыри не давали принять ни какую другую позу.

– Тебе что-то нужно? – спросил он сонным голосом. – Я могу что-то сделать для тебя?

Так как он всё равно проснулся, Гарри спросил:

– Тебе не будет легче, если ты снимешь пижамную рубашку? Она же натирает тебе спину. Э-э-э... и... может... пока убрать метлу из кровати? Прутья довольно колючие...

– Мне нравится спасть с ней, – зевая, ответил Драко. – И только попробуй приколоться надо мной по этому поводу.

– Я и не собирался...

– Естественно. – Он застонал. – Чем больше я просыпаюсь, тем больше они болят. Поэтому, если не возражаешь, или скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал, или я снова буду спать.

– Спокойной ночи, – быстро ответил Гарри. – Я только заглянул узнать, не нужно ли чего.

Вздохнув, он вернулся в свою комнату и несколько раз взбил подушку. Но это не сработало. Пролежав несколько часов с открытыми глазами, он, наконец, провалился в сон.

Глава 57

Казалось, в этот раз фурункулы заживали гораздо медленнее. Прошла целая неделя, прежде чем они были сведены до едва заметных красных пятен.

К тому времени Гарри чуть ли не с ума сходил от того, что у Драко до сих пор не было ни одного эротического сна.

Порой он подумывал о том, чтобы наложить на Драко чары сна, прилечь рядом и... нет, лучше  думать о том, что мог бы сделать дальше. Пусть всё останется на уровне едва оформившегося желания, чтобы он смог воспротивиться ему прежде, чем оно станет чем-то похожим на продуманный план.

Помочь Драко, когда тот действительно нуждается в Гарри, не может обойтись без него – это одно. Даже если Гарри был способен допустить некоторую вольность и убедить себя в том, что Драко явно бывал возбуждён ещё до того, как Гарри входил в комнату. Он просто... да, ему доставляло удовольствие думать об этом хотя бы потому, что Драко последнее время действительно был, так сказать, в настроении.

Но идти в комнату Драко и вызывать у него желание против его воли, когда тот мирно спал...

Гарри не мог позволить себе сделать это. На самом деле, когда мысль об этом полностью оформилась в его сознании, он стал настолько противен сам себе, что готов был дать себе хорошего пинка. Тьфу! Что с ним происходит?

Любовь к человеку, который явно любит кого-то другого, – не оправдание подобным отвратительным мыслям. Определённо.

И всё же, когда наступила ночь и Драко не спал, Гарри не мог удержаться от того, чтобы не бросить на него мечтательный взгляд, проходя мимо открытой двери его комнаты. Он замедлил шаг настолько, что почти остановился.

Почти, но всё-таки не остановился. Усилием воли он заставил себя идти дальше.

Когда лечение мазью было закончено, Драко не сказал ни слова о том, что надо снова начать втирать в кожу лосьон для предотвращения образования рубцов. Однако было вполне очевидно, что он хотел этого, так как Гарри, вернувшись однажды вечером с работы, нашёл на кухонном столе новую бутылочку с лосьоном.

Что ж, если это была единственная возможность прикоснуться к Драко, то Гарри не собирался ее упускать.

Между тем Драко всё ещё вёл себя странно, стараясь не показывать свою грудь. Если бы Гарри был не в курсе, то он мог бы подумать, что Драко прячет уродливые рубцы, оставшиеся от Сектумсемпра. Но у него не было никаких рубцов, так что это предположение было неверным.

И Гарри знал, что Драко нечего было стыдиться, вроде смешно торчащего пупка или впалой грудной клетки. Нет, Драко был прекрасен. Прекрасен. Очень худой и стройный, но подтянутый и мускулистый во всех нужных местах. Гарри ли не знать об этом. Он видел его всего, когда они были любовниками.

Он знал, что ему придётся довольствоваться лишь воспоминаниями, так как было совершенно ясно, что в ближайшее время он не увидит Драко полуголым, а уж тем более – полностью обнажённым.

Мысль, которая не давала Гарри покоя – это что делать с Николаем. Довольно удручающая мысль, но ничего не поделать.

Через три дня после начала процедур Гарри уловил стон спящего Драко. Услышав его, Гарри мгновенно возбудился. Он сам чуть не застонал в ответ.

Он пытался делать только то, что должен был, но сейчас у него не осталось сил, чтобы сдерживать себя. Гарри выдержал и не прикасался к Драко лишь две ночи подряд, так что сейчас ему это было просто необходимо.

Он убеждал себя, что на самом деле то, что он делает, не так уж и плохо, но в глубине души прекрасно понимал, что это совсем не так. Рационализация* – вот каким словом он смог последний раз охарактеризовать свои действия, и хотя понимал, что это довольно жалкое оправдание, но остановить себя уже не мог.

Он был настолько вымотан постоянными в течение двух недель пробуждениями посреди ночи, что однажды ночью вбежал в комнату Драко, забыв захватить палочку.

Измученный, он без сил упал на кровать рядом с Драко, и, когда тот заворочался под одеялом, поспешно набросил беспалочковой магией чары глубокого сна. И, по большому счёту, это было непростительной небрежностью. Беспалочковая магия и в лучшие-то времена требовала изрядного вложения сил, а сейчас, когда Гарри был полумёртвым от усталости и недосыпания, она просто изнурила его окончательно. Глаза слипались от усталости, и Гарри подумал, что если он не будет осторожен, то уснёт прямо в чужой кровати.

Будет великолепно, если следующим утром придётся объяснять ещё и это.

Зевая, Гарри решил, что пора уже приступить к делу. Обхватив член Драко, он начал двигать рукой вверх-вниз по стволу, лениво наблюдая за тем, как тотподстраивается под заданный им ритм. Боже, как он устал!..

Он не планировал этого. Потом он будет ругать себя, потому что изначально у него даже такого намеренья не было.

В самом деле, всё произошло так естественно, что позже Гарри даже не мог отследить тот момент, когда это началось. Всё, что он знал: он полулежал на кровати и двигал рукойкак можно быстрее, лаская член Драко, чтобы тот приблизился к разрядке. Гарри шёпотом приказал, чтобы блондин кончил. И тут он понял, что слишком устал, чтобы вновь прибегать к помощи беспалочковой магии, поэтому единственный способ избавить себя от необходимости накладывать очищающие чары – это просто взять член Драко в рот и проглотить его сперму.

Он не сразу осознал, что произошло. Господи, он сходит с ума? Он не должен был этого делать, независимо от обстоятельств!

Вскочив с кровати и чувствуя, как адреналин стирает последние остатки усталости, Гарри начал в тревоге и панике ходить взад и вперёд по комнате. Ведь он мог в любой момент встать и сходить за палочкой в свою комнату, даже не смотря на то, что сильно устал! Он мог призвать её беспалочковой магией вместо того, чтобы остатки сил потратить на наложение чар сна. Он мог даже просто стереть следы спермы Драко влажной салфеткой или...

Чёрт!

Гарри захотелось себя ударить. Усталость как рукой сняло, было сильное желание пнуть стену с такой силой, чтобы сломать себе пальцы ног.

Драко продолжал спать, так и не проснувшись ни от своего стона, ни от того, что произошло после. Он спал, не ведая, что происходит его комнате по ночам, не зная, что сегодня Гарри... практически изнасиловал его! И не важно, что прежде они были любовниками и, если бы ими оставались до сих пор, то Драко ничего бы не имел против подобных действий Гарри, разве что посчитал бы их несколько странными. Единственное, что имело сейчас значение, что теперь Драко имеет полное право возразить, и, конечно, так бы и поступил, если бы знал о том, что делал с ним Гарри...

Не с ним, а для него. Для него. Для него.

Гарри опустил голову и изо всех сих зажмурился, но предательские слёзы всё же просочились и заблестели на ресницах. Он и не думал, что ему будет когда-нибудь так стыдно за себя. Это хуже, чем заглянуть в Омут памяти другого человека, хуже, чем применить Непростительное, потому что оба эти действия были бы спонтанны. Гарри же действовал по обстоятельствам, имея возможность всё взвесить и учесть.

Но это? Неужели взять в рот член Драко было спонтанным действием? Это было практически неизбежно с того самого времени, как Гарри начал эту рискованную игру, считая, что ничего страшного не будет, если сначала просто дотронуться, а потом позволить себе чуть больше и больше... Если бы он знал, к чему всё приведёт, неужели он бы начинал всё это?

И усталость не может служить тому оправданием.

Всё, больше это не повторится, решил Гарри. Его не волнует сложившаяся ситуация, он больше не собирается посягать на Драко и, таким образом, обманывать его доверие.

Если бы существовал способ принять Непреложный обет без третьей стороны – свидетеля, – Гарри непременно согласился бы на него. Как бы то ни было, всё, что он мог сделать–это пообещать самому себе.

Итак, он дал обещание самому себе со всем жаром и искренностью, на какие был способен, а потом, на всякий случай, он дал обещание Драко. Вслух.

Гарри бы досталось по заслугам, услышь Малфой его слова, но чары не дали тому проснуться.

Как только Гарри закончил с обещанием, он сделал то, что должен был ещё в самом начале. Он сходил в свою комнату за палочкой и, вернувшись, наложил сначала очищающее заклинание на Драко и постельное бельё, а потом ещё одно. Заклинание, которое будет постепенно снимать эффект от чар глубокого сна, чтобы Драко смог через некоторое время спать обычным, не зачарованным сном.

Закончив, Гарри опустился на колени на пол у изголовья Драко и залюбовался им, спящим. Господи, как же он был красив, и Гарри не в первый раз задался вопросом, как мог не замечать этого на протяжении всех лет обучения в Хогвартсе. Он не знал никого, кто был бы настолько же потрясающе, бесподобно прекрасен, как Драко Малфой.

По правде говоря, тогда Гарри совсем не обращал на это внимание. Для него красота Драко была абсолютно не важна, до тех пор, пока тот оставался безобразен в душе.

Но не сейчас. Сейчас Драко был восхитителен, хотя, конечно, у него были свои недостатки. Впрочем, как и у любого другого человека.

Не такие уж и страшные это были изъяны. Не теперь.

Гарри захотелось приподняться и нежно, мягко поцеловать Драко в губы.

Но он не сделал этого.

Он сдержал своё обещание и вышел из комнаты, не поддавшись искушению. Он не собирался повторять свою ошибку. Ни за что.

***

Следующие несколько ночей были испытанием его силы воли.

Зная, что его ожидает ночью, у Гарри был соблазн сделать Драко лишь поверхностный массаж. Чтобы покончить с этим всем как можно быстрее и с минимальными неудобствами. Неудобствами для Гарри, поскольку Драко перестал испытывать боль, как только исчезли фурункулы.

Но в итоге Гарри не мог просто быстро втереть лосьон и уйти, потому что, чёрт возьми, у него было согласие Драко, который хотел получить полноценный массаж спины. Как мог Гарри отказаться, если это было не только то, что он него ждал блондин, но и то, что Гарри мог делать, не испытывая чувства вины?

И неважно, что по ночам он часто сожалел о лишнем получасе, посвящённом каждому из позвонков или нервных узелков на спине Драко, стараясь, чтобы тот максимально расслабился. К тому времени Гарри изучил каждый сантиметр спины Драко настолько хорошо, что мог бы найти то или иное чувствительное место даже будучи в полной темноте.

Не говоря уже о том, что он просто не мог отказаться от этих втираний. Не сейчас, когда это было единственным, что у него осталось.

Однако Гарри сдержал своё обещание. Когда он входил в комнату Драко ночью, он не обхватывал тут же рукой член парня, не прикасался к нему, не ласкал и, тем более, не пытался взять в рот.

Он делал то, что должен был делать с самого начала. Он ждал, не касаясьДрако и не произнося ни слова, пока тот, кажущийся таким потерянным в испытываемой им муке страсти, не достигал пика желания. Тогда Гарри осторожно клал руку на Драко, позаботившись о том, чтобы не коснуться ненароком какой-нибудь запретной части тела. Иногда это была тыльная сторона кисти Драко. Иногда – его лодыжка. Подходила практически любая часть тела, лишь бы подальше от соблазнительного члена Драко.

Он не собирался «случайно» задеть его, даже просто через ткань, чтобы вновь не встать на путь соблазна.

Драко – конечно, ненароком, – делал всё, чтобы усложнить Гарри задачу.

Гарри было не в чем его обвинить, ведь Драко крепко спал, ни о чём не подозревая.

Но его неосознанные действия во сне просто сводили Гарри с ума.

Всё началось со стона. Отлично, у Драко был «мокрый» сон. Любой человек так будет реагировать во время подобного сна. Но разве он должен стонать так, будто Гарри делает ему массаж? Не заметить сходство было просто невозможно. Либо Драко действительно получал гораздо большее наслаждение от массажа, чем думал Гарри, либо... либо он вообще всегда был довольно открыт в выражении своих эмоций.

Гарри сказал себе, что второе предположение более верное, и что этот стон Драко не был спровоцирован просто массажем спины – и задницы, – ведь удовольствие во время массажа не имеет ничего общего с сексуальным, которое он испытывал во сне.

Конечно же, нет.

Однако он всегда бросал пристальный взгляд на промежность Драко, когда тот поднимался после массажа. Но, конечно, только украдкой, чтобы Драко не заметил. Но от его внимания не ускользнуло бы, если у Драко была бы эрекция.

Вроде ничего подобного Гарри ни разу не заметил. Но Драко, как только боль от фурункулов прошла,перестал вставать сразу после процедуры. Ему нравилось,как он однажды признался, «немного понежиться». И иногда, если вдуматься,его стоны во время и после втираний лосьона вполне можно было принять за стоны сексуального наслаждения.

В любом случае, если Драко и возбуждался во время массажа, то у него было достаточно времени, чтобы успокоиться и не выдать себя прежде, чем он поднимался с дивана.

Чёрт.

До того, как Гарри получил яркое доказательство, возбуждался ли Драко от его прикосновений – спина и зад блондина полностью очистились от фурункулов. Не осталось даже крошечных красных пятнышек.

И как бы Гарри ни хотел продолжать делать ежедневный Драко массаж – вне зависимости от того, были какие-нибудь у того пятна на коже или нет – он не мог себе этого позволить, потому что тогда это бы означало, что он злоупотребляет доверием Драко. Ведь тот хотел только, чтобы Гарри втирал в его кожу лосьон, беспокоясь, что от фурункулов могут остаться шрамы. У него эта мысль носила почти параноидальный характер. Создавалось впечатление, что он постоянно думает только о своей внешности.

И это было печально, не так ли?

Потому что Драко был действительно необычайно красивым мужчиной, и дело не только в его симпатичном лице.

Гарри еле сдержал вздох. Вероятно, Драко думал, что добьётся большего, если будет производить хорошее впечатление своим внешним видом, и при этом забывал о важности душевных качеств. Взять того же Люциуса Малфоя. Он считал, что пока производит нужное впечатление, у него есть власть и влияние, и действительно добивался своего.

Или это Николай заставил Драко считать, что самое важное в человеке – это то, насколько хорошо он выглядит? Гарри не знал наверняка, но подумал, что если это предположение было верным, то его уважение к этому человеку сильно пошатнётся.

С другой стороны, это бы было первым большим недостатком в характере Николая Преображенского, который нашёл бы Гарри, а это, в свою очередь, принесло бы некоторое облегчение. Ведь не мог же Гарри конкурировать с совершенством.

Не то чтобы он участвовал в каком-то подобии соревнования.

Или всё же участвовал?

И вот, спустя несколько дней после последнего втирания, Гарри снова вернулся к поиску ответа на этот вопрос. Была ночь, он был в комнате Драко, и, стараясь справиться с сонливостью, смотрел, как тот метался по постели, страдая от возбуждения и желания.

Как правило, Драко не произносил во сне никаких слов. Да, стонал и вздыхал. Его стоны могли быть протяжными и гортанными, это правда. Но слова? Они были крайне редки и, как правило, довольно предсказуемы. «Да, да... ещё, пожалуйста, ещё... сейчас...»

В общем, ничего особенного.

До этой ночи.

«Гарри...» – произнёс Драко, причём настолько отчётливо, что никаких сомнений в услышанном быть не могло.

Первой мыслью Гарри было, что Драко проснулся. Но нет, тот по-прежнему был во власти наложенных на него чар сна. Его глаза были закрыты, руки беспокойно сминали и комкали простынь, он толкнулся бёдрами вверх, и его эрекция стала ещё более заметна, не смотря на то, что он был в пижамных штанах и под одеялом.

Драко постанывал во сне, его лицо выражало отчаяние, он запрокинул голову назад, с трудом переводя дыхание.

А потом повторил снова, ещё более отчётливо. «Гарри!»

Так или иначе, Гарри каким-то чудом смог прийти в себя от изумления. Он взял Драко за лодыжку, касаясь при этом всей ладонью, а не кончиками пальцев, и прошептал Драко, что разрешает ему кончить.

Драко дёрнулся, его спина выгнулась дугой, рот приоткрылся и он издал протяжный стон удовольствия.

Не имя Гарри. Стон был похож на десятки таких же, издаваемых им во время предыдущих ночей.

Когда всё закончилось, и Драко погрузился в спокойный сон, Гарри продолжал сидеть на его кровати, ошеломлённый. Драко произнёс «Гарри». Дважды. Но что всё это значит?

Начал ли он желать Гарри вместо Николая? Смирился ли он, наконец, с тем, что его супруга теперь нет, а рядом находится человек, который его любит?

Гарри сжал челюсти. Это не могло быть правдой. Если бы это было так, то Драко не позволил бы Гарри прекращать ежедневный массаж после того, как фурункулы полностью исчезли. Он попросил бы Гарри продолжать ежедневно разминать ему спину, не так ли?

И он отказался бы от идеи постоянно быть в рубашке, особенно когда она причиняла ему неудобство, задевая заживающую кожу спины.

Да... но что насчёт того, когда Гарри приехал домой и увидел Драко без рубашки? Это был единичный случай, и такого больше не повторялось. И весьма вероятно, что это случилось лишь потому, что Драко было очень больно от вновь появившихся фурункулов.

Но если это так, то почему Драко звал во сне Гарри? Мог ли он неосознанно догадываться, что Гарри находился с ним в этот момент рядом и помогает получить сексуальную разрядку?

Или подсознательно Драко помнил, что обязан доставлять Гарри удовольствие? В конце концов, он мог произнести имя Гарри, просто зная, что только после этого сможет кончить.

Гарри понял, что на сегодня с него хватит.

***

Утром Драко вёл себя, как обычно. Гарри внимательно наблюдал за ним, стараясь уловить малейший признак того, что Драко помнил свой сегодняшний сон, или что звал Гарри, но, похоже, тот действительно оставался в полном неведении.

В самом деле, в честь чего он мог решить, что Гарри приходил к нему в комнату почти каждую ночь, и что он сегодняшней ночью сказал во сне что-то особенное, ведь так? Трудно было представить, что зная обо всём этом, Драко не пришёл бы в ярость.

Либо так, либо он считал, что Гарри имеетправо делать подобные вещи, благодаря грёбаному Рес меа эс. Может быть, он думает, что таким образом выполняет желание Гарри, ведь он должен потакать всем его прихотям?

Ха, он в бешенстве и, при этом, продолжает заботиться о том, чтобы выполнять свои обязанности?

Как бы то ни было, Гарри решил, что Драко не говорит о своих проблемах, так как считает, что Гарри не должен знать о них. Однако во сне блондин звал именно его.

Во всяком случае, такого больше не повторилось.

Возможно, с горечью думал Гарри, это происходило потому, что теперь он внимательно слушал Драко. Он хотел снова услышать своё имя. Хотел убедиться, что снится Драко, и что тот хочет его.

По сути, он так сильно желал этого, что когда возвращался в свою комнату, не мог уснуть.

С каждым днём Гарри чувствовал, что становится всё более раздражительным, но отчего, он понятия не имел: от того ли, что не мог хорошенько выспаться, или от того, что отчаянно желал быть тем, кто снится Драко.
***

– Вкусно? – спросил Драко, ставя на стол вино.

– Да, вполне.

– А мне кажется, что что-то не так, – сухо произнёс Драко, передвинув свой стул так, чтобы сесть прямо напротив Гарри. – И, по всей видимости, причина не в еде.

– У меня всё хорошо, – сказал Гарри, накалывая на вилку кусочек спаржи.

– И именно поэтому ты с таким остервенением нападаешь на овощи?

Гарри промолчал.

– Я хочу, чтобы ты мне сказал, что тебя беспокоит, – тихо произнёс Драко. – Ты знаешь, я не в первый раз тебя об этом спрашиваю.Или ты снова собираешься рассказать мне какую-нибудь жалкую сказочку о том, что у тебя всё «хорошо»? Кстати, это теперь твоё любимое слово.

Отлично, и что Гарри должен ему на это ответить? Что он сыт по горло тем, что Драко не произносит его имя во время своих «мокрых» снов, когда Гарри сидит с ним рядом, чтобы в нужное время помочь ему?.. Господи. Это длится уже два месяца. Неудивительно, что он сходит с ума.

Или, может быть, он чувствует себя так хреново, потому что обязался не нарушать данного себе грёбаного обещания, которое превратило его жизнь в ад, – ведь он вынужден почти каждую ночь наблюдать за тем, каккончает Драко, и при этом строго-настрого запрещать себе даже прикоснутьсяк нему?

Нужно ли удивляться, что обычно он отвечал на все вопросы Драко о его самочувствии словом «хорошо»?

Гарри решил, что это «хорошо» звучит настолько отвратительно, что он больше никогда его не произнесёт.

Так и не дождавшись ответа, Драко тяжело вздохнул.

– Гарри, это из-за меня? Я что-то сделал не так?

М?ка в словах Драко, вынудила Гарри, наконец, заговорить.

– Нет, ты...

– Ладно, я понял. – Драко с притворной усталостью закатил глаза, но потом вновь стал серьёзным. – Если это для тебя так важно, то можешь вызвать сюда Кикимера.

Гарри фыркнул.

– Я просто думал, что тебе нужна помощь. Если ты не хочешь, чтобы он был здесь, то мне нет смысла его вызывать.

– Отлично, тогда скажи, о чём ты, чёрт возьми, всё время так напряжённо думаешь!

Гарри понял, что очередное «всё хорошо» просто подольёт масла в огонь. Поэтому начал лихорадочно думать о том, как бы поубедительнее соврать.

– О работе, ясно? – сказал он, скрестив руки на груди. – Сейчас там просто ад. Настоящий ад.

Драко на мгновение пристально посмотрел на него, а потом кивнул.

– Так расскажи мне об этом.

Замечательно. Последнее, чего хотелось Гарри, это выдумывать сейчас кучу несуществующих проблем. Одной лжи было вполне достаточно.

– Ну, довольно сложно и не интересно слушать обо всём, что творится сейчас в Аврорате, особенно если ты не знаешь, как тампроходят будничные тренировки.

– Это не имеет значения, если я уловлю суть проблемы, – сказал Драко, протянув руку и прикоснувшись к запястью Гарри. – Просто выскажи всё, что тебя волнует, это поможет тебе расслабиться. Ты даже сможешь взглянуть на какие-то вещи по-новому, если просто начнёшь рассказывать о них.

– Хорошо, это действительно очень важно для меня, – коротко согласился Гарри. Ему очень не хотелось лишать себя прикосновения Драко, но для того, чтобы всё смотрелось правдоподобно, он, будто в раздражении, стряхнул руку блондина. – Но я не могу говорить об этом с тем, кто понятия не имеет о том, что там творится.

Драко сложил руки на коленях.

– Тогда поговори с кем-нибудь с твоей работы.

Боже, это уже превращается в фарс. Правду говорят, что одна ложь порождает собой другую. Теперь он должен говорить о том, как он ненавидит свою работу, хотя это не так.

– Там я – начальник отдела. Люди равняются на меня. Я должен сохранять лицо.

– То, что ты сейчас говоришь, совершенно не похоже на тебя.

– Может быть потому, что я не хочу говорить об этом?

– Хорошо, – сказал сердито Драко, но через мгновение его губы дрогнули в улыбке. – Ты меня убедил. Но... послушай, Гарри. Если ты беспокоишься о финансовых отчётах, о которых ты как-то упомянул, я был бы счастлив проверить их, или прогноз будущих расходов, или ещё что угодно.

– Я же сказал...

– Да-да, я понимаю, моё присутствие в Аврорате не лучшим образом отразится на твоей репутации. Но ты можешь принести отчёты домой, и я буду работать над ними тут.

Гарри гневно уставился на него.

– То есть ты хочешь сказать, что я недостаточно хорошо знаю своё дело, раз не справляюсь со своими обязанностями?

– Ты, наверное, единственный человек во всей Великобритании, кто бы мог так подумать, – сухо ответил Драко. – Гарри, пойми, я просто хочу сказать, что раз у меня есть большой опыт в работе с финансами, то я был бы рад использовать его, чтобы хоть немного тебе помочь.

Финансовые отчёты – это совсем не то, в чём Гарри хотел бы получить помощь от Драко! Чёрт, как бы он хотел воспользоваться своим правом и попросить то, чего на самом деле хотел!

Вероятно, не зная, как выкрутиться из создавшегося положения, Гарри сказал первое, что пришло на ум, и это оказалось не самым лучшим способом сгладить ситуацию.

– И когда это наследование третьей четверти миллиона галлеонов успело сделать тебя таким хорошим специалистом по финансам?

Драко моргнул, и на один короткий миг его лицо исказила тень боли. Но она тут же исчезла, и его лицо превратилось в маску безразличия.

– В настоящее время это уже миллион галлеонов. Я вкладывал деньги в различные акции и предприятия, чтобы они не лежали мёртвым капиталом, и я считаю, что хорошо распоряжался ими, раз смог их преумножить. Я действительно знаю, как обращаться с деньгами, Гарри.

Драко встал и взмахнул палочкой, чтобы убрать со стола.

– Извини, – глухо проговорил Гарри. – Я знаю, что ты прекрасно разбираешься в финансах. Просто... просто... чёрт! То, что меня беспокоит, совсем не связано с финансовыми отчётами. Если б у меня были трудности в этой сфере, я б тебя попросил.

– Позволь мне помочь тебе, даже если твои проблемы не связаны с финансами.

Гарри вздохнул.

– Как я уже говорил, тебе надо быть аврором, чтобы ты смог понять меня. Давай просто посмотрим какой-нибудь фильм. Выбери сам. А я пойду и приготовлю попкорн.

Драко на мгновение смотрел на Гарри, и в его глазах читался какой-то вопрос. Через некоторое время он, видимо, пришёл к какому-то выводу, но к какому именно, Гарри так и не понял, потому что в этот момент Драко пожал плечами и сказал:

– Только не тот, что готовится в микроволновке, потому что он покрыт отвратительным солёным маслом. Используй то заклинание, что я тебе показывал, чтобы наколдовать нормальный попкорн, и полей его сверху настоящим растопленным маслом.

– Ты заботишься о DVD, а я – о закусках.

– Комедию?

– Ужасы.

Драко остановился на полпути в гостиную.

– Точно?

– Да, выбери самый ужасный и тупой, какой сможешь найти, – сказал Гарри, потому что только одному Богу было известно, как ему хотелось отвлечь себя, чтобы не думать... о некоторых вещах.

***

Рядом с ухом Гарри раздался лёгкий перезвон. Он лишь означал, что его кто-то ожидает в приёмной, и секретарша хочет убедиться, что он не занят. Через какое-то время он должен был прекратиться, но звук всё не смолкал, настойчиво пытаясь привлечь к себе внимание.

Гарри раздражённо стукнул по столу, прекращая звук и активируя магический интерком.

– Да?

– Вас хочет видеть министр Шеклболт, – раздался голос секретарши.

– Скажи, пусть войдёт, – сказал Гарри, поспешно убирая досье Николая Преображенского в ящик стола прежде, чем встать из-за стола.

– Гарри, – произнёс Кингсли, как только за ним закрылась дверь, – как поживаешь?

– Хорошо. А вы, министр?

Серьга в ухе Кингсли блеснула, когда он покачал головой.

– Что-то не верится. Мои слова не были данью вежливости. Я и правда хочу знать. Как поживаешь?

Гарри нахмурился и махнул Кингсли, чтобы тот садился в кресло. В голове всё ещё вертелся вчерашний разговор, и он уже спрашивал себя, может быть, действительно попросить у Драко помощи по поводу финансовых отчётов.

– Хм... Цифры в отчёте данных в конце месяца не совпадают. Я говорил вам, когда вы мне предложили эту работу, что финансы – не моя стихия...

– И почему же не совпадают? Ты же умеешь складывать, да? – мягко спросил Кингсли.

Как оказалось, обманчиво мягко.

– Э... ну, я полагаю, всё из-за того, что я последнее время немного устаю. Плохо сплю. Извините.

– Любые причины, лишь бы не ответить сразу честно на мой вопрос, как у тебя дела?

Гарри слегка оттянул ворот рубашки указательным пальцем, мечтая об охлаждающих чарах. Однако делать это в середине разговора было бы бестактно.

– Ну, просто я не хотел бы думать, что именно это влияет на мою работу.

– Все цифры в полном порядке, – сказал Кингсли, и его губы тронула сочувственная улыбка. – Гарри, я не знаю, как тебе сказать об этом, но последнее время твоя усталость заметна всем в отделе. Ты стал слишком раздражителен, готов наброситься на каждого за малейшую провинность.

Гарри чуть не застонал. Теперь понятно, почему голос его секретарши был последнее время так тих и робок.

– Я взял на себя смелость рассмотреть возможность отстранения тебя и твоего отдела от финансовых вопросов, – продолжал Кингсли. – Знаешь ли ты, что у тебя есть человек, который за несколько лет так и не взял полноценный отпуск?

Гарри нахмурился.

– Кто он? Я знаю, какая политика у Министерства по этому вопросу. Как минимум четыре недели в год, если Визенгамот не объявит чрезвычайное положение. Я выхожу в отпуск каждые полгода и считал, что все остальные авроры и ученики были в состоянии самостоятельно выполнять надлежащие предписания об отдыхе. Хотя сотрудники поддержки не в моём списке. За них ответственен Канцелярский...

Кингсли склонил голову чуть на бок и посмотрел на Гарри, его глаза искрились смехом.

Приняв это за своего рода сигнал, Гарри замолчал.

– Он не из Канцелярского отдела.

– Ну, тогда я даже не знаю...

– Это ты, – прервал его Кингсли. – У тебя не было полноценного отпуска.

– Неправда, – сказал Гарри. – Совсем недавно,в одну из суббот я брал выходной, хотя тогдабыложелательно оставаться на работе, а за несколько месяцев до этого я не выходил на работу несколько дней подряд...

– Работа с понедельника по пятницу вместо работы с понедельника по субботу ещё не считается полноценным отдыхом, – сурово сказал Кингсли. – А те дни в марте прошлого года, в соответствии с твоим письменным заявлением, были взяты тобой для разрешения какой-то личной проблемы. Что тоже не соответствует моим представлениям об отпуске.

Действительно это был не отдых. Это было, когда Гарри заявил свои права на Драко и не хотел оставлять его дома одного, боясь, что тот может совершить какую-нибудь глупость.

– Итак, есть ли хоть какая-нибудь объективная причина, в силу которой ты решил, что предписания Министерства к тебе не имеют никакого отношения? – спросил Кингсли, вновь смягчив тон. Но на этот раз Гарри этим не был обманут.

– Э... ну, это, скорее, забота управления, и я не думал, что в Министерстве обсуждают начальников отделов, – сказал Гарри, желая, чтобы его голос звучал более уверенно.

Улыбка Кингсли дрогнула.

– Я понимаю, что ты хочешь сказать, Гарри. Когда аврорский отдел возглавлял Руфус Скримджер, он никогда не следовал предписаниям Министерства об отпуске. При всей этой суете и загруженности, порой, не успеваешь сделать всё, что должен был. И ты не был бы хорошим руководителем, если бы иногда не думал, что в твоё отсутствие весь департамент развалится.

– Я так не думаю.

– Ммм, ты не думал, что ты так думал, – признал Кингсли. – Возможно, ты действительно не думал об этом, и лишь чистая самоотверженность удерживает тебя от поездки на Таити. В любом случае, я здесь для того, чтобы напомнить тебе, что предписания Министерства распространяются и на руководителей департамента, к тому же, учитывая то, что я слышал в коридорах, ты должен уйти в отпуск, и чем раньше, тем лучше. Тебя не должно быть в Великобритании как минимум две недели. Поезжай заграницу и хорошенько повеселись. Ты действительно заслужил это.

– Я бы хотел, чтобы люди перестали говорить о Волдеморте, – с раздражением сказал Гарри. – Кто хочет быть всю жизнь известен только тем, что однажды что-то сделал в семнадцать лет?

Кингсли подался вперёд на своём кресле.

– Я не говорил о войне. Я имел в виду, что ты заслужил отдых своей хорошей работой здесь, в Аврорате.

– О... – сказал Гарри, опустив голову. Боже, как неловко получилось.

– Всё в порядке, – сказал Кингсли, чуть посмеиваясь. – Ты получил достаточно восхвалений в связи с окончанием войны, чтобы видеть намёк на них почти в каждом обращённом к тебе слове. Я знаю, что тебе никогда не нравились подобные разговоры. Это ещё одна причина, по которой я уважаю тебя, Гарри. Это не выговор. Это просто... дружеский совет, ясно? Возьми отпуск.

– Я сам всё устрою, – пообещал Гарри. – Э... не сразу. Мне нужно узнать, куда бы мне захотелось пойти и что посетить. Я ничего не знаю о Таити.

– Приближается зима, но там она тёплая и мягкая. – Кингсли поднялся и улыбнулся. – Что тебе ещё хочется знать? Посещай всё, что тебе вздумается, но только предупреди меня. Я позабочусь о том, чтобы тебе дали персональный порт-ключ, так что тебе не придётся стоять в очереди.

– Я не хочу, чтобы меня как-то выделяли...

– Главы департамента имеют на это право. И министры магии. Я, конечно, тоже не буду стоять в очереди в эти дни, – подмигнул Кингсли. – Ты же не хочешь, чтобы твоё путешествие было организовано через обычные каналы. Или ты планируешь подкинуть репортёрам свежий материал для очередной истории о себе?

– Я хочу, чтобы вы сами всё устроили, – быстро проговорил Гарри.

– Да, я так и подумал, что ты этого захочешь. Но не откладывай надолго, Гарри. Вот что я хотел сказать.

– Не буду, обещаю.

После того, как Кингсли ушёл, Гарри продолжил свой обычный рабочий день, но все его мысли были заняты словами Шеклболта. Скорее всего, он прав, и Гарри действительно заслужил хороший отпуск. Из-за обилия напряжённой работы в Аврорате было просто не продохнуть, а ещё не надо забывать и те проблемы, что начались у него дома ещё с прошлого года.

Интересно, был ли Драко когда-нибудь на Таити...

Опять-таки Таити, возможно, не самый лучший вариант. Людные знойные пляжи не особо нравились Гарри, да и Драко чувствовал бы себя там неловко из-за того, что не мог снять рубашку. Возможно, город в этом плане был бы предпочтительнее. Опять-таки можно было осмотреть местные достопримечательности, памятники, посетить какие-нибудь музеи и галереи.

Так что Гарри сможет отвлечься и не думать о сексе.

Ну, хотя бы не всё время.

Наверное, ему надо было бы спросить Драко, куда бы тот хотел отправиться.

Гарри нервно сглотнул, надеясь, что в ответе Драко не будет упомянута Россия. Чёрт, неужели это единственная причина, из-за которой он не хочет задавать этот вопрос? Может, лучше Гарри самому выбрать место и уладить все формальности, чтобы это был сюрприздля Драко?

***

Мысли о предстоящем отпуске резко оборвались, как только Гарри аппарировал к себе домой.

Драко сидел в гостиной, одетый в парадную мантию, и он был не один.

Напротив него на диване сидели Рон и Гермиона.

Гермиона выглядела совершенно расслабленной, она чуть наклонилась в сторону сидящего в кресле Драко, и они о чём-то оживлённо разговаривали. Рон, напротив, был немного хмур, но, увидев Гарри, тут же улыбнулся.

– Сюрприз, приятель!

– Да уж, – сказал Гарри, хотя тоже не смог сдержать улыбки. – Просто решили зайти?

– Ах, не будь таким букой, – сказала, улыбаясь, Гермиона. – Нас пригласил Драко.

– Драко пригласил вас? – растерянно переспросил Гарри. – Вас обоих?

– Конечно, обоих, – сказал, поднимаясь с кресла, Драко. – Кто ж приглашает на ужин лишь одного из супругов? Это просто невежливо.

Гарри перевёл взгляд с Драко на своих друзей, а потом обратно.

– Э... и вы все так хорошо ладите?

Ему ответил Рон.

– Гарри, нам уже давно не четырнадцать. Конечно, мы смогли поладить. Или ты думал, что Малфой и я решили устроить в твоей гостиной поединок?

Гарри моргнул, всё ещё пребывая в растерянности. Он и не предполагал, что Драко когда-нибудь возьмёт на себя смелость и пригласит Рона и Гермиону.

– «Ужин»? – переспросил он. – Ты сказал «на ужин»?

– Ну, я же не буду их приглашать для того, чтобы они тут голодали, – протянул Драко.

– Нет, я имею в виду, мы будем ужинать? – И тут Гарри, наконец, почувствовал восхитительный запах, доносящийся с кухни. Наверное, это была жареный заяц. – Хм, да нет, всё нормально. Просто я немного удивлён, что вы меня не предупредили заранее о том, что придёте.

– Я думал, что ты не будешь возражать, – сухо сказал Драко.

– О, конечно, нет.

Гарри постарался ничем себя не выдать, когда до него дошло, что Рон и Гермиона не в курсе, что теперь Гарри старался при Драко делать вид, что не любит его. Но... может быть, всё будет хорошо. В конце концов, они же в курсе, что муж Драко умер. Поэтому, с учётом данных обстоятельств, они не должны ожидать, что Гарри будет чересчур демонстрировать свои чувства.

– Отлично, – сдержанно сказал Драко. – Теперь, когда все в сборе, не мог бы ты пойти со мной и помочь выбрать подходящее вино к зайцу?

Когда он говорил, он смотрел Гарри прямо в глаза, так что тому показалось, что вино – лишь предлог, чтобы выйти и оказаться вдвоём.

«Не принимай желаемое за действительное», – строго сказал своему члену Гарри.

Однако это оказалось наполовину правдой.

– Я подумал, что мы должны обсудить одну вещь, – сказал Драко.Он быстро вызывал несколько бокалов и начал наполнять их вином, чтобы оно могло некоторое время «подышать».

– Эта вещь – заяц?

Драко улыбнулся.

– Да, а что же ещё? Убьём двоих одним выстрелом?

– О... – Гарри попытался понять, что от него требуется. – Ты будешь говорить с Гермионой, а я – с Роном, ты это хочешь сказать?

– Не совсем. – Драко закончил разливать вино и повернулся к Гарри. – Последнее время ты не в духе. И не имеет значения, сколько раз ты говорил, что у тебя всё в порядке, потому что это неправда. И я подумал, что причина, возможно, во мне.

Гарри моргнул, боясь даже надеяться.

Спокойно. Драко же не мог иметь в виду секс.

– Я был подавлен смертью Николая, и поэтому был не готов к тому, чтобы с кем-то видеться. Поэтому ты сказал своим друзьям, чтобы они не приходилик тебе в гости. – Драко чуть пожал плечами и покачал головой. – Это было очень предупредительно с твоей стороны, Гарри, но я думаю, что прошло достаточно времени. Эти двое... Думаешь, я не знаю, как они важны для тебя?

На самом деле Гарри даже не думал об этом, так что просто пожал плечами.

– Они остались верны тебе, даже когда это было равносильно смерти, – серьёзно сказал Драко. – И я уверен, они пострадали за это больше, чем мне известно. Это твои самые близкие друзья, и они навсегда останутся ими. Но из-за меня ты не мог с ними нормально общаться; и чем дольше это длилось, тем сильнее у тебя портилось настроение, поэтому я подумал и решил, что пора положить этому конец. – Драко опёрся руками о стоящий позади него стол. – Мне немного не по себе от того, что они знают о... моей потере, но я думаю, что смогу привыкнуть к этому.

Гарри кивнул, поняв, что имеет в виду Драко. Он заметил, что Гарри последнее время пребывал в плохом настроении, и хотел помочь. Конечно, ему было известно, что на самом деле отсутствие общения с Роном и Гермионой тут ни при чём, потому что Гарри всё равно периодически виделся с ними на работе во время обеденного перерыва. Но Драко постарался сделать всё, что мог, чтобы Гарри хоть чуть-чуть стало лучше.

Даже если бы Гарри ещё не любил его, то после такого поступка у него обязательно проснулись бы чувства к Драко.

– Спасибо, – сказал он, ощущая себя намного лучше. Даже не смотря на то, что его главная проблема так и не была решена. – Итак, два зайца... я снова начну видеться с Роном и Гермионой, а ты начнёшь... эм, потихоньку приходить в себя, так? Ты пробыл достаточно времени в изоляции с того времени, как к тебе вернулась память.

В глазах Драко появился странный блеск, когда он отрицательно покачал головой.

– Нет, два зайца – это то, что ты снова можешь свободно видеться со своими друзьями, и что у тебя есть кто-то, с кем ты можешь обсудить свои проблемы на работе. Рон Уизли прошёл полное обучение нааврора, не так ли? Прошлым вечером ты сказал, что я не в состоянии понять тебя, потому что не работаю в Аврорате.

Гарри с удивлением посмотрел на него.

– Вот почему я в первую очередь вспомнил о нём, – продолжил Драко. – Я задался вопросом, с кем бы ты мог обсудить свои проблемы. Ты сказал, что не можешь говорить об этом ни с кем, кто работает с тобой сейчас в Аврорате, вот я и подумал, что экс-авроры – наиболее подходящий вариант, и тут на ум пришло имя Уизли. Итак, план таков. После ужина я займу Гермиону разговором о потомственной магии. Судя по всему, она очень плохо разбирается в этой теме, но ведь ей это простительно, не так ли? Большая часть информации по этой теме просто незадокументирована. И это будет как раз та тема, которая заставит Уизли смертельно заскучать, так что всё, что тебе надо будет сделать, – это просто предложить выйти и немного выпить, я уверен, он будет просто рад этому предложению.

– Выйти?

Драко махнул рукой.

– Гостиная – более привычное для этого место, но у тебя она только одна. Итак? Что ты думаешь о моём плане? Я буду развлекать Гермиону столько, сколько ты захочешь. Так что?

«Мне кажется, что я тебя люблю», – чуть было не сказал Гарри. Он не мог припомнить, что бы кто-то ещё в последнее время так сильно хотел ему сделать приятное.

То, что они с Драко, наконец, сдвинулись с «мёртвой точки», – не оставалось никаких сомнений.

– Я думаю, ты – замечательный, – тихо сказал Гарри. – И да, идея великолепна. Спасибо.

Щёки Драко залил лёгкий румянец. Он опустил голову, и его длинные волосы скрыли выражение его лица, но не раньше, чем Гарри заметил, что его глазах заблестели от удовольствия или, может быть, даже счастья, став от этого серебристыми.

– Ты не собираешься меня спросить, действую ли я так из-за заклинания? – Драко посмотрел на Гарри из-под опущенных ресниц. – Ведь я, как обычно, стараюсь порадовать тебя.

– Но заклинание тут ни при чём, не так ли?

– Да. – Драко поднял голову, откидывая волосы назад. – Я думаю, что... ну, ты уже несколько раз говорил, что мы с тобой друзья. И я никогда ничего не говорил, верно?

– Я заметил, – тихо ответил Гарри.

– Прости меня, – чуть пожал плечами Драко. – Я не знал, что тебе ответить. Я думал... что предлагать дружбу для тебя, Гарри, легко. Но на самом деле это было не так.

– Всё в порядке. Ты не обязан что-то говорить.

– Но я хочу, – быстро сказал Драко. – Я пытаюсь сказать, что, по-моему, сейчас мы с тобой действительно друзья. Я не знаю, почему так долго шёл к этой мысли. Может быть, из-за тех лет, когда я, учась в Слизерине, считал, что дружба – не самое важное? Или, может быть, дело было в том, что... что я твой раб? Ты никогда не злоупотреблял своей властью, но я всё ещё нервничаю, чувствуя себя уязвимым.

Ох, Гарри злоупотреблял властью! Он приставал к Драко, а чтобы тот не узнал об этом, накладывал на него чары глубокого сна!

Гарри подумал, что Драко должен заметить вину, отразившуюся на его лице. Но ничто не могло объяснить услышанное им в следующее мгновение.

– Конечно, тебе известно, что я люблю играть роль уязвимого, – сказал, понизив голос, Драко. – Мне кажется, что это очень интересно, очень чувственно. Но это игра. Я знаю разницу между играми и реальной жизнью настолько же хорошо, насколько сильно я доверяю тебе... – Драко сглотнул. – Но слизеринец не может хотеть по-настоящему быть уязвимым, а так как я не могу даже есть без твоего разрешения, то мне не удаётся забыть надолго, насколько я теперь бессилен.

О, Драко. Да, Гарри прекрасно понимал, насколько ужасно положение раба. Никто не пожелал бы оказаться на месте Драко, но, вероятно, для слизеринца оказаться рабом – во много раз тяжелее, чем для кого бы то ни было другого.

– На твоём месте я бы не стал предлагать себе дружбу, –  признался Гарри, вновь подумав о том, как он многократно злоупотреблял доверием Драко.

– А я всё думаю, как бы вылечить тебя от привычки не слушать собеседника, – сказал, чуть улыбнувшись, Драко. – Мы уже друзья, ты, глухая тетеря. Я знал, как наверняка заполучить сюда Рона Уизли, и чтобы при этом ты ни о чём не догадался. Я посчитал, что ты скажешь мне «нет», как только узнаешь, что я задумал. Потому что ты настолько хороший друг, что всегда заботишься обо мне, а не о себе. Но в любом случае... – Драко оттолкнулся от стола, – заклинание тут ни при чём.

– Слава Богу, – пробормотал Гарри. – Не люблю, когда люди симпатизируют мне в силу каких-то идиотских причин.

– Поэтому как я могу не нравиться тебе?

Гарри рассмеялся.

– Идём, – сказал Драко, передавая в руки Гарри бокалы с вином. – Твои друзья могут решить, что мы тут собственноручно выжимаем виноград. Но когда мы закончим ужинать, не забудь о моём плане.

– Не забуду, – пообещал Гарри. – А ты позже напомни мне спросить у тебя, что ты думаешь о Таити.

– Таити?

– Позже, – сказал Гарри, улыбнувшись, и вышел из кухни, держа в каждой руке по бокалу с красным вином.
__________________________________________________________________________________

Рационализация* (лат. rationalis – разумный, лат. ratio – разум) – механизм психологической защиты, при котором в мышлении используется только та часть воспринимаемой информации, и делаются только те выводы, благодаря которым собственное поведение предстаёт как хорошо контролируемое и не противоречащее объективным обстоятельствам. (Википедия)

Глава 58

Рон поднял свою бутылку пива, прижал к губам и сделал большой глоток и удовлетворённо откинулся на спинку одного из садовых стульев, которые  Гарри любезно призвал для них.
– Так... как там дела в департаменте?
Гарри поднял бровь.
– Это случайный вопрос или у тебя есть основания спрашивать?
– Э-м-м, ну-у...
– Драко разболтал тебе, что у меня неприятности на работе, не так ли?
– Нет, он только упомянул об этом, но уже после того, как мы приехали этим вечером. Отвел меня в сторонку, в то время как Герми отвлеклась на какие-то книги, так любезно им предложенные. Он сказал, что только другой аврор может понять.
Гарри вытащил волшебную палочку и произнёс чары, не позволяющие кому бы то ни было услышать то, о чём они сейчас говорят. Не то, чтобы это действительно было необходимо: Драко собирался поговорить с Гермионой, так что подслушивать они не стали бы. Но всё равно с заклинанием он чувствовал себя намного лучше, уверенней.
– Я солгал Драко, – сказал он без обиняков. – У меня нет никаких неприятностей на работе.
Рон был ошеломлён.
– Почему ты наврал ему об этом? Я имею в виду, обо всём этом?
Теперь самое трудное.
– Я должен был что-то сказать. Последнее время у меня просто ужасное настроение, и я не мог сказать ему истинную причину. Я имею в виду... влюблённость в кого-то, кто влюблен в кого-то другого, – это такой облом.
Рон задумался, ему нужно было время, чтобы как следует осознать всё, что Гарри сказал ему.
– Драко не знает, что ты всё ещё любишь его?
– Нет. Мне пришлось сказать, что я не люблю его сейчас, хотя... ну, я люблю его больше, чем когда-либо.
– Эй, слушай, неужели это гордость? Или это потому, что он, ну, знаешь, Малфой? Если он знает, что он имеет власть над тобой, он, наверное, постарается это использовать, не так ли?
Гарри покачал головой.
– Это потому, что он мой раб. Он должен служить мне, и если бы он знал, что я хочу его назад в свою постель... ну, я не хочу, чтобы он был там, до тех пор, пока он сам не захочет этого. Я имею в виду, действительно этого захочет.
– О! Что ж, полагаю, тут дело не только в сексе, – сказал Рон.
– Да, – сказал Гарри, пытаясь не думать о том, как он любил оставаться в комнате Драко на ночь. – Во всяком случае, я хочу сказать, что это моя чёртова сексуальная неудовлетворённость заставляет меня набрасываться на всех, поэтому я притворился, что у меня проблемы на работе. Я не ожидал, что он пошлёт тебе сову.
– Тем не менее, он сделал это. К его чести, на самом деле. – Рон пожал плечами. – Кстати, о птице, думаю, я должен сказать тебе, Гермиона была просто поражена.
– Почему? – спросил Гарри, думая о скромной, грязно-коричневой сипухе, которую он купил. – Она не Хедвиг.
– Она была поражена, что ты вообще купил сову.
Гарри почувствовал лёгкое негодование, услышав это. Гермионе следовало бы обойтись без того, чтобы тыкать его носом в то, как много времени ему потребовалось, чтобы заменить Хедвиг.
– Что заставило её подумать, что сова была моей? Она могла бы быть совой Драко.
Рон засмеялся и покачал головой.
– Эй, дружище, я тебя умоляю. Подумай сам, в школе у него был филин. Филин! Любая птица, которую он бы купил после, определённо должна быть даже круче этого. Я знаю, как Малфой думает.
– Больше нет, ты совсем его не знаешь, – пробормотал Гарри. – Возможно, ты и прав на счёт совы, которую он бы купил, но... на счёт многих других более важных вещей он изменил своё мнение и теперь думает иначе, а не так, как он привык.
Рон сделал ещё один большой глоток, прежде чем ответил.
– Да. Фактически это вроде бы очевидно.
– Ты имеешь в виду, то, что он женился на полукровке?
– Ну, если честно, я не думаю, что он сделал это, – признался Рон. – Я был уверен, что ты поверил в это, но лично мне это не представляется вероятным.
– Ха, – сказал Гарри мрачно. – У меня есть все доказательства, которые ты мог бы увидеть, если бы захотел. У меня даже есть фото этого парня. И он хорошо выглядит.
– Это немного странно слышать, от тебя, по крайней мере. Я имею в виду то, что ты так о нём отзываешься, дружище.
Гарри пожал плечами. Он был уверен, что так оно и есть. И это не его вина, что он не понял раньше, что его отношение изменилось. Он был тогда занят.
– Однако это правда. Знаешь, когда мне в первый раз довелось увидеть Николая, я пялился на его фотографию десять минут подряд. Я могу понять, почему Драко был так увлечён этим человеком. Он был очень хорош собой.
Рон откашлялся.
– Гм, не то чтобы я субъективен или что-то в этом духе, но Гарри, я действительно не думаю, что ты должен находить умершего мужа Драко привлекательным.  
Гарри наклонился и выдернул пучок какой-то травы из своей лужайки, чтобы что-то бросить в Рона, но при этом, чтобы это было что-то более мягкое, чем стеклянная бутылка.
– Это не так. Я не то чтобы нахожу его привлекательным. Он даже не принадлежит к моему любимому типу, я не люблю брюнетов. Просто... я могу посмотреть на него и признать, что он был очень красив, вот и всё. И потом...
– Что?
Гарри вздохнул.
– Это не имеет значения. Драко так сильно любит его, что никогда не посмотрит на меня ещё раз.
– Ты что, пытаешься сказать, что ты не привлекателен? – Рон захохотал. – Да, это безусловно объясняет все брачные предложения, полученные тобой сразу после войны. От мужчин и женщин, не так ли?
– Они просто хотели быть рядом с Героем.
– Да, наверное, так, но, если у тебя было бы лицо, как у того же Кикимера, они бы ни за что не делали тебе предложений.
– Вообще-то я обыкновенный, – сказал Гарри, пожимая плечами. – Поверь, муж Драко был на голову выше. И он определённо был полукровка.
– Да, теперь я верю, – согласился Рон, откинувшись на стуле и балансируя на двух ножках. – Я имел в виду то, что довольно трудно не заметить тот факт, что Малфой на самом деле изменился. Знаешь, у нас троих было около пятнадцати минут, чтобы поговорить, прежде чем ты добрался до дома.
Гарри нахмурился. Драко сказал, что их гости "только что прибыли", разве не так? Но затем, поразмыслив над смыслом фразы, он понял, что ложью это не было.
– И о чём же вы разговаривали?
Рон порылся в кармане.
– О, я полагаю, что фактически это началось с письма, которое он отправил вчера вечером. Ты должен взглянуть на него.
Гарри молча взял письмо, протянутое другом. Он было несколько помятым, но, скорее всего, потому, что Рон сидел на нём всё время в течение вечера.
«Дорогая Гермиона.

Я бы хотел пригласить Вас и Вашего мужа на ужин к Гарри домой завтра вечером. Прошло довольно много времени, с тех пор как он имел удовольствие видеть вас в последний раз, а я знаю, что он для него это очень важно.
Я также знаю, что вам известно, что моя память полностью вернулась ко мне. Это так, и мне трудно представить, что ваш муж и я сможем легко забыть о прошлом. Однако, Гарри, будет сильно огорчён, если мы начнём спорить (или и того хуже) в его присутствии, и, так как обстоятельства сложились так, что я живу с ним, он может принять решение отказаться от вашей компании в будущем. Этого не должно произойти.
Таким образом, это письмо является попыткой гарантировать, что все мы сможем насладиться мирным вечером – первым из многих подобных, на что я искренне надеюсь.
Извинения и благодарность являются как бы более приемлемыми, будучи сказанными при личной встрече, но в данном случае, я хотел бы, чтобы Вы и Ваш муж, приняли их заранее перед нашей встречей, в надежде избежать, например, дуэли в гостиной Гарри.
Гермиона, когда я думаю о тех абсолютно непростительных словах, что я говорил Вам в школе – их было слишком много, чтобы можно было сосчитать, – я испытываю к себе безграничное отвращение. Я могу только просить Вас простить меня за мою вопиющую жестокость и попытку следовать, таким образом, своему извращённому воспитанию, хотя, как Вы знаете, это не может быть оправданием за всё. Гарри является прямым доказательством этого, Вы сами являетесь ярким доказательством того, что все идиотские комментарии, которые я когда-либо говорил о магглорождённых, это, как минимум, идиотизм. Вы всегда отличались ото всех остальных, как ведьма способная и умная; и всё, что я когда-либо сказал, наоборот, служит для моей дискредитации, не Вашей. Более того, Вы оказали мне в эти последние несколько месяцев настоящую поддержку, с состраданием и добротой относились ко мне, и теперь я знаю, что я не заслужил этого, с учётом нашей истории. Мне нравятся наши новые отношения, и надеюсь, что они смогут продолжать процветать, но я не обманываю себя, ибо я знаю, что я не заслуживаю прощения. Чтобы ни случилось, вы всегда можете рассчитывать с моей стороны на две вещи: мои извинения за моё ужасное поведение в прошлом и моё обещание, что я никогда, никогда не посмею оскорбить Вас снова.
Рональд, я уверен, что это станет небольшим потрясением для Вас, но, когда мы были детьми, я думал, что именно одежда определяет человека. Я был рождён в богатстве, а Вы – нет, и в мои грешные одиннадцать лет моя логика была такова, что я считал себя намного лучше Вас. Я считал, что я был лучше, потому что я владел всем, хотя в итоге всё это привело к тому, что я попал в рабство. Если Вы верите в судьбу, то я, безусловно, заслуживаю свою участь. Теперь у Вас есть мои извинения за каждое моё слово, которое  я когда-либо сказал на счёт Вашего финансового положения.
Что ж, у Вас обоих есть моя вечная благодарность за помощь и поддержку, которую вы оказывали Гарри в своём стремлении безвозмездно спасти наш мир от власти Тёмного Лорда. Я уверен, что вы, вероятно, помните, что я хотел бы быть на стороне победителя. Теперь, я глубоко счастлив, что не был и мои союзники проиграли, и я знаю, что мне следует благодарить вас и Гарри за это. Он не смог бы победить Тёмного Лорда, без постоянной помощи и поддержки его друзей. Сейчас я с ужасом вспоминаю, как я преклонял колени и целовал подол его мантии, но теперь для меня было бы честью встать на колени перед вами и целовать подол ваших мантий.

С искренней признательностью,
Драко Малфой

P.S. Лучше не говорить Гарри про приглашение, если вы не возражаете. Он может попросить, чтобы вы не приходили, потому что, как вы знаете, я в трауре из-за смерти моего мужа. Гарри постоянно учитывает все мои потребности, но я думаю, что пришло время и мне проявить ответную вежливость».

– Он не должен был писать настолько душераздирающую поэму, правда, – сказал Рон, когда Гарри поднял глаза. Все, что ему следовало бы сказать, так это «Я был неправ, а вы были правы, извините за то, что я был таким идиотом. Не могли бы вы прийти на ужин и помочь мне удивить Гарри?»
Гарри свернул пергамент и бросил его Рону.
– И вы бы поверили подобному письму?
– Нет, – признался Рон. – Быть претенциозным ему подходит намного  больше. Но это не значит, что я на самом деле поверил в это его письмо. Я действительно не верил, до этого его поцелуя.
Гарри едва не заскрежетал зубами, мысленно представив подобное.
– О нет. Скажи мне, что он не делал этого.
– Он уверен, что поступил дерьмово, Гарри.
– Вы что, заставили его встать на колени и целовать ваши мантии? Чёрт побери, Рон, что случилось с вами? Он имел в виду это чисто символически, и ты знаешь это!
– Большое спасибо за доверие, – медленно произнёс Рон, его глаза сузились. – Вот значит, как ты обо мне думаешь? О, у меня всегда были задатки, чтобы стать новым тёмным лордом!
«Нет, но ты просто выместил свою злобу на Драко и насладился, унизив его», – подумал Гарри. Нет смысла говорить это, поскольку он видимо просто не так понял.
– Так что ты имел в виду под поцелуем, чёрт возьми?
– Когда мы приехали, он поцеловал руки Гермионы, чтобы поприветствовать её. – Рон пожал плечами. – Не просто клюнул. Это был медленный, формальный поцелуй на тыльной стороне одной её ладони, затем – другой, как если бы он искренне хотел видеть её у себя дома. Ну, ты знаешь так же хорошо, как и я, что Драко, никогда бы добровольно не коснулся магглорождённого. И я рассказал обо всём этом, только потому, что действительно обеспокоен случившимся.
При мысли о том, что губы Драко касались кого-то, кроме него, Гарри вспыхнул от ревности. С трудом успокоившись, он постарался скрыть это за шуткой.
– Твои руки он тоже целовал?
– Нет, только поклонился.
– Мать Николая была магглорождённой, – сказал Гарри. – Вот, наверное, почему в письме говорится, что он чувствует себя в десять раз хуже, вспоминая как оскорблял Гермиону, чем то, как он смеялся над тобой. Он сказал мне, что он безумно расстроен из-за мыслей о том, как бы он издевался над Николаем, если бы знал его раньше. Знаешь, наверное, мне действительно не следовало читать это письмо.
– Я уверен, что Драко знает, что ты читал. Мы друзья, и, в конце концов, он слизеринец. – Рон чуть улыбнулся, а потом продолжил. – Во всяком случае, знание того, что он больше не настолько нетерпимый, имеет для меня значение. А то, как он говорил с Гермионой!.. «Гарри – то, Гарри – это» – в каждом втором предложении. И тогда я вспомнил, что главной причиной написания его письма было вовсе не его желание показать, что он изменился, а то, что он хочет устроить приятный вечер для тебя, Гарри. Трудно продолжать его ненавидеть, когда его желание заботиться о тебе настолько очевидно.
– Тогда почему ты так сердито смотрел, когда я вернулся домой?
– Эм, что ж, наверное, потому, что я просто наконец-то признал, что ты уже не вернёшься к Джинни. Это вряд ли её осчастливит. – Рон допил своё пиво и принялся вертеть пустую бутылку в руках, не прекращая говорить. – Но я полагаю, ты не сможешь помочь. Ты слишком ответственно относишься  к тому, чтобы сделать человека счастливым, я имею в виду. И ты заслуживаешь того, что хочешь. А Малфой... я полагаю, он не так уж плох. Я имею в виду... лично я думаю, что ты мог бы найти кого-то получше, но, поскольку он – тот, кого ты хочешь...
Гарри вздохнул и откинулся на своём стуле назад, чтобы взглянуть на луну, висящую высоко над головой. Полная луна... он всегда думал о Ремусе ночами, подобными этой.
– Так и есть. Он – единственный, кто мне нужен, Рон.
Рон кивнул, поднимая мантию, брошенную ранее Гарри на траву. Одинокие стебельки клевера, налипшие на неё, упали на траву. Рон поднял бровь, когда он поймал один.
– О, ты только посмотри на это. Клевер с четырьмя листьями. Возьми, Гарри. На счастье. Ну, ты знаешь, с Драко.
Гарри был тронут до глубины души подобным жестом со стороны друга, но это, к сожалению, не особо помогло почувствовать ему себя лучше.
– Он всё ещё влюблен в своего мужа. И я думаю, что он всегда будет в него влюблен.
– Я уверен, что это правда, но это не вся правда, верно? Я знаю, что всегда буду по-прежнему любить Фреда, но это не значит, что я не могу продолжать жить дальше и любить других моих братьев.
– Это не одно и то же. Ты любил их, прежде чем Фред был убит.
– Ты думаешь так потому, что твои мама и папа умерли, и ты никогда не получал должной замены им. А потом умер твой крестный, и ты опять же не получил её. Но, Гарри, поверь мне, если бы у меня появился братик, я бы любил его также сильно, как я люблю Фреда, хотя моя любовь к нему не означала бы, что я перестал любить Фреда.
– Это всё-таки не одно и то же, – настаивал Гарри. – Человек может иметь нескольких братьев, но брачные узы... это другое.
– Они так же теряют силу после смерти. Вот почему их ещё называет "пожизненная кабала", ясно?
Гарри моргнул.
– Твою ж мать! Мне в голову пришла просто ужасная мысль! Я ведь знаю теперь о Рес меа эс. Если Нарцисса Малфой умрёт, я получу ещё и Люциуса! Это будет довольно обременительно. Я имею в виду, сейчас с их брачными узами всё в порядке, и заклинание не может вступить в силу, но что, если эта связь исчезнет?
– Ну, Рождество не за горами, – съязвил Рон. – Пошли ей витаминки для профилактики. И вот, возьми это, наконец.
Гарри протянул руку и забрал четырёхлистный клевер с руки Рона.
– Если Драко – единственное, чего ты хочешь, то я, чёрт возьми, хочу, чтобы он у тебя был. Не говоря уже о том, что ты стоишь десятерых таких, как он. Или даже таких, как Джинни. Это твоя жизнь, и ты, как никто другой, заслуживаешь того, чтобы иметь всё, что сделает тебя счастливым. Даже его. И, в любом случае... похоже, он заботится о тебе. В противном случае, он бы никогда не написал это письмо.
– Он сказал, что мы друзья, – пробормотал Гарри.
– А ты хочешь большего. – Рон пожал плечами. – Ну, по крайней мере, это начало. Будь его другом, а там посмотрим, как всё измениться. Сам знаешь, ветер меняется. Он не будет в трауре всегда.
– Похоже на то, что будет. И ты просто не видел этого Николая, – добавил Гарри, прежде чем допить то, что осталось от его пива. – Чертовски-бесподобный. И если я говорю это, не смотря на то, что мне не нравятся брюнеты, ты должен мне поверить. Мне остается только надеяться, что у него был лицевой тик или что-то в этом роде.
Рон поднял бровь.
– Он волшебник, не так ли?
– Да, полукровка, я же сказал тебе. А что?
– Разве фотография не движется? Ты бы знал, если бы у него был тик!
– Это обычная, маггловская фотография. Наверное, только такую и можно было сделать. На его роду особое заклинание, касающееся искусства. Музыка – это единственный вид искусства, которым он мог владеть.
– Фотография – это тоже искусство. Даже маггловская  фотография.
– Ну, я имел в виду магическое искусство. Именно по этой причине Драко не может заказать его говорящий портрет.
– Ну, это не так уж и плохо.
Гарри только улыбнулся в ответ.
– И всё же, думаю, тебе не стоит беспокоиться по поводу своей внешности, – сказал Рон. – В самом деле, Гарри. Во-первых, ты не промах в этом отделе. И, во-вторых, если Малфой из того типа людей, которых можно привлечь только внешним видом, то тебе же будет лучше без него. Я знаю, может, это и грубо звучит, но это действительно правда.
Странно слышать от Рона такие философские мысли. Это звучало достаточно мудро, и это было немного трудно принять.
– О, так значит, ты любишь Гермиону не за то, как она выглядит?
– Я люблю её за её ум, – сказал Рон с бесстрастным лицом. – И, конечно, её сочный упругий зад, и её...
– Хватит, – сказал Гарри, смеясь и демонстративно затыкая себе уши. – Не думаю, что хочу услышать ещё что-то подобное!
Рон тоже засмеялся, поднимая пустую бутылку, как будто собирался произнести тост. Гарри шутливо чокнулся с ним своей бутылкой, одновременно засунув свой четырехлистник в карман брюк.
На счастье.

***

– Нет, – неумолимо сказал Драко две ночи спустя.
– Но здесь становится холодно, а на Таити постоянно приятно и тепло. – Гарри подтолкнул полученные за обедом брошюры через весь стол поближе к Драко. Тот едва ли бросил на них хоть один взгляд. – Только взгляни, это же прекрасное место для волшебного дайвинга. Используешь что-то вроде заклинания пузыря, чтобы дышать под водой, и к тому же, это неплохо помогает от этих мерзких гриндиллоу и подобных тварей. И посмотри на этот пляж! Ты когда-нибудь видел такой шикарный песок?
– Слишком людно, на мой взгляд.
Вообще-то Гарри тоже думал об этом. Это действительно представлялось весьма неудобным, особенно, когда тур-агент сообщил, что Таити – любимое место отдыха зимой для многих волшебников. Иметь дело с поклонниками во время своего отпуска не казалось Гарри особо удачной идеей, но если бы Драко действительно приглянулась мысль о том, чтобы провести время именно там, он бы и слова не сказал.
– Как насчет этого, а? – спросил он, кладя ещё один маленький диск на стол. Взмах палочкой, и он превратится в набор брошюр о Мотане. – Это остров, один из Маркизских островов. Он находится на северо-востоке от Таити, гм... – Гарри быстренько отыскал в брошюре нужное место и уточнил. – Что-то около семисот миль. Но главное в том, что  эти Маркизские острова довольно уединённое местечко.
– Я сгорю, – сказал Драко, пальцем постукивая по изображению полуобнажённого аборигена на брошюре. – Очевидно, он спокойно может находиться на солнце. Я не могу.
– Разве нет специальных зелий?..
– Поверь мне, я знаю, о чём говорю. Рэйбеган* липкий по консистенции, и ты должен повторно использовать его каждый час, – начал объяснять Драко. – Это также имеет огромный недостаток. Он сходит весь сразу, и ты становишься ещё более уязвимым к солнцу, чем был до того. Получается, для того, чтобы быть в безопасности, ты должен наносить его повторно каждый раз, а это весьма утомительно.
– О-о!.. – Гарри не слышал ни о чём подобном, но было уверен, что Драко лучше него разбирается в магических солнцезащитных средствах. – Ну, взгляни на это с другой стороны. Я буду следить за временем, и мы можем просто отдохнуть на пляже, что думаешь? Нас же никто не заставляет бегать по всему острову. Каникулы «ничего-не-деланья», звучит вполне сносно, м?
– Я ненавижу чёртов песок, прилипающий ко мне. Я ненавижу Рэйбеган*, Гарри. Пожалуйста, не заставляй меня проводить время на тропическом острове.
Он казался таким огорчённым, что Гарри сразу же отбросил все туристические брошюры.
– Ладно, не тропические острова. Гм... но мне приказано отдыхать, по меньшей мере, две недели. И Кингсли настаивает, что бы я поехал заграницу.
– Конечно, настаивает, – растягивая слова, произнёс Драко. – Если ты останешься в Британии, ты не сможешь удержаться от того, чтобы не сходить в офис хотя бы пару раз.
Гарри ухмыльнулся.
– И потом Кингсли сдерёт с меня шкуру. Итак, куда мы поедем?
– Куда ты хочешь?
– О, нет, – сказал Гарри. – Ты разнёс все мои гениальные идеи в пух и прах. Так что теперь твоя очередь предлагать место.
Пожалуйста, не Россия, пожалуйста, только не Россия... Какая-то извращённая часть Гарри отчаянно не хотела, чтобы Драко предложил этот вариант.
– О-о, ну, это ужасно неудобно, я полагаю, но я был бы очень заинтересован в том, чтобы поехать в Монреаль.
Гарри едва не закашлялся. 
– В ноябре? Нам будет немного холодно!
– Ну и что? Неужели ты не знаешь ни одних согревающих чар, о могучий аврор? – Однако когда Драко взглянул на Гарри, выражение его лица стало серьёзным. – Ты должен взять отпуск прямо сейчас?
– Нет, но Кингсли настаивает, чтобы я сделал это поскорее. А что?
Лицо Драко превратилось в непроницаемую маску, и этого было достаточно, чтобы предупредить Гарри, что тот почувствовал себя весьма уязвимо.
– Я... я бы предпочел не оставаться в Англии на Рождество. Но, вероятно, у тебя уже есть планы; я не хотел бы, чтобы они сорвались.
– Тебе что, не нравится Рождество? – спросил Гарри, понимая, что запутался.
– Это будет первое без Николая, – сказал Драко так тихо, что Гарри с трудом смог его услышать. – И к тому же... если я останусь в Англии, мои родители будут ждать меня в гости.
– А ты не хочешь их видеть.
– Не только это. – Драко закрыл глаза. – Я видел их каждый год на Рождество, Гарри. Я оставлял Николая дома в одиночестве и отправлялся в Уилтшир, где я притворялся, что его не существует. Я... я не могу столкнуться с этими воспоминаниями, пока не могу. Я бы предпочел уехать в Квебек и притвориться, что я не такой мелочный, эгоистичный дурак.
О, Драко.
– Монреаль звучит просто замечательно, – сказал Гарри. – Рождество в Квебеке. Да, это определённо хорошая идея.
Драко открыл глаза.
– У тебя действительно нет планов?
Гарри пожал плечами.
– Ну, я, как правило, проводил канун Рождества и весь следующий день в Норе, но только потому, что я был с Джинни.
– Ты врёшь, – сказал Драко, но теплота в его голосе выдала его с головой. – Ты бы пошёл, не взирая ни на что.
– Да, наверное, это так, но это в этом году это было бы слишком неловко. Особенно, учитывая, что Джинни, вероятно, уже знает, что твоя память полностью восстановилась.
Драко чопорно кивнул.
– Рональд Уизли был достаточно сдержан по поводу всего этого дела. Может быть, благодаря моим извинениям, которые я принёс, исключительно потому, что он и Гермиона сделали, чтобы помочь тебе. Твоя бывшая невеста не в той же категории, что и эти двое.
– Бывшая девушка, сколько раз я должен повторять тебе это? – вздохнул Гарри. – То есть перед ней ты извиняться не собираешься, не так ли?
Драко прищурился.
– За что это интересно я должен извиняться?
– Ну, честно говоря, ты был не особо добр к ней, когда мы учились...
– На случай, если ты забыл, я напомню, я был слизеринцем. Конечно, я не был добр. Я не собираюсь просить у неё прощения за прошедшее.
Гарри поморщился.
– Ну, она винит тебя за то, что произошло с Биллом, и она действительно имеет на это право, ты же понимаешь...
Странный звук заставил Гарри перестать говорить. Ему потребовалось мгновение, чтобы осознать, что это Драко скрипел зубами от злости.
– Я извинюсь перед Биллом Уизли, если хочешь, – сказал Драко, глядя прямо перед собой в стену. – Он – тот, кто понёс ущерб от моих действий. Но я не извинюсь перед ней, если только ты не прикажешь мне, и в этом случае, я полагаю, мне придётся уступить.
– Я не собираюсь на тебя давить, – несчастным голосом произнёс Гарри. Он даже не был уверен, как они свернули на эту тему.
– Хорошо, – сказал Драко, голос его прервался, но он сглотнул и продолжил. – Если ты хочешь, как обычно, присутствовать в Норе в этом году, я уверен, что не имею права возражать. Я останусь здесь и съем свой рождественский ужин, когда ты вернёшься, и дашь мне разрешение, при условии, конечно, что я смогу есть, так как, вероятно, я проведу день, тоскуя по Николаю и игнорируя письма от моих родителей.
– Я уже сказал, что мы поедем в Монреаль.
– Спасибо.
Его голос всё ещё был несколько натянутый. Это заставило Гарри занервничать и попытаться сменить тему на более непринужденную.
– Почему ты как-то назвал квебекцев несуразными?
– Я говорю по-французски с правильным акцентом, и мне дали понять, что квебекцы искажают язык. Но чего можно было ожидать? Американцы ещё хуже. Извини меня, пожалуйста.
Прежде чем Гарри успел возразить, Драко вскочил со стула и направился наверх по лестнице к себе, где он и провел остаток вечера.

