Пятна на солнце

Персонажи:Гарри Поттер/Драко Малфой
Рейтинг:NC-17
Жанр:Романтика
Размер:Миди | 168 Кб
Статус:Закончен
События:Волдеморт побежден, Седьмой курс, Чистая романтика
Предупреждение:Нецензурная лексика местами.

Описание:
Устав слушать ссоры Драко и Гарри, хотя совершенно очевидно, что обоим хотелось бы большего, Гермиона и Панси, договорившись между собой, вынудили мальчиков провести вместе выходные.

Глава 1.

— Чёрт возьми, Малфой, уйди с дороги! — выкрикнул Гарри, отпихивая светловолосого юношу в сторону, чтобы самому начать тарабанить в тяжёлую дубовую дверь.

— Если это не сработало у меня, Поттер, почему ты полагаешь, что у тебя получится лучше? — усмехнулся Драко, в защитном жесте скрещивая руки на груди.

— Блядь, — простонал Гарри, опуская кровоточащие руки, сползая по двери вниз и устраиваясь на полу.

Драко закатил глаза и отступил на середину комнаты, которая была заставлена удобными креслами и диванами. Он опустился в одно из них и положил ноги на пуфик, стоящий перед креслом.

— Как красноречиво, Поттер! — растягивая слова, произнёс он, рассматривая свои ушибленные суставы.

— Заткнись, Малфой, — Гарри сплюнул, пытаясь поудобнее устроиться на полу. Конечно, в комнате было много других удобных мест, но Гарри не хотел пропустить тот момент, когда дверь откроется. "Вот и застрял здесь с чёртовым Малфоем, это ж надо как повезло", — поморщившись, подумал он.

— О, балл тебе за столь остроумное высказывание, — поддразнил его Драко, рассеянно мечтая о Бальзаме от ушибов, чтобы успокоить ноющие руки. Не успел он додумать свою мысль, как бальзам появился на столе рядом с ним. — Смотри-ка, похоже, некоторые части комнаты всё ещё работают.

Гарри поднял глаза, наблюдая за тем, как Драко отвинтил крышку и окунул бледный палец в бальзам, а затем помассировал побелевшие костяшки пальцев. Вздохнув, Гарри сконцентрировался на мыслях об исцеляющей мази для повреждённой кожи на своих собственных руках. Но ничего не произошло, и это очень расстроило молодого человека.

— У меня это почему-то не срабатывает, — произнёс он мрачно, сгибая и разгибая пальцы. Острая боль навела его на мысль, что из-за того, что он так неистово ломился в закрытую дверь, его повреждения, возможно, гораздо серьёзнее, чем просто порезанная кожа. "Восхитительно", — кисло подумал Гарри.

Удивлённый своей внезапной жалостью к удручённому гриффиндорцу, Драко подумал о бальзаме, который бы мог исцелить костяшки Гарри, и о Болеутоляющем зелье для них обоих. Заметив, как Гарри вздрогнул, когда сжал кисть, Драко безмолвно добавил ещё и Костерост на всякий случай. Когда требуемые зелья и мази появились перед ним, Драко, тяжело вздохнув, собрал несколько фиалов, чтобы передать их Поттеру.

— Выше голову, Поттер, — сказал он, перекидывая Гарри фиал с Болеутоляющим зельем.

Гриффиндорец автоматически поймал его, скривившись от боли, когда его рука сомкнулась вокруг фиала. "Определённо, рука сломана", — подумал он, рассматривая зелье, зажатое в руке. Он поднял глаза, когда понял, что поймал, ошеломлённый тем, что Драко потрудился помочь ему. Он опрокинул в себя зелье, наблюдая, как Малфой делает то же самое. Они оба немного расслабились, когда боль медленно исчезла.

— И вот ещё, — произнёс Драко, бросая Гарри Костерост.

Гарри даже не потрудился проверить фиал. Он откупорил его и, не задумываясь, проглотил содержимое. Несмотря на принятое Болеутоляющее зелье, руки всё равно запульсировали от боли, когда кости начали срастаться.

Драко закатил глаза, увидев доверчивость гриффиндорца: оказывается, для того, чтобы завоевать доверие Мальчика-Который-Выжил-Дважды, нужно было всего лишь совершить добрый поступок. "Гриффиндорский идиот, — раздражённо фыркнул он про себя. — И что самое удивительное, он выжил однажды, не говоря уже про второй раз. Я никогда не пойму, как этот невыносимый придурок умудрился победить Волдеморта". Драко наморщил лоб, обдумывая эти жестокие мысли, всё-таки слово "совесть" не совсем пустой звук. "Нет, не то чтобы я не был благодарен ему за то, что он избавил мир от этого отвратительного чудовища, — мысленно добавил он. — И, в конце концов, не всегда же Поттер бывает идиотом".

— И ещё, Поттер, — произнёс он, привычно растягивая слова, и Исцеляющий бальзам также полетел в сторону Гарри.

Гарри откупорил бальзам, равномерно распределяя успокаивающий гель по костяшкам пальцев. «Видимо, не всё время Малфой корчит из себя ублюдка, — подумал он, хотя и был бы уязвлен, если бы знал, что Драко только что подумал о нём то же самое. — Но думаю, что он перестал быть задницей по отношению ко мне», — признал он неохотно.

Гарри кивнул Драко, осторожно поднимаясь с пола.

— Спасибо, — коротко поблагодарил он, поворачиваясь, чтобы ещё раз проверить замок на двери. Поняв, что все усилия бесполезны, он пересёк комнату и плюхнулся в кресло напротив Драко. — Я удивлён, почему комната отвечает тебе, а не мне.

Их заперли в Выручай-комнате с самого утра, причём совершенно безнадёжно. Утро началось совершенно нормально, но во время завтрака Гермиона оттащила Гарри в сторону и сообщила, что все совершеннолетние волшебники и волшебницы обязаны посетить собрание, которое состоится в Выручай-комнате сразу после завтрака.

— Пятна на солнце, — с умным видом произнесла она, при этом серьёзно кивая головой. — Несколько раз в столетие солнце и планеты выстраиваются таким образом, что заставляют взрослых магов сходить с ума. Это затрагивает только совершеннолетних ведьм и колдунов, но результаты могут оказаться катастрофическими, если ты попытаешься применить продвинутую магию, пока происходит данное вмешательство.

Гарри, естественно, никогда не слышал ни про какие пятна на солнце, которые вмешивались бы в магию, но Гермионе часто были известны такие вещи, о которых Гарри не имел понятия, поэтому он даже не задал девушке ни единого вопроса. После завтрака он молча последовал за ней к Выручай-комнате, краем глаза заметив беседующих неподалёку Панси и Драко. Это, кстати, тоже казалось абсолютно нормальным и не вызвало подозрений, так как Гермиона сказала, что на собрании будут присутствовать все совершеннолетние студенты. Большинство их однокурсников вернулись, чтобы закончить седьмой год обучения, и поэтому в Хогвартсе в эти дни было довольно большое количество магов и ведьм, которым уже исполнилось семнадцать.

— Я не знаю, кто сказал тебе это, Панс, но я думаю, что над тобой подшутили, — услышал Гарри слова Драко, когда они достигли Выручай-комнаты. — Я никогда не слышал ничего подобного.

Панси лишь мило улыбнулась в ответ, открывая дверь и вталкивая обоих парней внутрь. Того, что произошло потом, Гарри будет стыдиться всю оставшуюся жизнь — Гермиона и Панси обезоружили их и заперли в комнате.

— Панси! — пронзительно вскрикнул Драко, пиная прочную дверь. — Что за чёрт, Панс?

— Это для твоего же собственного блага, Драко Малфой, — ответила миниатюрная брюнетка, её голос с трудом можно было расслышать сквозь толстую дверь.

— И для твоего тоже, Гарри Поттер, — добавила Гермиона, в её голосе явно слышалось осуждение.

— Вам двоим следует разобраться кое в чём, и у вас для этого есть целый уикенд, — крикнула Панси, применив к себе заклинания Соноруса.

— Что? — завопил Гарри, барабаня ладонью по гладкой двери. — Вы не можете запереть нас здесь на все выходные!

— Мы можем, и уже сделали это, — самодовольно произнесла Гермиона. — Комната спроектирована особенным способом, поэтому даже не тратьте свои силы на попытки выбраться. У вас есть всё необходимое, чтобы с комфортом провести уикенд, если вы сумеете договориться между собой.

— О чём, чёрт побери, вы говорите? — выкрикнул Драко, пиная дверь ногой, обутой в дорогой ботинок из драконьей кожи.

— О, я думаю, ты в курсе, — прозвучал ответ Панси, которому вторил понимающий смех Гермионы.

После этого ответом на все их крики была тишина. Парни кричали несколько часов, пока не охрипли, пробуя все известные им способы, чтобы открыть неподдающуюся дверь. И, наконец, Гарри и Драко сдались.

Гарри расслабился, глубже погружаясь в уютное кресло и закрывая глаза.

— Все выходные, — проворчал он, слегка откидывая голову на подголовник кресла.

— Повтори мне это ещё раз, — произнёс Драко, безостановочно шевеля ногами.

Гарри раздумывал над тем, не поспать ли ему (возможно, лучший способ пережить сорок восемь часов с Драко, это находиться без сознания), но прежде, чем он так и поступил, ему в голову пришла мысль, что это будет малодушием с его стороны. Потянувшись, он сел прямо.

— Ты голоден? — спросил он, глядя на Драко, который тоже лежал на спине с закрытыми глазами.

— Ага. Я тут недавно попытался попросить еду, пока ты залечивал свои руки, но ничего не вышло.

Гарри сконцентрировал свои мысли на еде, и несколько мгновений спустя длинный стол, стоящий в углу комнаты, прогнулся под неимоверным количеством деликатесов.

— Я вижу, ты определённо голоден, — сказал Драко, растягивая губы в нелепой самодовольной ухмылке.

Гарри покраснел, удивляясь, почему его вообще заботит, что думает обо всё этом Драко. "Как забавно, — поддразнил его внутренний голос, до боли напоминающий голос Гермионы, — Ты всё ещё удивляешься этому?»

Гриффиндорец встал с кресла и направился к накрытому столу. На столе была еда, которую он особенно любил, включая абсолютного фаворита данного момента — шафран карри с миндалём и фисташками. Блюдо, которое определённо не значилось в меню Хогвартса.

— Кричер, — прорычал он.

— Что случилось? — поинтересовался Драко, поражённый низким рыком Гарри. Он на минуту отвлёкся от тарелки, наполовину наполненной картофельной запеканкой и тушёными овощами, и взглянул на него.

Гарри вздохнул, накладывая себе на тарелку карри.

— Кричер, — повторил он. — Мой домашний эльф. Он единственный, кто умеет готовить это карри. Уверен, он околачиваться где-то поблизости.

— Кричер! — крикнул он, надеясь, что комната не сможет вмешаться в связь между волшебником и домашним эльфом.

Высохшее существо возникло перед ним. Гарри с облегчением увидел, что одет эльф был в относительно чистое кухонное полотенце, которое было обмотано вокруг тщедушного тельца на манер тоги.

— Хозяин Гарри? — пропищал Кричер. Весь вид домашнего эльфа выражал крайнее уважение, когда он низко кланялся двум юношам, находившимся перед ним.

— Я приказываю, чтобы ты вытащил нас отсюда, — сказал Гарри, всеми силами пытаясь придать своему голосу властные нотки.

— Кричеру очень жаль, хозяин, но он не может забрать хозяина и его друга из Хогвартса, — сказал домашний эльф, хватая со стола посуду, чтобы себя наказать.

— Нет! Кричер, я запрещаю тебе наказывать себя, — быстро произнёс Гарри, проклиная себя за то, что снова забыл, как обращаться с домашними эльфами.

— Почему ты не можешь забрать нас отсюда, Кричер? — спросил Драко. Его голос звучал строго, но в нём присутствовала именно та доля спокойствия и контроля, к которой так стремился Гарри.

— Домашний эльф обязан защищать своего хозяина и служить ему, — сказал Кричер, его длинные пальцы дрожали от усилий, которые он прикладывал, чтобы удержаться от наказания.

Гарри изо всех сил пытался сохранить самообладание, потирая виски, чтобы остановить головную боль, возникающую каждый раз, когда он пытался спорить с домашним эльфом.

— Ты прекрасно защитишь меня и поможешь, если вытащишь нас отсюда, — сказал он, безуспешно пытаясь скрыть явственно звучавшее в голосе нетерпение.

— Да, Кричер защищает хозяина, — домашний эльф быстро кивнул.

— Кричер, а как ты защищаешь Гарри? — поинтересовался Драко, и Гарри почувствовал лёгкое покалывание в спине от того, как Малфой произнёс его имя.

— Кричер — хороший домашний эльф, он приглядывает за хозяином Гарри, — серьёзно ответило существо, оттягивая вниз свои уши при виде грозного выражения на лице Гарри.

— Чёрт побери, Кричер, почему мы здесь?! — завопил Гарри, наконец, потеряв всякое терпение.

Домашний эльф сжался и отступил от Гарри на пару шагов, чем немедленно вызвал волну стыда у гриффиндорца.

— Прости, Кричер, — сокрушённо произнёс он. — Но я не понимаю, как пребывание в этой комнате защищает меня. Гермиона и Панси заперли нас здесь, а мы бы хотели покинуть это место как можно быстрее.

— Хозяин Гарри не может уйти! — сказал Кричер, его глаза стали ещё больше. — Хозяин Гарри остаётся! Мисс Гермиона сказала...

Щёки Гарри тут же окрасились в красный цвет, румянец, начинаясь с шеи, распространился на всё лицо. У него имелась идея насчёт того, что именно сказала мисс Гермиона.

— Отлично. Это всё, Кричер, — сказал Гарри, наблюдая, как облегчённо вздохнув, домашний эльф исчез с негромким хлопком.

— Почему ты его отпустил? — неверяще спросил Драко. По его мнению, они только начали приходить с этим существом к какому-то согласию.

— Если Гермиона смогла с ним договориться, то, поверь, не существует способа переманить его на нашу сторону, — сказал Гарри, успокоенный тем, что ему удалось остановить Кричера до того, как эльф произнёс слова, о которых Гарри сожалел бы. — Она, возможно, пригрозила освободить его, ну или сделать что-то в том же духе.

Гарри сел за стол, благодарный тому, кто придумал Согревающие чары, благодаря которым их еда не остыла. Он положил в рот карри, смакуя блюдо, которое практически таяло во рту. Парень не заметил Малфоя, наблюдающего за ним и абсолютно очарованного видом Гарри, когда тот закрывал глаза, смакуя еду, или еле слышным вздохом, который тот издал, когда кардамон и шафран попали ему на язык. Пульс Драко ускорился при виде Гарри, полностью наслаждающегося едой, и он быстро уставился в свою тарелку, боясь, что его реакция на столь чувственное зрелище окажется уж слишком явной.

— Почему ты не позвал кого-нибудь из своих? — поинтересовался Гарри, накалывая на вилку очередной кусочек.

— Прости? — удивился Драко, его мысли всё ещё занимала картинка, как Гарри первый раз откусил мясо.

— Одного из твоих домашних эльфов. Почему ты их не позовёшь?

Драко покачал головой и взял кусок картофельной запеканки.

— Я не могу, — проглотив запеканку, объяснил он. — Я не знаю, как здесь оказался Кричер, но большинство домашних эльфов не могут проходить сквозь защитные заклинания.

Поттер глубокомысленно кивнул, обмакнув пропитанную маслом лепёшку в жёлтый сливочный соус на своей тарелке, прежде чем сунуть его в рот. Он высунул кончик языка, чтобы поймать каплю соуса в уголке губ, и Драко с трудом подавил стон.

— Кричер работал здесь во время войны. Комнаты настроены на то, чтобы пропускать его, — рассудил Гарри, слизывая с пальцев соус, прежде чем отставить тарелку в сторону.