***

– Монреаль, да? – Кингсли улыбнулся Гарри. – Сядь, ради Мерлина. Я надеялся, что ты возьмёшь свой отпуск раньше, ну ты понимаешь, о чём я.
– Рождество только через семь недель, – сказал Гарри, заняв кресло Министра, как ему и было предложено. – И, Вы знаете, мы уедем немного раньше, так что, на самом деле, мой отпуск начнётся уже через шесть недель.
– Мы?
Гарри кивнул.
– Да, мы.
– В таком случае, больше никаких вопросов, – сказал Кингсли, и его улыбка стала ещё более широкой. – Я даже не буду спрашивать, кто эта счастливейшая из всех ведьма...
– Волшебник, – поправил Гарри. – И мы просто друзья.
– Тем не менее, мне необходимо знать её... извини, его имя, прежде чем я смогу организовать тебе Международный Портключ. Ничего не могу поделать, сам понимаешь, таковы правила. Министерство должно знать, кто покидает его страну.
– Но это вовсе не обязательно, если люди аппарируют, не так ли?
– Не говори мне, что ты всё ещё веришь, что правительство делает какие-то исключения, Гарри. И это ты работал здесь так долго?
Гарри не особо понравилось, что Кингсли смеётся над ним, хотя он и понимал, что всё это довольно забавно.
– Надеюсь, можно будет обойтись без официальных документов? Не хочу, чтобы пресса мешала нам.
– Нет, в этом случае мы будем считать, что Министр является эквивалентом Министерства. Подумай об этом с этой точки зрения, Гарри. В отличие от аппарации Министерство само выдает портключи. Предположим, что твоего компаньона захотят видеть близкие, или он просто срочно понадобится кому-то по какой-то причине, что тогда?
– Да, да, я понимаю. – Гарри сглотнул.
– Я не собираюсь рассказывать прессе о твоём... друге. – Кингсли имел наглость подмигнуть ему на этих словах.
– Я знаю. – Гарри прочистил горло. – Но мы действительно просто друзья, сэр.
– Хорошо, хорошо. Вы друзья, я понял. – Кингсли сделал знак Гарри, что он на этом заканчивает.
– Это Драко Малфой.
Кингсли внезапно подался вперёд, положив обе руки на стол, и его губы сжались в тонкую прямую линию. Долгое время он молчал, но потом начал говорить, и в его голосе звенел металл. Гарри это определённо не понравилось.
– Драко Малфой, явившийся причиной вторжения в Хогвартс и приведший к смерти Альбуса Дамблдора?
– Он не убивал Дамблдора.
– Нет, но он был к этому причастен. На самом деле он предпринимал попытки убить Альбуса несколько раз за тот год. Разоружил Дамблдора в ночь вторжения, а это нападение. Воевал с Пожирателями Смерти, после того, как война началась.
– И он был судим и осуждён, и отбыл свой срок. Министр...
– Кингсли.
– Кингсли, – сказал Гарри, кивая. – Драко находился под давлением, и к тому же он был несовершеннолетним, и если я хочу дружить с ним сейчас... ну, я имею в виду, это не признак неуважения, но это действительно немного не твоё дело, не так ли?
– У него Метка.
– Да, я знаю.
– Ты ведь знаешь про ограничения на поездки. Они всё ещё в силе.
– Что относится только к Пожирателям Смерти, которые уже отбывали срок в Азкабане, – быстро добавил Гарри. – Драко был приговорён к домашнему аресту.
Кингсли откинулся в кресле.
– Ну, тогда, я полагаю, нам не о чем больше говорить. Но Гарри... будь осторожнее. Я не могу помочь, но думаю, что это очень удобно. Я имею в виду то, что Малфой решил подружиться с тобой.
– Не совсем так, – сказал Гарри сухо. – Но спасибо, Кингсли. Э-э... когда будет готов портключ?
– Я отдам его тебе до 19 декабря.
– Ну, это весьма очевидно, ведь иначе мы не сможем уехать.
Кингсли кивнул, глядя на пачку пергаментов на столе. Намёк был кристально ясен, так что Гарри быстро двинулся к выходу из кабинета и направился к дому.

***

– Драко?
Никто не ответил, и Гарри отправился наверх, чтобы сменить министерскую мантию. Проходя мимо двери с комнату Драко, он услышал, как бежит вода.
Внезапное искушение ударило его, быстро и жёстко. Заклинание наблюдения... он мог бы использовать его сейчас, и посмотреть на красивое тело Драко, как тот намыливается,  потом смывает с себя пену, мог бы увидеть, как перекатываются его мышцы под кожей, как напрягаются его руки, когда он поднимает их, чтобы вымыть волосы...
«Нет, Гарри, – сказал он сам себе. – Нет, нет, нет». Он делал это раньше, но он не собирался делать этого снова, хотя бы потому, что он всё ещё был верен своему обещанию больше не тревожить Драко ночью. А то, что ему хотелось сделать, несомненно, тоже являлось нарушением.
Конечно, он не мог заставить себя не думать об этом, и он действительно не думал, что он может попытаться сделать это. Фантазии – это нормально; они не затрагивали душу. С такими мыслями, Гарри принял душ и представил, будто Драко был там с ним, стоял на коленях, что его умелые руки ласкали бедра Гарри, а его губы охватили член Поттера, чтобы подразнить и помучить, а потом, наконец, удовлетворить.
Гарри кончил резко, почти крича от силы накрывшего его оргазма. Он впился в собственную руку ртом, представляя, что целуется с Драко. Очень глубоко и очень мокро.
Тогда он вынужден был улыбнуться сам себе. Драко не мог бы одновременно быть на коленях, доставляя ему удовольствие, и целоваться с ним. Но, в конце концов, это была всего лишь фантазия. А в фантазиях, как правило, невозможное становится возможным.
Гарри потребовалось немного времени, чтобы, наконец, одеться, и после этого он решил пойти посмотреть, что Драко собирается приготовить на ужин.
Только вот... когда он проходил  мимо комнату Драко, душ по-прежнему работал.
– Драко?
Никто не ответил, и Гарри отправился наверх, чтобы сменить министерскую мантию. Проходя мимо двери с комнату Драко, он услышал, как бежит вода.
Внезапное искушение ударило его, быстро и жёстко. Заклинание наблюдения... он мог бы использовать его сейчас, и посмотреть на красивое тело Драко, как тот намыливается,  потом смывает с себя пену, мог бы увидеть, как перекатываются его мышцы под кожей, как напрягаются его руки, когда он поднимает их, чтобы вымыть волосы...
«Нет, Гарри, – сказал он сам себе. – Нет, нет, нет». Он делал это раньше, но он не собирался делать этого снова, хотя бы потому, что он всё ещё был верен своему обещанию больше не тревожить Драко ночью. А то, что ему хотелось сделать, несомненно, тоже являлось нарушением.
Конечно, он не мог заставить себя не думать об этом, и он действительно не думал, что он может попытаться сделать это. Фантазии – это нормально; они не затрагивали душу. С такими мыслями, Гарри принял душ и представил, будто Драко был там с ним, стоял на коленях, что его умелые руки ласкали бедра Гарри, а его губы охватили член Поттера, чтобы подразнить и помучить, а потом, наконец, удовлетворить.
Гарри кончил резко, почти крича от силы накрывшего его оргазма. Он впился в собственную руку ртом, представляя, что целуется с Драко. Очень глубоко и очень мокро.
Тогда он вынужден был улыбнуться сам себе. Драко не мог бы одновременно быть на коленях, доставляя ему удовольствие, и целоваться с ним. Но, в конце концов, это была всего лишь фантазия. А в фантазиях, как правило, невозможное становится возможным.
Гарри потребовалось немного времени, чтобы, наконец, одеться, и после этого он решил пойти посмотреть, что Драко собирается приготовить на ужин.
Только вот... когда он проходил  мимо комнату Драко, душ по-прежнему работал.
– Драко?
Тот не отозвался, поэтому Гарри постучал. Громко. А после с силой ударил в дверь, в то же время продолжая звать Драко по имени.
По-прежнему нет ответа.
Может быть, Драко был расстроен? Прошлой ночью, он говорил о том, как оставлял Николая одного на Рождество, поскольку ему нужно было ехать к родителям. И там он притворялся, что он неженатый мужчина... что ж, подобные воспоминания расстроили бы кого угодно, так что может быть, Драко в душе так долго, потому что плачет.
Гарри повернулся и хотел уйти, желая дать ему какое-то уединение, но потом до него дошло, что Драко не смог бы игнорировать Гарри.  Даже если он плачет, он ответил бы хоть что-то.
Внезапно заволновавшись, Гарри распахнул дверь и прошёл через комнату, чтобы громко стучать в дверь ванной.
– Драко?
Ответа не последовало, и Гарри не колебался больше ни секунды.
Он нашёл Драко на полу в душевой кабинке, без сознания.
Когда Гарри выключил воду и опустился на колени рядом с ним, он понял, что кожа Драко была горячей, не смотря на лившуюся на него до этого холодную воду.
Хуже того, спина Драко была покрыта уродливыми, гнойными язвами. Их было много, и они были так близко друг к другу, что казалось, заходят одна на другую.
– Дерьмо! – выругался Гарри, тряся Драко несколько резко, заключив при этом в объятья. – Драко! Драко!
Драко не отвечал, его лихорадило.
Слегка поскользнувшись на кафеле, Гарри поднял юношу на руки и выбежал из ванной. Что делать, что делать?.. Выбор был не особо велик. Гарри знал, что Драко не хотел бы оказаться в Больнице Св. Мунго, но где ещё ему могли бы помочь с чем-то подобным?
Остановившись лишь на мгновение, чтобы накинуть на Драко халат, Гарри крепко прижал его к себе и аппарировал. К чёрту обычный вход. Плевать на стандартные процедуры принятия больных в больницу. Аврорам была дана привилегия пользоваться задней дверью, ведущей прямо в приемный покой. Гарри пообещал себе однажды, что он никогда не воспользуется этим, что он подождёт своей очереди, даже если он будет ранен на работе или что-то в этом роде.
Сейчас же и мысли не мелькнуло о том, что он пользуется несправедливой, на его взгляд, привилегией в своих целях.
Всё, о чём он мог думать сейчас, так это о Драко.

Рэйбеган* (raybegone) – (досл.) луч ушёл.

Глава 59

– Никакой магии, – выпалил Гарри, прежде чем вошедший медик успел достать палочку.

– Мистер Поттер, – обратился к нему высокий мужчина, чья голубая мантия свидетельствовала о как минимум двадцати годах, посвящённых передовому лечению. – Меня зовут Кайл Хампсон. Очень приятно встретиться с вами. Я бы пожал вам руку, если хотя бы одна была  свободной.

Но Гарри был совершенно не в настроении для обмена любезностями.

– Никакой магии, – повторил он, его глаза опасно прищурились.

– Только после вашего непосредственного согласия. Или его, – целитель кивком указал на бесчувственное тело; Гарри сидел на стуле, бережно прижимая к себе находящегося всё ещё в бессознательном состоянии блондина. А затем добавил более мягким тоном: – Мистер Поттер, моё упоминание о невозможности рукопожатия было намёком на то, что вам было бы неплохо положить пациента, чтобы я мог осмотреть его.

Ох... Гарри не хотел выпускать Драко из объятий, но понимал, что в данном случае это необходимо. Как можно осторожнее он положил Драко на длинный плоский стол и приспустил его купальный халат до пояса. После секундного замешательства Гарри стянул ткань ещё ниже, давая возможность целителю осмотреть и ягодицы Драко.

Фурункулы выглядели ещё хуже, чем пять минут назад, когда Гарри последний раз видел их.

– Медиведьма, которая проводила вас сюда, упоминала что-то про три раза, – ожидающе сказал целитель. – Расскажите подробнее, пожалуйста.

Гарри был не удивлён, что его бессвязные высказывания были слишком разрозненны для понимания. Он даже толком не помнил, что говорил, кроме упорного настаивания на необходимости немедленного осмотра целителем. И сейчас, когда последний появился, Гарри пришлось приложить немало усилий, чтобы загнать мешающую панику в глубину сознания. Помогла многолетняя аврорская тренировка: авроры специально обучаются, как докладывать сведения в понятной сжатой форме.

– Это третий раз, когда у него появляются эти фурункулы, – начал Гарри, в то время как целитель наклонился над Драко, чтобы лучше обследовать его. Не удовлетворившись осмотром только фурункулов, медик так же быстро проверил руки и ноги блондина.

– Продолжайте.

– Каждый следующий раз они становились всё хуже и хуже, и очень плохо реагировали на применение любой исцеляющей или облегчающей магии. Мы лечили их при помощи маггловского препарата... ммм... гидрокортизона.

– Вы подозреваете аллергию?

– Возможно, – ответил Гарри, немного удивившись, что целитель знает о маггловских методах лечения. – Мы не были абсолютно уверены о причине. Он не ел ничего необычного перед этим.

– Еда является не единственной возможной причиной, – отстранённо заметил целитель, проверяя лоб Драко и его запястья. – Он всегда терял сознание и его лихорадило?

– Нет, только сегодня. Поэтому я и принёс его сюда.

Хампсон неодобрительно посмотрел на аврора.

– Вы просто обязаны были сделать это до того, как ситуация стала настолько критической.  Я думал, что начальник отдела Министерства магии должен знать это.

Гарри поморщился.

– Я пытался, но он упорно отказывался от визита.

– Хмм... может поэтому? – целитель ловко подхватил левую руку Драко и указал на шрам. – М-м-м... это правда, что у нас иногда возникают проблемы с отказом персонала лечить "недостойных", как они выражаются. Совершенно не думая о том, что классификация магов на "стоящих" и нет была причиной, положившей начало войне, – добавил он жёстко. – Или тот факт, что каждый медик или целитель здесь клялись лечить нуждающихся, не обращая внимания на их прошлое. Не переживайте, мистер Поттер. Я сделаю всё, что в моих силах для...

– Драко Малфоя, – закончил Гарри.

– Для Драко Малфоя. Даю клятву, что сделаю всё возможное. Вы двое живёте вместе?

– Да.

Хампсон кивнул, задавая вопросы, чтобы узнать всё про состояние Драко.

– Это очень похоже на магическую аллергию, – в конце концов, озвучил он диагноз. – Все аллергические реакции этого типа известны своей отрицательной реакцией на любые заклинания против их симптомов. Мне очень жаль, что он не обратился к нам во время своего первого приступа, поскольку лечение достаточно стандартное и явно не вызывает ухудшения аллергической реакции. Но я думаю, что понимаю, из-за чего мистер Малфой не решился довериться нам. Кстати, что это за метки на его запястьях?

Гарри не горел желанием рассказывать об этом, но, в то же время, боялся утаить от целителя какую-нибудь важную для лечения информацию. К счастью, все работники Св. Мунго находились под магической клятвой неразглашения полученной информации любым посторонним лицам.

– Он находится под заклятием связи.

– И характер связи?

– М-м-м... он связан со мной.

– Условие освобождения из Азкабана?

– Нет, он никогда не был в тюрьме. Это... личное.

Самопишущее перо Хампсона замерло в воздухе.

– Понимаю. В любом случае, если диагностические заклинания ничего не покажут, мне придётся задать ещё вопросы.

Гарри был уже согласен ответить на любые вопросы.

– Стоп! Диагностические заклинания? Они же приведут к открытию фурункулов...

– Верьте мне, мистер Поттер, – ответил целитель, его тёмные глаза подбадривающе сверкнули. – Я знаю, что я делаю. В общих чертах, следует избегать только тех заклинаний, которые направлены против симптомов аллергии. Это объясняет, почему ваши лечащие и смягчающие заклинания не приносили никакой пользы. Вы использовали их против высыпаний на его спине, как я понимаю. Возвращаясь к диагностическим заклинаниям, я возьму немного его крови и отнесу в комнату внизу. Там я смогу определить, что явилось причиной аллергии.

Целитель достал палочку. Гарри пришлось прикусить язык, чтобы удержаться от возражений. Только поспешные самоуверения Гарри, что Хампсон профессиональный целитель, который сделает всё, что в его силах для того, чтобы помочь Драко, и что это не подразумевает причинение боли, если её можно избежать. Прикоснувшись палочкой к указательному пальцу Драко, целитель пробормотал заклинание. Рядом с рукой Драко возникла небольшая колба. Хампсон поймал её и поднёс к пальцу Драко, из которого капала кровь.

– Я думаю, этого будет достаточно, – сказал Хампсон, быстро залечив сделанный порез. – Я вернусь через несколько минут. А пока, я думаю, не повредит, если вы будете держать мистера Малфоя за руку. Это даст ему ощущение комфорта, даже не смотря на то, что он без сознания.

И хотя Гарри не отходит от Драко всё это время, он тот час же схватил его руку и крепко сжал.

***

– Клевер, – сказал целитель, входя в комнату десять минут спустя. – У мистера Малфоя аллергия на клевер.

Мысли Гарри вернулись к последнему разговору с Роном... бросание пучка травы в него... Рон стряхивает её со свитера...

– На моём газоне растёт немного клевера.

Целитель нахмурился.

– Другие варианты контакта?

– Не думаю. Но этот вариант подходит. Я  знаю совершенно точно, что Драко иногда лежит на спине на траве, – Гарри подумал о том дне, когда он наложил следящее заклятие и видел Драко, поливающим сад в этой позиции.

– Без рубашки?

– Н-нет, не думаю, – на самом деле Гарри даже не мог представить такого.

– Хм-м, похоже, это указывает на смещение реакции.

– Смещение реакции?

– Именно, диагностические заклинания показали, что аллергическая реакция возникает не в месте контакта, тем не менее, смещение реакции должно быть постоянным. Если мистер Малфой, например, ходил босиком по траве, он всегда бы имел высыпания на животе. Я предполагаю, что мы можем прийти к заключению, что когда мистер Малфой лежал вытянувшись на траве, его руки задели пучок клевера, что привело к высыпанию фурункулов на его спине.

– Это очень странно.

– Но, к сожалению, типично для магических аллергий, – сказал целитель, хмурясь.

– Что-то ещё?

– Я немного озадачен тем, что анализы крови мистера Малфоя показали, что у него не было бы настолько тяжёлой реакции, если бы доза воздействия не была бы огромной. Единственное подходящее объяснение для меня, что это, – целитель указал на зелёные линии на руках Драко, – как-то смогло увеличить его чувствительность. Хотя эта версия весьма шаткая.

Гарри задумчиво прикусил губу.

– Он связан со мной родовой магией, если вам это чем-то поможет.

– Не очень, – целитель пожал плечами. – В любом случае, поскольку мало что известно о последствиях  родовой магии, это может быть единственным объяснением симптомов. Я бы посоветовал очистить ваш сад от клевера, и предупредить мистера Малфоя, что тот должен избегать любых контактов с этим растением. В его случае четырёхлепестковый клевер не будет приметой удачи.

– Хорошо, а что можно сделать для него сейчас? – Гарри крепче сжал руку Драко. – Я могу продолжать лечение гидрокортизоном, но что делать, если жар не спадёт?

– Этот вопрос гораздо проще. – Хампсон достал из кармана маленький плоский флакон. – Это зелье уберёт все следы клевера из его тела. Не было никакой необходимости днями страдать с маггловским лечением, мистер Поттер. Всё что надо было, просто узнать правильный способ лечения.

– Но ведь зелья тоже магические...

– Я понимаю ваше беспокойство, но, как я сказал, раньше, вы должны верить моему опыту. Магические аллергии сопротивляются лечению симптомов. Это же зелье устраняет саму причину возникновения этих симптомов. Понимаете?

– Да, но...

– Это не повредит ему, мистер Поттер. У вас уже есть моё слово. Не говоря уже о благодарности за всё, что вы сделали. Если вы действительно чувствуете необходимость, я могу дать вам Нерушимую Клятву. И я должен заметить, что альтернативным вариантом будет являться то, что лечение фурункулов гидрокортизоном также может снизить жар, что, правда, крайне маловероятно.

– Я не могу оставить его с таким жаром на несколько дней, – сглотнул Гарри. Все его аврорские навыки вопили, что целителю Хампсону можно доверять. Не то чтобы его инстинкты часто ошибались, да и как он мог отвергать единственно возможное лечение? – Ну, хорошо.

– Замечательно. Я вызову любого аврора по вашему выбору, чтобы скрепить клятву...

– Нет, я имел в виду, продолжайте, – выдохнул Гарри, взмахнув рукой в направлении склянки. – Только как вы заставите человека без сознания выпить это?

– Зелье должно попасть в его кровоток, и будет лучше, если это произойдёт постепенно. Оно создано для вдыхания на протяжении примерно часа. – Очень аккуратно целитель переместил Драко так, чтобы его голова склонилась на сторону, после чего поместил склянку рядом со щекой. – Всё, что вам надо делать, это следить, чтобы зелье не расплескалось, когда мистер Малфой начнёт приходить в себя. Слишком большая доза сразу может только навредить. Вы останетесь с ним или мне позвать сиделку?

– Я останусь.

– Я так и подумал, – с этими словами целитель вынул маленькую пробку. Лёгкий серый дым начал подниматься из склянки и исчезать, когда Драко вдыхал его.

Как только целитель отошёл от Драко, Гарри взял склянку в руку, уверенно держа её рядом с носом блондина. Хотя это и не было необходимым, благодаря своей форме склянка была вполне устойчива.

– Вы увидите, что его фурункулы начнут опадать примерно через десять минут. А где-то через час на его спине не должно остаться никаких следов высыпаний. Я не могу сказать, когда он проснётся, так что не спускайте с него глаз. Просыпаясь, он может неожиданно резко дёрнуться.
Гарри сильнее сжал склянку и кивнул.

– И теперь остался только один вопрос, – сказал Хампсон очень серьёзным голосом. – Хотя предлагаемое нами лечение и намного эффективнее маггловских кремов и мазей, оно не может быть использовано дважды. Повторное применение лекарства нанесёт тяжёлые повреждения его лёгким, поэтому для него жизненно важно избегать контакта с клевером. К тому же, как вы уже заметили, каждый следующий раз оказывается намного хуже предыдущего. Следующий за этим может быть смертельным.

Смертельным?! Ох, Мерлин.

– Я лично проверю, чтобы сад был освобождён от клевера навсегда.

– Я бы так же порекомендовал перестать использовать климатические чары в саду зимой. Позвольте растениям умереть и прорасти заново весной. – Хампсон улыбнулся. – Не очень магическое  решение, но здоровье мистера Малфоя важней традиций.

– Мы использовали эти чары только для заднего дворика. Маггловский район, – пояснил Гарри.

– А разве они не подглядывают через забор за вами?

– Министерство позаботилось об этом, сами понимаете.

– Ох, конечно. Всё равно, я на вашем месте убрал бы климатические чары.

– Обязательно, – пообещал Гарри. – Что-то ещё?

– Объясните мистеру Малфою, что ему жизненно необходимо избегать контактов с клевером. Обычно это не настолько опасно, но принимая во внимание его сверхчувствительность, он должен быть предельно осторожен.

– Насколько опасно пребывание рядом с клевером? Может ли он повредить через одежду?

– Нет. Клевер не опасен для него, за исключением случаев прямого контакта с кожей. Он может спокойно гулять по клеверным полям, при условии ношения соответствующей обуви.

– Спасибо вам за всё, – сказал Гарри, протягивая свободную руку, не смотря на то, что для этого пришлось на пару мгновений выпустить из объятий Драко. – Я благодарен за то, что вы сделали.

– Вы можете сделать больше, чем просто благодарить меня, – сказал Хампсон. – В следующий раз, когда вам или ему понадобиться какое-нибудь лечение, воспользуйтесь нашими услугами. Если у вас есть какие-то сомнения по поводу вашей безопасности здесь, обращайтесь непосредственно ко мне. Даже если это не моя смена, я буду рад вам помочь.

– Спасибо, – Гарри был тронут его заботой. Ему не нравилось всеобщее почитание, но данное предложение сняло часть тяжести с его плеч. Кроме того, Хампсон не обращался с ним как с наследником Мерлина. Он был явно благодарен Гарри за прошлое, но не имел склонности к его обожествлению. Наоборот, в его поведении явно проскальзывало раздражение, что тот не пришёл к нему раньше.

– Я зайду к вам примерно через час, чтобы удостовериться, что его можно выписывать, – коротко кивнув, сказал целитель и вышел за дверь.

***

Сыпь Драко стала исчезать где-то через десять минут, как и прогнозировал целитель. Спустя приблизительно полчаса жар спал окончательно. А через пару минут глаза Драко начали открываться.

– Гд... где... Гарри?

– Я здесь, – ответил брюнет, возвращая на место склянку, когда щека Драко сдвинула её. – Постарайся не двигаться. Ты скоро поправишься.

– Что... что случилось?

– Я нашёл тебя без сознания в душе.

Драко ответил коротким мычанием.

– М-м-м... припоминаю. Эти чёртовы высыпания вернулись. Горячая вода сделала только хуже, поэтому я попробовал холодную, которая немного облегчила страдания, но я стал чувствовать себя просто ужасно, и ничего больше сделать не мог, и...

Гарри пришлось приложить невероятные усилия, чтобы сдержаться и не наорать на блондина.

– Я купил сову, чтобы ты мог найти меня в подобных случаях!

Драко зажмурил глаза.

– Я не мог найти эту чёртову птицу. Я говорил тебе, что ты должен дать ей имя. После этого она будет проводить гораздо больше времени возле дома.
Гарри не хотел давать имя этой глупой птице, это сделало бы её почти фамильяром, а она им не была.

– Ладно, проехали. Хорошо, что я пришёл домой вовремя. Ты был без сознания и с жаром, и целитель сказал...

– Целитель?! – глаза Драко распахнулись, он резко поднял голову и огляделся вокруг. – Мы в Святом Мунго?! Я говорил тебе, что не хочу обращаться сюда!

– Твои проблемы! – твёрдо сказал Гарри. – Ты весь горел и я не собирался сидеть, сложа руки, и ждать, пока твой мозг закипит. В любом случае, целитель нашёл причину твоего заболевания. У тебя аллергия на клевер. Очень сильная аллергия, поэтому мы должны быть уверены, что ты не будешь больше дотрагиваться до него.

Драко стал мертвенно бледным.

– Кле... клевер?

– Да, клевер, – Гарри успокаивающе положил руку на плечо Драко, стараясь не задевать маленькие пятнышки, единственное, что осталось от его жутких высыпаний. – Мы решили, что причиной тому было, что ты прикоснулся к клеверу, когда лежал на спине в саду. Магическая аллергия иногда имеет свойство проявляться не в том месте, где был контакт с кожей.

– Я... я... – Драко прочистил горло. – Иногда я лежу на траве, это правда. Но как ты узнал об этом?

– Следящие чары.

– Это мерзко...

– Я знаю, – ответил Гарри. – Я больше не использую это заклинание. Я просто проверял тебя время от времени, беспокоясь, что твоя депрессия может спровоцировать тебя сделать что-то ужасное.

Зубы Драко начали выбивать нервную дрожь.

– Ты проверяешь меня время от времени?

– Нет, давно уже не следил. Драко, ты ходил в сад...

– Я хочу, чтобы ты снял заклятие. Я не хочу, чтобы ты шпионил за мной.

– Я сниму его, как только мы доберёмся до дома. Драко, ты ходил в са...

– И ещё я хочу воды. Я чувствую себя высушенным, – перебил Драко.

Гарри призвал стакан и наполнил его водой. Позволять Драко пить стало уже практически его второй натурой, хотя Гарри и должен был помочь, чтобы Драко не прерывал лечебного вдыхания. Необходимый для исцеления час ещё не закончился.

– А сейчас время ответить на мои вопросы, – твёрдо сказал Гарри.

– Я бы предпочёл поспать. Чувствую себя выжатым.

– Ответишь на один и можешь спать. Ты лежал на траве сегодня?

Драко сделал недовольное лицо.

– Большая часть дня как в тумане, Гарри. Высокая температура может вызывать подобное. Я помню, что выходил в сад, но я это делал практически каждый день. Теперь я могу отдохнуть?

– Да, пожалуй, – мягко ответил Гарри. –  Твоя спина в порядке?

– Боли вообще нет.

– Это потому что сыпь практически прошла. Я не думаю, что в этот раз нам будет нужен тот крем от шрамов.

– Отлично, – ответил Драко, и Гарри почти поймал себя на мысли, что голос блондина звучал саркастически. Почти.

Когда дверь начала открываться, Драко сел прямо и запахнул полы халата. Его поза была крайне напряжённой.

– Мистер Малфой, – сказал Кайл Хампсон, подходя и протягивая ему руку. – Я целитель Хампсон. Приятно с вами познакомиться.

Его голос не был таким же мягким, как при общении с Гарри, но всё же достаточно почтительным. Драко, похоже, подумал также. Он выглядел слегка стеснённым, пожимая протянутую руку.

– Мистер Поттер уже рассказал вам всё, полагаю?

– Аллергия на клевер, – хрипло сказал Драко, прочищая горло.

– Да. Вызываемая только через прямой контакт с кожей, но, в любом случае, с вашей гиперчувствительностью, вам необходимо быть всегда осторожным при выходе из дома. Я должен обратить ваше внимание, что сегодняшнее происшествие не может быть повторено без риска нанесения непоправимого вреда вашим лёгким. И что самое главное, ваша аллергическая реакция на клевер каждый следующий раз будет протекать всё тяжелее.

– Слово "фатальный" так и просится на язык, – резко перебил Гарри.

Драко слегка позеленел лицом.

– Что?!

Целитель продолжил своё объяснение.

– Вы были в весьма тяжёлом состоянии, когда мистер Поттер принёс вас сюда. Я бы не хотел увидеть вас с ещё более высокой температурой, поэтому вы должны принять все возможные меры для избегания контактов с клевером.

– Странная гиперчувствительность? – спросил Драко. – Что вы имеете в виду?

– Случайный контакт не должен вызывать настолько острой реакции. Поэтому мы с мистером Поттером пришли к выводу, что это вызвано родовой магией, связывающей вас двоих.
Глаза Драко чуть не вылетели из орбит.

– Ты сказал ему?!

– Только то, что мы с тобой связаны... Я должен был. Мы пытались найти причину болезни.

– Я думал, что ты не хочешь, чтобы весь мир узнал...

– Мистер Малфой, вы можете быть уверены, что всё сказанное и сделанное здесь, останется в тайне, – успокаивающе сказал Хампсон. – Я не смогу рассказать об этом, даже если захочу. Чего никогда не будет. Я магглорождённый, понимаете. Когда началась война, мне пришлось прятаться почти год. Я обязан своей карьерой, волшебной палочкой и, наверняка, своей жизнью мистеру Поттеру.

Гарри приложил максимум усилий, чтобы не покраснеть.

– Мы все многим ему обязаны, – тихо ответил Драко. – Я... благодарю вас, целитель... простите, я не запомнил ваше имя...

– Хампсон. И не удивительно. Это был тяжёлый день для вас. Могу я осмотреть вашу спину? Я должен быть уверен, что выписываю вас абсолютно здоровым.

Драко немного нервно кивнул в ответ, соскользнул со смотрового стола, повернувшись спиной к целителю, пока развязывал пояс халата. Он обнажил торс, но полностью снимать халат не стал.

– Абсолютно никаких следов, – сказал целитель. – Чуть пониже, пожалуйста, мне нужно проверить также ваши ягодицы.

Драко покраснел, но молча повиновался.

– Вы совершенно и полностью излечены, мистер Малфой, но вы будете чувствовать усталость сегодня и завтра, скорее всего, тоже. Уровень вашей магической силы будет снижен, пока вы полностью не восстановитесь, поэтому избегайте использования магии, если только это не будет вызвано крайней необходимостью. Ох... можете одеться.

– Одеться, – едко усмехнулся Драко, поворачиваясь лицом. – И при этом показаться на людях в банном халате.

– Лучше так, чем если бы мистер Поттер промедлил, одевая вас во что-нибудь другое, – философски заметил целитель. – Вы были недалеки от комы, когда вас доставили сюда. Но сейчас я могу вас выписать.

Драко снова протянул свою руку.

– Большое вам спасибо, целитель Хампсон.

Целитель, улыбаясь, снова пожал ему руку.

– Я надеюсь, вы поймёте меня правильно, если я скажу, что не хочу вас видеть снова. Всего хорошего, мистер Малфой. Вам также, мистер Поттер. Прошу меня простить, меня ждут другие пациенты.

Как только целить вышел, Драко рухнул на стул.

– Ты можешь аппарировать домой и принести мне что-нибудь надеть? Мне не очень хочется показываться на людях в таком виде.

– Мы можем аппарировать домой прямо из этой комнаты. – Гарри ткнул себя пальцем в грудь. – Аврор.

– Ох, – отозвался Драко, не делая никаких попыток подняться. – Дай мне пару минут. Я не чувствую себя достаточно хорошо для совместной аппарации.

– Без проблем, – Гарри тоже присел рядом. – Скажи, когда ты будешь готов аппарировать. И как только мы будем дома, мы устроим тебя на диване и я позабочусь об ужине.

– Я вряд ли похож на инвалида.

– Ты почти впал в кому, – осознав, что его тон был слишком резким, Гарри продолжил уже мягче. – Мы должны были обратиться сюда раньше.

– Похоже на то, – закрыв глаза, Драко опустил голову на спинку своего стула. – Мерлин, я настолько вымотан. Может, я всё-таки инвалид.

– Ты хочешь, чтобы я взял отпуск пораньше? Мы можем поехать куда-нибудь отдохнуть, и ты сможешь лучше восстановиться.

– Я не хочу проводить Рождество в Англии. Я тебе это говорил.

Хотя Гарри и имел в виду, что они могут совершить две поездки: одну сейчас, и одну в декабре, но потом подумал, что чертовски много времени "украдёт" у работы.

– Ну, хорошо. Мы поедем в декабре. Кстати говоря, сегодня вечером я как раз организовывал для этого порт-ключ.

– Выгода от знакомства с Министром, – зевнул Драко. – Малфои тоже когда-то имели подобный доступ. Это делает меня довольно мелочным, но я думаю, что мой отец скучает по старым временам.

– Он всё равно не может пользоваться международными порт-ключами.

– М-м-м, правда. Мамочка могла бы...

"Мамочка". Это подсказало Гарри, насколько вымотанным Драко был.

– Иди сюда, – сказал он, поднимая блондина на ноги. – Давай попробуем доставить тебя домой.

– Дом, – сказал Драко полусонным голосом. – А ты знаешь что, Гарри? У тебя очень милый дом. Мне нравится моя комната, но я совсем не люблю душ. Я мечтаю об огромной ванне, как у префектов в Хогвартсе. Ох, ты не был префектом, поэтому не знаешь. Она была, по крайней мере, в милю шириной и с пузырьками...

Ещё один широкий зевок, и Драко провалился в сон, слегка посапывая в плечо крепко державшего его Гарри.

– Никакого дивана, – мягко сказал Гарри, поглаживая волосы Драко. – Только в кровать. Я принесу тебе поднос с ужином.

Обхватив блондина понадёжнее, Гарри закрутился для аппарации.

Глава 60

Переводчик- aBalks
Бета - Mellu

К ужину Драко все-таки проснулся, да и то, лишь потому, что Гарри  настаивал на том, чтобы он съел хоть что-нибудь. Он все еще неважно себя чувствовал, и, казалось, слишком  устал, чтобы спуститься по лестнице, так что Гарри принес куриный суп прямо к нему в комнату и помог приподняться, чтобы он смог поесть.

- Полуфабрикаты, - протянул Драко, скорчив недовольную гримасу. Гарри мысленно закатил глаза – тарелка уже была почти пуста.

- Я приготовлю сам, если хочешь. Никаких полуфабрикатов. Завтра.
- Завтра? Ты имеешь в виду - после работы? Ты шутишь!

- Я уже послал сову – решил взять отгул.

Драко прищурился.
- Ты все-таки достал себе  сову?

- Да. Сюзи просто находка, -  Гарри пожал плечами. – Ты был прав насчет имени. Она запрыгнула мне на плечо и начала тыкаться клювом мне в шею прямо после того, как я предложил ей этот вариант.

Драко зевнул и начал неловко сползать вниз, пытаясь снова закутаться в одеяло.
Гарри поспешно подхватил поднос, чтобы остатки супа не запачкали постель.
-Что-нибудь еще, Драко? Может, хочешь чего-нибудь особенного?

Драко вдруг потупил взор, уставившись на свои руки. –Я... Я ...

- Что? - поинтересовался Гарри, наклоняясь ближе. - Что бы ты хотел, Драко?

- Гарри, я... -  Драко, с крайне несчастным видом,только покачал головой. - Кажется,  что мне необходим отдых – так доктор сказал.

- Тебе не стоит беспокоиться об этом, - Гарри встал, держа в руках поднос, и улыбнулся Драко. -Завтра мы устроим тебя на диване, прямо перед телевизором, и ты сможешь посмотреть столько твоих любимых ужастиков, сколько захочешь. И, Драко, я позабочусь обо всем, так что не стоит переживать.
- Ты хороший человек, Гарри.

Гарри нахмурился, услышав это, и не мог не возразить.
- Не такой уж хороший, я думаю. Мне нужно было настоять на своем и показать тебя колдомедикам намного раньше.  Наш целитель и правду хорошо, хотя, честно говоря, мне кажется, для диагностики обычной магической аллергии нам не требовался первоклассный целитель.

- Самое лучшее для Гарри Поттера и его спутника, - продекламировал Драко, но без сарказма. – Что  ж, в конце концов, я не полностью отрезан от медицинской помощи, как раньше. Э-э ... Гарри...  если одному из моих родителей понадобится целитель... э-э...  не мог бы ты позаботиться об этом? Было бы неплохо, если это будет именно этот Хэмпсон. Дело в том, что мы не можем доверять даже частным целителям, ведь у них столько возможностей использовать какие-либо вредные заклинания, которые будут действовать, пока мы не заплатим.

Гарри очень не хотел соглашаться – он бы предпочел как можно реже встречаться с Нарциссой и Люциусом Малфоями. В данных обстоятельствах, однако, он действительно не смог отказаться. Нарцисса уже однажды спасла ему жизнь, и оставить ее в живых было в его интересах, также как он был абсолютно не заинтересован в том, чтобы Рес Меа Эс заполучила Люциуса в свои когти.

Кроме того, это было доказательством того, что Драко на самом деле заботиться о своих родителях, не смотря на то, что он там говорит или делает. Он будет буквально убит, если что-то случится с ними, а Гарри не хотел видеть, как Драко страдает. Никогда.

- Конечно, - наконец, ответил Гарри, стараясь улыбнуться.

- Спасибо, Гарри, - прошептал Драко, все еще глядя вниз на свои руки. - Я знаю, что мы не... мы не заслужили . . .черт. Я бы не хотел быть обязанным тебе, Гарри. Я бы очень хотел сделать что-нибудь для тебя.

Ты помог мне понять, что пора закончить всю эту хрень с Джинни, подумал Гарри. Если бы не Драко, Гарри мог бы легко позволить ей окрутить себя и вступить в брак, о котором она так отчаянно мечтала. И к чему бы это привело? Страшно представить.

Он остался бы ни с чем, кроме жалкой возможности  бросить взгляд на Драко  через платформу, когда они оба  отправляли бы своих детей в Хогвартс.

Этой мысли было достаточно, чтобы заставить Гарри содрогнуться.
Однако он не знал, как объяснить это Драко. Упоминать их предыдущие отношения ...  нет. Плохая идея, как ни крути.
- Ты много делаешь для меня, - просто сказал он вместо этого.

- По хозяйству, имеешь в виду? - Драко вздохнул и закрыл глаза, глубже зарываясь в одеяло. Гарри даже показалось, будто он хотел спрятаться в этом коконе. - Ты мог бы сказать своему эльфу прийти сюда, или нанять кого-нибудь.

- С тобой мне лучше, чем с кем-либо другим, - Гарри пришлось противостоять сильному искушению наклониться и поцеловать Драко в лоб. - Я думаю, ты устал, и поэтому ты чувствуешь себя таким несчастным. Поспи, что ли? С утра мир вокруг определенно покажется лучше.

Драко послушно повернулся на бок и свернулся калачиком под одеялом, но стоило Гарри выпрямиться, как он тут же скривился. Когда же Гарри повернулся, чтобы уйти, рука Драко молнией вылетела из-под одеяла и крепко вцепилась  в  рукав Поттера.

Он настойчиво потянул, подтягивая Гарри к кровати, хотя глаза его были плотно зажмурены, а сам он весь съежился, будто пытаясь спрятаться.

-Драко?

Молчание. Его просто потянули вперед, и тянули до тех пор, пока колени Гарри не  наткнулись на край матраса. Гарри наклонился к нему.
- Драко, в чем дело? Что тебе нужно?

Драко быстро замотал головой, и его волосы светлым облачком разлетелись по подушке. Его губы были сжаты в тонкую линию, и отвечать он явно не собирался.

Чего бы он ни хотел, говорить об этом вслух он не мог.

И в этот момент Гарри осенило.

Ну конечно  же...  Драко наверняка ужасно страшно от одной только мысли, что дотронувшись до клевера еще хоть раз, он рискует умереть. Ничего удивительного, что теперь он хочет почувствовать себя защищенным. Любой бы на его месте ощущал бы себя также.

И совершенно ясно, что слов в подобной ситуации будет недостаточно.

Как только он это понял, Гарри, не колеблясь ни секунды, сказал.
–Подвинься немного, а?

Драко все еще был безумно напряжен, и его глаза все еще были зажмурены. Так что он просто переместился немного назад в кровати, освобождая место для Гарри. Тот быстро снял свою обувь, прежде чем забраться в кровать.
– Ну, иди ко мне, - позвал он, устраиваясь так, чтобы Драко мог свернуться вокруг него, удобно устроив голову на плече Поттера.

Гарри показалось, что он услышал довольный вздох, когда Драко устраивался поудобнее.

"""""""""

Они спали вместе несколько часов этой ночью, хотя Гарри и понадобилось некоторое время, чтобы заснуть. Обнимать Драко было так приятно, что он не хотел упустить ни секунды. В конце концов, он провалился в глубокий сон со счастливой улыбкой на лице.

Когда он проснулся, снаружи было еще темно. Драко ерзал рядом с ним, хрипло постанывая. Очередной эротический сон. Гарри сонно улыбнулся, и протянул было руку вниз, к поясу пижамных штанов Драко.

Он вовремя сообразил, что именно он хочет сделать, отдернул руку и поспешно выбрался из кровати. Пусть Драко пришлось спать в его объятиях, однако это вовсе не значит, что они любовники. Так что лучше для них обоих, если он будет соблюдать дистанцию, когда вновь поможет Драко кончить. Конечно, было бы теплее и удобнее лежать в постели рядом с Драко, пока сны доводят Драко до экстаза, но Гарри не был уверен, что может доверять себе.

На первый взгляд казалось, что все будет, как всегда.

Но, как это всегда случается, все оказалось совсем не так просто – эти сны будто заставляли Драко снова нуждаться в нем.

- Гарри! Гарри! ГарриГарриГарриГарри!

Гарри казалось немного странным то, как мучительно звучали эти стоны. Словно он испытывал какую-то острую боль.

- Кончи, Драко, - настаивал Гарри и, схватив его руку, сжал. - Все в порядке. Давай же!

Тело Драко послушно содрогнулось в оргазме, но он все еще выглядел так, будто это было ужасно больно.

Гарри не знал, что и думать. Очень интенсивный оргазм может быть болезненным для мужчины только в том случае, если тот долго воздерживался. Поскольку Гарри уделял сексуальным потребностям Драко очень большое внимание – возможно, даже слишком большое - причина явно была не в этом ... Может быть, это всего лишь реакция организма на лечения его аллергии, хотя в предыдущие разы этого не происходило.

Гарри совершенно не знал, чтобы это могло быть, и это пугало его.

Он взмахнул палочкой, накладывая  все обычные заклинания. Как только Драко был чист, а сам он стал дышать ровнее,  Гарри выбрался из комнаты и провел остаток ночи в собственной постели.

"""""""""

Готовить куриный суп самому, не из полуфабрикатов, было труднее, чем Гарри представлял, но Драко съел его без жалоб. Он провел весь день на диване, как Гарри и думал, сидя на мягких подушках, и изумрудно-зеленый шелк его пижамы практически свел Гарри с ума – так восхитительно очерчивались все изгибы его тела.

Он выглядел расслабленным и умиротворенным – совсем не таким, как этой ночью.

Это был лишь второй раз, когда Гарри слышал, чтобы Драко кончил с его именем на устах, однако Гарри наивно решил, что так дальше и будет продолжаться.

Гарри выполнил данное самому себе обещание не распускать руки – хотя одно это уже было чертовски сложно - но, как только Драко начал звать его по имени, его терпение  достигло своего предела. Боже, как мучительно это звучало! Как будто его пытали, и его единственным желанием было,  чтобы это наконец прекратилось. Грубая ткань пижамных штанов, искаженное в муках лицо, яростные движения бедер... и, наконец, достигнув высшей точки наслаждения, он долго протяжно кричал  до тех пор, пока оргазм не отпустил его.

Кричал имя Гарри. Снова и снова.

После нескольких подобных ночей Гарри начало казаться, что это Рес Меа Эс наконец-то проникло во сны Драко,  пытаясь показать, насколько тот зависим от своего Хозяина, даже в сексе. Поэтому неудивительно, что он так кричал. К тому же Драко все еще оплакивал своего мужа.

Это даже звучало отвратительно – позволить кому-то чужому прикоснуться к себе, даже зная, что у тебя нет выбора.

На его месте Гарри бы тоже кричал.

Было бы легче, подумал Гарри, если б  Драко вспомнил один из этих снов. Тогда они смогли бы поговорить о них и, возможно,нашли решение этой проблемы. Но не было никакой надежды на это, что, впрочем, было виной самого Гарри. Он каждый раз пользовался сонными чарами, чтобы убедиться, что Драко не проснется.  Драко, возможно, смутно догадывался, что его тело нуждается в сексе, но опять же, он мог и не догадываться.

По крайней мере, вел он себя так, будто понятия не имел о происходящем.

И еще...  со времен последнего визита в Мунго, поведение Драко в отношении Гарри неуловимо менялось. Шаг за шагом... но не так медленно, чтобы Гарри мог не заметить.

Это началось в тот, первый день, когда Гарри остался дома вместо того, чтобы пойти на работу. Драко дремал, изредка просыпаясь и снова засыпая все утро напролет, но к середине дня он казался уже пободрей. Он уселся на диване и приглашающе похлопал рядом; когда же Гарри сел, Драко быстро придвинулся и склонил голову на плечо Гарри.

Гарри радостно притянул его еще ближе и обнял. Драко зарылся головой в изгиб шеи Гарри.

Разумеется, Гарри понимал, что всем людям хотя бы изредка необходимы тепло и прикосновения. И если Драко и стал немного более открытым, чем был до этого, это было легко объяснить испытанным страхом. В конце концов, оказаться один на один с неконтролируемо повышающимся жаром и жуткими фурункулами на спине, будучи не в состоянии найти Сюзи... просто ужасно.

Гарри провел с Драко почти весь день, мысленно обвиняя себя в том, что не дал этой дурацкой сове имя раньше, ведь тогда Драко не пришлось бы пользоваться камином, чтобы позвать его домой.

Гарри ожидал, что на следующий день, или, возможно, послезавтра, Драко станет прежним.

Однако этого не произошло. Он продолжал вести себя... ну, чуть-чуть нуждающимся физически. Вообще-то, он ни слова не сказал об этом, ни разу не попросив Гарри прикоснуться к нему, но его поведение весьма красноречиво говорило само за себя.

Всякий раз, когда они смотрели DVD вместе, Драко садился рядом с ним, а время от времени даже брал Гарри за руку.

Он начал накрывать на стол так, чтобы Гарри непременно сидел рядом, и могло ли быть простым совпадением то, как часто они сталкивались ногами?

Частенько теперь он прислонялся к Гарри спиной, когда они выходили на задний двор - такой бурый и мрачный из-за отмененных заклинаний, -  чтобы посмотреть на закат.

Иногда Гарри мог поклясться, что Драко посылал ему четкие сигналы, что он смирился с потерей  Николая, или, по крайней мере, что он снова начал желать близости. Может быть, именно поэтому он стал звать Гарри ночью? Потому что он начал хотеть близости между ним и Гарри, но было слишком трудно признать это, даже перед самим собой.

Гарри было тяжело, поскольку, несмотря на, казалось бы, положительные сигналы, он видел четкое и ясное «нет».

Да, Драко прислонялся к Гарри, когда они любовались закатом, но в то же время, стоило Гарри положить руки Драко на плечи, слегка приобнимая, тот резко одергивался  и, запинаясь и краснея, бормотал что-то о необходимости идти внутрь.

Когда они держались за руки во время просмотра фильмов, Драко непременно взвизгивал, стоило Гарри начать поглаживать ладонь Драко большим пальцем.

И слишком часто заигрывания под столом заставляли Драко прекратить есть, а сам он выглядел расстроенным.

Гарри чувствовал себя так,  будто его тянут в разные стороны, при этом он был постоянно не удовлетворен, ведь даже ночью он не имел никаких прав на Драко.
Как он мог сделать что-то, когда Драко нуждался в нем, ему нужна была помощь, чтобы справиться со снами.

Когда Драко корчился и стонал, и звал Гарри в промежутках между собственными криками, полными боли, которая, казалось, становилась с каждым разом все сильнее.

К началу декабря Гарри был уверен только в одном.

Если так и дальше пойдет, он сойдет с ума.

"""""""""

- Знаешь, не все в мире зависит от наших желаний. И Рождество не наступит раньше, - сказал Кингсли как-то в пятницу днем.

- Это тебе нажаловались мои сотрудники? -  холодно отозвался Гарри. – Не предоставишь список имен? Мне нужно знать, кого из них уволить.

- Вот об этом я и говорю.

Гарри задумался о том, что именно он сейчас сказал, и слегка испугался. Угрожать подобной расправой и так было не очень-то красиво, а он еще и не постеснялся сорваться на самом Министре Магии!

Конечно, Кингсли был его другом, но даже если и так, Гарри стоило держать себя в руках и не забывать о профессиональном поведении на работе.

А в последнее время такое случалось непозволительно часто, ведь за последний месяц он ни разу нормально не выспался, а его неудовлетворенность, казалось, достигла пика, учитывая как сексуален, но одновременно недоступен был Драко. Это не говоря уж про его сны, во время которых он кричал имя Гарри. Каждую! Чертову! Ночь!

- ... и, как мне кажется, департаменту  не помешало б  завалить все отделения от пола до потолка питательными зерновыми батончиками «Витабикс».
-Угу, - кивнул Гарри, размышляя, как он мог пребывать в настолько отчаянном положении, учитывая, что он дрочит два, а иногда и три, раза в день.

- Гарри Поттер! -  прикрикнул на него Кингсли.

Вырванный резким окриком из собственных мыслей, Гарри с изумлением увидел, что Кингсли выхватил палочку и наставил ее на Гарри. Аврорский инстинкт заставил его палочку буквально прыгнуть в руку.

-Ну, по крайней мере, с твоими рефлексами все в порядке, -  Кингсли удрученно вздохнул. - Положи палочку на стол, пожалуйста, Гарри. Я бы хотел убедиться, что никто не наложил на тебя Конфудус.

- Что? Зачем? -  возмутился Гарри, тем не менее, опустив палочку вниз, как Кингсли и просил.

Министр невербально отлеветировал палочку Поттера, одновременно объясняя.
- О, хотя бы потому, что ты согласился с тем, что департамент необходимо превратить в  амбар.
-Что я сделал?- Гарри покраснел. - Я... Извините, сэр.  Я не слушал.

-  Разумеется, ты не слушал. Честно говоря, ты не похож на проклятого, -  Кингсли спрятал палочку.

Гарри покраснел.
- Я бы знал, если б был проклят. В конце концов, я сам учу новобранцев каждый год, вы же знаете.

- Ммм, но в том случае, если тебя проклянет кто-то достаточно умный и близкий к тебе, ты, возможно, даже не станешь задумываться об этом, да?

Гарри стиснул зубы.
-Вы подозревали Драко.

- Согласись, он – довольно странная кандидатура в друзья для тебя. Так что я взял на себя смелость глянуть на его дело и узнать о его деятельности после войны.

Гарри уже пожалел, что вообще считал Кингсли своим другом, хотя и понимал, что, скорее всего, просто принимает все это слишком близко к сердцу.
- В этом не было необходимости, - сдавленным от обиды голосом сказал он.

Кингсли полностью проигнорировал комментарий.
- Известно ли тебе, Гарри, что Малфой провел несколько лет, работая здесь, в Министерстве, в Отделе Тайн?

-Да. Он говорил мне об этом.

-Тогда зачем же ты сновал вокруг, между прочим, совсем недавно, пытаясь узнать о найме работников?
Гарри решил, что это был один из тех моментов, когда ложь была скорее благом.

- Откуда у тебя  такие мысли? Он Малфой, а я не дурак. Я хотел проверить его историю, особенно потому, что, насколько я знаю, это против правил  –  работать в Министерстве, имея Темную Метку.

Гарри прищурился.

- Как вы узнали о том, что он здесь работает? Невыразимцы не из тех ребят, что любят посплетничать.
- Давай просто считать, что у меня есть свои источники, - сказал Кингсли, и его зубы сверкнули в подобии улыбки.  - Аврор Поттер.

Ой-ой-ой.

- А доложить о своих наблюдениях Министру ты не догадался? А тебе не пришло в голову, что бывший Пожиратель Смерти, работающий здесь, это против правил?

- Нет, потому что Драко перестал работать здесь прежде, чем мы стали друзьями. Так что это неважно.

- Зато важно уволить того, кто нанял его вопреки политике Министерства!

- Человек, который его нанял, мертв.

- С каких пор он мертв?

Гарри вздохнул.
- С третьего марта этого года.

Кингсли явно расслабился.
- Так ты и правда разобрался этим?

Ха. Гарри интересовал вовсе не этот вопрос, он просто хотел узнать человека, которого так сильно любил Драко, но вот об этом  Кингсли знать совершенно необязательно.

- Да, сэр, и наняли его в качестве ученика. Ответственен был лишь один человек, сделать которому выговор уже невозможно.

- И все же -  Пожиратель Смерти? Исследующий Мерлин-знает-что? Не нравится мне это.

- Бывший Пожиратель Смерти, который был очень рад видеть Волдеморта мертвым, - резко уточнил Гарри. – Честно говоря, мне плевать, что вы о нем думаете, министр;  в конце концов, он попросту не может поделиться какой-либо информацией об исследовании, которым он занимался. Нерушимый Обет, знаете ли.

Тот лишь взглянул на Гарри на мгновение, и затем вздохнул.
- Я Кингсли, не министр.

Гарри появилась улыбка.
- Верно.

- И, подозреваю, тебе все еще нужны два портключа до Монреаля? Кажется, я никак не смогу убедить тебя поехать одному или взять с собой другого «друга»?

- Никак.

Кингсли закатил глаза.

- Хм. Я помню себя в твоем возрасте. Если это должен быть именно он, Гарри, то, по крайней мере, скажи ему, чтоб он прекратил свои игры. Он тебя под каблуком держит, а о гормонах твоих я уже и не говорю.
Гарри изумленно уставился на министра, пытаясь найтись с ответом, но, прежде чем он смог выдать что-то мало-мальски вразумительное, Кингсли встал и вышел из кабинета.

Глава 61

Переводчик - aBalks
Бета - Милли-тян

Драко, нам нужно поговорить...

Гарри нахмурился. Звучало так... глупо. Что же ему сказать? Не может же он просто подойти к нему и спросить: «Эй, Драко, ты, случайно, не хочешь меня?»  Нет, нет, нет. Ни за что.
Но продолжать делать вид, что все нормально, Гарри больше не мог - жить, как прежде, становилось попросту невыносимым. Так же, как и не мог держать свои гормоны под контролем. Гарри казалось, будто его член скрутили. Или, точнее, завязали в узел. Тугой узел, который уже никогда не развяжут.

Как Драко смог превратить поедание обыкновенного ванильного мороженого в нечто настолько греховное и манящее одновременно? Он зачерпывал лишь крохотную порцию, но вместо того, чтобы отправить ложку в рот (как поступают все нормальные люди!), он слизывал его резкими, частыми движениями языка, издавая при этом совершенно непристойные звуки, полные удовольствия.

А затем он просто взял еще одну порцию, и все началось заново.

Гарри оттолкнул собственное мороженое прочь. Он начал думать, что если Драко чего и хотел, так это быть побежденным. Ему ведь нравилось подчинение...
Но что, если Гарри все понимал неправильно? В конце концов, разве мог он уткнуть Драко лицом в пол и взять его, когда Драко не мог вынести даже прикосновения к ладони. Он впадал в панику каждый раз при малейшем намеке на ласку, не говоря уже о более решительных действиях.

- Драко, может, ты хочешь поговорить со мной о чем-нибудь? - спросил, наконец,  Гарри. Кингсли наверняка велел бы ему действовать напрямик вместо того, чтоб ходить вокруг да около, но он ведь не знал всей ситуации. Совсем не знал.

Драко замер, не донеся ложку до рта.
- Я... Поговорить? О чем ты?

- В последнее время ты кажешься... очень напряженным.

Ответом на это послужила упавшая в мороженое ложка.
- Ох, черт! Прости, пожалуйста.

- Ох, да сиди, - заметив, что Драко начал подниматься, сказал Гарри. Но когда Драко не послушался, Гарри пришлось добавить в голос «металла». – Сядь, Драко!
Драко сделал так, как ему сказали, однако ноздри его гневно раздувались, выдавая его злость.
- Уже привык мной командовать, да, Поттер?

- Дело не в этом. Я просто думаю о тебе, и ...

- О-о, разве я похож на шимпанзе? Или тебе показалось, что у меня снова начался зуд, так что мне нужна была возможность, чтобы повиноваться?

Именно так я и подумал, мысленно подтвердил Гарри.
- Мне показалось, что ты до сих пор не отошел от того случая с клевером.

Драко молча взял ложку и принялся есть, на этот раз без всяких выкрутасов. Если честно, он был увлечен мороженым намного сильнее, чем нужно. Гарри подозревал, что тот просто пытается выглядеть как обычно, но, кажется, ему это не очень хорошо удавалось.

- Ну, я скучаю по саду, - нарочито беспечно ответил он, наконец. - Я понимаю, почему ты должен был избавиться от клевера, но неужели и правда необходимо было восстанавливать там декабрьскую погоду? Я очень любил валяться в траве.

Гарри было трудно представить «валяющегося»  Драко, но, может быть, только потому, что Драко и «валяться» до недавнего времени казались ему несовместимыми словами.

- Итак, ты хочешь сказать, что твои странные перепады настроения вызваны только отсутствием сада? - спросил он скептически. - В это с трудом верится.

Драко с силой сжал челюсти.
– Возможно, есть и другие причины, - уклончиво пробормотал он. - Но я думаю, ты прекрасно осведомлен об этом. Или ты считаешь, что это так легко – быть твоим рабом?

- Именно так ты и говорил, - сказал Гарри тихо. – Мы вроде как разобрались с этим?

Драко тяжело вздохнул.
- Да, мы на удивление хорошо разобрались с этим. Но я уже говорил тебе Гарри, мне тяжело осознавать, насколько я уязвим теперь, да и тот факт, что ты Избранный, которому никогда не пришло бы в голову использовать человека  как домашнего эльфа...
- И это все?

Драко повернул голову, чтобы посмотреть в окно.
- Я скучаю по моему мужу.

- И это все?

- Полагаю, что имею право быть немного... неуверенным, потеряв единственного человека, которого я любил, - сказал Драко резко. - Могу я уйти сейчас, Хозяин?

Гарри затошнило, когда он кивнул. Возможно, не нужно было задавать подобные вопросы, не будучи готовым услышать ответы. Николай был единственным человеком, которого Драко любил, а это означало, что если Драко и был немного раздражительным в последнее время, это было только на физическом уровне.

Это была только страсть.

Хуже всего было то, что Гарри знал, что он мог бы просто взять то, что хочет.  Даже если это была всего лишь физическая потребность, всего лишь низменное сексуальное желание.

Но, даже если это так, Драко не мог признать этого.

Даже когда спросил Гарри.

"""""""""

- Гарри! Га-а-а-а-а-а-а-а-арри!

Гарри не мог больше этого вынести. Драко прекратил флиртовать с ним после их дурацкого разговора несколько дней назад, но он явно хотел. Это было видно по его тоскующему взгляду, неотрывно следующему за перемещениями Гарри по комнате, а также по тому, как он резко поднимался без предупреждения и просил разрешения уйти.

- Я могу идти, Хозяин? – каждый раз спрашивал он.

Гарри даже не пытался запретить ему так себя называть. Он решил, что Драко делает это нарочно, таким образом пытаясь увеличить дистанцию между ними. Дистанцию, в которой он,видимо, нуждался, так что Гарри решил, что лучше оставить все как есть.

Но, не смотря на это, ночью Драко продолжал кричать имя Гарри.

Рыча от ярости, Гарри накрыл голову подушкой, и, обняв ее, постарался заткнуть уши. Он не был уверен, что способен вынести это, но знал, что дальше так продолжаться не может.
Помогать Драко, приходя каждую ночь... Когда-то это казалось такой хорошей идеей. Тактичной. Предупредительной.

Но в действительности, все это словно приводило Драко в состояние жуткого оцепенения. Его разум говорил ему, что пора отпустить Николая – свидетельством служили его крики по ночам, и его тело предоставляло частое и противоестественное облегчение от сексуального напряжения.

Неудивительно, что он был в замешательстве, бросаемый из крайности в крайность. Гарри думал, что он помогает, но на самом деле, он оказался причиной проблемы. В нормальном ходе событий, сексуальное напряжение Драко достигло бы «точки кипения» и он либо перенес бы его в обычную жизнь, либо он просто увидел бы мокрый сон. Но если бы это случилось, то он бы запомнил этот самый сон. Помнил бы, как нуждался в Гарри. Черт, понимал бы, что Гарри мог услышать его! Однако Рес Меа Эс не оставляло никаких альтернатив, кроме первого варианта, так что мечты Гарри оставались всего лишь мечтами.

Вот почему Гарри затыкал уши подушкой. Охранные заклятья, служившие защитой от посягательств вездесущих репортеров на его частную жизнь, сейчас играли еще и второстепенную роль: не давали соседям услышать крики Драко и вызвать полицию.

Что, к сожалению, не распространялось на самого Гарри – он-то все прекрасно слышал. Разумеется, он мог бы воспользоваться заглушающим заклинанием, чтобы не слышать Драко, но ему казалось это нечестным. Он знал, что то, что он делал с Драко, было ужасно – с какой стороны ни посмотри. Эгоистично, к тому же, Гарри действительно не думал, что Драко нравится быть сексуально неопределенным. Его поведение говорило, что ему это не нравится вообще.

Наверное, он предпочел бы не увлекаться Гарри.

Но он был увлечен. Гарри был уверен в этом.

Все, что оставалось – так это сделать Драко уверенным в том же. Настолько уверенным, чтобы он, наконец, позволил себе делать то, что ему хочется, или, по крайней мере, признаться, что он хочет этого. Только тогда они смогут найти решение.

Но, во-первых, Драко необходимо было заставить хотеть Гарри так сильно, чтобы он,наконец, смог признаться в этом, вместо того, чтобы сбегать, бросая горькое «Хозяин» Гарри в лицо.

Гарри стиснул зубы, стоило Драко застонать с новой силой.

«Станет легче», - убеждал он себя. Это только в первую ночь так тяжело. В конце концов, я привыкну.

Однако в глубине души, Гарри понимал – он никогда не сможет привыкнуть к этому.

Он ненавидел слушать страдания Драко в этих снах, то, как смешивались в его голосе боль и желание. Он ненавидел это, ненавидел, ненавидел.

Но если бы он пошел к Драко и помог ему, он бы только сделал хуже. Намного хуже. Николай был мертв. А Драко... он нуждался в том, чтобы позволить себе начать жить заново.

Но его крики все равно ранили.

Их обоих.

"""""""""

Следующим утром Драко выглядел просто ужасно.

Даже хуже, чем раньше. На его лице отражалось страдание человека, не смыкавшего глаз всю ночь. Он выглядел осунувшимся, кожа была землисто-серого цвета.

Гарри сделал вид, что ничего не произошло. Он ничем не мог помочь. Наконец, он понял, что не было смысла в том, чтобы пытаться заставить Драко рассказать о причинах его беспокойства. У него было слишком много возможностей уклониться от ответа, так что, если он хотел оставить это в тайне, Гарри больше не собирался заставлять его.

Хотя Рэс Меа Эс наверняка помогло бы ему в этом. Драко подчинялся приказам, стоило Гарри добавить в голос командных ноток, но это было последнее средство.

- Пойдем полетаем, - предложил он, думая, что, в противном случае Драко весь день проваляется на диване. Гарри старался, чтобы его голос звучал как можно более непринужденно. - У меня есть запасная метла, ты можешь взять ее, если не хочешь пользоваться метлой Николая.

Глаза Драко будто налились кровью, когда он повернулся к Гарри, отвернувшись от приготовленной им каши, которую он почему-то не стал есть.– С чего бы это мне не хотеть пользоваться его метлой?

Гарри пришлось быстро соображать, что сказать, чтобы Драко не узнал, как часто на самом деле бывал Поттер в его спальне ночью. Слава Мерлину, он вовремя вспомнил про открытую дверь. Теперь он вполне мог ответить.
- Ну... Потому, что ты спишь с ней.

Драко прищурился.
- Я просто положил ее на кровать на ночь, но я не сплю с ней. Черт возьми, Поттер! Не позорься.

- Я имел в виду, что ты носишься с ней как с бесценным сокровищем.

- Да, у меня есть сокровище. Что насчет тебя? У тебя-то в кровати еще ничего не лежало.

- Отлично. В таком случае, бери  его метлу. Если хочешь.

- Его получше твоей будет, - резко ответил Драко.

Гарри не был уверен, было ли это грубым намеком со стороны Драко, или нет. В любом случае, он решил, что лучше не спрашивать. По крайней мере, это лишний раз показывало, насколько грязны его мысли. Значит, он вполне мог ошибаться, трактуя поведение Драко и причину его ночных криков совершенно неправильно. Так или иначе, Гарри поспешил сменить тему.
– Где бы ты хотел полетать?

- Это была твоя идея, так что тебе и выбирать.
Будучи слегка на взводе, Гарри чуть было не ляпнул: «Преображенское» - родной город Николая  – просто потому, что хотел увидеть реакцию Драко. Разумеется, это было плохой идеей, и не только потому, что Драко, скорее всего, тут же уйдет, в своей излюбленной манере спросив разрешения у «Хозяина», но и оттого, что наружу выплывет, что Гарри выведывал насчет мужа Драко.

- Может, где-нибудь неподалеку от Хогвартса?

- Я не хочу видеть замок, - голос Драко отчего-то звучал испуганно, почти панически. - Обещай мне, что мы не подлетим к нему ближе, чем на тысячу лиг.( Лига – это мера длины, приблизительно равная 3 милям)

- Э-Э .. Как скажешь. - Гарри склонил голову набок и, чуть помедлив, спросил. – Но может, ты скажешь почему?
- Я не хочу говорить с Северусом, - едва слышно прошептал Драко. – Точнее, с его портретом. Я... Я не могу.

- Слишком рано, верно? - благополучно забыв обо всех его планах относительно того, чтобы оставить Драко в покое, Гарри протянул руку и накрыл ладонь Драко своей.

Драко отдернул руку так быстро, что чуть не упал со стула.
- Я просто не могу.

Гарри не знал, что имел в виду Драко – Снейпа или прикосновение.
- Я приготовлю нам что-нибудь перекусить. Думаю, мы вернемся поздно вечером.

- Полагаю, что так, – пробурчал тот в ответ.

Не обращая внимания на настроение Драко, Гарри пошел на кухню, чтобы начать делать бутерброды. Стоило ему остаться одному, и он тихо выругался. Он не знал, сколько еще он сможет это терпеть. Позволить ситуации со снами Драко разрешиться самой собой? Проще сказать, чем сделать!

И в этом случае, его блестящий план полностью разрушит их Рождество в Монреале.

"""""""""

Гарри почувствовал себя лучше, стоило ему оказаться в воздухе, парящим высоко над землей. Настроение Драко тоже вроде бы улучшилось. Он впервые смеялся. Гарри не мог точно сказать, за сколько именно, но определенно... долго. Возможно, даже слишком долго.

И более того, Драко так великолепно выглядел: солнце отражалось от его светлых, даже золотистых волос, а ветер раздувал их, словно знамя.

- Нам стоит летать почаще! - прокричал он, поравнявшись с Гарри. Теперь они оба неслись вперед на головокружительной скорости.

Улыбаясь, Гарри сунул руку в карман и выудил снитч, припрятанный им заранее.
- Лови! –задорно крикнул он, со всей силы швыряя его  вперед.

Маленький золотой шарик пролетел пятьдесят метров по инерции, а затем резко изменил направление, уносясь куда-то назад, наглядно показывая, что его крылья уже появились.

Драко откинул голову назад и рассмеялся.
- Ну что ж, я готов, Поттер. Я готов.

Даже не договорив до конца, он прижался к метле и бросился вперед, мимо Гарри, предоставившего ему пять секунд форы.  Видя, как он был подготовлен к ловле снитча, Драко был застигнут врасплох.
После этого он бросился вдогонку.

Они ныряли вниз и закручивались, пролетали над самой землей, направляли метлы то вверх, то вниз, будто следуя изгибам холмов, тогда как снитч несся вперед, задевая траву, шнырял тут и там, пытаясь скрыться от зорких ловцов.

Гарри восторженно вопил, словно подросток.

Рядом с ним, не более чем в ярде, отделяющем их метлы, снова засмеялся Драко.

Подлетая к океану, Гарри заметил плотный туман в небольшом отдалении от них.

Снитч, словно почувствовав, что там можно надежно укрыться от чужих глаз, резко подлетел вверх и устремился к туману.

- О, нет, только не это! - выкрикнул Драко, и, вскинув руку в перчатке, направил свою метлу вверх мимо Гарри. Его пальцы прошли в дюйме от золотого шарика, а сама крылатая бестия, словно дразнясь, кружила вокруг руки Драко, не давая себя поймать.

Пару секунд спустя, снитч уже скрылся в тумане.

Драко дернул метлу на себя, притормаживая, и завис в воздухе, позволяя Гарри подлететь к нему. – Нет, ты это видел? Ты, черт возьми, видел это? Да этот крылатый дьявол насмехается надо мной! – от злости глаза Драко сузились, а губы побелели. – Признайся, Поттер, ты наложил на него какое-то заклинание?
Гарри расхохотался – уж больно комично смотрелся злой, растрепанный Малфой – и ответил.
- Он знал, что сможет уйти, вот и все.

- Ха. Это мы еще посмотрим, - пробормотал Драко.

А Гарри неожиданно подумал, что не видел еще кого-то более прекрасного, чем Драко. Щеки его раскраснелись, а одежда прилипла к телу, не оставляя простора воображению. Маленькие капельки выступившего пота придавали ему вид скорее сияющий, нежели грязный... Разумеется, он выглядел несколько неопрятно, но это только добавляло ему привлекательности.

Он выглядит... растрепанным, подумал Гарри.

Возбуждение охватило его...Хотя это было даже не возбуждение, скорее просто всплеск гормонов... Чем иначе объяснить неожиданно охватившее его желание признаться Драко в любви. Прямо здесь и сейчас.

Однако прежде, чем он успел открыть рот, Драко вскинулся, словно гончая, взявшая след, и закричал, тыча пальцем в небо:
– Вон там! Ха!

Он устремился в указанном направлении, словно выпущенная стрела.
Вместо того чтобы кинуться вдогонку, Гарри остался на месте. И не только потому, что не видел даже отблеска золотого мячика на востоке. Это был всего лишь обманный маневр. Драко слишком сильно жаждал выиграть, чтобы вот так просто сказать Гарри – своему сопернику – о местоположении снитча.

Однако же, чуть выше туманной полосы, завис Драко, с высоко поднятой над головой рукой и радостно  кричащий: "Я сделал это, я сделал это! Я побил Гарри Поттера!"
Гарри не поверил, пока Драко не подлетел ближе, и он не увидел, зажатое в руке Малфоя доказательство. Лежащий в ладони Драко снитч теперь, когда его поймали, был как ручной.