— Ты закончил? — спросил он, кивая на уже почти пустую тарелку Малфоя. Когда Драко утвердительно кивнул головой, Гарри сосредоточился на том, чтобы убрать еду, и довольно улыбнулся, когда блюда исчезли. — Я полагаю, что именно я ответственный за еду.

Драко улыбнулся и встал, намереваясь подойти к камину.

— Что они там сказали? Что нам нужно научиться действовать сообща, чтобы с комфортом провести выходные? — спросил Драко, тряхнув головой. — Я полагаю, что это уже работает. Прошло несколько часов, а кровопролития не наблюдается.

Он, смеясь, взглянул на розовую кожу на свежезалеченных кистях Гарри.

Ну, по крайней мере, умышленного.

Глава 2.

Бокалы звякнули, когда Драко поставил их на стол перед Гарри, а следом появилась бутылка Огневиски. Пламя огня в камине осветило янтарную жидкость, рисуя тёплые узоры на столешнице, когда Драко наполнил бокалы до половины.

— Я не уверен, что это хорошая идея, — нерешительно произнёс Гарри, подозрительно глядя на бутылку.

Драко, молча, улыбнулся, придвигая один стакан ближе к Гарри.

— Но больше ведь всё равно делать нечего, — сказал он, пожимая плечами. — Мы уже просили все существующие игры, даже маггловские, о которых я и понятия не имел. Мы оба попытались попросить книги или журналы на любую тему, но комната ничего нам не предоставила. Ничего, кроме этого.

Гарри уставился на бутылку. К бутылке прилагалась инструкция, как играть в магическую питьевую игру "Я никогда не печатал этикетки".

— Я всё ещё не думаю, что это хорошая идея, — повторил он, пристально глядя на Драко.

— Ну, либо это, либо сидеть и пялиться на стены ещё несколько часов, Поттер, — сказал Драко, его голос звучал раздражённо. — Лично я предпочитаю это.

Гарри вздохнул, сдаваясь и протягивая руку, чтобы повернуть бутылку и ещё раз прочитать этикетку. Он никогда не играл в специфическую питьевую игру, но правила очень походили на "Правду или Вызов". Соглашаясь играть, ты как бы подписываешь магический договор, который заставляет игроков говорить правду. Гарри был уверен, что сочетание заклинания Правды и алкоголя будет иметь для него катастрофические последствия, особенно учитывая присутствие Драко.

— А мы не можем сыграть без алкоголя? — заныл он, полагая, что если будет трезв, то появится хоть маленький, но шанс сохранить некоторые секреты.

Драко надулся, выпятил нижнюю губу и, недовольно фыркнув, рухнул на ближайший диван. Он скрестил на груди руки, раздумывая над предложением Гарри.

— То есть в противном случае ты играть не будешь?

Гарри торжественно покачал головой, его глаза настороженно наблюдали за реакцией Драко. По правде говоря, он, вероятнее всего, уступил бы и сделал всё, что захотел бы слизеринец, но Драко совсем не обязательно об этом знать. Видя, что решение темноволосого парня обжалованию не подлежит, Драко коротко кивнул.

— Отлично, — сказал он громко, а потом себе под нос пробормотал что-то, подозрительно похожее на "гриффиндорский пуританин".

Гарри послал ему ослепительную улыбку, и плохое настроение Драко исчезло без следа. Гриффиндорец, не раздумывая, уселся в кресло, стоящее ближе всех к дивану, на котором расположился Драко, и подобрал под себя ноги.

— Но с алкоголем игра проходит веселее, — предупредил слизеринец, мрачно взглянув на бутылку Огневиски. Гарри покачал головой, и Драко вздохнул. — Хорошо, хорошо. Мы начнём с облегчённого варианта. Обычно ты должен выпить, если утверждение неверно, но я предполагаю, что мы будем играть с поднятием руки. Я никогда не был в гостиной Слизерина.

Оба юноши подняли руки, и светлая бровь Драко скептически приподнялась, когда он заметил лёгкое движение смуглой руки Гарри.

— Нет, без вопросов, — быстро произнёс Гарри, остановив блондина прежде, чем тот успел заговорить. — Моя очередь.

Они оба опустили руки, хотя Драко всё ещё выглядел заинтригованным.

— Я никогда раньше не играл в эту игру.

Драко закатил глаза, поднимая вверх руку. Рука же Гарри осталась лежать на колене.

— Неверно, — сказал Драко. Он прищурился, обдумывая свой вопрос. — Я никогда не просил Гермиону Грейнджер делать домашнюю работу за меня.

Серые глаза неверяще уставились на руку Гарри, оставшуюся без движения. Гриффиндорец усмехнулся, слегка пожимая плечами.

— Она всегда предлагает сама, — жизнерадостно произнёс он. — Я никогда не прошу её.

Гарри вытянулся в кресле, раздумывая над своим выбором. У него было много вопросов к Драко, но он никогда не наберётся смелости, чтобы их задать.

— Я никогда не использовал Астрономическую Башню для иных целей, кроме учёбы, — сказал он, печально кивнув, когда Драко поднял руку и покачал головой при виде Гарри, чьи руки всё также лежали на коленях.

— Бедный Поттер, — смеясь, поддразнил Драко. — Это многое объясняет!

Драко закусил губу, быстро перебирая в голове возможные вопросы. Игра была не такой скучной, как он ожидал, учитывая отсутствие алкоголя, но всё равно довольно банальна.

— Давай сделаем её немного интересней. Я никогда не целовался с Чоу Чанг, — сказал он, выбрав именно её, зная, что у Гарри кое-что с ней было.

Гарри залился краской, поднимая руку, и нахмурился, когда Драко тоже поднял руку.

— Я никогда не миловался с Панси Паркинсон.

Когда Драко не сделал ни единого движения, Гарри поднял глаза на слизеринца.

— Правда?

— Без вопросов, помнишь? — торопливо сказал Драко, качая головой. — Я никогда не миловался с Уизли.

Гарри, всё ещё не оправившийся от вопроса про Чоу Чанг, покраснел ещё больше, и его рука неохотно взметнулась в воздух. "Хвала Мерлину, что заклинание не заставляет меня говорить, со сколькими Уизли", — подумал он.

Драко заметил бордовый румянец, заливший лицо Гарри и удивился, почему Гарри так стыдится признаться, что целовался с Джинни Уизли. Вся школа знала, что они встречались до войны, хотя, вопреки ожиданиям, не возобновили свои отношения в начале этого года.

— Я никогда не жульничал на Зельях, — произнёс Гарри в попытке увести разговор от столь опасной темы. Он нахмурил брови, когда обнаружил, что его рука потянулась вверх одновременно с рукой Драко, его мысли метнулись к учебнику Снейпа. — Вот чёрт.

Брови Драко снова поползли вверх, но любопытство по поводу отношений Гарри и Уизли оказалось сильнее.

— Я никогда не был обнажённым в присутствии Уизли, — произнёс Драко и снова ухмыльнулся, когда рука Гарри неохотно поползла вверх. "Возможно, он не такой уж пуританин", — подумал Драко, задаваясь вопросом, переспал ли Гарри с Джинни.

— Я никогда не притворялся раненым, чтобы уволили учителя, — сказал Гарри, раздражённый тем фактом, что Драко суёт свой нос в его личную жизнь. Он ухмыльнулся, когда рука Малфоя поднялась. Драко уставился на него.

— У меня никогда не было секса с женщиной, — сказал Драко и удивился, что рука Гарри не поднялась в воздух. Он опустил свою руку и усмехнулся.

— Я никогда не покупал себе место в квиддичной команде, — произнёс Гарри, и его зубы сжались. Драко закатил глаза, поднимая руку и слегка взмахнув ею.

— Ох, как больно, — с притворной гримасой боли сказал он, — никакого секса, только обнажёнка? Не считая, конечно, наготы в квиддичных душевых. Хм. Я никогда не был голым рядом с Джинни Уизли.

Рука Гарри не двинулась с места, а лицо приобрело почти фиолетовый оттенок.

— Я никогда...

— Моя очередь, — крикнул Гарри, резко обрывая Драко. По мнению Гарри, блондинчик был уж слишком заинтересован. — Мой отец никогда не сидел в тюрьме.

Драко прищурился, когда его рука против желания поднялась, но он никак не огрызнулся на реплику Поттера. По крайней мере, не сейчас, когда он, наконец-то, начал догадываться, почему тот так смущён.

— Я никогда не обнажался в присутствии Рона Уизли, — растягивая слова, произнёс Драко, внимательно наблюдая за Гарри. Рука Поттера поднялась, но лицо осталось безразличным.

— Я никогда не был хорьком, — скучающим тоном выдал Гарри. Но Драко удивил его, заливисто рассмеявшись и шевеля пальцами поднятой руки.

— Я никогда не фантазировал о Роне Уизли, — сказал Драко, и его брови приподнялись в молчаливом вызове. Гарри сложил руки и отвернулся.

— Я никогда не фантазировал ни об одном парне из семьи Уизли, — выкрикнул Драко прежде, чем Гарри смог запротестовать. Рука Гарри задрожала и взлетела в воздух, а сам юноша крепко зажмурился.

Вздохнув, Гарри уронил руку, наклонился и, схватив одну из рюмок, стоящих на столе, быстро опустошил её.

Драко как зачарованный наблюдал за ним. Он напряг мозг, молча перебирая в уме рыжее семейство и загибая пальцы. "Джинни, Рон, близнецы — но, подождите, разве один из них не погиб во время войны? — тот придурок, который работал в Министерстве под началом Фаджа, самый старший, на которого напал Грейбек, но он женат", — Драко нахмурился, когда вспомнил ещё одного (он всегда забывал, насколько их много) — того самого, который не живёт в Англии и работает с драконами. Чарли?

Гарри легко представил себе ход мыслей Драко. Внутри у него всё сжалось, когда он наблюдал, как Малфой загибал пальцы, отмечая всех членов семейства Уизли. Он уловил тот момент, когда белокурый юноша всё понял. В его ярко-серых глазах загорелся дьявольский огонёк.

— Я никогда не фантазировал о Чарли Уизли, — сказал Драко, его ухмылка стала шире, когда Гарри вздохнул и потянулся за рюмкой. Очевидно, заклинание правды разрешило замену, потому что после того, как он выпил глоток, его рука не поднялась.

Драко стремительно подался вперёд к краю дивана, наклонился и заглянул в алеющее лицо Гарри. Гриффиндорец уже даже не пытался задавать свои собственные вопросы, вероятно, решив положиться на судьбу.

— Я никогда не был голым рядом с Чарли Уизли, — произнёс Драко голосом хриплым от предвкушения. Ну, конечно же, Гарри налил себе ещё рюмку и выпил.

Драко задавался вопросом, могло ли это быть правдой? Гарри Поттер гей?

— У меня никогда не было секса с мужчиной, — сказал Драко, наклоняясь вперёд и наполняя рюмки. Гарри, закрыв глаза, выпил из своей и не заметил, что то же самое сделал и Драко.

Глаза Гарри поспешно открылись, когда он услышал, что Драко поставил свою рюмку на стол. Его глаза внимательно прошлись по лицу блондина. Драко пожал плечами, а на губах заиграла лёгкая улыбка.

— А ты думал, что имеешь монополию на тайный гей-рынок, Поттер? — спросил он, качая головой.

— Я думаю, что игра закончена, — сказал Гарри, наливая им обоим ещё по одной рюмке и снова садясь в кресло. Он медленно потягивал огневиски.

— Когда началось самое интересное?

Гарри засмеялся, напряжение в груди слегка ослабло. Ему на самом деле стало легче от того, что Драко узнал о его ориентации. Большинство гриффиндорцев было в курсе, и это всего лишь было вопросом времени, когда новость распространится по школе. Его короткая летняя интрижка с Чарли в любом случае не являлась секретом, хотя и мало кто об этом знал. Однако он отчаянно желал остановить игру, чтобы у Малфоя не возникло желания задать ему вопрос о его нынешней симпатии.

— Полагаю, пора спать, — сказал Гарри.

Комната медленно закружилась вокруг него, когда он потянулся и встал. "Определённо пора спать", — подумал он, переживая, что спиртное вполне может развязать ему язык.

— Поделим? — поддразнил его Драко, с намёком поигрывая бровями.

Гарри зажмурился, надеясь, что когда снова их откроет, всё окажется дурным сном. Но нет. "Всё тот же кошмар", — пришёл он к выводу, открыв глаза и окинув взглядом единственную в комнате кровать, отодвинутую в самый дальний угол.

— Я займу диван, — сказал он, слова звучали слегка нечленораздельно. — А ты можешь спать на кровати.

Глава 3.

Гарри застонал и поёрзал по полу. Он провёл половину ночи, ворочаясь на маленьком диване, но никак не мог удобно устроиться на нём — диван был слишком мал. Уже перед самым рассветом Гарри полностью сдался, сбросил на пол несколько подушек и свернулся на них, завернувшись с головой в толстое одеяло, которое предоставила ему комната.

— Сожалеешь о своём решении, что не захотел разделить со мной кровать, Поттер? — растягивая слова, произнёс Драко, пристально глядя на него.

Гарри попытался сесть и ударился головой о кофейный столик, под которым лежал в тот момент. После короткой, но ожесточённой битвы с одеялом, он освободился и выполз наружу, потирая шишку, вскочившую на лбу.

— Блядь, — с чувством сказал он, сонно моргая. Солнечный свет проникал в комнату сквозь зачарованные окна.

— Мммм, — рассеянно согласился Драко, поглаживая наполовину пустую бутылку огневиски на столе. — Не утренний ты человек, как я понимаю.

— Гад ты, Малфой, — огрызнулся Гарри, запуская руку во взъерошенные волосы.

— Я полагаю, ты имеешь в виду моё предложение разделить постель, — поддразнил его Драко, наслаждаясь видом смущённого и раздражённого Поттера.

Гарри зарычал, быстро потирая ладонями лицо в попытке окончательно проснуться. Он пробормотал несколько слов благодарности, когда Драко любезно подтолкнул к нему очки, лежащие на столе. Он моргнул несколько раз, пока комната не приобрела чёткие очертания.

— Завтрак? — спросил он, глядя на Драко всё ещё мутными глазами.

— Кофе, — ответил блондин, подавляя зевок. Он потянулся, край его джемпера скользнул по плоскому животу, обнажая полоску гладкой сливочной кожи. — Много кофе.

Гарри тяжело сглотнул, ночные откровения немедленно вернулись к нему. Странно, что он не испытывал никаких отрицательных последствий от огневиски. Единственное, что его огорчало, это то, что он признался в своей ориентации Драко, который, как оказалось, тоже предпочитает мужчин.

— Да, кофе, — произнёс он неожиданно напрягшимся голосом.

Крам в женском платье. Перси. Тестралы. Он прокрутил в голове самые неприятные образы, чтобы подавить утреннюю эрекцию, которая явилась реакцией на определённый интерес к стройному и грациозному телу Драко. Обнажённый Рон. Блядь, только не это! Он запаниковал, когда голый Рон в его мыслях трансформировался в такого же — но более восхитительного — голого Драко. Миллисент Булстроуд в стрингах. Гилдерой Локхарт. Лицо Джинни, когда она узнала, что я сплю с Чарли.

Драко заметил, что лицо Гарри исказилось, как от боли, глаза темноволосого юноши плотно зажмурились, а дыхание стало неровным.

— Ты плохо себя чувствуешь? — спросил он, в голосе явно послышалось беспокойство. — Вчера вечером я добавил в огневиски антипохмельное зелье. Тебе не должно быть плохо.

Мысль о Джинни помогла Гарри справиться с реакцией на обнажённую кожу Драко. Он открыл глаза, слегка покачал головой, концентрируясь на своей просьбе о завтраке и кофе. Драко издал восторженный вопль, когда огромный кофейник, наполненный до краёв ароматным кофе, материализовался на столе, и потянулся, чтобы налить себе дымящийся напиток.

— Ах, — блаженно вздохнул он, наслаждаясь первым глотком горьковатой жидкости. — Кофе.