- Поздравляю, Драко.

Драко, не ответив, устроил снитч на плече и начал спускаться вниз, на землю, но Гарри видел, как светятся его глаза. Радостью, гордостью, удовлетворением.

Когда они оба уже были на траве, держа метлы в руках, Гарри позволил себе задумчиво нахмуриться.
– Между прочим, ты меня обманул.

Драко повернулся к нему.
- Что?

Гарри указал пальцем  на небо, ответив тонким голоском, явно пытаясь подражать голосу Драко:
- Ой, смотри, вон там, вон там! Я вижу снитч, я вижу снитч! - хмыкнув, он заговорил уже обычным голосом. - Что это было, а? С каких пор ты говоришь ловцу противников куда смотреть?

Драко одарил его улыбкой, лучащейся самодовольством:
- О, я не обманывал тебя. Это всего лишь слизеринская стратегия. Разумеется, раз я указал на восток, ты посмотришь на запад! И ты купился, предсказуемый ты гриффиндорец! Мерлин, если бы я лучше знал тебя, когда мы еще учились в Хоге, я всегда превосходил бы тебя!

Гарри решил дать ему возможность насладиться своей победой по полной:
- Да, я купился, ты совершенно прав.

- И это делает тебя самым тупым ловцом за всю историю! – воскликнул Драко. – Ты же знаешь, что я бы просто не смог тебе соврать, но разве ты подумал об этом? Нет! Честное слово, Гарри! Тебя всегда было так легко обмануть?

- Еще одно слово, - шутливо пригрозил Гарри, смеясь, - и ты останешься без обеда.

Драко взмахнул рукой и широким жестом обвел вокруг.
- У тебя предложения как нам добраться обратно до нашей корзинки для пикника? Далековато тащиться!

- Что ж, я подумал об этом, - сказал Гарри, хитро улыбнувшись, и вытащил волшебную палочку, все это время спокойно лежавшую в потайном кармане. – Акцио корзинка для пикника!

Драко усмехнулся.
- Ты и твои манящие чары! Акцио «Молния»!.. О-о-о, я был ужасно  раздражен, когда они сработали.

- Только не говори, что ты хотел, чтобы тот дракон спалил меня заживо.

- Конечно, хотел, - спокойно подтвердил Драко. – Но я не поэтому был раздражен. Мне тогда еще не удавались эти чары. Помню, я подумал тогда, - Как смеет Поттер использовать это заклинание, когда я еще не научился! Как он смеет! Придется проучить его – испортить ему зелье!

- Забавно, что ты решил испортить зелье, которое в любом случае было бы сварено неправильно, - сказал Гарри, посмеиваясь.

- Да, до тех пор, пока ты не начал жульничать...

- С каких пор иметь лучший учебник стало жульничеством? -  Гарри усмехнулся. –Хотя я никогда не смог бы позволить увидеть его Гермионе.
Продолжить разговор не удалось – корзинка для пикника не заставила себя долго ждать, застав Гарри врасплох. От удара Поттер, неловко взмахнув руками, упал на траву.

Драко выглядел более чем довольным падением Гарри, однако предложил ему руку.
- Нет уж, садись, - сказал Гарри. - Мы будем обедать прямо здесь.

- Такая необузданная магическая сила, а об одеяле он никогда не слышал, – осуждающе покачал головой  Драко, трансфигурируя из своей левой перчатки пресловутое одеяло.

- Какой же ты привередливый, - фыркнул Гарри.

- Полагаю, ты хотел сказать «цивилизованный». -  Драко схватил Гарри за руку и потянул, усаживая на одеяло. - Так-то лучше. Ты уже продул мне в квиддитч, не хватало еще, чтобы ты заболел от сидения на сырой земле.

- Честное слово, кто, черт возьми, заболеет от сидения на сырой траве?

- Например, некто бедный и невежественный, слишком слабый и хрупкий, чтобы поймать снитч.

- Ты, - сказал Гарри отчетливо, - полный идиот. Когда-нибудь слышал о достойной победе, Драко? Слышал когда-нибудь о том, как ведут себя хорошие победители?

- О, я хороший, - сказал Драко, протягивая ему обе руки, при этом снитч все еще цеплялся за его плечо. - Я очень хороший, Гарри.

- Так и есть, - хрипло выдохнул Гарри, чувствуя, как однозначно реагирует его член на воспоминания о том, каким «хорошим» мог быть Драко.

Драко сверкнул глазами, и его губы сложились в улыбку, жуткую, напоминающую волчий оскал. Увидев такую на любом другом лице, Гарри наверняка почувствовал бы себя неуютно, однако Драко она даже шла.

Если волчий оскал вообще может кому-нибудь к лицу.

Словно в замедленной съемке рука Драко оказалась перед Гарри. Медленно он прижал ее к груди Поттера и несильно толкнул, однако этого оказалось достаточно, и они оба оказались лежащими на одеяле.

Гарри лежал на спине, а Драко прямо на нем, тесно прижимаясь всем телом, и его лицо приближалось к лицу Гарри.

«Может быть, план со снами Драко не был такой уж плохой идеей,» -успел еще подумать Гарри, до того как весь его мир не сузился до Драко, лежащего на нем.

Драко прижимал его к одеялу всем своим весом, его руки запутались в волосах Гарри, лаская  кожу головы, прикасаясь к нему так, словно он хотел запомнить каждый дюйм его тела.

И его губы, поначалу едва уловимо прижавшиеся к губам Гарри, затем прижались чуть сильнее, а его язык скользил по ним немного неловко, будто застенчиво, намекая, что он хочет большего.

Гарри застонал и приоткрыл рот, с силой обхватывая талию Драко руками.

Драко воспринял это как некий сигнал к более активным действиям; поцелуй мгновенно стал жестче и требовательней, бедра, поначалу медленно, а затем все быстрее, терлись о бедра Гарри, сводя с ума.

Его член был так напряжен, что это приносило лишь боль.

- О Боже, Драко, - выдохнул Гарри, когда Драко, наконец, оторвался от его губ, чтобы вздохнуть. – М-м-м-м...
Не в силах противиться охватившему его желанию, Гарри притянул Драко обратно, одновременно с этим возобновляя движения бедер.

Неожиданно, Драко замер, как вкопанный, даже его язык застыл на месте. Гарри не заметил сначала этой перемены, он был только рад перехватить инициативу в поцелуе, но потом Драко резко перекатился на бок, и так же быстро вскочил на ноги.

Он провел руками по волосам, словно он не был уверен, что с ними делать, а затем злобно швырнул снитч на землю, снял ботинок и швырнул прямо в несчастный мячик.

Гарри все еще тяжело дыша, по-прежнему находясь в тисках желания, кажется, еще не осознал, что именно произошло.
- Боже, Драко, - простонал он, ощущая пульсацию члена в штанах. - Ты, черт, ты не можешь так со мной поступить...

- Я-Я... Гарри, Я...

- Ты что? - воскликнул Гарри, вскочив, чтобы встать лицом к лицу с другим мужчиной. - Что, Драко? Ты хочешь меня?  Или что?
Лицо Драко перекосилось в гримасе отвращение к самому себе.
- Мне жаль!

- Тебе жаль, что ты меня хочешь или ты жалеешь о том, что только что сделал?

- Мне просто жаль! - завопил Драко, дрожа.

Было ли это от страха, или не отпустившего еще желания, или чего-то еще, - у Гарри не было времени, чтобы спросить.

Драко повернулся и исчез, оставив Гарри в одиночестве, если не считать, конечно, грохота волн вдалеке.

"""""""""

Гарри понадобилось выждать несколько секунд, чтобы успокоиться. Затем он смог аппарировать. Неужели это будет длиться вечность? Он разрывался между волнением о Драко и жутким возбуждением. Вторая мысль была о том, что он не мог поцеловать его, а потом просто сказать «Мне жаль».
Боже, он что, думает, Гарри сделан из железа?

Он был из плоти и крови, а еще он чертовски устал от постоянного напряжения, выплеснуть которое он не мог уже очень давно!

Но  как он мог винить Драко, когда все случившееся было вызвано, по сути, планом Гарри? Драко не был готов, и Гарри – Гарри и его бушующие гормоны – фактически заставили Драко признать свое желание.

Гарри поспешил вернуться домой, надеясь, что Драко там. Он принес обе метлы, так как Драко явно забыл про это.

Гарри, стараясь не думать о том, что он делает, быстро спрятал метлы в кладовке под лестницей, надеясь, что Драко не станет просить вернуть ее.

Шум сверху, подсказал ему, что Драко действительно дома. Прислушавшись, Гарри понял, что это не просто шум... Драко плакал, плакал так, как тогда, когда он впервые вспомнил о том, что его муж умер. Впрочем, что здесь удивительного? Он, должно быть, чувствует себя предателем, считает, что изменил своему мужу, даже если это не так, совсем не так.

Вздохнув, Гарри уныло побрел наверх. Он не знал, что сказать Драко, чтобы успокоить. И не знал, стоит ли говорить что-либо вообще.

Уже подходя к двери комнаты Драко, Гарри услышал шум воды.

Что ж, решение приняли за него. Драко явно не нужна сейчас компания:он всегда прятался в душе, когда хотел поплакать в одиночестве, а теперь, когда все заклинания наблюдения были сняты, Гарри даже не мог убедиться, что с Малфоем все в порядке.

Как же все это глупо! Разумеется, с Драко не все в порядке. Он был жутко расстроен и разбит, и это целиком и полностью была вина Гарри.

А еще Гарри понимал, что не сможет вернуться к тому, с чего они начинали. Никто бы не смог терпеть нечто подобное в течение месяцев.

Снова вздохнув, Гарри решил и сам принять душ. Стоя под струями воды, он попытался подрочить, просто чтобы избавиться от напряжения, чтобы в голове хоть немного прояснилось, однако его член, видимо, был другого мнения. Он чувствовал возбуждение, как он чувствовал его почти все время с недавних пор, однако при этом он ощущал и жуткую тошноту.

Как он мог одновременно быть возбужденным и испытывать желание проблеваться, Гарри понять не мог. Вытираясь, он размышлял об этом, и подобные мысли приводили его в уныние. Он понял, почему Драко ударил по  снитчу; Гарри почувствовал непреодолимое желание избавиться от своей летной формы. Вместо этого, он бросил ее в корзину и схватил с вешалки свежевыстиранные брюки.

Он чувствовал себя странно виноватым, натягивая их, ведь Драко был единственным, кто мог постирать их.

Коричневая брошюра на комоде напомнил ему об их поездке, планируемой со дня на день. Черт, может, он действительно должен ее отменить. Он был не в том настроении, чтобы путешествовать, и он определенно был не в том настроении, чтобы делить с Драко номер.
«Однако... смена обстановки может помочь нам расслабиться и помириться,»- подумал Гарри, пряча брошюру в карман, чтобы показать Драко. Позже. Ведь сейчас Драко явно желал побыть один.

"""""""""

Гарри прождал не меньше шести часов, и посчитал, что этого вполне достаточно. Он постучал по двери спальни Драко.
- Обед.

Прошла целая минута, прежде чем из-за двери откликнулись.
- Я не голоден.

Гарри обдумал это пару секунд и решительно ответил.
– Ты весь день ничего не ел – ни на ланч, ни на завтрак.

Ответа, однако, не последовало.

- Сейчас же выходи оттуда, Драко! - рявкнул Гарри, делая ударение на каждом слове.

Дверь мгновенно открылась, являя Драко, злого до чертиков.
– Чего ты ко мне пристал, Поттер? Я тебя видеть не хочу!

- Ты уже видишь меня, - мягко ответил Гарри. - Пошли. Ты же знаешь, что заработаешь головную боль, если хотя бы не попьёшь воды.

- Скажи мне, чтобы я попил прямо здесь, и я попью.

- Нет. Я хочу, чтобы ты составил мне компанию.

- Ты полный ублюдок.

- Я хочу поговорить с тобой. Драко. Мне действительно нужно приказывать тебе, чтобы ты спустился вниз?

- Хрена с два, я послушаюсь твоей чертовой команды! И будь, что будет, - прошипел тот в ответ.

Гарри одарил его скептическим взглядом.
– Заклинание будет причинять тебе ужасную боль, до тех пор, пока я не накажу тебя – достаточно сильно, чтобы все прекратилось. Ты действительно думаешь, что готов к этому?

- Ублюдок, - с чувством повторил Драко. Он, наконец, спустился вниз и теперь сидел за кухонным столом, скрестив руки на груди. – Готовить не собираюсь.

- Да я уж вижу.

- Заткнись, просто заткнись! - выкрикнул Драко. – Думаешь,  это какая-то шутка, а, Хозяин? Я не могу больше этого выносить, не могу больше это терпеть! Я ненавижу то, кем я являюсь, я ненавижу себя...

- Черт, - просто сказал Гарри, опускаясь на стул. - Это все моя вина, Драко. Мне очень жаль. Я не должен был позволять тебе пройти через это. Я должен был дать тебе зелье сна без сновидений. Я прослежу, чтобы ты выпил его сегодня, и принимал его какое-то время. Разумеется, пить его постоянно ты не сможешь, но мы что-нибудь придумаем.

- Погоди-ка. О чем это ты?

Гарри нервно сглотнул. – Э-э-э... разве ты не помнишь последние пару ночей?
- Смутно.  - Драко тоже судорожно сглотнул. – Кажется, меня мучили кошмары.

Последнее слово застало Гарри врасплох.
– Кошмары? Ты уверен?
- Меня пытали. Или что-то вроде этого.

О-о. Гарри почувствовал, что весь его мир рухнул. На него. Какие эротические сны, к черту? Хотя, видимо, Драко и находил в них что-то привлекательно, чтобы кончить... по большей мере, это явно происходило из-за приказов Гарри.

- Вот почему ты кричал мое имя. Хотел, чтобы я спас тебя?

Драко внезапно посмотрел на него каким-то больным взглядом. Он цапнул стакан воды, стоявший на столе, и поднес к губам, однако, не делая попыток пригубить.
- М-м-м могу я...

- Пей, - тут же среагировал Гарри.

Драко осушил весь стакан и вытер рот рукой, хотя он никогда не позволял себя раньше нечто подобное. Он считал это неприемлемым.

Его глаза, когда он посмотрел на Гарри, были наполнены чем-то... ужасом, может быть. Или осознанием, и ему явно не нравилось то, что он понял.
- Я кричу твое имя?

- Каждый раз. Снова и снова.

Драко стиснул стакан в руке.
– Как именно? Поттер или Гарри?

- Гарри.

- Черт.

- В чем дело?

Драко закрыл глаза.

- Это мое безопасное слово.

- Я. . . Я твое безопасное слово?

Ответом послужил короткий кивок.

– Так и было. С Ником.

Гарри был потрясен, но не настолько, чтобы не заметить, что еще немного и Драко сорвется. И разобьет стакан в руке, к примеру. Очень осторожно Гарри разжал пальцы Драко и отставил стакан подальше. Время, которое он потратил на это, дало ему возможность подумать.
- Такты выбрал мое имя в качестве своего безопасного слова? Почему?

-  Привычка, наверное, - сказал Драко, не улыбаясь. Его глаза были все еще закрыты.

- Почему мое?

Драко поморщился.
- Э-Э... Николай сказал, что это должно быть что-то, что  я никогда, никогда не выкрикнул бы во время... ну, ты понимаешь. Я стал думать о том, что точно не придет мне в голову, когда мы с ним... В общем, я сразу подумал о тебе.

- Но ты всегда называл меня Поттер.
- В этом весь смысл. – Драко устало опустил голову на лежащие на столе скрещенные руки, пряча лицо от взгляда Поттера. - Я никогда не называл тебя Гарри, по крайней мере, тогда, так что это было самым безопасным для меня словом.

Гарри услышал, как дрожал его собственный голос. Он был так уверен, что Драко снится он... Но, оказывается, дело вовсе не в этом. Эти сны были про Николая, и про их жизнь... сексуальную жизнь, учитывая, что именно снилось Драко.

- Я... -Гарри резко сменил тему. – Так ты будешь пить зелье сна без сновидений?

Драко поднял голову и уставился на него мутным взглядом.

- Как насчет ужина? - отчаянно спросил Гарри, поскольку он не знал, что может помочь, кроме разве что отвлечения внимания.

- Гарри, - тихо сказал Драко. - Я... Я...

- Все в порядке, - быстро сказал Гарри, понимая, как ужасно он ошибся, спрашивая Драко о том, хочет ли он его. Он все неправильно понял; эти сны были не о нем вообще. - Ты ничего не должен объяснять.

- Отлично, поскольку я не уверен, что знаю, что сказать, - сказал Драко с горечью. - Но, Гарри... черт. Я никогда раньше не оказывался в подобной ситуации. Ну, я имею в виду, то время, когда я еще... не был твоим рабом.  Но я... Я... Вот ведь черт!

Гарри ненавидел, кода Драко был таким несчастным. Не просто измученным, но и напуганным. Беспомощным. Отчаявшимся, хотя и не в сексуальном плане. Он выглядел, как человек, находящийся на грани совершения чего-то абсолютно ужасного для себя, как человек, который выходит за предел собственной выносливости так далеко, что уже не видит пути назад.

- Вот, - сказал Гарри, порывшись в кармане, отчаянно пытаясь разрядить атмосферу и сменить тему разговора. - Я на днях зашел в туристическое агентство и заказал номер для нас в Монреале. Отель прекрасно выглядит, у меня с собой есть их брошюра...

Он неловко достал брошюру из кармана и бросил на стол, однако прежде чем успел достать палочку, чтобы превратить ее, он увидел частичку чего-то, кружащуюся в воздухе.

Чего-то с четырьмя листьями, подозрительно похожего на клевер. Он остановился всего в нескольких дюймах от руки Драко.

Драко диким взглядом смотрел на клевер.

- Только не двигайся, - прошептал Гарри, так спокойно, как только мог, медленно протягивая руку к своей палочке. Он боялся двигаться быстрее, боясь, что малейшее колебание  воздуха вблизи поверхности стола может сдвинуть клевер.
- Не дыши, я избавлюсь от этого за секунду.

Гарри даже не успел схватить, наконец, палочку, когда Драко тронулся с места.

Странный, голодный взгляд отразился на его лице, и он с размаху прихлопнул клевер левой ладонью.

А потом, сжав его в руке, пронзительно закричал.

Глава 62

Переводчик - aBalks
Бета - Милли-тян

-  Вот дерьмо!

Гарри выхватил палочку и избавился от треклятого клевера, зажатого в руке Малфоя, потом рванул худощавое тело к себе обеими руками, чтобы поскорее аппарировать их Мунго, в отделение скорой помощи.

Драко забился в руках Поттера, бесконечно повторяя: «Нет, нет, подожди...».

Гарри понимал, что подобное не должно вызывать у него удивления, после того как Драко, очевидно, хотел умереть.
- Акцио Драко Малфой, - проговорил он, стиснув зубы от накатившего страха потерять Драко, и направил на него свою палочку.

Заклинание не сработало.

Выругавшись, Гарри снова потянулся к Драко, на этот раз, намереваясь выбить из него всю дурь, если бы он подумал сопротивляться.

- Я в порядке! - Драко вскрикнул, проворно отскакивая на безопасное – с его точки зрения – расстояние.Опрокидывая стулья, Гарри продолжал преследовать Малфоя, так что тому приходилось соблюдать дистанцию, что, однако, не мешало ему нести полнейшую чушь. - Я в порядке, фурункулов нет, лихорадки нет,  проблемы нет! Черт возьми, Гарри! У меня нет аллергии на этот вид клевера!

Последнее заявление заставило Гарри слегка сбавить обороты. Успокоившись, Поттер прищурился.
–Тот целитель даже не упоминал о разнице между трёхлистным или четырёхлистным клевером! О чем ты, черт побери, говоришь?

Драко шагнул вперед и осторожно обхватил руку Гарри.
–Существует очищенный экстракт – честно говоря, прямо в моей ванной под раковиной. Крошечные кусочки олова, в которых каким-то образом конденсируется очень концентрированный клевер. Вот что мне лучше не трогать снова...

У Гарри, что называется, отвисла челюсть.
–Подожди-ка ... Ты схватил этот несчастный клевер, зная, что я подумаю, что ...

Вряд ли он мог отвечать за то, что произошло дальше.

Коротко замахнувшись, Гарри ударил Драко плотно сжатым кулаком, прямо по челюсти, вкладывая всю свою боль, пережитый ужас и страх, в этот удар.
– Ты, долбанный ублюдок!
От удара Драко рухнул как подкошенный. Он лежал на полу, даже не пытаясь встать. Скорее всего, Малфой просто понимал, что только нарвется на еще один удар.

- Как ты мог! - закричал,наконец, Гарри, разозлившись настолько, что даже наставил на Драко палочку. Все чего ему хотелось, так это швырнуть в него каким-нибудь особо мерзким заклинанием. Его рука с зажатой в ней палочкой дрожала от ярости. Он был даже готов наложить заклятье фурункулов, или что-нибудьпохуже.

Он увидел,как Драко нервно сглотнул, однако с места не двинулся. Он, очевидно, понял, что Поттер как никогда близок к насилию. Он знал, что сам толкнул его за грань.

«Он сказал правду», - подумал Гарри, пытаясь взять себя в руки.
- Просто скажи мне, почему, - проворчал он, сжав пальцы на палочке.

- Я ... Я...

Гарри замахнулся было палочкой, но он не пытался проклясть Драко, так что ничего не произошло.
- Черт побери, хватит заикаться! Или я за себя не отвечаю! Скажи мне, почему!

Не осознавая того, он использовал «особый» голос. Его властный голос. Единственное, чему Драко не мог сопротивляться.

- Я сделал это, потому что хотел поговорить с тобой, - протараторил Драко, и голос его звенел от напряжения. - Я сделал это, чтобы ты заставил меня говорить.

- Заставил говорить о чем? - спросил Гарри, опуская палочку, но лишь на дюйм.

У Драко застучали зубы.
- Не делай мне больно, Гарри. Мне страшно! Может, я в следующий раз мог бы умереть, и поэтому, конечно, я говорил себе, что я бы не стал, но я так сильно хотел, и я старался сделать что-нибудь другое, но я не знаю что, а потом я начинал думать о Нике, и я пытался сказать тебе так много раз, но мое горло словно закрывается и...  – глаза Драко наполнились слезами. - Гарри. Мне очень нужна твоя помощь.

Это заставило Гарри полностью успокоиться и прийти в себя. Не слова, так как из того, что Драко сказал, он понял только пару слов,но честность. Оказывается, Драко не пытался избегать разговора о том, что происходит с ним. Похоже, как раз наоборот, просто это было слишком тяжело.

- Я знал, что ты заставишь меня объясниться, - отчаянно проговорил Драко. - Гарри, честное слово, я не хочу умирать. Я просто не знал, что еще придумать.

- Ты схватил клевер, чтобы объясниться, - сказал Гарри.

Драко кивнул, приподнимаясь, однако, все еще не пытаясь подняться. Очевидно, он не был уверен, что Гарри действительно пришел в себя.
- На удачу.

Гарри не знал, что происходит, но он понимал, что Драко напуган и нуждается в помощи. Кроме того, какая-то его часть не могла оправиться от пережитого страха за жизнь Драко.
–И ты точно ничего не чувствуешь? Никакой реакции?

- Нет, и этого не произойдет.  Я обещаю. Я все время касался клевера в саду, Гарри. Я заболел, когда я дотронулся... когда я дотронулся до другого.

- Когда ты дотронулся до другого, - сглотнув, повторил Гарри. Это явно не терпело отлагательств. Гарри направил палочку на дверь гостиной.
- Садись на диван и жди меня. Не смей аппарировать, и заставлять меня гоняться за тобой. Даже не думай двигаться с дивана! Я избавлюсь от этого клевера, и вот тогда, поверь мне, ты сможешь сказать, что все в порядке.

Драко слабо кивнул и поднялся на ноги, выглядя очень бледным и напуганным, однако беспрекословно последовал указаниям Гарри.

"""""""""

Все оказалось так, как сказал Драко. Пара заклинаний из аврорской программы помогли определить наличие концентрированного клевера– слова «Эссенция из клевера» плавали в воздухе у него перед глазами.

Гарри почувствовал отвращение, бросив лишь один взгляд на это. И этот клевер был под раковиной Драко все время! Даже после того, как он рассказал, ясно, как день, что воздействие клевера может убить его, оставаясь в пределах досягаемости!

«Мне страшно. Мне нужна твоя помощь».

Гарри не сомневался в этом. Только тот, кому нужна помощь, будет делать что-то настолько опасное.

Удалив опасный налет, Гарри также наложил диагностирующие чары,чтобы убедиться, что теперь ничто, содержащее этот вид клевера, не приблизится к Драко даже на дюйм.

Однако теперь все было чисто. Никакого клевера.

Гарри бросил последнее заклинание, чтобы очистить воздух.

Затем, нахмурившись, - гнев все еще горел в глубине его глаз - он спустился вниз, чтобы объясниться уже с Драко.

Во всем.

"""""""""

Драко, судя по всему, не шевельнулся ни на дюйм с тех пор как Гарри ушел.

- Я все убрал, - сказал Гарри, остановившись перед ним на некотором расстоянии. Подходить ближе он опасался – боялся сорваться. – И, кстати, я не буду извиняться за то, что ударил тебя.

Драко прикусил губу и коротко кивнул.

- Итак, начнем с самого начала, - сказал Гарри, пристально глядя на Драко, широко расставив ноги и уперев руки в бока. Своей позой он напоминал аврора на допросе. И его ни капельки не волновало, что таким образом он пытается воздействовать на Драко.
– Этот клевер. Где ты его взял?

- Травник из Косого Переулка.

- Зачем?

Кадык Драко дернулся.
- Я ... Я...

- Ты вроде хотел, чтобы мы поговорили, - презрительно протянул Гарри.– Что ж, давай поговорим. И, честно говоря, меня не особо волнует, как это будет.Говори!

- Мне нужно было для зелья, которое я варил.

- Зелье от фурункулов?

- Нет, я не знал, что это произойдет. Я клянусь, Гарри! Я пытался приготовить крем, предотвращающий старение кожи.

- Что еще за крем? - заорал Гарри. – У тебя чудесная кожа! Ты выглядишь так, будто все свое время проводишь на курортах!

Драко чуть склонил голову, сжимая руки на коленях.
- Я думал, я мог себя... улучшить.

- Ебать, - Гарри резко опустился на стул, лицом к дивану. Он все еще немного побаивался ненароком проклясть Драко, особенно если тот скажет еще что-нибудь настолько же глупое. Приготовить крем против старения! Что за чушь?

Не доверяя собственному самообладанию, Гарри отшвырнул палочку в сторону.
- Иди отсюда.

- Но Ник... он говорил, что...

Гарри не собирался слушать что-то подобное.
– Кажется, твой муж слишком много внимания уделял внешнему виду, верно? Иначе чем еще можно объяснить, что он мог найти к чему придраться, глядя на тебя?

Взгляда глубокого облегчения, отразившегося на лице Драко, было достаточно, чтобы Гарри продолжил.
– Слушай, я понимаю, ты думаешь, тебе необходимо постоянно быть в форме; ты так беспокоился из-за того, что фурункулы оставят крошечные шрамы, которые никто даже не заметит!

Драко взглянул вверх.
- Хмм...

- Что, скажешь я не прав, и тебя это не беспокоило? - Вздохнув, Гарри использовал свой жесткий голос. - Скажи мне.

- Я хотел, чтобы ты коснулся меня.

Хорошо, что он сел. Если бы Гарри все еще стоял, он бы, наверное, упал.
–Повтори-ка?

- Я купил мазь только потому, что хотел, чтобы ты коснулся меня.

Гарри откинулся назад, голова у него шла кругом.

–То есть на счет шрамов ты не беспокоился? Ты соврал?

- Ты же знаешь, я не могу врать тебе, но я могу быть... осторожен, говоря о некоторых вещах. Ябеспокоился о шрамах, но... не сильно. К тому же, мазь достаточно хорошо помогала.

- Осторожен, говоря о некоторых вещах, - повторил Гарри, качая головой. –О многих вещах, я полагаю?

Драко кивнул, и его глаза снова заблестели от слез.

Гарри вздохнул.
- Драко, я ведь говорил уже, чтобы ты дал мне знать, что тебе нужно. Все, что тебе нужно. И даже если это прикосновение, все, что тебе надо сделать, так это сказать.

- Я не хотел плевать на память о Николае!

Ну конечно. Николай. Чертов идеал мужа, который убедил Драко, что он не был достаточно красив. Гарри жалел, что Драко не может увидеть истинное положение вещей. Глупо, как глупо.

- Поэтому мне было проще... проще...

- Обмануть меня. Манипулировать мной. Ради Мерлина.

- Я не имел в виду ничего подобного, - сказал Драко, морщась, словно от боли. - Просто это имело для меня смысл.

- Ладно, вернемся к теме, - сказал Гарри, чувствуя смущение. - Фурункулы. Ты сказал, что не знал, что было их причиной.

- Я не знал, что это клевер.

- Ты знал, что это из-за твоего идиотского зелья! – упрекнул Гарри. – И снова заново. Ты не лгал, но и честен со мной ты не был.

- Ну, - сказал Драко осторожным тоном, - я не был уверен, что это зелье. Я подумал, что это возможно, только после второго раза.

- Ты думал, что это, скорее всего, вина зелья и все равно сварил его еще раз? Да что с тобой не так, черт возьми?

- Мне нужно было зелье против морщин.

- Но ты не понимаешь, - настойчиво прошептал Гарри, наклоняясь вперед. - Драко, постарайся посмотреть на себя стороны – так, как я вижу. Разве ты не понимаешь, что ты лучше всех? Тебе абсолютно не о чем беспокоиться. Мне жаль, что твой муж заставлял тебя думать по-другому. Он не должен был этого делать, и... ну, просто не должен был. Ты похож на ангела.

Драко судорожно сглотнул, на его глазах появились слезы.

- Нет... это неправда. И никогда не будет правдой. И неважно, сколько зелья я вылью на себя.

Очевидно, Николай задел Драко намного сильнее, чем Гарри предполагал. Не в первый раз, Гарри был рад, что этот человек был мертв. По крайней мере, в этот разне только потому, что он хотел, чтобы  Драко принадлежал ему.

Драко закусил губу, выглядя так, как будто он пытался что-то сказать.

- Давай, - сказал Гарри тихо. Он чувствовал, что наконец-то успокаивается. - Мы говорим. Это здорово. И ты можешь сказать мне что угодно, что бы это ни было. Не заставляй меня приказывать тебе, ты же знаешь, как я не люблю это делать.

Драко схватился за подлокотник дивана и глубоко вздохнул.
- В первый раз после использования зелья с этим клевером фурункулы были просто ужасны, но это продолжалось всего несколько дней, и в течение этих дней, я узнал, что это весьма приятно, когда ты меня трогаешь. Я... Я не думал об этом раньше. Я старался не думать... как мы были вместе. Это походило на измену.  И тогда аптекарь предложил лосьон, и казалось, это такой простой способ, чтобы ты продолжал меня касаться. Кроме того, это все же было лекарством, и даже если я в нем не нуждался, это уже не походило на измену. Верно?

Он посмотрел на Гарри, явно ища поддержки.

- Нет, это не измена, - сказал Гарри тихо. –Твоего мужа больше нет, Драко. Ты никого не предавал. И... Я понимаю, что тебе было легче сделать вид, что тебе нужна помощь и лечение, вместо того, чтобы попросить, чтобы я прикасался к тебе.

- Ты все еще сердишься?

- Я... все еще думаю об этом. Расскажи о втором разе, когда ты варил зелье.

Пальцы Драко вцепились в подлокотник дивана.
- Я... Я чувствовал себя неоднозначно. Я очень хотел, чтобы ты продолжил натирать мне спину.Я не могу этого объяснить. Будто твои прикосновения питали меня, и без них... это как зависимость. Я не мог заставить себя просто попросить. Эм... Из-за Ника. Я знаю, что он хотел бы, чтобы я был счастлив, мне казалось ужасным хотеть, чтобы меня касались руки другого человека. Хотя все это было так невинно! Мы же не были... мы не были...

- Да, конечно, мы не были.

- Я начал думать о приготовлении зелья снова, и я не мог остановиться, - прошептал Драко, отворачиваясь. - Я знаю, это звучит ненормально, но я сказал себе, что ф-ф-фурункулы не так уж ужасны. Они держались всего пару дней, и я вроде бы не собирался умирать из-за них, зато я снова мог почувствовать твои руки.

- О, Боже, - простонал Гарри. – Лосьон, помогающий убрать шрамы -это одно. Но ты вызывал нарывы, чтобы я тебя трогал? Подожди, я думал, ты делаешь это, чтобы получить тот крем для твоей кожи.

- Так и есть. Или, я сказал себе, что так и есть. Мне пришлось, или я умер бы от угрызений совести. Все дело было в том, чтобы делать вид, что я не предавал Николая, Гарри. Но... второй и третий раз я варил лосьон, просто потому что хотел, чтобы твои руки касались меня снова и снова. Все остальное было второстепенным. Теперь я это понимаю.

Теперь, когда Гарри подумал об этом, он понял, что Драко вел себя так, словно он чувствовал себя виноватым. Достаточно было вспомнить, как он отреагировал на намек, что он мог знать, что вызывает нарывы...

- Это выставляет меня полным придурком, я знаю, - сказал Драко, и голос его был полон боли.–Я ведь даже не знал, к чему приведет использование этого зелья.Но дело в том, что я, казалось, не мог остановиться. Я старался держаться так долго, как только смогу, но тяга усиливалась все сильнее и сильнее, до тех пор, пока я не сдавался и не устанавливал мой котел. И... Я не знаю, может, я заслужил все эти фурункулы, поскольку все, что я делал, делалось только ради того, чтобы ты коснулся меня.

- Наказываешь себя, - пробормотал Гарри. - Заранее. О, Драко.

Драко напрягся.
- Но тогда я не знал, что я кричал твое имя каждую ночь. Я думаю, Ник тоже наказывал меня.

- Твой муж не живой, и его нет здесь. Чтобы тебе не снилось, это связано с тобой, а не с ним. - Гарри заколебался, но решил, что он все же  может спросить. - Он... Я имею в виду, это было для вас обычным делом, Драко?

Драко выглядел так, будто с трудом понял вопрос.
- Для Николая пороть меня? Ну, да. Ты же видел, что было в нашем сундуке. Зачем иначе нам потребовалось бы стоп-слово?

«Я не буду краснеть, я не буду краснеть» -говорил сам себе Гарри, стараясь не думать о разнообразных игрушках из того сундука и способах их применения. Стараясь не думать об ошейнике... А тем более – о корсете с поводьями...
- Нет, я имел в виду, разве Ник часто игнорировал твое стоп-слово? Потому что, во сне ты повторяешь его снова и снова, как будто тебя отказываются слушать.

- Ник никогда не игнорировал стоп-слово. Собственно, у него и возможности такой не было. Я никогда его не использовал, ни разу.

Гарри моргнул.
- Ни разу?

- Ну, я же никогда не использовал стоп-слово с тобой, не так ли? - спросил Драко, потупив взгляд. – К тому же Николай...  знал мой предел.

Гарри кивнул.
- Но в твоих снах он бил тебя и не останавливался, даже когда ты просил? Что еще может это означать, за исключением того, что ты думаешь, что ты должен быть наказан?

Драко отвел взгляд.
- Я не знаю. Я просто знаю, что я хотел бы поговорить с тобой обо всем этом, но как бы я не старался, слова просто не шли с языка. Я полагаю... сказать это вслух, было для меня все равно что признаться себе, что... моих воспоминаний о Нике уже не достаточно, и не важно, как сильно я его люблю.

Гарри подался вперед на своем стуле.
- Но ты признаешь это сейчас. Ради нас обоих.

- Потому что я должен, - сказал Драко, откинув голову назад на спинку дивана. - Я чувствую тягу, и она становиться сильнее каждый день. Ты не можешь себе представить, сколько раз я фантазировал о том, чтобы еще раз сварить этот чертов крем. Еще один раз. Разве это может навредить? - спрашиваю я себя. Только еще один раз.

- Нет. Никогда больше, - сказал Гарри, говоря это самым своим строгим голосом. - Драко Малфой, ты никогда больше не купишь, не коснешься и даже не подумаешь о прикосновении к клеверу, к зелью на его основе или чему-то подобному. И ты никогда больше не сваришь крем против старения кожи. И ты поверишь, наконец, что когда я говорю, что ты отлично выглядишь – так оно и есть.

Драко слабо улыбнулся, отреагировав на комплимент.
- Если ты хочешь, чтобы приказ вступил в полную силу, думаю тебе лучше использовать подлинное имя.

- Прошу прощения?

- Драко Драко Малфой.Я думаю, что именно поэтому твои манящие чары не сработали.

- О-о.

- Но заклинание не сработало с неправильным именем, вероятно, просто потому что раб не может быть так легко украден, если подумать, - сказал Драко, склонила голову набок. - Может быть, поэтому заклинание в первую очередь заставило тебя назвать меня. Я полагаю, что в прежние времена Поттеры знали тайное имя каждого раба, имя, которое за пределами семьи никто бы не знал.

- Мне кажется, мы слегка отклонились от главной темы нашего разговора.

Драко судорожно сглотнул.
- Да. Прости.

- Ну, я понимаю, что обсуждать законы магической теории проще, чем все остальное, - сказал Гарри любезно. - Но мы говорили озелье, которое ты никогда больше не сваришь, Драко Драко Малфой, - добавил он в жестком тоне.

- Не сварю, - пообещал Драко. - Ты...  ты хотел бы, чтобы я поклялся Нерушимой Клятвой?

- Чтобы ты умер, попытавшись нарушить ее? - спросил Гарри сердито.

- Действительно, не очень хорошая идея, - сказал Драко. - Я не подумал об этой части. Я просто хочу, чтобы ты мне верил. Я не буду варить это зелье, Гарри. Клянусь, никогда не буду. Ты должен мне верить.

Гарри стиснул зубы.
- Нет, я вовсе не должен, Драко, по крайней мере, не после того, как ты умышленно вводил меня в заблуждениев течение нескольких недель.

- Но единственная причина, по которой я схватил клевер, так это попытка остановить все это безумие!

- Я не думаю, что ты хочешь сварить его прямо сейчас, но ты сам объяснил мне, как заманчиво это может быть.

- Нет, если - Драко судорожно сглотнул. - Нет, если ты начнешь касаться меня. Ведь это то, чего я действительно хочу.

- Теперь, когда я знаю об этом, тебе даже не придется просить, - сказал Гарри тихо. - Но осталась одна проблема: я не могу просто взять с тебя слово, что ты не будешь этого делать.Это слишком важно, Драко. Я не хочу прийти домой и найти тебя холодным, мертвым, и покрытым нарывами.

Драко отвернулся, что и было идеей Гарри. Гарри хотел шокировать его видом суровой реальности, тем, что может произойти, чтобы он согласился на предложение Поттера.
– Я верну все заклинания наблюдения, чтобы контролировать каждый твой шаг. Постоянно. А ты даже не будешь знать, когда я смотрю.

Драко опустил голову и кивнул.

Гарри тоже кивнул.Он наконец-то видел смысл в действиях Драко. Его неуверенные прикосновения, попытки дотянуться... он пытался получить прикосновение, в котором нуждался. Он старался не прибегать к вызову фурункулов. Даже то, как он отступал, когда Гарри отвечал ему, имело смысл теперь.

То было чувство вины, душившее его.

- Так, массаж спины каждую ночь? - спросил Гарри, ненавидя то, что Драко смотрел в пол, не смея поднять глаз. Гарри приходилось сейчас устанавливать правила, а также обеспечить их исполнение, но он не хотел, чтобы Драко думал, будто Гарри ненавидит его. Ведь в действительности он так сильно любил его и просто хотел помочь ему пройти через это. - Будет ли подобных прикосновений  достаточно? Или тебе нужно больше?

- Я... Я...

- Пожалуйста, будь честен, - настаивал Гарри. – Теперь тебе нечего скрывать от меня.  Драко, мы ведь уже были любовниками однажды. Так что если тебе нужно больше, чем массаж спины, так и скажи.

Драко взглянул вверх – в его глазах будто плескалось расплавленное серебро - хотя он по-прежнему сидел сгорбившись.
- Я не знаю нужно ли мне больше, но я... Я этого хочу. Хм, больше. Я не могу объяснить это словами, но я пытаюсь сказать тебе. И... - Он начал моргать, очень быстро. - Ты ушел.

- Когда? О чем ты?

- Я проснулся в одиночестве.

Гарри шумно выдохнул.
-Когда?

- Утром после того, как ты привез меня домой из Мунго. Я... ну, я чувствовал себя очень счастливым, когда тыбыл со мной в постели, но потом я проснулся один. Хотя это и не удивило меня. -  Драко понизил голос до шепота. - Я... я... не знаю, как это сделать.

- Что сделать?

Лицо Драко стало розовым. Он снова выпрямился, его взгляд, быстро скользил по комнате.
- Э-Э... вначале все было очень невинно, но после второго раза, когда появились нарывы я начал чувствовать прикосновения во время массажа...вместах, кроме моей спины. И я начал думать... ну, мы привыкли, не так ли? Все время. Но ты выглядел не особо-то заинтересованным, не так как тогда. И... и... У меня было такое ощущение, словно меня тянут в разные стороны. Я пытался... Я не достаточно долго оплакивал Ника, и я, должно быть, самый ужасный человек, и...это так трудно, ведь я даже не знаю, как это делать!

- Что делать? - спросил снова Гарри.

Румянец на Драко щеках вспыхнул ярче. Сощурив глаза, он выглядел таким... подавленным.
– Начать.

- Начать что-то физическое? - Гарри улыбнулся, наконец-то ощущая себя уверенно. - Но ты знаешь, как. Ты был великолепен в этом, когда мы были... Э, вместе, до этого, я имею в виду.

Драко выглядел так, словно вот-вот провалится под землю от смущения.
–Это именно то, о чем я пытался сказать тебе раньше, Гарри. Это был не я. Или был, но тогда я не знал, что я не имел никакого опыта.

- Этого не надо стесняться. И в любом случае, это не правда. Какой-то опыт у тебя есть.

- Я не считаю тот момент, когда у меня была амнезия.

- Я имел в виду твоего мужа, - сказал Гарри. - Моя очередь смущаться, я думаю. Драко... до того, как к тебе вернулась память, я был весьма и весьма впечатлен каким беззаботным и радостным ты был, эм, в спальне. Ты вел себя гораздо более непринужденно, чем я, так что не надо говорить мне, будто ты не знаешь, что делать.

- Ты не понимаешь. Раньше у меня был только Николай, и он - тот, кто взял на себя ответственность за все. И я имею в виду не только наши игры, Гарри. Он был намного старше меня, а я никогда до этого не был ни с кем, так что это казалось таким правильным, позволить ему вести, а потом начались наши игры... Видишь, я никогда не знал как... Э-э..
- Взять на себя ответственность?

Драко метнул еще один быстрый взгляд на Гарри, отведя глаза не позже чем через секунду.
- Я хотел сказать, соблазнить человека, вообще-то.

У Гарри ком в горле встал.
– Ты пытался соблазнить меня?

Драко застонал и опустил голову на руки снова.
–Какой ужас.Ты даже не понял, что я пытался. Я же говорил тебе, я не знаю, как это делается.

Гарри вспомнил их пикник, вспомнил, как Драко улыбался ему шальной улыбкой, как он толкнул Поттера на спину и поцеловал. Драко вовсе не был плох в этом. Ему просто не хватало капельки уверенности в себе.
Вот еще один камень в огород Николая. Все к лучшему - он уже чертовски устал постоянно сравнивать себя с мистером Совершенство.

И это было не единственной хорошей новостью. Драко действительно хотел его! Правда, он был несколько смешан в своих чувствах, и ему необходимо было работать над преодолением чувства вины, но главным все равно было то, что он хотел Гарри!

- Может, ты хочешь, чтобы я взял на себя ответственность, Драко? - спросил он, с трудом сдерживаясь, чтобы не заорать от распиравшего его счастья. Это было бы неуместно. Со стороны Драко  все было очень серьезно, даже если это и было так...  здорово.

- Заклинание уже сделало тебя ответственным.

Гарри не знал, была ли это очередная игра слов со стороны  Драко. Возможно, он просто струсил, так что Гарри решил, что с него достаточно неясностей в их отношениях и лучше все прояснить прямо сейчас.
– Ты бы хотел, чтобы я соблазнил тебя?
Драко покраснел до корней волос и закусил губу, но поднял глаза, встречаясь с Гарри взглядом.
- Д-да.

Гарри ужасно хотелось прямо сейчас броситься в объятья Драко, может даже поцеловать его, но он решил, что сейчас идеальный момент, чтобы сделать важное замечание.
- Я не знаю как, честно говоря. Ты единственный мужчина, с которым я когда-либо спал и возможно вести лучше тебе?

- Но ты был великолепен, - Драко застонал и бросил на него взгляд. - О, Мерлин. Я что, действительно это вслух сказал?

- Ты вполне можешь позволить себе говорить подобное человеку, с которым спишь.

- Спишь? В настоящем времени?

Гарри усмехнулся, передвигаясь еще ближе к краю стула, однако недостаточно, чтобы упасть.
- Ну, ты же не думаешь, что бросаю слова на ветер? Кажется, мы могли бы начать прямо сейчас, однако вначале нам все же лучше закончить разговор.

- Важность разговоров переоценивают.

Гарри покачал головой.
- О, Драко. Честное слово, у тебя нет никаких проблем с тем, чтобы соблазнить кого-то. Я никогда не встречал никого, кто мог бы играть  со словами наполовину так хорошо, как ты.

- Это не правда. Ты же знаком с Северусом!

- И ты думаешь, что ты ему не ровня? - Гарри рассмеялся. –Что ж, сказать по правде, я никогда не слышал Снейпа, пытающегося разговаривать с кем-то в постели. Благодарю Бога за это. Я имею в виду, он был влюблен в мою маму!

Драко выглядел удивленным.
- В самом деле? О-о, ужас. – Сообразив, что ляпнул, он тут же поправился.  – Никаких претензий к твоей маме, Гарри, честно. Просто мне сложно представить Северуса... эм.

- В этом ты не одинок. - Гарри сложил руки на коленях. Ему ужасно хотелось прикоснуться к Драко, чьи глаза блестели с надеждой. Это было так приятно видеть, что Гарри потребовалось немало решимости остаться на месте и продолжать разговор. Им действительно нужно продолжить. Гарри не собирался занимать лидирующую позицию в постели, до тех пор, пока не разберется с тем случаем после их импровизированного квиддичного матча.– Давай поговорим про сегодняшний день, Драко. Ты был великолепен, кстати. И ты можешь прыгнуть на меня в любое время. Но в любом случае, если ты хочешь меня, тогда почему ты сбежал, как только я схватил тебя? Тебе не понравилось, что я перехватил инициативу?

Драко побагровел.
– Мне... Мне понравилось, но ... но потом я вспомнил, что ты сказал, и я почувствовал себя просто ужасно, бросившись на тебя, а тебе, кажется, не особо понравилось. Мне казалось, что я все сделал неправильно,и я только не хотел чувствовать себя идиотом...

- А что я сказал? - перебил Гарри.

- То, что раньше, когда мы были... любовниками, это было как во сне.

Гарри моргнул.
–Ты что же, думаешь, что не привлекаешь меня, Драко?

- Я... ну, это трудно говорить теперь, после того, как ты только что предложил соблазнить меня, но тогда... - Драко замер. – Правду, Гарри?

- Пожалуйста. Даже если это действительно трудно.

Драко только слабо кивнул.
– Мне казалось, что это только потому, что тебя привлекает он. Тот, кем я был прежде. Преданный раб, который не желал ничего более, чем приносить тебе удовольствие каждый день... каждую минуту... любому нормальному человеку понравилось бы. И секс был хорош, так что...

- Меня привлекаешь ты, - тихо сказал Гарри. - Ты, Драко, со всеми своими причудами и недостатками. Со своей одержимостью внешним видом. Со своей злостью на родителей. Со своим горем и своей виной. Даже с нашей школьной враждой. Все это делает тебя более интересным, заставляет меня хотеть узнать тебя лучше. И... ну, если ты все еще сомневаешься на счет того, какого именно Драко я хочу, то подумай  о том, как я себя чувствую. Я должен спросить себя, быть может, это все лишь из-за чар.

- Это не чары.

- И я не смущен тем, кто ты есть.

Казалось, Драко его не понял.
- Гарри, это не чары. Если бы заклинание управляло мной, я бы не испытывал вины перед Николаем. Я бы о нем даже не вспоминал. Магия бы не позволила мне.
На самом деле это был очень хороший момент.
- Видишь, я знал, ты и сам можешь говорить в моей постели.

- Я пытался это сделать намного раньше. - Драко подвинулся к краю дивана, его руки нервно барабанили по коленям. - Помнишь ту ночь, когда я сказал, что я знал, что мы были друзьями? Я хотел спросить тогда, могли ли мы быть чем-то большим друг для друга, но с Гермионой и ее мужем там, это казалось не самым удачным моментом
- О, Боже, - сказал Гарри, что-то совершенно ужасное происходило с ним. Все эти его разговоры о честности, которой он хотел от Драко, и он ни разу не подумал о том, что это относится и к нему. Они не могли стать любовниками опять, пока Гарри не сказал ему, что происходило ночью!

И после того, как Гарри признается ему, насколько велики шансы, что он все еще будет хотеть быть с ним?

- Что?

- Я сделал что-то ужасное, - признался Гарри, в его горле от волнения все пересохло. Неожиданно, он понял, почему Драко было так тяжело говорить правду. Так тяжело, что ему фактически пришлось заставить Гарри приказать ему говорить правду.

- Я серьезно сомневаюсь в этом, - сказал Драко сухо.

- Это не смешно! - рявкнул Гарри. Вряд ли он когда-либо сможет нормально воспринять упоминания о том, что он Избранный. Он не хотел принимать почести от незнакомцев, и тем более, от человека, которого он любил. - Я такой же человек, как и все остальные, и я делаю ошибки. Ужасные ошибки.

- Я знаю, - сказал Драко медленно. – Достаточно вспомнить Сектусемпру.

- Верно, - согласился Гарри. Впервые в жизни, он был рад, что сделал это когда-то. По крайней мере, у Драко не будет оснований думать, что он святой - Ну, я сделал кое-что. О, Боже. Несколько раз.

- Только не говори, что ты снова использовал темную магию! Я поверить не могу, что ты...

- Нет. Это связано с тем, о чем ты говорил, - отрезал Гарри. Злость на себя была единственным способом справиться с этим, так что он даже не пытался умерить свой гнев. - Ты хотел спросить, не можем ли мы стать больше, чем друзьями, помнишь? Драко, мы уже были больше.

Драко поднял бровь.
– Были?

Гарри рухнул в кресло, его ярость улетучивалась, потому что это было самой сложной частью.  Ему надо было объяснить, что он имел в виду.
– Уже после того, как память вернулась к тебе, ты, кажется, даже думать перестал о сексе. Это  и понятно. Но Драко, ты же мужчина – в самом расцвете сил – и, даже если твое сознание этому противится, твое тело считает иначе.
- Ох. Я, должно быть, видел мокрые сны, как случалось прошлой весной? Странно, я не помню их.

- Нет, это не так.

- Потому что я не мог кончить без твоего разрешения? Верно, мокрыми их назвать нельзя...

- Нет, - сказал Гарри хмуро. - Потому что я накладывал на тебя заклинание глубокого сна, каждый раз, когда я слышал тебя.

- Зачем ты делал это?
Гарри едва не заорал.
–Чтобы ты не проснулся, пока я дрочил тебе.

Драко снова сел, его серебряные глаза сузились.
– Что, прости?

-Вначале я делал это, чтобы ты мог кончить, - ответил Гарри, чувствуя себя таким несчастным, как никогда до этого. Возможно, только смерть казалось ему худшей участью, хотя и ненамного.– Я не хотел, чтобы ты был несчастен, а ты ведь знаешь, что это характерно для мужчин в подобном состоянии? И что же мне надо было разбудить тебя, чтобы ты мог подрочить? Ты ведь знаешь не хуже меня – мне нужно прикоснуться к тебе, чтобы ты смог кончить, а ты все еще был в трауре! Логично предположить, что ты не захочешь, чтобы я вмешивался в твою сексуальную жизнь.

Пару секунд Драко молчал, очевидно, переваривая обрушившийся на него поток информации, а потом заговорил, ровно, без интонации.
– Ты сказал, во-первых. И что же это значит?
- Я... Я...

- Ни одного больше «я».

Это позволило Гарри собраться и заговорить.
- Я не должен был давать вольность своим рукам и говорить при этом, что я не мог вынести этого, но Драко, я не мог этого вынести.

- Дрочить мне было так неприятно?

- Нет! Я имею в виду, я не мог вынести... о, Боже. Участие. - Он держался абсолютно неподвижно, чувствуя себя так, будто на его голову вот-вот обрушится лезвие гильотины, и он приготовился к удару.

- Участие?- голос Драко все еще был ровным, без интонации.

Самое время признаться во всем, подумал Гарри.
- Я начал трогать тебя больше, чем было необходимо, и честно говоря, лучшей причины, чем то, что ты выглядел как Бог, кончая, у меня нет, Драко. Когда я не трогал себя, мои руки казалось, ласкали все твое тело... и потом, и потом -  Гарри сглотнул, подтянув колени к груди и обняв х руками, он опустил на них голову, пряча лицо. – Один раз я даже отсосал тебе.

Повисла тишина. Но потом Драко заговорил, нарочито медленно растягивая слова.
- Ммм, ты непослушный мальчик, не так ли? Злой, в самом деле. Использовал меня?

Гарри поднял голову немного.
- Ты не сердишься?

- На то, что я настолько вскружил тебе голову, что ты не смог удержаться и не помочь себе? Не думаю, что могу злиться на что-то подобное.

Гарри начал брызгать слюной.
- Но ... но ... я приставал к тебе!

- Гарри, я был поражен, когда узнал, что ты вообще меня хочешь. Теперь же, услышав, что ты хочешь меня настолько, что готов домогаться, думаешь, я разозлюсь? Это обнадеживает.
Однако это не помешало Гарри практически прошипеть. - Как ты можешь удивляться, что я хочу тебя? Бывало, что мы днями не вылезали из кровати!

- Ну, ты был довольно прохладен по отношению ко мне в последние месяцы. Добр, но холоден.

- Я уважал твое горе!

- Да, особенно, когда приставал ко мне, - сказал Драко с бесстрастным лицом.

- Мне жаль!

- Я пошутил, - сказал Драко очень тихо. - И я прошу прощения за это, так как, очевидно, это твое больное место. И если я достаточно хорошо знаю тебя, ты наверняка истязал себя чувством вины. Бьюсь об заклад, ты даже перестал это делать уже довольно давно, ведь ты так отвратительно чувствовал себя, продолжая.

Гарри изумленно уставился на него.
- Как...

- Потому что я тебя знаю. И – кажется, я уже это говорил – ты простил мне вещи похуже этого.

Гарри развернулся и сел.
- Если ты простил меня, тогда почему ты все еще так далеко?

Драко улыбнулся.
- Потому что ты велел мне остаться на диване. Используя этот твой голос. Кажется, кроме меня, этому никто не придает значения.

О-о. Тогда все было в порядке.
- Иди сюда, - сказал Гарри, чувствуя себя совершенно измотанным.

Драко поднялся, плавно передвигаясь по комнате. Настолько грациозно, что Гарри даже почудилось, будто он плывет. Когда он добрался до стула Гарри, он опустился на колени рядом с ним и положил голову Гарри на колени.

Гарри протянул трясущуюся руку и погладилДрако по волосам, пропуская пальцы через тонкие пряди, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете. Он был абсолютно уверен, что Драко будет ненавидеть его за то, что он делал.

Вместо этого, Гарри приняли. Всего его, включая даже те ужасные вещи, которые он сделал.

Однако он не был влюбленным слепцом, он понимал, что это значит для Драко. Принять то, что Гарри злоупотребил своей властью, только ради собственного желания? Сердце Гарри разрывалось на части, и он решил во чтобы то ни стало дать Драко всю свою любовь и уверенность, которые могли бы ему понадобиться.

- Ты не должен стоять на коленях, - тихо сказал он, все еще играя с волосами Драко.

- Я хочу, - ответил Драко со вздохом. – Мне так хорошо. Так правильно.

Гарри кивнул, хотя Драко и не мог этогоувидеть. Боже, как он устал. Однако он понимал, что со всем этим нужно покончить прямо сейчас.
- Я не понимаю, почему ты так кричал, прикоснувшись к клеверу.

- Это не из-за клевера, - сонно пробормотал Драко. Очевидно их мучительный разговор, вымотал и его тоже. - Это было... облегчение. Катарсис. Я знал, что ты заставишь меня все объяснить, знал, что ты сделаешь все правильно. Ты все правильно делаешь...

Гарри так не думал, по крайней мере, не после той ошибки, что он совершил.

Когда Драко повернул голову, его щека потерлась о бедро Гарри, свет люстры упал на челюсть, обратив внимание на слабый синяк.
–Мне жаль, что я тебя ударил, - сказал Гарри голосом, полным искреннего сожаления. - Я был так зол, что не мог здравосоображать. Слава Богу, ты не попытался сопротивляться. Я мог бы сильно тебе навредить.

Драко провел рукой по бедру и боку Гарри, до тех пор пока не нашел его свободную руку. Переплетя их пальцы вместе, он слегка их сжал.
- Не только ты. Если бы я попытался использовать против тебя магию, заклинание сделало бы мне очень больно. И тебе пришлось бы...

- Ох. Верно.

- И я не хочу этого, - прошептал Драко. – Поэтому, стоит тебе использовать Голос, как я сразу повинуюсь. Я чувствую, как заклинание сворачивается внутри меня, готовое наброситься, и я знаю, что тебе пришлось бы ударить меня, чтобы это остановить.

Гарри был потрясен, услышав это. И дело было даже не в том, что именно Драко сказал, а в доверии, которое он показал ему, рассказывая подобные вещи. Для Слизерина открыть свою собственную уязвимость... Гарри не удержался и склонился, нежно целуя Драко в макушку.

Однако Драко неправильно его понял.
- Я... я знаю, что мы вместе наслаждались этим, но я просто... Я не хочу этого сейчас. Или еще нет, я не знаю. Извини, я знаю, ты любил эти игры.

- Я любил их, потому что ты любил, и потому, что ты этого хотел, - поправил Гарри, приподнимая подбородок Драко так, чтобы Гарри мог видеть его лицо. Драко был словно мягкая глина в его руках, которая мялась без сопротивления, стремясь подстроиться под  Гарри. - Я не могу отрицать, что те игры мне нравились, но Драко... С тобой мне все кажется лучше. Только обещай мне одну вещь, пожалуйста?

- Хм?

- Если ты захочешь поиграть или что-то еще, необязательно сообщать мне об этом через клевер. Просто скажи. Или сделай то, что хочешь. Обещай.

- Я... - Драко повернул голову и запечатлел быстрый поцелуй на пальцах Гарри. - Я не могу обещать. Боюсь, я просто не смогу сдержать такое обещание.
Что ж, по крайней мере, это было лучше, чем, если бы он пообещал и нарушил потом данное обещание.
- Все в порядке. Я полагаю, что нам просто нужен другой вид стоп-слова. Никаких имен. Почему бы тебе просто не сказать " клевер", когда ты хочешь что-то мне рассказать? Только одно слово, и я буду знать, что нам нужно поговорить. Идет?
- Вот это я могу обещать, - выдохнул Драко, его язык при этом легко коснулся пальцев Гарри. - Клевер... очень умно.

Гарри слегка пошевелил пальцами, однако и этого было достаточно, чтобы задеть губы Драко.
- Что ты хочешь делать сегодня вечером?

- Это прозвучит глупо после всего, о чем мы говорили.

- Ну и что? Пусть  глупо.

Драко сел перед Гарри так, чтобы смотреть на него.
- Я чувствую себя как метла, пролетевшая свою последнюю милю. Опустошенным, обессиленным. Как будто я развалился на кусочки, а потом меня собрали обратно, так что мне нужно хотя бы немного отдохнуть. Мог бы ты... мог бы ты просто побыть со мной? Всю ночь, пока мы спим?

- Конечно. - Гарри соскользнул с кресла и опустился на колени перед Драко, притянул к себе для нежного, мягкого, нетребовательного поцелуя.  - С удовольствием.

- В твоей постели?

Еще один робкий поцелуй.
- Да. В моей постели.

Драко отстранился.
– Не то, чтобы я не хочу тебя. Хочу, но сейчас это кажется немного ненормальным.

- Ненормально хотеть меня?

Драко усмехнулся.
– Я неправильно выразился. Не в физическом смысле, я имел в виду.

- Да, я понял, что ты имел в виду. – Гарри резко прижался к губам Драко. - И я тебя прекрасно понимаю. У нас был тяжелый день. Может, поужинаем? Я умираю от голода.

- Я тоже немного проголодался...

- Неудивительно, ты не ел целую вечность.-  Гарри вскочил и протянул руку, чтобы поднять Драко на ноги. Держась за руки, они направились в сторону кухни. Когда они проходили мимо палочки Гарри, тот наклонился чтобы поднять ее. - Не шевелись. Исцеляющие чары.

Мгновение спустя, синяк на челюсти Драко исчез.

Они неспешно перекусили и, несмотря на консервированные бобы на тосте, Драко даже не жаловался.

Ну, не жаловался до тех пор, пока, Гарри не начал настаивать, чтобы он выпил  третий стакан воды. Потом он скривился и сказал, что ему хотелось бы спать ночью, а не бегать в туалет.
Все еще держась за руки, они поднялись по лестнице в комнату Гарри. Гарри привычно потянулся к пижаме, но Драко закрыл ящик и покачал головой.
- Нет. Никаких пижам. Ни у тебя, ни у меня.

Он смотрел, как Гарри разделся, сонный, но благодарный, а  потом выключил свет.

Они лежали, свернувшись под толстыми зимними одеялами на кровати Гарри, их правые руки были тесно переплетены, теплая спина Драко крепко прижималась к груди Гарри.

Член Гарри попытался было привлечь к себе всеобщее внимание, но Драко не единственный чувствовал себя совершенно опустошенным. Гарри опустился на матрас, и позволил сну завладеть им, поскольку он знал, что на этот раз ничто не разлучит его с Драко.

Глава 63

- Мммм.
Гарри перевернулся во сне, звук едва-едва пробивался в его ещё спящее сознание. Но разбудил его  не только звук. Его глаза распахнулись, когда он почувствовал, что что-то касается его бедра. Хотя... скорее поглаживает. Ласкает, снова и снова, а разбудивший его голос отозвался новым тихим мычанием.
- Драко, - прошептал Гарри, открывая глаза. К его удивлению, за окнами ещё даже не начало светать.
- М-м-м, - снова произнёс Драко, продолжая медленные движения рукой по гарриному бедру.
  Гарри нежно улыбнулся. И не только потому, что это были чертовски приятные прикосновения, но и потому, что понял, ЧТО Драко пытался сказать. Сказать без слов... потому что произнести это было выше сил блондина.
Не без давления  со стороны Гарри на него.
Это было немного грустно, но Гарри решил не портить себе настроение подобными мыслями. Не сейчас. В это время единственным, что он собирался сделать, было быть уверенным, что Драко получает от него достаточно любви, одобрения и поддержки, чтобы в один прекрасный день блондин смог увидеть истинную сущность Николая... что его муж был гораздо более привлекательным внешне, чем внутренне.
В самом деле, заставлять Драко беспокоиться о собственной привлекательности... Это было настолько нелепо, что на мгновение у Гарри зародилось подозрение, что Николай Преображенский был слепым.
Когда рука Драко прервала столь приятное занятие, Гарри решил, что сейчас в мире существуют гораздо более интересные вещи.
- М-м-м, - отозвался Гарри, поворачиваясь лицо к Драко. Он проснулся лёжа на спине с прижавшимся к нему Драко, рука которого  вытворяла невообразимое с его ощущениями. Сейчас он хотел увидеть лицо своего любовника. - Хорошо спал?
- Ты мне лучше скажи, - хрипло прошептал Драко, - Были ли опять мои сны?
Гарри почувствовал, что понемногу краснеет.  Он всё ещё стыдился того, что все эти ночи он... совращал Драко против его воли.
- Я бы разбудил тебя, если бы у тебя были ещё такие сны, как те, снова.
- Так-то лучше! - сказал Драко голосом, который звучал сверх сексуально. - Ты обещал соблазнить меня. 
Гарри подумал, что это было хорошим знаком начала озвучивания своих желаний. И как любое хорошее начало, разумеется,  должно быть поощрено. Гарри мягко уложил  Драко на спину и склонился над ним, лаская рукой его лицо. Господи, Драко был по-настоящему великолепен.
- И о чём же ты подумал, м-м-м?
Драко вздрогнул и отвёл глаза.
- Я... я не знаю.
Улыбнувшись, Гарри порывисто поцеловал Драко в уголок рта, только чтобы подразнить блондина.
- Я немного нервничаю. Мы уже занимались любовью прежде, но...
- Но?.. - переспросил Драко, вытягивая шею, чтобы прикоснуться своими губами к Гариным.
- Ты продолжаешь утверждать, что ты был тогда не настоящим. Так как я должен понять, что тебе нравится?
- Я полагаю, что ты сделаешь всё возможное для этого, - подбодрил его Драко, облизывая губы. - П-пожалуйста, не заставляй меня умолять, Гарри...

Раньше Драко любил умолять, но прошлой ночью он ясно дал понять, что больше не хочет этих игр. Может, они слишком болезненно напоминали ему о Николае? Или они подчёркивали его уязвимость для Гарри? Брюнет явно чувствовал, что что-то очень сильно беспокоит Драко. Но тот верил Гарри достаточно,  схватив тот лист клевера, чтобы они смогли вместе найти выход из того ужасного тупика, в котором находились.
Тёплое чувство разлилось в груди Гарри.
- Я никогда не заставлю тебя умолять, - пообещал он. - Только если ты сам этого захочешь, м-м-м?
- Ты самый замечательный...
- Не совсем, но, по крайней мере,  я буду стараться быть хорошим, - Гарри накрыл тело Драко своим, а затем начал заигрывающее тереться об него. - Ты такой горячий, понимаешь. Ты представить себе не можешь, насколько трудно мне было видеть тебя каждый день и держать руки при себе...
-В то время как я хотел твои руки на мне так же долго, - с трудом прохрипел Драко, выгибаясь пока их члены не соприкоснулись. - Мы были такими глупыми, оба хотели и избегали этого.
- Ага, глупыми, -  простонал Гарри, практически дрожа от желания, двигая бёдрами, чтобы его член скользил по всей длине члена Драко.  Господи, Драко был великолепным, настолько подходящим ему, что Гарри неожиданно захотел большего, захотел всего Драко только для себя. Он не знал, как показать это, кроме как склонившись и начав целовать другого мужчину. Сначала надавив сильно языком на губы Драко. Затем прикусывая розовую сочную плоть его нижней губы, в то время как Драко изогнулся под ним и открыл рот навстречу ласке. Гарри жадно припал к его рту, двигая бёдрами в спокойном темпе, который подхватил Драко.
Когда их губы полностью соприкоснулись, их ощущения сосредоточились на исследовании рта другого, как будто они никогда не целовались по-настоящему до этого. По правде говоря, так оно и было, потому что сейчас Драко был самим собою.
Драко неожиданно вцепился в Гарри, его ноги обвились вокруг нижней части тела брюнета, в то время как руки блондина сжали его торс. Его рот был полностью открыт, что сделало их поцелуй неожиданно мокрым, но Гарри так даже нравилось. Это напоминало ему полёт, парение в вышине над облаками, с такой скоростью, что ещё чуть и контроль над метлой будет полностью потерян...
Неожиданно он понял, что происходит. Слава Богу, вовремя. Он же обещал не заставлять Драко умолять.
- Кончай, - произнёс он, отрываясь ото рта Драко только для того чтобы простонать команду. - М-м-м, да-а-а, вот так...
Драко сжал его ещё сильнее,  его ногти расчертили спину Гарри, а его бёдра начали дёргаться в том рваном ритме, который распознает любой мужчина.
В тот же самый момент, Драко вырвал свой рот из их поцелуя и вцепился зубами в нежную кожу у основания шеи.
Гарри был уже близок к оргазму, но укус в шею отвлёк его. Гарри не был уверен, что ему это понравилось, но он не собирался делать ничего, что могло бы обескуражить Драко. Поэтому он подавил рвущееся взвизгивание и продолжил двигаться.
Секунду спустя Драко бессильно растянулся под ним, его руки и ноги свалились с Гарри, когда он расслабился на кровати.
- Ох... это было... ммм.
- Ага, - отозвался тяжело дышащий Гарри, надеясь не выглядеть слишком уж явно покрасневшим. Слава Богу, что он не пробормотал это. На более внятную речь сил уже не осталось.
- Ох, ты не... - Драко улыбнулся, умудряясь быть и самодовольным и нежным одновременно.  Казалось, он знал о желаниях Гарри без лишних слов, потому что услужливо обвился руками и ногами вокруг его тела снова и начал неторопливо двигаться, стараясь попасть в ритм с толчками Гарри. - Так лучше?
Гарри, тяжело дыша, просто кивнул в ответ. Или попытался кивнуть. Он был настолько раскоординирован, что смог только покачать головой вместо кивка. Хотя скорее нет, поскольку Драко продолжил свои плавные волнообразные движения, описывая медленные возбуждающие круги на его спине и обхватывая его ногами с каждым движением всё крепче и крепче.
Гарри почувствовал, как его член скользит по чему-то, что могло быть только результатом разрядки Драко, в тот же самый момент он почувствовал резкий запах спермы. Он помнил этот вкус, как она наполняла рот мягким и богатым вкусом на его языке... Это воспоминание стало последней каплей для резкой вспышки  оргазма.
Гарри кончил с громким криком, бессмысленный крик непередаваемого удовольствия. Он чувствовал себя как будто падающим, быстрее и быстрее, словно он потерял управление метлой... Но Драко поймал его и мягко вернул на землю.
- Вау, - только и произнёс Гарри, не отрываясь глядя вниз в глаза Драко. За окнами начинало светать, и Гарри едва мог различить их серебро. - Это было ... вау.
- Ты практически потерял дар речи, - смеясь поддразнил Драко, переместив руки вниз, чтобы ласкать ягодицы Гарри. 
- И кто в этом виноват? - они целовались в течение нескольких минут, пока не почувствовали холод липкой жидкости на своих животах. Гарри знал, что когда он прервал своё занятие, у него на лице была совершенно идиотская улыбка. Но его это совершенно не беспокоило.
- Душ? - спросил он, когда его губы наконец-то были способны делать что-то кроме растягивания в улыбке до ушей.
Драко уже вовсю зевал, но после этого вопроса моментально встрепенулся.
- Ох...  я немного устал, - ответил он, юркнув под простыни, чтобы потом плотно ими обмотаться. - Могу я поваляться подольше?
- Конечно, - Гарри нагнулся, чмокая его в губы. - Но ты точно уверен? Будешь чесаться потом, если не примешь душ.
- Отстань, прилипала, - пробурчал Драко сонно, поворачиваясь на бок спиной к Гарри.
Это не было действием заклятия, так как Драко не сделал ни единой попытки схватить свою берёзовую палочку, хотя она и лежала всего в паре футов от него на ночном столике. Гарри понял, что это было скорее просьбой.
Он дотянулся до своей собственной палочки и произнёс очищающее для обоих.
- И всё же я предпочитаю нормальный душ.
- Я помоюсь, когда проснусь, - ответил Драко, зевая во весь рот. - Ещё слишком рано, чтобы быть... настолько жизнерадостным, сам знаешь...
- У меня есть куча причин быть жизнерадостным, - серьёзно заметил Гарри.
Драко усмехнулся, сворачиваясь калачиком под одеялами.
- Ну-у, секс действительно был замечательным, но это просто секс...
Если Гарри ещё сомневался до этого, то эти слова положили сомненьям конец. Хотя в глубине души у него не было и капли сомнения. Особенно когда слова сами рвались наружу. Обогнув кровать, Гарри опустился на колени, чтобы видеть выражение лица Драко.
- Даже и не думай так, потому что нет. Только не для меня. Я люблю тебя, Драко.
Блондин ещё плотнее завернулся в простыни и одеяла, прежде чем открыть глаза, смотрящие с подозрением.
- Гарри...
- Всё в порядке, - быстро произнёс Гарри. - Я не жду, что ты скажешь тоже в ответ. Я имею в виду, что знаю, ты, скорее всего не сможешь сказать это, потому... - он был почти счастлив, что его голос не дрогнул при этом. - Ты не чувствуешь того же самого. Я знаю, что ты любишь кого-то другого. Я понимаю это, Драко. Правда.
Драко сжал челюсти.
- Я хотел бы сказать то же самое в ответ. Ты...  ты всё, что только можно было хотеть.
Гарри потянулся вперёд и запустил пальцы в волосы блондина. Пряди были немного тяжёлыми от пота после их активного занятия любовью, но Гарри даже понравилась некоторая взъерошенность Драко.
- Если бы ты сказал это в ответ, я бы начал думать, что это заклятие заставляет тебя, Драко. Потому что я знаю, что на самом деле ты так не чувствуешь.
Драко взглотнул.
- Мне жаль, что я говорил, что люблю тебя, Гарри. Я имею в виду... Я думал, что люблю тебя.
- Я знаю, - улыбнулся Гарри. Разговор причинял боль, но по-другому было нельзя. Он хотел, чтобы Драко чувствовал себя любимым. Это было единственным, что имело значение. - Не волнуйся по этому поводу, ок?
Драко проигнорировал его указание, что он был способен сделать, так как Гарри не использовал строгий голос.
- Я не настолько лицемерен, чтобы говорить, что люблю кого-то, если на самом деле нет. Я... Я, правда, думал, что люблю тебя, - закончил он, отворачивая своё лицо.
- Заклятие, - произнёс Гарри кивая. - Оно имело большее влияние на тебя в то время, ты сам сказал, что смотрел на меня как на божество, поэтому неудивительно, что ты думал, что влюблён в меня....
- Нет, - воскликнул Драко немного резко. - Это было не заклятие. Это был ты.
- Я?!?!
- Ты запутал меня. Ты...  чёрт. Не пойми меня не правильно, хорошо? Но... той ночью, перед тем как я сказал, что люблю тебя, ты вёл себя точно также как и Ник, а я всё ещё ничего не помнил и... я запутался, понимаешь?
К концу его голос сорвался на крик, как будто он был испуган или не уверен в реакции Гарри. Скорее всего, и то, и другое. Гарри взглотнул.
- Мне жаль...
- Не надо, - Гарри прочистил горло, чтобы убрать мешающий комок. - Я хочу, чтобы ты был честен со мной. Не мог бы ты объяснить, что ты имел в виду, говоря, что я был совсем как Ник?
Драко сжал зубы. Он отвёл взгляд, прежде чем ответить.
- Когда мы были... чёрт, мне слишком тяжело говорить об этом.
- Если тебе самому трудно, ты всегда можешь использовать "КЛЕВЕР"...
- Нет ничего весёлого, когда ты заставляешь меня говорить, - сухо ответил Драко. - Ладно... Когда Ник играл...  играл роль доминанта со мной, он всегда заботился обо мне после этого, вот и всё. И ты сделал то же самое. И я запутался. Только и всего.
Гарри вздрогнул.
- Драко, любой с крупицей порядочности позаботился бы о тебе, после того как выпорол или связал бы тебя.
- Но не так как ты, - прошептал Драко, казалось, что исходящее от него напряжение можно было потрогать. Он бросился на подушки. - Мы были волшебниками, но Ник всегда настаивал, чтобы обрабатывать мои раны руками. Без применения магии, и его прикосновения ко мне всегда были такими...  такими осторожными... Я думаю, что это был его способ напомнить моему телу, что то, что мы делали ранее, было, просто игрой. И ты сделал то же самое. Без магии.
Гарри кивнул. Он начинал понимать, почему Драко был настолько запутан.
- Я на самом деле хотел бы любить тебя, Гарри...
- Я не сказал тебе ничего, чтобы ты чувствовал себя виноватым, - перебил Гарри, поднимая руку, что взять Драко за подбородок. - Ты не один раз сказал, что постольку, поскольку ты веришь мне, ты чувствуешь себя некомфортно, находясь под моим контролем. И я подумал, что ты почувствуешь себя менее уязвимым, когда узнаешь, насколько ты важен для меня, вот и всё. Ты и сам знаешь, как я веду себя с дорогими мне людьми. Я сделаю всё возможное, чтобы с ними всё было хорошо.
Драко улыбнулся немного неуверенно.
- Ты так ведёшь себя со всеми. Ты вернулся за мной в горящей Выручай-комнате. И не потому, что любил меня.
- Ну... я бы сделал гораздо больше, чем это, особенно сейчас, когда я люблю тебя, - наклонившись вперёд, Гарри быстро поцеловал Драко в уголок рта. - Ты не должен волноваться о своей уязвимости, понятно? Гермиона уже ищет способ избавиться от заклятия, и если мы сможем освободить тебя, мы это сделаем. Мне безумно нравиться быть с тобой, но если мы сможем разорвать магическую связь, я обещаю, что... что позволю тебе уйти.
- Ты сделаешь это? - переспросил Драко вздрогнув.
- Разумеется.
- Ты был бы съеден заживо в Слизерине.
- Скорее всего, да, - согласился Гарри, поднимаясь на ноги. - Ты уверен, что не хочешь разделить со мной душ?
- Нет, я помоюсь после того, как посплю ещё немного.
Гарри уже почти скрылся в ванной, когда блондин его окликнул.
- Гарри?
-М-м-м?
- Я хотел тебе сказать, ну-у... ты знаешь стек для верховой езды? На самом деле ты не должен использовать его как розгу. Ты должен хлестать, используя только маленький кусочек кожи на конце, а не всю длину.
Гарри почувствовал, что его лицо вспыхнуло.
- Это на самом деле так? - во всяком случае, он сделал хоть что-то не так, как Николай. - Я запомню на будущее.
Глаза Драко распахнулись от ужаса.
- Я не имел в виду, что я хочу...
- Я и не думал, что ты захотел, - вздохнув Гарри, вернулся к кровати и подбадривающе  поцеловал Драко снова. - Драко, ты же понимаешь, что я никогда не начну ничего подобного без твоего полного и активного согласия, не так ли?
Драко подставил лицо для ещё одного поцелуя.
- Да. Если бы я смог полюбить кого-то ещё, Гарри, то это был бы точно ты.
Гарри мысленно с ним согласился. По крайней мере, сейчас. Встав, он пошёл принимать душ. В одиночестве.