Гарри отвернулся, чтобы положить себе бекон и тост. Он поколебался мгновение, а потом тоже налил себе чашку кофе. Драко выгнул бровь, неожиданно понимая, что на столе отсутствует чайник с чаем.

— Не чай? — поинтересовался он, отпивая кофе. Он увидел, как Гарри сделал то же самое, его зелёные глаза на минуту закрылись, когда он сделал первый глоток. — Только не говори мне, что ты теперь тоже кофеман.

Драко пристрастился к кофе во время тех военных недель, когда скрывался вместе со Снейпом. Тогда чай, созданный при помощи заклинания, получался отвратительным на вкус, а они никак не могли заварить его должным образом. Горький же вкус кофе никак не страдал во время магического приготовления, в отличие от более деликатного вкуса чая.

Гарри пожал плечами, намазывая на тост масло.

— У меня не было большого выбора в течение нескольких месяцев, и, когда всё закончилось, я понял, что предпочитаю кофе, по крайней мере, по утрам.

Драко коротко кивнул, слегка встревоженный тем фактом, что у него и Гарри совпали предпочтения. Мимолётная непрошеная картинка, как они вдвоём пьют кофе, при этом оба полуодетые и взъерошенные после совместно проведённой ночи, вспышкой промелькнула в его мозгу. Драко покачал головой, пытаясь привести мысли в порядок и отогнать этот образ. "Только лишь то, что он гей, не означает, что он должен быть во мне заинтересован. Это ничего не меняет", — резко оборвал он себя, останавливая поток мыслей в своей голове.

Они завтракали в полном молчании, каждый погружённый в собственные мысли. Никто не нарушал тишину до тех пор, пока Гарри не убрал посуду.

— Как ты умудрился переодеться? — неожиданно поинтересовался Гарри, изучая свежие брюки и мягкий тёмно-серый свитер Драко.

Драко слегка покраснел, выбитый из колеи тем, что Гарри заметил его одежду.

— Просто попросил комнату о смене одежды, — сказал он, пожимая плечами.

Он проснулся этим утром ворчливым и абсолютно без настроения, но ровно до той минуты, пока не увидел долговязое тело Гарри, распростёртое на полу. Его первой мыслью было неосознанное желание сменить одежду, чтобы пробудить в гриффиндорце интерес. Он был поражён, когда кучка одежда и в самом деле появилась. Драко прищурился, наблюдая за реакцией Гарри на то, как он одет и задаваясь вопросом, выполнена ли вторая часть его пожелания.

— Мммм, — промычал Гарри, закрывая глаза и загадывая то же самое желание. Стопка чистой одежды появилась на столе, и лицо Драко немного порозовело, когда он распознал те самые джинсы и зелёную на пуговицах рубашку, в которых видел Гарри несколько недель назад. — Отлично.

Драко вздохнул, когда Гарри отправился в ванную, чтобы принять душ и переодеться. Существовала ли какая-либо причина, что Гарри выбрал именно эти особенные вещи? "Не будь смешным, — сказал он себе, рассматривая из окна очаровательный вид, расстилающийся внизу. — То, что, я решил, что задница Гарри выглядит особенно сексуально в этих джинсах, не означает, что он сформулировал своё желание в той же манере, что и я". Драко мысленно побился головой о стену. Однако, ему ничего не оставалось, кроме как улыбнуться, когда Гарри появился в комнате, рукава его зелёной рубашки были закатаны, обнажая сильные предплечья именно так, как любил Драко.

— Может, снова попытаемся открыть дверь, — произнёс Гарри, однако с места так и не сдвинулся.

Драко покачал головой.

— Я уже пробовал, пока ты спал. Всё ещё закрыта.

Гарри побарабанил пальцами по столу, молча желая что-нибудь — всё равно что — что помогло бы им занять день. К его удивлению, стопка домашних заданий немедленно материализовалась перед ним. Гарри расхохотался, его глаза заблестели.

— Как похоже на Гермиону, — сказал он, продолжая хихикать и подтаскивая книги поближе. — Мне следовало бы знать, что она никогда не позволит нам отлынивать от учёбы. Я предполагаю, это означает, что дверь откроется завтра утром, чтобы мы не пропустили занятия.

Драко улыбнулся, концентрируясь на собственных книгах и конспектах, которые появились перед ним несколько секунд спустя.

— Почему мы не занялись этим вчера вечером? — спросил он, роясь в кучке перьев.

Гарри поднял голову, его брови сошлись на переносице, когда он подумал о вопросе Драко. Вчера вечером они просили всё, что только могли придумать, включая и домашнее задание.

— Может быть, мы неправильно формулировали желание, — предположил Гарри, открывая первую книгу в своей стопке. — Думаю, что даренному коню в зубы не смотрят.

* * *
Они пережили этот день без каких-либо крупных ссор и, по правде говоря, мелких тоже было совсем немного. Они растягивали выполнение домашней работы настолько, насколько это было возможно, но в конце концов сделали всё, что было задано на выходные ещё до наступления вечера.

Книги исчезли, когда появился ужин, и Гарри был очень разочарован, когда после того, как убрал посуду и остатки еды после ужина, понял, что они больше не появятся. Перед ними маячил ещё один долгий вечер, и Гарри отчаянно желал, чтобы хоть что-нибудь отвлекло его от волнующих и неуместных мыслей о Драко Малфое. Мыслей, которые преследовали его целый день.

— Что теперь? — спросил он, растягиваясь на диване.

Драко пожал плечами, он перевёл взгляд с настенных часов на дверь. Было всё ещё очень рано: у них несколько часов, прежде, чем они с чистой совестью отправятся спать.

— Мы могли бы попросить ещё какую-нибудь игру, — предложил он и улыбнулся, когда новая бутылка огневиски возникла на столе. На этикетке сегодняшней бутылки были написаны правила к игре "Правда или Вызов".

— Нет, — ответил Гарри, его тело напряглось. Он ещё дальше отполз на диване, как будто боялся, что бутылка может кинуться к нему и схватить.

— Мы могли бы поговорить, — предложил Драко, хитро улыбаясь, что совсем не понравилось Гарри. Такому Малфою он не доверял..

— О чём?

Ещё одно элегантное пожатие плеч, обтянутых кашемиром. Серые глаза сверкнули озорством, и сердце Гарри упало. Ему следовало бы знать, что это было слишком хорошо, чтобы быть правдой — слизеринец не упоминал о вчерашней игре весь день. Гарри надеялся, что он либо забыл об этом, либо дальнейшие вопросы о сексуальной ориентации Гарри его попросту не интересовали. Но при взгляде на лицо Драко, он понял,что ошибался — блондинчик просто ждал возможности загнать его в угол.

— Расскажи мне, как ты и Чарли Уизли вдруг стали встречаться. Он ведь немного староват для тебя, нет?

Гарри вздохнул и закусил губу. Он колебался, взвешивая все плюсы и минусы своего ответа. Он знал, что в конечном счёте, они играли в игру, поэтому, если он откажется отвечать на вопросы Драко сейчас, то они вернутся к ним позже, когда он лишится возможности солгать, что было очень вероятно. По крайней мере, сейчас он мог сам выбирать, какой информацией поделиться.

— Он старше на восемь лет, — признал Гарри, наклоняя голову так, чтобы Драко не смог увидеть румянца, покрывшего щёки. Семья Уизли на самом деле не особо обрадовалась, узнав об их отношениях. — Всё не так плохо на самом деле.

Драко усмехнулся, подбирая под себя ноги и кладя на колени подушку, чтобы с удобством устроить локти и подпереть голову.

— А подробнее?

Гарри стремительно покрывался румянцем. Он отвернулся и неловко поёрзал на диване.

— Фактически и рассказывать-то нечего, — сказал он, переворачиваясь на живот, голову он положил на сложенные руки. — Мы были вместе всего несколько недель.

— Первый раз? Любовь всей твоей жизни? Подробности, Поттер? Моя душа жаждет услышать детали!

Гарри зарылся носом в сложенные руки, щёки жгли коду ладоней. Он сильно не хотел делиться такой личной информацией со слизеринцем, но также и не хотел разрушить с таким трудом возникшие товарищеские отношения. Гарри на самом деле нравилось время, что они проводили вместе, и ему совершенно не хотелось, чтобы всё закончилось. Вернётся ли всё на круги своя, когда завтра утром мы выйдем отсюда? Он спрашивал себя, возможно ли такое? Он перестал думать о Драко, как о враге, как о злобной слизеринской заднице через несколько часов после того, как их заперли. Существует ли какая-то надежда скрыть своё влечение к блондину? Когда они ненавидели друг друга это и то было нелёгкой задачей.

— Нет, это был не первый раз, — медленно произнёс он, его голос глухо звучал из-под руки. — И определённо, он не любовь всей моей жизни.

Драко воспрял духом: Гарри сейчас делился поистине захватывающей информацией. Он проигнорировал ревность, появившуюся в желудке при мысли о том, что Гарри был с другим мужчиной, и задался вопросом, сколько ещё разных признаний он сможет вытянуть из гриффиндорца.

— А кто был?

Гарри поражённо поднял голову. Его очки перекосились и так и норовили соскользнуть с носа. Это выглядело настолько мило, что желудок Драко совершил кульбит.

— Любовь моей жизни? Я... ну, это не так... на самом деле у меня не... я не...

Драко приподнял бровь, услышав лепет Гарри — он явно попал в больное место. Что могло вызвать подобную реакцию? Он задавался вопросом, уж не влюблён Гарри тайно в кого-то из профессоров или в кого-то, такого же неподходящего. При этом Драко задвинул внутрь себя острый привкус обиды и гнева при мысли, что Гарри испытывает очень сильное чувство, раз оно заставляет его так нервничать.

— Нет, кто был у тебя первым, — разъяснил Драко, позволяя темноволосому юноше выдохнуть.

Гарри бросил взгляд на бутылку Огневиски, стоящую на столе, и принял спонтанное решение хоть раз в жизни побыть обычным беззаботным юношей. Что же произойдёт, если его истинные чувства вдруг выйдут наружу? У него никогда снова не будет такой возможности, и он собрал всю свою гриффиндорскую храбрость, чтобы использовать ситуацию по максимуму.

— Давай поиграем, — предложил он, садясь и беря в одну руку бутылку с янтарной жидкостью и две рюмки, а другой рукой сбрасывая с дивана подушки на пол перед камином.

Драко последовал за ним, с комфортом расположившись на груде одеял и подушек около огня. Гарри наполнил обе рюмки, подталкивая к Драко одну из них так, чтобы тому не пришлось за ней тянуться.

— Пить до или после? — спросил Гарри, прищурившись, чтобы прочитать инструкцию на этикетке.

— До, — ответил Драко, салютуя Гарри своей рюмкой. — Ты первый?

Гарри снял очки, отложив их в сторону. Он решил, что ему будет легче, если он не будет видеть реакцию Драко. Он проглотил напиток, поморщившись, когда жидкость обожгла горло.

— Зак Смит. Правда или вызов?

— Правда, — ответил Драко, аккуратно отпивая из рюмки.

— Когда ты узнал, что тебе нравятся мужчины?

— На четвёртом курсе, — сказал Малфой, не колеблясь ни минуты. — Правда или вызов?

Гарри наполнил свою рюмку и, не колеблясь, опустошил её.

— Правда.

— Ты гей или би?

— Определённо гей, — слегка улыбаясь, ответил Гарри. Мысли о его провальных попытках построить гетеросексуальные отношения промелькнули в его мозгу. — Правда или вызов?

Драко налил себе и наполнил рюмку Гарри. Подумав мгновение, он выбрал правду.

— Что насчёт тебя? Ты гей или би? — с любопытством спросил Гарри, вспомнив признание Драко во время вчерашней вечерней игры о том, что он спал с женщиной.

Драко выпил, молча изучил пустую рюмку, а затем ответил:

— Всё сложно, — медленно произнёс он, водя пальцем по краю рюмки. — Я не причисляю себя к той или иной категории. Мне кажется, что притяжение имеет гораздо большую связь с магией и физической совместимостью, чем что-либо ещё. Когда я представляю себе кого-то, не имеет значения парень это или девушка, но только до тех пор, пока существует это самое притяжение на магическом и физическом уровнях.

Гарри никогда не слышал о магической совместимости и мысленно сделал себе пометку разузнать об этом позднее. Притягивает ли ведьм и волшебников магия также, как и магглов притягивают какие-то определённые физические характеристики? Означает ли это, что его отношения с девушками терпели неудачи потому, что они не подходили друг другу, не были совместимы, а не потому что его привлекают мужчины?

Драко поставил пустую рюмку на стол и поднял на Гарри глаза.

— Правда или вызов?

— Правда, — ответил Гарри, делая ещё один глоток.

— Почему ты стал встречаться с Чарли Уизли? Что привлекло тебя?

Гарри усмехнулся и глубоко вздохнул, прежде, чем сформулировать ответ.

— Ты когда-нибудь видел Чарли Уизли? — спросил он, широко улыбаясь. — Он великолепен. Он невероятно сложён — весь из мускулов. А его руки, — Гарри замолчал, его глаза затуманились при воспоминании о руках другого мужчины на своём теле, — они совершенны. Сильные и мозолистые. И он вытворял ими такие вещи, о которых я даже не смел мечтать, которые даже не мог себе представить. Он такой чертовски восхитительный партнёр.

Драко провёл большими пальцами по своим ладоням и почувствовал слегка огрубевшую кожу, появившуюся в следствие квиддичных тренировок. Он немного покраснел, когда представил, как его собственные шершавые руки ласкают стройное тело Гарри.

— То есть, между вами было всего лишь физическое притяжение? — спросил Малфой, передвинувшись так, чтобы его собственная реакция на энтузиазм Гарри осталась для гриффиндорца незамеченной.

— Да, — ответил Гарри, моргнув, когда вернулся мыслями в настоящее. — Он великолепен в постели, но мы никогда даже не рассматривали другой вид отношений. Так, слегка снять напряжение время от времени.

Драко рассеянно кивнул, вновь наполняя рюмки. Его пульс участился, когда он снова выбрал правду, удивляясь, когда они умудрились столько выпить, чтобы отважиться на подобный разговор. Он выпил свою порцию и вытер рот тыльной стороной ладони.

— Ты топ или боттом? — спросил Гарри, удивляясь про себя своей смелости. Алкоголь прекрасно справлялся со своей задачей, и юноша становился всё раскованней с каждой выпитой рюмкой.

Драко хихикнул, глядя на огонь. Он чувствовал, как действует на него магия игры, заставляя говорить правду.

— И то, и другое, — ответил он, небрежно пожимая плечами, радуясь, что заклинание хотя бы позволило ему дать этот не совсем честный ответ. Правда была немного другой — он никогда и ни с кем не был снизу, и единственный человек, которому он позволил бы подобное, сидел сейчас рядом с ним в этой комнате.

Очевидно, Гарри выбрал правду, опрокидывая в себя рюмку, как будто там была обыкновенная вода.

— С кем в Хогвартсе у тебя был секс? — спросил Драко и усмехнулся, когда Гарри скривился.

— Блядь, — выругался Гарри, залившись краской с ног до головы. — Совсем-совсем секс или всё-таки почти?

Драко усмехнулся, раздумывая над вопросом.

— И то, и другое.

— Ну, давай посмотрим, — собравшись с духом, ответил Гарри. Его мысли слегка путались от виски, но заклинание Правды помогло ему сконцентрироваться. — У меня был почти секс с Чоу, Джинни и Терри Бутом, — произнёс он и наморщил лоб, пытаясь вспомнить. — А секс у меня был с Заком, как я и говорил, с Оливером Вудом, когда тот уже закончил школу. О, да, и Блейз.

— Забини? — ошеломлённо задохнулся Драко.

— Да. Правда или вызов?

— Мерлин, ну не шлюха ли ты, Поттер? — вопросил Драко, смеясь, и сделал следующий большой глоток прямо из бутылки. Его предвзятое мнение о Гарри Поттере определённо разрушилось сегодня вечером. — Правда.

Гарри закатил глаза, меняя положение, чтобы не затекли ноги.

— Ну это вряд ли. А со сколькими людьми ты занимался сексом? — спросил он, невозмутимо глядя на блондина.

Драко с трудом сел, облокотившись на камень камина, чтобы помочь себе обрести равновесие.

— Хм, — произнёс он, искоса посматривая на Гарри и производя в уме какие-то подсчёты. — Ну, если чисто позабавляться, я бы сказал, — он сделал паузу, мысленно ещё раз просматривая свой список, — пять или шесть. Трейси Дэвис, Панси, Джастин Финч-Флетчли, Маркус Белби, Демельза Роббинс, Терри Бут Эдди Кармайкл, я полагаю.

Гарри удивлённо приподнял бровь.

— А насчёт секса...хм... Давай-ка посмотрим. Чоу, Мэнди Брокльхерст, Луна Лавгуд, Смит и Блейз, — сказал он, запнувшись на последних двух именах. При мысли о том, что они с Гарри оба спали с одними и теми же парнями, он почувствовал лёгкое возбуждение, хотя он и сам не знал, почему. Естественно, его первой реакцией должна быть ревность, разве нет?

— И это я шлюха, — произнёс Гарри, снова качая головой. Он протянул руку к бутылке и, прежде чем сделать большой глоток, вытер рукавом горлышко. — Правда.

— Кто лучше делает минет, Блейз или Смит?

Гарри хихикнул, а затем в ужасе хлопнул себя рукой по губам, поняв что этот звук издал он сам.

— Эммм, Блейз, — быстро произнёс он. Выглядел он при этом слегка ошеломлённым собственным ответом. Если бы он не находился сейчас под заклинанием Правды, то вероятнее всего назвал бы имя Зака, поэтому собственный ответ удивил его.

— Да, — согласился Драко, его голос прозвучал хрипло по двум причинам: алкоголь и растущее возбуждение. Он тоже сделал большой глоток из бутылки. — Правда.

Гарри дотянулся до бутылки, схватил её и сделал большой глоток. Он не мог поверить, что так расхрабрился, и ему была необходима выпивка, чтобы подтолкнуть самого себя к краю.

— Что делает технику Блейза лучше, чем у Зака?

Дыхание Драко участилось, зрачки расширились, когда его стойкая эрекция неожиданно затвердела до боли. "Сейчас или никогда", — подумал он про себя, немного придвинувшись к Гарри.

— Я полагаю, что этот вопрос больше подходит под Вызов. Ты так не думаешь, Поттер? — произнёс он, протяжно растягивая слова, его обычно ясный голос сейчас звучал нечленораздельно.

Глаза Гарри расширились, и он медленно отполз назад, его мысли путались, хотя тело явно одобряло это искреннее предложение.

— Это не... Я не... У меня...

— Моя очередь и мой выбор, не так ли? — прошептал Драко, наступая на гриффиндорца. — Я выбираю Вызов. Снимай брюки, Поттер. Я собираюсь показать тебе, чем же так сильно различаются их техники.

— Ты...ты не можешь поменять решение в процессе, — отчаянно выкрикнул Гарри, в буквальном смысле загнанный в угол наступлением Драко.

Драко сделал паузу и сел на пятки. Он хотел увидеть, позволит ли ему заклинание изменить Правду на Вызов. Но никакое обычно используемое наказание в таких играх не последовало. "Определённо, всё в порядке", — подумал он. Дикая усмешка исказила его лицо.

— А всё указывает на то, что могу, — сказал он, облизывая губы. — Брюки. Снимай. Сейчас же.

Гарри захныкал, он возбудился настолько, что с трудом мог это выносить. Его член яростно дёрнулся на приказ Драко, и Гарри практически застонал от испытываемых ощущений. Его руки метнулись к джинсам и завозились с молнией. Его мозг усиленно протестовал, перебирая все причины, по которым эта встреча может закончиться плачевно. Гарри не мог придумать ни одной варианта благополучного исхода, но его уже это мало беспокоило. Его эмоции вышли из-под контроля в тот момент, когда его заперли в комнате на долгих два дня с человеком, который являлся его навязчивой идеей. И сейчас ему, наконец, выпал шанс получить в своё распоряжение рот, о котором он грезил более двух лет.

Драко схватил грубую материю брюк и потянул вниз, в то время как гриффиндорец приподнял бёдра, чтобы облегчить ему работу, его боксёры упали вместе с джинсами. Драко остановился, его рот наполнился слюной при виде стоящего перед ним полуобнажённого Гарри, его великолепный член стоял по стойке "смирно", а на головке блестела капелька смазки.

Он опустил голову, дыхание коснулось разгорячённого члена Гарри.

— Видишь ли, Смит всегда торопится, стремится заглотнуть как можно больше, — прошептал Драко, почти коснувшись губами дёрнувшегося головки. — Но Блейз... Он знает цену ожиданию. Он начинает очень медленно, — сказал Драко, его глаза штормового серого оттенка внимательно наблюдали за Гарри, когда он высунул язычок и слизнул тонкую струйку, стекающую с твёрдого члена.

Гарри задохнулся и тяжело опёрся о стену позади себя. Зелёные глаза потемнели, когда Драко, улыбаясь, скользнул вниз по его телу.

— Блейз же любит поэкспериментировать, он должен убедиться, что партнёр ценит каждое своё ощущение, — продолжил он, вбирая одно из яичек Гарри в свой жаркий рот, слегка усилив нажим, когда тот закричал. Гарри жалобно захныкал, когда Драко отстранился и двинул бёдрами в попытке вернуть контакт.

Драко потянулся назад, его серые глаза стали почти чёрными от желания.

— Это невероятно расстраивает, не так ли? Что он останавливается, а затем начинает снова, — спросил Драко, расплываясь в улыбке, когда увидел слабый кивок Гарри и услышал его частое дыхание.

Драко проследил бледным пальцем дорожку тёмных волос, бегущую вниз по животу Гарри, его улыбка стала шире, когда он понял, что от этого лёгкого прикосновения тот со стоном втянул в себя воздух. Он зарылся пальцами в густые жёсткие волосы вокруг члена Гарри, чувствуя, как дрожит тёплая кожа под его прикосновениями.

— Но самое лучшее в технике Блейза, — сказал Драко, касаясь губами головки поттеровского члена, — это то, что он всегда точно знает момент, когда ты уже не в состоянии выносить поддразнивания.

С этими словами его губы приоткрылись и обхватили член Гарри. Его нежный язычок покружил вокруг твёрдой головки, затем он вобрал его в себя по самое основание. Гарри задохнулся, его руки автоматически поднялись и запутались в мягких волосах Драко, удерживая того на месте. Это движение заставило Драко захихикать, что создало вибрацию вокруг члена Гарри, темноволосый юноша снова не сдержал крик.

— Стой! — неожиданно выкрикнул Гарри, мягко потянув Драко за волосы, чтобы тот поднял голову.

Драко сел, его глаза сузились от замешательства. Никто и никогда не отказывался от его минета — он был также хорош в этом, как и Блейз.

— Сними свои тоже, — пропыхтел Гарри, дрожащими пальцами помогая Драко расстегнуть брюки.

Драко с трудом сдержал вздох облегчения, когда понял, почему Гарри его остановил; он быстро стащил с себя брюки и трусы, слегка вздрогнув, когда холод каменного пола обжёг его обнажённую кожу. Гарри обвился вокруг Драко, его возбуждённый член всё ещё находился прямо перед губами белокурого юноши, когда он, наклонившись, взял возбужённый член Драко в рот.

— Мерлин, — задохнулся Драко, его пульс участился, когда губы Гарри сомкнулись на нём. Он устроил голову на его бедре и попытался взять себя в руки, прежде чем снова уделить внимание эрекции Гарри, посасывая и облизывая так же отчаянно, как и сам Поттер.

— Драко...я уже...боже! — выкрикнул Гарри и попытался отодвинуться, чтобы не кончить в рот Малфоя.

Блондин вцепился в бёдра Гарри, чтобы тот не смог двинуться, пока горячие струи, пульсируя, попадали в его горло. Рот Гарри вернулся к члену Драко, стоны и вздохи, которые он издавал, только усилили удовольствие Драко. Спустя несколько мгновений Малфой, выкрикивая имя Гарри, выплеснулся в чужой рот.

Они лежали не двигаясь ещё несколько долгих минут, их дыхания медленно возвращались в норму также, как и они сами. Драко двинулся первым, переместившись так, чтобы их плечи соприкасались.

Гарри взглянул на него, его голос был едва слышен:

— Правда.

Драко улыбнулся, удивлённый тем, что Гарри после всего ещё с ним разговаривает и даже сам решил продолжить игру. Он сел, наполняя обе рюмки Огневиски. Гарри выпил свою, не разрывая зрительного контакта с Драко.

— Это было...ну, это...это был результат игры и алкоголя, или ты был бы непротив повторить?

Гарри облегчённо закрыл глаза. Это прозвучало, как будто Драко не искал кого-либо, чтобы пополнить свой впечатляющий список.

— Честно говоря, я не уверен, что смогу всё повторить сегодня вечером, — с сожалением произнёс он, кивая на почти пустую бутылку с виски. — Но я бы с удовольствием как-нибудь...если ты, конечно, тоже согласен.

Глава 4.

Драко Малфою снился сон. Нет, не просто сон, а сон восхитительный, и он хотел, чтобы он никогда не заканчивался. Он обнимал Гарри Поттера, и, к его радости, они оба были абсолютно раздеты. Кровать была жёстче, чем та, к которой он привык, но этот дискомфорт можно было легко проигнорировать, если учесть, кого он сейчас сжимает в объятиях. В отличие от большинства его снов о Гарри Поттере, они не трахались, а спали, но всё же Драко наслаждался этими минутами.

Драко застонал, услышав пронзительный голос Панси, проникающий сквозь тёплый кокон его сновидений. "Сколько раз я предупреждал её не будить меня?" Он ощутил прикосновение холодной руки Панси к своей обнажённой груди и слегка поёжился. "Вот что мы получаем от жизни в подземельях", — потягиваясь, подумал он, сонно отбиваясь от обиженной девушки.

Он вздрогнул, когда почувствовал, как носок её туфли подталкивает его оголённое бедро. " О чём, чёрт возьми, она думает, когда поступает подобным образом? Она что, стоит на моей кровати?" Драко пробормотал какие-то бессмысленные угрозы, и перевернулся на другой бок, пытаясь отвязаться от неё. Он замер, ощутив вдруг тёплую обнажённую плоть — такую же тёплую и обнажённую, как та, что он обнимал в своих снах.

Мгновенно проснувшись, Драко широко распахнул глаза. Он моргнул, резкая боль пронзила голову, когда он повернулся, чтобы узнать, кто же лежит с ним в одной постели. Или точнее, кто лежит рядом с ним на полу, поправил он сам себя, заметив, наконец, что твёрдая кровать из его сна на самом деле оказалась холодным камнем, покрытым колючим шерстяным ковром. Он попытался сфокусировать мутный взгляд, чему явно мешала пульсация в голове — сосредоточиться было невозможно. Он увидел смуглую руку, переброшенную через его тело, которая явно крепилась к мускулистому и такому же смуглому плечу. Его взгляд проследовал вверх по руке, и он чуть не впал в шоковое состояние, когда понял, что это совсем не сон. Он и Гарри Поттер были абсолютно голые и обнимали друг друга, как книзл обнимал бы клубок пряжи.

— Наконец-то! — произнесла Панси и, раздражённо фыркнув, отступила назад. Она говорила негромко, но Драко вздрогнул, как от пронзительного вскрика.

— Что за блядь? — простонал он, и его голос со сна прозвучал грубовато.

— Нам бы тоже очень хотелось это узнать, — услышал он новый голос, и снова пережил тот трудный процесс поворачивания головы, чтобы найти источник. "Отлично, — подумал он, моргнув. — Грейнджер".

От необходимости отвечать его спас проснувшийся Гарри. Гриффиндорец пришёл в себя гораздо быстрее, чем это удалось самому Драко. Он вырвался из объятий блондина спустя несколько секунд после пробуждения. Гарри быстро сел, пытаясь нащупать одеяло — их единственное одеяло — и завернуться в него, при этом оставив Драко абсолютно беззащитным.

— Чёрт побери, Поттер! — рявкнул Драко, подтаскивая тонкое одеяло назад к себе. Борьба длилась несколько секунд и закончилась тем, что Гермиона взмахнула своей волшебной палочкой и произнесла Разъединяющее заклинание, предоставив обоим юношам по половинке одеяла.

Гарри натянул кусок ткани прямо до подмышек, уверенно обмотав вокруг себя наподобие тоги, прежде чем, шатаясь, поднялся на ноги. Ему казалось, что в голове носится стадо гипогрифов.

— Миона? — спросил он, пытаясь рассмотреть без очков стоящую перед ним темноволосую девушку.

— Я здесь, Гарри, — смеясь, произнесла Гермиона. Гарри взял очки, которые кто-то всунул ему в руку, и с удивлением обнаружил, что смотрит на Панси Паркинсон.

— Хорошо провели выходные? — невинно поинтересовалась Панси, но её улыбка, очень напоминающая волчий оскал, выдала её.

Драко застонал и закрыл лицо руками. Он прижал ладони к закрытым глазам, надеясь, что тупая боль в голове в какой-то степени спасёт ситуацию.

— Кто-то забыл своё Антипохмельное зелье? — громко выражая неодобрение, продолжила Панси. — Ты обычно так хорош в этом, Дрейк, — она повернулась к Гермионе и покачала головой. — Он варит его сам, знаешь ли, и обычно добавляет его в спиртное, прежде чем пить, но подозреваю, его, должно быть...сильно отвлекли...прошлой ночью.

Гарри съёжился под оценивающим взглядом Панси, его щёки окрасились румянцем, когда она скользнула глазами по его телу. Телу, которое она видела несколько минут назад полностью обнажённым и обвившимся вокруг Драко Малфоя. Он покраснел ещё больше.

— Похоже на то, — согласилась Гермиона и прищурилась, оценивая открывшуюся ей сцену. Перед камином валялась пустая бутылка Огневиски, везде как попало была разбросана одежда, очевидно, брошенная ещё позапрошлой ночью. Она вытянула руку, кивнув, когда в воздухе появились два фиала. — Возьмите.

Гарри покорно взял один из фиалов, откупорил его и, ни секунды не раздумывая, проглотил содержимое. Драко был более осторожен. Он медленно поднялся, совершенно не заботясь о том, что одеяло соскользнуло с него и упало к ногам. Он знал, что у него восхитительное тело, и раньше они уже имели счастье его видеть. Он взял второй фиал, откупорил его и осторожно понюхал содержимое. Его слегка затошнило от смрадного запаха и, скривившись, он поставил пузырёк на стол подальше от себя.

— Просто выпей это, Драко, — резко произнесла Панси. Она прищурилась и посмотрела на него с другого конца комнаты.

Он вздохнул, задержал дыхание и одним глотком выпил зелье. Остаточный привкус сорняка льна снова заставил его сжать губы, он автоматически стукнул себя рукой по губам, чтобы не вырвать.

— Тьфу, — произнёс он, несколько раз сглотнув в попытке избавиться привкуса зелья на языке.

— Итак, прошлая ночь, — сказала Гермиона, бросая Гарри его джинсы.

Гарри снова покраснел, быстро надевая под одеялом брюки. Его щёки загорелись ещё жарче, когда взгляд упал на боксёры, лежащие около дивана. Он подцепил их большим пальцем ноги, быстро схватил и засунул в карман. Драко, казалось, никак не трогала собственная нагота, он медленно натянул помятые брюки, протянутые ему Панси.

— Питьевая игра, которая вышла из-под контроля, — быстро сказал Гарри, наклонив голову таким образом, чтобы не встретиться ни с кем взглядом.

— И всё? — явно разочарованно спросила Панси. Она переводила взгляд с Гарри на Драко, ожидая, что хоть один из них разъяснит это утверждение.