Глава 64

Гарри откинулся назад за обеденным столом и проверил время. Было всё ещё слишком рано. Кингсли ещё даже не был в офисе. Драко привычно поднял бровь.
- Ты куда-то торопишься? Я думал, что твои выходные начинаются сегодня.
- Да, но мне надо заскочить в министерство и забрать наши порт-ключи.
Драко допил свой сок и кивнул.
-  В это время года линии  должны быть просто ужасными, - Драко уловил что-то в выражении лица Гарри и добавил. - Но ты же не рядовой работник. Ты, конечно, не будешь должен ждать как все остальные.
- Кингсли сказал, что позаботится об этом, - сказал Гарри, чувствуя себя виноватым. - Я не хотел, но он настоял.
- И правильно сделал. Нет ничего плохого в том, чтобы иметь высокопоставленных друзей и позволять им помочь тебе, - сказал Драко, лучезарно улыбаясь.
Ему было легко думать так. Он же Слизеринец. Получение выгоды из всего было его отличительной чертой. Хотя сейчас был самый подходящий для этого случай, подумал Гарри.
Особенно учитывая, что он не хотел быть окруженным толпой фанатов по пути в Монреаль. Он хотел спокойного нормального отпуска.
- Когда наши вещи должны быть готовы?
Гарри поднял на него глаза.
- М-м-м, мы выезжаем завтра днём. Я взял выходной на сегодня, потому что думал, что нам понадобиться целый день на  сборы.
Драко ответил оценивающим взглядом.
- Вообще-то, я обычно просто говорю "упакуйся!" и взмахиваю палочкой. Это не занимает и пяти минут.
- Ох, - повёл плечами Гарри, - я просто никогда не был за границей до этого.
- Ты никогда не покидал Британию?
- Когда я последний раз проверял словарь, значение "за границей" не поменялось, так что да.
- Я должен был дать тебе возможность выбрать, - нахмурившись ответил Драко.
- Но ты же ненавидишь Ройбегон, - пожал плечами снова Гарри, - К тому же острова не были моей идей. Их предложил Кингсли.
- Это должно быть приятно, быть на короткой ноге с самим Министром Магии...
- Я знал его, когда он был обычным аврором, - отшутился Гарри.
До него дошло, что Драко никогда не был у него на работе, и что Драко уже начал думать, что Гарри пытается скрыть их отношения. Эта мысль явно мучила Драко, который продолжал чувствовать себя виноватым за то, что скрывал отношения со своим мужем.
Меньше всего на свете Гарри хотел заставить Драко думать, что он стыдится отношений с ним. Он не стыдился, и ему было всё равно, что подумает Кингсли об их отношениях. Он любил Драко и не заморачивался о том, что кто-то узнает о них. Гарри очень хотел, чтобы Драко чувствовал себя уверенно, зная, Гарри был настроен серьёзно по поводу их отношений. Достаточно серьёзно, чтобы не прятать их отношения за дверьми дома.
- А почему бы тебе не пойти со мной и не встретиться с  ним?
Голова Драко повернулась так быстро, что Гарри подумал, что он услышал жалобный хруст шейных  позвонков.
- С Министром?
- Ага. Я должен был сделать это гораздо раньше, чтобы представить тебя коллегам.
- Я думал, что мне не позволено переступать порог этого заведения, - горько заметил Драко.
- Для поиска работы - да. Но никто не может запретить тебе прийти со мной, чтобы забрать  порт ключи, которые они сделали для нас.
Драко ухмыльнулся.
- А Министр знает, что ты поедешь со мной?
Гарри знал, что поступает правильно, проливая свет на этот вопрос.
- Конечно, он знает. Неужели ты подумал, что я прячу тебя?
- И тебя не волнует мнение людей....
Гарри покачал головой.
- А как насчёт прессы?
- Я бы, конечно, предпочёл, чтобы они не следовали за мной по пятам, с тех пор как это стало просто надоедливым, но меня не волнует, даже если они и напишут, что мы с тобой вместе. Только если... - Гарри прочистил горло. - Извини, я не подумал, как ТЫ будешь себя при этом чувствовать. Ты же не хочешь, что бы люди узнали, что мы...  живём вместе?
Драко бросил на него косой взгляд.
- Я надеюсь, ты пошутил? Ох... ты на самом деле серьёзно? У тебя нет никакого опыта светской жизни, не так ли?
- Объясни.
Драко взял его за руки.
- Ты самый лакомый кусок во всём волшебном мире, и ты ещё спрашиваешь, хочу ли я быть известным как твой избранник?
Гарри начал задумчиво кусать губы.
- Но ты же со мной не потому, что... кто я есть?
- Нет, ты можешь быть в этом уверен, я надеюсь, - сухо ответил Драко. - Это странно для меня, произносить это вслух, но я тот, кого ты должен называть озабоченным общественным мнением,  Гарри. Меня не оскорбит даже статус твоего любовника.
Гарри передёрнуло.
- О, пожалуйста, - насмешливо отозвался Драко. - Я могу понять твою щепетильность, если бы я использовал тебя для получения выгоды. Но мы оба знаем, что это не тот случай. Нет ничего не плохого в том, чтобы быть прагматиком. Моей репутации в волшебном мире не помешало бы улучшиться. Так что плохого в том, пользоваться преимуществами?  Это не результат интриг, а логичное следствие данной ситуации.
- ТЫ отвадил всех тех репортёров и не давал им никаких намёков, - сообразил Гарри.
- Рассказывать про твою личную жизнь без твоего прямого указания не кажется правильным, - Драко отвёл взгляд. - Кроме того,  тогда я не думал о себе иначе, чем о твоем рабе.
- Я рад, что ты нормальный сейчас, - кивнул Гарри, понимая, что Драко прав. Не было ничего плохого в том, чтобы быть практичным. По крайней мере, Драко не был как Джинни, пытаясь использовать прессу для освещения их совместной жизни. Он поступал совершенно противоположно.
Гарри снова проверил свои часы.
- Мы выходим минут через десять...
-  Десять минут? ДЕСЯТЬ МИНУТ??????? Быть готовым встретиться с Министром всего за десять минут? Ты совсем идиот? - Драко вскочил со стула, его лицо было перекошено паникой. - Я должен переодеться в более подходящую мантию, и проверить мой маникюр, и...
- Тебе требуется меньше времени, чтобы собраться в двухнедельную поездку, чем для встречи с Министром. - Гарри громко заржал.
Драко повернулся к нему с дерзкой ухмылкой.
- Разумеется. Он же Министр, а ТЫ просто Гарри Поттер.
Гарри подумал, что Драко был одним из немногих людей в волшебном мире, кто мог сказать это безо всякой иронии или сарказма. Просто Гарри Поттер. И Драко подразумевал именно это. При всей его осведомлённости о том, что другие люди думают о Гарри, ОН не разделял их странных иллюзий - даже если он и не отказывался  использовать их для своего блага.
Просто Гарри Поттер. И брюнету это нравилось.
Гарри Поттер мог не иметь всей светской изворотливости, которая так присуща тому, кто был рождён и воспитан в Слизерине, но основные навыки у него присутствовали. Гарри подождал, пока Драко не поднимется наверх. Потом он бросил горсть Летучего пороха в камин и назвал адрес офиса Кингсли.
Почему-то брюнет был уверен, что их визит пройдёт гораздо лучше, если они не застанут Министра врасплох.
- Гарри!! Я и не знал, что ты сегодня на работе!
Гарри повернулся поприветствовать одного из своих инструкторов в Аврорате.
- Привет, Лорен. Мы заскочили на минутку забрать наши порт ключи. Драко, это Лорен Ятис, он преподаёт теорию магического преследования для стажирующихся Авроров. Лорен, это Драко Малфой. Он едет на отдых вместе со мной.
- О, правда? - Лорен смерил Драко взглядом. - Знаешь Гарри давно, не так ли?
- С одиннадцати лет, - ответил Драко опасно вежливым голосом. - Мы учились в одной школе.
-Закадычные друзья?
- Это тебя не касается, - огрызнулся Гарри, - но сейчас мы больше чем друзья. Мы живём вместе.
Лорен отступил на шаг назад. Его коричневые глаза не отрывались от созерцания Драко, даже когда он задавал вопрос.
- А что случилось с Джинни Уизли?
- Как ты можешь преподавать магическое преследование, если ты даже не может отслеживать простой разговор? - спросил Драко с едким смешком. - На самом деле, Ятис. Гарри только что сказал тебе, что его личная жизнь тебя не касается. И я, прости, с ним согласен. НАША личная жизнь тебя не касается.
- Мы с Джинни расстались недавно, - ответил Гарри, бросая на Драко злой взгляд. Ятис был надоедлив, но это не значило, что Драко мог разговаривать с ним в таком тоне.
- Я ничего не читал про это!
Драко сделал шаг вперёд, его глаза превратились в кусочки льда.
Гарри предупреждающе сжал его плечо.
- Я не хотел, чтобы это появилось в прессе.
- Как долго ты здесь работаешь? - спросил Драко. - Скорее всего, не долго, если до сих пор не понял того, что Гарри не нравится чрезмерное внимание прессы. Господи, Я узнал это задолго до моего двенадцатилетия.
Ятис одарил Драко раздражённым взглядом, но сдержал рвущийся ответ и повернулся к Гарри.
- Извини, Гарри. Я и не догадывался, что ты интересуешься мужчинами.
Гарри изумлённо вздохнул.
- Лорен... ты не можешь говорить так, когда мой бойфренд рядом.
- И  любовник, - добавил Драко, прижимаясь к боку Гарри, - остальные звания звучат слишком ребячески, не так ли? Особенно после того, что мы вытворяли в постели....
- Драко!!! - задохнулся Гарри, разрываясь между смущением и смехом. - Достаточно!!
- Можешь идти своей дорогой, Ятис, - сказал Драко, его глаза были как кусочки льда, хотя голос был очень мягким. - Если только ты не хочешь стоять здесь и таращить глаза на наш горячий поцелуй.
Верный своему слову Драко прижался ближе к Гарри, обнял его и притянул ближе для страстного поцелуя прямо посредине коридора Министерства Магии.
Гарри уже почти задохнулся, когда Драко, наконец, отпустил его. От такого поцелуя он потерял чувство реальности, а кроме того, был крайне смущён.
- Какого чёрта??? - прошипел он, оглядываясь по сторонам в поисках свидетелей шоу.
- О, это просто твой любовник послал первое и последнее предупреждение Лорену...
- Но... но....
- Ты совершенно безнадежен, - произнёс Драко, покачивая головой. - Иногда я просто удивляюсь, что ты до сих пор никем не подцеплен, с твоей лёгкой поддаваемостью манипуляциям.
- Да, особенно твоим.
- Ну, это в порядке вещей! - подольстился Драко.
- И зачем тебе было набрасываться на Лорена? Мы уже три года работаем вместе!
- Гарри, "я и не знал, что ты интересуешься мужчинами" переводится как "Но  теперь, будь уверен, что я от тебя не отстану".
- Перестань, он, скорее всего, имеет сестру или что-то в этом роде...
- Напротив, он сейчас бьёт себя по ушам, что не заметил твоего интереса мужчинами раньше...
- Мужчиной, - поправил Гарри, таща Драко через холл в свой кабинет. - Я больше ни о ком и не думаю.
- И правильно делаешь, - коротко ответил Драко. - Ты можешь его уволить?
- НЕТ!!!
Драко вздохнул.
- Я так и думал. А жаль.
- Проснулось чувство собственности? - Гарри никогда бы и не подумал, хотя должен был бы, учитывая поведение Драко.
- Учитывая моё положение... Что будет со мной, если ты влюбишься в кого-нибудь ещё?
О Господи. Неудивительно, что Драко настолько резко отреагировал. Он наверняка чувствовал себя уязвимым каждой клеточкой своего тела. Гарри, наконец, понял желание Драко обозначить влюблённость в него Гарри.
- Никогда, - выдохнул Гарри, прижимая Драко к стене для более длительного поцелуя. - Ты мой.  И я не собираюсь ни в кого больше влюбляться. Ты единственный для меня.
- Только помни об этом, когда этот Ятис приносит тебе чай.
- Как ты узнал?..
- Ха! - воскликнул Драко.
- Хорошо, хорошо, он действительно часто приносит мне чай. Но это не значит, что я его интересую!!!
Драко молча закатил глаза. Их дискуссию прервал стук в дверь.
- Гарри?
- Заходи, Ленора, - позвал Гарри, узнав приветливый ведьмин голос.- Я просто показываю Драко, где я работаю.
К гарриному изумлению - и ужасу - Драко казалось, воспринял Ленору как потенциального соперника. Его серые глаза сузились, губы превратились в тонкую линию, когда он оглядывал её струящиеся светлые волосы и облегающую мантию.
- Ленора Рейнолдс, я хотел бы представить тебе Драко Малфоя. Он мой любовник, - произнёс Гарри, стараясь не запинаться на этом слове. Он бы никогда не произнёс его, если бы не чувствовал, что это как-то уменьшит беспокойство Драко. - Драко, это Ленора, она мой секретарь.
Ленора улыбнулась.
- Приятно познакомиться. Собираешься провести выходные с Гарри, не так ли?
Драко в ответ просто кивнул, подозрительно посматривая на неё.
- И чем ты занимаешься?
- Я нахожусь на Гаррином содержании, - растягивая слова, произнёс Драко.
- Он совершенно независимый человек и не нуждается в работе, - быстро произнёс Гарри, поперхнувшись. Ревность была понятной, но ситуация явно выходила из-под контроля. - Ты чего-то хотела, Ленора?
- Нет, просто я услышала голоса в твоём кабинете, хотя твоё расписание говорило, что ты в отпуске. Я хотела проверить, что всё в порядке.
- Всё замечательно. Спасибо, Ленора.
Гарри подумал, что она великолепный работник. Ленора поняла невысказанную просьбу оставить их одних. Как только они остались одни, заперев дверь, Гарри набросился на Драко.
- Послушай, чувство собственности нормально, но сейчас ты ведёшь себя как параноик. Ленора счастлива в браке и имеет двух детей.
- Она издевалась надо мной, спрашивая, чем я зарабатываю на жизнь, как будто Малфои должны работать. Она пыталась сказать, что ты можешь найти себе кого-то получше, чем богатый молодой бездельничающий...
- Господи, Драко! - простонал Гарри. - Тщеславие и неуверенность это ужасная комбинация. Она маглорождённая, училась в Штатах, приехала в Англию пару лет назад. Она ничего не знает об истории чистокровных семей здесь.
- А что случилось с её акцентом?
- Адаптирующие чары, - улыбнулся Гарри своим воспоминаниям. - Ленора не была рада этой идее. Она клялась, что и так уже свободно говорит по-английски. И хотя это действительно так, но при её постоянном общении с прессой это необходимо.
- Министерство разрешило нанять тебе американскую волшебницу, - спросил Драко прямо. - АМЕРИКАНКУ?!?!
- Ну, она замужем за англичанином. И.. э-э-э, я сумел настоять на своём, - признался Гарри морщась. - Но она была самым лучшим кандидатом...
- Уверен, что да. Остальные, наверное, смотрели на тебя своими пожирающими глазами и ныли "О, мистер Поттер, вы мой герой, это будет честью для меня работать с вами". Уверен, что и мужчины тоже.
- Что-то вроде того, - признался Гарри. - Кроме одной бой-бабы, которая сказала, что я слишком юн, чтобы иметь секретаря. Наверное, она права, и я не против людей, которые могут высказывать мне своё мнение, но эта штучка... Напомнила мне Амбридж.
- Я думаю Ленора нормальная. - Сказал Драко неохотно, - ты не рассказал мне, что там с её замужеством?
- Драко...
- Хорошо-хорошо, ты не расскажешь, - Драко поднял руку к своему виску. - Я и не предполагал, что встреча с твоими подчинёнными будет настолько утомительной. Как насчёт зелья от головной боли?
Гарри извлёк бутылочку из ящика стола, торопливо захлопнув его, когда он увидел папку в нём. Досье. Он должен был уже отдать его Гермионе и посмотреть, может она сможет найти что-нибудь полезное. С её опытом в родовой магии, почерпнутом из книг и разговоров с Драко, она могла заметить что-то, что пропустил Гарри. Но это могло подождать до их возвращения из отпуска.
- Лучше? - спросил Гарри, забирая бутылочку после того, как Драко проглотил её содержимое.
- Ха, магазинное. Напомни мне сварить тебе приличные зелья, чтобы хранить здесь. Ты не должен страдать из-за того, что что-то случилось не дома. Чёрт, хотелось бы мне иметь одно из зелий Северуса от головной боли. Они настолько хороши, что ты безвозвратно забываешь о том, что когда-то страдал от головной боли.
- Ты можешь поискать рецепт в его книге, если он сделал пометки о его варианте, - предложил Гарри.
-В той книге, которую ты у меня забрал?
Гарри слегка сжал  плечо Драко.
- Я сделал это потому, что ты всё ещё не помнил многого, и я не хотел, чтобы ты... учитывая твоё прошлое... я боялся, что ты можешь подцепить там какое-нибудь черно магическое проклятье, - когда Драко вздрогнул, Гарри сжал его плечо сильнее.- Как однажды сделал я.
- Ох...
- Оно было помечено "для врагов", и когда дело дошло до схватки, я не смог устоять и применил его. Я не хотел, чтобы что-нибудь подобное случилось с тобой.
- А сейчас я могу воспользоваться книгой?
- Только если пообещаешь использовать её только для чтения. А если захочешь поэкспериментировать, то сначала скажешь мне. Не повторяй моих ошибок.
Драко повернулся и быстро поцеловал руку Гарри.
- Это очень важно для меня, что ты веришь моему слову, особенно после...
- Мы начинаем нашу жизнь снова, - твёрдо сказал Гарри, - мы должны быть честны друг с другом. Именно поэтому я говорю тебе, как сильно люблю тебя, и... - Гарри покачал головой, не давая Драко прервать себя. - Именно поэтому я счастлив, что ты не говоришь мне того же в ответ. Счастлив, ты понимаешь? Я предпочитаю правду твоей сладкой лжи.
- Тем более что ты узнаешь, когда солгу, - прошептал Драко, - Ты мне действительно очень - очень нравишься. Очень-очень-очень, Гарри. Я уверен, что смогу быть счастливым с тобой,  и сделать тебя счастливым, даже если я... просто не чувствую того же, что и ты.
- Ты и так делаешь меня счастливым, - ответил Гарри, заключая Драко в свои объятия,  как будто совершая танцевальное движение, и обнимая его крепче, чтобы беззаботно поцеловать его и заставить поверить в сказанное. К тому же, это было правдой. Гарри был счастлив. Конечно, ситуация была бы гораздо лучше, если бы Драко тоже любил его. Гарри продолжал верить, что если он будет нежен и терпелив с Драко, то его мечты осуществляться.
Рон был прав, люди могли по-настоящему любить не только один раз. Драко просто нужно было немного времени, чтобы залечить старые раны, пережить своё горе и злость после смерти мужа.
Гарри надеялся, что время залечит все раны, особенно сейчас, когда он увидел реальную сущность Николая Преображенского. Глубоко порочный. Ничего похожего на совершенство.
Что значило, что может быть, возможно, у Гарри был шанс.
- М-м-м, - продолжая поцелуй, отозвался Драко, его руки обвились вокруг Гарри.
- Не совсем то, о чём думал Министр,  когда выделял тебе отдельный кабинет, - раздался голос позади них.
- Министр, - выдохнул Гарри, сбрасывая  руки Драко. Министр стоял в камине на четвереньках, его верхняя половина туловища была в офисном камине Гарри. - Извините...
- Нет, нет, не за что, ты же в отпуске. Не беспокойся об этом. Я просто хотел проверить, не на работе ли ты. У меня назначена внешняя встреча через пятнадцать минут, и мне нужно поговорить с тобой о вашей поездке.
- Мы будем через секунду, - ответил Гарри. Кингсли кивнул и вернулся в свой офис.
Гарри услышал шум прерванного каминного соединения. Как только Гарри понял, что можно перестать быть начальником отдела, он застонал и обхватил голову руками.
- Ну, - сказал Драко с ноткой веселья, - Министр оказался несколько ниже, чем я предполагал.
В ответ Гарри разразился странноватым смехом.
- Только, пожалуйста, не начинай свою песню, что он тоже положил на меня глаз. Я вряд ли смогу это вынести.
- Да нет, он не в твоём вкусе, - подумав, сказал Драко.
- Из-за серьги?
- Из-за недостатка волос, - Драко движением руки отбросил собственные волосы назад, пропуская прядки через пальцы. - Тебе нравится, когда есть с чем поиграть, я заметил.
- Мне нравится иметь гораздо большее для игры, чем просто волосы, - огрызнулся Гарри, одаряя Драко взглядом с ног до головы. - Я тебе покажу, когда мы вернёмся домой.
Драко покраснел, затем достал свою полочку и сотворил какие-то сложные чары, которые скрыли выдающий его румянец.
- За пару мгновений до встречи с Министром это вряд ли самое подходящее время смущать меня, - проворчал он, творя ещё одно заклинание, чтобы безупречно разгладить свою мантию.
- Пошли, не стоит заставлять его ждать, - Гарри шагнул в камин, который, к счастью, был достаточно большим для обоих. Видя неуверенность Драко, он протянул ему руку. - Всё будет хорошо.
Драко ответил слабой улыбкой.
- Разумеется, будет. Моя семья всегда была на короткой ноге с Министерством магии прежде. Наверное, я даже ещё более привычный для такого уровня, чем ты.
Это балы чистейшая бравада, Гарри ясно видел. Драко нервничал невероятно сильно. Главной причиной для этого было то, что Кингсли Шеклболт участвовал в процессах против пойманных Пожирателей смерти в конце войны. Он отлично знал, кем был Драко, а Драко знал, что Кингсли знает. И Гарри решил шуткой подбодрить Драко.
- Хороший аргумент. В следующий раз, когда мне придётся идти на какое-нибудь убийственно скучное официальное мероприятие, ты можешь пойти со мной в качестве пары и показать мне, как следует себя вести в таких кругах.
- Обязательно, - огрызнулся Драко, когда, наконец, шагнул в камин и сжал руку Гарри.
Разумеется, он пойдёт. Гарри мог стать его обратным билетом к прошлому положению в обществе. Что совершенно не беспокоило Гарри. Особенно, если бы это могло сделать Драко счастливым. Может, когда-нибудь, это вернёт ему любовь блондина.
Кингсли встал, когда они вошли, и протянул руку Драко.
- Мистер Малфой.
- Министр Шеклболт, - ответил Драко, коротко пожимая протянутую руку.
- Как я понимаю, вы собираетесь на выходные с Гарри.
- Да, - ответил Драко с улыбкой, которая показывала, что он чувствует себя не в своей тарелке и старается скрыть это. - Монреаль на Рождество должен быть потрясающим.
- Присаживайтесь, - Кингсли сделал движение рукой, занимая своё место за столом, прежде чем пристально посмотреть на Драко. - Будут ли ваши родители путешествовать вместе с вами?
- Нет, Министр. Мы будем сами по себе.
Гарри начал злобно смотреть на Министра, но тот проигнорировал его взгляд.
- Не думаете ли вы, что сыну следует проводить Рождество со своими родителями?
Гарри был удивлён, что самообладания Драко хвалило, чтобы спокойно ответить на этот вопрос.
- У меня с родителями  достаточно сложные отношения в настоящее время. И даже, если бы они и были другими, Министр Шеклболт, мой отец не имеет права покидать пределы Британских островов.
Как вы отлично знаете, добавил тон ответа Драко.
- Х-м-м, - Кингсли посмотрел на Драко долгим взглядом, не выражающим ни малейшего сочувствия. Гарри не был уверен, что задумал Кингсли. Запугать Драко, чтобы тот сказал что-нибудь ещё? Но Драко ответил ему достойным взглядом, только в глубине которого сквозила лёгкая нервозность.
Наконец, Кингсли сосредоточил своё внимание на Гарри.
- Волшебное сообщество в Квебеке попросило меня передать тебе несколько вещей. Первое, их бесконечную благодарность. Они осведомлены о том, что ты сделал для Англии, и считают, что если бы Волдеморт не был остановлен в Европе, то рано или поздно он добрался бы и до Нового Света.
Гарри почти смог подавить свой вздох. И получил сочувствующий взгляд от Кингсли.
- Да, я знаю. Но я обещал передать послание. Если тебя это утешит, то я едва смог их отговорить от организации специального приёма в твою честь. Они были просто помешаны на этой идее, но я не уступил для твоего блага.
- Спасибо и на этом.
- Но это вовсе не означает, что ты сможешь избежать посещения нескольких официальных мероприятий. Период праздников, множество известных людей, и всё такое.
- Я уже понял это, - вздыхая сказал Гарри. - А что ещё?
Улыбка Кингсли превратилась в тонкую, как лезвие, линию.
- При всей их благодарности, ты должен держать в уме, когда находишься за границей, что не имеешь прежних полномочий аврора. Они сказали, чтобы обо всём подозрительном ты сообщал в соответствующие организации. Ни в коем случае не пытайся решить проблемы самостоятельно.
- Как будто я направляюсь в отпуск с целью поиска подозрительных личностей!
Кингсли рассмеялся.
- Что правда, то правда. Но ты же знаешь, что после Скитер твоя биография является самой популярной книгой в волшебном мире, переведена на что-то около шестнадцати языков...
- Биография??? По большей части сборник вранья...
- Частично, - признал Кингсли. - У тебя действительно есть отвратительная привычка решить все проблемы самостоятельно. Защита философского камня от тёмных профессоров. Поиск и уничтожение хоркунсов. Спуск в подземелья, чтобы спасти красивых девушек из бедственной ситуации...
- Преследование меня, слежка в течение месяцев, наконец, - добавил Драко.
Гарри был удивлён, что Драко затронул эту тему, но решил что упоминание Джинни как "красивой девушки", которую  Гарри пытался спасти, было более вероятным. Похоже, Драко был в настроении посоревноваться с несостоявщимися любовниками.
Кингсли прищурил глаза и, чуть повернувшись на стуле, снова посмотреть на Драко.
- Вы говорите о том годе, когда вы помогли Пожирателям смерти проникнуть в Хогвартс.
Драко едва заметно вздрогнул, но выдержал взгляд Министра.
- Да. К большому сожалению, Гарри не смог меня остановить. Война могла бы никогда не проникнуть в Хогвартс.
Гарри заметил, Кингсли бросил на него настороженный взгляд. Точно такой же, как и во время приветствия.
- Ты винишь себя в этом?
Вместо ответа Драко опустил глаза на свои руки.
- Министр, Драко и я уже обсудили всё по этому вопросу, - решил вмешаться Гарри. Это не было стопроцентной правдой, но было достаточным. - И...
- Кингсли. Сколько раз я тебе должен повторять?
- Кингсли, - повторил Гарри неохотно. - Драко уже получил своё по полной программе. И вы знаете это, и поэтому нет никакой надобности снова копаться в его прошлом...
- Но когда начальник отдела и мой лучший аврор собирается за границу с...
- Чушь, - перебил Драко, его губы слегка кривились. - Вовсе не поэтому вы подняли вопрос о моей более чем подпорченной репутации, Министр. Вы любите Гарри как родного сына и беспокоитесь о нём. Почему бы вам не сказать ему об этом, вместо того, чтобы делать чисто деловой вид?
Пока Гарри сидел с обалдевшим видом, Кингсли коротко рассмеялся.
- Э-э, Гарри, я думаю, что твой спутник по путешествию слегка преувеличивает реальность, но, по сути, он прав. Я действительно очень сильно беспокоюсь о тебе.
- Я вам за это благодарен, - сказал Гарри, стараясь не показать, насколько ему это приятно. Он не хотел выглядеть как пятилетний ребёнок, страдающий от дефицита внимания. - Но я так же беспокоюсь, что происходит с Драко. Я должен уточнить, что "спутник по путешествию" не совсем правильное определение. Мы прожили вместе большую часть этого года.
- Ты уже упоминал это утром, когда мы общались через камин, - Кингсли опять повернулся к Драко. - Вы так и не ответили на мой вопрос. Вы вините себя?
Драко поднял на него взгляд  и кивнул, его серые глаза неотрывно смотрели на мужчину. Кингсли наклонился вперёд, сцепив руки на столе перед собой, его взгляд стал более мягким и сочувствующим. Гарри мог бы расслабиться, если бы не знал истинную причину такого поведения - обычная тактика для допроса.
- Но ты был ребёнком, твоим родителям угрожали расправой...
Драко снова опустил глаза.
- Я был достаточно взрослым, и Альбрус Дамблдор мог защитить моих родителей от опасности...
- Драко, у тебя не было никаких причин верить в это, - убедительно сказал Гарри, одаривая Кингсли злобным обвиняющим взглядом. Какой смысл был заставлять Драко чувствовать себя ужасно СЕЙЧАС из-за того, что тот сделал давным-давно. - В том окружении, в котором ты рос, у тебя не было ни малейшего шанса узнать это, а учитывая, что жизнь твоих родителей была на кону...
- Ты бы не позволил Пожирателям Смерти проникнуть в Хогвартс, не смотря ни на что, - перебил Драко охрипшим голосом. - Ты бы не поставил полную детьми школу в опасное положение.
Неожиданно Кингсли решительно кивнул.
- Может быть, вы и Гарри присоединились бы ко мне за ужином как-нибудь после Нового года, Мистер Малфой?
- Скорее сего, нет, Кингсли, - ошеломленно ответил Гарри. - Зачем мне хотеть пропустить Драко сквозь очередной круг ада?
- Всё не настолько плохо, - пожал плечами Кингсли, - Ты не можешь обвинять меня в том, что я беспокоюсь о твоей близости с тем, кто носит Тёмную метку, Гарри. В любом случае, если вы придёте на ужин, мы больше не будем поднимать эту тему. Я услышал достаточно, чтобы отложить суждение о мистере Малфое до того момента, как узнаю его лучше. Мне понравилось, то, что он признал свою вину, не пытаясь оправдаться.
- Не вам судить о его поведении, - начал Гарри, постепенно закипая.
- Мне не позволено иметь собственное мнение?
- Вы можете пойти с ним на хер!
- Хорошо, что ты в отпуске сегодня, - сказал Кингсли с лёгкой улыбкой. - Прости, что я пытаюсь о тебе позаботиться, Гарри. Может, пожелание на Рождество?
- Я уже получил от вас подарок, - ответил Гарри, стараясь продолжать сердится на него. Хотя это и было трудным. Он действительно понимал, что Кингсли хотел как лучше. И если совсем честно, он должен был признать, что год назад он бы и сам подозрительно смотрел на любого из своих друзей, встречающихся с Драко Малфоем. Да и сейчас бы тоже, только совсем по другой причине.
- Ну, хорошо, а сейчас, боюсь,  я должен отправиться на следующую встречу, - сказал Кингсли, вставая. Он протянул руку Драко для рукопожатия. - Наслаждайтесь Монреалем, оба.
- Спасибо. Мы постараемся, - сказал Гарри, кивая, чтобы показать, что больше не злиться из-за того, как Кингсли разговаривал с Драко.
- Тогда, держите. - Кингсли достал из ящика стола потрёпанный клетчатый шарф и передал через стол Гарри. - Будь уверен, что оба держите его завтра в полдень. Он доставит вас прямо к стойке прибытия в Монреале. Чтобы вернуться обратно возьмитесь за него в полдень четвёртого января. Если будет необходимо вернуться раньше, то вы должны будете связаться с Британскими посредниками квебекском отделе порт-ключей.
Гарри почувствовал, что его голова идёт кругом.
- Посредниками? Кто... где я буду их искать...
- Не беспокойся, - спокойно сказал Драко. - Я уже путешествовал за границу несколько раз. Это всё гораздо проще, чем звучит.
Кингсли перевёл взгляд с Гарри на Драко и обратно.
- Ну, тогда вы отлично друг другу подходите.
- Да. Спасибо за порт-ключ, - сказал Гарри.
Кингсли коротко кивнул. Поняв его намёк, Гарри повернулся покинуть офис, Драко последовал за ним.
До их прибытия домой Драко не сказал ни единого слова. Гарри ожидал хоть каких-то реплик по поводу Кингсли, или очередной вспышки ревности по поводу гарриных коллег. Вспоминая об этом, Гарри понял, что ему даже понравилось.
Это ещё не было любовью, но, по крайней мере, было.
Единственным, что сказал Драко, было то, что ему необходимо посетить несколько Рождественских магазинов перед поездкой, и он вернётся чуть позже, если Гарри не возражает. Едва дождавшись гарриного кивка, он аппарировал.

Глава 65

– Enfin*, – сказал Драко, слегка вздыхая, пока закрывал дверь в их комнаты в отеле за портье, который получил от него чаевые.
– Ты уже можешь говорить по-английски, – сухо заметил Гарри. – Здесь нет больше никого, способного впечатлиться.
– Non pas toi**? Какая разница, Гарри? Тебе не нравится мой акцент?
– Это звучит великолепно, но не скажу, что хорошо в этом разбираюсь, – Гарри нахмурился. – Твоё свободное владение языком не означает, что ты должен встревать в каждый разговор и флиртовать за рамками приличий!
Драко поднял бровь.
– Это ты на кого намекаешь?
Гарри приготовился загибать пальцы, пока перечислял.
– Женщина в зоне прибытия через порт-ключи. Водитель такси по дороге сюда. Администратор...
– Все женщины, – отмёл претензии Драко. – Я не увлекаюсь женщинами.
– Тогда почему ты флиртовал с ними?
Драко прищурил глаза.
– Я просто был радушным. Разве я виноват в том, что французский сам по себе настолько сексуальный язык? Он заставляет меня становиться чуть более эмоциональным.
– Ох, – выдавил Гарри, чувствуя себя глупо.
– Я – не ты, – продолжил Драко более суровым голосом. – Я не интересуюсь, чем попало... ну, по крайней мере, не в этом плане. Не женщинами. Но даже если бы и заинтересовался, то у меня с ней едва ли что-либо получилось.  Ты начал ревновать на пустом месте, особенно учитывая наши обстоятельства.
– Ну да, – Гарри тяжело вздохнул, искренне желая, чтобы обстоятельства были другими.
Для Драко знание того, что он не может кончить без прикосновения Гарри, не могло быть приятным. Хотел Драко того или нет, но Гарри собирался быть его единственным сексуальным партнером.
И хотя это полностью удовлетворяло одну из сторон Гарри – ту, которая любила пороть Драко, например, – всё равно всё это являлось чертовски удручающим. Гарри хотел быть желанным сам по себе, а не потому, что является единственным вариантом для Драко.
– Я не мечусь...
– Между чем?
Драко вздёрнул подбородок.
– Не важно. Если тебе это поможет, то весь наш разговор в такси был о том, как счастлив я быть на выходных с таким привлекательным любовником.
– Привлекательным?! Она назвала меня привлекательным?
– Нет, я назвал тебя привлекательным, а она согласилась.
Гарри был крайне смущён, когда почувствовал, как тепло от этих слов разливается по его телу. И засмущался ещё больше, когда не смог удержать следующий вопрос, сорвавшийся с его губ.
– Ты считаешь меня привлекательным?
– Я думал, мы уже обсудили этот вопрос, – ответил Драко, с раздражением посмотрев на него. – Да, я считаю тебя привлекательным. Ты привлекаешь меня. Я знаю, что уже упоминал про это. И если ты только скажешь, что это действие заклятия, я, скорее всего, ударю тебя, и тогда у нас будут серьёзные проблемы. Я имею в виду боль в груди.
– Я... Я просто подумал...
– Ты подумал, что я уложил тебя на траву и обнимал тебя потому, что нахожу тебя омерзительным?
– М-м-м, я выгляжу весьма обыкновенно, а вот ты, о Мерлин, ты воплощение великолепия...
– Ну да, настолько великолепный, что ты не смог удержать себя от прикосновения ко мне, пока я спал, – сказал Драко, его уголки губ чуть подёргивались, как будто он старался сдержать улыбку. – Мне нравится твоя мысль. Но не могут же все люди быть похожими на меня! Холодный арктический взгляд... нет, ты теплее. Высокий, темноволосый и привлекательный, это больше подходит тебе.
Драко неожиданно замолчал и взмахнул рукой.
– Четвёртый этаж, да?
Гарри вздрогнул, такая резкая смена темы разговора немного ошеломила его. Он бы с гораздо большим удовольствием выслушал бы ещё раз двадцать, что Драко действительно находит его привлекательным. Хотя и не было смысла зацикливаться на этом. Это приведёт его от теперешней неуверенности к полному помешательству.
– Ну, я знаю, что во время своих путешествий ты более привычен к пент-хаусам...
– И как же ты догадался?
Гарри проигнорировал язвительный вопрос.
– Но апартаменты наверху не имеют того, что есть здесь.
– Обивки в цветочек? – уточнил Драко, окидывая мебель вокруг многозначительным взглядом.
– Там шикарная ванна, – ответил со смехом Гарри.
Реакция Драко полностью соответствовала его ожиданиям.
– Э-э-э... пардон?..
– Ну, по крайней мере, насколько это возможно у магглов.
Скрестив пальцы на удачу, Гарри провёл его в правую спальню, надеясь, что угадал правильно. Всё что он знал из брошюры в туристическом агентстве, было только, что одна из соседних ванных комнат должна была иметь глубокую ванну, достаточную для двоих... Как оказалось, он угадал правильно.
От удивления глаза Драко стали огромными.
– Ох, это выглядит многообещающе. Не сравнить с ванной старост в школе, но в миллион раз лучше душа в твоём доме, не так ли?
Гарри едва смог удержать улыбку от второй части фразы. Двадцать пятое ещё пока не наступило. Ещё не время раскрывать все свои секреты.
– Я думаю, что соседняя комната имеет только душевую кабину.
Драко послал ему лукавую улыбку.
– На самом деле? Ну, тогда я предполагаю, нам придётся пользоваться ванной совместно. Ты это пытаешься сказать?
– М-м... ну, да.
– И если мы делим ванну, я предполагаю, что также мы можем и делить постель, – ухмыльнулся Драко. – Я должен предупредить тебя...
– Что ты храпишь?
Драко отскочил назад, его рот был открыт от возмущения.
– Да никогда в жизни!
– Только чуть-чуть, – поправил Гарри. – Что ты хотел сказать мне?
– За такие штучки, я мог бы оставить тебя сгорать от любопытства.
– Так что это? – спросил Гарри, нервно потирая ухо. – Может, клевер?
– Очень смешно. Я просто хотел предупредить тебя, что твоя техника соблазнения нуждается в явной доработке. Если ты хочешь заполучить меня в свою кровать, то ты не должен заказывать номер с двумя спальнями. Кроме того, здесь что-то написано про fait accompli***.
– Ты опять переходишь на французский...
Драко опять перебил его, на этот раз весьма серьёзным тоном.
– Но... почему ты выбрал две спальни? Я не понимаю.
Гарри пожал плечами.
– Просто, я заказывал номер, до того как мы стали спать вместе.
– Ах...
Один слог, но прозвучавший настолько ёмко.
– А ты о чём подумал?
– Что ты, наверное, хочешь иметь личное пространство, – сказал Драко, отворачиваясь.
Гарри быстро шагнул к нему и обхватил рукой шею блондина, притягивая того ближе, когда прошептал свой ответ.
– Ты спал со мной в моей постели две ночи подряд. Что заставило тебя подумать, что я захочу чтобы тебя не было рядом?
Драко закрыл глаза, но Гарри успел заметить вспышку боли в них.
– Когда мы были любовниками раньше, ты всегда спал отдельно.
– Нет...
Драко резко открыл глаза.
– О да, Гарри. Отдельно. У нас была только одна ночь вместе на твоём диване в гостиной, и пара раз в В-в-вороньем Утёсе, но в большинстве случаев ты просто приходил ко мне в комнату для... и уходил после.
Вспоминая, Гарри вздохнул. Казалось, что с того времени прошли века, хотя на самом деле всего несколько месяцев.
– Ну, хорошо. Ты прав. Наверное, я думал, что само по себе плохо, что заклятие заставляет тебя обращаться ко мне за сексуальной разрядкой, и я должен уважать твою свободу достаточно, чтобы оставлять тебя одного после.
– Я чувствовал, что тебе как будто нужно только одно от меня, – Драко дёрнулся назад подальше от Гарри. – И тогда я понял, что если ты хочешь секса, то я должен вывернуться наизнанку, чтобы быть хорошим рабом и сконцентрироваться на том, чтобы полностью удовлетворить тебя, даже если это значит, что ты будешь спать со мной и не спать со мной. И тогда мне хотелось кричать, потому что не мог сделать этого, мне нужно было больше...
– Ты просто отлично всё это скрывал! – ответил Гарри, продолжая двигаться вперёд, тогда как Драко старался отодвинуться от него назад, пока его ноги не упёрлись в туалетный столик. Гарри пригвоздил Драко к стене своим телом, для надёжности удерживая и его руки, переплетя пальцы. – Ты так старался ублажить меня, а я даже и не подозревал, насколько это мучает тебя.
Ноздри Драко вздёрнулись.
– А сейчас?
– Ну-у, ты больше не будешь спать в одиночестве, если только не скажешь мне, что хочешь этого, как насчёт такого варианта?
– Это может помочь...
Приникая ближе, Гарри оставил дорожку лёгких поцелуев от подбородка до лба Драко.
– Существует только одна проблема.
– И какая же?
К этому моменту Гарри добрался до уха Драко. Слегка покусывая мочку, он прошептал окончание фразы:
– Ты постоянно будишь меня в несусветную рань. Что будем делать с этим? Раньше ты никогда не выказывал подобной прыти по утрам, но два последних утра ты провоцируешь меня на занятия сексом ещё до рассвета.
Драко повернул своё лицо и быстро поцеловал губы Гарри, от чего у того пошла голова кругом.
– Ну что я могу на это сказать? Ты мне нужен.
«Это не было «Я люблю тебя»,  но было максимум того, к чему был готов Драко», – подумал Гарри.
– А что, если мне нужен здоровый сон?
– Ну, мы всё равно на выходных. Удовлетвори меня, и потом можешь спать столько, сколько пожелаешь. Обнимая меня.
– Хм-м, звучит заманчиво.
– Ещё бы.
Драко обхватил рукой шею Гарри и притянул его для следующего поцелуя. Который был уже не таким нежным. Гораздо более голодным. Когда Драко прервал поцелуй, его глаза горели. От увиденного строго желания на лице Драко Гарри не смог удержаться от ухмылки. Он демонстративно посмотрел на часы, которые автоматически настроились на местное время, как только они прибыли в зону прибытия через порт-ключи.
– М-м, ты знаешь, здесь всё ещё очень рано. Я сомневаюсь, что магазины и достопримечательности открыты сейчас для туристов. Мы могли принять продолжительную ванну вместе прямо сейчас, если хочешь. Я бы сделал тебе массаж...
Гарри не стал говорить, какого рода массаж, но его прекрасно поняли. Хриплость голоса говорила сама за себя.
– А потом ты ещё предложишь, чтобы мы провели весь день в постели, – сухо заметил Драко.
– Ну, я специально выбрал отель с самым лучшим сервисом. Нам даже не придётся никуда выходить для еды.
– Хоть это и звучит соблазнительно, но я больше настроен на скорейшее знакомство с городом, – Драко пошёл обратно в комнату и отдёрнул занавески, чтобы насладиться видом на реку Святого Лоренса. – Я никогда прежде не был в Новом Свете.
– Но я же тебе сказал, что всё ещё закрыто!
Драко повернулся и посмотрел на него с насмешкой.
– Я не против того, что ты хочешь секса, Гарри. Это даже льстит мне, но тебе нужно научиться принимать ответ «нет».
– И какой же из тебя раб после этого...
Улыбка немедленно сползла с лица Драко.
«О, Мерлин», – содрогнулся Гарри.
– Я пошутил, – быстро добавил брюнет. – Я не собирался принуждать тебя к чему-либо. Я имею в виду, если мы не играем, но ты сейчас не в настроении, и я понимаю, правда. Я просто... имел в виду, что это хорошо, что ты можешь говорить мне «нет» настолько легко. Я бы не вынес, если бы ты бездумно починялся моим желаниям.
– Так же, как и до того, как память вернулась ко мне? – ноздри Драко затрепетали. – О, да, я заметил, насколько ты это ненавидел, Гарри.
– Но тогда ты и сам хотел мне подчиняться, не так ли?
– И я всё ещё хочу подчиняться тебе.
Гарри сжал кулаки.
– Иногда я действительно ненавижу это заклятие.
– Иногда я действительно ненавижу принадлежать настолько полному болвану.
Его ответ сильно озадачил Гарри.
– Что?
– Это не чёртово заклятие! – заорал Драко. – Это я! Ты заметил или нет, что Ник и я держали в сундуке, Гарри? Я люблю подчиняться. Я тебе говорил это! Отдавать контроль другому человеку это наркотик для меня! – Его злой тон постепенно сошёл на нет, в голосе теперь была лишь досада. – Разве ты так и не понял? Заклятие не заставляет меня делать ничего, если ты не используешь строгий голос, и оно никогда не заставляет меня чувствовать или хотеть чего-нибудь. Только я решаю это. Сам.
– Ну, хорошо, – медленно произнёс Гарри, отчаянно соображая, что сказать дальше. Меньше всего он хотел ещё больше всё усложнить.  – М-м... если ты всё ещё хочешь, ты мог бы... получать удовольствие от повиновения мне, тогда... Похоже, я не понимаю, почему ты говоришь, что не хочешь больше играть в подобные игры со мной.
Драко полностью отвернулся к окну.
– Я действительно хочу.
– Тогда?.. – Гарри дал вопросу повиснуть в воздухе.
Драко ответил после довольно продолжительного молчания.
– Всё по-другому, когда знаешь, что это не только игра, Гарри. Когда вместо игры ты действительно оказываешься рабом... Всё по-другому, когда знаешь, что ты действительно можешь заставить меня делать всё, что пожелаешь.
– Но я никогда...
– Я знаю, – тихо перебил Драко, всё ещё стоя спиной к нему. – Я не имел в виду, что я не верю тебе, потому что действительно доверяю.
Не сумев противостоять желанию преодолеть такое маленькое расстояние между ними, Гарри приблизился к блондину вплотную и сжал его руку, переплетя пальцы вместе.
– Это больше не... заводит, когда фантазии становятся реальностью?
– Нет, это заводит даже больше, – ответил Драко, на мгновение встретившись с ним взглядом, а потом быстро отведя глаза в сторону. – Но это вовсе не значит, что ситуация воспринимается как правильная. Быть рабом на самом деле... это то, чего я хотел с Ником, понятно? О чём фантазировал, во что мы играли. И у меня есть всё это сейчас, но только с тобой, и...
– Чувствуешь себя виноватым из-за своего желания со мной, – продолжил Гарри, слегка сжимая его руку.
Драко кивнул, одинокая слезинка скользнула по его щеке.
– Мне жаль.
Подняв руку Драко к своему рту, Гарри ответил долгим и нежным поцелуем.
– Это только значит, что ты очень сильно любил своего мужа. Тебе не за что извиняться.
Драко сердито вытер щёку свободной рукой.
– Я не могу поверить, что настолько глупо веду себя. Ник мёртв, и ты здесь, и я всё равно твой, и ты мечта всех и вся, и наши интересы идеально совпадают. Ты начинаешь быть идеальным доминантом, чёрт побери, а я всё ещё настолько глуп, что не могу заставить себя полюбить тебя!
– Это не важно, – серьёзно ответил Гарри.
– Как это может быть неважным?
– Ну, разумеется, мне бы этого хотелось, – признал Гарри. – Но, правда, Драко. Меня окружает так много людей, которые готовы броситься мне на шею по щелчку пальцев, и твоё нежелание поступать так же только добавляет новизны в наши отношения. И если бы ты пытался полюбить меня из-за того, что моё имя могло бы помочь тебе вернуть утраченные позиции в волшебном мире или что-то в этом роде... то ситуация была бы намного хуже той, что мы имеем сейчас, понимаешь? Потому что то, что мы имеем сейчас, как бы дико это ни выглядело со стороны... это устраивает нас обоих.
– И  сейчас, когда я преодолел своё предательство...
– Предательство?
Драко раздражённо махнул рукой.
– Я пытался делать вид, что однажды утром я проснусь, и Ник будет снова жив... Я знал, что этого не случится, но я продолжал думать о выражении его лица, когда он обнаружит, что я влюбился в другого человека, пока его не было. Я не хотел думать о том, что он на самом деле умер. Сумасшедший, я знаю.
– Да нет. Я думаю, это нормально.
Драко недовольно поморщился, поймав взгляд Гарри.
– Может. Но я смирился с этим. Он не вернётся, и я знаю это. Я не чувствую себя виноватым из-за наших отношений, Гарри. Николай был достойным человеком, и я уверен, что он был бы рад за меня. Ты замечательный, понимаешь меня достаточно хорошо, и он не хотел бы, чтобы я провёл остаток жизни в одиночестве. Я всё это знаю. Просто... я не могу играть в доминанта с тобой.
– Я уже тебе говорил, что мне это и не нужно, – улыбнулся Гарри. – Это как вишенка на вершине вазочки со сливочным мороженным, Драко. Десерт всё равно хорош и без неё.
– И секс это мороженое...
– Нет, думаю, что секс это шоколадный сироп, – задумчиво ответил Гарри.
– И что же тогда, по-твоему, мороженое? – усмехнулся Драко.
Гарри встретил его взгляд не моргнув и поймал его вторую руку, твёрдо удерживая теперь обе.
– Ты!
– Я?.. –  с сомнением ответил Драко.
– Да, ты. Не понимаешь? Я люблю тебя. Чувствую ли я взаимность или нет, со всеми твоими заскоками, я люблю тебя и хочу быть с тобой. Даже если мы не занимаемся сексом.
Драко подозрительно прищурил глаза.
– Только не говори мне, что был бы также счастлив без секса. Ни один мужчина не будет.
– Ну, я не говорил, что я буду также счастлив, не так ли? Я сказал, что хотел бы быть с тобой в любом случае. Я могу наслаждаться мороженым без соуса, и, будь уверен, знаю, как наслаждаться десертом без вишенки, поэтому прекрати волноваться по этому поводу.
– Хорошо, – ответил Драко, улыбаясь, с выражением явного облегчения на лице. – Я больше не буду.
– Может, ты захочешь разделить постель со мной, когда все недоразумения решены? Или ванну?
Драко рассмеялся.
– Ты невозможен. Я хочу прогуляться и осмотреть город. Закажи чего-нибудь на обед, хотя думаю, для них это будет считаться завтраком, так как сейчас ещё довольно рано.
– Пошли, – сказал Гарри, слегка потянув  Драко за руки. – Давай проверим, что мы можем найти для еды, а потом прогуляемся пешком по старому городу. Как тебе такой план?
– А мы сможем спуститься по реке? Совершить круиз, если увидим рекламу?
– Твоё желание для меня закон, – ответил Гарри.
Его слова были подтверждены реакцией глубоко внутри. Они были абсолютной правдой. Магия сделала Драко рабом, а любовь заставила Гарри посвятить себя Драко. И Гарри знал совершенно точно, что из этого было сильнее – любовь или магия.

* Наконец-то (фр.)
* Да неужели? (фр.)
*** Свершившийся факт (фр.)

Глава 66

– В данное время я в отпуске, – ответил Гарри немного раздражённо, одновременно оглядываясь вокруг в поисках Драко. Некоторые люди просто не понимали значение слова «нет». По крайней мере, если это слово говорил он. – Я уверен, вы меня понимаете.
Чиновник из министерского отделения Квебека ответил с явным недовольством.
– Ох, разумеется, мистер Поттер, но я уверен, Вы понимаете, насколько это будет важным для школьников. Это займёт всего несколько минут Вашего времени, чтобы лично рассказать детям историю, которую они до этого только читали.  Вы знаете, что это включено в программу обучения...
– Но он прибыл сюда не как официальное лицо, – сказал Драко вкрадчиво, когда подошёл к Гарри, держа в руках напитки.
Гарри выхватил свой, не дожидаясь приглашения, благодарный за возможность не смотреть на высокого худого человека перед собой.
Улыбка Драко чем-то напомнила Гарри оскал голодной акулы.
– Он независимый гражданин, который возглавляет Отдел Аврората,  крайне беспокойная работа, которая практически не оставляет времени для публичных выступлений.
– Но он в отпуске!
– Совершенно верно, – сказал Драко, кивая, как будто его собеседник наконец-то понял его позицию.
– Но... но...
– Как бы то ни было, я уверен, что мы сможем найти выход из сложившейся ситуации, – вкрадчиво добавил Драко. – В любом случае, нам понятно то уважение, с которым вы относитесь к тем, кто воевал во Второй Войне против Волдеморта.
«Ох-хо-хо», – подумал Гарри, немного беспокоясь о том, что было на уме у Драко. Блондин же не собирался обещать, что Гарри приедет в Канаду ещё раз?
– Вам же, конечно, известна существенная роль мистера Рональда Уизли в войне, я полагаю? Правая рука мистера Поттера во время операции по уничтожению хокрустов. Который даже спас его из затопленного склепа? Может, мистер Уизли согласится публично рассказать о своём опыте. И не только военном, разумеется, ведь он сейчас работает над снятием проклятий. Имейте в виду, что я должен буду уточнить это, когда мы вернёмся в Англию, но я просто уверен, что он согласится.
Гарри был больше, чем «просто уверен». Рон всегда жаждал общественного внимания.
– О! Это звучит многообещающе, – сказал чиновник, передавая ему визитку. – Пожалуйста, держите меня в курсе событий.
– Монсеньор Тьерри Дегью, – прочитал Драко вслух, кивая. – Заместитель второго министра образования провинции Квебек. Разумеется, вы можете положиться на меня, монсеньор, я передам ваше предложение мистеру Уизли.
– Merci, merci*, – ответил мужчина, переходя на французский. – А Вы?..
– Мои извинения. Драко Малфой, – ответил Драко, протягивая руку.
Брови монсеньора Дегью взлетели вверх.
– Из Малфоев из  Шилширда? И... и... Вы здесь с Гарри Поттером?
Чиновник был, по меньшей мере, шокирован. Драко же повёл себя как будто ничего и не заметил.
– Mais oui**.  Мы отдыхаем вместе.
Гарри кивнул, когда Дегью посмотрел на него, явно сомневаясь в правдивости  последнего утверждения.
– Ох. Эм... н-н... но Вы знаете мистера Уизли лично?
– Разумеется, – растягивая слова, произнёс Драко. – Он один из самых близких друзей Гарри. Рон и его жена часто приходят на ужин к нам домой.
Гарри был абсолютно уверен, что ему не показалось, что Драко выделил слово «к нам».
– Ну, тогда, – ответил чиновник, выдавливая довольно жалкую улыбку, – я с нетерпением буду ожидать новостей от него.
Драко только улыбнулся и кивнул, одновременно умело утаскивая Гарри прочь от него.
– Господи, я уже сам не понимаю, как согласился прийти на эту идиотскую вечеринку, – выругался Гарри, как только они укрылись за огромной кадкой с каким-то растением.
– Я не мог устоять перед таким уникальным событием в Монреальском Планетарии, – сухо ответил Драко. – В тот самый момент, когда приглашение влетело в наше окно,  я уже решил присутствовать. Хотя я всё ещё думаю, что их способ связи при помощи кленовых листьев несколько странен.
– Наверно, потому что у них не хватает сов.
Драко понизил голос.
– Я знал, что канадцы... эм-м, несколько провинциальны, не в обиду им будет сказано, но даже не мог себе представить, что они ещё не слышали о совах.
Гарри тихо захихикал, его настроение значительно улучшилось. Сарказм Драко обычно приводил именно к такому эффекту. Канадцы прекрасно знали о совах. Министр Квебека уже пользовался ими, чтобы прислать им приглашение на несколько других мероприятий.
Разумеется, Гарри предпочёл бы, чтобы они отнеслись с уважением к его желанию не привлекать внимание, вместо того, чтобы выпытывать адрес его отеля у регистраторши из зоны пребывания по порт-ключам, которая  очень упорно настаивала, что она должна знать адрес их с Драко местонахождения во время визита в Квебек. Хорошо хоть они не сообщили информацию прессе.
Нет, они предпочли использовать эту информацию для личных целей, чтобы уговорить Гарри принять участие в их закрытых вечеринках, где они могли бы переговорить с ним лично и попробовать убедить его, что он просто обязан публично выступить перед канадской аудиторией!
– Почему у них столько региональных министров? – измученно спросил Гарри. – Почему они не могут последовать английской модели и организовать одно министерство в Торонто?
– Может, потому что у них столица Оттава?
Гарри нахмурился.
– Я догадывался.
Драко поднял свой фужер с шампанским  в шуточном тосте, но вместо того, чтобы выпить, он ждал. Притоптывая ногой.
Ох, конечно.
– Можешь пить.
– Merci*, – Драко отпил примерно половину содержимого фужера. – А в отношении того, почему у них разделённая форма управления, а не одна соответствующе организованная... они состоят из колоний, Гарри. И эта их старомодность довольно очаровательна.  Я думаю, что они как-то изменятся в будущем, но ещё не прошло достаточно времени с тех пор, как создавалась Федерация Британских Магических Штатов. Даже не прошло ещё и сотни лет, так что ты должен ожидать определённых изменений в их развитии...
– Добрый вечер, – поприветствовала их стройная темноволосая женщина, когда подошла к ним из-за кадки с растением. – Гарри Поттер, я так понимаю? Рада встрече с вами.
Гарри пришлось приложить усилие, чтобы сдержатся и горестно не выдохнуть. Он знал, что должен был быть уже привычным к постоянным встречам с иностранными лидерами, особенно когда каждый Министр, который приезжал в Англию, просто обязан был поговорить с ним. Кингсли понимал его чувства, но не хотел ненароком нарваться на «дипломатические осложнения», как он это называл. И всё равно Гарри никогда не чувствовал себя на короткой ноге с сильнейшими мира сего. Разве что, с Кингсли, но это не считалось.
– Взаимно, мадам Министр, – тихо ответил он, целуя её руку. Спасибо Мерлину, он приобрёл некоторые дипломатические навыки, будучи главой Отдела. – Могу ли я представить вам моего непременного компаньона Драко Малфоя?
Драко склонился над протянутой рукой Министра Канады, целуя воздух прямо над костяшками пальцев. Если Жаклин ЛаСалле и знала, что Малфои были приверженцами Волдеморта во время войны, то оставила своё знание при себе. – Надеюсь, наслаждаетесь приёмом?
– Да, спасибо, – вежливо ответил Гарри.
Улыбка Министра стала довольно колкой.
– У кого-то могут возникнуть сомнения в этом, видя вас с вашим компаньоном, прячущимися за деревом.
Покраснев Гарри решил, что она поймёт его, если он скажет правду.
– Ну, как вы должны знать, я пытался избежать очередного  общения с вашим вторым заместителем по вопросам обучения.
– Ассистент заместителя второго Министра образования провинции Квебек, – пробормотал Драко.
Гарри ответил ему раздражённым взглядом.
– Он хочет, чтобы я провёл весь мой отпуск, посещая в качестве гостя одну школу за другой, но, извините, это просто не возможно.
Лицо Министра смягчилось.
– Ох, Мерлин. Я обязательно переговорю с ним.
– Не нужно, – ответил Драко. – Мы уже решили этот вопрос. В любом случае, если бы вы могли поговорить с местным Министерством, чтобы они прекратили слать нам приглашения в номер в отеле, это было бы замечательно. Мы приняли это приглашение, потому что я особенно заинтересован в астрономии, но мы бы не хотели больше участвовать в любых других официальных мероприятиях.
– Я прослежу за этим, – уверенно ответила Министр. – Особенно я хотела бы отметить, что мы не были «колониями», в строгом понимании слова, довольно продолжительное время.
– Ох, Мерлин, – вырвалось у Гарри, и хотя он немедленно прикрыл рот ладонью, в ужасе от восклицания, Министр ЛаСалле была порядком удивлена.
– Всё в порядке, мистер Поттер. Вы здесь не как официальное лицо, и, в любом случае, не вы были немного оскорблены, не так ли?
Драко громко сглотнул.
– Культурное недопонимание, – ответила Министр. Её бриллиантовый браслет заиграл цветами радуги, когда она взмахнула рукой. – Я могу позволить себе быть великодушной, мистер Малфой. Кроме того, как вы можете понять достоинства федеральной системы, живя всю свою жизнь в такой крошечной стране?
– Touch?***.
Её голос потерял свою язвительность.
– Если вы предпочитаете остаться наедине, я пойму. В любом случае, если хотите, я буду рада составить вам компанию на концерте.
– Думаю, что нам будет лучше смешаться с толпой, – ответил Гарри, подавляя желание ещё больше  прикрыть свой шрам волосами.
Мадам ЛаСалле посмотрела на него с сомнением, прежде чем вежливо кивнуть.
– Наслаждайтесь вечером. Это может показаться clich?d****,  использовать Парад планет в презентации Хольтса о Солнечной системе. Но Монреальский Симфонический Оркестр является самым лучшим в мире, уверяю вас.
Гарри заметил, что  Драко мудро не стал спорить по этому поводу.
– Я уверен, что это будет замечательно, – ответил Гарри. В этот момент огни вокруг вспыхнули. – Полагаю, нам пора войти?
Министр улыбнулась.
– Да. Я понимаю ваше желание уединиться, мистер Поттер, но если я могу быть вам полезна во время вашего визита, пожалуйста, не стесняйтесь прислать ко мне сову. 
«Или кленовый лист», – подумал Гарри. Встретившись глазами с Драко, Гарри понял, что блондин подумал о том же.

_______________________________________________________
Merci* – (фр.) спасибо, благодарю.
Mais oui** – (фр.) да, конечно.
Touch?*** – (фр.) задетый; слово, используемое в фехтовании, когда один другого касается рапирой; (в перен. значении) «подловили», «укололи», «1:0 в вашу пользу».
Clich?d**** – (фр.) клише.