Драко открыл было рот, чтобы сказать, что это было немного больше, чем просто игра, но в этот момент увидел помертвевшее лицо Гарри. Было ли чем-то большим? Задаваясь этим вопросом, Драко промолчал.

— Да, всё, — произнёс Гарри, а Драко прикусил язык, пытаясь сдержать гнев.

— Напрасно потраченные выходные, — сказала Гермиона, внимательно изучая свекольно-красное лицо Гарри.

— Мы оказались здесь не по своему желанию, — напомнил ей Гарри, пристально глядя на девушку, и одновременно хватая рубашку со спинки стула и зло натягивая её.

— Раз вы обе здесь, я делаю вывод, что дверь больше не заперта, — сказал Драко, его голос был холоден, как лёд. Гарри слегка напрягся, услышав этот надменный тон — он ни разу не слышал подобного во время выходных.

— У нас Зелья через двадцать минут, — ответила Панси, наблюдая за тем, как Гарри и Драко направились к выходу, стараясь даже ненароком не коснуться друг друга.

— Там и увидимся, — произнёс Драко, положив руку на дверную ручку. Он повернулся к Гермионе и Гарри и сухо поклонился прежде, чем выйти. — Грейнджер. Поттер.

— Малфой, — утвердительно сказал Гарри, слегка наклонив голову. Он хмуро взглянул на Панси, которая пронеслась мимо, ледяной взгляд задержался на лице девушки. — Паркинсон.

* * *
— Совсем ничего? — спросила Гермиона, её брови сошлись, когда она хмуро посмотрела на Гарри.

Гарри вздохнул и положил перо в чернильницу. Было ясно, что Гермиона не прекратит ворчать и доставать его, пока он не расскажет ей, что произошло за те два выходных дня, которые они провели в качестве заложников в Выручай-комнате. Она приставала к нему весь день, и он понимал, что это продолжится и завтра, если он с ней не поговорит. Он отложил в сторону эссе по Трансфигурации и наклонился к девушке ближе, чтобы их не смогли подслушать. Гостиная Гриффиндора была почти пуста, но Гарри всё равно хотел перестраховаться.

— Было ещё кое-что, — произнёс он, нахмурившись при воспоминании о своём пьяном времяпрепровождении с Драко. — Но это не считается. Я был так пьян, что, возможно, пристал бы к любому, даже к Джинни.

— Я очень сомневаюсь в этом, Гарри.

— Хорошо, возможно, что и нет, — неохотно признал он. Юноша усиленно пытался взять под контроль румянец, который не покидал его щёки большую часть времени — его щёки принимали свекольный оттенок каждый раз, когда он думал о Драко. — Это была минутная слабость с моей стороны.

— Всего лишь минутная? — спросила ведьма, её карие глаза пристально изучали его лицо.

— Это всё, что могло быть, — печально произнёс он. — Он путался почти с половиной школы, а вторая половина стоит в очереди.

Гарри покачал головой, рассеянно теребя пуговицы своей мантии, мысленно вновь переживая свои удивительно приятные выходные со слизеринцем.

— То же самое можно сказать и про тебя, Гарри, — сообщила ему Гермиона и, когда зелёные глаза опасно прищурились, быстро продолжила. — Я имею в виду, что каждый в школе хочет тебя. Единственный человек, более популярный, чем ты, это Малфой. А вы оба вместе...

— Это невозможно, — резко оборвал подругу Гарри и нахмурился. — Я знаю, почему ты это сделала, Миона, Но это не значит, что я с тобой согласен. Тебе повезло, что я вообще разговариваю с тобой после всего этого, после того, во что ты меня втянула. Мы пережили эти выходные, но на этом всё.

— Почему, Гарри? Что останавливает тебя от того, чтобы дать ему шанс?

Гарри саркастически засмеялся, качая головой.

— Это был просто вызов, Миона, — ответил он, прикусив губу. — Он никогда не демонстрировал даже малейшего ко мне интереса. Просто забудь об этом.

Гермиона закрыла рот и откинулась на спинку кресла. Она знала, что Драко испытывает чувства к Гарри, но было ясно, что сам Гарри так не считал. Они с Панси сделали всё, что могли, чтобы эти двое оказались вместе, но, в конечном счёте, юноши сами должны с этим разобраться.

— Ну, если ты так говоришь, — произнесла она, но её голос прозвучал неуверенно.

* * *
— ...увидел выражение его лица, Панс. Он не мог так быстро всё забыть, — произнёс Драко, делая ещё глоток из бутылки Огденского, которую держал в руке.

— Он просто смущён. Ты же знаешь этих гриффиндорцев, всю эту их бессмысленную скромность и правильность.

— Это гораздо больше, чем то, о чём ты говоришь, — сказал Драко, немного нечленораздельно выговаривая слова. Он пил с обеда, пытаясь стереть из памяти уязвлённое выражение на лице Гарри. — Это не он краснеющая девственница, а я.

Панси схватила бутылку, прищурившись, осмотрела её, пытаясь определить, сколько Драко уже выпил. У него было невероятное терпение — она была уверена, что, если Драко сделал прошлой ночью шаг в сторону Гарри, то он точно знал, что делает.

— И поэтому ты просто собираешься притвориться, что ничего не было? — спросила девушка, выбрасывая полупустую бутылку в мусорное ведро и строго взглянув на блондина, сидящего на полу и облокотившегося на свою кровать.

Драко закатил глаза и отклонился назад, чтобы достать свой сундук. Он на мгновение исчез из поля зрения, порылся в вещах, прежде чем появиться снова с полной бутылкой водки.

— Да, таков план.

* * *
Панси и Гермиона молча стояли рядом, аккуратно подрезая Китайскую Чавкающую Капусту в теплице номер три. Профессор Спраут прошла мимо них, не сказав ни слова. Она только наклонилась, чтобы понаблюдать, как они осторожно приподнимают внешние листья капусты, чтобы обрезать их. Женщина коротко кивнула обеим девушкам и прошла дальше, наблюдая за соседними столами, её руки были скрещены за спиной.

— Итак, что теперь? — прошипела Панси, как только профессор отошла на приличное расстояние. — Поттер просто собирается сидеть и ничего не делать?

Гермиона пристально взглянула на своё растение, осторожно разделяя листья пальцами, чтобы можно было обрезать нижние. Как и все растения, специально выращенные для зелий, Китайская Чавкающая Капуста неблагоприятно реагировала на магическую обрезку, поэтому всё приходилось делать вручную.

— Да, — сказала Гермиона, наклонив голову, чтобы убедиться, что она правильно сделала последний надрез. — Они, кажется, оба полагают, что это станет катастрофой. Возможно, они правы. Кроме того, Мафлой не кажется таким уж расстроенным.

Прошло две недели с тех пор, как Гарри и Драко провели выходные в Выручай-комнате, и белокурый слизеринец постоянно был занят. Поговаривали, что он использует Астрономическую Башню с любым — парнем или девушкой — кто был готов пойти с ним.

— Ах, это, — пренебрежительно отозвалась Панси, взмахнув ножницами. — А разве не очевидно, что он делает? Он пытается доказать, что не нуждается в Поттере.

— Ему это прекрасно удаётся, — ответила Гермиона, тайком бросив взгляд на стол, за которым работал Гарри. Они с Роном тыкали свою капусту, отпрыгивая и хохоча каждый раз, когда растение хватало их. — Гарри убеждён в этом.

Панси пожала плечами и тревожно пискнула, когда капуста попыталась укусить её за палец.

— Он слизеринец, Грейнджер, — сказала она, аккуратно ставя своё растение на место. — А что он должен делать? Плакать, сидя перед камином с бутылкой Сливочного пива, как какой-то гриффиндурок? Жизнь продолжается. Кроме того, он просто старается привлечь внимание Поттера.

Гермиона положила свои ножницы на стол и настороженно посмотрела на Панси.

— И у него неплохо получается. Ты должна была видеть выражение лица Гарри прошлым вечером, когда Лаванда Браун дефилировала, закутанная в рубашку Малфоя, в которой тот был на обеде.

Панси усмехнулась, осторожно тыкнув своё растение, чтобы посмотреть, успокоилось ли оно.

— Ну, видишь ли, это своеобразная жертва. Драко очень щепетилен во всём, что касается его одежды. Он бы никогда не отдал свою рубашку, если бы не хотел, чтобы Гарри это заметил.

Глава 5.

Гарри беспокойно ворочался во сне, его рука крепко сжимала зелёные шёлковые боксёры, которые он прихватил ночью. Он схватил их случайно, одеваясь в спешке то утро, когда Гермиона и Панси нашли их обнажёнными в Выручай-комнате. И хотя Гарри и отрицал бы всё, если бы кто-то вдруг вздумал его обвинить, ему нравилось держать их поближе к себе.

Он уже и позабыл, что засунул такую явную улику в карман, и даже не понял, что они не принадлежат ему, пока на следующий день домашние эльфы не принесли его чистую и выглаженную одежду. Он обнаружил свежевыстиранные зелёные шёлковые боксёры сверху стопки белья. Его лицо приобрело багровый оттенок при мысли о том, что он случайно прихватил трусы Драко.

Сначала Гарри оставил тёмно зелёный шёлк в стопке сложенной одежды, отказываясь даже прикасаться к нему. Но, проворочавшись несколько часов, он всё-таки выполз из кровати, вытащил из шкафа боксёры, украшенные ярким серебряным гербом Слизерина, и засунул их себе под подушку. После это он крепко спал, чувствуя себя до странности уютно из-за того, что какая-то вещь Драко находилась рядом.

И теперь, хотя они с Драко и провели месяц старательно избегая друг друга, Гарри стал отвратительно зависимым от куска ткани. Создавалось впечатление, что Драко чувствовал такое сильнейшее отвращение к тому, что произошло, что перетрахал половину школы, чтобы вытравить из памяти воспоминания о проведённых вместе двух днях. По мере того, как Драко все больше отдалялся от него, Гарри чувствовал какое-то странное удовлетворение, зная, что их встреча была на самом деле, и что у него есть материальное доказательство этого. Не проходило дня, чтобы слухи о подвигах Драко не достигали его ушей.

Гарри сонно моргнул, вырванный из очередного кошмара храпом Рона. Он перевернулся в кровати, по-прежнему прижимая боксёры к груди. Его мысли вновь вернулись к белокурому слизеринцу, его мозг обдумывал последнюю хогвартскую сплетню — Драко больше не интересовали студенты, и теперь он активно преследовал нового профессора по Защите от Тёмных Искусств, который был необычайно привлекательным мужчиной, и к тому же в два раза старше.

"Это не соответствует тому, что я знаю о Драко", — возразил сам себе Гарри, его пальцы рассеянно поглаживали шёлковую ткань. «Ни одна сплетня. Я хочу...» — мысли Гарри замерли. Он не был уверен в том, чего именно хочет. Хотел ли он, чтобы всё обернулось по-другому, чтобы он и Драко никогда не были такими идиотами? "Нет", — вспыхнуло в мозгу, и следом пришли воспоминания о собственном обнажённом теле, обвившемся вокруг Драко. Или он хотел, чтобы всё сложилось иначе на следующее утро после тех выходных? Мерлин, да! Голова Гарри тяжело упала на подушку. Он в тысячный раз перебирал в памяти события тех дней, стараясь определить, когда всё пошло не так.

* * *
— Ты должен прекратить это, Дрей, — пожаловалась Панси, сидя на раковине в ванной комнате мальчиков.

Драко закатил глаза и нанёс на лицо побольше пены, чтобы побриться. Это было одним из его запретных удовольствий — бриться, как маггл. Отец убил бы его, если бы узнал, что сын предпочитает приводить себя в порядок маггловским способом, но Драко нравилось, это всегда позволяло ему расслабиться. Используя же бритвенные чары, он чувствовал себя так, будто срезает верхний слой кожи.

— Я никому не причиняю вреда.

Панси фыркнула и вытянула ноги. Пижамные штаны Драко несколько раз были подвёрнуты, чтобы ей было достаточно удобно их носить. Он бросил взгляд на кашемировую пижаму, слегка качая головой. "Я должен купить ей пижаму на Рождество", — рассеянно подумал Драко, и снова перенёс своё внимание на бритву, зажатую в руке.

— Да, — произнесла она, в голосе проскользнула толика презрения. — Ты пока никому не причинил вреда.

Драко скривил губы, осторожно проводя бритвой по подбородку. Аккуратным движением он закончил и смыл пену с бритвы, а затем повернулся к Панси.

— Я очень осторожен, — ровно произнёс он.

— Драко, вся школа убеждена, что у половины слизеринцев и большинства рейвенкловцев был с тобой секс! — воскликнула она, ударяя кулаком по бедру. — И даже у нескольких хаффлпафцев и гриффиндурков, ради Мерлина!

— И?

— И это неправильно! Поттер не сказал об этом ни слова! Почему ты продолжаешь так поступать? Что если это только отталкивает его?

Драко бросил на неё нечитаемый взгляд и включил кран, чтобы смыть с лица остатки пены. Девушка молча протянула ему полотенце, её губы сложились в тонкую линию.

— Панси, — тихо произнёс он, его глаза заледенели. — Для начала, я не могу оттолкнуть его, потому что он никогда моим и не был. Я буду лучше считать, что он просто тупой, — вздыхая, пробормотал он.

— Тебе следует сказать это Поттеру, а не мне, — её голос смягчился. — Драко, я на самом деле думаю, что ты ему нравишься. Я не знаю, что произошло между вами двумя в те выходные. Я ничем не могу тебе помочь, но чувствую, что есть что-то важное, о чём ты мне не рассказываешь. Дрей, ты влю...

— Я полагаю, что ты спутала меня с гриффиндорцем, — пошутил он, заставив себя рассмеяться, и обнял девушку за плечи, когда она спрыгнула с раковины. — Слизеринец никогда не врёт себе в таких вопросах.

Панси с минуту помолчала, неохотно соглашаясь с другом. Это совсем не по-слизерински — поступать таким образом. Медленная улыбка осветила её лицо, когда её посетила идея.

— Драко, у тебя есть планы на сегодняшний вечер?

Он вздрогнул от такой неожиданной смены настроения, но пожал плечами и кивнул.

— Я собирался пригласить Ханну Эббот в заброшенный класс по Чарам, — ответил он.

— И что же милая мисс Эббот собирается потом вспомнит о вас двоих? — спросила Панси, слегка поддразнивая его.

Драко поколебался, прежде чем ответить.

— Э, я ещё не решил, — признал он. — Как она делает мне минет? Это самое простое и безобидное.

Панси крепче прижалась к нему и подняла голову.

— Пригласи Лаванду Браун на Астрономическую Башню, — усмехнулась она.

Драко с минуту выглядел обескураженным, но пожал плечами и согласился. В конце концов, какая разница.

* * *
— ...наверх с ней прямо сейчас, — раздался возбуждённый голос пятикурсницы. Она восторженно повизгивала от такой сочной сплетни.

— Можешь себе представить? — ответила её подруга, её лицо выражало мечтательность. — Я отдала бы всё что угодно, чтобы оказаться на месте Лаванды — наедине с Драко Малфоем на вершине Астрономической Башни. Как романтично!

Гарри приподнялся со своего места на диване перед камином, его учебник по Зельям с приглушённым стуком упал на пол. Он огляделся вокруг и, убедившись, что больше никто не подслушал болтовню девчонок, вскочил на ноги. "Ну, хватит", — решил он, сердито шагая через портрет.

Гермиона наблюдала, как уходит Гарри, и её лицо исказила мрачная усмешка. Как только дверь за юношей захлопнулась, она пересекла комнату и вложила в руку каждой девушки по галлеону.

— До сих пор не могу поверить, что ты платишь нам за сплетни, Гермиона, — покраснев, хихикнула одна из них. — Я имею в виду, мы не сказали ни слова лжи.

Гермиона, вздохнув, закатила глаза и развернулась, чтобы снова углубиться в домашнее задание. Она только надеялась, что Гарри был достаточно умён, чтобы извлечь выгоду из услышанного. Это было всё, что она могла сделать.

* * *
Гарри несколько раз чуть не потерял самообладание, пока бежал к башне. Его решимость крепла с каждым разом, когда он вспоминал Лаванду, в последний раз вернувшуюся со свидания в малфоевской рубашке. Рука Гарри скользнула в карман, и пальцы сжались вокруг шёлковых трусов, которые он теперь всегда носил с собой. Он их, конечно же, трансфигурировал, и они выглядели как носовой платок, если бы вдруг кто-то увидел их. Мысль о том, что кто-то ещё мог носить при себе частичку Драко, была невыносима для Гарри.

" Я оттащу от него эту сучку, если придётся, — зло подумал Гарри, штурмуя следующий пролёт, казалось, бесконечной лестницы, ведущей на самую верхушку Башни. — Если он мог быть с ней, а также с половиной всех тех, с кем переспал за прошедший месяц, то он, определённо может побыть и со мной раз или два".

Гарри остановился и резко выдохнул, что слишком громко прозвучало в каменном коридоре. "Это именно то, что я хочу? Стать ещё одним номером в списке Драко? Стать кем-то, с кем у него так часто происходит случайный секс?" В его голове прозвучал отрицательный ответ, а тело взбунтовалось, его член резко встал по стойке "смирно" только лишь от простой мысли о сексе с Драко, случайном или нет.

"Это не будет значить для него ровным счётом ничего", — прозвучало в его голове предупреждение, и Гарри почувствовал, как сжалась грудь при мысли о том, что он может стать всего лишь сексуальной игрушкой Драко, в то время как ему хотелось гораздо большего. Стоит ли это того?

Гарри остановился и засунул зелёный шёлк в карман мантии. Он уже начал спускаться вниз по лестнице, но, пройдя всего лишь несколько ступенек, заколебался. "Чёрт с ним", — резко подумал он, развернувшись на пятках, и промчался оставшиеся два лестничных пролёта на самый верх.

Его рука дрожала, когда он потянулся к закрытой двери. Он предполагал, что то, что он увидит в комнате, может заставить его передумать. Что если Драко нежно гладит лицо Лаванды также, как гладил лицо самого Гарри в ту ночь? Что если он, смеясь, откидывает назад свои великолепные платиновые волосы, а его обычно скрытые от всех эмоции выпущены на свободу? Что если он такой, каким видел его Гарри в течение тех двух ночей в Выручай-комнате?

Собрав по крупицам всё своё гриффиндорское мужество и нервничая сильнее, чем когда смотрел в глаза Тёмного Лорда, Гарри повернул ручку. Скрип старой деревянной двери громким эхом отразился от каменных стен. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул, прежде чем, приготовившись к худшему, шагнуть внутрь.

Первое, что отметил Гарри, была тишина. Было слишком тихо, чтобы предположить, что Драко и Лаванда предаются безудержному сексу. А Гарри на собственном опыте знал, что Драко ахает и стонет от получаемого наслаждения.

Он крепко стиснул зубы, прежде чем открыть глаза. То, что он увидел, потрясло его гораздо сильнее, чем все те картины, что он так ярко — и гневно — успел себе нарисовать.

Лаванда Браун спокойно сидела, уставившись в стену. Драко же, со своей стороны, услышал скрип петель открывшейся двери. Он вскочил на шум, пряча — домашнее задание? — за спину, чтобы не увидел незваный гость.

— Драко? — в полном замешательстве спросил Гарри.

Драко скривился и положил перо на стопку книг, лежащую на столе. Его взгляд метнулся к Лаванде, не заметившей прихода Гарри, на её невыразительном лице блуждала слабая мечтательная улыбка.

— Что здесь, чёрт побери, происходит? — потребовал ответа Гарри, пересекая комнату, чтобы помахать рукой перед глазами Лаванды.

— Она тебя не видит и не слышит, — тихо произнёс Драко, аккуратно сворачивая пергамент, который читал, и откладывая его к книгам.

— Что ты с ней сделал? — выплюнул Гарри, зелёные глаза загорелись. Он ожидал, что они занимаются сексом, но...но не то, что сейчас предстало его взгляду.

— Простые Чары памяти, — тусклым голосом произнёс Драко.

— Чары памяти, — повторил Гарри, в его голосе явно прозвучало снисхождение. "Ему что, недостаточно их тел...он ещё и вмешивается в их мысли?"

Драко смущённо засунул руки в карманы брюк, и сейчас, когда внимание Гарри было отвлечено от Лаванды, он впервые заметил, как мило взъерошен слизеринец.

Отлично сшитые брюки Драко обтягивали стройные ноги, причём этот факт усугублялся сжатыми в карманах кулаками. Рукава его обычной школьной рубашки были закатаны, и на обозрение выставлены предплечья. Гарри залюбовался, восхищённый крошечными светлыми волосками, едва выделяющимися на бледной коже. Несколько верхних пуговиц на рубашке Драко также расстегнулись, его серебристо-зелёный галстук висел кое-как, узел был ослаблен для удобства.

— Что за блядь, Драко? — повторил Гарри, заталкивая поглубже желание и позволяя гневу снова вырваться наружу.

Он пробежался глазами снизу вверх по телу Драко, и тяжёлый взгляд задержался на бледном лице. Но вместо обороны или гнева, как ожидал Гарри, черты лица белокурого юноши были искажены страданием.

— Драко, что происходит? — тихо спросил он, чувствуя, как исчезает гнев при виде столь очевидной боли на обычно таком бесстрастном лице.

Малфой вздохнул и направился к Лаванде, не сделавшей не единого движения во время их диалога.

— Я привёл её сюда в качестве своего алиби, — пробормотал он, пожимая плечами. — Это не причинит ей вреда. Она пришла сюда по собственной воле.

Гарри вскинул голову, в мозгу что-то щёлкнуло. Он заглянул через плечо Драко на домашнее задание, над которым работал блондинчик, гадая, почему тому необходимо алиби, чтобы закончить своё задание.

— Что она будет помнить? — осторожно спросил он, и его зелёные глаза сузились.

— Как делала мне минет, — просто ответил Драко, глядя в сторону.

— Драко, это же...

— Это то, что могла бы сделать, Поттер. Это то, что она пришла сделать по доброй воле. Это я не захотел, разве это не очевидно? Я именно тот единственный, кто лучше поработает над эссе по Зельям, чем потрахается с красивой девушкой. Вот где проблема.

Гарри потерял дар речи, он безмолвно переводил взгляд с Лаванды на Драко. И хотя его ум всё ещё занимали хитроумные методы слизеринца — использование Чар памяти подобным образом не являлось чем-то нелегальным — у него на сердце потеплело в первый раз с тех пор, как он покинул Выручай-комнату.

— А другие?

Драко начал расхаживать по комнате, понимая, что ему гораздо легче говорить, когда он не смотрит в лицо Гарри. Это было именно то, о чём его предупреждала Панси — что в один момент чары не сработают, или кто-то войдёт и обнаружит, чем он занимается на самом деле. Гарри мог разнести так тщательно созданную репутацию слизеринского принца, как карточный домик одним удачно вставленным комментарием. Сплетня распространится, как лесной пожар, и Драко останется униженным и одиноким.

"Ну что ж, — мрачно подумал он. — Другого выхода нет".

— То же самое. В первую ночь — я полагаю, это был Смит? — я попытался. Я просто...не смог. Я не хотел, чтобы он всем рассказал, что у меня не получилось, что я оказался не на высоте, поэтому использовал простые Чары памяти. Он ушёл, полностью уверенный, что у нас был фантастический секс.

Драко судорожно сглотнул, слова потоком лились из его рта, когда он произносил своё признание. Неожиданно ему показалось жизненно важным, чтобы Гарри знал всю правду.

— А на следующий день во время завтрака я видел, каким безразличным ты был, сидя за своим столом и болтая со своими друзьями, как будто нашего уикэнда никогда и не было, — сказал Драко, не сводя с Гарри взгляда. Его обычно яркие и живые серые глаза заледенели, такие соблазнительные губы выражали разочарование. — Я был...уничтожен.

Уничтожен? Мысли Гарри безостановочно прокручивали в голове это слово. "Драко был уничтожен, потому что я не казался расстроенным? Подождите, Драко был расстроен?"

— Что ты можешь быть таким равнодушным к тому, что, честно говоря, было одним из лучших переживаний в моей жизни... — Драко резко замолчал, покачивая головой. — ...и мне было больно. Это причинило мне такую боль, которую я даже не мог себе представить.

Драко поднял на Гарри глаза, его лицо было абсолютно открытым и серьёзным. Гарри почти забыл, как дышать, когда увидел так ярко написанные на лице Драко эмоции — любовь, отчаяние, боль.

— И поэтому я захотел, чтобы тебе тоже стало больно, хотя бы немного. И ещё более важно, я хотел показать тебе, что для меня это тоже ничего не значит, — продолжил Драко, рассеянно поглаживая пальцами крышку стола, — И вот мы здесь.

В горле Гарри пересохло, и он не смог издать ни звука. Он открыл было рот, но оттуда не вылетело ни слова. Он даже не знал, какие слова следует использовать в данном случае.

Драко кивнул, как будто молчание Гарри было вполне ожидаемо. Он вскинул палочку в сторону Лаванды, которая внезапно заморгала.

— Драко, это было изумительно. Ты такой... Гарри? — её мечтательные слова переросли в потрясённый вопль, она ощупала одежду, как будто полагала, что может оказаться обнажённой. Она озадаченно опустила глаза, когда обнаружила, что полностью одета.

— Ты уснула, — тихо произнёс Драко, и взгляд Лаванды расфокусировался. Она кивнула. — Мы закончили...и ты права, ты была просто невероятна...и ты уснула. Гарри пошёл искать тебя, потому что волновался, и наткнулся на нас. Не сердись на него. Он просто искал тебя. А сейчас возвращайся с ним в свою Башню.

Лаванда покорно поднялась, нежно улыбнулась Гарри и покачала головой.

— Не все настолько непорочны, как ты, Гарри, — поддразнила она, её улыбка стала шире, когда тот густо покраснел. — Но спасибо за то, что пришёл за мной. Нехорошо быть пойманной после комендантского часа.

Она взяла Гарри за руку и потянула в сторону открытой двери.

— Драко...

— Можешь рассказать об этом кому угодно, Поттер, — усмехнулся Драко, на лицо вернулось обычное снисходительное выражение. — Тебе, в любом случае, никто не поверит.

Гарри, ошеломлённый внезапной сменой настроения Драко, вышел из комнаты. Когда он и Лаванда вошли в гостиную Гриффиндора десять минут спустя, он всё ещё не знал, что делать с тем, что только что произошло.

Глава 6.

Гермиона встревоженно наблюдала за тем, как Гарри в очередной раз зачерпывая ложкой комковатую овсянку, рассеянно держал её на весу и равнодушно смотрел, как комки падают назад в клейкую массу, прежде чем перевернуть ложку и вылить остатки в тарелку. Ложка, капля, куча. Ложка, капля, куча. Наконец, она протянула руку и схватила его за запястье, останавливая бессмысленные движения.

— Прекрати! Ради всего святого, прекрати, — прошипела она, не выпуская его до тех пор, пока не убедилась, что он обратил на неё внимание. — Ты сводишь меня с ума.

Скривившись, Гарри тихо извинился, и ложка с грохотом упала на стол. Хоть он и разговаривал с ней, взляд его не отрывался от другого конца Большого зала. Он смотрел на пустое место Драко Малфоя за слизеринским столом

— Он не приходит есть уже шесть дней, — прошептал Гарри, зная, что Гермионе не нужны пояснения. Она точно знала, о ком он говорит. О том самом человеке, о ком он говорил с той самой ночи в башне. — Шесть дней, Гермиона. Он, может быть заболел или ранен..

— С ним всё хорошо, — рассеянно произнесла девушка, взяв в руки перо, чтобы отметить раздел в эссе по Чарам, которое она просматривала во время завтрака.

— Откуда ты можешь это знать? Никто за последние дни не видел его вне уроков, — Гарри прищурился, наблюдая за молодой ведьмой, с легкостью определив обман по языку её тела. — Тебе что-то известно.

По щекам Гермионы разлился густой румянец, она молча корила себя за то, что проговорилась. — Я знаю, что мадам Помфри никогда не позволит ему заморить себя голодом.

Гарри наморщил лоб, внимательно изучая девушку. Он видел явные признаки лжи, которые выучил за годы, наблюдая за ней, когда она лгала другим. Она прикусила губу и избегала встречаться с ним глазами. "Лжёт", — подумал он, испытывая внезапную злость на Гермиону, знающую о Драко то, чего не знал он сам.

— Что тебе известно?

Его резкий тон немедленно привлёк к ним внимание, и Гермиона снова схватила его за запястье, на этот раз потянув юношу из кресла.

— Не здесь, — прошипела она, подхватив своё эссе и сумку, и направилась к двери. Гарри последовал за ней, позабыв под столом свою собственную сумку. Едва ли это имело значение, когда Гермионе было известно что-то об отсутствии Драко.

Гермиона молча прошла мимо рыцарских доспехов, стоящих на страже около Большого зала, потом по почти пустому коридору с развешанными по стенам болтающими портретами. Он следовал за ней по пятам и приглашающе распахнул и придержал дверь, ведущую на улицу, когда она остановилась в пустом коридоре. Она провела его вниз по ступенькам, где уселась на низкой каменной скамье недалеко от замка.

— Малфой получил специальное разрешение от Слагхорна не посещать сдвоенные занятия Слизерина и Гриффиндора, — произнесла Гермиона, отводя глаза. Она теребила ручку сумки, чувствуя себя гораздо лучше, концентрируясь на чём-то элементарном. — А точнее — все занятия, которые Слизерин делит с Гриффиндором. На этой неделе он был на Арифмантике и Рунах.

— Итак, он пропускает занятия по Зельям и Трансфигурации? Я могу понять, что Слагхорн позволяет ему прогуливать, но чтобы Андромеда...

Андромеда Тонкс сейчас преподавала Трансфигурацию, так как МакГонагалл теперь занимала пост директора, и ей просто не хватало времени на преподавание и административную работу. Для Андромеды это было спасением, она привезла с собой в школу Тедди, подальше от старого дома и воспоминаний о дочери и её муже. Это очень устраивало Гарри, так как означало, что он сможет чаще видеть крестника, а мальчик, казалось, вообще расцвёл.

Гермиона кинула на Гарри тяжёлый взгляд и вздохнула, увидев искреннее непонимание на его лице.

— Она его тётя, помнишь?

Гарри недовольно пожал плечами, ковыряя ногой грязь около скамейки.

— И что?

— Поэтому она не хочет, чтобы он находился рядом с тем, кто причинил ему такую боль.

У Гарри в голове что-то щёлкнуло, а на лице явно проступило шокированное выражение.

— Причинил боль?

Гермиона нетерпеливо фыркнула и скрестила на груди руки.

— Да, причинил боль, — произнесла она, её обычно добрые карие глаза сейчас пылали праведным гневом. — Он признался, как сильно хочет тебя, а ты просто оставил его там! Ни слова, ни единого взгляда напоследок — ты просто ушёл. Гарри, как ты думаешь, что он чувствует? Он убеждён, что ты его ненавидишь.

С минуту Гарри молчал, обдумывая резкие слова Гермионы. Это было правдой — он не ответил на признание Драко, но ведь тот и не дал ему такой возможности. Он разбудил Лаванду и практически выставил их из комнаты. С тех пор Гарри его не видел, и поэтому никакой возможности извиниться у него не было.

— Когда-нибудь я непременно выясню, как тебе всегда удаётся узнавать о подобных вещах, — сказал он, качая головой. Гарри заметил, как Гермиона слегка напряглась, но проигнорировал этот факт. — Он говорил с тобой об этом?

Она покачала головой, и её глаза снова приобрели своё обычное выражение.

— Конечно, нет. Но ты говорила с кем-то, кто разговаривал с ним, — произнёс он, внимательно наблюдая за подругой. Поколебавшись, она кивнула, но старательно отвела глаза. — Полагаю, это была Панси, потому что именно она находилась рядом, когда ты заперла меня в той комнате.