Глава 67

– Снова свечи, Драко? – спросил Гарри, заглядывая в их роскошную ванную комнату.
Драко уже удобно расположился в необъятной ванне, которую в проспекте отеля скромно именовали «ванна на двоих». Как обычно, пляшущие огоньки свечей скупо освещали комнату, ложась трепещущими пятнышками света на ароматную пену, заполнявшую ванну, так, что только голова Драко виднелась над поверхностью.
Так продолжалось каждый вечер, с самого начала их отпуска. Драко выключал электрические лампы, зажигал свечи и на все вопросы Гарри он только неопределенно пожимал плечами и бормотал, что предпочитает живой свет свечей.
И каждый вечер они занимались любовью в неверном свете дюжин свечей. Это было романтично... и эротично.
Но это начинало утомлять. Драко был великолепен, и Гарри хотелось бы заниматься с ним любовью при ярком дневном свете... или, по крайней мере, при ярком электрическом свете, способном пылать в ночи, освещая его красоту. Гарри хотел, чтобы Драко кричал и бился в экстазе, Гарри хотелось видеть его лицо, когда он приказал бы блондину кончить...
– Я люблю свечи, – передвинулся Драко, освобождая место рядом с собой. – Присоединишься?
Гарри понимал, что подразумевается под столь невинным предложением.
Сейчас их сексуальная жизнь наладилась, они обретали друг друга заново, совсем как в начале амнезии Драко. Они начали с фроттажа, но отпуск мягко привел их к нежности и ласкам, которые можно доставлять партнеру сначала рукой, а потом и ртом.
Разумеется, они больше не играли. Никаких ролевых игр, связывания, наказания или безоглядного повиновения, но это, разумеется, было не важно. Всё, чем они занимались, нравилось Гарри, но куда больше ему нравился сам Драко. Так что всё было в порядке. Удовольствие можно получать и без игр.
Хотя игры – это неплохо...
Гарри тряхнул головой, пытаясь избавиться от лишних мыслей. Драко ясно дал понять, что он обо всём этом думает.
Хотя Гарри хотелось бы,  чтобы Драко снова попросил взять его.
Боже, Гарри так хотелось бы взять Драко, когда тот настойчиво и недвусмысленно предлагал себя. Чёрт, он не предлагал – он умолял!
Но, может, то, что Гарри не поддался на мольбу, и к лучшему. Их секс был полным и насыщенным... удовлетворяющим, так что Гарри не на что было жаловаться. Ну, а то, что Драко больше не просил его трахнуть, должно быть, означало, что Драко не хотел отдавать себя. Не Гарри.
Может, Гарри слишком сильно напоминал ему мужа.
В этом был смысл. Кажется. Это был единственный вид секса, которым они не занимались с тех пор, как у Драко была амнезия. Всё остальное не вызывало настолько ярких ассоциаций: Драко занимался и фроттажем, и оральным сексом и с Николаем, и с Гарри. Но настоящий секс?
Хм... из того, что рассказывал Драко, Гарри понял, что он не занимался настоящим сексом ни с кем, кроме своего мужа. Значит, в глазах Драко, это было нечто особенное... то, что принадлежало только Николаю...
И это разрывало Гарри на части.
С одной стороны, это просто бесило Гарри! Ведь сейчас он любил Драко! Чёрт, он любил Драко куда сильнее, чем этот паяц Николай, из-за которого Драко считал себя уродливым и отвратительным!
С другой стороны, он чувствовал... да, пожалуй, облегчение.
В конце концов, у Гарри вовсе не было никакого опыта в том, чтобы быть сверху... то есть с мужчиной. Хотя и с женщиной. Джинни была единственной.
А у Николая наверняка были любовники и до Драко, ведь он был старше. Опытней и всё такое. Он, конечно, знал, что нужно делать и как, чтобы доставить партнёру удовольствие, и...
Чёрт. Он наверняка доводил Драко почти до безумия, заставляя его кричать в экстазе! Иначе зачем тогда Драко так настаивал, чтобы Гарри трахнул его? Даже умолял. Его подсознание знало, насколько это горячо, и пыталось прорвать амнезию, чтобы ещё раз насладиться настоящим сексом.
Но Драко перестал просить об этом, как только всё вспомнил.
Гарри почти зарычал, с отчаянием разглядывая Драко, сидящего в ванне, полной пены. В этом всё дело. Николай, несомненно, был просто великолепен в постели, что могло привести только к одному выводу: Драко никогда и ни за что больше не попросит, чтобы Гарри трахнул его. Не захочет. Ну, а зачем? Гарри наверняка окажется неуклюжим неумехой.
Ха! А почему вообще Гарри об этом беспокоится? Драко совершенно точно не собирался просить Гарри быть сверху. Он наверняка считает, что настоящий секс – что-то настолько интимное и чувственное, что он мог заниматься им только со своим мужем. С Николаем! А с Гарри можно заниматься тем, что просто доставит пару приятных минут. Ничего личного!
Но ведь Гарри мог взять его... как только появится такое желание... Всё, что нужно, это использовать голос, и Драко беспрекословно подчинится...
Мать твою! Это не только чудовищная мысль... хотя и чертовски возбуждающая... но и ужасно глупая! Всё равно Гарри будет выглядеть неумехой! Нет ничего хуже, чем захватить инициативу и в самый ответственный момент понять, что ты не знаешь, что нужно делать.
– Как я понимаю, это означает, что ты не желаешь разделить со мной ванну, – раздражённо произнес Драко, скользнув в полутьме обиженным взглядом по телу Гарри.
– Неверно. Желаю.
Гарри принялся выпутываться из одежды. Отбросив её на мраморный пол, Гарри решил, что ведёт себя как последний идиот. Что с того, что он хочет трахнуть Драко, но его желание никогда не осуществится? У них всё равно будет секс. Много разного секса. Только не такого.
– Я просто думал обо всём этом.
– О чём?
– О... – Гарри помедлил и скользнул в теплую воду, и, не медля ни секунды, обхватил Драко, играя с мокрыми прядями на затылке. – О концерте. Неплохой, верно?
– Я слушал и концерты получше.
Гарри даже не сомневался.
– Я немного волновался, – признался он. – Имею в виду, что ты так рвался туда, и мне не хотелось отговаривать тебя, но я беспокоился, не вызовет ли это... неприятных ассоциаций. Ведь именно астрономией ты занимался вместе со своим мужем.
Драко вздохнул и соскользнул чуть ниже в ванне, прикрыв глаза, совершенно расслабившись.
– М-м, да. Мне всегда было интересно, насколько близко магглы подобрались к решению вопроса о перводвигателе. Музыка сфер...
Гарри вопросительно приподнял бровь.
– Музыка сфер?
Драко не позаботился даже открыть глаза.
– О, да. Первичные силы мироздания, которые удерживают планеты и руководят их движением. Сила, которая порождает жизнь во Вселенной, и управляет изумительным танцем кружения планет...
– Уверен, что эта сила называется гравитацией, – сухо прервал его Гарри.
– Весьма вероятно, но она всё же связана с магией, а некоторые положения магии лучше всего отображаются в музыке. Поверь мне.
Внезапно Гарри вздрогнул так, что в ванне поднялась волна, выплеснув изрядное количество воды на пол.
– Ты не можешь рассказывать мне все это! Нерушимый Обет! О, Господи...
Драко открыл глаза и выпрямился.
– Не стоит паниковать. Если бы Обет подействовал, я бы уже давно был мёртв.
Гарри захотелось вцепиться в плечи Драко и как следует встряхнуть его.
– Как ты смеешь подвергать себя такому риску...
– И не собирался, – Драко потянулся и обвил Гарри руками. – У меня такое ощущение, что я могу рассказать тебе всё. Знаешь, Обет не должен был даже позволить мне рассказать, что я занимался астрономией, но говорить с тобой было так легко. Может быть, он перестал действовать?
Или, подумал Гарри, вовсе не перестал действовать. Рес меа эс куда более сильное заклинание, чем Непреложный Обет. Да, должно быть, всё дело в нём, как и говорила Нарцисса. «Он умрёт вместе с тобой».
Заклинание не могло допустить смерти Драко... такой смерти. Непреложный Обет должен был обеспечить лояльность Драко к Министерству? Ну уж нет, Рес меа эс – и Драко душой и телом предан Гарри и только Гарри, невзирая на любые другие свои обязательства.
Возможно, Драко мог бы умереть по какой-то иной причине: от болезни, несчастного случая, например, упав с метлы или снова использовав тот экстракт клевера...
И он определённо умрет вместе с Гарри.
Впервые Гарри порадовался тому, что у него теперь было больше бумажной работы и не было необходимости часто принимать участие в боевых операциях.
– Да, наверно Нерушимый Обет не действует, – согласился он.
А что ещё мог он сказать? Заявить Драко, что смерть Гарри убьет и его? Нет уж! Пора сменить тему.
– И что же ты выяснил? Ну, о музыке сфер?
Драко зевнул.
– М-м, она есть. Музыка сфер определённо существует, но когда мы пытались вычленить определенные мотивы и рассчитать их комбинации, это оказалось весьма и весьма непросто. Я узнал, что и отец Николая тоже занимался расчетами... у невыразимца, который курировал наше исследование, были его записи, на русском...
– Ты скучаешь? По своей работе?
– Не особо. Полагаю, по-настоящему меня привлекал Ник, а не сама работа.
Гарри кивнул.
– Гм, думаю, понятно, почему ты сдавал свои ТРИТОНы по астрономии и музыке. Хотел доказать, что Ник не ошибся, предложив тебе работу...
Гарри почувствовал, как напрягся Драко, и быстро продолжил.
– Но почему ты выбрал родовую магию? При чём тут она? Я хочу сказать, кроме того, что музыкальный талант твоего мужа был привязан к родовому проклятию.
Драко расслабился и легко рассмеялся.
– О, я просто хотел слегка его поддразнить. Хотел доказать, что я знаю о той родовой магии, среди которой он живет, куда больше него. Ирония судьбы. Я никак не мог ожидать, что сам окажусь объектом воздействия родового проклятия.
– А, – улыбнулся Гарри. – Знаешь, я всё ещё не понимаю, как мы добрались до этой темы. Когда я шёл сюда, то просто хотел сказать, как сильно горжусь тобой. Я думал, что сегодняшнее шоу в планетарии... расстроит тебя.
Драко плеснул водой в Гарри.
– Задница! Я, конечно, могу пролить слезинку... или пару... перед тобой, но если бы я не мог доверять моему собственному Хозяину... Я никогда не расплачусь на публике. У меня есть принципы, знаешь ли.
Гарри изо всех сил постарался не обращать внимание на энтузиазм, с которым его член отреагировал на слово «Хозяин».
– Не похоже, чтобы ты собирался пролить слезинку.      
– Нет, не думаю, – Драко повёл плечами, словно освобождаясь от чего-то. – Мне трудно объяснить это. Только, Гарри, я не думаю, что... что у меня остались слёзы. Он мёртв, и я ничего не могу сделать, чтобы изменить это. Я всё ещё горюю, и мне тоскливо думать о нём или о том, что могло бы быть у нас, но... но я уже не хочу последовать за ним. Может быть... возможно, это называется принятие.
– Надеюсь, – отозвался Гарри.
– Моя очередь задавать вопрос, – Драко игриво плеснул водой в Гарри. – Итак, я твой партнер, связанный партнер?
– Да, конечно. Я подумал, что не стоит называть тебя любовником.
– Почему? Потому что я...
К тому моменту Гарри знал, что Драко от подобных тем впадает в панику. Почему его нужно снова и снова убеждать в чувствах Гарри?.. Очевидно, потому, что Ник ублюдок. Заставить Драко чувствовать себя отвратительным и...
– Любовник – это какое-то временное определение, – мягко объяснял Гарри. – Как будто ты просто любимчик на это неделе, но не на следующей. И... Боже, Драко. Я люблю тебя. Я не хотел, чтобы это прозвучало так банально-мягкотело, как будто в пошлом романе.
– Нет, никак не мягкотело. Вообще-то, я мускулистый, – поддразнил его Драко, горделиво задрав подбородок. – Поджарый и мускулистый, а вовсе не мягкотелый.
– Ты самый сногсшибательный.
– Хм, благодарю тебя. Не думал, что ты это понимаешь. Твоё мнение основано на дотошном изучении обширного эротического материала? Практическими методами?
– И ты никогда не позволишь мне искупить ошибки юности своим поведением?
– В данный момент я определённо собираюсь воспользоваться твоим желанием искупить... и загладить...
– Я тебе покажу, – пробормотал Гарри, разворачиваясь, чтобы ущипнуть сосок Драко.
– О-о...
– О, это тебе нравится, – рыкнул Гарри. – А ещё ты любишь, когда я их кусаю.
– Ты не посмеешь...
– ...Посмел, как видишь, – сказал Гарри, вынырнув из легкой пены и заглатывая воздух после того, как кусал, дёргал, щипал и зализывал обиженные соски, заставляя Драко извиваться, вскрикивать, судорожно вцепившись в волосы Гарри.
Но Гарри остановился, только почувствовав, что задыхается.
– Ты такой гриффиндорец, – сказал Драко, чьи щёки по цвету почти сравнялись с алым гербом Гриффиндора. – Рискнул потому, что я тебя поддразнивал?
– Да, возможно... 
– В таком случае, рискну предположить, что ты не осмелишься отсосать мне...
– О-о, сам напросился, Малфой, – предупредил Гарри, ныряя под воду.
Он мгновенно, даже не открывая глаз, нашёл член Драко и одним махом заглотнул его до самых яиц.
О, да. Так хорошо. Конечно, хорошо было отнюдь не в первый раз, но Драко научил его. И хорошо, что не вспоминал о том, что было с... раньше. Тогда Драко почти молился на Гарри, своего Хозяина.
Сейчас же, когда Гарри пробовал что-нибудь новенькое в постели и Драко, разумеется, сравнивал его с Николаем, Гарри был спокоен. Он был уверен, что любое сравнение будет в его пользу.
Что же до минета? О, да. Гарри знал, что он может раззадорить Драко, заставить его умолять и скулить. Он может поглаживать и дразнить его яйца, одновременно насаживаясь ртом на его член до тех пор, пока Драко практически не взорвется в оргазме, каждый, каждый раз...
– Я уверен, – Драко вцепился в Гарри, подтаскивая его поближе, и целуя почти грубо, – я уверен, ты не осмелишься сосать мне дольше, чем полторы минуты за раз...
– Прости. Кислородное... голодание... ограничивает мои... г-гриффиндорские... х-храбрость и безрассудство, – едва выговорил Гарри, убирая с лица мокрые пряди.
– Ну, разумеется, – протянул Драко. – Ванна – единственное подходящее место для подобных действий. Ведь практически противозаконно заниматься этим где-нибудь ещё, кроме наполненной водой ванны...
– И ты называешь меня напыщенным придурком...
– Я предпочёл бы назвать тебя самым опытным и искусным в мире специалистом по фелляции, но ты всё ещё используешь свой умопомрачительный рот только для разговоров... всё ещё... – Драко ухмыльнулся. – Обрати внимание, это неплохо, когда ты собираешься сказать что-нибудь существенное, но нет... это, в основном, слюнявый трёп...
– О-о, вот как? – Гарри вцепился в руку Драко, чтобы вытащить его из воды.
Они были голыми, мокрыми, поскальзывались на мраморной плитке. Гарри чуть не разбил себе голову об угол массивного умывальника, но кого это волнует? Единственным, что занимало мысли Гарри, был Драко. Голый. В постели.
Спальню тоже освещали несколько свечей, но Гарри почти привык. Пусть так, потому что у Драко было предубеждение против секса в хорошо освещённых помещениях. Темнота или свечи – какая разница? Гарри не жаловался. Он даже умудрялся усмирять тот голосок в своём сознании, который твердил, что Драко предпочитает темноту, чтобы легче было представлять Николая. На месте Гарри.
Гарри не радовала эта мысль, – он просто ненавидел её, – но не собирался ничего предпринимать по этому поводу. Бессмысленно. Если Драко не хочет смотреть на Гарри, когда они занимаются любовью, Гарри не собирался с ним спорить. Бесполезно.
Может быть, Драко нужно больше времени, чтобы оправиться от своей утраты. Что бы ни говорил сам Драко сегодня вечером о принятии.

Глава 68

– Я ожидал намного большего от второго по величине ботанического сада, – скинув пальто, сказал Драко пару дней спустя после их прибытия.
– Даже если учесть, что сейчас середина зимы?
– Ну, я не могу не признать, что рождественские декорации были довольно-таки впечатляющими. – Драко скорчил гримаску. – Как бы то ни было, растения... ты должен понять, в нашем фамильном замке всегда были круглогодичные сады. Погода не является непреодолимой преградой для магического цветоводства.
– Или магического осмотра достопримечательностей, – сказал Гарри, посылая благодарный взгляд Драко, который повесил его пальто. – Никогда бы не додумался использовать для этого согревающие чары. Те, которые ты наложил на мои перчатки, просто восхитительны.
– Ну, просто я не был уверен, что подарить тебе на Рождество...
Гарри рассмеялся, хотя и не знал, шутит ли Драко.
– Как может аврор и не вспомнить о согревающих чарах? – ехидно поинтересовался Драко. – Зима на Британских островах не отличается особой нежностью. Когда что-то происходит, разве ты не должен подолгу находиться снаружи на месте событий для  расследования?
– Я имел в виду, что никогда бы не подумал использовать чары здесь. Среди магглов.
Драко взмахнул рукой, будто отметая его возражения, и опустился на диван.
– Любой может использовать множество заклинаний среди магглов. Это просто вопрос о том, как организовать действие.
– Будь аккуратен и не организовывай слишком много, пока мы здесь, – сухо заметил Гарри. – Кингсли даже прочитал мне лекцию, что я не имею полномочий аврора, пока нахожусь в Канаде.
– Зануда.
Гарри не был уверен, имел ли Драко в виду Кингсли или комментарий был адресован лично Гарри. И решил не уточнять. Не было смысла портить их Сочельник.
– Чего ты хочешь? Может,  кружку эля для начала?
– Я бы предпочёл амброзию, – сказал Драко своим особым хриплым голосом. – Но хочу получить уступку, согласен?
Гарри молча выжидал.
– Я видел, что ты заинтересовался объявлением об инсектарии. Я настаиваю, чтобы мы пропустили его. Мне невыносима даже мысль об этом.
– Ты боишься насекомых? – спросил Гарри, ухмыляясь мысли о том, насколько ужаснётся Драко, узнав, что у него есть что-то общее с Роном. Ну, почти что-то общее. Хотя  пауки и не совсем насекомые.
– Нисколько. В любом случае, я уже начал уставать от познавательного тура по Монреалю.
– Эх, но мы были только на астрономии и сегодня в саду. Мы также гуляли по Старой площади, и совершили круиз по реке, и посетили музей искусства и ту церковь, как там её называют, и ты знаешь, что мы пошли в сад сегодня только потому, что большая часть мест в Сочельник закрыта.
– Ты забыл упомянуть о Cosmod?me de Laval.
– Это включается в астрономию и было твоей идеей! – возразил Гарри
– Всё, что я хотел, это получить обещание обойтись без насекомых. Или ты не хочешь увидеть меня на коленях, Хозяин Гарри?
Гарри сам чуть не упал на колени от подобной фразы. Драко не звал его так с тех пор... Гарри даже не был уверен точно, но довольно долго. Скорее всего, с тех пор, как к нему вернулась память.
– Никаких насекомых, – пообещал он, смущённый тем, как прозвучал его голос.  Хриплый от желания...
– М-м-м, значит, это будет амброзия, – ответил Драко успокаивающим голосом. – А потом поздний обед для подзарядки? Что-нибудь традиционное для Квебека, м?
Гарри заморгал.
– А что является традиционным для Квебека?
– Не имею ни малейшего понятия, но уверен, что служащим сервиса в отеле это известно. Ты займёшься этим, а я буду ждать тебя в спальне. Обнажённым.
Гарри чуть не запутался в собственных ногах, когда рванулся к телефону.
Драко усмехнулся и выскользнул из комнаты.
«Ох, ну, разумеется», – подумал Гарри, как только открыл дверь в их спальню.
Драко использовал это время, чтобы погасить свет и расставить мерцающие свечи. Гарри был уже готов горестно вздохнуть, но, с другой стороны, ему собирались сделать минет. И, зная Драко, он понимал, что это будет чертовски хороший минет, так что, по большому счёту, ему не на что было жаловаться.
Кроме того, блондин был обнажённым и на коленях, как и обещал.
Его вид был настолько захватывающим, что Гарри тут же забыл, что именно оператор по телефону только что ему сказал. Мгновение спустя он забыл всё остальное. Даже собственное имя.
Во всём мире не осталось ничего, кроме Драко. Его великолепных светлых волос свободно взлетающих и ласкающих колени Гарри и тёплого умелого рта, ублажающего брюнета.

***

– Они постарались гораздо больше, чем я ожидал, – сказал Драко, разглядывая всё то количество блюд, которое официант расставил перед ними. – Что ты сделал? Заказал всё меню?
– Это, – сказал Гарри с широким движением руки, – называется r?veillon*. Когда я сказал, что хочу поздний обед, то оператор просто настоял на то, чтобы я обязательно следовал традициям. Я начинаю понимать, что это традиционно для французско говорящей Канады – готовить еду, как эта, после полуночной мессы в Сочельник
Драко поднял бровь.
– Я должен был спросить раньше. Ты хотел бы посетить мессу?
Гарри рассмеялся.
– Разве я бросаюсь в глаза как глубоко верующий человек?
«Ты вообще на меня не бросался в последнее время...»
Разумеется, Драко не сказал этого. Иногда он флиртовал, как сумасшедший, но всегда старательно избегал этой темы.
– Нет, но... – Драко прочистил горло. – Помнишь, я говорил, что мать Ника была магглорождённой? Я не думаю, что она была очень религиозной, но она приучила его посещать мессу в Сочельник, и эта привычка сохранилась. Мы... мы ходили туда вместе.
– О... – Гарри не был фанатиком церкви, но был готов сделать что угодно для Драко. – Ты хотел бы пойти? Я уверен, мы могли бы...
– Если бы я хотел посетить мессу, я бы сказал об этом, когда мы посещали те старые церкви. Я просто подумал, что у тебя могут быть какие-то свои рождественские традиции. Из твоего детства.
– Дурсли не были религиозны. А ты уверен, что не хочешь пойти?
Драко опустил глаза на свои руки.
– Да, вполне. Во-первых, церемония никогда не имела для меня особого значения, а во-вторых... я не хочу притворяться, что ты Николай, Гарри.
Это было определённо хорошей новостью, но Гарри всё равно хотел, чтобы то же самое было правдой в постели. Может, со временем...
Они начали есть их r?veillon*. Это не сильно отличалось от английского рождественского стола, кроме, разве что, печенья. Оно совершенно точно было французским.
Гарри стойко молчал о сюрпризе, пока Драко не доел последний кусочек своего десерта, какой-то разновидности оладий, покрытых сахарной пудрой. Гарри пришлось использовать всю свою выдержку, чтобы не слизать пудру с губ Драко, когда тот закончил, но он сумел удержаться.
– Постель? – спросил Драко, посмотрев на Гарри и, как будто, читая его мысли.
– Чуть позже. Парень, который отвечал на мой звонок, сказал мне кое-что интересное о рождественских традициях здесь. На самом деле, мы должны обмениваться подарками сегодня ночью, а не ждать до утра.
– Это правда? – пробормотал Драко.
Гарри не вполне понял, что значит его тон.
– Да, поэтому я подумал, когда в Квебеке, веди себя как... квебекчанин.
– Квебекец, – поправил Драко немного грустно.
– Тебе не нравится эта идея?
Горло Драко напряглось, когда он сглотнул.
– Не обращай на меня внимания. Это очень хорошая идея.
– Тогда что не так?
Лицо Драко исказилось.
– Я пытаюсь вести себя по-взрослому со всем этим. Я пытаюсь не портить тебе Рождество. Но на самом деле... это действительно очень тяжело для меня. Я очень старался не думать о Нике, но упоминание о мессе напомнило мне о том, как я раньше проводил Сочельник  с... с ним.
– О, – услышав это, Гарри почувствовал себя полным дураком. – М-м, как я могу  тебе помочь?
– Следование квебекским традициям на самом деле превосходная идея, – сказал Драко со слабой улыбкой. – По крайней мере, это будет отлично от того, что мы делали с Ником.
Как же Гарри хотел, чтобы голос блондина не был таким дрожащим. Может быть, получение подарка отвлечёт его от мыслей о том, как это было в прошлом году?
– Я сейчас вернусь, – сказал Драко, вставая и удаляясь во вторую спальню. Это несколько озадачило Гарри. Они жили в одной комнате с момента прибытия, и все вещи Драко были в одном шкафу с гарриными, поэтому что могло понадобиться блондину в неиспользуемой комнате?
Как выяснилось, Драко прятал там свой подарок.
– Счастливого Рождества, – сказал Драко, протягивая ему пергаментный конверт, перевязанный ленточкой.
Гарри почувствовал себя немного сконфуженно. Странно, учитывая, что он никогда не ожидал подарка от Драко. Блондин не любил его по-настоящему. А с учётом рабских отношений и полной зависимости Драко, ситуация была достаточно неловкой.
Но, тем не менее, подарочный сертификат или что-то похожее... подобный безличный подарок был почти оскорбителен для Гарри. Разве не мог Драко подумать хоть чуть-чуть о том, что Гарри хотел получить на Рождество? Гарри изрядно промучился с подарком блондина! Но, в тоже время, Гарри был влюблён, а Драко – нет. Гарри едва удержался от вздоха. Однако он взял конверт и повертел его в руках.
– Спасибо тебе!
Драко уселся на диване и притянул Гарри, чтобы тот сел рядом с ним.
– Давай, открой его.
Гарри пытался выглядеть воодушевлённым, но он никогда не был хорошим актёром. Наверняка в конверте была тиснёная карточка, отделанная золотом.
Первая подсказка ему, что это был не подарочный сертификат, была эмблема Святого Мунго в верхнем правом углу листа. Вглядевшись в написанное более внимательно, Гарри понял, что это было благодарственное письмо для анонимного благотворителя, который пожертвовал больнице пятьдесят тысяч галеонов.
– Драко... – Гарри не знал, что сказать, так был ошеломлён.
– О, не начинай, – его голос звучал величественно. – Я был уверен, что тебе это понравится больше, чем что-то только для твоего удовольствия. Разве больше всего ты не любишь помогать людям? И я был очень осторожен, Гарри. Я поручил это дело своему адвокату таким способом, чтобы  никогда нельзя было узнать, что это от тебя. Ты просто хочешь делать хорошие дела, я знаю. Ты бы не хотел, чтобы пресса узнала...
Гарри не придумал лучшего способа, чтобы заткнуть блондина, кроме как притянуть его к себе для поцелуя.
Долгого и чувственного.
И тогда  у него появились слова для ответа.
– Это великолепно! Ты знаешь меня как никто. Я и сам не мог подумать о лучшем подарке, Драко.
– Ох, замечательно, – Драко улыбнулся с явным облегчением, его серые глаза чуть заблестели. – К твоему сведению, деньги пошли в отдел отравления зельями и растениями. Я сначала собирался направить деньги непосредственно в отдел магических аллергий – мой способ  сказать спасибо за клевер, понимаешь, – но у них нет отдельного отделения для этого.
– Это великолепно, –  снова повторил Гарри.
Драко нетерпеливо заёрзал на своём месте.
– А это для тебя, – сказал Гарри, взмахивая палочкой, чтобы призвать два конверта.
Хм... Он действительно не должен был думать, что подарок Драко будет чем-то безличным, учитывая, что тот привёз этот конверт из Лондона.
– Два?
– О, один от Рона и Гермионы.
– Правда? – Драко нахмурился. – Я и не подумал купить что-то для них. Как нехорошо. Я обязан был помнить про Гермиону. Она просто изумительная...
– Э-э... Их подарок тебе – это просто помощь с моим подарком для тебя, – сказал Гарри.
– И я полагаю, это никак не связано со Святым Мунго?
– Боюсь, что нет, – улыбаясь, сказал Гарри, указывая на конверт, подписанный рукой Гермионы. – Я думаю, стоит начать с этого.
Драко аккуратно открыл конверт.
«Дорогой Драко, – прочитал он вслух, – счастливого Рождества! Надеюсь, ты великолепно проводишь время в Монреале. Была ли у тебя возможность посетить местные книжные магазины? В магической части должно быть несколько очень интересных магазинов, которые специализируются на мало известных разделах магии. Ты можешь зайти туда и поискать что-нибудь подходящее в твоей ситуации».
Драко поднял глаза от письма.
– Она, что, боится слова «раб»? В любом случае, это не оскорбило бы меня.
– Я думаю, она, скорее, была обеспокоена, что письмо может попасть в чужие руки.
Драко кивнул и вернулся к прерванному чтению.
«Рону и мне очень приятно помочь Гарри с твоим рождественским подарком. Я не хочу сказать слишком много, в случае если Гарри ещё не озвучил свой подарок, но я абсолютно уверена, что ты будешь без ума от него. Как я уже говорила, в прошлом ты получал от него громадное наслаждение! Со всей нашей любовью, Рон и Гермиона».
– Скорее, со всей её любовью, – пробормотал Драко, закончив чтение. – Итак, что это за таинственный подарок и почему тебе нужна была с ним помощь?
Улыбаясь, Гарри протянул Драко другой конверт, который не содержал ничего, кроме простого рекламного буклета внутри.
– «Ванная, которая удовлетворит даже императора, в уюте вашего дома», – прочитал Драко. – В нашем доме нет императора, Гарри...
– Подумай хорошенько, – ответил Гарри, немного волнуясь. – Пока мы в отпуске, у нас дома устанавливают огромную ванну. Она даже больше той, которую мы имеем здесь. Почти как ванна префектов. Это требует привлечения магов-столяров, чтобы магически организовать немного дополнительного места. Я, разумеется,  должен буду убрать это всё, если решу продать свой дом магглам, но...
– Моя собственная ванна префектов, – сказал Драко. В этот раз инициатором поцелуя был он. – Спасибо тебе, Гарри. Я не знаю, как ты прочитал мои мысли, но это как раз то, что я хотел.
– Ты как-то обмолвился об этом, – пробормотал Гарри. – Ох, я надеюсь, всё будет в порядке, – были небольшие организационные проблемы с размещением её на месте твоей старой ванной. Рабочие добавят дополнительное место в моей ванной и сделают дверь в твою комнату. Поэтому... у нас будет общая ванная комната.
– Звучит просто замечательно, – Драко светился от радости.
Гарри не смог удержаться от улыбки в ответ. Даже если настроение Драко было хрупким, блондин действительно старался, и на данный момент это всё, что имело значение.
– А на месте твоей ванны они сделают туалет, – добавил Гарри. – Они расширят санузел.
– Ванна префекта и больший туалет, – Драко положил руку на сердце. – Это превосходит все ожидания. Но... я не понимаю, почему твои друзья должны в этом участвовать.
Гарри немного нахмурился.
– Ну, если бы я был кем-то ещё, мне бы не нужна была их помощь. Но, принимая во внимание, что это мой дом подвергнется переделке... им поручено наблюдать за рабочими и проверять, чтобы ничего не исчезло.
– А, ну, конечно. Сувениры из дома Спасителя волшебного мира, – саркастически заметил Драко. – Ты мог просто наложить заклинания, которые не позволят определить владельца.
– Компания всё равно узнает, с чьего счёта поступили деньги.
Драко похлопал Гарри по руке.
– Тебе кровь из носу необходим управляющий. Существует тысячи способов как сохранить финансовое инкогнито.
– Не для меня, – мрачно отозвался Гарри. – Назови мне хотя бы одного человека, кому бы я мог полностью доверять.
– Для этого ты можешь просто использовать заклятие лояльности.... – Драко резко оборвал себя, скорее всего, из-за выражения лица Гарри. – Это не для тебя. Явно. Извини, – закончил он сухо.
– У меня есть Рон и Гермиона, – ответил Гарри. – И я не нуждаюсь в заклинаниях для уверенности в их преданности. И... у меня есть ты. Я имею в виду, по крайней мере, пока мы не найдём способ снять это тупое заклятие рабства.
– Этого никогда не будет. Чёртов долг жизни, – раздражённо возразил Драко, хоть и без особой злобы.
– Всё равно я не собираюсь отступать, – резко оборвал его Гарри.
– Иметь меня рабом настолько тяжёлая ноша?
– Не будь глупым, – вздохнул Гарри. – Сколько раз я должен тебе говорить, что я люблю тебя, Драко? Быть связанным с тобой было бы великолепно. Но только если это взаимно, сам понимаешь.
– Ты хороший компаньон, – сказал Драко, склонив голову. – И нет никакого смысла для меня искать любовь, не после того, как... так что если заклятие и будет снято... я не знаю... Я даже не могу представить, чтобы я захотел что-то существенно изменить в наших отношениях, Гарри.
Брюнет нахмурился:
– Не обижайся, но это только потому, что ты прошёл через столько всего за последний год. Если бы я смог снять заклятие, и ты бы всё равно хотел бы остаться со мной, я бы волновался, насколько осознанно это желание. Я бы думал, что оно основывается только на том, что это... я не знаю, привычка.
– А это не может происходить просто потому, что мне хорошо с тобой?
– Шесть месяцев отдельно друг от друга, и я смогу поверить, что это так. Наверное.
Драко передёрнуло.
– В любом случае, это просто теоретические рассуждения, не так ли? Ты не сможешь найти способа снять заклятие.
– Но кто-то же смог это сделать!
– Пять столетий назад, и ответ потерян во времени, – Драко сцепил руки на коленях и спокойно посмотрел на Гарри. – Не смотри на меня так возмущённо. Я знаю, ты вбил в свою гриффиндорскую голову, что должен спасти меня. Но в этом нет никакой необходимости. По крайней мере, с тобой я начал понимать многие вещи. Быть влюблённым – это такая обуза. Все эти перепады настроения и постоянное беспокойство, что ты разочаруешь другого человека...
– Ты меня никогда не разочаруешь, – успокоил его Гарри, беря за руку.
– Ну, разумеется, нет, – ответил  Драко с ноткой гордости в голосе. – Я бесподобен в постели, всегда отзывчив и настолько великолепен, что у тебя перехватывает дыхание. Но если ты действительно любишь меня...
– Не говори так. Нет никаких «если» в моей любви к тебе.
– Если ты любишь, – упрямо продолжил Драко, – то ты знаешь, что я имею в виду под перепадами настроения. Это очень болезненно.
– Оно того стоит.
– Ну, я всё равно рад обходиться без них, – Драко запустил руку в волосы, – или я просто обманываю сам себя, и это просто мой страх в очередной раз потерять себя. Потому что в последний раз это было слишком болезненно. Я не знаю. Всё, в чём я уверен, это то, что быть с тобой друзьями гораздо лучше, чем влюбиться. И если ты должен найти способ освободить меня, я клянусь, что это ничего не изменит. Мы всё равно останемся друзьями, Гарри. После всего, после того, как ты был... я никогда не смогу изменить своего отношения к тебе.
Идея остаться просто друзьями привела Гарри в отчаяние, но он смог заставить себя улыбнуться.
– Я верю тебе.
– Ох, не смотри на меня так, – проворчал Драко. – Я уже сказал тебе, что не хочу влюбляться. Если ты освободишь меня и всё ещё будешь хотеть меня как своего любовника, я не могу представить, что смогу отказать тебе.
– Шесть месяцев, я говорил тебе. Минимум, – твёрдо сказал Гарри. – Я не хочу пользоваться тем, что ты... я не знаю, растерян из-за амнезии и рабства.
– Тем не менее, у тебя не возникало проблем с использованием моего обнажённого спящего тела...
– Если бы ты знал, как я мучился по этому поводу, ты бы никогда не заикался об этом.
Драко обхватил рукой Гарри за шею и подарил глубокий поцелуй.
– Если тебя это ранит, я больше не буду.
Это был лучший вариант ответа, на который мог надеяться Гарри, но он по-прежнему желал, чтобы Драко ощущал и вёл так себя из-за любви между ними, а не из-за дружбы.
Или из-за Рес меа эс.

***

– Счастливого Рождества! – сказал Гарри на следующее утро, когда ресницы Драко чуть дрогнули.
Хоть раз блондин не проснулся раньше него, когда за окнами было ещё неприлично  темно. Обычно он это делал постоянно каждое утро их отпуска, начиная их день с фронтажа, или орального секса, или неспешной взаимной мастурбации...
Но этим утром так получилось лишь оттого, что Драко слишком утомился. Гарри не думал, что тот спал достаточно прошлой ночью. Он был беспокоен, постоянно ворочался, не единожды разбудив Гарри.
– Уже? – спросил Драко безжизненным голосом, плотнее заворачиваясь в одеяло.
Впрочем, вскоре до него, похоже, дошло, что было неплохо проявить немного больше энтузиазма хотя бы на Рождество. Он слегка расслабил свою хватку.
– Счастливого Рождества.  Не имею ни малейшего представления, чем занять нас сегодня, особенно учитывая, что мы уже обменялись подарками.
При других обстоятельствах Гарри предложил бы что-нибудь связанное с сексом, но Драко выглядел слишком расстроенным для этого. Похоже, следующие дни должны были быть невероятно трудными. Хуже могла быть только годовщина смерти Николая, подумал Гарри, радуясь, что до этой даты было ещё несколько месяцев.
– Мы насладимся роскошным завтраком, – решил он. – На первом этаже отеля есть ресторан. Он будет открыт.
– Давай закажем в номер...
– Ресторан на первом этаже, – твёрдо сказал Гарри.
Настроение Драко, скорее всего, только ухудшится, если он останется в номере без чего-нибудь, способного хоть как-то отвлечь его ото всех проблем и воспоминаний.
– Ну, хорошо, – вздохнул Драко. – Дай мне пять минут.
Блондин не добавил, что он хочет остаться один, но ясно дал это понять, поэтому Гарри покинул спальню, закрыв за собой дверь.
Гарри прождал десять минут, пятнадцать.
Спустя двадцать минут он постучался в дверь спальни.
– Драко?
Нет ответа. Никаких звуков вообще.
О Мерлин... когда Драко был в отчаянии, он был склонен делать глупые вещи. Гарри только было подумал о клевере, как поток других картин промчался перед глазами. Картин того, что ужасно несчастный мужчина может сделать, мужчина, который только несколько месяцев назад говорил, что хочет умереть...
Гарри ворвался в комнату, палочка крепко зажата в его руке.
– Драко?
Как оказалось, оснований для паники было немного. Драко сидел посередине кровати, по-прежнему обнажённый, закутанный только в одеяло. Он поднял глаза, его лицо пошло красными пятнами, щёки были мокрыми от слёз. Он открыл рот и сказал что-то, но ни единого звука не было слышно.
– Finite Incantatem, – произнёс Гарри, отменяя заклятие тишины, которое, должно быть, использовал Драко. После чего он застыл, не зная, что делать дальше. Вопросы из разряда «Ты в порядке?» были явно не уместны.
– Что я могу для тебя сделать? – вместо этого спросил Гарри.
Драко прерывисто вздохнул, дрожа в коконе из одеяла.
– Я... я должен оказаться в Уилтшире. Я долго думал. Я... я не могу... Я должен оказаться в Уилтшире, Гарри. Сегодня. Сейчас.
Гарри сел на кровать и взял руку Драко в свои, переплетая их пальцы. Ему была невыносима эта ситация, но что он мог сделать?
– Сейчас Рождество, Драко. Департамент порт-ключей сегодня  не работает. И, наверное, завтра тоже. Канада не присоединена к Британской каминной сети, ты знаешь это. И... ну, ты не можешь аппарировать на такое расстояние, ведь так? И я не могу.
Дыхание Драко стало прерывистым.
– Я должен быть там, Гарри! Всё, о чём я могу сейчас думать, это почему я ждал так долго. Я должен был рассказать всё моим родителям раньше, чтобы они могли отречься от меня...
– Это звучит не очень по-слизерински, – мягко сказал Гарри, надеясь хоть как-то исправить ситуацию.
– Плевать на Слезерин! – заорал Драко, вырывая свои руки из гарриных. – Я должен всё рассказать им, СЕЙЧАС! Как ты не понимаешь? Я проводил каждое Рождество, отказывая Нику ради них, и я не могу больше продолжать в том же духе. Это единственная вещь, которую я могу сделать для него, и я любой ценой собираюсь выполнить своё намерение!
Гарри решил, что будет лучше не напоминать, что Драко ничего не мог сделать для мёртвого мужчины, или что Ник никогда не узнает, что Драко рассказал родителям об их браке. Ещё более бесполезным было только напоминание о том, что в этом году Драко не отказывал Нику ради своих родителей, поскольку блондин явно приравнивал молчание к предательству.
По большому счёту, любой довод был сейчас бесполезен, но Гарри решил попытаться.
– Ну, и как ты собираешься добраться до Уилтшира? У нас даже нет мётел, и магазины не работают сегодня. К тому же, в любом случае, я не думаю, что полёт над Северной Атлантикой зимой очень хорошая идея...
– Поттер, – произнёс Драко, скрипя зубами, его глаза горели диким огнём, – меня не волнует, как ты это сделаешь, но если ты действительно любишь меня так, как говоришь, то ты вернёшь меня назад в Уилтшир, СЕГОДНЯ!

_______________________________________________________
r?veillon* – (фр.) (дословно) Сочельник, канун Рождества; в данном случае, праздничный ужин в Сочельник.

Глава 69

– Все билеты в Англию распроданы, – сказал Гарри, как только вернулся в номер.
Вместо того, чтобы обзванивать различные авиакомпании и пытаться в Рождество соединиться с менеджером, он воспользовался Интернетом, доступным в фойе отеля. Но даже этот способ доставил ему немало трудностей, так как Гарри не был с компьютером на «ты». Но ценой огромных усилий он всё же справился.
Сидящий на диване Драко поднял на него взгляд. Он успел одеться, пока Гарри не было, но его глаза всё ещё были красными и припухшими, как будто последний час он провел, борясь со слезами. Блондин коротко кивнул, но не сказал ничего, как будто не доверял своему голосу.
– Как ни смешно, если бы мы хотели вылететь из Англии в Монреаль, то не было бы никаких проблем, – продолжил Гарри, присаживаясь рядом с ним на диване. – Но, я полагаю, это не сильно облегчает ситуацию. Ты не сердишься на меня?
Драко поднял на него удивлённые глаза и начал было говорить, но запнулся, как будто ему не хватало дыхания. Прочистив пару раз горло, блондин попробовал начать ещё раз.
– Я иногда не могу тебе поверить.
– Ты о том, что билетов нет? Драко, я бы сделал всё от меня зависящее, чтобы помочь тебе вернуться в Уилтшир, если это так много значит для тебя...
– Я не про это, – Драко резко замотал головой. – Я злюсь на тебя, Гарри? Ты именно так воспринимаешь ситуацию? Это я должен чувствовать себя виноватым. Я никогда не должен был разговаривать с тобой в таком тоне. Ты должен был перекинуть меня через колено или, по крайней мере, использовать строгий голос и приказать мне заткнуться.
– Ты просто был расстроен, – мягко сказал Гарри, наклоняясь, чтобы ободряюще сжать кисть Драко и переплести их пальцы.
Хотя это и было нелегко, но он заставил себя – ну, разве что за исключением весьма определённой части тела, – проигнорировать пытающиеся развернуться картины с Драко, уложенным у него на коленях... с Драко с обнажённым задом, лежащего в ожидании порки, предвкушающего, может быть, даже тихонько умоляющего, в то время как Гарри наносит удар за ударом ладонью или даже ремнём... Ну, в общем, ему так и не удалось полностью проигнорировать всплывающие образы.
Но это было просто необходимо, поэтому он сосредоточился на той мысли, что пришла ему в голову, пока он рыскал во всемирной паутине в поисках рейсов.
– Я не думаю, что ты веришь в то, что я действительно люблю тебя. Ты бы чувствовал себя гораздо увереннее, веря в это, поэтому ты и устроил эту сцену, чтобы проверить меня.
– Нет, я действительно очень хочу поговорить с родителями...
– Ты понимаешь, что я на самом деле люблю тебя? – спросил Гарри, намеренно используя строгий голос, о котором упоминал Драко.
– Не совсем, – пробормотал Драко, его пальцы беспокойно задвигались в гарриных.
– Драко...
Блондин поднял голову, быстро произнося:
– Но я действительно верю, что ты хороший человек и верный друг, и что мы сейчас друзья ...
Гари начал успокаивающе поглаживать руку Драко.
– Но не в то, что я могу тебя любить?
Драко сглотнул.
– Просто это слишком невероятно. Принимая... принимая  во внимание, кто мы, ты и я.
– И кто же мы, Драко? Мы уже взрослые люди. То, что было в Хогвартсе осталось позади, – твёрдо сказал Гарри. – Ты так и не смог оставить прошлое в прошлом?
Драко резко напрягся и перевёл взгляд на стену, чтобы не смотреть на Гарри.
Вздохнув Гарри решил, что Рим не был построен за один день, и что пока лучше переключиться на что-нибудь менее болезненное.
– Ты сейчас в состоянии спуститься вниз позавтракать? Я умираю от голода.
– Заманчивое предложение, – отозвался Драко еле слышно. – Гарри... я не знаю, был ли ты прав насчёт моих попыток проверить тебя или... или я на самом деле скатываюсь до манипулирования, когда нахожусь в стрессовых  ситуациях, но...
– Но? – выждав, переспросил Гарри, поднимаясь с дивана и помогая подняться Драко.
Два красных пятна вспыхнули на щеках блондина, когда он снова поднял глаза на Гарри.
– Я хотел бы прекратить быть скотиной по отношению к тебе. Меня уже тошнит от постоянной необходимости извиняться.
– Ты не так уж часто ужасен.
Ноздри Драко затрепетали.
– Я в любом случае не должен допускать подобного. Даже если бы ты и не был настолько мягок и терпелив с моей глупостью, ты всё равно остаёшься моим хозяином. И я должен ублажать тебя всеми возможными способами, и я знаю это! Но... похоже, я не могу остановить себя в следовании своим импульсивным желаниям и выборе наиболее безмозглых идей. Я знаю, что мы выросли, но всё выглядит так, как будто мы всё ещё в Хогвартсе. Я никогда особо не церемонился, если дело касалось тебя.
– Я думаю, что тебе надо расслабиться, – мягко сказал Гарри. – Всё в порядке, Драко. Правда. Ты сможешь увидеть своих родителей, как только мы вернёмся в Англию, если ты всё ещё будешь хотеть этого.
– Ох, как же хорошо ты знаешь меня, – на лице Драко отразилось раскаяние. – Так же точно, как то, что моё имя Драко Драко Малфой. Я опять и опять буду находить поводы для усложнения всего. Я всегда нахожу. Если бы я рассказал своим родителям про Ника, когда я ещё впервые подумал об этом, я бы никогда не был твоим рабом.
– Ты слишком жесток к себе, – резко ответил Гарри. – Каждый на свете ребёнок жаждет заслужить похвалу родителей. Разумеется, было трудно сказать им то, что заведомо вызовет их неодобрение.
Драко резко вздёрнул подбородок.
– Неужели ты думаешь, что я просто боялся быть изгнанным из семьи?
– Учитывая тот факт, что твой муж был богат, и ты имеешь врождённый талант делать деньги из денег, – нет, – сухо ответил Гарри. – Я не думаю, что деньги повлияли на твоё решение. Другой вопрос, почему ты хочешь так думать? Или почему ты хочешь, чтобы я так думал? Похоже, что ты ищешь кого-то для того, чтобы наказать себя.
– Я тебе уже говорил...
– Я не имею в виду эротический аспект, – перебил Гарри, мотнув головой. – Я говорю серьёзно. Ты чувствуешь себя виноватым, и пытаешься наказать своих родителей, избегая общения с ними,  а...
–  ...Сейчас я хочу наказать их, общаясь с ними, – перебил Драко саркастичным голосом. – Рассказывая им то, что они очевидно не захотят услышать.
– Определённо. Но даже если тебя и выгонят из семьи, то ты будешь даже рад этому, не так ли? – подойдя ближе, Гарри положил руку на плечо Драко. – Но мучения сейчас не смогут ничего изменить в прошлом. Ни того, что сделал ты, ни того, что сделали они. Это бессмысленно, Драко. Поверь мне... я знаю, – добавил Гарри, думая о Сириусе.
Драко снова напрягся, черты его лица стали жёстче.
– Послушай, сейчас Рождество и тебе совершенно точно необходимо расслабиться. Я видел вывеску в фойе «Поздний завтрак с шампанским». Мы пойдём туда поесть, хорошо? И ты обязательно выпьешь много шампанского.
– Потому что ты так сказал?
– Потому что я так сказал, – согласился Гарри. Не так уж часто он прибегал к использованию своего строгого голоса, но сейчас его это не беспокоило. По большому счёту, ему даже это нравилось. – Итак... что скажешь?
Драко посмотрел на Гарри, наклонив голову на бок, как будто тот был паззлом, который он не мог разгадать.
– Я не заслуживаю тебя.
– Это опять говорит твоё чувство вины. Николая больше нет, Драко. И чтобы ты делал или не делал, пока он был жив, ты должен отпустить это. И... – Гарри легко погладил плечо Драко, – ты заслуживаешь всего, чего ты хочешь. Я хотел бы иметь возможность доставить тебя в Уилтшир, как ты просил.
– Я действительно хотел бы попросить этого, а не потребовать, – вздохнул Драко. – Что ж, поздний завтрак с шампанским. Попробую утопить свои проблемы.
– Я не собираюсь позволять тебе напиваться вдрызг, – поправил Гарри. – Никто не должен страдать в Рождество.
– Протрезвляющие чары позаботятся об этом. Странно, что даже сейчас ты совершенно не думаешь как волшебник.
Гарри усмехнулся. Он ясно понял по тону Драко, что данная фраза не была оскорблением. Простая констатация факта.
– В этом-то и весь смысл, – улыбка Гарри стала ещё шире. – Магия, Драко? Это... это волшебно, вот, что это.
– Разумеется, это волшебно. Как ещё это может быть?
– Для тебя это рутина. Знаешь, я иногда даже сочувствую чистокровным волшебникам. Вы даже не представляете, насколько замечательно это – быть способным взмахнуть палочкой и заставить вещь появиться.
– Шесть месяцев домашнего ареста, Поттер. Я знаю, что такое жить без магии.
– У вас были домовые эльфы, готовые разбиться в лепёшку, – Гарри покачал головой. – Ты даже не представляешь, насколько потрясающе такие вещи выглядят со стороны. И никогда не узнаешь. Это... это в какой-то мере немного грустно. Как думаешь?
– Я думаю, что ты уже пьян и без шампанского, вот что.
Гарри рассмеялся.
– Ещё нет, но давай начнём сейчас.

***

– А они подают действительно неплохое марочное вино, – сказал Драко, опуская на стол свой бокал с шампанским и беря птифур. Хотя вместо того, чтобы съесть, начал гонять его по тарелке. Гарри не думал, что блондин ждал разрешения, так как он уже сказал ему съесть столько, сколько захочется.
– Как насчёт прогулки вдоль реки днём? Или, если ты хочешь, мы могли бы погулять в Квебеке. Справочник утверждает, что рождественские декорации там не идут ни в какое сравнение с местными.
– И как мы собираемся попасть в Квебек?
Гарри понизил свой голос.
– Я подумал, что мы можем аппарировать...
– А сейчас ты думаешь, как... – Драко резко прервался на полуслове, заметив приближающегося официанта.
Или, нет, это не официант. Скорее, кто-то из обслуживающего персонала отеля, решил Гарри.
– Извините, вы Гарри Поттер?
«Нет, только не это, только не в Рождество», – подумал Гарри. Он почти уже ответил, что нет, не он, но смущённый взгляд молодого работника остановил его.
– Да? – сказал он вместо этого.
Молодой человек протянул ему маленький конверт.
– Это пришло для вас.
Драко смерил работника взглядом и со слегка презрительным видом поинтересовался:
– А разве вы не должны были доставить это в наши комнаты, оставив сообщение, если бы Гарри отсутствовал? Прерывание нас во время еды едва ли является признаком высокого качества обслуживания.
Щёки работника вспыхнули.
– Я... я прошу прощения, сэр. Я...  не могу объяснить почему, но мне показалось необходимым, чтобы мистер Поттер получил это немедленно.
Гарри всё понял, в тот момент, когда его рука потянулась к конверту. Едва ощутимая волна магии распространилась по воздуху, слегка щекоча пальцы. Он, скорее всего, не заметил бы этого несколько лет назад, но после достаточно долгой аврорской подготовки он стал гораздо чувствительнее к маскирующим чарам. Конверт был зачарован. И маггл, который держал его в руках, скорее всего, был под воздействием заклятия для доставления конверта немедленно.
– Спасибо, что были настолько предусмотрительны, – сказал Гарри, убирая руку от конверта, который мог быть чем угодно. – Пожалуйста, положите его на стол и примите это как мою благодарность.
Достав свой бумажник, он вытянул первую попавшуюся банкноту и передал работнику.
Тот выглядел сначала неуверенным, но через мгновение он положил конверт на стол и потянулся за деньгами.
В ту же секунду, как конверт покинул его руки, черты лица работника изменились: от неуверенного смущения, которое ясно читалось на его лице вначале, не осталось и следа, сейчас он выглядел смертельно напуганным тем, что помешал почётным гостям во время их трапезы.
– Я прошу прощения, – сказал он снова, посмотрев сначала на Драко, потом на Гарри. – Извините, пожалуйста.
С этими словами он исчез.
– Почему-то я не думал, что ты настолько экстравагантно раздаёшь чаевые, – поддел Драко.
– Ш-ш-ш, – прошептал Гарри очень тихо. – Разве ты не чувствуешь этого? Магию, которая исходит от этого конверта? Нет, даже не дотрагивайся до него. А что если это порт-ключ?
– Я думаю, что твой негативный опыт на Турнире сделал тебя параноиком, – ответил Драко, хотя и не сделал попытки пойти против прямого приказа Гарри. – И нет, я не чувствую никакой магии. Видишь ли, кое-кто из нас не является мастером Старшей палочки, или не являлся...
– Мне просто повезло, как сказал бы Снейп, – огрызнулся Гарри. – Но не в этом случае. Эта вещь находится под маскирующими чарами. Это может оказаться всем, чем угодно.
– Я полагаю, что хотя бы иногда ты можешь думать как волшебник. Или, скорее, как аврор. Ты ведь натренирован на подобного рода ситуации?
– Ну да, но если простое Finite не сработает... в общем, все другие варианты предназначены только для официального использования, а я в данный момент не являюсь официальным лицом, – пробормотал Гарри. – Но для демаскировки этого должно хватить, я полагаю.
Под столом, чтобы никто не увидел, он направил свою палочку на конверт и мысленно произнёс «Finite».
Ещё одна волна магии разошлась от конверта, когда сработало заклинание. Как только морок исчез, то конверт превратился в большой жёлтый кленовый лист.
– Довольно-таки разочаровывающе, – пробормотал Драко.
Гарри подумал о том же, но это не успокоило его разыгравшуюся подозрительность. Другим невербальным заклинанием он перевернул лист. Как и предыдущий полученный ими кленовый лист, этот тоже содержал сообщение и был от того же человека.
– Это от Министра, – сказал Гарри, наконец-то заставив свою паранойю заткнуться.
Он взял кленовый лист в руки, чтобы лучше рассмотреть послание.
«Уважаемый мистер Поттер, я надеюсь, что вы и ваш спутник наслаждаетесь Рождеством в Канаде. Я понимаю, что вы находитесь здесь как частные лица, и поэтому предпочитаете уединение, но я надеюсь, вы простите мне мою вольность в том, что я воспользовалась своими связями в Департаменте порт-ключей и узнала, что вы останетесь в Квебеке на празднование Нового года. Разумеется, вы ни в коем случае не обязаны соглашаться, но я бы хотела пригласить вас и вашего компаньона на небольшую вечеринку, которую я устраиваю новогодним вечером. Я обещаю вам, что это собрание не будет носить официальный характер. Вечеринка будет проходить в моём доме в Оттаве и будет включать только нескольких моих родственников и самых близких друзей. Пожалуйста, ответьте мне через почтовый лист, если вы принимаете предложение.
С уважение, ваша Жаклин Ласалле».
– Люди смотрят на нас, – едва слышно сказал Драко.
Гарри поднял глаза, чтобы убедиться в правоте блондина.
– Изумительная вещь, кленовые листы, – сказал он сидящей за ближайшим к ним столике паре. – Вы можете читать их. Почти как чаинки!
Драко только было начал пить шампанское, чтобы выглядеть обычно, как понял Гарри, но последняя фраза заставила его практически вдохнуть игристое вино. Он закашлялся и фыркнул, сердито глядя на Гарри. Но благоразумно придержал язык, пока они не оказались одни в лифте. И только тогда разразился возмущённым шипением:
– Чаинки? Чаинки?! Почему бы тебе ещё не потрепаться и про магические кристаллы, и про карты Таро? Я никогда не думал, что должен буду напоминать аврору про Международное соглашение секретности! Я подчеркнул, что международное?
Гарри усмехнулся.
– Я сказал это потому, что магглы уже имеют своё представление о чаинках.
– Правда? – голос Драко был полон удивления. – Ты меня разыгрываешь?
– Нет. Они также немного знают о кристаллах и картах Таро.
– Ох, я полагаю, что без магии эти знания бесполезны.
Гарри ответил хулиганской улыбкой.
– И они имеют свои собственные методы наблюдения, чтобы видеть происходящее внутри лифтов.
Драко немедленно сделал шаг ближе к Гарри, его взгляд беспокойно заметался по кабине.
– Нет!
– Ну, и кто из нас параноик?
– В таком классном отеле как этот?
Гарри притянул Драко к себе и тихо сказал ему на ухо:
– Если мы разговариваем как сумасшедшие, они спишут это на Рождественский дух.
– Правда, – прошептал Драко, – шампанское было действительно замечательным. Я чувствую себя немного не в себе. Наверное, мне следует прилечь, когда мы доберёмся до своих комнат.
– Если ты хочешь.
Драко потёрся носом о шею Гарри.
– М-м, ты тоже замечательный. Небольшой отдых просто необходим. Хотя, конечно, не в одиночестве...
Гарри притянул Драко для более крепкого объятия и горячо поцеловал его в губы.
Когда они вернулись в свои комнаты, Гарри заметил, что кленовый лист в его руке выглядел уже гораздо коричневее, чем раньше.
– Я полагаю, нам лучше ответить, прежде чем этот лист полностью засохнет, – сказал он хмурясь. – Эм... есть какая-нибудь идея, как послать сообщение?
Драко пожал плечами.
– Ни малейшей. Но он не выглядит достаточно прочным для использования пера на нём. Хм... попробуй прикоснуться к нему своей палочкой и произнести имя адресата и само сообщение. Ты принимаешь приглашение?
– Ха, после того как она потревожила Департамент порт-ключей, чтобы узнать дату моего отъезда? – Гарри резко замер, потрясающая идея неожиданно возникла в его голове. – Департамент порт-ключей!
Драко на мгновение уставился на Гарри, пока до него лишь секундой позже не дошло.
– Ох, – сказал он едва слышно. – Я... ох.
Гарри отложил кленовый лист в сторону.
– Ты всё ещё хочешь вернуться домой?
– Домой – нет, в Уилтшир – да, – Драко нервно облизал губы, затем плотно сжал, как будто боясь выдать свои самые сокровенные надежды. – Я... Ты же не хочешь делать этого, Гарри. Я знаю тебя. Я знаю, насколько ты ненавидишь использовать своё имя, насколько тебе не нравится, когда люди предлагают тебе особый сервис...
– ...Что не остановило меня от игнорирования очереди в Святом Мунго, ведь так?
– Ты сделал это только потому, что я был при смерти.
– Да, – чуть запнувшись, ответил Гарри.
Даже упоминание о той ситуации заставляло его почувствовать холодок, пробегающий по спине. Это также напоминало, насколько хрупким мог быть Драко и как часто позволял проблемам накапливаться, пока они не становились критическими для него. Или для Гарри. Если Драко был готов поговорить со своими родителями – если он набрался смелости сделать это сегодня, – Гарри меньше всего хотел стоять у него на пути.
– Я же сказал, что я сделаю всё возможное, чтобы вернуть тебя назад в Уилтшир, Драко. Я не думаю, что моя просьба доставит слишком много неудобств Министру Ласалле. Особенно, если я приму это приглашение на вечеринку.
– И сейчас ты собираешься принять приглашение на это мероприятие и попросить о личной услуге?
Прежде чем Драко смог добавить что-то ещё, Гарри прикоснулся палочкой к листу и, используя невербальную магию, которой он владел в совершенстве, сформулировал своё сообщение для отправки:
«Уважаемая Министр Ласалле, большое спасибо Вам за приглашение. Я и Драко, без сомнения, будем счастливы принять участие в совместной встрече Нового года. Мы с нетерпением ожидаем встречи с Вашей семьёй и друзьями. Я приношу свои извинения за беспокойство Вас в Рождество, но Драко и мне необходимо немедленно оказаться в Англии. Я несказанно рад, что Вы имеете влияние на Департамент порт-ключей, так как мне необходимо, чтобы они открыли для нас офис. С нетерпением жду вашего ответа.
Гарри Поттер».
Как только Гарри отнял палочку, лист снова стал ярко-жёлтым и, покачиваясь, поплыл по направлению к окну. Улыбаясь, Гарри кинулся открывать ему створку, с удовлетворением наблюдая, как лист уплывает прочь.
– Это займёт какое-то время, пока он доберётся до Оттавы...
Драко подался вперёд и захлопнул окно.
– Только в случае, если канадцы идиоты. Подобные листья – или аналоги листьев – зачарованы на аппарирование,  как только они окажутся вне поля зрения магглов. И мы знаем, что жители этой страны не идиоты, не так ли? Они заколдовали листья превращаться в обычные письма, если необходима маггловская доставка. Что он и сделал, когда мы не были на нашем балконе во время прибытия письма.
– Почему ты расстроен?
– Потому что ты не должен был это делать!
– Почему нет?
– Это не ты!
– Это влюблённость моя, – упрямо сказал Гарри.
– Порядок слов, – огрызнулся Драко. – Это моя влюблённость!
– А так это звучит глупо. Но я всё равно люблю тебя, – сказал Гарри, стараясь выглядеть  радостно.
Но, по правде говоря, внутри он чувствовал себя не очень уверенно по поводу сделанного, но не жалел об этом. Почти не жалел. Он только надеялся, что новость об этом не дойдёт до Кингсли. Тот припоминал бы ему это до конца дней.
– Гарри... – Драко быстро понял, что ноет. Когда он продолжил, его голос был просто тих. – Разве ты не понимаешь, что это означает?
– Я сдал твой тест?
– Я действительно расскажу всё моим родителям!
– Разве ты не этого хотел?
– Да, но я трушу. Я думал, мы закрыли эту тему!
– Ты просто растерян, – мягко сказал Гарри. – Но ты хотел сказать им это в течение многих лет, и не важно, как они отреагируют, после ты почувствуешь облегчение. Ты знаешь, что я прав.
– Может, ты воспользуешься строгим голосом и заставишь меня сделать это?
Гарри покачал головой.
– Ты же сам не хочешь этого.
– Поттер... – Драко вздохнул. – Гарри. Ты прав. Я действительно не хочу. Может, мне повезёт, и этот лист не... чёрт. Она точно его получит. И сделает всё возможное, чтобы помочь спасителю магического сообщества...
– Я знаю, что ты напуган, но не называй меня так!
– Ты прав. Извини. Видишь, всё, что я делаю, это создаю неприятности...
– По-моему, пришло время кому-то заткнуться, – сказал Гарри, притягивая парня к себе для поцелуя.
Как заглушающий приём, это сработало безотказно. Хотя и было не так эффективно в плане переключения внимания блондина. Драко беспокойно вздрагивал всё время.
Поцелуй был неожиданно прерван стуком в дверь. Одно простое заклинание, и Гарри смог сказать Драко, что Министр ожидает перед дверью.
Драко застонал.
– Ну почему эти канадцы не могут быть такими же нерасторопными, как и французы? Чёрт возьми, они же говорят по-французски. Неужели ничего из культуры не прививается?
Проигнорировав Драко, Гарри пошёл открывать дверь.
– Министр Ласалле. Вы настолько любезны, что прибыть так быстро.
– Жаклин, если вы не против, – сказала она, заходя внутрь. Если Гарри чувствовал себя немного стеснённо, когда прибегнул к просьбе от своего имени, то ему стало совсем уж паршиво, когда она сняла пальто, и он увидел её красное облегающее шерстяное платье. Она совершенно точно праздновала Рождество.
– Я уже побывала в Департаменте порт-ключей по вашему вопросу, – сказал она, протягивая тонкую изрезанную деревянную палочку с ярким рисунком. Когда Гарри взял её, он увидел, что это был миниатюрный тотемный столб. – Личные проблемы. Я правильно понимаю?
– Да, – ответил Гарри. И, в общем, это было правдой.
– Я очень сожалею, что вы получили плохие новости во время праздника, – сказала Министр,  показывая на тотемный столб. – Информация о вашем конечном пункте назначения уже заложена в порт-ключ, так что он доставит вас в то же место, откуда вы начали своё путешествие, как только вы скажете имя вашего нынешнего Министра магии. После этого порт-ключ будет дезактивирован, но, пожалуйста, не думайте, что вам надо его возвращать. Примите это как рождественский сувенир от меня.
Гарри кивнул, чувствуя себя ещё хуже от подозрения, что этот тотемный столб был вещью из её дома.
– Я не смогла организовать ваше возвращение в Канаду, – добавила она, обращаясь и к Драко тоже. – Это прерогатива английского Министерства.
– Мы понимаем. Спасибо вам, – немного дрожащим голосом ответил Драко.
– Я очень надеюсь, что всё наладится, – сказала она, пристально глядя на Драко. Министр совершенно ясно понимала, у кого из них были личные проблемы.
– Спасибо вам, – повторил Драко снова, ещё более напряжённым голосом.
Министр повернулась к Гарри.
– Пожалуйста, поверьте, я пойму, если вы не сможете присутствовать на моей вечеринке. В любом случае, если это произойдёт... – она протянула тиснёную карточку Гарри, – это подскажет вам, как аппарировать ко мне домой. Восемь часов вечера тридцать первого декабря, неформальная одежда.
– Я чрезвычайно благодарен вам за вашу помощь, – сказал Гарри, вымучивая из себя улыбку и принимая карточку. – Вы очень добры. Мне жаль, что я воспользовался...
– Вы не сделали ничего плохого. Я сказала вам не сомневаться и всегда обращаться ко мне, если вы нуждаетесь в какой-либо помощи.
– Всё равно...
– Я глубоко ценю и уважаю вас за ваши заслуги перед магическим сообществом, и это огромное удовольствие – быть способной помочь вам, мистер Поттер.
– Гарри, пожалуйста.
Жаклин Ласалле улыбнулась.
– Я должна вернуться к своим детям, Гарри, и я желаю вам всего наилучшего, и надеюсь увидеть вас на новогоднем вечере.
– Спасибо, что зашли, – сказал Гарри, помогая надеть пальто и открывая для неё дверь.
– Да, спасибо вам, – вторил ему Драко.
– Мне было приятно, джентльмены. Au revoir*.
И она, грациозно двигаясь, покинула номер, её походка была плавна и величественна.
Когда дверь за ней захлопнулась, Драко тяжело опёрся о спинку стула.
– Мы ведь не обязаны делать это...
– Ты хочешь.
– Нет... да, проклятие, – Драко выдавил  слабую усмешку. – Всё это было бы намного легче, если бы ты просто заставил меня.
– Твои родители не поверили бы тебе, если бы почувствовали запах палёного.
– Ужасная метафора. Но... я понял тебя.
– Ты хочешь освежиться? – поинтересовался Гарри, за что заработал злобный взгляд.
– Чёрт, нет. Пусть они увидят меня таким, какой я есть. Какой я на самом деле.
– Ну что... отправляемся? – Гарри взял тотемный столб за один конец и протянул его Драко.
Он ожидал дальнейшего сопротивления от Драко, нытья, ругани.
Но вместо этого Драко вцепился в другой конец и произнёс всего два слова:
– Кингсли Шеклболт.

_______________________________________________________
Au revoir* – (фр.) До свидания.

Глава 70
Переводчик - baster
Бета - Мия
- Ты в порядке? – спросил Гарри, когда Драко сделал шаг назад от него и чуть пошатнулся. – Ты выглядишь.... М-м-м, немного нездоровым.
- Просто доставь меня в мэнор, прежде чем я не струсил окончательно, - сказал Драко напряжённым голосом. – Я уже начинаю иметь второе мнение. И третье. И четвёртое...
- Нет никаких причин, почему мы не можем задержаться здесь на пару минут, - почему-то дом Гарри никогда не выглядел более милым. Кроме того, ему было интересно, как выглядит новая ванная. Рабочие должны были закончить работы несколько дней назад...
- Пожалуйста, Гарри, - на этот раз Драко почти умолял его. – Меня тошнит от ожидания, и мне не станет лучше, пока я не сделаю, что решил, и ты знаешь, что я не могу отправиться туда без тебя. Заклятие не позволит мне...
- Хорошо, - мягко сказал Гарри. – Я только свяжусь с твоими родителями и предупрежу их, что мы скоро будем.
- Моя мать сказала, что в этом нет необходимости. Мы можем приходить в любое время.
-Я не считаю правильным просто так появиться в их доме.
- Я их сын!
- Но я-то нет!
- Упрямый мерзавец, а?
Про себя Гарри был согласен с ним в этом вопросе, но, согласись он, Драко вил бы из него верёвки. 
- Присядь, - сказал он с нотками металла в голосе.  – Ты выглядишь так, будто сейчас упадёшь.
Нахмурившись, Драко плюхнулся на ближайший стул и скрестил руки на груди.
Гарри потребовалось всего пара секунд, чтобы связаться с замком Малфоев. На вызов каминной сети ответила Нарцисса. Она была одета в сверкающее платье и увешана брильянтами, и на какой-то момент Гарри заподозрил, что Малфои принимали гостей. Его подозрения рассеялись, когда она ответила на его вопрос, что замок кажется пустым без Драко на Рождество. Она добавила, что они будут только счастливы, если Драко и Гарри присоединятся к ним.
- Вот и всё, видишь? – спросил Гарри, вставая и отряхивая брюки. – М-м-м... твоя мать была одета достаточно формально. Может, нам стоит подняться и захватить парадные мантии?
- Я был женат на полукровке, - раздражённо ответил Драко и, пошатнувшись, встал на ноги. – Ты думаешь, соблюдения этикета изменят что-либо? К чёрту мантии. Доставь меня туда, в конце концов.
Кивнув, Гарри притянул Драко к себе и закрутился для аппарирования.
Гарри настоял бы на более долгом отдыхе для Драко, если бы знал, насколько плохо блондин себя чувствовал.
- Мистер Поттер, - тепло сказала Нарцисса, выходя их встречать. Они с мужем ждали в главном гостевом холле их громадного дома. – Драко, счастливого Рождества, дорогой!
Драко дрожал в руках Гарри, но брюнет не понял почему. Он подумал, что это просто из-за стресса и ужаса. Ужаса из-за того, что он сумел избежать на протяжении всего замужества. Ужаса перед родительским непринятием.
Гарри осторожно отцепил Драко от себя и сделал шаг назад, чтобы блондин мог встретиться взглядом с родителями и всё им рассказать.
Гарри был совершенно не готов к тому, что произошло следующим.
Как только Люциус Малфой сделал шаг вперёд, ноги Драко отказали, и он упал на четвереньки. После чего его жестко вывернуло наизнанку, рвота забрызгала всё вокруг, включая туфли отца.  Люциус отреагировал гораздо быстрее и мягче, чем Гарри мог себе представить. Проигнорировав грязь  на полу, он нагнулся, чтобы поднять сына на ноги, вглядываясь в его глаза. В то же самое время он пробормотал приветствие для Гарри, которое явно требовало заклятие. И только потом он смог обратиться к сыну.
- Драко?
- Я... я думаю, мне стоит прилечь, - едва слышно произнёс Драко.
Гарри хотел было заключить Драко в объятия, но прежде чем он успел подойти ближе, Малфой-старший сделал это за него. По большому счёту, так было даже лучше. Гарри не имел ни малейшего понятия, где мог находиться ближайший диван или кровать. Его немного удивило, что отец Драко не использовал никаких заклинаний перемещения.
Его любопытство было удовлетворено, как только Люциус устроил сына на диване, украшенном белым кружевом.
- Мистер Поттер, я могу использовать магию, чтобы помочь ему?
Гарри не знал, нуждался ли Люциус в официальном разрешении или просто хотел проверить, адаптировалось ли заклятие, но, в любом случае, он утверждающе кивнул.
Малфой-старший сотворил несколько очищающих заклинаний для Драко, а так же одно, чтобы освежить его дыхание, прежде чем позаботиться о своих собственных туфлях. Драко вздохнул и немного расслабился на подушках, его глаза начали закрываться.  Когда Люциус едва ощутимо прикоснулся ко лбу сына, Драко прижался плотнее к его руке, уголки его рта едва заметно поднялись вверх.
Сама нежность мужчины по отношению к сыну совершенно не сочеталась с его ненавидящим взглядом по отношению к Гарри.
- Что ты с ним сделал?
- Послушайте, я не имею ни малейшего понятия, почему ему стало плохо, - ответил Гарри, поскольку он не имел ни малейшего желания объяснять, что именное вызвало подобное состояние. Это было право Драко рассказывать или нет.
- Эппи! – повелительно позвала Нарцисса. Гарри был настолько сконцентрирован на Драко, что не замечал ничего вокруг. Но сейчас он увидел, что Нарцисса нервно сжимала руки, стоя на коленях рядом с диваном. Когда домовой эльф появился с тихим хлопком, Нарцисса поднялась на ноги и сделала знак эльфу занять её место. – Ты можешь определить, что случилось с моим сыном?
Эльф торжественно кивнул и вытянул свои паукообразные пальцы, слегка касаясь головы Драко, его груди и живота.
- Эппи чувствует  магическую нестабильность... нет, Эппи думает, что это было ухудшено магией, нет, этим и сильным эмоциональным выбросом, но причина кризиса есть что-то в крови...
Драко застонал.
- Ох, это объясняет всё. Три бокала шампанского, прежде чем воспользоваться транс-атлантическим порт-ключом, а затем совместное аппарирование в придачу. Мне повезло, что я остался в сознании.
Люциус прищурил глаза.
- Ты знал, что Драко пил?
- Гарри сказал мне выпить много шампанского,- простонал Драко, закрывая глаза рукой.
После этой фразы взгляд Малфоя-старшего стал убийственным. Его пальцы крепче сжали волшебную палочку.
- Ты напоил моего сына, а затем заставил его воспользоваться трансатлантическим порт-ключом, даже не озаботившись протрезвляющими чарами?
До Драко медленно стало доходить, к чему привели его бездумные слова.
- Это было не так, - сказал он, поднимая руку ровно настолько, чтобы видеть их обоих. – Я был немного не в духе, и шампанское помогло. В любом случае,  мы не планировали использование порт-ключей...
Окаймлённое золотом старинное зеркало на стене рядом с Люциусом неожиданно дало трещину через всю поверхность.  Причина была совершенно очевидна. Люциус был взбешён, и, пока заклятие не позволяло ему навредить Гарри, его ярость нашла другой выход. Когда Люциус стал в состоянии разговаривать, его голос больше походил на разъярённое шипение.
- Ты, Избранный,  Победитель Тёмного Лорда и самый передовой аврор Англии, не смог распознать порт-ключ?
- Заткнись! – сказал Драко спокойно.
- Дорогой, я знаю, что ты чувствуешь себя плохо, но ты не должен разговаривать с отцом так...
- Нет, я должен, - сказал Драко, садясь. Его плечи были опущены, рука не отрывалась от лица. – Я хочу вам много чего 'интересного' рассказать сегодня. И, пожалуй, начну с относительно приятных вещей. Во-первых,  я всё вспомнил. Все эти месяцы. Месяцы, в течение которых я не хотел ничего вам говорить, и поэтому вы ничего  не знаете.
Голос Нарциссы дрожал, как будто услышать это было очень болезненно для неё.  Гарри должен был отдать ей должное, вместо того, что отругать Драко за его безобразное поведение, она смогла сконцентрироваться на более важных вещах.
- Мистер Поттер, вы разрешите Эппи использовать  лечебную магию на Драко?
- Да, разумеется.
Эльф кивнул, оживившись, вытянулся на цыпочках вперёд и начал напевно бормотать исцеляющие заклинания.
- Я даже и не представлял, что немного алкоголя может привести к такому, - произнёс Гарри, чувствуя себя виноватым. Именно он предложил шампанское. Настоял, чтобы Драко выпил много. Потому, что я так сказал...
- Он и не должен был, такое бывает, только если порт-ключ был очень плохого качества. Но это часто случается, когда применяются заклинания для дальних дистанций.
- В любом случае, наш порт-ключ был зачарован Министром Магии Канады лично. Прелестная женщина, Жаклин, - сказал Драко, садясь немного прямее. Он всё ещё выглядел нездоровым, но цвет его лица стал гораздо лучше после манипуляций Эппи. – Она пригласила нас к себе домой встречать Новый Год. Я же упомянул это?
Нарцисса опустилась на стул, который призвал для неё Люциус, рядом с диваном, и пристально посмотрела на Драко, хотя её руки нервно двигались на коленях.
- Нет, дорогой, ты не упоминал. Ты не разговаривал с нами с того ужасного ужина в доме мистера Поттера. Не то, чтобы твоя еда была отвратительной,  но разговор за столом был довольно неестественным, как я помню. И если ты и Гарри заводите знакомства с лидерами других частей  магического сообщества, то это может оказаться полезным, не так ли?
- Не в случае, если она даже не может нормально заколдовать порт-ключ, - прорычал Люциус. – Как её зовут?
- Ласалле. Жаклин Ласалле, - ответил Гарри.
Люциус приподнял уголок рта в презрительной усмешке.
- Я припоминаю. Новости о ней доходили до нас даже в Азкабане. На четверть чистокровна, находится у власти одной из провинций. И куда катится мир? Тебе повезло, что порт-ключ не доставил вас на середину залива.
Драко вздёрнул подбородок.
- Я практически уверен, что её магия сильнее твоей, отец.
- Драко! – выдохнула Нарцисса. Её рука взлетела, закрывая рот.
- Признаю, это было не лучшим началом, - вздохнув, сказал Драко, поднимаясь на ноги. Он стоял прямой и высокий; он был собран, как будто собирался обратиться к собранию чиновников, а не к собственным родителям. Он выглядел как... как Малфой. Догадка немного шокировала Гарри, но, по большому счёту, это было к лучшему. Драко знает, как заставить родителей выслушать его. – Когда я сказал, что вспомнил всё, я имел ввиду, что мне многое нужно вам рассказать. Гарри, не мог бы ты оставить нас одних, пожалуйста?
Последний вопрос немного выбил Гарри из колеи.
- Что?
Драко одарил его взглядом, в котором ясно читалось нетерпение и раздражение.
- Я бы хотел поговорить с моими родителями наедине. Я думаю, что твоё присутствие будет отвлекать нас.
Ну да, ещё как. Насколько Люциус будет готов обсуждать вместо того, чтобы потворствовать своей неуёмной гордыне, если Гарри будет в комнате и видеть его реакцию на новости Драко?
- Разумеется, - сказал Гарри, хотя идея провести какое-то время в одиночестве в замке Малфоев была ему очень неприятна. – Я просто... м-м-м...
Драко спокойно взял его за локоть и проводил до дверей комнаты.
- Иди, насладись садами. Даже посреди зимы они представляют собой занимательное зрелище. Ты хочешь подманить павлинов? Кто-нибудь из эльфов может принести их еды...
- Нет, не беспокойся...
К этому моменту они достигли двери. Драко слегка подтолкнул Гарри через порог, после чего отпустил его руку.
- Это самый лучший вариант, - сказал он тихо. - Спасибо, Гарри.
- Разумеется...
И прежде чем Гарри смог закончить предложение, дверь мягко закрылась перед его лицом.
Сказать, что Гарри был удивлён, будет преуменьшением. Какая-то часть его была просто ошарашена. Он никогда не думал, что Драко мог... не то, чтобы игнорировать его. Особого пренебрежения в этом не было. Но это было проявление силы личности Драко.
Пока Гарри в изумлении стоял перед дверью; волна магии с лёгким потрескиванием прошлась вдоль дверного проёма и распространилась по всей закрытой двери. Как аврор, он мгновенно распознал чары приватности. Неудивительно, что один из Малфоев – скорее всего, Люциус – подумал о них.
Что его удивило, так то, что попытка наложить заклятие потерпела неудачу. Гарри какое-то время тупо смотрел на красное свечение, которое постепенное расходилось от двери, потом неожиданно испугался, что это Драко пытался наложить заклятие. Похоже, он всё ещё не пришёл в себя, даже после манипуляций домового эльфа...
- Мистер Поттер, - сказал Люциус Малфой холодным голосом, открывая дверь. Гарри посмотрел через его плечо, чтобы увидеть Драко, сидящего за столом с матерью, спокойно наблюдающей, как магический чайный сервиз плавает в воздухе, обнося их чаем. – Рес Меа Эс явно считает, что мы не можем препятствовать вам подслушивать наш разговор. В любом случае, чувство такта подсказало бы вам отправиться на осмотр наших садов, как и предложил Драко.
Он говорил так, словно Гарри был хуже грязи, чтобы оставаться здесь. Что было явно нечестным, учитывая, что Гарри и не собирался подслушивать.
- Я не знаю, как попасть отсюда в ваши сады, - не менее холодно отозвался Гарри. – Может быть, вы соблаговолите обеспечить меня картой, чтобы я мог найти дорогу среди вашего монстра, называемого замком?
Люциус заскрипел зубами.
- Монстра? Когда вы сами живёте в малюсеньком коттедже, едва способного удовлетворить потребности домового эльфа, не говоря уже о двух магах, один из которых привычен к  соответствующему его статусу жилью.
- Можем мы, наконец, приступить к делу? – громко спросил Драко со своего места.
Люциус обернулся посмотреть на сына, Гарри заметил, что его взгляд смягчился. Люциус обернулся посмотреть на сына. Когда же он повернулся обратно, то был если не умиротворён, то, во всяком случае, уже точно не собирался ругаться.
- Диего!
- Диего? – не смог удержаться Гарри.
- Я купил его в Барселоне, - с раздражением пояснил Люциус. – Диего, ты покажешь мистеру Поттеру, как пройти в сады и останешься с ним на случай, если ему что-нибудь понадобиться.
Эльф радостно запрыгал на месте и кивнул,  сделав движение Гарри следовать за ним. Малфой-старший повернулся было уйти.
- Помните, что я сказал вам, - быстро сказал Гарри, понижая свой голос, чтобы Драко не смог их услышать.
- Что вы мне сказали? – повторил Люциус, повернувшись назад и приподнимая бровь. – В самом деле, мистер Поттер,  я не могу припомнить ни единого случая, когда бы вы сказали, что-нибудь полезное для меня...
Упрямая скотина, подумал Гарри. Или горделивая сволочь... что подходило лучше.
- В моём офисе, - настоятельно напомнил Гарри. – Я сказал вам, что Драко уже не тот человек, которым он был. Вы не знаете сегодняшнего Драко. И если вы оттолкнёте его снова вашими расистскими высказываниями, вы никогда уже не узнаете его. – Гарри сглотнул, его собственное детство вызвало внутреннюю боль, которая не утихнет со временем. Он не думал об этом часто, но время от времени... - Я думаю, что он хочет иметь отца, мистер Малфой. Отца, которому он сможет верить и который не возненавидит его за желание быть другим. Пожалуйста, подумайте хорошенько о том, что вы скажете сыну, когда вернётесь в комнату. Не... не потеряйте его снова.
Может, интонация в голосе Гарри привела к этому, или тот факт, что Люциус тоже беспокоился о Драко, но тяжёлый взгляд Люциуса исчез. Он выглядел потрясённым.
- Что Драко должен рассказать мне?
- Я... - Гарри прочистил горло. – Я не могу рассказать вам ничего за него, это его история. – Он повернулся к эльфу. – В сады, Диего?
Дверь со щелчком захлопнулась, когда Гарри повернулся к ней спиной, и он последовал за эльфом по отделанным мрамором коридорам.