Гермиона не двигалась, крепче сжав губы.

— Должно быть, Панси рассказала тебе о чувствах Драко. А ты ей сообщила о том, что чувствую я?

Гермиона всё ещё не двигалась, избегая его взгляда.

— Я расцениваю твоё молчание как да, — произнёс Гарри, подумав с минуту. — Я предполагаю, что это означает, что Драко знает, что чувствую я, но, тем не менее, не верит Панси. Скажи-ка мне, Гермиона, чего я не знаю относительно чувств Драко ко мне?

Она глубоко вздохнула, наконец поднимая голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Несколько минут девушка молчала, внимательно вглядываясь в зелёные глаза. Он выглядел искренне обеспокоенным.

— Он тебя любит, — прошептала она, внимательно разглядывая свои колени. — Он этого, конечно, не признаёт, но Панси в этом уверена. Он... он сломлен тем, что произошло.

— Подожди... ты сказала, что он был на занятиях вместе с тобой на этой неделе. Вчера он был?

Гермиона покачала головой.

— А когда был в последний раз? — спросил Гарри, в его голосе проскользнуло лёгкое отчаяние. "Он не мог уехать", — подумал он, а сердце упало. — Когда ты видела его в последний раз, Гермиона?

— Во вторник, — прошептала она, загоняя внутрь слёзы.

Сегодня была суббота.

Грудь Гарри напряглась, и он изо всех сил попытался глубоко вздохнуть. Вторник? Тяжёлое дурное предчувствие распространилось в желудке, когда он, посчитав дни, понял, что прошла почти неделя с тех пор, как кто-то, кроме слизеринцев, видел Драко.

— Вторник, — хрипло повторил он. — И ты даже не подумала сказать мне?

Гермиона прищурилась, слёзы полились по щекам, но она их даже не заметила.

— Что я должна была сказать? Я пообещала ему, что не буду больше вмешиваться. Это полностью моя вина, и это самое меньшее, что я могла для него сделать.

— Ты обещала ему? Ты мой лучший друг, Гермиона!

Она поднялась и злым движением схватила сумку.

— Ты не видел его после того, как ушёл. А я видела, — сказала она, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — Он выглядел ужасно. Просто абсолютно ужасно.

— Где он?

Гермиона направилась к замку. Она практически бежала, но Гарри не отставал.

— Оставь его в покое, пока не поймёшь, чего же ты хочешь, — выплюнула она, перепрыгнув сразу через две ступеньки. Дверь распахнулась раньше, чем они успели дойти до неё, и перед ними появился Рон. Его улыбка сразу погасла при виде двух злых лиц. — И меня тоже оставь в покое, Гарри Поттер, пока ты не поймёшь, как нужно относиться к своим друзьям.

Рон бросил на друга озадаченный взгляд, снимая с плеча Гермионы сумку. Он обнял девушку и повёл в замок, бормоча слова утешения, пока они не скрылись из виду.

"Блядь", — подумал Гарри, изо всех сил впечатывая кулак в каменную стену.

* * *
Два дня прошло без единой весточки от Драко, несмотря на то, что Гарри отправил ему дюжину посланий, в которых умолял Драко позволить ему всё объяснить. Гарри провёл большую часть времени, прячась ото всех в заброшенных классах или в Выручай-комнате. Он не мог находиться в спальне, потому что Рон злился на него из-за Гермионы, хотя молодая ведьма и не рассказала, что явилось причиной их ссоры. Гарри полагал, что ему следует быть благодарным и за это после того как он накричал на неё. Общая гостиная отпадала тоже, так как Джинни (которой Гермиона, очевидно, доверилась) бросала на него убийственные взгляды всякий раз, когда он там появлялся. Библиотека тоже не подходила, потому что там часто бывала Гермиона, а она до сих пор с ним не разговаривала.

"Поэтому я здесь", — мрачно подумал он, пробегая пальцами по грязным книжным полкам в старом классе Трансфигурации. — "По крайней мере, я здесь один".

— Какой же ты неуловимый, Поттер, — растягивая слова, произнесла Панси, проскользнув в открытую дверь. Её лицо было мрачным, но Гарри был рад её внезапному появлению — если слизеринка искала его, вполне вероятно, у неё новости о Драко.

— Прекрати слать Драко сов. Они все переадресовываются мне, а мне совсем неинтересно и дальше читать твои жалкие бессвязные послания, — продолжила она, разбивая вдребезги надежду, что сам Драко отправил её в качестве эмиссара.

— А почему они приходят тебе? — прищурив глаза, поинтересовался Гарри. Он все свои письма адресовал Драко, и совы — даже школьные, которых он использовал после смерти Хедвиг — всегда были очень надёжны.

Панси с минуту наблюдала за ним, её взгляд был жёстким, пока она просчитывала варианты. Инструкции Драко были весьма чёткими, но он не заставил её дать Магическую клятву или Непреложный обет.

— Ты на самом деле имеешь в виду то, что писал в своих письмах? — спросила она без всякого вступления или перехода.

— Да, — ответил Гарри, решив, что честность-лучшая политика.

— Ты любишь его и хочешь всем открыться? Не только своим друзьям, но и обществу? Вас обоих будут преследовать фотографы и репортёры, куда бы вы не пошли и где бы не появились.

Гарри кивнул, надежда снова расцвела у него в душе при этих словах.

— Реакция будет не только положительной, Поттер, — продолжила девушка, её голос был полон тревоги. — Драко простили и оправдали, но многие до сих пор уверены, что он был Пожирателем Смерти.

Гарри пожал плечами, не в силах вымолвить ни слова.

— Он, конечно же, им не был. Но ты это знаешь. Ты ведь свидетельствовал на его суде.

Он не ответил, ожидая, к чему приведёт этот разговор.

— Знаешь, именно тогда он в первый раз заметил тебя. Великий Гарри Поттер, появившийся из ниоткуда, чтобы помочь семье Малфоев. Он не мог поверить, когда ты свидетельствовал и в пользу его родителей. Если бы не ты, они бы оказались в Азкабане. Я уверена, что ты это понимаешь.

Гарри ощетинился от нелепого предположения, что он помог Малфоям, чтобы добиться Драко. В то время он даже не был уверен, что ему нравятся мужчины, а Драко определённо был не в его вкусе.

— Если ты имеешь в виду, что я интересую его только потому...

— Отличный ответ, Поттер, — оборвала его девушка. — Нет, это не единственная причина. Хотя именно в тот раз он впервые заметил тебя. Первый раз, когда он посмотрел на тебя, как на человека, а не как на Мальчика-Который-Выжил, на отвратительного маленького любимчика Дамблдора.

Она снова замолчала, отведя взгляд от Гарри, пока она спорила сама с собой, как поступить. Вполне вероятно, Драко никогда не простит её за то, что она собиралась сделать, даже если всё будет хорошо. Она вздохнула. Он был её лучшим другом, и она очень хотела, чтобы он был счастлив. Даже если то, что может принести ему счастье, может также и сделать его несчастным.

— Он перевёлся в Дурмстранг, — неожиданно произнесла она, глядя на ошеломлённого её откровениями Гарри. — Возьми тёплую одежду. Последние два его письма полны жалобами на холод в замке.

Глава 7.

Рука Гарри дрожала от пробирающего до костей мороза, когда он в ожидании стоял на улице — директор уверил его, что у Драко сейчас как раз последний урок. Приемник Каркарова был в восторге от того, что принимает в Дурмстранге великого Гарри Поттера. Лицо Гарри уже болело от бесконечных улыбок во время всех тех нелепых церемоний, которые ему продемонстрировал новый директор. Фотографии с самим директором. Ланч с Советом управляющих. Визит к профессору по Защите от Тёмных Искусств, который просто таки настаивал на дружеской дуэли, чтобы испытать свои навыки на Мальчике-Который-Выжил.

Гарри рассеянно потёр плечо, счастливый оттого, что от костеломающего проклятия, которое бросил в него мужчина в конце тренировки, осталась лишь пульсирующая боль. "Джентльменская дуэль, блядь", — поморщившись, подумал он, слегка повращав плечом, чтобы проверить восстановленный сустав.

Его внимание снова сосредоточилось на настоящем, когда тяжёлая дубовая дверь перед ним открылась. Он отступил назад, внимательно глядя на густой поток проходивших мимо студентов. Все они шли в одном направлении. Юноше было известно, что Большой Зал Дурмстранга находится именно там, и он предполагал, что все направляются на обед. Он похлопал по карману своей тяжёлой мантии, удостоверяясь, что ничего не забыл.

— Драко, — быстро произнёс он, увидев белокурого юношу, плотно закутанного в толстую мантию, отороченную горностаем.

Серые глаза распахнулись, и на короткое мгновение в них промелькнула радость, прежде чем снова вернулась маска, закрывая все эмоции и лишая лицо всяческого выражения. Сердце Гарри забилось быстрее.

— Поттер, — холодно произнёс он, наклонив голову. — Что привело тебя в Дурмстранг?

Горло Гарри сжалось от холода, прозвучавшего в голосе Драко, но он заставил себя заговорить, не желая позволить своему, возможно, последнему шансу, выскользнуть из рук.

— Ты, — ответил он, впихнув коробку в руки Драко.

Серые глаза прищурились, но Драко взял протянутый пакет и спрятал его под мантию, одновременно уводя Гарри подальше от классной комнаты. Молча они прошли множество коридоров и несколько лестничных пролётов. Из его ранней экскурсии по замку и его окрестностям Гарри было известно, что направляются они в общежитие.

Драко хранил молчание — он заговорил всего лишь один раз, чтобы назвать пароль для входа в свою комнату — до тех пор, пока дверь не закрылась за ним. В ту же минуту, когда они остались наедине, он развернулся к Гарри, гнев исходил от него почти осязаемыми волнами.

— Что, чёрт возьми, ты здесь делаешь, Поттер? — прошипел он, расстёгивая застёжки на своей мантии и бросая её на спинку стоящего в углу высокого стула.

Гарри оглядел богато обставленные комнаты — антикварный буфет, очень удобная, судя по её виду, софа, кресла и небольшая обеденная зона. В конце гостиной можно было увидеть ещё две двери, ведущие, по всей видимости, в спальню Драко и в ванную комнату.

— У тебя собственная комната? — спросил он, полностью игнорируя гнев бывшего слизеринца.

— Поттер! — рявкнул тот, ударив ладонями по близ стоящему столу. — Сосредоточься! Что. Ты. Здесь. Делаешь?

Гарри облизнул губы и сглотнул, одновременно снимая мантию, предварительно вытащив из кармана небольшую тростинку. Он поставил её на антикварный столик в столовой, использовав свою палочку, чтобы увеличить её. Крошечная вещица внезапно превратилась в гигантскую корзину для пикника.

— Собираюсь накормить тебя обедом, — небрежно бросил Гарри, взмахнув волшебной палочкой.

Содержимое корзины откликнулось на его команду: всё распаковалось само, и еда сама расположилась на столе. Рядом находились длинные конической формы свечи, изящно установленные в подсвечники из горного хрусталя. Посуда из тонкого китайского фарфора, серебряные столовые приборы и бутылка Огневиски довершали сервировку.

— Обед, — глухо повторил Драко, наблюдая разворачивающуюся перед ним сцену.

— Мы, кажется, прекрасно ладим во время еды, — произнёс Гарри, вспомнив время заточения в Выручай-комнате. — Это и, ну, когда мы пили, — добавил он, слегка покраснев, указывая на бутылку с янтарной жидкостью.

— Обед, — снова проговорил Драко, и слово очень странно прозвучало у него на языке. Гарри проделал весь этот путь, чтобы принести ему...обед?

— Не забудь свой подарок, — сказал Гарри, вспомнив про коробку, ранее переданную Драко. Он пошарил под толстой меховой мантией, которую отбросил Драко, нашёл коробку и подал её блондину. — Открой её.

Пальцы Драко слегка подрагивали, пока он разворачивал коричневую упаковку и вытаскивал плоскую белую коробку. Он открыл её, и с его губ сорвался удивлённый смех, когда его руки нащупали внутри мягкий кашемир.

— Шапка, — произнёс он, холодная ярость, звучавшая в его голосе сменилась удивлением. — Ты принёс мне обед и шапку.

— А я подлизался к Панси, — сказал Гарри, обеспокоенный тем, что Драко обозлится на свою подругу, если узнает, что она добровольно выдала информацию. — Она крепкий орешек. Но я убедил её рассказать мне, где ты находишься. Она сказала, что твоя единственная жалоба на это место заключается в том, что здесь ужасно холодно. Отсюда и шапка.

Драко вытащил шапку из коробки и погладил мягкий кашемир. Он был по-слизерински зелёный.

— Я полагал, что ты тоскуешь по своему факультету, — пожав плечами, ответил Гарри. Он усмехнулся, вытаскивая такую же шапку, только красную, из кармана своих брюк. — Я знаю, что я буду.

— Ты...будешь? — заикаясь произнёс Драко, чей мозг отказывался воспринимать только что произнесённые слова.

— Ты же не думал, что я так легко позволю тебе уехать? Одна ночь с тобой была лучше, чем весь остальной трах, который у меня был, а мы с тобой так далеко даже не дошли, — пошутил он, пытаясь за улыбкой скрыть свою нервозность.

— Кстати, ты был прав насчёт замка, — поморщившись, добавил он. — На улице холод пробирает практически до костей, а классах всего лишь ненамного теплее. Они здесь вообще слышали о Согревающих чарах?

Гарри вздохнул и снова пожал плечами. Его плечо резко запульсировало от движения, и он слегка нахмурился, ощутив эту боль.

— Полагаю, что смогу к этому привыкнуть.

— Полагаю, что смогу к этому привыкнуть, — одеревенело повторил Драко, уставившись на Гарри.

— В конце концов, это всего лишь на несколько месяцев, — мило сказал Гарри, его губы сложились в улыбку. — И ведь к концу весеннего семестра обязательно потеплеет.

— Ты остаёшься, — сказал Драко, наблюдая, как Гарри рассеянно крутит на голове малиновую кашемировую шапку.

— Я пойду туда, куда пойдёшь ты, — сказал он, кивнув. — Мерлин знает, почему ты не мог выбрать более тёплое место, особенно учитывая, что ты ненавидишь холод, но да, я остаюсь.

— Это была единственная школа, принимающая студентов в середине семестра, — ответил Драко, пытаясь загнать внутрь улыбку. — Хотя, я думаю, что ты это и сам знаешь.

— Знаю, просто насколько мне известно, они берут значительную сумму за личную комнату, — сообщил Гарри, он оценивающе оглядел окружающую обстановку. — Новое Малфой-крыло в замке?

Драко засмеялся и покачал головой.

— Просто библиотека.

Гарри улыбнулся и закатил глаза.

— Цена. Моё "пожертвование" — это покупка новых мётел и формы для квиддичной команды. И опять же, я что-то не получил за это номер "люкс".

Взгляд Драко переместился к элегантно накрытому столу, и по его лицу расползлась широкая улыбка, когда он понял, что на столе стоит та самая еда, которую они ели в свою самую первую ночь в Выручай-комнате.

— Пастуший пирог и карри, — произнёс он, снова переводя взгляд на Гарри, — не совсем традиционная раскладка для пикника.

— В отношении нас ничего не бывает традиционным, — печально произнёс Гарри, качая головой. — Мне жаль, я был таким идиотом.

Глаза Драко снова закрылись, но Гарри продолжил свои извинения. Он хотел облегчить свою душу, избавиться от тяжкого груза, чтобы иметь возможность насладиться этим вечером в полной мере. Но, естественно, это будет возможно только если Драко примет его извинения и согласится простить его.

— Меня влечёт к тебе вот уже несколько лет, — признался Гарри, слегка улыбнувшись, когда Драко удивлённо моргнул. — Да, несколько лет. И прежде чем ты хоть что-то скажешь, — нет, то, что я чувствовал по отношению к тебе, никак не повлияло на моё решение свидетельствовать в защиту тебя и твоей семьи. Я сделал это потому, что так было правильно.