Глава 71 (1)

Прогулка по необъятным просторам сада отняла у Гарри больше часа. Безусловно, вид деревьев и кустарников в полном цвету, аромат восхитительных цветов, распустившихся посреди зимы, сам по себе был квинтэссенцией волшебства, но все это производило весьма слабое впечатление на Гарри. Классическое садоводство не относилось к числу его хобби, и, кроме того, он был не понаслышке знаком с Погодными Чарами. Гарри и сам использовал их для своего садика до тех пор, пока целитель из Святого Мунго не порекомендовал отказаться от них, чтобы полностью избавиться от клевера.
Ко всему прочему, его мысли были далеки от садов Малфоев. Сейчас Гарри мысленно был в кабинете Малфоев, с Драко.
Как много времени уйдёт у него на то, чтобы всё рассказать?
Правда, время было на стороне Драко. И если разговор длится уже больше часа, это значит, что Люциус, по крайней мере, слушает, не так ли?
Может, и нет, подумал Гарри, со вздохом устраиваясь на кованной садовой скамейке. Может, это означает только то, что Драко разговаривает с матерью. Она-то, разумеется, будет счастлива выслушать всё, что Драко захочет рассказать. Насколько понял Гарри, Люциус вылетел из комнаты, оглушительно хлопнув дверью, как только слова «полукровка» и «муж» прозвучали в одном предложении.
– Диего, – обратился Гарри к домовому эльфу, услужливо замершему в стороне. – Ты можешь вернуться в дом и посмотреть, что происходит? Драко всё ещё разговаривает с родителями?
Бедное создание еле слышно взвизгнуло и тут же принялось биться головой о ствол ближайшего дерева.
– Диего виноват, виноват, виноват! Диего должен огорчить почётного гостя! Диего приказали оставаться с почётным гостем! Диего приказали сопровождать почётного гостя!
– Немедленно прекрати! – Гарри одним прыжком подскочил к эльфу и с трудом оттащил его от ствола. – Сопровождай меня, ладно, хорошо! Я ничего такого не имел в виду!
Диего вскинул на Гарри скорбный взгляд и покорно кивнул.
Ну, по крайней мере, он прекратил биться головой о дерево.
– Почему ты называешь меня почётным гостем?
Эльф потрясенно мигнул.
– О, сэр, потому что, когда пришло письмо по камину, сэр, Хозяин Люциус приказал Диего и Лилли приготовить комнаты, сэр, на случай, сэр, если Гарри Поттер захочет остаться на ночь.
На случай, если Драко захочет остаться на ночь, подытожил Гарри. И всё равно было как-то странно слышать, что Люциус позаботился подготовить комнаты. Гарри ничего подобного не ожидал.
С другой стороны, этот человек уже несколько месяцев не видел сына. Возможно, комнаты – всего лишь отражение его желаний: Люциус хотел наладить отношения с Драко, и хотел настолько сильно, что готов был даже провести Рождество в обществе Гарри Поттера.
Но настолько ли сильно он хотел помириться с сыном, чтобы быть готовым принять мысль о зяте-полукровке? Чтобы примириться с тем, что сын пренебрег всеми строжайшими запретами «делить семя чистокровных с недостойным»?
Возможно, возможно, с надеждой бормотал Гарри. В конце концов, Люциус знал, что у Драко с Гарри сексуальные отношения. Однако это же не заставило его отвернуться от сына.
Хотя... у Драко не было выбора. Но сейчас это не имело никакого значения, так как Гарри был уверен, что их отношения с Драко настоящие. Но, возможно, Люциус успокаивает себя тем, что Драко вовсе не хотел вступать в какие бы то ни было отношения с полукровкой, что все это – только влияние проклятия?
Тогда Люциус, наверное, смог бы заставить себя простить Драко?
Гарри зарычал, ощущая в висках тяжёлые удары подступающей мигрени. Слишком много мыслей. Слишком много мыслей, которые движутся по кругу. И во всех этих размышлениях нет никакого проку, ведь так? Гарри не разобраться в том, что происходит в голове у Люциуса. Всё, что в его силах – ждать  и надеяться, что всё образуется.

***

С того момента, как Диего подал Гарри мешочек с павлиньим кормом, прошло уже не меньше часа. Гарри пытался отвлечься, рассыпая по дорожке семена или протягивая их на ладони забавно суетящимся вокруг павлинам. Птицы оказались на редкость дружелюбными, хотя вряд ли таких можно было встретить в природе. Все эти белые перья...
Вообще-то, они казались Гарри немного зловещими, что ли... Вероятно, из-за всех этих заморочек с чистокровностью.
Учитывая обстоятельства, павлины совсем не помогли отвлечься. Гарри с трудом удерживался от того, чтобы приказать Диего выяснить, что происходит в доме. Или, по крайней мере, узнать, действительно ли Люциус в гневе вылетел из комнаты и оставил Драко беседовать с Нарциссой.
Лишь понимание того факта, что Диего скорее размозжит голову о камень, чем выполнит подобный приказ, удерживало Гарри.
Он закончил кормить павлинов и последние полчаса провёл на берегу пруда, запуская камешки. Вполне ожидаемо, зачарованные камешки, потому что, как бы Гарри не бросал их, каждый красиво отскакивал от поверхности воды, долетая чуть ли не до противоположного берега.
Гарри мог представить себе, как маленький Драко пускал «блинчики» скакать по поверхности пруда, а его отец с показным безразличием наблюдал за забавами сына, и украдкой зачаровывал камешки...
– Вот ты где, – прозвучал за спиной Гарри голос.
Резко повернувшись, Гарри внимательно вгляделся в лицо Драко, пытаясь понять, что произошло.
– Ну, что?
– Тебе не идет мантия моего отца.
Гарри непроизвольно передёрнул плечами. Это мантия Люциуса? Когда Диего щелкнул длинными костлявыми пальцами и вынул её из ниоткуда, Гарри не обратил на это внимания. Он просто слегка замёрз даже в садах, где температура воздуха регулировалась Погодными Чарами, и был слишком погружён в свои размышления, чтобы задумываться ещё о цвете и покрое поданной ему мантии. И, конечно же, о том, кому она принадлежала. Но довольно предсказуемо, что это была мантия Люциуса. Все свои вещи Драко перевёз в дом на Вороньем Утёсе, а потом ещё и уничтожил большую их часть, когда пьяным крушил всё вокруг, выплескивая свой гнев и горе.
– Забери её, – Гарри сдёрнул мантию с плеч.
Драко посмотрел на неё, но не прикоснулся.
– Мне не нужна мантия. В отличие от некоторых волшебников, которых мы не будем называть, я наложил на рубашку Согревающие Чары, прежде чем выйти на улицу. Хотя, если бы мог только предположить, сколько времени уйдёт на то, чтобы найти тебя, я бы удвоил их силу.
Гарри с удивлением уставился на него. Драко выглядел как минимум забавно, читая лекцию о том, как нужно использовать чары в данном случае.
– А разве чары Малфоев не смогли точно указать тебе место, где по вашим владениям бродит не-Малфой?
– Я не смог применить их, – глухо сказал Драко.
О, Господи.
– Прости меня, – Гарри приблизился к Драко и, пытаясь утешить, положил руку на его плечо. Мантия буквально жгла пальцы Гарри, напоминая обо всём, связанном с Люциусом, так что Гарри просто скинул её на землю. Диего потом уберёт. – Твой отец... он отрёкся от тебя?
Драко покачал головой.
– Нет, хотя он и не был доволен, если можно так выразиться. Я хочу сказать, что просто не могу использовать чары против тебя. Даже для того, чтобы определить твое местонахождение.
О. Ну, что ж, это было не так уж страшно. В таком случае Гарри не представлял, почему Драко так расстроен, хотя, конечно же, мало приятного в таком ограничении на магию.
– Нас пригласили к обеду, – так же глухо и безрадостно продолжал Драко. – Приглашение не слишком сердечное, так что, если хочешь, можешь наплевать на него.
– Всё может быть не так уж плохо, раз нас всё же пригласили обедать, – указал Гарри.
– Мама пригласила нас уже после того, как отец вышел из комнаты.
Что ж, тогда понятно.
– Гм... как долго твой отец говорил с тобой?
– Почти всё время. И «говорил» – правильное слово. Он не захотел слушать. Нет, он был слишком занят, разбивая вдребезги любимый мамин хрусталь.
Вспомнив, как Люциус в гневе расколол зеркало, Гарри понимающе кивнул.
– Что ж, это лучше, чем если бы он проклял тебя...
– Он не может проклясть меня. Я принадлежу тебе.
– Не думаю, что Рес меа эс означает, что никто не сможет наложить на тебя проклятие.
– Возможно, нет, но, полагаю, Рес меа эс не позволило бы, чтобы он проклял меня на самом деле. То же самое происходит, когда я не могу прийти сюда без тебя, или не могу отвечать на их письма, если только ты не разрешишь мне. Раньше родители всегда имели надо мной некоторую власть, а теперь проклятие направлено на то, чтобы дать понять, что у меня есть единственный хозяин.
– Ты думаешь, что твой отец не может проклясть тебя, или ты знаешь это наверняка? – с подозрением спросил Гарри. Боже, если только Люциус направил палочку против Драко, Гарри разорвет этого высокомерного придурка на части, вырвет его проклятые руки и...
– Ты просто не знаешь его, – вздохнул Драко. – Он никогда не использовал грубую силу против меня. Ему более свойственно использовать свои власть, авторитет и силу денег, чтобы добиться желаемого. Возможно, именно из-за этого сейчас ему так тяжело. У него не осталось власти и авторитета, чтобы принудить меня к чему-либо, и финансовые аргументы не действуют, так как теперь мое состояние не зависит от дома Малфоев.
Гарри озадаченно нахмурился.
– Не понимаю. Он не может изменить прошлое, так зачем теперь использовать все эти рычаги? Чего он хочет?
Драко снял со своего плеча руки Гарри и притянул их к своим губам, нежно целуя костяшки пальцев.
– Всё просто. Как только он понял, что я «сотворил со своей жизнью», как он выразился, он тут же потребовал, чтобы я официально аннулировал брак и отрекся от Николая. Он согласен простить мои «отвратительную ошибку» и «временное помешательство», если только я признаю, что «отцу лучше знать». Но я не сказал то, что он ожидал услышать. Вот что так разъярило его. Тут-то и начал взрываться хрусталь. О... кстати, мама простила передать тебе её благодарность.
От ласковых поцелуев у Гарри подгибались колени. Самое странное, Гарри не понимал, почему Драко так нежно и восхитительно чувственно целует его руки. Раньше разговоры о браке с Николаем никогда не способствовали проявлению нежных чувств к Гарри... и особенно физическому проявлению. А что там по поводу Нарциссы и её благодарности?
Гарри решил, что сейчас это не важно. Он с трудом стоял на ногах.
– Почему ты целуешь меня? – с трудом выдавил он.
– Потому... что... тебе... это... нравится?.. – страстно предположил Драко.
– Да, но...
– Потому, что это напоминает мне о том, что я хочу сделать с тобой, как только мы вернёмся домой?
Гарри вцепился в плечи Драко, с трудом удержавшись на ногах.
– Драко...
Блондин нежно обнял его, но вовсе не для аппарации. Внезапно Гарри понял, что спиной он опирается на ствол дуба, а Драко прижался к нему всем телом.
– Возможно, нам стоит отклонить приглашение на обед и как можно скорее отправиться домой? – прошептал Драко прямо в губы Гарри. – Я хочу тебя. Я хочу почувствовать твой член в руках, во рту, глубоко-глубоко в горле...
Гарри едва не кончил от восхитительно возбуждающего и развратного тона. Член, о котором так похотливо говорил Драко, буквально звенел от напряжения.
– Чёрт возьми, эльф...
Драко слегка повернул голову и бросил косой взгляд через плечо.
– Диего, ступай и сообщи моим родителям, что я не могу остаться на обед, поскольку слишком занят, трахаясь с Гарри Поттером в их саду...
Гарри застонал:
– Драко...
– Расслабься, – сказал Драко, чуть отстраняясь. Ровно настолько, чтобы позволить Гарри дышать. Они всё ещё прижимались друг к другу. – Диего ушёл, как только я начал целовать твои руки.
– Я не слышал характерного хлопка...
– Конечно, не слышал, – Драко усмехнулся. – Ты был занят. Мной. 
Что ж, с этим не поспоришь.
– И всё-таки я не понимаю, – Гарри с трудом сглотнул комок в горле. – Я думал, что разговор огорчит тебя, а не... гм...
Сексуальное возбуждение казалось какой-то нетипичной и слегка оскорбительной реакцией, учитывая все обстоятельства.
– О, да, я был огорчён, – Драко вздрогнул и повел плечом, словно отметая в сторону неприятные воспоминания. – Но у меня было не меньше двадцати минут на размышления, пока я искал тебя, так что я кое-что понял. Знаешь, что я почувствовал, Гарри?
Что ты возбуждён, да? Нет, не стоит. Сейчас Драко выглядел совершенно серьёзным, поэтому Гарри постарался проглотить первый пришедший на ум ответ.
– Я почувствовал освобождение, Гарри, – Драко улыбнулся. – Ну, разумеется, я не освободился, я всё ещё твой раб. Но ты знаешь, что я совсем не против такого Хозяина. Нет, я говорю о другом освобождении... я хочу сказать... не знаю... Это трудно объяснить, но сказать родителям о Нике... эта тайна тяготила меня, эта тайна оставалась от моего брака, так что... И чем дольше я хранил эту тайну, тем больнее было, словно это гноящийся нарыв. Не могу сказать, что я не испытываю тоски по Николаю, но как только родители всё узнали, это чувство стало... отстранённым, что ли. – Улыбка Драко угасла. – Это чудовищно? Я отвратительный муж?
Гарри покрепче обнял Драко, прижав его к себе.
– Думаю, ты просто человек. Я уверен, что ты был чудесным мужем.
Драко слегка дрожал в объятиях, но это, скорее, было похоже на смех, хотя Гарри не понимал, что смешного можно тут найти.
– Не уверен. Мы ссорились.
– Все пары ссорятся.
– Мы с тобой не ссоримся.
Гарри почувствовал, как тепло окутывает его и счастье переполняет его сердце. Драко назвал их парой.
– Ну, знаешь... У нас было семь лет постоянных ссор, да и драк, и сейчас мы... оправляемся от этого. И, не забывай, у нас тоже бывают размолвки. Например, клевер.
Драко кивнул и слегка переместился в руках Гарри, чтобы дотянуться поцелуем до его губ.
– Я целовал пальцы, потому что хотел поблагодарить тебя, – прошептал он, смущённо отводя взгляд. – Если бы не ты, я никогда не набрался бы смелости, чтобы рассказать всё родителям. Просто не смог бы. Этот нарыв исходил бы гноем до моей смерти. И знаешь... я предпочту, чтобы мой отец ненавидел меня за то, кто я на самом деле, чем любил того, кем я лишь притворялся бы.
– Ох, Драко, – Гарри сжал объятия. – Уверен, твой отец любит тебя.
– Если можно любит того, кто вызывает ужас и отвращение. Он смотрел на меня... Мерлин! ...будто моему рассказу о браке с полукровкой, о браке, о котором я не сожалею, он бы предпочёл, чтобы меня ещё раз вырвало на него.
– Уверен, он свыкнется с этим.
Драко грустно усмехнулся.
– Уверен? Я считаю, что он свыкнется с необходимостью не признавать эту часть моего прошлого. Ведь он не вышвырнул меня из имения. Ха, возможно только потому, что он не может. Если он вышвырнет меня из рода, то потеряет последнюю возможность контролировать наши отношения, а этого он не допустит.
– Ну, посмотри на дело по-другому: то, что он не может отречься от тебя, не дает оснований для желания приглашать тебя на обед. 
– Приглашение от моей мамы, я же говорил, – Драко с усилием улыбнулся. – Ты снова собираешься это делать? Не слушать то, что я говорю?
– Возможно, у меня просто кружится голова от любви.
– Я думал, это чувство заставит Вас чаще слушать меня, Хозяин Гарри.
Последние слова вызвали улыбку на лице Гарри.
– Иногда я вообще не могу думать или слушать. Хм... так ты хочешь остаться на обед?
Драко вздохнул.
– У меня нет никакого желания оставаться на обед. Уверен, мой отец сумеет излить свой гнев на тебя, и обед будет, по меньшей мере, мрачным, но, с другой стороны, мне кажется невежливым отвергать оливковую ветвь мира. И я уже покончил с тактикой «я с тобой не разговариваю». Она себя не оправдывает.
– Мы могли бы вернуться сейчас домой и договориться о другом дне для того, чтобы пообедать в Мэноре, после возвращения из Канады.
– Нам придётся вернуться в Канаду?
– Придётся, – поморщился Гарри. – Я обещал присутствовать на приеме в Министерстве.
– А, ясно.
– Я думал, ты выкажешь больше энтузиазма. Быть на короткой ноге с человеком её положения?..
– Что ж, это заманчивая перспектива, но если она включает ещё один транс-атлантический порт-ключ... – Драко вздрогнул. – Не думаю, что это того стоит.
– Отлично, – озорно ухмыльнулся Гарри. – Тогда мы полетим.
– Мы говорим не о Ла-Манше, Гарри. Полет через Атлантический океан, как минимум, попросту глупость и, как максимум, самоубийство...
– Самолётом, глупый, – Гарри потянулся вперёд и запечатлел поцелуй на кончике носа блондина.
Драко отпрянул.
– Ты шутишь.
– Вовсе нет.
– Я знаю, что ты вырос в маггловском мире, но ты же не хочешь убедить меня, будто облетел весь мир на ретивом самолете...
– Реактивном, – рассмеялся Гарри. – Нет, не хочу. Но, полагаю, это будет забавно.
– Забавно? Забавно болтаться невесть как, тысячи миль в воздухе, даже без магии, которая могла бы удерживать тебя от падения? Кстати, что вообще держит самолет в воздухе? На вид они чертовски тяжёлые!
– Кажется, всё зависит от формы крыла.
– Кажется? – Драко закатил глаза.
– Мы можем полететь первым классом, – Гарри дразнящими, лёгкими прикосновениями пальцев поглаживал руку Драко. – Слышал, что там относятся к тебе, как к королю. Появляется стюардесса, стоит только нажать кнопку, и шампанского сколько угодно...
– Какой соблазн!
– И мы сможем присоединиться к Клубу одной мили, – поддразнил Гарри. – Это тебе понравится. Этот клуб будто создан для тебя. Очень... эксклюзивный клуб.
– Клуб одной мили?
– М-м, я проведу тайную инициацию в самолёте.
– Какую тайную инициацию?
Гарри ухмыльнулся.
– Ну, я же не могу что-либо ещё сказать, верно? Иначе это не было бы тайной. Но тебе понравится. Обещаю.
– Что если самолёт упадёт?
– Маловероятно. Вообще-то гораздо опаснее ездить на автомобиле.
– И я так часто езжу на автомобиле!
– Я уменьшу свою Молнию и спрячу её в карман, – пообещал Гарри. – При малейших признаках опасности мы выпрыгнем из самолёта и улетим вместе на закат.
– Ты сумасшедший. Ничего не получится... ведь не получится?
– Конечно, получится, – уверенно сказал Гарри, стараясь сохранить серьёзное лицо. Хотя он вовсе не был уверен. Впрочем, это неважно. Самолёт не разобьется, вот и всё. – Просто скажи, что ты полетишь на самолёте.
– Что ж, может быть, если у меня будет стимул... – лицо Драко осветила озорная усмешка. – Хорошо. Я полечу на самолёте с тобой.
Гарри чуть склонил голову на бок.
– Ты что-то задумал. Что же заставило тебя передумать?
– М-м, мне на ум пришло, что если я буду продолжать общаться с полукровками, мне стоит приобщиться к маггловской культуре. – Драко указал на небо, которое начали окрашивать в сиреневые тона начинающиеся сумерки. – Нам стоит вернуться в дом, принять душ и переодеться к обеду.
– Я думал, что мы волшебники, – поддразнил его Гарри. – Как насчёт Чистящих чар? 
– Я всегда признавал преимущества старого доброго мытья. Например, перед тем, как идти искать тебя, я три раза почистил зубы. Уверен, что Чистящие чары, которые накладывает мой отец, отчистили бы всё, тем не менее, почистив зубы обычным способом, я чувствую себя куда лучше.
Гарри приподнял бровь.
– Ты воспользовался чужой щеткой?
Это было совсем не в духе Драко.
– Я трансфигурировал её.
– Итак, – Гарри последний раз поцеловал Драко в губы и пристально вгляделся в его посерьёзневшие разом глаза, – ты действительно хочешь остаться на обед? Это необязательно. Если хочешь, мы можем вернуться домой.
– Нет, я хочу остаться.
На мгновение в глазах Драко что-то промелькнуло. Гарри сказал бы, что это озорство, если бы не предельная серьёзность тона блондина.
Внезапно Гарри преисполнился подозрений.
– Ты собираешься снова поругаться с отцом?
– Это, – отвлечённо произнёс Драко, – зависит только от него.

***

– Боюсь, даже не смогу предположить, где может быть Люциус, – Нарцисса слегка теребила свою юбку. На ней всё ещё было то же самое строгое официальное платье, и теперь, когда выпал шанс приглядеться к нему, Гарри понял, что оно ему напоминало.
Точно такое же платье носила добрая фея из сказки о Волшебнике из страны Оз.
Нарцисса – добрая фея Уилтшира. Гарри изо всех сил старался сдержать смех. Нарцисса Малфой не была доброй феей. Она совсем не была доброй.
С другой стороны, она и не была настолько злобной, как представлялось когда-то Гарри. По крайней мере, сейчас она была здесь, в гостиной, с ними, делая всё возможное, чтобы быть гостеприимной хозяйкой. Она делала, что могла – по меньшей мере, это включало желание избегать ссор и простить Драко прошлое: и его брак, и то, что он не отвечал на родительские письма. Она любила сына, и готова была на всё ради него, как и ради того, чтобы вернуться в его жизнь.
– Бренди? – предложила она Гарри, указывая на появившегося эльфа с подносом.
Гарри взял бокал и шёпотом приказал Драко выпить немного.
Драко был необычайно молчалив после возвращения в дом. Его игривое настроение испарилось без следа. Он проводил Гарри в приготовленные для них комнаты – наверно, их указала его мать. Он принял душ, освежил свою одежду и слегка изменил её в соответствии с требованиями к деловому официальному костюму. Но не магическому. Маггловскому.
Гарри ограничился тем, что умылся и причесался.
Перед дверью в гостиную Драко замер, глубоко вдохнул, будто готовился к худшему. Однако в гостиной их ожидала только Нарцисса.
Драко ощутимо расслабился, хотя и продолжал по большей части хранить молчание.
– Вам понравился сад, мистер Поттер?
Гарри пробормотал несколько вежливых комплиментов Мэнору. Вновь установилась тишина. Гарри не представлял, что ещё можно сказать.
В конце концов, Нарцисса вздохнула.
– Полагаю, вы в курсе того, о чём рассказал нам сегодня Драко?
Это пробудило Драко.
– Я рассказал об этом Гарри несколько месяцев назад.
Нарцисса кивнула, но её губы искривились в болезненной гримасе. То, что Драко говорил с Гарри прежде, чем поделиться таким с родителями, очевидно, ранило её.
– Так... так жаль, что мы не имели возможности познакомиться с твоим... твоим молодым человеком.
– Мужем, мама.
– Твоим м-мужем, да, конечно.
– Тебе не захотелось бы знакомиться с Николаем, – сухо проговорил Драко, проглотив разом полбокала бренди. – Не глупи.
– Очевидно, что я способна испытывать только одно чувство, – с горечью отозвалась Нарцисса. – Не стоит упоминать, например, мистера Поттера, с которым ты связан, и родословную которого я никогда не упоминаю!
– Не упоминаешь потому, что не считаешь меня виновным в этом. Хотя и следовало бы! Я уже говорил, что вызвало к жизни это грёбаное проклятие. А именно, я сам!
– Не груби, дорогой. Ты же знаешь, мы ожидаем от тебя только достойного поведения.
Что ж, это объясняло склонность Драко к сквернословию. Наверно, каждый раз он чувствовал себя так, словно вбивал осиновый кол в ценности своих родителей.
– Во всяком случае, ты чудовищно заблуждаешься, – продолжала Нарцисса. – Я не человек, который всегда верен только одной идее, Драко. Да, я чистокровная и горжусь этим. Но я ещё и мать. Как бы ни была я разочарована твоим выбором партнёра и супруга, мне всё равно хотелось бы познакомиться с человеком, похитившим сердце моего сына.
– Чтобы ты могла наплевать на него?
Нарцисса усмехнулась.
– Я слишком хорошо воспитана для этого.
Драко кивнул, в его глазах проблеснула жестокость.
– О, разумеется. Вся грубость скрыта в любезностях, и она же сверкает в вежливости ярче, чем фамильные бриллианты на пальцах. Вы с отцом в этом мастера.
– Со временем даже твой отец примирился бы с твоим браком, – мягко сказала Нарцисса. – Драко... ты значишь для нас куда больше, чем все законы и традиции, управляющие чистокровным обществом. Твоё поведение свидетельствует о том, что ты в это не веришь... И это неверие ранит куда сильнее, чем что бы то ни было другое.
– Не думаю, что отец согласился бы...
– Он бы не согласился, – всё так же мягко прервала его Нарцисса. – Самое страшное для него – осознавать, сколько боли он причинил тебе, насколько подвёл тебя, Драко. Даже не удивительно, что ты влюбился в полукровку. Скорее всего, это твой способ отступить от решений, которые в прошлом принимали Малфои.
Ноздри Драко дрогнули.
– Так вы, наконец, признаёте, что допустили ошибку, присоединившись к Упивающимся Смертью.
– Ох, дорогой мой, – Нарцисса покачала головой, вовсе не стараясь опровергнуть слова Драко. – Ближе к концу любой идиот понимал, что это была чудовищная и глупая ошибка. Она не привела ни к чему, кроме потери чести и страданиям, и таким болезненным урокам, которые не сможет компенсировать никакое состояние: потере доброго имени и возвышенного стремления к совершенству. И ты восстал против установлений, которые мы принимали, таким драматическим способом продемонстрировал своё пренебрежение к ценностям, которые мы исповедовали и которые привели нас к катастрофе, а твоего отца к заключению... всё это вполне закономерно, разве нет?
– Я не поэтому вышел замуж за Николая. – Драко отвернулся. – Я любил его.
– Но почему ты влюбился?
– О, почему люди влюбляются? Он понимал меня. Он знал, что мне нужно.
«Подчиняться», – подумал Гарри. Именно этого жаждал Драко, когда жил без воспоминаний, руководимый только инстинктивными потаёнными желаниями. Но Драко не желал подчиняться Гарри. Теперь нет.
– Безусловно, знал, – спокойно согласилась Нарцисса. – И веришь ли ты мне, Драко, или же нет, я всё-таки хотела бы иметь возможность познакомиться с ним. Николай Преображенский был мне зятем, единственным, который был и будет у меня: ведь Рес меа эс не даст тебе вступить в брак. Кем бы ни был твой муж, Драко, он был частью семьи. А ты знаешь, насколько важна для меня семья.
Драко не смотрел в сторону матери.
– Возможно, мне лучше уйти, чтобы вы с матерью могли поговорить, – предложил Гарри, поставив пустой бокал на резной круглый столик. – Похоже, вам есть что ещё обсудить.
– Только если этого хочет Драко, – ответила Нарцисса, пока эльф убирал бокал. – Теперь вы, мистер Поттер, единственный человек, почти зять, который только может у меня быть. Раньше я, вынуждена признать, не думала о вас в таком ключе, но сегодняшние откровения не оставляют мне иного выбора. И поэтому, ради Драко, я принимаю вас как члена семьи.
Раньше она не проявляла такого отношения, поэтому Гарри подумалось, что так она пытается доказать Драко, что она не настолько плохая мать, как он думал... что он мог доверять ей достаточно, чтобы захотеть познакомить с Николаем.
– Ко всему прочему Драко, похоже, испытывает весьма сильное влечение к вам, – добавила Нарцисса. – Он говорит о вас с глубоким чувством.
– Мама! – воскликнул Драко, закатывая глаза.
Она изящно склонила голову.
– Так и есть, дорогой.
– Не нужно устраивать мою личную жизнь. Я никогда в этом не нуждался.
– Это может быть опасно, – сурово сказал Гарри, хотя внутренне ликовал, услышав слова «весьма сильное влечение». Иногда ему так и казалось, но всякий раз он боялся обнадёживать своё сердце, неправильно истолковав поведение Драко. Хотелось бы надеяться... – В последний раз, когда вы пытались вмешаться, он чуть не задохнулся.
Нарцисса побелела.
– Позвольте принести мои извинения вам обоим. Но, разумеется, я не пыталась контролировать ваши действия по отношению к моему сыну, мистер Поттер. Я всего лишь высказала свои наблюдения.
– О, и я хотела спросить, не наделены ли вы даром предвидения? – гладко продолжала Нарцисса, оправившись от испуга, с улыбкой, затмевающей блеск её платья. – Как же иначе вы могли предвидеть, что Люциус уничтожит столько хрусталя?
– Я... я не предвидел. – Гарри с трудом сглотнул.
Ему нечего стесняться. Если у Драко хватило мужества признать свои ошибки, то и у Гарри достанет сил объяснить свой поступок.
– Просто подходящий подарок на Святки?..
– Так вот что ты имела в виду, когда говорила, что хочешь поблагодарить Гарри? – слегка озадаченно спросил Драко. – Хотя я всё ещё не понимаю, о чём именно идёт речь.
– О, боже, твой мистер Поттер прислал мне самую изумительную коллекцию хрусталя, которую я видела, – пояснила Нарцисса.
– Ты послал моим родителям рождественские подарки? Даже я не сделал этого!
– Это был не рождественский подарок, – пробормотал Гарри. Он с трудом прочистил горло, прежде чем решился встретить испытующий взгляд Нарциссы. – Я... я хотел возместить тот хрусталь, который Драко уничтожил несколько лет назад. Э-э... когда злился на меня за то, что я не стал свидетельствовать на суде в его пользу. Мне и в самом деле стоило так поступить, я решил, что тут есть и моя вина, в том, что он швырял хрусталь, и мне следует... э-э... возместить вам эту утрату и показать, что я действительно сожалею.
– О, боже, – Нарцисса прижала руки к сердцу. Приглядевшись, Гарри понял, что её пальцы дрожат. Почему-то ему показалось, что в этом нет ничего напускного. – Это действительно весьма рассудительно, мистер Поттер. Признаю, что ранее я действительно считала, что вы в долгу у нас, учитывая ту помощь, которую я смогла оказать вам в конце войны, но с тех пор вы столько сделали для Драко. И я высоко ценю ваш жест, хотя в нём и не было насущной необходимости.
– Буквально не было необходимости, Поттер, – сказал Драко. – Мне было запрещено колдовать, но не эльфам. Они умеют чинить вещи, даже разбитые вдребезги, хотя ты, возможно, не знаешь таких заклинаний. Мы не лишились ни единого бокала.
– И всё-таки это был чудесный жест. – Нарцисса блеснула ослепительной улыбкой, затмевающей её бриллианты.
На мгновение эта её улыбка показалась ухмылкой хищницы, и у Гарри сложилось странное впечатление, что она не одобряет пренебрежительный тон, который сквозил в высказывании Драко. Гарри моргнул, и это впечатление пропало, вместе с хищной ухмылкой. Нарцисса просто благодарно улыбалась.
– У вас изысканный вкус, мистер Поттер.
– Уверен, что нет...
– Хрусталь Тироне – безусловно, наилучшее из всего, что может предложить Европа, но широкая общественность не осведомлена о нём. Только истинные ценители...
– Я послал сову Кричеру... – Гарри вспыхнул до корней волос. – Чтобы... э... узнать, какой хрусталь вы любите. Он всегда любил подглядывать и подслушивать, шпионить и узнавать что-нибудь, так что он и вправду был счастлив сделать это для меня.
– Кричер? – Нарцисса слегка нахмурилась. – А, Кричер. Я не вспоминала о нём... о, боже. Не годы, десятилетия. – Её глаза сузились. – Я вовсе не осмеливаюсь указывать вам, как обращаться с Драко, мистер Поттер, но мы сейчас говорим не о нём. Не принято посылать эльфа шпионить за членами своей семьи.
На кончике языка Гарри вертелся ответ, что он никогда не считал её членом своей семьи... но потом он вспомнил её слова. Она действительно принадлежит к его семье. Почти.
В конце концов, он любит Драко, и он женился бы на Драко, если бы только мог, и это определённо означает, что Нарцисса стала членом его семьи. Его семьей. Драко – его партнёр, партнёр на всю жизнь, и, несмотря на всю неординарность подобной связи, они – семья.
В глазах магии и общественности, даже в глазах Министерства, связанные на всю жизнь партнёры немногим отличались от супружеской пары. Семья...
– Больше такого не повторится, – Гарри глубоко вздохнул. – То есть я не попрошу Кричера следить за вами. И... думаю, вы можете называть меня Гарри.
– Буду польщена, – проговорила Нарцисса, изящно протягивая Гарри руку.
Гарри не понял, что она хочет, и почти уже протянул руку для рукопожатия, когда быстрый жест Драко, стоящего позади Нарциссы, привлёк его внимание.
Подступив ближе, Гарри склонился над рукой Нарциссы и аккуратно поцеловал узкую кисть.
– Вы можете называть меня Нарцисса, – проговорила она, когда Гарри выпрямился. – Хотя, разумеется, это ваше решение.
Мелодия прозвучала в отдалении, изысканная и тонкая, словно волшебная фея коснулась своими тонкими пальчиками гитарной струны.
Нарцисса направилась к столовой.
– Разве мы не подождем отца? – Драко поторопился догнать её у двери.
Нарцисса слегка повела плечом.
– Я действительно не знаю, захочет ли он присоединиться к нам. Когда я поднималась наверх, чтобы сообщить ему о принятом приглашении, он всё ещё был в большом раздражении. Дай ему немного времени, Драко. Он не будет злиться вечно.
– Мы говорим о том самом человеке, который годами выказывал своё недовольство мне потому, что в первый день я не смог подружиться с Гарри Поттером и заставить его пожать мне руку в поезде?
– Но ведь это было из любви к тебе, Драко. Разве не понимаешь? Он жил в страхе, каждый день в страхе, что Гарри Поттер каким-нибудь образом узнает о проклятии Рес меа эс, и Люциусу придётся то ли отдать тебя в рабство, то ли в бессилии наблюдать твою смерть. Если бы в школе вы подружились, твой отец был бы уверен, что Гарри не будет чудовищно жесток в своём отношении к тебе.
– Гарри не будет чудовищно жесток даже в отношении своего злейшего врага, мама.
– Да, это так, но тогда мы не могли быть уверены. Пожалуйста, постарайся понять, Драко. То, что ты принимал за презрение и пренебрежение со стороны твоего отца, часто было вызвано лишь его волнением о твоём благополучии. Заклинание не позволяло нам с Люциусом ни рассказать тебе об опасности, ни передать информацию через других, но мы знали, что однажды ты можешь стать жертвой Рес меа эс. Как, по-твоему, твой отец должен был реагировать на то, что вы с Гарри Поттером стали врагами? Что ваши отношения ухудшались из года в год? Мы были вне себя от волнения, и не было способа успокоить наши страхи. Особенно когда ты постоянно повторял «Гарри Поттер сделал то-то», «Гарри Поттер сказал то-то».
– Я никогда не был достаточно хорош для отца, – горько ответил Драко. – Ты не сможешь убедить меня, что под презрением и пренебрежением скрывалось беспокойство. 
– Я сказала «часто», а не «всегда», – мягко напомнила Нарцисса. – Но ты неправ. Он скуп на похвалу, но ты достаточно хорош для своего отца. Он гордился тобой. Когда Люциус был в Азкабане, ты нашёл в себе силы и смелость продолжать жить, а не похоронил себя и наше будущее, оплакивая наши потери. Нужны были силы и смелость, чтобы отстаивать свою позицию сегодня. Люциус был бы рад, если бы сегодня ты отступил, но твоё упорство вызвало его уважение. И...
Она бросила на Гарри взгляд, очевидно, колеблясь, стоит ли продолжать.
– Твой отец очень гордится тем, как ты справляешься с настоящей ситуацией, Драко. Он не смог бы примириться с врагом, находясь в его полной собственности. Он говорил мне, что нужно быть истинным слизеринцем, чтобы оставить позади годы вражды и ненависти из чистого прагматизма.
– Это не совсем так, – сказал Драко, задумчиво покусывая губы. – Скорее, дело в том, что Гарри никогда не был моим врагом, несмотря даже на то, что я был его врагом.
– Всё это в прошлом, – успокаивающе пробормотал Гарри, заметив, как судорожно сжаты пальцы Драко.
– А сейчас звонок к обеду, – легко проговорила Нарцисса, когда изысканная мелодия прозвучала вновь. – Пройдёмте.

Глава 71 (2)

***

Они уже закончили с салатом и закуской и приступили к супу, когда появился мистер Малфой.
Он вошел уверенной походкой, преисполненной собственного достоинства, с выражением ледяной вежливости на лице и палочкой в руке.
Всё что он, однако, сделал, это небрежным движением палочки отодвинул стул.
Претенциозная чистокровная задница, подумал Гарри.
– Драко, мистер Поттер, – произнёс Малфой тоном, в котором не было и намёка на сердечность. Его голос неуловимо потеплел, когда он обратился к жене. – Нарцисса, дорогая.
– Садись поскорей, Люциус.
Он разгладил свою официальную мантию, и бросил критикующий взгляд на сына.
– Это Рождественский обед, Драко, а не пикник на пляже. Неужели ты не мог надеть что-либо более подобающее случаю?
– Тебе стоит быть осторожнее, отец, – Драко спокойно опустил ложку. – Это высказывание было довольно близко к указанию Гарри, как со мной обращаться. Насколько мне известно, он требует, чтобы я одевался в соответствии с его вкусами, а не с твоими.
– Ты полагаешь, что не заслуживаешь медленного удушения за то, что сделал?
Гарри вздрогнул. В устах отца о сыне... это было жестоко.
Драко прямо и спокойно посмотрел в глаза отца, сверкающие в колеблющемся свете свечей расплавленным серебром.
– Вышел замуж за человека, который составил любовь моей жизни, полагаю?
– Полукровку, – процедил Люциус.
Драко рассмеялся, его резкий, сухой смех словно разбил стеклянный купол тишины, накрывавшей столовую.
– Этот упрек звучит восхитительно, особенно от человека, который заставил всех нас положить жизнь, честь и состояние к ногам полукровки.
– Уверяю тебя, что эти сведения держались в строжайшей тайне до самого последнего времени...
Драко вздёрнул бровь.
– А. Что ж, я благодарен тебе за то, что ты признал это, отец.
Гарри моргнул, не совсем понимая, о чём речь.
– Ты учил меня, что отличия, обусловленные чистотой крови настолько ярко проявляются и настолько резко выражены, что полукровки и магглорожденные никогда не смогут овладеть своим скрытым наследием. Приятно понимать, что ты признаёшь свои ошибки.
– «Признаёшь ошибки»?!
– Ну, разумеется, – обманчиво невинным тоном продолжал Драко. – Если сейчас ты настаиваешь, что Тёмный Лорд смог утаить своё истинное происхождение в течение столь длительного времени, следовательно, нет такой уж значительно разницы между людьми с разной чистотой крови, не так ли? В конце концов, если полукровки настолько слабее чистокровных, разве не демонстрируют они свои слабости каждым своим заклятием?
– Темный Лорд был необычайно силён, – пробормотал сквозь зубы Люциус. – Редкостный феномен.
– Предположим, что и Николай тоже, – открыто насмехался Драко. – Предположим, он был настолько могуществен, что я и не подозревал о чистоте его крови до замужества. Это оправдает моё преступление перед родом?
На мгновение Люциус выглядел так, будто потерял почву из-под ног.
– Всё так и было?
– Нет. Я знал всё ещё до нашего первого свидания.
– И всё-таки ты вступил в брак.
– Не было причин не вступать. – Драко вздрогнул под пренебрежительным взглядом отца. – Он сказал мне, что не чистокровен. Ведь это было совсем незаметно. Тогда-то я понял, насколько сильно ты заблуждался. Хотя это можно было осознать и ранее: твои вояжи в Азкабан ясно свидетельствовали о том, что у тебя не было достойных убеждений, которые стоило бы перенять.
– Драко, – выдохнула Нарцисса. – Прошу тебя. Ты уже всё сказал, раньше, а сейчас Рождественский обед, и у нас гость...
– Часть нашей семьи, ты так хотела сказать? – Драко перевёл насмешливый взгляд на Нарциссу. – Разве не так ты называла Гарри, мама? Единственный зять, который у тебя будет?
– Это не позволяет относиться к нему с меньшим уважением, чем к гостю...
Мистер Малфой поднёс салфетку к губам, всего лишь на мгновение, и когда он опустил её, его лицо вновь было спокойно и невозмутимо. Гарри не мог не подумать, что Люциус прятал гримасу... гримасу отвращения, наверное, при одной мысли о таком зяте.
Это не ускользнуло и от внимания Драко. Он обратил беспощадный взгляд на отца.
– О, неужели эта мысль так ненавистна тебе, отец? Не могу понять, почему, особенно учитывая тот факт, что Гарри ещё один феномен, из того же разряда, о котором ты только что упоминал... и который так впечатляет тебя. Ты же не сомневаешься в могуществе его магии? Что, кстати, напомнило мне кое о чём. Я давно хотел спросить у тебя, ты сомневался и в способностях профессора Снейпа? Нет, позволь я угадаю... Он ещё один феномен!
Малфой полностью овладел собой, изящно промокнул губы салфеткой, хотя ещё и не прикоснулся ни к чему на столе.
– Это не просто вопрос магического дарования, – гладко ответил он.
Драко поёжился, похоже он слышал этот тон очень часто. Малфой игнорировал его гримасу и продолжил:
– Это вопрос культуры. Мистер Поттер никогда не сможет посмотреть на мир с твоей точки зрения, и как бы он ни старался, его манеры всегда выдадут пришельца в мире магии. У Северуса, как тебе должно быть известно, была привычка выражаться на публике, когда он был в большом раздражении. Стоит ли продолжать?
– Да, разумеется, его манеры. – Драко послал Гарри быструю улыбку. – О, только посмотри на него! Он даже не подумал переодеться к обеду. Но я ведь тоже пренебрег этим. И я, кстати, чистокровный. Как любопытно.
– Не юродствуй, – проворчал Люциус. – И не говори мне, что ты не заметил культурных отличий между собой и своим... своим...
– Мужем. Ирония. Сколько раз ты приглашал меня в голубую гостиную, усаживал в кресло и старался убедить вступить в брак, а я уже был замужем. Двойная ирония, если подумать, состоит в том, что даже брак не защитил меня от судьбы, от которой ты пытался оградить меня тем же браком. Вот я, униженный до уровня собственности, раба. Каково это, видеть своего гордого, чистокровного сына, павшего так низко? Я меньше, чем домовой эльф – Диего, по крайней мере, может съесть что-нибудь, когда голоден. Я же прошу разрешения Гарри на каждый глоток.
– Ты был бы в безопасности, если бы всё ещё состоял в браке...
Блеск в глазах Драко явно показал Гарри, что Люциус только что заглотил приманку.
– Да, полагаю, – Драко улыбнулся так, словно гиена, хищно обнажающая зубы, перед тем как наброситься на добычу. – Итак, ты предпочел бы, чтобы я состоял в браке с человеком, которого я люблю, или чтобы я провёл жизнь в качестве собственности Гарри Поттера?
Люциус молчал. Возможно, он не мог найти ответ. Ни один отец не сможет сказать, что хотел бы видеть своего сына в роли бесправного раба, но Малфой не мог заставить себя сказать, что предпочёл бы в качестве альтернативы мужа-полукровку для своего сына.
– Тройная ирония, если принять во внимание, что и Гарри полукровка, – промурлыкал Драко, когда сам потянулся и переплёл свои пальцы с пальцами Гарри. Он демонстративно положил их соединенные руки на стол. – И, как верно указала мама, я практически замужем за Гарри. Ты же понимаешь, что у нас возникли все те отношения, которые характерны для супружеских пар. Включая интимные? Я имею в виду...
– Я знаю, что ты подразумеваешь. Нет необходимости раскрывать этот вопрос, – оборвал его Малфой.
– Так что весь этот скандал вокруг того, что Николай был полукровкой, совершенно лишён смысла, сплошной идиотизм, – бросил в ответ Драко. – Разве не очевидно, что сейчас моя судьба – провести всю жизнь с полукровкой?
Что-то случилось с Малфоем. Гарри не совсем понял, что именно; он просто увидел, как мужчина содрогнулся, и его глаза остановились на Гарри. Его глаза... казалось, что понимание наконец-то захлестнуло его...  появилось осознание ситуации. Целую долгую минуту Люциус не отрывал взгляда от Гарри.
Затем он отвёл глаза и спокойно обратился к сыну. Нет, не спокойно... его голос словно потух, как угас и взгляд, лишённый затаённой ненависти.
– Ты так и не ответил мне, замечал ли ты культурные отличия между собой и... – Люциус с трудом перевёл дух, – ...твоим мужем.
Драко воинственно смотрел на отца, готовясь к перепалке, не смотря на изменившийся тон, но последнее слово остановило его.
– Разумеется, были определённые различия, – куда спокойнее ответил он после небольшой паузы. – Его привычки в использовании магии весьма отличались от моих, но это, скорее, имело отношение к тому, что он был наполовину русским, чем к тому, что являлся полукровкой.
Люциус кивнул, но, казалось, он не мог не поглядывать на Гарри. Как будто... как будто он никак не мог примириться с тем, что понял несколько минут раньше.
– Нам стоит сменить тему, – наконец предложил он.
– О, как жаль, – протянул Драко, и сарказм звенел в каждом его слове, точно натянутая тетива. – Сидеть и слушать, как оскорбляют моего мужа – что может быть забавней! Это стоит ввести в обиход как светское развлечение. Что ж, разве не в этом смысл Рождества...
– Я приношу свои извинения, – твёрдо произнёс Люциус.
Эти слова были так неожиданны, что Гарри чуть не перевернул свой бокал с водой. Он почувствовал, как сжались пальцы Драко, переплетённые с его пальцами.
– Мёртвые должны упокоиться с миром, – глухо добавил Малфой. – Я понимаю, что ты любил его, Драко. Не понимаю, почему, но я знаю, что ты любил его, и нет смысла обсуждать эту любовь. Нам стоит выбрать другую тему.
Это, подумал Гарри, самое разумное, что Малфой сказал за весь вечер.
– О чём же нам говорить? О погоде?
Нарцисса чуть вздрогнула, услышав вопрос Драко.
– Думаю, о твоём здоровье, – ответил Малфой, окидывая сына пристальным взглядом. – Ты уверен, что чувствуешь себя достаточно хорошо?
Драко не стал притворяться, что не понимает вопроса.
– Да. Диего вполне компетентен в таких чарах, отец. Думаю, что позже выпью пару глотков шампанского. В настоящий же момент одна мысль о нём пугающе неприятна.
– Я велела кухонным эльфам оставить шампанское в винном погребе, – сказала Нарцисса. – Мысль о бренди не производит неприятного впечатления, дорогой?
– Нет, только разговоры.
Малфой не обратил внимания на комментарий.
– Также мне хотелось бы знать, вполне ли безопасно тебе находиться в присутствии магии эльфов. Этот вопрос не был исследован в удовлетворительной степени. Всё, что мы выяснили на данный момент, это что ты можешь без опаски играть в бильярд на зачарованном столе, и сегодня стало очевидно, что манипуляции Диего не привели к неприятным последствиям. – Малфой внезапно напрягся. – Мне следовало подумать об этом прежде, чем приказывать ему наложить на тебя заклятия...
– Не беспокойтесь, я же говорил вам, что всё в порядке, – сказал Гарри.
– У меня не было аллергии, – Драко вздохнул и покачал головой. – Сегодня я говорил вам, что мы с Николаем были Невыразимцами. Нам приходилось избегать всех видов магии, произведённой не-волшебниками для чистоты наших экспериментов. Мы хотели выяснить, способна ли магия только волшебников, совершенно чистая и не испытывающая влияния других видов магии... – Драко с усилием сглотнул, его дыхание ускорилось. – Пожалуй, мне не стоит продолжать. Это предупреждение. Устраиваясь на работу, я дал Нерушимый Обет о неразглашении, так что я лучше промолчу.
– Дорогой мой! – воскликнула Нарцисса, буквально взлетая со своего стула и в мгновение ока очутившись рядом с Драко. Она нежно прикоснулась ко лбу сына. – Прошу тебя, не говори ни слова.
– Не волнуйся, мама, не скажу, – сухо ответил Драко. – Я свободно могу обсуждать эту тему с Гарри, поэтому я задумался, не потерял ли силу Обет. Теперь у меня есть ответ на этот вопрос.
– Мне позвать Диего? – Малфой наклонился вперёд, вперив взгляд в Гарри. – С вашего разрешения, разумеется.
– Нет, не нужно... всё в порядке, – Драко потряс головой, и с легким раздражением посмотрел на мать. – Ты можешь вернуться на своё место.
Она, похоже, вполне овладела собой, поскольку не стала упоминать о том, что минуту назад Драко было нехорошо.
– Невыразимец, дорогой! Я не думала об этом раньше, но это превосходно! Работа в Министерстве только упрочит наше положение в обществе, учитывая...
Она замолчала, очевидно, не желая критиковать решения своего мужа. По крайней мере, не бросать это ему в лицо. Безусловно, она высказалась об этом раньше.
– Я не упрочил наше положение в обществе в том смысле, который вкладываешь в это слово ты, – на лицо Драко набежала тень. – Невыразимцы не вносятся в официальные списки служащих, и даже если бы вносились, моё имя было бы исключено. Николай поступил вразрез с правилами и политикой Министерства, когда нанял меня. Никто в Министерстве никогда не признает, что я работал там.
– Не то чтобы тебе была нужна работа... – холодно вставил Люциус.
– Совершенно верно, отец. Как удачно, что я стал рабом. Ты можешь найти это возмутительным, но я, по меньшей мере, не возражаю.
– Я не нахожу это ни возмутительным, ни шокирующим, Драко, – обронил Люциус. – В конце концов, ты же с ним.
Драко поднял руку Гарри к своим губам и нежно поцеловал, не превращая, однако, поцелуй в то чарующе возбуждающее действо, что в саду. Аккуратно отпустив пальцы, Драко взялся за ложку для супа.
– Да, Гарри необычайно хороший хозяин.
– Полагаю, могло быть и хуже, – сейчас Малфой был явно зол, и не давал себе труда скрывать это. – Хотя хотелось бы надеяться, что мистер Поттер на будущее запомнит, насколько неумно использовать порт-ключи после нескольких бокалов шампанского.
Глаза Драко опасно сверкнули.
– О, это напомнило мне о нашей замечательной новости, отец. Нам с Гарри не понадобиться порт-ключ при возвращении в Канаду. Мы полетим маггловским самолётом!
– Нет... – с трудом проговорила Нарцисса. – О, мой дорогой, драгоценный, пожалуйста, скажи, что это не так, вы не полетите... Это смертельно опасно, это просто самоубийство!
– Это будет увлекательным приключением.
– Если это не суицид, – жёстко сказал Люциус. – Как ты смеешь сидеть здесь, улыбаясь с таким видом, будто принял зелье глупости, и говорить, что собираешься вручить свою жизнь в руки маггловских машин!
– Прости, мне казалось, что я говорю с человеком, который каждый год отвозил меня на вокзал Кинг-Кросс, чтобы я мог сесть в поезд.
– Экспресс зачарован, так что он не может подвести, – возмутился Люциус. – Драко, будь рассудителен. Если тебе трудно переносить порт-ключи, просто останься в Британии.
– И отказаться от приглашения на прием канадского министра? Мы приглашены к ней, отец.
– Она всего лишь квартеронка!
Драко рассмеялся.
– Неужели это должно меня заботить?
– Но самолёт, дорогой... – дрожащими губами едва выговорила Нарцисса. – О них рассказывают такие ужасные истории.
– У тебя нет необходимых документов! – воскликнул Люциус. – Бумаги для путешествий, всё то, что используют магглы. Они не впустят тебя в их убийственные сооружения.
– У меня дипломатический паспорт, – вмешался Гарри. – У всех авроров есть такие на случай, если придется столкнуться с магглами. Чары Памяти мы приберегаем на крайний случай.
– Но это не значит, что вы сможете получить его для Драко...
– Как вы думаете, кто занимается выдачей документов, – Гарри указал на себя. – Глава ОМП. С помощью магии всё это устроить очень просто. Пара заклятий – и вот новый паспорт,  внесённый во все базы данных магглов.
– Базы данных, – Малфой небрежно повел рукой. – Уверен, вы не можете выдать паспорт не-аврору. Разве вы не переживаете о своей работе?
– Вообще-то у меня есть полномочия выдавать документы по своему усмотрению, если я посчитаю это необходимым и ситуация потребует того. Например, привезти свидетеля из-за границы. Маггловский транспорт редко используется, но у меня есть разрешение выписывать документы и тем, кто не является служащим Министерства.
– И какая же ситуация этого требует сейчас? – холодно спросил Малфой. – Полагаю, Министр может пересмотреть своё отношение к Гарри Поттеру, использующему служебное положение в личных целях.
Гарри не собирался спорить с ним.
– Думаю, нам с Министром придется обговорить этот вопрос, но как только я объясню, что документы были выписаны с целью сдержать слово, данное мадам Ласалль, и избежать дипломатического скандала, уверен, он согласится с тем, что моё решение было верным.
– Мистер Поттер, прошу вас... – Малфой умолк, тревога отразилась на его лице. – Полагаю, я вызову больше проблем, чем принесу пользы, пытаясь переубедить вас, – пробормотал он, наконец.
– Вот как, – Гарри приподнял бровь.
– Я говорил о вашем поведении как главы министерского отдела, – резко ответил Люциус. – Я не указывал вам, как обращаться с моим сыном. Он принадлежит вам, и вы будете делать с ним то, что сочтёте необходимым. Я никогда не буду спорить с вами касательно этого, мистер Поттер. Я понимаю всю опасность.
– Хорошо, – едко ответил Гарри.
Гарри так и не узнал, что мог бы ответить на это Люциус, поскольку тут в столовой появились эльфы и убрали суповые тарелки одним щелчком пальцев. Как только тарелки исчезли, один из эльфов выхватил из ниоткуда массивную сковороду и принялся с громкими криками бить себя по голове.
– Хозяин Люциус, Джиззи виновата! Так виновата! Джиззи не знала, что Хозяин Люциус вышел к столу! Хозяин Люциус сидел и ждал суп! Джиззи подогреет суп! Нет, Джиззи приготовит свежий суп! Сначала Джиззи приготовит свежий салат! И свежие закуски! Нет, Джиззи...
– Просто подай нам всем следующее блюдо, Джиззи, – спокойно велела Нарцисса. – И будь любезна, прекрати ломать утварь.
Гарри едва не подавился, явившись свидетелем этой сцены, но когда эльфийка исчезла, Нарцисса улыбнулась ему.
– В самом деле, Гарри, это самый простой и эффективный способ остановить их страсть к наказаниям. Наших эльфов куда больше беспокоит урон, причиняемый нашей собственности, чем им самим.
– Ты зря стараешься, Нарцисса. Это еще одно культурное различие. Магглорожденные и выросшие в среде магглов никогда не поймут, как правильно обращаться с эльфами, – процедил Люциус.
– Возможно, – согласился Драко, откидываясь на спинку стула. – Но Гермиона Грейнджер говорит на эльфийском. А ты, папа?
Малфой вспыхнул.
– Эльфы наши слуги, они должны овладеть нашим языком, а не наоборот. Все остальное – полнейшая глупость.
– Гусь, – с явным облегчением в голосе провозгласила Нарцисса, когда очередной эльф появился в столовой, левитируя перед собой огромное блюдо. – Возможно, Драко был прав, и нам стоит ограничиться темой погоды.
Малфой зашипел, но, следуя совету жены, все оставшиеся перемены придерживался темы погоды.

***

К моменту окончания праздничного обеда Гарри едва дышал. Официальный приём это одно, но кому в здравом уме понадобиться три разных десерта, следующих друг за другом? Да ещё и с шербетом между ними, «чтобы очистить вкусовые рецепторы». Это просто смешно, так что к концу обеда Гарри просто отщипывал по кусочку от каждого блюда, которое ставили перед ним.
– Спасибо, мама, – сказал Драко, когда кулинарная пытка подошла к концу. – Ты превзошла саму себя в этом году. Не могу припомнить ни одного Рождественского обеда, равного этому пиршеству.
Едва заметный румянец окрасил бледные щеки Нарциссы.
– Возможно, я перестаралась. На сегодняшний вечер планировался обычный обед, но когда ты сказал, что можешь остаться у нас, и мы пообедаем вместе, я была так счастлива, что мне хотелось подать все твои любимые блюда.
Гарри чуть не рассмеялся. У Нарциссы были свои недостатки, но, очевидно, она была любящей и заботливой матерью, такой, которой всегда не хватало самому Гарри. Даже если забота была направлена не на него, Гарри нравилось наблюдать за Нарциссой. И, конечно же, ему нравилась забота, направленная на Драко, и любой, кто её проявлял.
– Я так и подумал, – пробормотал Драко. – Что ж, ещё раз спасибо. Гарри... уже поздно. Вероятно, нам стоит вернуться в Лондон...
– Для вас подготовлены комнаты, – обратился Люциус к Гарри. – Вне всяких сомнений, всё полностью зависит от вашего решения, но, если Драко недостаточно хорошо себя чувствует для аппарации или каминной сети, мы с радостью приглашаем вас обоих провести ночь в Мэноре.
– Всё зависит от желания Драко.
Драко закусил губу, не желая, очевидно принимать решение и чувствовать свою ответственность за него.
– Дом – это звучит чудесно, Гарри.
– О, замечательно, – Нарцисса расцвела, едва удержавшись от того, чтобы захлопать в ладоши, словно пятилетняя малышка.
– Нет, – поправил Драко. – Мой дом, мама. Наш с Гарри дом.
– А... – её голос угас. – Да, разумеется. Мне следовало понять. Спасибо за то, что ты сумел навестить нас на Рождество, Драко. Мы уже потеряли всякую надежду. Сообщение мистера Поттера было более чем приятным сюрпризом... Более приятные моменты в моей жизни были, только когда ты родился. И когда я узнала, что тебя приговорили к домашнему аресту вместо заключения в Азкабан.
– К счастью, это сообщение было менее драматичным сюрпризом, чем два упомянутых тобою, – Драко послал своей матери нежную улыбку, очевидно, вполне довольный, несмотря на свои слова. – Кроме того, мы ведь не религиозны. Рождество – это просто день.
– Я уже начала думать, что никогда тебя не увижу, – прерывающимся от сдерживаемых рыданий голосом сказала Нарцисса. – Никогда, Драко. И мы ничего не могли сделать. Любая попытка поговорить с тобой без разрешения мистера Поттера могла привести к твоей смерти. Мы понимали, что нам придётся ждать, пока ты придешь к нам... и... и мы начали думать, что этот день никогда не наступит, – она вытерла глаза, оставив в уголках горькие слезинки. – Рождество – это не просто день, не в этом году. Это самый важный день из всех.
– Не начинай рыдать снова, Нарцисса, – сухо проговорил Люциус, протягивая руку и накрывая ею руку жены. Несмотря на сухость тона, этот жест был преисполнен любви и заботы. – Наш сын откажется приезжать к нам, если ты будешь плакать.
– Мама, мамочка! – воскликнул Драко, подойдя и падая на колени перед ней. Он обхватил её талию и спрятал лицо у неё на плече. – Прости, что заставил тебя думать, будто я не вернусь! Я никогда не собирался избегать вас. Я просто знал, что должен так много объяснить обо всём, что я скрывал от вас, и я не знал, как это сделать! И... и когда я всё это рассказал вам, оно стало настоящим, понимаешь? Как чудовищно, отвратительно я вёл себя по отношению к Нику, что не говорил вам!..
– Возьмите себя в руки, – прошипел Люциус. – Оба, немедленно! У нас гость!
– Не гость, – Драко поднял взгляд на отца. – Я принадлежу ему, на всю жизнь и... и это значит, что он кто-то и для тебя. Кто-то больше, чем гость...
Нарцисса бросила острый взгляд на Люциуса.
– Гарри – это человек, который держит в своих руках жизнь и счастье нашего сына, Люциус. И он вполне способен с этим справиться, не считая сегодняшнего мелкого недоразумения. Драко прав, он не гость. Нам стоит в дальнейшем относиться к нему, как к члену семьи.
Она сделала легчайшее, почти незаметное ударение на слове «нам», но этого оказалось вполне достаточно.
Малфой закатил глаза, но, вполне очевидно, знал, когда лучше не противоречить жене.
– Почту за честь, если вы будете обращаться ко мне по имени, – он вскинул подбородок, обращаясь к Гарри. – И я искренне надеюсь, что следующее посещение моего дома вы не отложите на месяцы.
Гарри не смог противиться соблазну:
– Моё полукровное посещение, не забывайте.
– Вы научитесь, – вздохнул Люциус. – Когда вы в первый раз обедали с нами, вы ошиблись с выбором столового прибора семнадцать раз. Сегодняшний обед был куда сложнее, но вы допустили только восемь значительных ошибок.
– Ты упустил салат, закуску, и почти весь суп, – легко сказал Драко, возвращаясь на своё место. – Ты не видел, как он чавкает и прихлебывает суп.
Люциус уставился на Гарри, потрясённый представившейся ему картиной.
– Ох, Драко, не дразни отца. Для нас и так достаточно тяжело то, что ты собираешься взойти на борт одной из этих чудовищных летающих машин. Боже, если магглам непременно нужно путешествовать внутри железных птиц, разве не могут они трансфигурировать их так, чтобы те хотя бы внешне походили на настоящих?
– Нет, – спокойно сказал Драко. – Не могут. Они магглы.
Нарцисса снисходительно покачала головой.
– Приятно видеть, что ты вернул ещё одну частичку себя, дорогой.
Прежде чем Драко смог ответить, Гарри поднялся со стула. Все Малфои немедленно встали.
– Думаю, нам с Драко пора домой.
– О, но ведь мы не вручили вам обоим ваши рождественские подарки...
Нарцисса замолчала, когда её муж укоризненно взгляну на неё.
– Да, вы должны делать с Драко то, что считаете нужным, – упавшим голосом проговорила она. – Конечно, должны. Но поверьте, пожалуйста, что наши двери всегда раскрыты для вас... Гарри.
Гарри коротко поклонился.
– Увидимся по возвращении из Канады.
Голос Нарциссы задрожал.
– Б-будьте осторожны, пожалуйста...
Ох, ради бога.
– Полет на самолёте куда безопаснее квиддича, – сухо сказал Гарри. – И гораздо безопаснее, чем работа на безумного тёмного волшебника!
Это было бы хорошим ответом, но внезапно Гарри понял, что не может просто так уйти. Потому что... она назвала его своим зятем... почти зятем. И она пошла дальше и назвала его членом семьи, и она любит Драко, и...
Гарри просто не мог оставить ее в ужасе и беспокойстве.
– Послушайте, вы же знаете, что я считаю Драко своим партнёром, связанным со мной на всю жизнь, правда? Я не позволю, чтобы с ним что-нибудь случилось. Я знаю о магглах больше, чем вы, поэтому просто поверьте мне, когда я говорю, что это безопасно.
Удивительно, но ответил ему Люциус.
– Вы правы, мистер Поттер. Мы просто должны доверять вам, – его голос дрогнул от подавляемых чувств. – Я понял это несколько месяцев назад.
– Гарри можно довериться, – преданно сказал Драко. – Мне повезло, что Малфои всегда принадлежали Поттерам. Ты был прав. Всё могло быть гораздо, гораздо хуже.
«Всё могло быть гораздо хуже». Это звучало не очень оптимистично, равно как и признание Драко факта, что он связан рабскими узами на всю жизнь.
Но, возможно, Драко и не мог сказать больше. Вероятно, так действовало Рес меа эс. Это было проклятие связи, и, вероятно, из-за него Драко не ощущал себя партнёром, а только рабом.
– Увидимся, когда мы вернёмся из Канады, – повторил Гарри.
Драко мгновенно уловил намёк.
– Спокойной ночи, мама, – он наклонился, прикоснувшись нежным поцелуем к её щеке. – Благодарим за прекрасный обед.
Драко измерил взглядом то расстояние в несколько шагов, отделяющее его от отца.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, Драко, – тон Люциуса был твёрд, но не столь непреклонен, как раньше.
Не говоря больше ни слова, Драко позволил Гарри обнять его и развернуть их обоих для аппарации домой.

Глава 72

– Думал, мы уже никогда не останемся вдвоём, – промурлыкал Драко в шею Гарри, когда они оказались посреди гостиной.
Его язычок дразнящее вылизывал шею брюнета, отслеживая биение венки.
– М-м, ты такой вкусный...
Громко рассмеявшись, Гарри попытался расцепить обвивавшие его руки.
– Наверх, Драко.
– Зачем же наверх? Всё, что мне нужно, есть прямо здесь...
– Новая ванна, Драко, – Гарри не сдерживал радостной улыбки. – Новая ванна, вот зачем! Мы сможем вымыть друг друга, а потом я...
– Нет, нет, – прохрипел Драко, ухватив Гарри за краешек манжеты, и медленно, развратно умудряясь поглаживать всего лишь рукав его рубашки. – Разве вы не понимаете, Хозяин Гарри? Это я хочу служить вам сегодня ночью. Всю ночь. Моё единственное стремление – доставить вам удовольствие. Я хочу заставить вас кричать от возбуждения, кричать, пока вы не охрипнете, так, чтобы в конце вы могли только стонать и требовать ещё.
У Гарри подкосились ноги.
– Ты... ты...
– Ваш раб, – прошептал Драко, прижимаясь губами к шее Гарри чуть выше воротничка.
Он поддразнил язычком нежную кожу, а затем впился жадным поцелуем.
– Не приказывай нам принимать ванну вместе сегодня, Гарри. Позволь мне услужить тебе. Я хочу, чтобы ты просто расслабился, и позволил наслаждению затопить тебя, позволил мне позаботиться о твоём удовольствии...
– Хорошо, – с трудом проговорил Гарри.
Его голос перехватывало от возбуждения. Никогда ещё Драко не был таким открытым, не требовал и не умолял с такой настойчивостью, не был настолько искренним в своём сексуальном возбуждении... но нет, постойте, был вообще-то, но с тех пор прошло, казалось, не меньше нескольких лет. Именно так Драко вел себя тогда, когда потерял память.
Тогда, когда не представлял себя ничем и никем иным, кроме как рабом Гарри.
– Т-ты... – Гарри прочистил горло и задумался, не разумней ли будет просто заткнуться и наслаждаться. К этому моменту Драко уже вытаскивал рубашку Гарри из-за пояса, яростно срывая её с плеч и жадно целуя кожу Гарри. – Т-ты другой...
– А ты прекрасен, – пробормотал Драко в промежутке между поцелуями. – Не понимаю, как я пережил все эти три десерта, когда единственное, чем хотелось бы мне насладиться, это вы, вы, мой прекрасный, возлюбленный Хозяин Гарри...
Волна счастья омыла сердце Гарри. Конечно, «возлюбленный» – это ещё не «я люблю тебя», но очень, очень близко. По крайней мере, это ведёт к вожделенному «я люблю тебя», не так ли?
Драко, словно ласковый тигрёнок, потёрся щекой о левый сосок Гарри.
– Я едва удержался от того, чтобы упасть на колени перед тобой там, в саду родителей. Я так сильно хотел твой член, что боялся умереть или сойти с ума от жажды. Понимаешь... Я наконец-то почувствовал себя свободным.
– Ты нравишься мне, свободным, – севшим голосом произнёс Гарри, зарываясь лицом в шелковистые легкие пряди Драко.
Драко выпрямился в полный рост и взглянул Гарри прямо в глаза.
– Ты должен понять. Не то чтобы я совсем забыл его. Просто.... сейчас я с тобой.
– Мне нравится, когда ты со мной.
Драко усмехнулся.
– Мне тоже, Гарри. Если ты действительно хочешь в новую ванну, нам стоит поторопиться и подняться наверх, пока я не стащил с тебя брюки...
Гарри крепко прижал к себе Драко и вновь закрутил их в аппарации, направляясь прямо в спальню. Он предпочел бы очутиться прямо в ванной, но из-за перепланировки и перенесенных стен не рискнул, так как смутно представлял себе место назначения.
И всё же место, в котором они очутились, мало напоминало их спальню.
– О. Мой. Бог, – слабо выговорил Гарри, оглядываясь в ужасе и растерянности. Его спальня превратилась в руины. Похоже, что ураган дважды или трижды прошёлся по тому, что когда-то было комнатой. Стены как будто взрывали маггловской взрывчаткой, всюду валялись куски штукатурки и даже кирпичи.
Драко приподнял бровь.
– Мне показалось, что ты нанимал строителей-волшебников.
– Нанимал, – Гарри с трудом сглотнул и потянулся к телефону, стоящему на ночном столике. – Лучше позвонить Гермионе и спросить у неё, что здесь случилось...
Драко мягко вынул телефонную трубку из слабой руки.
– Сейчас Рождество, Гарри. Не порти ей праздник. Завтра будет достаточно времени, чтобы всё выяснить.
– Но... но, – Гарри с сомнением воззрился на кровать, засыпанную строительным мусором и обломками. – Наверно, нам придется всё здесь почистить и устроиться на ночь. Или, может быть, лучше в твоей комнате, хотя мне почти страшно заглянуть туда и увидеть, что творится там.
– Я посмотрю, – предложил Драко. – Сейчас вернусь.
Драко развернулся на каблуке, растворяясь в воздухе, и почти тут же вновь возник перед Гарри.
– Ещё хуже, – передёрнул он плечами. – Похоже, что и шкаф взорвался.
Гарри нахмурился.
– У фирмы, в которую я обратился, была прекрасная репутация, и мне рекомендовали её, как самую лучшую. Э-э... ты не хочешь вернуться в свою комнату и попытаться разобрать там свои вещи?
– Чтобы ты смог позвонить Гермионе? – усмехнулся Драко. – Нет, не хочу.
Чёрт. Иногда Драко понимал его слишком хорошо. Чертовски, пугающе хорошо.
– Почему бы нам не вернуться в Мэнор, – мягко предложил Драко, – и не воспользоваться комнатами, которые приготовил отец?
Гарри непроизвольно содрогнулся. С него достаточно Малфоев. Но если Драко хочет вернуться.
– Эм... ну...
– Я пошутил, Гарри.
– Правда?
– Да, – хулиганистая улыбка появилась на лице Драко. – Хотя, вынужден признать, в этом есть и свои привлекательные стороны. Выказать свою страсть прямо под носом моего отца. Всю ночь напролёт. И потом спать утром так долго, что отцу придётся самому прийти будить нас и увидеть, как мы спим вместе, обнажённые, сплетясь... хм... в следующий раз, возможно.
– В следующий раз, – слабо отозвался Гарри. – Тогда, наверно, придется отправиться в Вороний Утес...
– Нет, – отрезал Драко. – Не думаю, что настало время появиться там, Гарри.
– Мне жаль...
– Не стоит.
Гарри осмотрел комнату и вздохнул. Впрочем, вовсе не из-за разгрома. Что нашло на него, зачем предложил он вернуться в дом Драко и Николая? Может, он хотел увериться, что Драко освободился от своего прошлого? Если так, то он только что получил ответ.
– Тогда, в отель, – Гарри постарался, чтобы голос его звучал бодро и уверенно. Впрочем, даже на его невзыскательный взгляд эта попытка была провалена. С треском.
– Я сказал родителям, что хочу провести ночь дома, и именно это я и имел в виду. – Драко подошёл к Гарри и медленно погладил его по щеке. – Мы же уже спали внизу, не так ли? Мы вдвоём, прижавшись друг к другу, на кушетке? По-моему, это звучит соблазнительно.
– В этот раз можно трансфигурировать её во что-нибудь пошире.
– Я бы предпочёл прижаться к тебе. Весь тот долгий вечер... – Драко вздохнул. – Очень романтично.
Гарри понял, о чём говорит Драко, хотя и был весьма удивлен. Ведь тот вечер на кушетке начался с того, что Гарри выпорол Драко. Ремнем, изо всех сил, прямо по голой заднице. Конечно, раньше Драко нравились такие игры с Гарри, но ведь не теперь... или и теперь тоже? Стоит ли Гарри поднимать эту тему? Или стоит оставить решение за Драко? Пусть он сделает первый шаг? Это казалось вполне разумным... почти разумным. Драко нравится подчиняться, и, возможно, он хочет, чтобы Гарри принимал решения. И ждёт этого.
– Я понимаю, что очень печально обнаружить свой собственный дом чуть ли не наполовину разрушенным, – мягко и успокаивающе говорил Драко, очевидно неверно поняв выражение лица Гарри. – Но если ты спустишься со мной вниз, обещаю, я заставлю тебя позабыть обо всех неприятностях и выкинуть из головы все заботы.
Он нежно сжал руку Гарри.
Гарри сомневался, что сможет так легко это сделать, но позволил Драко вывести его из разрушенной спальни.

***

– Ну, вот, очень романтично, не так ли?
Драко трансфигурировал набор стаканов в свечи. Они тут же засияли живым и теплым светом, и Гарри на какое-то мгновение не мог не залюбоваться его переливами.
– Очень романтично, – отозвался Гарри, хотя он всё-таки предпочёл бы свет поярче.
Свечи – это, конечно, весьма романтично, но мысль о том, что Драко не хочет видеть лицо Гарри, что предпочитает притворяться, будто он здесь с Николаем, была не слишком воодушевляющей.
Или... но ведь Драко это и делал, разве нет? Только что Драко признал, что его отношения с Николаем закончились. Он сказал, что теперь он с Гарри, и, кажется, он был этому рад.
Не просто рад. Счастлив.
Так что, возможно, свечи – это просто привычка.
Гарри хотел на это надеяться. Он умудрился сдержать тяжелый вздох, когда Драко погасил весь остальной свет, оставив только свечи мерцать в полумраке.
– И на чём же мы остановились? – соблазнительно и почти распутно промурлыкал Драко, приближаясь к Гарри со спины и обвивая его руками. Длинные пальцы Драко играли с пуговицами рубашки Гарри, но не торопились расстёгивать их. – Ты говорил, что хотел бы принять ванну?
Гарри недоумённо моргнул.
– Но ведь ванна не готова...
– Да, я заметил.
Драко крепче обнял Гарри и прижался губами к его шее, согревая своим дыханием кожу Гарри и разжигая в нём огонь.
– А внизу есть только душевая кабинка...
– М-м, заметил, – голос Драко звучал сипло и нетвёрдо. – Я здесь живу, Гарри.
Гарри не удержался:
– Ты же не против? Я... я хочу сказать, что даже с новой ванной мой дом всё ещё...
– Всё ещё что?
Гарри сглотнул, раскаиваясь уже, что открыл рот.
– Всё ещё не Мэнор.
Драко слегка куснул ухо Гарри.
– Теперь это мой дом, Гарри. Разве я не сказал это?
– Знаю, но... – Гарри неопределенно махнул рукой.
– Уютный приют. – Драко лизнул ухо Гарри, и продолжил низким, чуть хриплым голосом: – Он очень твой. Похож на тебя. Я счастлив, что попал в твою жизнь, Гарри. Я счастлив, что я твой раб. Разве я не говорил? Я люблю это.
Гарри чуть не упал. Он вслепую попытался нашарить что-нибудь, на что можно было бы опереться, и, не найдя ничего, тяжело навалился на Драко. Тепло чужого тела за спиной согревало и утешало.
– Я люблю тебя, – не думая ни секунды, отозвался Гарри.
Драко только усмехнулся в ответ.
– Я счастлив. Так всё-таки как насчёт ванны?
– Но...
Драко снова лизнул его, пройдясь языком по шее. Сладостная дрожь охватила Гарри, мурашки пробежали по его позвоночнику, спускаясь вниз, но как только Драко снова заговорил, горячая волна возбуждения поднялась вверх, по спине и ударила в голову.
– Похоже, вы не поняли, Хозяин Гарри. Я пытаюсь сказать, что для меня будет честью позволение вымыть вас. Вылизать моим языком. Везде, каждый дюйм вашего прекрасного тела. И удовольствием. Огромным удовольствием. Вы разрешите?
– Угу... – как в тумане пробормотал Гарри. Гарри ещё никогда не видел, чтобы Драко был таким соблазнительным. А учитывая всё, что они делали вместе, это о чём-то да говорило. – Но это был долгий день, и я, наверное, вспотел и... э... давай сначала наложим Чистящие чары, да?..
Волосы Драко щекотали шею Гарри.
– Я хочу почувствовать твой вкус. Разве не понимаешь? Я хочу тебя. И... мне нужно служить тебе, Гарри. У меня слюнки текут, когда я думаю о том, как буду вылизывать твои ступни.
О, Господи. У Гарри подкосились ноги, и только сильные руки Драко удержали его от падения.
– Похоже, тебе нравится эта мысль, – протянул он. – Что ж, давай устроимся поудобней. Нельзя, чтобы ты замёрз.
В комнате ощутимо потеплело.
Он подвёл Гарри к кушетке и мягко толкнул его, принуждая сесть. Затем Драко опустился на колени перед Гарри и осторожно поднял его ногу. Прежде чем снять с Гарри ботинок, он слегка вздрогнул.
– Тебе не нужно стоять на коленях, – тихо сказал Гарри.
– Палочка, – пояснил Драко и с некоторым трудом извлек её из кармана, бережно отложив в сторону. – Я люблю стоять перед тобой на коленях.
Гарри внезапно понял, что Драко отложил в сторону берёзовую палочку. Интересно, что Драко подошла именно палочка из берёзы, учитывая, как он любит, чтобы его секли розгами. Берёзовыми розгами. Похоже, этот выбор был более чем обоснован.
Гарри задумался на мгновение, где же палочка из боярышника. Уже давно её не было видно: Драко всегда пользовался только своей новой берёзовой.
Может быть, палочка из боярышника не подчиняется Драко сейчас, после того, как Гарри владел ею.
Владел...
Гарри, владеющий палочкой Драко, показался сейчас не более чем расплывчатым сном, сейчас, когда Гарри владел самим Драко. И Драко принял это так же охотно, как и его палочка признала Гарри своим хозяином.
Все мысли разом покинули Гарри, когда он почувствовал, как нежно язычок Драко лизнул его мизинец. Наверно, это могло быть щекотно, но Гарри не ощущал щекотки. Всё, что мог он чувствовать сейчас – как тепло охватывает его ногу. Драко тщательно вылизал его пятку и поднимался цепочкой поцелуев к пальцам.
Драко заурчал от наслаждения, посасывая его пальцы.
– Боже, Драко...
Драко потёрся щекой о подошву Гарри.
– Нет, просто Драко. Твой Драко.
– Мой... – простонал Гарри, раскинувшись на кушетке.
В неверном свете свечей, отбрасывающих пляшущие тени на потолок, Гарри показалось, что это почти молитвенное служение. Трудно было описать действия Драко другими словами. Он поклонялся. Он молился. Он вылизывал его всего, постепенно обнажая всё больше и больше кожи из-под недостойной такой чести одежды.
Вручаю тело и дух свой тебе, пришли в голову Гарри слова старой клятвы. Это было поклонение. И Гарри закрыл глаза, отдаваясь чувствам и позволяя удовольствию захлестнуть его с головой. Клятва звучала, словно соединяя их воедино. И Гарри почти поверил, что Драко любит его.
Это было несложно. Гарри подумал, что Драко действительно кажется влюблённым. В него.
– Твоя очередь, – едва выговорил Гарри, с трудом переводя дух.
Его член стоял, указывая прямо вверх, ведь Драко вылизал всё тело Гарри, кроме той его части, что больше всех нуждалась в прикосновениях нежного язычка. Драко собирался растянуть удовольствие насколько возможно, но Гарри уже не мог выносить эту изощрённую пытку. Ему хотелось подмять Драко под себя, впиться в него, толкаясь в любимое тело. Три или даже два толчка – и Гарри бы кончил, покрыв весь член Драко своей...
– Нет, пока ты не прикажешь, – Драко легко покусывал подбородок Гарри и выводил цепочку поцелуев от шеи к груди. – Я хочу служить тебе.
– Тогда сделай это, Драко, чёрт бы тебя побрал, – Гарри зарычал. – Боже, Драко, вылижи мой...
Драко прикусил сосок Гарри. Гарри вцепился в волосы Драко и содрогнулся всем телом.
– Нахальный, бес-сцеремонный...
Вместо того, чтобы спуститься туда, где его развязный язык в данный момент был нужнее всего, Драко дразнящим поцелуем впился в бедро Гарри.
Гарри едва не терял рассудок.
– Драко... – произнёс он, прерывающимся от возбуждения голосом.
– Ты не представляешь, как прекрасно служить тебе, – отозвался Драко, укладывая голову на живот Гарри, так, чтобы легкое дыхание его слов дразнило напряженный член Гарри. – Я мог бы продержать тебя возбуждённым всю ночь напролёт.
– Н-не могу. Сейчас кончу!
– О, я заметил, – в голосе Драко звучало самодовольство. – Ручаюсь, ты никогда и ни для кого иного не был так возбужден.
– Нет никого иного, – Гарри почти задыхался. – Есть только я и ты. И ты сводишь меня с ума...
– М-м, если ты хочешь чего-то, тебе нужно только приказать мне...
Гарри думал, что желание его очевидно, но решил, что Драко хочет услышать настоящий приказ.
– Возьми мой член в рот, раб, – зарычал он, крепко удерживая Драко за волосы и жёстко притягивая его голову к своему паху. – Соси, раб, и постарайся, если тебе дорога твоя жизнь, проглотить всё до последней капли, и умоляй о большем, и... а-ах!..
Рот Драко вокруг его члена – всё, чего Гарри мог желать. Чёрт, единственное, чего он когда-нибудь хотел. Этот жар, эти распутные умелые движения опытного рта... не говоря уже об энтузиазме... Он сосал и лизал так, словно член Гарри – самое вкусное и драгоценное в его жизни, и он, очевидно, намеревался не упустить ни капли этого изысканного лакомства.
Гарри пытался удержаться на краю, продлить удовольствие, но не смог. Драко слишком долго и сильно дразнил его, вылизывая каждый дюйм его тела и поклоняясь Гарри, словами и поцелуями возбуждая его, и сейчас, когда талантливый рот принял, наконец, его член, Гарри был готов.
– Я... Я...
– М-м, – отвечал коленопреклонённый Драко, смыкая губы вокруг члена Гарри и удерживая его бёдра.
Его пальцы слегка сжались, и это подвело Гарри к краю. Он вскрикнул, кончая. Что-то непонятное, но столь громко, что собственный крик долго ещё звенел в его ушах. А перед глазами плясали звёзды.
Рот Драко выпивал последние капли амброзии, его язычок вылизывал всё вокруг. Драко был необычайно осторожен и нежен, лишь деликатно касаясь слишком чувствительного сейчас, после оргазма члена Гарри.
– Ты невероятен, – наконец сумел выговорить Гарри, притягивая Драко за волосы к себе, чтобы коснуться его губ благодарным поцелуем.
– Да, полагаю, соблазн слишком велик, – протянул Драко. – Что я могу сказать об амброзии? Только то, что я хочу ещё.
– Ещё? – Гарри слабо ухмыльнулся. – Ты же только что высосал меня досуха.
– Но ты приказал мне молить о большем, – Драко опустил руку вниз и принялся слегка поглаживать опавший член Гарри. – И я так люблю подчиняться тебе, Гарри.  
– В самом деле, твой минет куда сильнее сносит крышу, чем нелегальные зелья.
– Когда это ты пробовал нелегальные зелья?
– Работая под прикрытием... Выслеживали банду контрабандистов, – ответил Гарри. – Пришлось попробовать...
– Вот преимущества должности главного аврора, – Драко легко улыбнулся и быстро поцеловал член Гарри. – Знаешь, что странно?
– Что? – Гарри слегка приподнялся на локтях.
Драко бросил на него любопытствующий взгляд.
– Я всегда думал, что быть совершенно голым в присутствии полностью одетого человека – удел раба. Но... это я сейчас чувствую себя рабом в присутствии полновластного хозяина, хотя обнажён здесь ты.
Это совершенно невинное замечание сразу же напомнило Гарри о его эгоизме. Как ни странно, какая-то часть его полагала, что всё совершенно правильно. Драко хотел услужить ему... и Гарри хотел принимать услуги Драко... ничего такого, даже несмотря на то, что первым и главным было удовольствие самого Гарри. Хозяину, притаившемуся где-то в глубинах сознания Гарри, это нравилось. Чертовски нравилось.
Сегодняшний вечер напомнил ему о том, как однажды он кончил дважды, прежде чем позволил Драко достичь разрядки.
И более чем когда бы то ни было Гарри приятен был тот факт, что заклинание вручило ему полный контроль над Драко. И даже над тем, когда и как Драко может кончить. Это было... правильно.
– Что ж, ты мой раб, – протянул он. – Возможно, я прикажу тебе высосать меня ещё раз.
– Как прикажешь, – Драко склонился над пахом Гарри.
– С другой стороны, возможно, мне захочется посмотреть на тебя, – добавил Гарри. – Встань и разденься. Медленно. Я... я в настроении для шоу.
Драко, не говоря ни слова, поднялся на ноги и принялся раздеваться.
Гарри дотянулся до пульта и включил какую-то мелодию.
Улыбка расцвела на лице Драко, когда он подстроился под музыку, соблазнительно извиваясь и снимая одежду, гармонично подстроившись под медленный чувственный ритм.
Единственный недостаток этого стриптиза, отстраненно подумалось Гарри – темнота. Свечей было недостаточно, чтобы получше разглядеть каждую восхитительную часть тела блондина. Впрочем, Гарри вполне хватало и колеблющегося света. Бледная, сияющая в темноте кожа Драко, его подтянутый, мускулистый живот, стройные ноги.
И его член, гордо стоящий среди островка кучерявых золотистых волос. Соблазн!
Гарри был решительно настроен продолжать столь приятно начатый вечер. Сделать всё, чтобы Драко понравилось не меньше, чем самому Гарри, даже если Драко и желал, чтобы с ним обходились как с бесправным рабом.
– Поиграй с собой, – хрипло произнёс Гарри. – Поиграй со своим членом. И... не забудь яйца. Устрой... покажи мне настоящее шоу.
Драко потянулся и медленно погладил собственный член тыльной стороной руки, потом слегка оттянул его, чтобы открыть взору Гарри напряжённые яйца. Второй рукой он начал потирать член.
– Вот так, Хозяин Гарри?
– Ущипни свои соски, – глухо приказал Гарри.
Он едва сдерживал себя, чтобы не вскочить с кушетки и не впиться зубами в эти соблазнительные розовые бусинки.
То, как Драко исполнял каждый приказ... пробуждало в Гарри желание доминировать, приказывать, владеть Драко... желание вернуться к их давним играм...
Поиграть, начать с нескольких шлепков по заднице Драко, потом взяться за ремень, а потом за трость...
Драко откинул голову и мучительно сладко застонал, ущипнув собственные соски.
– Сильнее, – велел Гарри. – До синяков.
Соски Драко вспыхнули в полутьме двумя рубинами, когда он сжал их сильнее и даже запустил ногти в собственную плоть.
– М-м, как хорошо...
Впрочем, это было и так вполне очевидно. Глядя на совершенно обнажённого Драко, стоящего на расстоянии вытянутой руки от Гарри, в этом трудно было усомниться. Драко было хорошо. Он наслаждался каждой секундой. Когда он сжал свои соски достаточно сильно, его член воодушевлённо дёрнулся.
Полупрозрачная, точно жемчужина, капля упала с самого кончика всего в шаге от Гарри. Драко застонал и двинул бёдрами, словно напрашиваясь на ласку.
– Продолжай сжимать свои соски, – приказал Гарри. – Но верни одну руку на свой член, раб. Подрочи себе. Я хочу посмотреть, как ты кончишь.
Глаза Драко, полузакрытые от наслаждения, широко распахнулись.
– Но я же не могу...
– Ты споришь со мной, раб? – Гарри потянулся за собственной одеждой, разбросанной вокруг кушетки, и отыскал палочку. – Акцио, масло.
Бутылка прилетела из кухни. Масло для салатов... не для массажа, которое он имел в виду, но сойдет. Впрочем, вид Драко, использующего это масло, будет весьма воодушевляющим. Развратным, сексуальным... возможно, даже похабным.  
Встав, Гарри наклонил горлышко бутылки, поливая плечи и грудь Драко, следя, как медленно стекает масло, заставляя блестеть его живот, бедра. Несколько капель масла упало на ковер, но сейчас это меньше всего заботило Гарри.
– Приступай, – велел Гарри, горько сожалея, что не может подкрепить свой приказ основательным шлепком. Он заставил себя вернуться на кушетку и только смотреть. – Твоё предназначение – моё удовольствие. Я хочу посмотреть шоу. Играй с собой до тех пор, пока ты не начнешь выкрикивать мое имя, кончая.
Драко не возразил, хотя и понимал, конечно, что никак не сможет выполнить последнюю часть приказа. По крайней мере, без помощи Гарри. Было очевидно, насколько Драко нравится повиноваться
Обхватив ладонью член, он принялся сильными, уверенными движениями потирать его, в то время как другая его рука попеременно дразнила яйца и пощипывала соски.
– Гарри... – простонал он. – Хозяин Гарри. Для вас, Хозяин Гарри. Всё для вас, мой Хозяин Гарри. Только для вас... только для тебя...
Эти слова подали Гарри идею.
– Всё для меня, да? – произнёс он самым зловещим тоном, на который только был способен. – Всё для меня? Что ж, неплохое предложение, но что, если сейчас я позвоню друзьям и предложу им присоединиться? Насладиться шоу? Прямо сейчас?
Он понял, что оказался прав, когда член Драко судорожно дёрнулся при этих словах.
Не то чтобы Драко действительно хотел, чтобы Гарри позвал посторонних. Откровенно говоря, Гарри был уверен, что Драко был бы не в восторге от такого в реальности, хотя и находил саму мысль чертовски возбуждающей.
– Уже почти, да? – несколько секунд спустя предположил Гарри, наслаждаясь зрелищем.
– Гарри!.. 
Ладно, Драко не выкрикивал его имя. Он, скорее, скулил, но в его тоне было столько откровенной и неприкрытой нужды, что Гарри не осталось никаких сомнений.
– Я нужен тебе, не так ли?
– Нужен... нужен, чтобы получить удовольствие, – почти задыхался Драко, так резко и размашисто двигая сомкнутыми в кольцо вокруг члена пальцами, что, несмотря на масло, почти сдирал кожу.
Гарри вытянулся на кушетке и поманил Драко пальцем.
– Тогда иди сюда и доставь мне удовольствие, – промурлыкал он, поглаживая собственный член. Хотя это было не так уж необходимо. Член Гарри полностью встал ещё до того, как он вылил масло на Драко. – И не забудь прихватить масло.
– Я могу подрочить тебе?
– Нет. Забирайся сюда, – Гарри схватил Драко за руку и потянул вниз, укладывая на себя. – Люби меня, раб.
– М-м, Хозяин, – Драко принялся двигаться, мягко потираясь всем телом о Гарри, двигая бедрами в том же неумолимом ритме. Его руки словно сами собой зарылись в волосы Гарри, и губы их сомкнулись в поцелуе.
Из-за масла их тела были настолько скользкими, что им с трудом удавалось найти наилучший ритм. Но как только у них получилось синхронизировать свои движения, как только их члены с силой потерлись друг о друга... Гарри откинул голову и застонал.
– Я доставил вам удовольствие, Хозяин? – спросил Драко глухим голосом, пока его бёдра отчаянно толкались в Гарри.
– Боже, да. Люблю это, – с трудом произнёс Гарри, задыхаясь от удовольствия. – И это... и это... и... о-о-о, да-а-а!
Драко не прекращал. Ритм их движений завладел Драко. Казалось, всё вокруг подчинялось ему. Огонь свечей вспыхнул и угас. Драко застонал, почти боль сквозила в его голосе.
– Гарри... я... ты нужен мне, Гарри...
Гарри умудрился взять себя в руки, хотя и не понимал, как это ему удалось. Он словно превратился в желе, растекающееся по кушетке. Однако ради Драко он собрался с силами и овладел своим голосом, сумев выговорить уверенно и твердо:
– Сначала твой хозяин, раб. – Он двигал бёдрами в том же ритме, что и Драко. – Ты здесь ради меня. Ради моего удовольствия. Не смей забывать об этом, или я высеку тебя так, что ты весь будешь пылать, и я...
Драко впился пальцами в плечи Гарри, умоляя:
– Позволь мне кончить, позволь мне кончить... мать твою, Гарри, если ты не позволишь мне кончить, я просто умру!
Драко впился жадным и болезненным поцелуем в губы Гарри.
Гарри позабыл обо всём. Он почувствовал, как волна раскалённой лавы поднимается в нём. Оргазм сотрясал его тело, выворачивал каждый нерв и судорожно сокращал каждую мышцу. И это было чертовски хорошо. Внезапная боль отвлекла его и позволила вспомнить о другом мужчине рядом.
– Кончи со мной, – прошептал он в сомкнутые губы Драко.
Драко разорвал поцелуй, содрогнулся, ещё раз, и все тело его скрутило в сильнейшем оргазме.
– Чёрт, это было невероятно, – сказал он, слегка отдышавшись. – Не понимаю, как тебе это удается, Гарри.
– Гм... – Гарри прочистил горло. – У меня нога затекла. Ты не слезешь?
– Ясно, твои манеры в постели нуждаются в шлифовке, – рассмеялся Драко, скатываясь с кушетки и упав на пол на четвереньки.
Он тут же устроился прямо на полу, скрестив ноги. Дотянувшись до палочки, Драко вновь зажёг свечи и уставился на Гарри.
– Послушай, когда твой любовник говорит, что ты был невероятен, полагается вернуть комплимент, а не жаловаться на затёкшие ноги.
– Но было и вправду больно! – пожаловался Гарри.
Драко закатил глаза и встал на колени.
– Вот тут? – он принялся сильными движениями разминать мышцы, поднимаясь от колена вверх.
– Да, но ниже колена.
Сильные пальцы Драко уверенно массажировали сведённые судорогой мышцы, разминали, выискивая самые напряжённые места на ноге Гарри.
– О, да. Господи, – с облегчением выдохнул Гарри. – Слушай, прости. Я, конечно, не вовремя со своей ногой. Но ты тоже был невероятен. Такое представление!
– Лучшее представление, которое ты видел в жизни? – Драко слегка откинулся назад.
– Единственное представление... такого рода... которое я видел.
– Должен сказать, отнюдь не возражаю против того, что я – твой единственный мужчина. А как насчёт зеркала?
У Гарри вспыхнули щёки.
– Ну, я пробовал, но когда доходило до самого интересного, я просто забывал смотреть.
– Очень печально. Так ты не сможешь развить навыки просмотра выдающихся шоу, – с совершенно серьёзным лицом проговорил Драко, хотя его голос чуть подрагивал от сдерживаемой усмешки. – Тогда, может быть, ты поцелуешь мои соски? Они немного болят.
Вряд ли что-то ещё могло так осчастливить Гарри. Он предложил воспользоваться Лечебными заклинаниями, но Драко только отмахнулся, говоря, что хотел бы сохранить это на память.
Кушетка и правда была тесновата для двоих, но Драко раньше говорил о том, что можно спать в обнимку, так что Гарри не стал вновь предлагать Увеличивающее заклинание.
Всё, что им было сейчас нужно – одно тонкое одеяло, потому что согревающие чары Драко всё ещё действовали. Драко обвился вокруг Гарри, они сплелись руками и ногами, почти врастая друг в друга, обмениваясь нежными поцелуями. Гарри погасил свечи одним мановением палочки, и они оба провалились в глубокий сон, крепко сжимая друг друга в объятиях.
И Гарри дважды подумал бы перед тем, как совершенно обнажённым заснуть в собственной гостиной, если бы мог предвидеть будущее.

***

Единственным предупреждением послужил хлопок аппарации.
Этот звук разбудил Гарри, и тут же сработали его отточенные рефлексы аврора. Схватив свою палочку со стола, он вскочил на ноги, закрыв собой Драко и приготовившись к обороне.
– Что?.. – Драко сонно пробормотал из-за спины Гарри, тщетно шаря рукой в поисках далеко отброшенного одеяла.
– Гарри! – задохнулась Гермиона, прикрывая рот рукой. – Я... о господи... я попозже зайду...
Она уже начала разворот для аппарации, когда в комнате ещё раз раздался хлопок и возник Рон.
У него тоже перехватило дыхание, когда он увидел Гарри, совершенно обнажённого, стоящего с палочкой наизготовку посреди гостиной, и Драко на кушетке позади него.
– Ты же должен быть в Канаде, приятель!
– Доброе утро, Гермиона, Рон, – приветствовал их Драко весьма уверенно и спокойно... учитывая обстоятельства.
– Э-э... привет, – отозвался Рон, широко раскрытыми глазами оглядывая гостиную. Его глаза все расширялись и расширялись, пока не стали размером с блюдца. Гарри подумал, что так Рон пытался вежливо не рассматривать голых парней, но, принимая во внимание состояние гостиной, Гарри всё же предпочел бы прямой взгляд друга, направленный на него.
Одежда была разбросана повсюду, свечи, капли масла на ковре, долбаная бутылка из-под салатного масла, лежащая на полу, и лужица блестящего масла, вытекшая из горлышка... Всё выглядело так, словно здесь была оргия. И если честно, это было не так уж далеко от правды.
– Мы просто хотели прийти до мастеров, – пробормотала Гермиона, крепко зажмурившись. – Прости, Гарри. Мы и представить себе не могли, что вы... э...
– Здесь, – дипломатично закончил за неё Рон, придя в себя. Осторожно переступив через бутылку из-под масла, он обхватил Гермиону. – Мы вернемся через час, ладно? Но мастера могут прийти раньше, так что вам, наверно, лучше одеться.
Когда Рон уже поворачивался для аппарации, Гарри не удержался:
– В следующий раз стучите! – крикнул он в спину друзьям и повалился на кушетку, содрогаясь от смеха.
– Ты в порядке? – спросил Драко, с гримасой оглядывая комнату.
Он тут же схватил палочку и принялся приводить комнату в порядок. Прежде чем начать одеваться, он вручил Гарри стопку чистой одежды.
– Ага, – Гарри всё ещё не мог успокоиться и одевался, сотрясаясь от смеха. – Пожалуй, я это заслужил. Однажды я прервал их... в очень интимный момент. Рад, что не успел кинуть проклятие на Гермиону.
– Никогда не забуду, как ты защищал меня от злобных захватчиков, – Драко скромно потупился. – Мой собственный Гриффиндор.
– Ну, я же не знал, что это Гермиона, – ухмыльнулся Гарри. – Интересно, что она имела в виду, говоря о мастерах. Сегодня же День рождественских подарков*! Никто не работает...
– О, ну разве это не очевидно? – Драко указал в направлении лестницы. – Они должны всё исправить или у них будут крупные неприятности, так что...
Гарри моргнул.
– О. Наверно, какие-то их заклинания плохо сочетаются с магической защитой дома. Мне стоило подумать об этом.
– Да, пожалуй, стоило. В любом случае, Гермиона разрешила им встретить Рождество вместе с семьями, но, уверен, она настояла, чтобы на следующее же утро они полностью все исправили. Она умеет настоять на своём. Эта женщина умеет разговаривать с людьми, когда задается такой целью. – Драко усмехнулся. – Мне определённо не хотелось бы рассердить её. В этом отношении я уже выучил свой урок.
– Она не будет давать пощёчины плотникам, – ухмыльнулся Гарри.
– Разумеется, нет, но есть ведь и другие методы.
– Какие, например?
Драко удивлённо посмотрел на него.
– Хм... Ты же Гарри Поттер. Уверен, работать на тебя – большая честь. Даже в праздники и выходные. Если подумать, они наверняка собирались работать и на Рождество, и Гермионе пришлось отказать им в этом.
– Не собирались, – поморщился Гарри.
Драко наклонился и запечатлел на губах Гарри лёгкий поцелуй.
– Не упрямься. Наверняка собирались, и ты знаешь об этом. Это реальность, Гарри. Ты не можешь убежать от того, кто ты.
– Ты хотел сказать, что я.
– То, что ты сделал, очень важно. Все эти идиотские прозвища, которыми награждают тебя газеты ничего не стоили бы, если бы не твоё геройство.
– Какое геройство? Разоружающие чары? – Гарри передёрнул плечами. – Ну, да. Очень впечатляюще.
– Например, речь, которую ты произнёс, – Драко улыбнулся. – Даже я был впечатлен, хотя в то время я не желал видеть в тебе героя. Люди знают, что это было больше, чем просто разоружающие чары. Твоё геройство во всём, что ты делал ради победы. Уничтожение хоркруксов, одного за другим, включая и тот, что был в тебе. Не говори мне, что это не было геройским поступком.
– Мне помогали.
– Да, «Золотое Трио».
– Это прозвище я ненавижу еще сильнее, чем «Избранный».
– Хорошо, я больше не буду так говорить. Ты хочешь что-нибудь определённое на завтрак? Я приготовлю на четверых и удивлю твоих друзей, когда они вернуться.
– Пожалуй, с них довольно сюрпризов на сегодня, – рассудил Гарри, следуя за Драко на кухню.
– Всё могло быть хуже, – философски отозвался Драко. – Это могла быть бригада мастеров, аппарировавшая прямо в дом. Всё обдумав, должен признать, что у тебя очень хорошие друзья. Отказаться от выходного ради того, чтобы проследить за сохранностью твоего дома и предотвратить растаскивание его на сувениры. Хотя, конечно, я бы поступил так же.
– Правда?
– Конечно, – Драко улыбнулся, нарезая помидоры. – Они бы могли по ошибке прихватить мои вещи. Э-э... у нас нет ещё бутылки масла? Если нет, придется отказаться от жарки.
Гарри просто наслаждался тем, что ему, наконец, выпал шанс:
– Как насчёт того, чтобы думать как волшебник? Призови его, и сразу узнаешь.
Драко скорчил гримасу, но последовал совету, и скоро томаты шипели и скворчали на сковороде.
Стук в дверь раздался в тот момент, когда он начал поджаривать бекон на соседней конфорке.
– Это, должно быть, мастера. Мне впустить их?
Гарри оттащил его от плиты и глубоко поцеловал.
– Ты мой любовник, Драко, а не дворецкий.
– Ты забываешь, я твой раб...
– Ты мой партнёр, партнёр, связанный со мной навсегда, – твёрдо сказал Гарри. – И свойство этой связи касается только нас. Я открою.
Он почти сразу же пожалел о своём решении.
Как только открылась дверь, тут же началось поклонение. Мастера только что не молились на него. «Мистер Поттер, такая честь встретить вас... мы просто не могли поверить, что будем работать в вашем доме... такая честь... мы предпочли бы работать бесплатно и сделать всё за наш счёт...» И так далее, и так далее.
Гарри с трудом скрывал раздражение. Поскольку он собирался уехать из страны на время ремонта, он не стал настаивать в фирме на соблюдении инкогнито.
Было простой вежливостью предложить трём волшебникам чашку чая. Приходилось признать, что чаепитие оказалось весьма забавным.
Гарри представил Драко как своего партнёра, и мог бы поклясться, что никто из мастеров не посмотрел на них косо и не пытался заигрывать. Однако Драко всегда был собственником и всегда имел своё мнение по данному вопросу. Он не вел себя настолько резко даже в Министерстве, сейчас же он практически взрывался всякий раз, стоило кому-то из волшебников бросить взгляд на Гарри.
Гарри находил это... обнадёживающим.
Когда Гермиона и Рон постучали в дверь, Гарри уже не пытался прятать широкую улыбку.

_________________________________________________________
*День рождественских подарков (Boxing Day) – 26 декабря; официальный нерабочий день в Британском Содружестве и многих других европейских странах.

Глава 73

– Ты выглядишь счастливым, – мягко сказала Гермиона, когда дверь кухни закрылась за её спиной.
Гарри выглянул из-за дверцы холодильника. Он не освободил холодильник от продуктов перед отъездом в Канаду, и сейчас, пока Драко готовил завтрак, стало ясно, что часть продуктов испортилась. К примеру, совершенно очевидно, что пора избавиться от молока.
Он развернул кусок гауды* и тут же пожалел об этом. Тщательно закрыв упаковку, Гарри выбросил сыр в мусорное ведро.
– Ты уверена, что разумно оставлять Рона и Драко наедине?
Гермиона слегка кашлянула.
– Считаешь, что Драко не способен постоять за себя?
Определённо способен, особенно учитывая вчерашнюю беседу с отцом.
– Кроме того, ты опять забываешь о том, что у Рона склад ума настоящего шахматиста. Рон может видеть на несколько ходов вперед. Сейчас вполне очевидно, насколько ты ценишь Драко, и Рон не сделает ничего, что могло бы поставить под удар нашу дружбу, твою и Рона.
– Насколько я ценю Драко? – отозвался Гарри. – Не знаю, как бы выразиться яснее, чтобы это стало очевидно для вас с Роном. Я люблю Драко Малфоя.
Гермиона уничтожила мусор в ведре одним взмахом палочки, а Гарри захлопнул дверцу холодильника.
– Я говорю о том, как вас воспринимает Рон. Он всё ещё думает, что это просто блажь.
– А ты?
Глаза Гермионы игриво блеснули.
– Я видела тебя утром. Ещё до того, как Рон аппарировал. До того, как ты очнулся окончательно. Я видела, как ты прикрывал его собой, выражение твоего лица... – Гермиона с усилием сглотнула. – Не думаю, что это блажь, Гарри.
Она выглядела настолько серьёзной, почти напуганной, что Гарри с трудом выдерживал возникшее напряжение. Это не трагедия, чёрт возьми! Он счастлив, как и Драко.
– А это не масло убедило тебя? – пошутил он.
Гермиона закашлялась, сдерживая смех.
– Скажем так, ваш откровенный декаданс удивил меня, – признала она, прежде чем к ней вернулось серьёзное и почти похоронное выражение лица. – Я не против Драко как человека, Гарри, поверь мне. Я уверена, что ты можешь быть счастлив с ним. Но... только... – Её голос прервался, но она овладела собой и договорила. – Ты знаешь, как я отношусь к этому заклятью.
– Драко счастлив со мной, Гермиона, хотя он и вспомнил всё. Я не пользуюсь его амнезией.
– Знаю, но... насколько свободен Драко в своём выборе?
Ноздри Гарри вздрогнули.
– Заклятие не принуждает его спать со мной. Он сам хочет.
– Я не говорю, что принуждает... Я даже не говорю, что оно заставляет его хотеть этого. Откуда мне знать? Я только спрашиваю, Гарри. Насколько свободен Драко в своём выборе?
Длинная пауза, а потом – правда.
– Я не знаю, – Гарри закусил губу.
Всё это беспокоило его каждый раз, как он задавался тем же вопросом. Последние несколько дней он прекратил эти бесплодные размышления, просто наслаждаясь жизнью. Впрочем, Гермиона всегда озвучивала то, что Гарри пытался скрыть от себя самого, вопросы, которых он хотел избежать. Гермиона всегда была голосом его совести.
– Я знаю, что он не был бы со мной, если бы не заклятие. Хочу сказать, мы никогда не пытались узнать друг друга, поладить. По-настоящему увидеть друг друга. Но теперь, если бы мы могли найти способ уничтожить заклятие... Драко сказал, что всё равно остался бы со мной. – У Гарри перехватило дыхание. – Но кто знает точно? Я говорил ему, что ему пришлось бы уехать, нам пришлось бы расстаться на некоторое время, чтобы мы просто уверились, что эта его привязанность ко мне не была вызвана заклятием рабства...
– Стокгольмский синдром**, – тихо сказала Гермиона.
– Да, и это тоже, – Гарри вздохнул. Но какая теперь разница? Похоже, нет способа отменить заклятие.
– А ты хочешь? – Гермиона заглянула ему в глаза, вынуждая Гарри быть честным с самим собой. – Раньше хотел.
– Да... нет... не знаю, – жалким голосом признал Гарри. – Я и правда люблю его, Гермиона. И он счастлив, как бы странно это ни звучало. Но откуда мне знать, может быть, это заклятие заставило его принять... принять всю ситуацию. Нет... не знаю. С другой стороны, разве счастье, обусловленное магией, чем-то отличается от обычного? Это же всё равно счастье!
– Я не хочу мучить тебя, Гарри. Я просто хочу убедиться, что ты обдумал все возможности.
– Да уж, обдумал. И, чёрт возьми, это называется не мучить меня!
– Нет, – медленно произнесла Гермиона. – Ты сам мучишь себя. Ты не смог бы отказаться от всех сомнений и тупо принять ситуацию. Я тебя знаю.
– Да, да, – сказал Гарри. – Слушай, я собирался поделиться с тобой некоторыми сведениями. Не знаю, будет ли прок, поскольку это всего лишь досье мужа Драко, но ты единственный человек, который может связать совершенно разнородные данные и выстроить систему. Он был подвержен заклятию наследственной магии, хотя и совершенно другого рода, и у меня... у меня много информации о нём. Посмотри, может быть, что-нибудь поможет тебе найти способ обратить заклятие.
– Буду рада помочь.
– Оно у меня в офисе, – вздохнул Гарри. – Я принесу его прямо сейчас. Но... ты не могла бы оказать мне услугу и не говорить Драко, что я собирал сведения... такого рода? Не знаю, как он к этому отнесётся. Кроме того, он начинает оправляться от... от своей потери.
– Он может узнать позже, – мягко напомнила Гермиона. – В зависимости от того, что мне удастся выяснить.
– Если удастся.
– Будь оптимистом.
– Быть оптимистом для того, чтобы мы разрушили самое лучшее, что было в моей жизни после войны? Разве что это не самое лучшее?.. Не в полном смысле, конечно. Мать твою, Гермиона!
– Общение с Драко не идёт на пользу твоему языку.
У Гарри крутился язвительный ответ, но не было настроения.
– Вернусь через минуту. Если Драко будет искать меня, скажи, что я забыл кое-что в Министерстве.
Драко не искал его. Гермиона всё ещё была одна на кухне, когда Гарри вернулся, зажав досье под мышкой. Отдать его Гермионе оказалось куда сложнее, чем представлялось раньше. Это означало признать перед самим собой, что, возможно, есть какое-то решение. Решение, скрытое в досье. Решение проблемы, которая, как хотелось бы думать, не требовала решения... но она всё же требовала его.
Мать твою, безнадёжно подумал Гарри.
Гермиона аппарировала, чтобы унести папку. Две минуты спустя она вернулась.
– Не беспокойся. Рон не найдет досье. Я буду единственной, кто прочитает его. Пока.
Пока.
– Нам пора выйти посмотреть, что происходит, – пробормотал Гарри. – Слишком уж тихо. Наверняка они поубивали друг друга.
– Это всего лишь Заглушающие чары, – пояснила Гермиона, но, когда она убрала их, в доме оказалось почти так же тихо. Только слышно было приглушенное бормотание мастеров наверху, которые накладывали новый набор чар, согласованный в этот раз со сложной магической структурой дома.
Когда Гарри появился в гостиной, оказалось, что причин для беспокойства нет. Драко и Рон играли в шахматы маггловскими фигурами на доске, которую в прошлое Рождество Гарри получил в подарок от соседки. И Рон, и Драко полностью погрузились в игру, оценивая и взвешивая свои ходы и ходы противника.
– Королева на... – пробурчал Рон и поднял руку, чтобы переставить фигуру маггловским способом.
– Как бы долго мы ни играли, никак не привыкнем к необходимости потрудиться ещё и физически, – Драко широко усмехнулся, обращаясь к Гарри.
– И Драко никак не может перестать жаловаться на свои потери, – добавил Рон.
Драко передвинул ладью.
– Жаловаться на потери? – переспросил Гарри, осматривая фигуры, выигранные Роном. – Рон обыгрывает тебя?
– Тут остро недостаёт веселья, – прокомментировал Драко, задрав подбородок. – Эти шахматы просто банальны.
– А волшебные шахматы просто варварски неприемлемы, – с твёрдостью в голосе отозвалась Гермиона.
– Особенно, когда сам играешь, – заметил Рон, переглядываясь с Гарри и Гермионой.
Гарри улыбнулся тому ощущению единства, которое существовало между ними. Да, он любил Драко. И всегда будет любить. Но эта любовь не отменяла и не замещала всего остального. Например, дружбы с Роном и Гермионой. Того, что они перенесли вместе... того, что они разделили.
– Ты и так сам играешь, – сказал Драко, совершенно не поняв смысла.
Впрочем, он и не мог бы. Гарри никогда не упоминал их битву с шахматными фигурами в полный человеческий рост на первом курсе.
– Это не такое уж и варварство, по сравнению с фильмами ужасов, – сказал Гарри. – А Драко их просто обожает.
– Ну, конечно, выдай все мои секреты, Поттер...
– Шах и мат, – триумфально провозгласил Рон. Он не злорадствовал, но определённо торжествовал.
– Нет... о, чёрт! – Драко отбросил длинные пряди за спину. – Что ж, скажу откровенно, тебе бы не так легко далась эта победа, если бы Гарри не пришёл сюда и не отвлек меня, но...
– Драко всё ещё не умеет проигрывать, – театральным шёпотом, разносящимся на всю гостиную, сказал Гарри.
– И ты вряд ли сможешь обвинить его в том, что он выдаёт твои секреты, – рассмеялась Гермиона. – Думаю, мы их все уже знаем.
– Я сказал, что ему не так легко далась бы победа, – пробурчал Драко. – Я не сказал, что он бы непременно проиграл.
Рон собрал в горсть белые фигуры, выигранные у Драко.
– Вот все фигуры, которые ты потерял, прежде чем Гарри вошёл сюда, Малфой. Смотри и плачь!
Ладно, сейчас Рон злорадствовал, и это было вполне очевидно.
– Ни один человек с художественным вкусом не сможет удержаться от слёз, глядя на эти жалкие поделки из плохого мрамора, Уизли.
– Ох, просто пожмите друг другу руки и признайте, что это была хорошая игра, – остановила уже начинавшуюся перепалку Гермиона.
– Но это не была хорошая игра...
– Рон! – в этот раз в голосе Гермионы прозвучала сталь. – Ты гость в доме Драко.
Рон бросил взгляд на Гарри, уловил легкий кивок, и не стал протестовать, утверждая, что это дом Гарри. Он протянул руку.
– Хорошая игра, Малфой.
– Да, ты весьма искусен, – миролюбиво признал Драко, пожимая руку в ответ. Гарри не понял, хотел ли Драко своими словами выставить Рона в образе капризного невоспитанного ребёнка или и в самом деле признавал талант Рона. – Ты прекрасный стратег. Что только к лучшему, не так ли? Я очень рад, что на стороне Гарри выступал такой изощрённый ум.
Рону очевидно хотелось высказать пару-тройку замечаний о стороне, на которой выступал Драко, но после таких комплиментов он не решился.
Гарри сумел – с большим трудом, между прочим – не рассмеяться.
– Что ж... Думаю, нам с Драко пора отправляться в аэропорт, – сказал Гарри. – Насколько я помню, на сайте аэропорта указано, что следующий самолет из Хитроу в Монреаль отправляется через час.
– Тогда вам уже нужно быть там, – заметила Гермиона.
– На то, чтобы добраться до Хитроу, не уйдет много времени, – пожал плечами Гарри.
– Нельзя аппарировать в такое людное место!
– У Главы Отдела Магического Правопорядка есть выделенное место для аппарации вообще-то.
Гермиона кивнула, тогда как Рон с трудом овладел собой.
– Ты полетишь на самолёте, – обратился он к Драко. – Ты.
Драко только равнодушно пожал плечами, будто и не высказывал прежде никаких сомнений.
– Ты храбрее, чем выглядишь...
Драко только рассмеялся.
– Это не трудно. И я отказываюсь волноваться. Я буду с Гарри.
– На самолете, тысячи миль в воздухе, и нет ничего, что держало бы вас вверху... в... в воздухе!
– Тысячи футов, а не миль, – сухо поправила Гермиона.
– Да какая разница! Это ничего не меняет!
– Зато это меняет, – сказал Гарри, пряча в карман уменьшенную свою лучшую метлу, как и обещал Драко.
Гермиона сузила глаза.
– Где ваш багаж?
– Уже в Монреале. Мы заскочили домой, чтобы Драко мог повидаться с родителями на Рождество.
Как заметил Гарри, Рон слегка скривился, но, к своей чести, сумел промолчать, не упоминая ни Малфой-мэнор, ни войну.
– Вам нужно взять с собой багаж, – настаивала Гермиона. – Люди вашего возраста, путешествующие без багажа, привлекут слишком много внимания. Вас будут проверять всеми доступными способами. Вы же этого не хотите.
– И как багаж поможет этого избежать?
Гермиона махнула рукой.
– Просто поверь мне, Драко.
Он улыбнулся в ответ.
– Хорошо.
– Это подойдёт, – она быстро трансфигурировала пару ёлочных шаров с рождественской ёлки в гостиной у Гарри в два приличных, дорогих на вид чемодана. – Поторопитесь. Поднимитесь наверх и упакуйте какую-нибудь одежду. Если они проверят ваш багаж рентгеном и обнаружат пустые чемоданы, это, пожалуй, будет ещё хуже, чем если бы у вас вообще не было багажа.
– Что такое рентген?
Гермиона посмотрела на Драко исподлобья.
– Вы опоздаете на самолёт! Вперёд, наверх! Возьмите одежду и...
– Какое счастье, что я не женат на ней, – пробормотал Драко Гарри, пока они поднимались в спальню. – Бедный Уизли.
Гарри рассмеялся. Драко точно угадал его мысли.
Плотники вежливо вышли, пока Гарри копался в гардеробе, вытаскивая какую-то одежду и укладывая её в чемодан.
– Спасибо, – вежливо поблагодарил рабочих Гарри, выходя из комнаты. – И я весьма признателен за то, что вы так ответственно отнеслись к моему дому и этому ремонту. Я очень ценю это.
Мастера практически воспарили в воздух от такого внимания к ним со стороны Героя.
– Всё будет в полнейшем порядке к Вашему возвращению. У нас есть ещё неделя, не так ли?
– Угу, как минимум.
Голос Гермионы раздался на весь дом:
– Гарри, вы опоздаете на самолёт!
– Почему же Великий Гарри Поттер путешествует на самолёте? – удивлённо спросил один из плотников.
– Не называйте меня...
– Но почему же?
Они наверняка верят, что я могу аппарировать прямо на Северный полюс, раздражённо подумал Гарри. Если бы он мог, он объяснил бы, что Гарри Поттер – самый обыкновенный волшебник, ничем не отличающийся от них самих. Но он не мог. На кону стояла репутация Министерства и главы ОМП. Предпочтительнее было поддерживать убеждение, что Главный Аврор обладает необычайными силами.
– Новая мода, – с улыбкой, за которой он с трудом скрывал своё раздражение, пояснил Гарри. – Я сейчас в отпуске. Было очень приятно познакомиться с вами, но я должен бежать.
Их слова прощания и пожелания хорошего отпуска неслись вслед Гарри, пока он бежал вниз по лестнице. Драко был уже в гостиной, сжимая ручку своего чемодана. Что бы он ни говорил Рону, Драко всё ещё волновался при одной только мысли о самолёте.
– Хорошего отпуска, – сказала Гермиона. – Увидимся после Нового Года.
– Не позволяйте белым медведям съесть вас...
– О, Боже, Рон, они летят в Квебек, а не в Нунавут***!
– До свидания, – сказал Драко, позволяя Гарри заключить себя в объятия перед аппарацией.
Гарри только кивнул друзьям и закрутился в вихре аппарации, крепко обнимая Драко.

___________________________________________________

*Гауда – твёрдый голландский сыр, изготавливаемый из коровьего молока. Жирность – в пределах 48-51%. Имеет форму круга среднего размера. Плотной консистенции. У молодого сыра вкус мягкий, однако с возрастом приобретает более ярко выраженный вкус. (Википедия)

**Стокго?льмский синдром (англ. Stockholm Syndrome) – термин популярной психологии, описывающий защитно-подсознательную травматическую связь, взаимную или одностороннюю симпатию, возникающую между жертвой и агрессором в процессе захвата, похищения и/или применения (или угрозы применения) насилия. Под воздействием сильного шока заложники начинают сочувствовать своим захватчикам, оправдывать их действия, и в конечном счете отождествлять себя с ними, перенимая их идеи и считая свою жертву необходимой для достижения «общей» цели. (Википедия)

***Нунавут — самая крупная и наименее населённая из провинций и территорий Канады. При численности населения территории – 29 474 человек, её площадь сопоставима со всей Западной Европой. Столица Нунавута – Икалуит (бывш. Фробишер-Бей) на Баффиновой Земле. Основной язык территории – эскимосский язык инуктитут, включая его западный диалект инуиннактун. Другие официальные языки  – английский и французский. (Википедия)

74. Мой собственный Малфой

Полет в Монреаль не прошел без происшествий, однако, конечно, нужды доставать метлу и спасаться от опасности не возникло. Не случилось никаких несчастий; не с самолетом, по крайней мере.
Поначалу все шло довольно-таки гладко. Охрана Хитроу не косилась на их наспех собранный багаж, а паспорт Драко едва удостоился взгляда.
После посещения поместья Малфоев Гарри с трудом мог представить, что интерьер самолета может впечатлить Драко, но он однозначно был впечатлен сиденьями в первом классе, забавлялся всеми устройствами и переключал ужастики на персональном видеопроигрывателе.
Все пошло наперекосяк, когда обслуживающий полет персонал пошел по местам, предлагая шампанское.
- Мне не нужно, спасибо, - сказал Драко, одаривая сияющей улыбкой женщину за двадцать. - Я с некоторого времени не употребляю шампанское.
- Что-то еще, сэр?
- Воду "Эвиан" с долькой лайма, я полагаю. О... И заявление на вступление в клуб «На седьмом небе».
Стюардесса моргнула, перевела взгляд с Драко на Гарри и обратно.
- И для него также, - добавил Драко, беря Гарри за руку и сплетая их пальцы. - Мы не можем дождаться момента, когда будем посвящены в эти таинственные права.
- К сожалению, это не позволяется делать на борту самолета, сэр, - стюардесса была безупречно учтива, несмотря на легкую прохладу в голосе.
- Но Гарри обещал...
- Тихо, Драко, - сказал Гарри, пытаясь слегка использовать свой "твердый" голос, чтобы Драко повиновался немедленно. Сложно было говорить сурово, одновременно с трудом сдерживая смех.
Драко затих, но только до тех пор, пока стюардесса не перешла к другому ряду, предлагая шампанское.
- Я попрошу заявление еще у кого-нибудь.
- Не делай этого, - сказал Гарри, хмыкнув, и наклонился поближе к Драко. - Это секретная организация. Ты не должен говорить о ней.
- Но это звучит здорово, я хотел бы присоединиться!
В отличие от Гарри, Драко свой голос не умерил, и стюардесса обернулась, чтобы бросить на них пристальный взгляд.
- Тихо, - снова сказал Гарри. – Ш-ш-ш.
Но это вызвало в ней только еще больше подозрений. Гарри провел все оставшееся время с ощущением, что за ними осторожно наблюдают. Однажды она даже послала ему весьма говорящий взгляд, когда они с Драко, прижавшись друг к другу, разложили сидения.
Вздохнув, Гарри убрал руки в сторону, чтобы она могла быть уверена - ничего не происходит.
Однако в какой-то момент все стало выглядеть действительно нелепо. Драко было необходимо научиться пользоваться туалетом. Он показал его местонахождение, однако Драко почти сразу же вернулся назад и буквально затащил туда Гарри, чтобы выразить свое восхищение всеми "крошечными, искусными приспособлениями".
- Удобствами может пользоваться только один человек за раз, - произнес голос за его спиной, на сей раз, буквально источая холод. Это была не та стюардесса, с которой ранее разговаривал Драко, что дало Гарри понять, что о проблемных пассажирах из первого класса знала уже вся команда персонала.
- Я думаю, дальше ты сам справишься, - сказал Гарри немного громче, чем требовалось.
- Он никогда раньше не был в самолетах, - обратился он уже непосредственно к представителю персонала, который сопровождал его к его месту, как исправный гувернер. - Он немного нервничает.
- Просто следите за тем, чтобы не переусердствовать в своих попытках его "успокоить".
Гарри кивнул, и, во избежание дальнейших возмущенных взглядов, поднял сидения. Вернувшись, Драко нахмурился, однако промолчал.

***

- Мне скучно, - простонал Драко, когда они стояли в очереди на паспортном контроле.
Он не жаловался на проверке багажа в Хитроу, возможно потому, что предвосхищал свой первый полет на самолете. 
- Полномочия на портключ были бы куда более эффективны...
- Статус, - одними губами прошептал Гарри.
- Ох, ну право, Поттер. Мы британцы. Когда люди слышат наш акцент, они сразу же предполагают, что мы говорим о чем-то своем...
По крайней мере, ждать им пришлось не больше двадцати минут. Гарри не переживал до тех пор, пока одетый в униформу офицер не направил Драко к отдельному иммиграционному окну.
- Но мы путешествуем вместе...
- Супруги?
- Нет, но...
- Окно двенадцать, - отрезал он, обращаясь к Драко. - Вы, окно восемь. Идите.
Гарри неохотно прошел. На вопросы о цели визита в Канаду, о терминах прибывания, о том, есть ли бронь в отеле, он отвечал рассеянно, так как переживал о том, как там справляется Драко. У него никогда еще не было подобного опыта, да и с магглами один на один он не очень умел ладить.
- Желаю Вам приятного пребывания в Монреале, - сказал молодой человек, отдавая Гарри его паспорт.
Гарри сглотнул и прошел немного вперед, собираясь подождать Драко. Однако уже другой офицер направил его за двойные двери.
- Я должен подождать...
Но смысла спорить уже не было. Драко подбежал к нему, но в глаза смотреть не пожелал: вместо этого он вырвал у Гарри единственную сумку, намереваясь нести и свою, и его поклажу.
- Пойдем?
Он был явно напуган, однако не промолвил ни слова до тех пор, пока они не сели в такси и их разговор не скрыло хитрое заклинание Муффлиато.
- Надеюсь, крохотный Обливиейт не станет проблемой.
- Драко...
- Я должен был, - Драко посмотрел в окно и вздохнул. - Или так, или же тебе пришлось вытягивать меня из больших проблем, и одним клерком уже не обошлось бы, судя из... ситуации. А я не хотел создавать тебе проблемы на работе, или вовлекать в международный скандал, или...
- Какой ситуации?
Драко обернулся к нему, сердито нахмурившись.
- Это твоя вина, знаешь ли. Ты должен был подготовить меня. Я не знал, что там будет инквизиция!
- По прибытии портключом в прошлый раз нам тоже задавали некоторые вопросы.
- Ради Бога, вопросы задавали тебе, и то только потому, что хотели больше времени провести с героем. Мимо нас же все пробегали, просто наскоро напоминая о Статусе!
- Который ты только что нарушил. Ты не Обливиатор, Драко. У тебя нет лицензии на стирание памяти, а даже если бы и была, она была бы действительна только в Британии, - вздохнул Гарри, пытаясь сообразить, насколько большой беспорядок ему предстоит разгребать. - Ну? Ты расскажешь мне, что случилось?
- Носатая женщина спросила, был ли я когда то в Квебеке, и я, конечно, сказал да. Откуда я мог знать, что она вставит мой буклетик в какую-то... что-то электрическое, и резко ответит, что это странно, так как там не указано, что я вообще раньше выезжал из Соединенного Королевства.
Ох. Драко был прав. Гарри должен был об этом подумать и предупредить, что нужно говорить только  том, что стоит в паспорте.
- А потом я, конечно, возразил, что ничего не знаю об этом "Королевстве", и она посмотрела на меня еще более странно и сказала, что, согласно паспорту, я там родился, я сказал, что я британец, и, соответственно, родился в Британии, спасибо огромное, и я... я...
- Ты что?
Драко прикусил губу.
- Я, правда, знаю, что так говорить не стоило, но мне так не понравилось ее отношение, что я спросил, насколько долго она училась на свою специальность, если даже не знала, что значит "британец"... И она сказала, что меня задержат до выяснения, и...  И я запаниковал.
- Да, пожалуй, так и есть, - холодно сказал Гарри.
- Это был всего лишь крохотный Обливиейт, - попытался убедить Драко. - Я даже не доставал палочку из рукава. Я просто заставил ее думать, что я только подошел к стойке.
- И твоя палочка была не видна.
- Конечно!
Гарри взвесил ситуацию и пожал плечами.
- Ну что же, я полагаю, особых проблем не будет.
- Ты не разочарован?
- Возможно, в себе. Я не могу винить тебя в том, что ты сказал правду, с которой вся эта ерунда и началась.
Драко напряженно кивнул, и сменил тему так резко, что Гарри понял, что это была попытка им манипулировать. Впрочем, он не сопротивлялся.
- Уизли был весьма восхищен, когда я сказал ему, что Министерство Квебека, и, возможно, Канады, очень заинтересовано в том, чтобы он поделился своим опытом военного времени в местных школах. Мне показалось, что он хочет пожать мне руку. Но взамен он предложил мне партию в шахматы.
Гарри улыбнулся. Рон и Драко никогда не будут большими друзьями, но ему казалось, что они смогут неплохо поладить.
Монреаль во второй раз впечатлял немного меньше, но не от того, что город растерял свои шарм или красоту. Просто он был уже не нов.
Однако в нем все еще хватало прелестей, чтобы заинтересовать Гарри и Драко. В то время, когда они не посещали исторические места или ловушки для туристов – отчего-то Драко находил это весьма увлекательным - они ходили по магазинам или гуляли вдоль реки. Ночью Гарри брал главенствующую роль и предоставлял Драко играть раба. За исключением того, что они не играли. Или играли. Гарри уже не мог ничего сказать с уверенностью.
Он просто знал, что хотя Драко нравилось, когда ему говорят что делать - и в невероятно поражающих деталях тоже - он никогда и словом не обмолвился о вещах, которые они раньше делали. А именно об игрушках. О шлепках и завязанных глазах. О кнуте. О розгах.

Пару раз они проходили магазин в Старом Квартале, продающий подобные вещи.
Драко даже не остановил на нем взгляда, давая понять, что не прочь посмотреть на то, что там внутри.
Он поспешил пройти мимо.
Гарри думал, что сможет прожить и без более экстремальных развлечений чем те, которые они практиковали, однако, раз начав об этом думать, он уже не мог остановиться. В его фантазиях все множились картинки с Драко, привязанным к кровати широкими кожаными ремнями, его лица, прочерченного дорожками слез, в то время как Гарри заносит руку, чтобы хлестнуть его, его голоса, молящего о пощаде, которой он на самом деле не хотел, пощаде, которую, как он знал, он не получит... И картины Драко, вздрагивающего, кончающего по команде в конвульсиях экстаза, в то время как Гарри заставлял его забыть о разнице между болью и удовольствием. Забыть о Николае, раз и навсегда, и принять Гарри как своего единственного и абсолютного хозяина. Во всех смыслах.
Даже в этом.
Самым ужасным было то, что Гарри как раз таки был хозяином Драко. Он мог приказать ему все, о чем он мечтал, в любой момент. Так же как сейчас он приказывал отсосать два, а то и три раза, прежде чем позволить ему кончить. Гарри мог просто сказать: "На кровать, раб. Руки в стороны, чтобы я мог привязать тебя так, как я хочу". Возможно, Драко подчинился бы. Возможно, он даже наслаждался бы этим. Он любил доминирование, и однажды даже сказал, что Гарри был великолепен... И когда дело касалось секса, он действительно возбуждался от боли.
Гарри пытался сказать эти слова, и не мог.
Он пытался также сделать со своим ремнем нечто большее, чем просто снять его.
Но это было безнадежно. Он не мог отмахнуться от чувства, что это будет в своем роде предательством. Что... Драко будет продолжать доверять ему, но уже не так как раньше. Или не так сильно.
Даже если он не проронит ни одной жалобы, даже если он вывернется наружу, будучи исхлестанным каждую ночь, и будет благодарить Гарри за это. Даже если его губы будут приникать к кнуту в поцелуе, прося о большем, чего-то будет не хватать. Гарри никогда не будет знать, хотел ли Драко этого действительно, или же с Рес Мэа Эс ему просто было проще подчиниться.
- Хорошо вернуться домой, - сказал Гарри после того, как обратный портключ вернул их в их гостиную. - Кто бы знал, что выходные могут так изматывать?
- Может быть, тебе стоит вздремнуть? - спросил Драко, однако в его голосе не было никаких намеков.
Конечно, нет. Он никогда не хотел заниматься сексом при свете дня. Только когда было темно, только в  темноте, при свете свечей - как максимум - Драко настраивался на романтику.
Гарри начинал уставать и от этого тоже.
В конце концов, кто здесь хозяин, а кто раб?
Гарри думал, что, возможно, именно в этом была проблема. Он так осторожно пытался не пересечь ни одну из запретных зон Драко, что ему и в голову не пришло только слегка дотронуться до них. Драко нравится подчинение, не так ли? Ему нравится настоящее подчинение. Он любил, когда его принуждали принять позу, выходящую за грань его возможностей, потому что иначе не было возбуждения от опасности, и чужой контроль не имел никакого смысла. 
Отдавать контроль, да, это то, что о чем говорил однажды Драко, когда объяснял Гарри, почему он получал такое удовольствие от подчинения.
Неожиданно Гарри почувствовал, что вовсе не устал.
- Разденься и иди в мою постель, - приказал он, обращая свой взгляд на Драко.
- Р-ра-раздеться?
Эта легкая запинка стала музыкой для ушей Гарри. Драко, выбитый из ритма, его такое безупречное самообладание покидало его, стоило только Гарри ему приказать и принудить к подчинению...
- Да, - сказал Гарри. - Разденься. Я хочу тебя.
- Я тоже хочу тебя, - страстно сказал Драко и провел рукой по рукаву Гарри в нежной ласке. Однако его реальные слова несли отказ. – Но не приятнее было бы сперва немного отдохнуть в объятиях друг друга? Избавиться от усталости после путешествия? И, как только отдохнем, поддаться слабостям своего тела.
Без сомнений, Драко умел добиваться своего. Однако Гарри был не в настроении ждать. Он хотел Драко прямо сейчас, и, на этот раз, все будет именно так, как он того захочет. При свете дня, так, чтобы он не мог представить себе, что занимается любовью с Николаем. Если он это делал. Гарри уже ни в чем не был уверен.
И ему было уже все равно.
Драко - его раб. Если не считать того, что он не был им на самом деле, не так ли? Ведь Гарри не играл на этом, он делал только то, чего хочется Драко, ночь за ночью... И это значит, что Драко никогда не был его рабом на самом деле.
Гарри не осознавал этого раньше, но сейчас был готов это изменить. Готов сделать что-то для этого. Что-то, что не было бы просто игрой. Что-то, что таки заставит Драко пресечь свои границы. Или то, что ему казалось границами, по крайней мере.
- Иди в мою комнату, сними с себя все до нитки, и ложись в мою постель, голый, - сказал он мягко, но в его словах чувствовалась сталь. - Сейчас.
- Гарри, я...
- Хозяин Гарри. Повтори. - Драко сделал шаг назад, его голос дрожал.
- Хозяин Гарри, да. Конечно. Но ты не понимаешь. Я... Я не могу. Я...
- Но ты это сделаешь, - сказал Гарри, делая два шага навстречу, как раз так, чтобы прижать Драко к стене. Боже, как приятно было это сделать, подавляя его сопротивление. - Ты сделаешь именно то, что я сказал, не зависимо от того, нравится это тебе или нет, Драко. Раб. Ты слушаешь? Я хочу тебя сейчас. Прямо сейчас, и если мне придется использовать для этого суровый голос, я сделаю это.
- Не надо. Пожалуйста, не надо, Хозяин Гарри, - голос Драко стал тише со страху. - Я сделаю все, что ты захочешь, но позже. Не сейчас, когда я вижу...
Гарри поцеловал его, чтобы заткнуть. Жестко. Так жестко, что чувствовал ранки, когда кусал его губы снова и снова. И в тот момент это было лучше амброзии.
Действие, на которое он решился, было эффективнее слов. Все еще прижимая Драко к стене, целуя его, Гарри запустил пальцы в ткань рубашки Драко и дернул, натягивая ее, пока несколько пуговиц не отлетели.
- А теперь немедленно иди в мою постель, - приказал он, тяжело дыша, его голос стал жестким настолько, что у Драко не было иного выхода, кроме как послушаться. - Иди, блядь, наверх и разденься, как я и сказал!
Серебряный, почти сумасшедший взгляд Драко скользнул по нему.
- Хозяин, я... Я...
Ему перехватило дыхание, и он, перескакивая через несколько ступенек, выполнил приказ.

•   Клуб "На седьмом небе"( The mile high club (MHC)) - слэнговый термин, объединяющий людей, которые занимались сексом в самолете на высоте не менее одной мили (5 280 футов или 1 609 м). Это образное выражение, официально такого клуба не существует. (прим. беты)

Глава 75.

Драко был в кровати, однако его одеяло было натянуто под самый подбородок. А как только Гарри зашел в комнату, он закрыл глаза.
"Главное - не спешить", - подумал Гарри, приподнимая уголок покрывала и садясь, склонившись над Драко. Он подсунул руку и провел по его голой груди, прямо там, где билось сердце.
Он любил класть свою руку именно туда, при этом у него возникало ощущение, что он снова заявляет свои права на Драко.
- Ты уже видел ванную комнату?
Драко приоткрыл глаза. Он свирепо уставился на Гарри, однако это было все же лучше, чем полный отказ смотреть на него.
- Ванную комнату, Поттер? Ванную комнату?!
- Новую ванну, - Гарри оглянул спальню. Все было как обычно, ни следа тех разрушений, что они застали в последний раз. - Предполагаю, она уже должна быть установлена.
- Ах, новую ванну. Так почему бы тебе не сходить и не полежать в ней подольше?
- Почему бы нам не полежать в ней вдвоем? Без пены, - подчеркнуто добавил Гарри.
Драко мгновенно замолк. У него даже ускорилось дыхание, однако, явно не от возбуждения. Это было больше похоже на ужас. У Гарри появилось плохое предчувствие. 
Он остановился, раздумывая... и понял. Да, это было оно. Близкое к панике состояние Драко напомнило ему о времени, когда он игнорировал явные желания Драко, заставляя подойти к фортепиано. Ну, он снова собирался их проигнорировать, но ситуация не требовала жестокости, она требовала подхода более... слизеринского.
- Договорились, мы поваляемся вместе в ванной, - успокаивающе сказал Гарри. - Однако мы займемся любовью, Драко. При дневном свете, так, чтобы я мог увидеть тебя всего. Ты понимаешь? Мне нравится смотреть.
- А мне - нет, - пробормотал Драко, отворачиваясь.
Гарри позволил ему, по крайней мере, на этот раз.
- Ну, а мне да, - парировал он, двигая рукой по голой груди Драко. Просто слегка тер ее, вперед и назад. Никаких намеков, он просто подумал, что это придает его словам некий более глубокий смысл. - Я это просто обожаю. Ты самый красивый мужчина из всех, что я видел и единственный, кого я хочу, я смертельно устал воображать, как бы ты выглядел, кончая.  Я не должен был этого делать, когда мы стали любовниками в первый раз, ведь так?
Драко все еще не поворачивал головы.
- Это было тогда.
- Но что изменилось?
- Я был пустоголовым идиотом, которому нужно было напоминать смывать за собой туалет! И... - воинственный тон Драко потух. - Ты знаешь, я не помнил. И ты не можешь себе представить, каково это, чувствовать себя так... чувствовать так...
Гарри кивнул, думая, а не было ли его первое предположение верным, в конце концов. Возможно, Драко вовсе не пытался представить себе Николая на месте Гарри, а просто пытался спрятаться, так как теперь вспомнил, что его муж был недоволен его внешностью.
Этот Николай должен был быть круглым идиотом и бесчувственным как бревно, думал Гарри. И Драко обязан был четко знать, что Гарри считает его абсолютно захватывающим. Он говорил это довольно часто, и если это не было достаточным доказательством, то был еще факт, что он был не в силах отказать себе фактически в приставании к нему по ночам.
Драко счел это лестным... возможно потому, что этот гад Николай занизил его самооценку. До такой степени, что, что бы ни говорил Гарри, особо не помогало.
-  Мне очень жаль, что твой муж заставил тебя так себя чувствовать, - мягко сказал Гарри, опускаясь, чтобы зарыться носом Драко в шею. Рука, которая до этого гладила его грудь, переместилась выше, что бы поласкать его плечи.
- Как "так"?
- Менее чем привлекательным, - прошептал Гарри. - Я не понимаю, почему он мог так думать. Должно быть, у него самого были какие-то проблемы. Возможно, это была попытка удержать тебя при себе, но в таком случае, это довольно извращенный способ...
- Не наговаривай на Ника, - резко сказал Драко. - Ты не знаешь о чем говоришь. Он был хорошим человеком и никогда не позволял чувствовать себя непривлекательным. Он никогда бы не сделал чего-то подобного. Просто не сделал бы.
- Хорошо, - Гарри не был переубежден, но он не думал, что ссора как-то сможет помочь. Драко абсолютно точно не переносил, когда его мужа критиковали. Что было понятно. Возможно, со временем...
- Если бы ты только мог подождать, пока не наступит ночь, - пошептал внезапно Драко, поворачивал лицо к Гарри. - Я сделаю все, что вы захотите, господин Гарри. Хммм? Все что угодно, клянусь. Что угодно.
Он начал осыпать лицо и шею Гарри крошечными поцелуями, то там, то здесь, дразня губами и обещая куда больше.
Что было еще одним доказательством, как предполагал Гарри, что он не был единственным, кто знал как вести себя по-слизерински в постели. Возможно это так же доказывало, что Драко думает, что Гарри теряет решимость, которую высказал внизу.
Что было совершенно не верно. Он бы снова использовал свой особый тон... если бы это было необходимо.
- Но ты в любом случае сделаешь все, что я захочу, - сказал Гарри, позволяя ему осознать эти слова, прежде чем продолжить. - И ты сделаешь это прямо сейчас. Так ведь?
Последняя фраза звучала скорее не как вопрос, а как вызов.
Драко закрыл глаза и сглотнул.
- Я... я...
- Посмотри на меня.
Драко выполнил, не смотря на то, что его глаза почти остекленели от страха.
Гарри слегка соскользнул по кровати и стащил одеяло, оголив Драко до талии.
- Ты мой раб?
- Т-ты знаешь, что это так, - вопреки своим словам, Драко попытался уклониться, когда Гарри взял его за руку.
- Оно подтверждает это, - сказал Гарри, пробегая языком вдоль зеленой линии, обвивающей запястье Драко. - Оно говорит, что ты мой, весь мой. И я могу делать то, что мне нравится.
Драко расслабился, его тело глубже провалилось в матрас. До этого момента Гарри и не подозревал, насколько напряженным был Драко.
- Я твой, да.
- Тебе нравится быть моим?
- Я, - Драко прочистил горло. - Да. Мне нравится, Гарри.
- Мне это тоже нравится, - сказал Гарри, очень серьезно. - И я знаю, что подчинение это не только то, что навязало тебе заклятие. Ты наслаждался этим задолго до моего заявления прав на тебя. Ты знаешь, Драко, что хоть Res mea es и сделала меня твоим господином, но только ты и я решаем что с этим делать. Если ты хочешь притворяться моим рабом и периодически выходить из игры, я могу это пережить. Но если ты хочешь признаться себе - и мне - что подчинение это не только игра для тебя, тогда будет иногда так, как сейчас, когда ты будешь подчиняться мне даже тогда, когда тебе совсем этого не хочется.
- Мне действительно совсем не хочется, - слабо проговорил Драко.
- Я знаю, - Гарри стянул покрывало еще ниже, так, чтобы были видны выступающие бедренные косточки Драко и немного золотистых волос в паху. - Но в этом то и дело, разве ты не видишь? Я не хочу быть тебе хозяином только тогда, когда это тебе удобно. Я хочу быть тебе настоящим хозяином.
- Ты и есть...
- Я хочу быть тебе хорошим хозяином, - перебил его Гарри. - Все же я люблю тебя.
Драко зажурил глаза.
- Если бы любил - не просил бы...
- Но дело именно в этом. Я не прошу. Я приказываю тебе подчиниться, и потому, что я люблю тебя, я должен это сделать, Драко. Ты заслужил хорошего хозяина, а я им не был.
- Я бы не смел просить о лучшем!
- В каком-то роде ты... нуждался, в то время как мы занимались любовью. Что было до какого-то момента неплохо, но если я хочу тебя в течении дня... ты должен... смириться, понимаешь? Ты в самом деле мой раб или нет?
Драко тяжело вздохнул, подвигая руку так, чтобы спрятать за ней лицо.
- Гарри...
Гарри провел пальцами по мускулам, обозначавшим живот Драко. Такой красивый...
- Я все еще буду любить тебя, если ты скажешь нет, Драко. И мы все еще сможем играть в наши игры. Но я не буду делать вид, что все это взаправду. Я буду знать, что только заклятие делает тебя моим рабом. Но если ты скажешь да, я буду знать, что ты решил это сам. Все что мне пожелается. И я буду таким хозяином, какого, я знаю, ты хочешь.
- И как я могу согласиться, если я знаю, что это значит, что... значит что... - Драко выдохнул, опуская руку. - Твою мать, Гарри. Просто используй особый тон и заставь меня это сделать. Я бы предпочел это, чем выбирать.
- А я предпочел бы избежать изнасилования.
- Это не...
- В некотором роде так, - Гарри снова почти уже стянул покрывало вниз, но передумал и начал расстегивать свою рубашку вместо этого. - Я использую приказной тон, если до этого дойдет. Если ты не можешь подчиняться мне сам, я смогу тебя заставить. Но только в том случае, если ты сейчас скажешь мне, что хочешь настоящего хозяина.
Он стряхнул рубашку с плеч и вытянул ремень из брюк, отбрасывая его в сторону.
- Если ты скажешь, что хочешь такого хозяина, который будет заставляют тебя повиноваться, вне зависимости от того, хочешь ты этого или нет.
Драко облизал губы, но так ничего и не сказал.
- Ты говорил, что отдавать контроль другому это очень возбуждающе, - напомнил ему Гарри. - Насколько ты имел ввиду то, о чем говорил? Потому как действительная передача контроля означает то, что я могу делать, что хочу. С тобой. Тебе. Ради тебя.
Гарри встал и дотронулся до пуговицы на брюках.
- Ты хочешь этого, Драко?
- Это действительно все, чего я хочу, - простонал  Драко. - Но как я могу, в самом деле...
- Ты просто произнеси это, - сказал Гарри, быстро стягивая ботинки, наступив на задники, и снимая следом брюки и белье. Когда он скользнул на кровать позади Драко, оба были полностью обнажены. Он придвинулся к Драко, лежа к нему лицом, и утянул его к себе в объятия. - Ты просто скажи: "Да, ты действительно мой хозяин, Гарри". И оставь остальное мне. Но не говори этого, пока не сможешь доверить мне надлежаще заботиться о рабе.
Драко слегка пнул Гарри по ноге.
- Не будь задницей, ты знаешь, что я тебе доверяю...
- По-настоящему заботиться о рабе. Это включает в себя доминацию над ним когда, по моему мнению, это ему необходимо. И когда мне этого хочется.
- Я доверяю тебе и в этом тоже, - слабо ответил Драко.
- Действительно ли?
Драко вздохнул.
- Да. Ты... все же только полный засранец станет добиваться такого. Тебе следует просто делать, что ты хочешь, потому что именно мысли о том, что я не твой раб и являются притворством. Но это также не только заклятие. В душе я тот, кем являюсь, и... и...
Гарри говорил очень мягко и нежно.
- И, моя любовь?
Еще один вздох.
- И ты правда мой хозяин, Гарри. Правда, правда.
- Ммм, я люблю, когда ты покоряешься мне, - сказал Гарри, беря лицо Драко в ладони и целуя его. - Я говорил тебе в последнее время, что ты очень хороший раб?
Драко хихикнул, но под маской веселья была слышна горечь.
- Не думаю что это так.
- О нет, ты именно такой. Очень привлекательный, очень услужливый. У тебя просто есть несколько ограничений, которые меня не устраивают, поэтому я решил, что мы их преодолеем. Сегодня. И теперь, когда ты пообещал мне себя, ты не должен волноваться ни о чем. И если ты не можешь сделать того, что я от тебя хочу, то я покажу тебе, что да, ты можешь это.
Дрожь перетряхнула Драко с головы до ног.
- Бояться, - прошептал он. - Очень бояться.*

- Нет, не бойся.
- Это цитата из фильма о парне, который превращается в огромного жука.**
- Оу, - Гарри и правда не знал что ответить. Он предположил, что Драко таким образом пытался сказать, что ему страшно, но не произносит этого напрямую.
Но Гарри уже понял, что это его не остановит. Он ненавидел то, о чем должен был спросить.
- И так, ты оставишь то же стоп слово?
Драко замер на долгое мгновение. Его кожа, прижатая к коже Гарри, казалось, похолодела, он, будто бы отдалялся, не двигая при этом ни одним мускулом. Казалось, это длилось вечно, пока он, наконец, не ответил.
- Это был не Почти Безголовый Ник.
Гарри поморщился.
- Я знаю, я знаю. Нет ничего загадочного в том, почему ты выбрал это слово. Ты привык доверять себя ему, и какая-то часть тебя помнила это, даже когда ты не помнил о замужестве. Но... э, я просто подумал, может было бы лучше, если ты не стал бы выкрикивать его имя, пока мы занимаемся любовью.
Драко все еще напряженно лежал в руках Гарри.
- Выкрикивать его имя... Я... Блядь, блядь, блядь!
Гарри решил, что лучше не допускать недопонимания.
- Что случилось?
- Я просто не могу поверить, что не понял этого раньше!
- Может ты и понял бы, если бы я не предположил, что ты имеешь в виду призрака.
Драко уставился на него, потом моргнул почти как сова.
Гарри захотелось себя пнуть. Вспоминать призрака было совершенно незачем. Насколько он знал, Николай мог сейчас быть одним из них. Это ведь не считается за «наговаривание», правда?
Но нет, если бы Николай хотел преследовать Драко, он наверняка уже показался бы к этому моменту.
"Разве что только, если он не может покинуть Россию", нашептывал внутренний голос Гарри.
Но Гарри приказал ему заткнуться на хрен.
Между тем, Драко сел, мотая головой так сильно, что Гарри боялся, как бы он себе что-то не растянул.
- Я не хочу никакого стоп слова. Нет, нет, нет, нет.
- Но...
- Я думал, у меня не будет возможности остановить тебя. Я думал, ты собираешься стать "настоящим хозяином". Не об этом ли ты твердил пять минут назад? - зыркнул на него Драко.
- Да, и как настоящий хозяин, - возразил Гарри, приподнимаясь на руках, - я настаиваю, что у тебя должно быть стоп слово, нравится тебе это или нет. И, как я и сказал, я применю строгий голос, чтобы ты выбрал его, так что лучше выбери его самостоятельно.
- Я не использую его. Я никогда не использую его, - сказал Драко, мотнув головой так, что напомнил Гарри об арабском жеребце. - Я ни разу не использовал его с Ником, и если я мог полностью ему подчиняться, то я, конечно же, смогу...
Гарри поцеловал Драко, чтобы тот замолчал, и чтобы его успокоить. Стоп слово оказалось в некотором роде больным местом. Гарри не понимал этого, учитывая что пять минут назад Драко готов был отдать ему полный контроль. Разве это не означало, что он должен хотеть стоп слово?
Видимо, нет.
Настойчивость в том, что Драко должен иметь стоп слово, однако, была попыткой о нем заботиться. Не важно, нравилось это Драко или нет.
- Выбери стоп слово, - сказал Гарри, тяжело дыша после поцелуя и отодвигая Драко. Не резко... просто чтобы донести смысл.
Драко глянул на него свирепо, однако не попытался ослушаться.
- Тогда, Миртл. Будем придерживаться темы призраков.
Гарри эта логика не понравилась, но он отрывисто кивнул.
- Хорошо, Миртл.

- Не говори это так ревниво, Поттер. В отличие от тебя, мне девушки даже не нравятся.
Это, подумал Гарри, было очевидной своенравностью. Интересно, должен ли настоящий хозяин что-то с этим сделать? Он хотел уже шлепнуть Драко по щеке, но после секундного размышления решил, что для этого еще слишком рано. Драко же ясно сказал, что пока не готов продолжить экстремальные игры с Гарри. Того факта, что он добровольно согласился  на доминирование, было, вероятно, достаточно на данный момент.
Однако мысли о большем заставили член Драко набухнуть.
- Тогда хорошо, что я не буду заставлять тебя спать с одной из них, - сказал он вместо этого. - Я хочу тебя всего для меня, днем и ночью.
Драко сглотнул, его злость исчезла.
- Я... да, Хозяин.
- Так то лучше, - сказал Гарри, обнимая Драко одной рукой и притягивая его для долгого поцелуя, намного более нежного на этот раз. Свободной рукой он нашарил позади себя палочку. - Ты правильно делаешь, держа палочку при себе. Теперь ты можешь услужить своему хозяину.
Драко взял и неуверенно уставился на нее, прежде чем поднять взгляд на Гарри.
- Чего бы ты хотел?
- Убери одеяло и покрывало. Все, кроме простыни под нами. Пусть будем только мы, абсолютно обнаженные, ничего не скрывая.
Так как пижамы уже были сняты и отброшены подальше, большой разницы не было, однако, Драко все еще сомневался. Гарри знал, почему. Заниматься любовью при свете дня - это одно дело, но делать это даже без покрывала, которым можно было бы даже накрыться...
- Я хочу тебя полностью нагим, - Гарри легонько провел по затылку Драко. - Полностью моим. Я хочу, чтобы ты знал, кто ты. Мой раб, Драко. И это больше не только заклятие, и не просто игра. Ты только что отдал себя мне, Драко.
Драко быстро склонил голову, так, чтобы его длинные волосы скрыли выражение лица.
- Да, Хозяин.
Гарри улыбнулся, хотя, Драко, наверное, не мог этого видеть.
- Очень хорошо. Сейчас, подчинись мне.
Драко, дрожа, кивнул и произнес заклинание. Ему потребовались целых три попытки, уже это показывало, насколько его это страшило.
Но он послушался... подчинился. Сделал то, чего предпочел бы избежать.
В этот момент Гарри почувствовал свою любовь к нему вдвойне сильнее. А может и в тройне. Это было не то, что можно измерить.

- За это, - хрипло сказал он, - тебе полагается награда. Ляг на спину. Немного заберись на подушки и раздвинь ноги так, чтобы я поместился между ними.
Драко крепко зажмурив глаза, но сделал в точности то, что было сказано. Гарри сполз в изножье кровати. Хм, без одеяла и покрывала было гораздо легче, и опустился между бедрами Драко. Член Драко лежал в гнездышке золотых кудряшек мягким и вялым. Это лучше остального показывало Гарри, насколько "наслаждение при свете дня" выводило Драко из равновесия. Обычно он немедленно возбуждался, когда ему говорили что делать в постели. Ну, Гарри точно знал, что необходимо в подобной ситуации. Пододвигаясь еще на несколько сантиметров к своей цели, он высунул язык и жадно заглотил член. Мммммм. Кожа Драко была как мягкие складки бархата, ласкающие шершавую поверхность его языка. Гарри заглотил его снова, на сей раз сжимая немного сильнее, так, что его язык стал плоским, когда он надавил еще немного.
- Вкусно, - простонал он. Чего еще он мог хотеть, как не хорошенько, не спеша вылизать Драко Малфоя.
Член Драко немного дернулся, а затем начал набухать и расти.
- О, ему это нравится, - проурчал Гарри, толкаясь языком то там, то сям, с намерением подразнить.
Драко сдавленно кашлянул.
- Это... Это я должен обслуживать вас, Хозяин...
- Мммм, ты этим и занимаешься. Я хочу член. И смотри, вот он, вкусный, так близко, что я могу просто наклониться вперед и просто....
Вместо того чтобы закончить предложение, Гарри подался вперед и целиком взял Драко в рот. Драко дернулся всем телом, подавая бедра вверх. Гарри слегка массажировал член,  слегка втягивая щеки, облизывая по кругу его целиком и отдельно головку. Драко возбуждался еще больше, его член удлинялся, пока не стал почти доставать Гарри до глотки. Тот не подавился, к этому времени у него было уже достаточно опыта. Он ни в коем случае не был таким экспертом как Драко, но он постоянно совершенствовался. Помогало наклонять голову под разными углами. Одно слитное движение и член Драко проскользнул в его глотку, а язык Гарри продолжал ласкать его везде, куда только мог дотянуться. Войдя в ритм минета, Гарри протянул руки, чтобы  взять Драко за бедра, направляя его плавно внутрь, наружу, внутрь, наружу, пока Драко задыхался, его движения  вверх становились все неистовее.
- Хорошо? - спросил Гарри, поднимаясь, чтобы глотнуть воздуха.
- Хорошо, Хозяин. Мне... Мне нужно больше, если бы...
- Ах, больше. Мне тоже нужно больше.
На этот раз Гарри протянул руки дальше бедер Драко и принялся ласкать его бока в такт движениям члена во рту. Без контролирующих его движения рук толчки его бедер становились все требовательнее. Когда Гарри поднял глаза, то увидел, как кулаки любовника сжимают единственную простыню, оставшуюся под ними, его белокурые волосы разметались по синей подушке, лицо было искажено гримасой сильнейшей потребности. В любое другое время Гарри бы соблазнился возможностью подержать Драко немного на вершине. Заставить удовлетворять себя, пока его собственные бедра двигались бы в желании освобождения. Однако, не сегодня. Сейчас Гарри думал, что ему было необходимо нечто другое. Он лизнул член еще раз, затем еще пару, Гарри продлил свое собственное удовольствие на пару мгновений и затем сел рядом с Драко, плотно обхватывая его член пальцами и начиная массировать его по всей длине.
Слюна не была идеальной смазкой и слишком быстро высыхала, но Гарри и не думал, что это займет слишком много времени.
- Кончай, Драко, - сказал он, почти пропев слова. – Я хочу увидеть это. Я хочу видеть. Я хочу смотреть.
Драко застонал и снова закрыл лицо рукой.
- У тебя великолепный член, - прошептал Гарри, начиная дрочить немного быстрее. Бедра Драко дернулись, подстраиваясь под новый темп. – Ты прекрасен, Драко, понимаешь? Прекрасен...
Драко резко втянул воздух открытым ртом, когда его член сдавило спазмом, выплескивая вязкий поток его удовольствия. Гарри позволил ему выливаться с вершины и стекать вниз, двигая рукой вверх и вниз по нему, продолжая дрочить Драко пока тот кончал.
- У тебя встали соски, - сказал Гарри, покручивая один чистой рукой.
- Тут холодно, - голос Драко заглушала его собственная кожа. – Сейчас январь, а один придурок решил убрать все покрывала.
- А другой придурок, имея под рукой палочку, не наложил согревающего заклинания, - парировал Гарри со смешком.
- Однако покрывало уютнее, чем заклинание. Лучше всего – зачарованные покрывала. Мы можем призвать одно из моей комнаты и...
И Драко сможет спрятаться, пока Гарри получает удовольствие.
- Я так не думаю, - сказал Гарри, мотая головой. – На тебя приятно смотреть. С этого времени я буду иногда смотреть на твое лицо, пока ты кончаешь. Но если тебе холодно и ты хочешь уюта... – Гарри передал Драко палочку.
- Еванеско Сперма. Мне действительно холодно, Гарри.
Тот смотрел на него, пока он, сдавшись, произнес пару согревающих заклинаний.
- Теперь никаких больше оправданий, - серьезно сказал Гарри, сползая на кровать и беря Драко на руки. – У тебя будут горы покрывал, когда мы будем спать сегодня ночью, но заниматься любовью мы будем без них. Привыкай. У тебя теперь есть хозяин. Настоящий хозяин.
- Да, Гарри, - сказал Драко, закусывая и теребя зубами нижнюю губу.
Гарри нежно перехватил ее и поцеловал.
- Это мое, - сказал он, посасывая нежную плоть. – Не кусать мое.
- Не кусать, - официальным тоном согласился Драко. – Я не буду кусать тебя, это точно. Разве что ты сам попросишь. Итак, мне начать?
- Мы будем лежать здесь вместе, пока ты не восстановишься, - сказал Гарри, проводя рукой по его торсу. От ключиц до лобка и обратно. Но члена он касался очень осторожно - мужчины очень чувствительны сразу после оргазма.
Драко безустанно крутился.
- Правда, я бы хотел сосать твой член, Гарри. Дважды подряд. Три раза? Думаю четыре стали бы личным рекордом для нас...
- Перестань попытки спрятаться. Ага, я не настолько тупой, как тебе кажется. Там, внизу, я далеко не так хорошо могу тебя видеть, так ведь? Я буду смотреть на тебя, Драко, - Гарри добавил в свой голос силы, всего немного.– С этих пор тебе стоит привыкнуть к этому.
- Д-да, хозяин.
- М-м-м, музыка для моих ушей.
Гарри захотелось пнуть себя за упоминание музыки, но Драко казалось не среагировал на это слово. Он все еще не открывал глаз, когда они легли рядом друг с другом, слушая как ветер время от времени бьется в окна. Гарри не назвал бы блондина расслабленным; его мышцы все еще были слишком напряжены, однако он уже не был так разбит как в самом начале. Фактически, даже когда его член начал отвечать на поглаживающие его пальцы Гарри, Драко оставался спокоен, его дыхание не поменяло ритма.
Гарри нащупал в тумбочке массажное масло и щедро распределил его по члену Драко.
- Ты снова будешь мне дрочить? Я люблю, когда мне перед этим делают минет, ты знаешь...
- Ш-ш-ш, - сказал Гарри, перекатываясь на него и начиная изгибать бедра, скользя своим членом по члену Драко снова и снова.
Тот вздохнул и обнял Гарри, притягивая его голову для поцелуя. – М-м-м. Это, конечно, тоже хорошо.
- Да, - сказал Гарри, двигая бедрами немного быстрее. – Ты кончишь дважды.
- Только дважды?
- И я собираюсь наблюдать за тобой оба раза, - продолжил Гарри, будто не услышал сказанного. – Ты мой, мой...
Внезапно Гарри не смог больше этого терпеть. Все эти разговоры о доминировании, и желание Драко подчиняться, и теперь это доминирование, ставшее реальным, когда Драко оказался обнаженным под ним, дневной свет, льющийся сквозь занавески на окнах...
Гарри приподнялся, ровно на столько, чтобы разорвать объятья Драко, и взял его за оба запястья, вытягивая его руки в разные стороны и прижимая их там. Удерживая его и демонстрируя так доступно, как только возможно, что каждое слово он произнес всерьез. Драко был его, и Гарри будет хорошим хозяином с этого момента.
В тот момент, когда Гарри распял Драко, тот начал сопротивляться. 
Или извиваться.

Гарри надавил сильнее обеими руками и соединил их члены, откидывая голову так далеко, что чувствовал как выпирают хрящи. Боже, это было так хорошо. Перехватывать контроль, управлять, иметь полную власть...
Это лучше, чем полет.
- Прекрати, - орал Драко высоким и срывающимся голосом.
Гарри не слушал. Он не особо задумывался, о том, что ему мешало, кроме некоторого внутреннего чувства, что этого делать не стоит. В конце концов, хозяином здесь был он, а не Драко. Но где-то на задворках сознания он помнил, что у Драко есть стоп-слово. Он позаботился об этом.
- Нет, - сказал Гарри, еще больше усиливая хватку. – Я не остановлюсь. Ты мой раб.
Драко держал глаза закрытыми все время, однако на этих словах он крепко зажмурился, будто бы он вообще не мог вытерпеть вида Гарри.
А тот все двигался и двигался, оттягивая запястья Драко все дальше, растягивая их,  продолжая также крепко сжимать. В то же время он приподнялся еще немного, желая получить еще лучшую точку обзора.
- Боже, ты чертовски горяч, - выдохнул он, желая смять губы Драко жестоким, наказывающим поцелуем. Однако если бы он сделал это, то потерял бы великолепный вид.

- Г-х-х...
Гарри думал, что тот пытается произнести его имя, но когда мужчина смог наконец выговорить то, что хотел, это оказалось кое-что другое.
- Х-хотя бы объятие? П-пожалуйста?
- После, - рыкнул Гарри. – Нравится так...
Еще три резких толчка, твердый член Драко трется о его собственный.
- Скоро?
Драко отчаянно рванулся в сторону, освобождая на секунду одну руку, но Гарри легко поймал ее снова и вжал в матрас. Жестко, не обращая внимания на то, что оставляет синяки. Драко мог бы остановить это, если бы действительно хотел, однако состояние его члена громко и четко говорило, что он точно так же возбужден, как и Гарри.
Возможно, он вырывался потому, что хотел быть наказанным. 
- Ты скоро? – снова спросил Гарри, немного громче.
- Пошел на хуй, - Драко снова начал вырываться, но Гарри был готов и на этот раз держал крепко.
- Я хочу, чтобы ты кончил со мной, - сказал он, замедляя движения, чтобы оттянуть конец хотя бы на пару мгновений. Дрожь пробегала по его плечам от двойного усилия - сдерживать и себя, и Драко. 
- Иди ты...
Гарри не позволил ему закончить. Опускаясь, он удерживал руки Драко даже когда поцеловал его, кусая губы, заявляя свои права. Он потерял вид сопротивляющегося Драко, однако поцелуй, вероятно, того стоил.
- Кончи со мной, - сказал Гарри, приподнимая голову.
Драко зажмурился еще сильнее, хотя Гарри мог поклясться, что это невозможно, и повернул голову в сторону, показывая всем телом, что даже если он и сделает это, то смотреть на Гарри в это время не будет.
- Сейчас, - Гарри дышал Драко в ухо, чувствуя, что его собственный оргазм накрывает его с головой. И теперь его бесполезно оттягивать. Драко был слишком соблазнителен, чтобы сдерживаться так долго. – Сейчас, Драко. Раб, кончи со мной! Это приказ!
Драко задохнулся и начал биться в хватке Гарри снова, но это были совершенно другие движения. Он не пытался вырваться; его сотрясали невольные конвульсии сексуального наслаждения. Неуправляемые спазмы.
Гарри легко сдерживал его, несмотря даже на то, что с его телом происходило то же самое.
«Преимущества быть сверху», - подумал он, когда все кончилось и его охватывали истома и усталость. Боже, это было так хорошо. В Драко было все, чего он мог только желать в любовнике...
Или, скорее, Драко был всем, что он только мог пожелать.
И он был у Гарри. Полностью.
Он удовлетворенно вздохнул и скатился с Драко, вытягиваясь рядом.
Драко развернулся на бок, когда Гарри попробовал притянуть его к своему бедру, однако оставался странно тихим и неподвижным. Почти застывшим.
- Ты в порядке? – спросил Гарри, приподнимаясь немного, чтобы посмотреть на него.
Драко несколько раз моргнул.
- Я... эм... Я не знаю.

Гарри сразу забеспокоился.
- Я ведь не сломал тебе запястья, правда?
- Нет, я уверен, что не сломал, - Драко прочистил горло. – Я... Гарри, я думаю, возможно я...
Вместо того, чтобы закончить предложение, он застонал.
- Ты думаешь ты что?
Драко выглядел немного потрясенным.
- Я думаю, мне нужно побыть немного наедине... Ванная. Я пойду и посмотрю, готова ли новая ванна.
Гарри остановил его простым прикосновением к руке.
- Драко, что такое? – сказал он мягко. – Я знаю, что в конце было немного жестко, но тебе ведь понравилось, не так ли?
- Да, да, конечно, - выпалил Драко. – Это было замечательно, Гарри. Ты был прекрасен. Настоящий хозяин, именно так, как я хотел, и вообще все было... ну, замечательно.
Гарри слышал его слова, однако он заметил в них растерянность.
- Но ты кончил по команде, - сказал он, ненавидя свой жалобный тон. – Это было возбуждающе, правда?
- Да, - Драко сполз вниз кровати и слез с нее, лишь бы не перекатываться через Гарри. – Тогда я буду в ванной. Эм... один. В смысле, тебе же ничего не нужно от меня сейчас, правда?
- Нет, - сказал Гарри, чувствуя себя внезапно неуверенно и жалко. Драко не жаловался, однако Гарри не мог избавиться от ощущения, что он все запорол. Но как? Если бы Драко не кончил... но он кончил! – Драко...
Мужчина задержался в дверях ванной.
- Если ты хотел остановить меня, ты мог использовать стоп-слово...
- Но я не хотел тебя останавливать. Я просто не хотел чтобы ты был... – Драко потряс головой, обхватывая себя обеими руками, стоя там, полностью обнаженный, в дневном свете.
- Гарри, все было хорошо. Все было замечательно, как я и сказал. И если тебе показалось, что это было немного... не знаю, это просто от того, что я хочу немного побыть один и подумать. Хорошо?
Нет, черт возьми, не хорошо!
- Ты не хотел, чтобы я был что?
Драко обхватил себя еще плотнее, его губы сжались в тонкую линию.
- Тебе не кажется, что ты должен рассказать мне, почему ты так настаивал на том, чтобы заниматься любовью в темноте?
- Это вряд ли необходимо теперь, когда ты излечил меня от этого, Хозяин. В конце концов, я кончил. Именно так, как ты сказал.
- Это чертовски необходимо, - оборвал его Гарри.
- Нет, не необходимо. Я буду спариваться с тобой под грёбаными софитами, если это сделает тебя счастливым. Но не проси меня объяснять, насколько хуёво мне сейчас. Я даже сказать не могу, возможно потому, что мне необходимо время подумать. Я уверен, я уже упоминал об этом.

Голос Драко под конец был таким, каким иногда говорил с ним Гарри. Что заставило Гарри хотеть использовать жесткий тон, которого Драко не ослушается. Он уже открыл рот...
- Я клянусь, я скажу Миртл, - оборвал его Драко, все его тело натянулось. – И потом мы оба будем знать, что тогда, когда я доверял Николаю настолько, что никогда, ни разу не использовал стоп-слово, с тобой я использовал его спустя менее часа после его выбора!

Гарри захлопнул рот и попытался придумать, как заставить Драко заговорить. Так, чтобы не использовать жесткий тон.
- Но... – он прочистил горло, вставая с постели. – Но почему ты не скажешь мне? Я хочу понять, Драко. Это все. Я хочу понять тебя, я люблю тебя.
- Я... – Драко вздохнул и начал снова. – Это глупо и нерационально, и я должен понимать, я знаю, что я должен понимать, Гарри. И... Я не хочу говорить тебе, потому, что ты тоже тогда начнешь об этом думать. А лучше будет, если ты не станешь думать об этом. Лучше для нас обоих.
- Но...
Драко закрыл глаза, но Гарри успел увидеть промелькнувшую в них боль.
- Верь мне, Гарри. Пожалуйста.
- Хорошо, - медленно проговорил Гарри.
Но все было вовсе не хорошо. Он точно знал, что это не так. Драко выглядел каким-то надломленным. Что-то сломалось у него внутри. Гарри просто не знал, что именно.

*Якобы,предупреждение о неизбежности чего-то опасного. На самом деле чаще употребляется в виде шутки. То, о чем предупреждают скорее является слегка нежелательным, чем действительно опасным.

76 глава

- Завтрак, - сказал Драко на следующее утро, безжалостно тряся Гарри за плечо.
- Ещё пять минут, - пробормотал Гарри, переворачиваясь с боку на бок и обнимая подушку.
- Ты опоздаешь на работу.
Эта волшебная фраза заставила Гарри подскочить и сесть, протирая глаза.
- Какая работа? Я ещё в отпуске. Мне не надо там появляться до завтра.
Драко пожал плечами с видом полного равнодушия на лице.
- Ну, да. Но ты же относишься к тому типу людей, которым всё время надо держать руку на пульсе, поэтому я подумал, что ты захочешь появиться сегодня на работе и проверить, как твой персонал справляется без тебя.
Гарри пристально посмотрел на Драко, пытаясь понять, насколько Малфой пришёл в себя. Это чувство уже стало почти постоянным, Гарри не прекращал беспокоиться со вчерашнего вечера. После того как Драко долго принимал ванну в одиночестве, они приготовили ужин вместе. Драко активно болтал всё это время, но почему-то его слова звучали неестественно. Или принуждённо.
А после ужина они устроились рядышком на диване посмотреть парочку фильмов. Гарри стойко выдержал четыре часа одуряюще тупых ужастиков, только ради возможности обнимать Драко и помочь ему понять, что Гарри не был жестокой скотиной, как могло показаться ранее. Они определённо будут заниматься тем, что нравилось Драко.
К этому моменту Гарри уже пришёл к умозаключению, что проблема могла быть в том, что он слишком сильно настаивал на дневном освещении. Или... может, сильнее повлияло то, что он удерживал Драко. Как раз в тот момент Драко и запаниковал по-настоящему, как заметил Гарри. До этого момента Драко был несколько расстроен, но держал себя в руках.
А это значило, предположил Гарри, что Драко знал, о чём он говорил, когда предупреждал, что он не готов к их прежним играм.
Гарри глубоко вздохнул и решил учиться на своих ошибках. Независимо от его желаний и фантазий, независимо от того, насколько Драко смирился со своим статусом раба прошлой ночью, Гарри принял решение избегать игр с болью и всего, что было с ними связано. Когда Драко будет готов физически подчиниться, он сам об этом попросит. А если даже никогда и не попросит...
Гарри был готов довольствоваться фантазиями.
Драко неожиданно опустился на колени.
- Но ты, разумеется, только что проснулся. Может быть, ты не откажешься от продолжительного, восхитительного минета перед уходом на работу?
Гарри удивленно моргнул, хотя и не понимал, почему данное предложение должно было удивить его. Драко уже занимался любовью с ним - и как занимался - когда они отправились спать вместе прошлой ночью. И он разбудил Гарри посреди ночи ради минета.
Мерлин, вспоминая  сейчас это смутное чувство возвращения к реальности, проснуться от тёплого рта, глубоко заглатывающего твой член... Драко не мог быть более щедрым. Он не просил ничего взамен. После того как он проглотил до последней капли семя Гарри и вылизал его член до чистоты, он забрался обратно на постель и уютно свернулся у него под боком, издавая тихие успокаивающие звуки в процессе. Разумеется, Гарри попытался быть джентльменом и передвинул было руку к члену Драко, чтобы подарить ответное удовольствие.
- Нет, - сказал Драко, поднося руку Гарри к губам вместо этого и целуя его пальцы, пока он говорил мягким успокаивающим голосом. - Ты ещё сонный, я вижу. Возвращайся в мир снов, мой любимый хозяин Гарри...
Гарри уснул практически мгновенно и не только потому, что голос Драко был насквозь пропитан каким-то сладостным наркотиком, погружающим его в состояние близкое к трансу. Это было также влиянием мужской анатомии. Он только что был измучен длительным роскошным минетом, поэтому, разумеется, он был уже готов вырубиться после.
Поэтому сейчас Гарри был готов отвесить самому себе пинка за подобную невнимательность к Малфою.
- Как насчёт того, чтобы я поблагодарил тебя?
Драко потянулся к верхней пуговице своей мантии насыщенного зелёного цвета.
- Если ты желаешь, Хозяин.
- Любимый Хозяин, - хрипло сказал Гарри. Ему понравилось подобное обращение, даже если он и был слишком сонным, чтобы выразить это.
- Самый любимый Хозяин, - прошептал Драко.
Гарри опустился на колени на прогнувшемся под его весом матрасе и отбросил руки Драко от пуговицы.
- Я сам хочу раздеть тебя. Кстати, почему на тебе одето столько много всего? Я думал, что ты просто готовил завтрак.
- Я и готовил... - по лицу Драко пробежала гримаса, когда Гарри небрежно бросил его отутюженную мантию на пол, но он быстро убрал это выражение критицизма со своего лица.
- Когда я одевался этим утром, я планировал  визит в Хогвартс.
Руки Гарри застыли на полпути освобождения его от рубашки.
- Правда?
Драко кивнул.
- Я пойду с тобой... - неожиданно до Гарри дошло. - А. Ты хочешь пойти в одиночестве. Поэтому ты пытаешься отправить меня на работу.
- Я не думаю, что Северус будет разговаривать со мной, если я приду с тобой. Хотя... я до сих пор не уверен, что я готов встретиться с ним сейчас.
Гарри встал с кровати и притянул Драко в свои объятия.
- Потому что ты не послушал его на шестом курсе, не понял, что он пытался помочь тебе?
- Это, а также то, что говорил ужасные вещи о полукровках прямо перед ним, когда я ещё не знал, что он один из них. И... другие причины тоже. Это всё очень запутано, Гарри.
- Может быть, мне будет лучше пойти с тобой, - мягко сказал Гарри, вытягивая рубашку Драко из штанов, чтобы запустить под неё руки и пробежаться пальцами вдоль позвоночника Драко. - Я могу остаться рядом с горгульей и отправить тебя в офис директрисы одного. Я буду ждать тебя снаружи, так что ты будешь иметь кого-то в случае... в случае если возникнут какие-либо осложнения. Что ты об этом думаешь?
- Это как вчера, - сказал Драко, взглатывая. - Мне нужно побыть одному, Гарри. Я ещё... мне ещё нужно время подумать. Честно. Я даже не уверен, что я попрошу о встрече с портретом Северуса. Может быть, я просто пройдусь вокруг замка и попробую разобраться в ситуации.
После предыдущего упоминания  Миртл, Гарри решил не углубляться в то, что именно собирался обдумывать Драко. Малфой сам ему расскажет, когда будет готов.
И способность терпеливо ждать... это было частью доверия, о котором Драко просил.
Гарри действительно верил ему.
Достаточно, чтобы сказать:
- Тогда ты пойдёшь один.
- Спасибо, - тихо сказал Драко. - Спасибо, Хозяин.
- Нет необходимости благодарить меня, - Гарри начал поглаживать плечи Драко круговыми движениями. Странно, но касание под рубашкой казалось ему очень интимным. - Я люблю тебя.
Драко вздохнул и спрятал лицо в изгибе шеи Гарри, его губы дрогнули и прикоснулись к коже Гарри, хотя Малфой и не сделал движение поцеловать его. Это было естественно, подумал Гарри. Настроение в комнате изменилось, после того как Драко упомянул о своём намерении навестить Снейпа.
- Ты всё ещё хочешь обещанный минет?
- Хочешь ли ТЫ, вот главный вопрос, - пробормотал Драко, не поднимая головы. - Я с наслаждением подчинюсь любому твоему желанию.
- А разве ТЫ не хочешь?
Драко повернул голову достаточно, чтобы поцеловать пульсирующую точку на шее Гарри.
- Разумеется,  хочу. Но если бы мой член был вылизан и высосен и ублажён, потому что это ты решил, что ты в настроении подарить мне удовольствие, и я должен позволить тебе любую вольность, которую ты выберешь, не смотря на моё настроение, тогда это ещё даже лучше, Хозяин. Я мечтаю лежать и полностью зависеть от твоего желания...
Гарри резко втянул в себя воздух, сходя с ума от этих слов. Слова Драко чувствовались через его горячее и влажное дыхание на шее Гарри.
- Самое возбуждающее для меня из всего, это когда ты приказываешь мне предложить тебе мой член, когда я не в настроении для подобных игр. "Ляг на спину и предложи себя для своего Хозяина" ты бы сказал мне, "Но я не в настроении", возразил бы я, "У меня был трудный день и..." Тут ты резко прервёшь меня, Хозяин. "Разве я спрашивал в настроении ли ты, раб? Я могу обращать внимание на это иногда, но сейчас, я хочу твой член и не потерплю отказа. Предложись мне..." И я предложусь, потому что я хороший раб и никогда не откажу тебе ни в чём, и кроме того, у тебя чрезвычайно одарённый язык. Вскоре я возбуждён и извиваюсь, но внутри себя я понимаю, что я принуждён, но это только делает процесс ещё более возбуждающим, хотя я и не хочу этого. И потом ты приказываешь мне кончить, и я не хочу, потому что ты принуждаешь меня, но я знаю, что я твой раб и хочу быть самым лучшим рабом в мире, и если ты хочешь моего оргазма, то я просто обязан отдать тебе всё до последней капли. По команде, по приказу. И потом я бессилен, мой член дёргается от удовольствия, но ты уверенно держишь его в одной руке, а другой удерживаешь меня, пока берёшь то, что хочешь. Всё, что ты хочешь от меня. И я стону, зная, что, в конце концов, это правильно и естественно, что я должен быть твоим рабом, потому что ты полностью можешь меня контролировать...
- Господи, Драко, - простонал Гарри, когда история прервалась. - Ты должен серьёзно подумать о карьере порно-писателя.
- Нет, Хозяин, мои фантазии только для твоих ушей, - Гарри почувствовал, как губы Драко двинулись наподобие лёгкой улыбки. - Но они просто фантазии. Я, похоже, пока не способен превратить в реальность. Я всегда хочу чувствовать ласки твоего рта на своём теле. Всё время, Гарри.
- Хозяин Гарри. Любимый Хозяин Гарри, - простонал Гарри, проскальзывая руками вниз под штаны и трусы Драко, чтобы сжать ягодицы Драко. Гарри сжал сначала нежно, потом сильнее.
- Любимый Хозяин Гарри, - эхом повторил Драко, прижимаясь своим  телом к  Гарриному и нежно посасывая пульсирующую точку на его шее.
- На кровать, - выдохнул Гарри. - Раздевайся...
В тот же самый момент как он сказал это, Гарри почувствовал себя полной скотиной. Было светло, приглушённый солнечный свет просачивался сквозь плотные жалюзи окон спальни. И, похоже, он так и не выучил урок о результатах требования от Драко слишком много и слишком быстро. Может быть, его комплексы имели своё основание.
Или... нет, потому что Драко не казался особо обеспокоенным своим раздеванием перед Гарри. Может быть, в этом уже не было смысла, после того как Драко стоял в дверях ванной не прикрытый одеждой даже на дюйм, признавая, что он запутан в самом себе.
Или настоящая причина была не в том, что Николай внушил Драко идею о его несовершенстве.
Потому что после минета, когда Гарри вытянулся над Малфоем, чтобы при фронтаже достичь собственного оргазма - и довести до второго оргазма и Драко в случае успеха - Драко закрыл глаза.
Закрыл крепко при холодном утреннем свете, как будто он не мог вынести взгляда на Гарри.
Я не хочу видеть тебя выглядящим... - сказал Малфой днём раньше.
Гарри не нужно было больше спрашивать про окончание этого предложения. Это было как раз то, чего он и боялся, с тех самых пор как впервые заметил, как настойчив Драко был, хоть и используя незаметные обходные пути, чтобы заниматься сексом только в тёмное время суток.
Я не хочу видеть тебя выглядящим как Гарри Поттер, потому что тогда я не могу притворяться, что я в постели с Николаем.
Гарри кончил с протяжным криком и выплеснул своё удовольствие на живот Драко, но это не было, как должно было быть. Оргазм не был удовлетворительным для него. И когда он, лёжа на боку, довёл Драко руками  до оргазма, то почувствовал себя ещё хуже, потому что Драко держал глаза закрытыми всё время.
Его рабочий стол был полностью завален пергаментами, и только некоторые из них были самообновляющимися. Гарри вздохнул, взмахивая палочкой, чтобы сотворить то же самое заклинание в пятый раз в течение утра. Он уже начал думать, что его отдел должен был заниматься снабжением самостоятельно, поскольку половина из его Авроров не была в состоянии призвать правильный тип пергамента из центрального склада Министерства.
Наконец-то, разобравшись со всей этой грудой, Гарри движением палочки отправил её для самоархивирования. Ему пришлось перечитывать документы два, а некоторые и три, раза, потому что он не мог сосредоточиться ни на чём кроме как на Драко в Хогвартсе. Всё утро его руки сами тянулись к перу или каминному пороху, чтобы отправить быстрое сообщение МакГонагал. Просто предупреждение, что Драко собирался к ней, чтобы она не сделала ничего ужасного вроде запрета Малфою на вход.
В любом случае, Гарри сумел устоять против этого желания. Драко был бы не в восторге от его вмешательства, не говоря уже о сомнениях Гарри в его самостоятельности.
Директриса, скорее всего, не будет настолько жесткосердечной, говорил себе Гарри. После финальной битвы ее не сильно волновало, что Малфои скучковались вместе в Большом Зале. И она знала, что и Люциус и Драко уже понесли заслуженно наказание. И также она знала, что Драко, хоть и весьма запутанным способом, поучаствовал в победе в той последней битве. Не сами действия Драко, разумеется, а сам факт его существования, который подтолкнул Нарциссу быть заинтересованной в благополучии Гарри, что привело к её лжи Волдеморту в тот момент, когда открытие правды привело бы к полной победе Пожирателей смерти.
Но всё равно, Драко был студентом, который использовал яд, не говоря уже о Непростительных, во время нахождения в школе. И только Мерлин знает, какие ещё ужасные вещи он мог совершить во время своего седьмого курса. Драко был слишком запуган Волдемортом, чтобы идти ему наперекор. Из того, что знал Гарри, Драко был любимчиком пожирателей смерти, которые были тогда профессорами, и непосредственно участвовал в исполнении наложенных ими наказаний.
МакГонагал вряд ли забудет подобное быстро.
И Снейп... если у Драко получится с ним встретиться, Снейп был просто обязан высказать пару - тройку вещей о том, насколько слеп и глуп был Драко. Вещей, которые Драко не было нужды выслушивать сейчас. Он был и без того слишком уязвим, после всего произошедшего.
Но Гарри не пытался обмануть самого себя. Если предупреждение МакГонагал о снисхождении к Драко было плохой идеей, то попытка предупредить Снейпа граничила с суицидом. Снейп, который едва ли прислушался бы к Гарри по поводу протирки пыли с его портрета, не говоря уже об уделении внимания мнению Гарри о его отношении к другим людям.
К моменту наступления обеденного перерыва, Гарри был более чем готов оторваться от подобных мыслей. Ещё чуть-чуть в таком же духе и он определённо бы поговорил с Минервой, даже зная, что это было бы ошибкой в любом случае.
Вспомнив, что Драко не мог есть без его разрешения, Гарри быстро нацарапал записку домой, разрешив Малфою пообедать. Когда ответ так и не пришёл, Гарри решил, что Малфой ещё не вернулся.
Гарри помрачнел, ненавидя условия этого жесткого заклятия. Ему не нужен был настолько полный контроль над Драко, и он не хотел его. Не зависимо от того, насколько Гарри любил  доминировать, ему становилось нехорошо от мысли, что Драко будет голодать, только потому, что заклятие не позволит ему удовлетворить настолько примитивную потребность как питание самостоятельно.
Повинуясь интуитивному импульсу, Гарри решил, что он может убить одним ударом двух зайцев. Обед с Гермионой не только обеспечит ему необходимый перерыв, в котором он нуждался, но и позволит ему узнать, если досье помогло её попыткам найти способ избавиться от заклятия.
Это, наверное, было неправильным, что подобная перспектива наполняла его в одинаковой мере и счастьем, и страхом. Да, это было определённо неправильным. Он не хотел потерять Драко, и он не хотел потерять Драко как раба, но Малфой не мог даже поесть самостоятельно. Подобный расклад был абсолютно не приемлемым для Гарри.
По крайней мере, пока не будет абсолютно ясно, что заклятие снять не удастся. Драко белее-менее свыкся с этой мыслью, но, может быть, пребывание под воздействием Рес Меа Эс означало, что он просто не мог думать о том, как избавиться от заклятия.
Гарри не был связан подобным воздействием, и он собирался сделать всё возможное, чтобы избавиться от заклятия.
- Обед? - написал он по внутренней сети. - У тебя. Я могу выйти, как только получу ответ. Г.П.
Ответ пришёл почти сразу же, вплывая через его открытую дверь.
- Я буду дома через 10 минут. Г.Г.
- Я не думала, что ты вернёшься на работу сегодня, - сказала Гермиона, как только Гарри переступил порог её кухни. Она уже намазала салатный соус на хлеб и добавляла начинку сэндвичей. В сравнении с блюдами, которые регулярно готовил Драко для Гарри, они выглядели примитивно и неаппетитно.
Гарри тут же почувствовал укор совести за подобные мысли. Надеясь, что они не отразились на его лице, он занял себя наполнением чайника и его включением.
- Ну... мы вернулись вчера, и я подумал, что могу ненадолго заскочить на работу.
- Мне обычно нужен день, чтобы прийти в себя после отпуска. Ты не устал?
- Немного, но... - Гарри пожал плечами. Он не хотел признаваться, что Драко было необходимо побыть одному. - Я начальник отдела.
- Тебе нужно научиться расслабляться.
- Ты говоришь как Кингсли, - устав от ожидания закипающего чайника, Гарри взмахнул палочкой, чтобы ускорить кипение и закончил приготовление чая.
Гермиона, похоже, поняла, что задела больную тему. Она не сказала ни слова до тех пор, пока оба не сели есть.
- Как прошла вечеринка в Министерстве?
Гарри посмотрел на неё с удивлением.
- Ты же была там, разве нет? Я пропустил её, пока был в Канаде.
- Вечеринка у канадского Министра.
Ох.
- У неё очень милый дом. Большой, но не слишком. Там было несколько близких друзей и члены семьи... - Гарри резко замолк и прищурил глаза. - О, нет. Она обещала мне полное отсутствие прессы. Я знал, что она хотела показать меня своим друзьям и всё такое, но если Британская пресса пронюхала про это, то об этом наверняка написали все канадские газеты...
- Ох, я не видела ни слова в местной прессе про это. Драко упомянул о вечеринке во время шахматного поединка с Роном. - Гермиона улыбнулась. – Рон, похоже, думает, что Драко собирается пропиарить его как героя войны и организовать его выступления по всей Канаде. Я не думаю что ты в курсе этого вопроса?
- М-м-м... да. Они хотели меня, но я подумал... точнее, Драко подумал и предложил Рона вместо меня. Почему бы и нет? Рону бы понравилось. Ты тоже могла бы поехать. Воспользуешься своим правом на отпуск.
- Второй медовый меся... Звучит соблазнительно. А как дела у Драко?
Гарри сделал вид, что пропустил вопрос мимо ушей.
- Меня интересует, получилось ли у тебя продвинуться в поисках с помощью информации, что я собрал на Николая Преображенского.
- И да, и нет, - Гермиона помолчала, собираясь с мыслями. - Я покопалась, чтобы восполнить некоторые пробелы про него. Но насколько я могу сказать, это тупиковое направление... И почему бы ему не быть? Его семья была под влиянием родовой магии, но это не было Рес Меа Эс. Ты знаешь, что я и раньше искала информацию об этом заклятии, но не могла добиться результата. Но потом я подумала, Гарри, как в древние времена рабство было довольно распространено. Или крепостное право, по крайней мере. Это было во времена до того, как статус секретности разделил магическую популяцию от немагической. Те записи, которые сохранились, имеют информацию и о той и о другой, и скорее всего ссылки на магическую часть были в основном вырезаны, когда статус был принят.
- Ага, - сказал Гарри стараясь звучать так, как будто понимал, куда она клонит.
Гермиона ответила взглядом, который ясно показал, что обман не прошёл.
- И тогда я решила, что вместо поиска упоминаний о Рес Меа Эс непосредственно, мне надо рассмотреть историю рабства в целом. Может быть, я смогу найти некоторые случаи, которые окажутся магическими, даже если на это нет прямого указания в тексте. И если я смогу найти такой случай, когда раб был освобождён, то это может привести нас к пониманию того, как он был освобождён.
- Я думаю, что тебе может помочь исследование генеалогических деревьев Поттеров и Малфоев, - задумчиво произнёс Гарри. - Я имею в виду, это кто-то из моих предков впервые применил это заклятие.
- Ты в этом абсолютно уверен?
- М-м-м... нет...
- Кроме того, Малфои сделали всё возможное, чтобы убрать любое упоминание об их рабстве из документов.  Думаю, что с того момента как заклятие прервалось.
Н-да, Гарри видел здравый смысл в этом. Люциус был абсолютно уверен, что даже сейчас, столетия спустя, Малфои не записывали никакой информации о проклятии, висящем над его родом. Они передавали знания только из уст в уста.
- Ты так и не сказал мне, как дела у Драко.
Гарри вздохнул. От её острого ума никогда ничего не ускользало.
- Н-ну, в целом он выглядит достаточно счастливым. Я знаю, что тебя это расстроит, но он не возражает против статуса моего раба.
- Я вряд ли хочу расстроить его, Гарри. Я бы предпочла бы, что он вообще не был рабом.
- Хорошо, я рад, что ты не пилила его по поводу того, что он не пытается освободиться. Это будет ему очень неприятно, потому что он считает тебя другом.
Гермиона немного грустно улыбнулась ему в ответ.
- Я поняла одну вещь, занимаясь защитой прав эльфов - ты не можешь освободить того, кто не хочет быть свободным. Но ты сказал, что Драко выглядит счастливым в принципе. Это звучит не очень радующе.
- Я делаю всё, что могу для него...
- Я знаю, что так и есть.
- Я просто... - вздохнув опять, Гарри начал по новой. - Иногда он ведёт себя очень странно и не объясняет, что не так, даже если что-то явно не так.
- Прям как ты сейчас со мной, - Гермиона со стуком поставила чашку на стол. - Я, скорее всего единственная с кем ты можешь спокойно поговорить об этом, поскольку ты не хочешь, чтобы о его рабстве стало известно. Поэтому говори.
- Рон знает, - упрямо ответил Гарри. - Джинни знает.
Когда Гермиона молча покачала головой, Гарри бросил свои попытки избежать этого разговора. Она на самом деле была единственным человеком, с которым он  мог свободно обсуждать этот вопрос. Рон вряд ли захочет обсуждать Гаррину личную жизнь с человеком, из-за которого Гарри порвал с Джинни, даже если бы он и не был Драко. А Джинни... с ней и так всё ясно.
Не то чтобы Гарри планировал обсуждение своей личной жизни. С него было достаточно конфуза, когда Гермиона застала их вместе пару недель назад.
- Это тяжело любить его настолько сильно и знать, что он не выбирал быть со мной, - ответил он. Это Гермиона точно поймёт. Как бы то ни было когда Гарри начал говорить, всё остальное вырвалось уже на потоке. - Я имею в виду, мне хотелось бы быть больше его типом. Ему не нравится даже смотреть на меня, когда мы... - Гарри запнулся, неожиданно потеряв запал. - Он не смотрит на меня, Гермиона. Раньше я думал, что это из-за того, что ему не нравится, как он выглядит, но вчера он сказал что-то о том, что всё как раз наоборот, и...- Гарри взглотнул, резко отодвигая свою тарелку. Он едва притронулся к своей еде. - Я думаю, что он пытается представить, что я его муж. Почему ещё он постоянно закрывает глаза, каждый раз, когда мы... м-м-м...
Глаза Гермионы стали практически круглыми от удивления.
- Я надеюсь, ты шутишь?
- Нет,  я чертовски серьёзен.
Гермиона положила руки на стол.
- Гарри, ты хотя бы смотрел в досье?
- Разумеется. Я же составлял эту идиотскую папку.
- Тогда ты должен знать, что если бы Драко хотел притворяться, что ты его муж, то он бы держал глаза открытыми, когда вы занимались любовью.
- Х-м-м?
- В конце-то концов, - Гермиона издала звук, который был чем-то между отчаянием и удивлением. - Мужчины просто невозможны. Акцио досье Николая Преображенского.
Гарри не знал, где оно было спрятано, но ему потребовалось некоторое время, чтобы прилететь к ним. Гермиона поймала его одной рукой и начала быстро листать, пока не нашла нужную страницу, после чего сунула папку под нос Гарри, который некоторое время тупо смотрел на черно-белую неподвижную фотографию, а потом пожал плечами. Он и  так уже достаточно на неё насмотрелся раньше.
- И что?
- Ты невозможен. Но я не понимаю, почему это должно удивлять меня. Я вышла замуж за короля недогадливости в вопросах романтики, - Гермиона притянула досье обратно, схватила карандаш из ящичка позади неё и добавила несколько штрихов на фотографии. - Вот. Теперь ты видишь?
У Гарри отвисла челюсть.
- Он же выглядит совсем как я!
- Как жаль, что потребовалась наспех нарисованная пара очков и шрам, прежде чем ты смог увидеть это, - съязвила Гермиона. – Тебе, может быть, интересно узнать, что даже если и досье не помогло мне продвинуться в вопросе заклятия рабства, я смогла узнать, что этот мужчина был зеленоглазый.
Гарри застонал и закрыл лицо руками.
- Я чувствую себя идиотом, - приглушенно пробормотал он.
- Ты не идиот. Думаю, что ты просто мужчина.
Это была одновременно едкая и изящная подколка, но Гарри не возражал. Очень в духе Гермионы. Он выпрямился снова и изучил фотографию более внимательно.
- Он не сильно похож на меня, - решил он, в конце концов. - Он не похож на моего брата-близнеца. Я имею в виду, во-первых, он выглядит старше.
- Не намного. Он выглядит, как зрелый ты.
- Ну да, - глухо сказал Гарри. - Прости глупого мужчину за идиотский вопрос, но ты думаешь, Драко знает об этом?
- По крайней мере, он об этом догадывается на подсознательном уровне. Но скорее всего и на сознательном уровне тоже, судя по тому, что ты описываешь.
- Ну да, ты права, - Гарри закрыл глаза и, собрав все силы, попытался соединить все свои подозрения и умозаключения в более-менее стройную логическую цепочку в свете новой теории. Этот навык у него был хорошо развит со времён работы рядовым аврором, но применение этого метода к его личной жизни, к нему самому, было гораздо более трудным, чем он думал по началу. Наверное, из-за отсутствия подобной практики. Он должен был давно применить его для решения проблемы.
Хотя он и не хотел смотреть на Драко, как глава отдела, даже если он и собирал досье на мужа Малфоя.
Итак... Драко был абсолютно счастлив заниматься любовью в любое время дня и ночи, пока он страдал от потери памяти. Но с того момента, как он вспомнил своего мужа, всё встало с ног на голову. Вначале Малфой вообще не хотел интимных отношений с Гарри. Что было совершенно понятным. Но потом, когда он начал оправляться после своего горя, у него появился этот заскок на темноте или полумраке. И не потому, что он старался притвориться, что Гарри был Николаем. В темноте он старался избежать этого. Потому что с Гарри, выглядящим настолько похоже с Николаем, это было бы слишком просто для Драко запутаться, и Малфой не хотел хаоса в своих чувствах. Он хотел помнить, что он с Гарри, и темнота помогала ему в этом.
А потом вчера, когда Гарри настоял на сексе при дневном свете... м-м-да, это было явно непросто для Драко. И он нашёл выход, закрыв глаза.
Чтобы он мог быть с Гарри в воображении. А не с Николаем.
И... ох, Мерлин. У Гарри голова пошла кругом, потому что все кусочки пазла неожиданно сложились воедино идеально. Это объясняло всё, включая приступ паники Драко в постели день назад. Разумеется, Малфой начал метаться и стараться вырваться, когда Гарри схватил его таким образом. До этого Драко избегал смотреть на Гарри, крепко его обнимая. Но когда Гарри схватил его и поднял вверх, Драко знал, что если он откроет глаза, то может подумать, что видит своего мужа.
Не удивительно, что он открытым текстом попросил об объятии. Он хотел быть прижатым к Гарри, чтобы не смотреть на Гарри и видеть своего мужа.
- Я тебе уже говорил, что люблю тебя? - спросил Гарри, широко улыбаясь.
Теперь он понимал, почему Драко говорил, что у него в голове хаос. Он понимал, почему Малфой не хотел объяснять ему всё это. Он был прав, говоря, что эта часть их жизнь должна оставаться несказанной.
Как бы Гарри отреагировал, услышав, насколько мучительным было для Малфоя разделять Гарри и Николая в мыслях? И помогло бы Драко признание подобной проблемы?
Насколько Драко знал,  Гарри не был в курсе своего сходства с Николаем Преображенским. Упоминание этого в открытую, когда Гарри был настолько непоколебим в своей любви к Драко...
Гарри ясно видел, почему Драко не хотел обсуждать эту тему.
- То, что ты, АВРОР, мог смотреть на фотографию и не видеть того, что было прямо перед твоими глазами... - Гермиона скрестила руки на груди и откинулась назад. - Мужчины, мужчины, мужчины...
- Это всё ещё хуже, чем ты думаешь, - сказал Гарри, всё ещё пребывая на волне эйфории. - Я сказал Рону, что был немного расстроен, когда увиден насколько привлекательным был муж Драко.
- О да, он  привлекательный, - подчеркнула она. - Очень привлекательный.
- Ну, я не думаю о себе так, ты же знаешь.
- Но ты никогда не видел своих сильных сторон, так как видим их мы. Итак, ты уже думал о том, что скажешь Драко?
- Я думаю, что будет лучше не говорить ничего, пока он сам не поднимет эту тему. Он и сам ещё до конца не разобрался с этим.
Возможно, поэтому Драко и хотел побыть в одиночестве, почему же ещё он сказал, что ему надо подумать. Конечно, это едва ли объясняло, почему он вдруг захотел поговорить со Снейпом из всех людей. Но, может быть, это просто значило, что Драко пытался принять своё прошлое.
Гарри не собирался больше  поднимать шум по поводу таких вещей как темнота или закрытые глаза или любой другой подобной мелочи. Он позволит Драко пройти сквозь всё это с его собственной скоростью. Он должен был поступать так с самого начала, за исключением своего чрезмерного беспокойства. Это было почти смешным сейчас, что он смог убедить самого себя в том, что Драко не считает его привлекательным.
- Мне уже пора возвращаться на работу, - сказала Гермиона. - Ты закончил?
Она имела в виду досье, а не еду. Гарри подал его ей. Когда она вернулась, спрятав досье в надёжном месте, Гарри встал и обнял её.
- Продолжишь смотреть? Может быть, это новое направление в твоих поисках поможет найти решение проблемы. Я.. я действительно хочу освободить Драко. Он даже сказал мне, что если однажды он станет свободным, он всё равно захочет остаться со мной. Я тогда не подумал, что он серьёзен, но сейчас я думаю, что... может быть, он был.
- Он заслужил шанса самостоятельно разобраться в том, чего он хочет, - сказала Гермиона, целуя его в щёку. - Ужин в следующую пятницу? На этой неделе мы уже запланировали визит к Молли и Артуру.
- Следующая пятница звучит замечательно. Пойдём куда-нибудь.
- Ты уверен? Пресса...
- Драко знает, как себя с ними вести.
- Но они могут пронюхать, что ты и Драко вместе...
- И что? Меня не волнует, кто об этом знает.
- Ты можешь сказать, что это деловая встреча или...
- Нет, - резко сказал Гарри. - Драко это не понравиться. Он не хочет, чтобы я прятал его так же, как он прятал Николая от своих родителей. На самом деле, он был счастлив, когда я представил его в Канаде, как своего компаньона.
- Но это было в Канаде.
- Ты думаешь, он не понял, что новости обо мне будут путешествовать по миру?
Гермиона шумно выдохнула.
- Ну, хорошо, Гарри. Только обещай мне, что ты поговоришь с ним до того, как мы все соберёмся где-нибудь поужинать. Убедись, что он понимает, что вся его личная жизнь будет на первых полосах газет.
- Я поговорю с ним, - пообещал Гарри. - Ты можешь заскочить в мой офис и предупредить Ленору, что я там больше не появлюсь сегодня? Я хочу быть дома, когда Драко вернётся из Хогвартса.
Гермиона кивнула и аппарировала из дома. Гарри помыл посуду и прибрался на её кухне, прежде чем сделать то же самое.
Драко выглядел  измотанным, когда он, наконец, аппарировал домой около пяти часов вечера. Хуже чем измотанным. Он выглядел растрёпанным, что было настолько редким, что Гарри с трудом заставил себя не пялиться.
- Как Снейп?
Драко начал отряхивать свою мантию, отвечая на вопрос.
- Я не думаю, что портрет может быть как-то иначе, чем хорошо. Но на самом деле, я его не видел.
О, нет.
- Директриса не позволила тебе войти в её офис?
- Я не спрашивал.
- Тогда где ты был всё это время?
- В основном, ходил вокруг.
- В основном?
- Я также был в запретном лесу.
- Зачем ты туда пошёл? И почему ты оставался снаружи весь день в январе? Ты должно быть замёрз.
- Ох, я знаю, как оставаться в тепле. Ты должен был осознать это после Канады.
- Но запретный лес, Драко...
- Не настолько опасен, как Директор пытался нам внушить.
Гарри знал это.
- Но...
- Можно я пойду к себе, Хозяин? Я чувствую себя более чем непрезентабельно, а я всегда хочу выглядеть как можно лучше для тебя.
Драко пристально посмотрел на Гарри, явно ожидая его разрешения.
- Ну, хорошо, - сказал через мгновение Гарри. Он бы предпочёл узнать всё про день Драко сейчас, но решил, что они смогут вернуться к этому вопросу после того, как Драко немного придёт в себя.
- Я приму душ и спущусь вниз, чтобы приготовить нам ужин.
Он говорит практически как слуга, и Гарри не был уверен, что ему это нравилось.
- Ужин уже готов. Я заказал доставку изумительной французской еды.
- 'Изумительная французская еда' и 'доставка' не совместимы в одном предложении, - пробормотал Драко.
Так уже было лучше, по крайней мере, он звучал уже ближе к своему обычному состоянию.
- Но если она не будет удовлетворять твоим стандартам, то я просто выкину её в помойное ведро и приготовлю что-нибудь на скорую руку.
Гарри решил немного надавить.
- Мне жаль, что вчерашний день... был трудным для тебя. И, похоже, сегодняшний не на много легче. Но тебе не нужно прикладывать столько усилий, чтобы быть моим рабом. Я и так счастлив с тобой, и если тебе больше нравиться заниматься любовью в темноте, то я не...
- Это не вопрос предпочтений. Просто... - Драко пожал плечами, как будто это всё объясняло.
Но сейчас Гарри понимал его.
- Иди и прими душ, - мягко сказал он. - И не беспокойся ни о чём. Мы в порядке. Даже лучше, чем в порядке.
- Я... - у Драко перехватило горло. - Хорошо.
Он покинул комнату, не проронив больше ни слова.
Гарри пришлось приложить все усилия, чтобы не перестараться с ужином, но всё равно в результате на столе были и свечи, и самый лучший столовый фарфор. Что не было  чем-то выдающимся: Драко вырос в такой роскоши, что лучший фарфор Гарри был недостоин даже для кормления собак.
Тоже самое и с едой. Она выглядела и пахла восхитительно для Гарри, но Драко уже высказал своё пренебрежительное мнение о ней. Ну, что поделать, Гарри уже не мог изменить меню. По крайней мере, у них осталось ещё немного эльфийского вина, которое любил Драко, и поскольку вино будет меняться в зависимости от блюд, он хоть с ним не прогадает.
Драко резко остановился в дверях столовой, затем тихо присвистнул.
- Мы чего-то празднуем?
Гарри не планировал, чтобы всё выглядело настолько торжественно. Но он ничего не мог с собой поделать. Знание того, что Драко любил его достаточно, чтобы быть с ним, особенно когда он мог притворяться, что Николай всё ещё жив... это было особенным. Почти как признание в любви.
Хотя... нет, не настолько. Но всё равно приятно.
- Ну да, - сказал Гарри, решив идти до конца. Он отодвинул стул Драко с подчёркнутой галантностью. - Я узнал хорошие новости сегодня на работе. Ты выглядишь просто потрясающе, кстати говоря. Гораздо лучше, чем просто презентабельно.
Гарри показалось, или на бледных щеках Драко появился румянец?
- Спасибо, - сказал Малфой, присаживаясь. - Ты... ты тоже выглядишь замечательно.
Гарри едва не начал светиться как лампочка Ильича, широко улыбаясь. И это было замечательным чувством, после всего того времени, что он провёл в беспокойстве о том, что Драко сравнивает его с Николаем и тоскует по своему мужу?
Гарри сел сам и начал накладывать грибной суп-пюре из подогретого супника в стоящие на столе тарелки. Драко устроил небольшое представление из развёртывания своей салфетки и расправлении её на коленях.

- Я надеюсь, что еда не разочарует. Особенно после того, как ты пропустил обед.
- Я подумал, что тебе это не понравиться, поэтому я аппарировал домой, когда проголодался и прочитал твою записку.
- Ох, просто ты не ответил...
- Ты не получил мою записку?
Должно быть, она пришла после того, как он отправился к Гермионе домой.
- Нет, я после обеда поехал на встречи. Должно быть, разминулся с ней. Пожалуйста, ешь.
Драко сделал аристократический глоток супа и поднял глаза, свет от свечей играл на его светло-золотых волосах. Он не стал прилизывать их этим вечером, но собрал их в тугой низкий хвост с чёрной вельветовой лентой. Эффект был потрясающим.
- Что мы празднуем, Хозяин?
Гарри нахмурился.
- Ты не должен меня звать так постоянно.
- Тебе это не нравится?
- Мне нравиться это, но та небольшая сцена, которую мы разыграли вчера,  не была похоже на то...
- Это не было сценой, - мягко ответил Драко. - Это было также реально, как и этот суп. Который довольно-таки хорош, кстати говоря. Если я зову тебя Хозяин чаще, чем раньше, это потому что мне нравиться это, и неожиданно я почувствовал, что это мне подходит. Но я прекращу, если тебе это причиняет малейшее беспокойство.
- Нет, мне даже нравиться...
Он, должно быть, прозвучал не очень уверенно, потому что Драко улыбнулся снисходительной улыбкой.
- Это похоже на наше непонимание друг друга как в ситуации с клевером, Гарри. Ты сказал мне, что я не должен вставать на колени перед тобой, а я ответил, что мне это нравиться. Что это просто естественно.
Гарри кивнул.
- Так что за хорошие новости сегодня?
- Ох... - Гарри нужно было думать быстро. - Аврорские дела. Трудный случай был закрыт во время нашего пребывания в Канаде. Люди теперь в безопасности от двухголового угря-оборотня.
- Как двухголовый угорь может быть оборотнем?
- Новый вид Оборотного зелья, - быстро ответил Гарри. - Вина, Драко? Я думаю, что это твоё любимое.
- Ох, мы и впрямь празднуем, - рука Драко слегка дрогнула, когда он поднял свой бокал, но несколько капель и упали на чёрную вельветовую мантию, которую Малфой одел.
- Моя вина, - сказал Гарри.- Я должен был быстрее сказать тебе, что ты можешь пить. Почему бы тебе не снять свою мантию? Я очищу её заклинанием за доли секунды.
- Я и сам могу их очистить...
- Хорошо, но только если ты снимешь её. Я слышал слухи, что это плохая примета.
- Только если кто-то не понимает, что делает, - высокомерно ответил Драко, но, похоже, как раз он и не совсем понимал, потому что умудрился подпалить деликатную ткань. Малфой взмахнул палочкой и со второй попытки исправил ситуацию.
- Просто сними её.
- Я бы предпочёл не делать этого.
Драко старался не привлекать внимания к этому, но не преуспел. Гарри почувствовал напряжение, сквозящее через каждое слово.
- Почему?
Драко начал нервно поигрывать столовым серебром.
- Я... м-м-м... честно говоря, Хозяин Гарри, у меня мало что есть под мантией.
Гарри пришлось приложить все силы, чтобы не распустить слюни.
- Насколько мало?
- На мне носки и туфли.
- И больше ничего?
- Ни единого лоскутка.
Гарри откинулся на спинку стула и приказал успокоиться своему члену, который советовал сорвать мантию с Драко без промедления и проверить, насколько реальность отличается от воображения.
- М-м-м... это своего рода чистокровная традиция? Я имею в виду, ты делал это часто, а я просто не знал?
Драко серьёзно покачал головой, хотя уголки его губ слегка подрагивали.
Нет, уверяю тебя, Хозяин, я никогда не приходил на ужин в таком виде. Ни здесь, ни в Хогвартсе, ни в фамильном замке.
Малфой ничего не сказал по поводу Вороньего Утёса, но Гарри решил не заострять на этом внимание.
- Тогда почему сейчас?
Драко распрямил плечи, стараясь выглядеть непринуждённо, как подумал Гарри, но его руки слишком дрожали, выдавая его.
- Я подумал, так будет проще, - сказал Малфой напряженным голосом.
Ох, Мерлин.
- Для секса? Драко, ты действительно думаешь, что я люблю тебя только за секс? Это из-за того, что я вчера был более чем настойчив?
- Нет, нет, нет, - Драко протянул руку, чтобы накрыть обе руки Гарри. Его ладонь была холодной, пальцы нервно подрагивали, пусть он и пытался успокоить Гарри. - Ничего, связанного с этим. Это... это кое-что совсем другое.
- Что?
Драко заколебался, как будто он не мог подобрать правильные слова.
Затем он нагнул голову и поцеловал согнутые пальцы Гарри, его губы двигались медленно  от одной костяшки к другой. Когда он закончил, он слегка поднял голову и сказал то, чего Гарри ни как не ожидал услышать. Даже в самых кошмарных снах.
- Я хочу получить свою палочку обратно.