— И я не знал, что тебя тоже влекло ко мне. Я узнал об этом уже после суда, — продолжил Гарри, торопясь закончить свой рассказ. — Я постоянно наблюдал за тобой, но полагал, что это потому, что я не доверял тебе. Я понял, что всё намного сложнее, когда попытался заняться сексом с Джин.

Гарри поморщился и запустил пальцы в свои непослушные волосы. Он подумал, что лучше сразу пройти это трудное для него признание, надеясь, что оно заставит Драко понять, насколько он был искренен.

— Всё...пошло не так. Всё было нормально, пока я не закрыл глаза, — он сглотнул, полностью растворившись в воспоминаниях. — Но затем я произнёс твоё имя, и ад разверзся. Джинни плакала, чёрт побери, я тоже плакал. Это была катастрофа.

— Однако это заставило меня оглянуться назад и по-новому, более жёстко, взглянуть на мои чувства к тебе. И я должен признать, что не всё было так плохо. Сначала мне удалось убедить себя, что это просто физическое влечение. Я спал с Чарли, и это немного помогало. Это, по крайней мере, подтвердило, что мне нравятся мужчины, — произнёс он с мрачным смешком.

— Но затем мы снова вернулись в школу, и я видел тебя каждый день. Мы сидели рядом на занятиях, мы провоцировали друг друга на драки в коридорах. И это стало... чем-то большим.

Осторожный взгляд зелёных глаз внимательно изучал лицо блондина, пытаясь понять, что тот думает. Но лицо Драко оставалось бесстрастным и неэмоциональным, не оставляя Гарри иного выхода, как продолжить рассказ.

— Просто чем-то большим. У тебя уйма достоинств. Ты привлекателен — я уверен, что ты это знаешь — но это гораздо большее, чем просто привлекательность. Ты великолепен, ты умён, у тебя уничижительное чувство юмора, которое я нахожу восхитительным, если оно направлено не на меня, — сказал Гарри, хихикнув, так как Драко, наконец, позволил слабой улыбке проскользнуть сквозь маску. — А даже если и на меня, это вызывало такие острые ощущения. Потому что ты думал обо мне, даже если просто для того, чтобы поиздеваться.

Он покраснел, глядя вниз на свои туфли. Мерлин, как же неловко он себя чувствовал. Но Драко выложил ему всё той ночью в башне, а он так по-глупому ушёл. Поэтому Гарри продолжил, несмотря на горящие щёки и сухость во рту.

— Э, помнишь драку в начале года на уроке Зельеварения? Я уронил фиал с желчью армадилла около твоего стола, и несколько капель попало на твои туфли, — Гарри поднял голову, встречаясь глазами с Драко. — Ты схватил меня за мантию, толкая к стене. Ты выглядел таким чертовски восхитительным. Я немедленно возбудился, я был уязвлён, я боялся, что ты почувствуешь мою эрекцию.

Он снова посмотрел вниз, изучая рисунок на обюссоновском ковре, который, как он был уверен, Драко привёз из дома. Ни один из предметов мебели не выглядел здесь на своём месте.

— Я дрочил на воспоминания о твоих руках, сжавших мою мантию, твои глаза метали громы и молнии, пока ты кричал на меня за то, что я такой недотёпа, — признал он, покраснев ещё сильнее. — В эту ночь, и много ночей после этого.

Он глубоко вздохнул, заставляя себя снова посмотреть Драко в глаза. В глубине серых глаз сейчас плескались эмоции. Гарри практически застонал от облегчения, увидев это — красивое лицо Драко снова было открыто ему.

— Всё то время, что мы провели в Выручай-комнате, я панически боялся, что ты обнаружишь мой секрет, мою любовь к тебе, — произнёс Гарри и остановился, услышав резкий вздох Драко. — Вот почему я не хотел пить. Как ты назвал меня? Гриффиндорский пуританин?

Гарри рассмеялся и покачал головой.

— Я боялся, что если мы объединим алкоголь и игры в Правду, ты сразу же поймёшь, насколько порочны мои мысли в отношении тебя.

Он снова облизнул губы и улыбнулся Драко.

— И поверь мне, очень немногие из моих мыслей о тебе были чисты.

Гарри пожал плечами, в очередной раз вздрогнув, когда движение отозвалось болью в повреждённом плече.

— Вот так-то. Проснувшись на следующее утро, я испугался, что ты просто отбросишь прошедшую ночь. Ты выглядел таким невозмутимым, что я притворился, что для меня это ничего не значило. А затем до меня дошли слухи, что ты спишь со всеми подряд, и это ещё раз убедило меня в том, что я поступил правильно. Я не такой, Драко, — серьёзно произнёс Гарри, шагнув к Малфою поближе. — У меня такое уже было, и я ощущал себя пустым. И это не то, чего я хотел бы с тобой. Я не собираюсь становиться твоей постельной игрушкой.

— Нет, ты не такой, — прошептал Драко, и слабая улыбка заиграла на его губах. — Ты Гарри Поттер, парень, который переводится в другую школу, что завоевать кое-кого.

Гарри усмехнулся и сморщил нос.

— Когда ты так говоришь, я чувствую себя таким болваном, — запротестовал он, качая головой. — Но это не так. Я здесь потому, что в ту ночь в Башне был идиотом. Я хотел рассказать тебе, что чувствую, но... Я не знаю. Меня как будто заморозили.

Он задумчиво улыбнулся. Осмелев, потянулся и взял Драко за руку. Когда тот не запротестовал, Гарри притянул его ближе, соединяя и вторые руки.

— Я здесь не для того, чтобы заставить тебя сделать что-то, к чему ты не готов, или чего ты не хочешь, — осторожно произнёс Гарри, переплетая их пальцы. — Я здесь, чтобы сообщить тебе то, чего хочу я, и, если это то, чего хочешь и ты, то я готов. На сто процентов.

Он прикусил губу, изучая лицо Драко.

— Если же ты против, то у нас есть несколько вариантов. Я могу остаться, и мы постараемся узнать друг друга, не являясь при этом парой. Если ты не хочешь, чтобы я здесь находился, я могу уехать, надеясь, что ты, по крайней мере, оставишь нам возможность переписки, и мы сможем иногда разговаривать, — Гарри помолчал и с трудом сглотнул. Последний вариант был самым трудным, но ему было необходимо его озвучить. — Или я могу уехать, а ты выберешь возможность никогда больше со мной не общаться. Я не буду бороться с тобой, если это действительно то, чего ты хочешь.

— Ты идиот, — отрезал Драко, и сердце Гарри сжалось.

Он не знал, что будет делать, если Драко предпочтёт последний вариант. Их вражда последних нескольких недель причиняла боль, но она не шла ни в какое сравнение с той обжигающей физической болью, которую он чувствовал, когда не видел слизеринца на занятиях.

— Ты полный дурак... — продолжил Драко, наклоняясь ближе, его губы почти коснулись губ Гарри, — ...если думаешь, что я позволю тебе снова исчезнуть.

Их рты столкнулись в голодном и отчаянном поцелуе. Оба боролись за господство, не уступая друг другу, объятия становились всё более неистовыми. Стремительное соединение зубов и языков, и невнятные слова любви и ненависти...

— Мерлин, я ненавидел тебя, когда ты ушёл, — прорычал Драко, оттягивая голову Гарри назад, чтобы пососать шею, помечая его и испытывая при этом ликование и восторг.

— Я думаю, что любил тебя и раньше, просто не понимал этого, — простонал Гарри, он крепко зажмурился от удовольствия, смешанного с болью, которую причинил Драко коже на его шее.

— Не понимал, — пробормотал он, высвобождая из захвата Драко свои волосы и снова завладевая его ртом. Поцелуй вышел жёстким и наказывающим. Гарри почувствовал вкус крови, однако не был уверен, чья она. Губы обоих были искусаны и кровоточили, их эмоции были такими необузданными, что грозили вырваться наружу и причинить боль. — Не понимал.

Драко отклонился назад, задыхаясь от дикого поцелуя и водоворота собственных эмоций. Он держал лицо Гарри между ладонями, большие пальцы его рук гладили темноволосого мага по губам.

— Почему ты не сказал мне этого в то утро? Почему ушёл?

— Я не хотел быть просто ещё одним именем в твоём списке, — прошептал Гарри, его голос был едва слышен.

— Ты никогда не будешь ещё одним именем в моём списке, Гарри, — ответил Драко, и его голос понизился до шёпота. — Ты — единственное имя в моём списке.

Ничего не понимая, Гарри поднял голову. Драко обнял его за талию, притянув его настолько близко, что губы коснулись поттеровского уха.

— Мой новый список. Я составил его несколько недель назад. Он называется — Люди, в которых влюблён Драко Малфой, — прошептал Драко, его тёплое дыхание послало волны мурашек по спине Гарри.

Глава 8.

Они, спотыкаясь, двинулись в сторону спальни Драко. Еда на столе была забыта в тот же миг, их мир сузился, и в нём остались только они. Сердце Гарри было переполнено от осознания, что Драко тоже любит его. Он углубил поцелуй и рассмеялся, когда Драко впечатался спиной в стену.

— Неуклюжий, — прошептал он, его губы всё ещё касались губ Драко.

— Я просто отвлёкся, — возразил Драко, отстраняясь на достаточное расстояние, чтобы определить их местоположение. Увидев место назначения — свою комнату — в пределах досягаемости, он погрузился в очередной поцелуй, слепо направляя Гарри через открытую дверь к своей огромной кровати. — Чудесно, поразительно, восхитительно отвлёкся.

Гарри расхохотался, когда они рухнули на кровать, разбрасывая то, что очень сильно напоминало гору из одеял, пока не добрались до матраса. Он приподнял бровь при виде такой впечатляющей горы покрывал, но Драко всего лишь пожал плечами, толкая его и прижимая к кровати.

— Здесь холодно, — сказал он, наклоняясь, чтобы оставить влажный поцелуй на шее и ключице Гарри. Драко нетерпеливо стягивал тяжёлую мантию и джемпер, скрывающие тело Гарри, растягивая ткань, чтобы дотянуться до тёплой золотистой кожи.

— Мне не холодно, — пропыхтел Гарри, поёживаясь от прикосновений Драко, а затем лёгким движением сбросил с себя расстёгнутую мантию и стянул через голову свитер.

— Нет, — сказал Драко. Улыбка осветила его лицо, пока он наблюдал, как Гарри снял мантию, затем к мантии присоединился костюм, и юноша остался по пояс обнажённым. — Определённо, нет.

Гарри раскрыл объятия, и у него перехватило дыхание, когда Драко набросился на него, навалившись всем своим весом. Их смех превратился в стоны, когда они снова поцеловались, на этот раз нежно и менее напористо. Драко слегка прикусил пухлую нижнюю губу Гарри, его язычок прошёлся по обнаруженному небольшому порезу.

— Мне жаль, — произнёс он и нежно поцеловал раненную плоть.

— А мне нет, — прорычал Гарри, перекатив их таким образом, чтобы оба лежали на боку лицом к лицу, обнимая друг друга.

— Я имею в виду твою губу, — пояснил Драко, поднимая руку, чтобы погладить любимого по лицу.

Темноволосый юноша закрыл глаза, растворяясь в нежном прикосновении. Воспоминания о том, как Драко точно также касался его несколько недель назад в Выручай-комнате, нахлынули на него.

— Этот порез.

— Я знаю, — сказал Гарри. Он высунул язык и лизнул ранку, пробуя медный привкус собственной крови. — И мне это нравится.

Драко, ухмыльнувшись, наклонил голову и укусил Гарри за шею. Его острые зубы оставили лёгкий след, но не повредили гладкую кожу.

— Вот так?

— Мммм, — простонал Гарри, желание прошило его с головы до ног. Это было именно то, чего ему так не хватало во встречах с другими партнёрами. Нечто трудноуловимое, но почти материальное — полная вера в другого человека, вера в то, что тот даст ему именно то, что так необходимо, даже если эта необходимость включает в себя немного боли.

— Да.

Драко засмеялся ему в шею, его губы едва задевали покрасневшую кожу, когда он пытался залечить укус лёгкими порхающими поцелуями.

— Кто бы мог предположить, что великий Гарри Поттер любит во время удовольствия испытать боль?

Гарри зажал в кулаке шелковистые волосы Драко и притянул его голову вверх, чтобы они снова смогли обменяться жаркими поцелуями. Его язык ворвался в горячий рот Драко, поглаживая его изнутри. Драко застонал, сквозь слои одежды прижимаясь своим эрегированным членом к члену Гарри и бесстыдно потираясь об него.

— Ты снова назовёшь меня великим Гарри Поттером, когда мы кончим, — прорычал он, его рука прошлась по напряжённой выпуклости, натянувшей брюки Драко, а лицо исказил звериный оскал, когда блондин выгнулся под ним.

Гарри призвал свою палочку, одновременно произнося заклинание, чтобы освободить их обоих от остатков одежды — они уже слишком далеко зашли, чтобы заморачиваться с пуговицами, ремнями или молниями.

Драко задрожал, когда холодный воздух коснулся его разгорячённой кожи, ещё крепче вжимаясь в Гарри и ощущая чужое тепло. Он задохнулся, почувствовав, как руки Гарри прошлись вниз по его спине, и пискнул, когда большой палец нырнул между двумя половинками и закружил вокруг его входа.

— Чёрт, Гарри, — простонал Драко, его тело напряглось в ожидании вторжения.

Гарри остановился и отвёл его руки в стороны.

— Расслабься, — промурлыкал он, его руки прошлись по спине Драко, сильные пальцы разминали напряжённые мышцы. — Мы не будем делать ничего, чего бы ты не хотел.

Мышцы Драко расслабились, его железная хватка вокруг тела Гарри ослабла, когда он позволил себе расслабиться под нежными прикосновениями. Гарри кончиками пальцев исследовал кожу Драко, выписывая беспорядочные круги и рисунки на податливом теле.

Неудовлетворённый мягкими прикосновениями, Драко просунул руку между их телами и сжал пальцы вокруг напряжённо стоящего члена Гарри. Он улыбнулся, услышав судорожный вздох, сильнее сжал руку и решительно провёл верх-вниз по горячей плоти.

— Драко, — простонал Гарри, закрывая глаза от прилива чувств.

— Гарри, — ответил тот, его пальцы скользнули по головке поттеровского члена.

Гарри снова вскрикнул, а его пальцы впились в обнажённую спину Драко.

Драко выпустил его, схватил палочку Гарри с кровати и произнёс заклинание смазки, которая тут же появилась на его пальцах. Он сам подготавливал множество любовников, и даже удовлетворял себя пальцами время от времени, всегда представляя, что это пальцы Гарри, а не его, проходятся по его простате и подводят его к краю, за которым он и тонул. Это было нечто другое, и рука Драко слегка подрагивала, когда он ловким пальчиком кружил вокруг собственного входа.

Гарри медленно открыл глаза, наблюдая за колебаниями Драко. Он усмехнулся и, скользнув к изножью кровати, перехватил руку Драко, собирая в свою ладонь как можно больше скользкого лубриканта. Он подталкивал ноги Драко, пока тот не согнул их в коленях, его спина тяжело опустилась на кровать, а мышцы снова напряглись. Драко ахнул, когда ловкая рука Гарри обхватила его член, и прикусил губу, стараясь удержаться от крика, когда она заскользила по стволу вверх и вниз. Большой палец Гарри очень искусно покружил по головке и игриво погладил щёлочку.

Он совсем не был готов к тому, что язык Гарри прошёлся по его дырочке, так как был слишком занят тем, что творила рука темноволосого мага с его членом, и поэтому не видел, чем собирается заняться любимый.

— Блядь! — выкрикнул Драко, его тело будто онемело от неожиданного влажного жара около входа. Гарри хихикнул, прекратив свои манипуляции с членом Драко и его анусом на достаточно длительное время, чтобы это заставило белокурого юношу снова развести в стороны ноги.

— Тебе понравится, обещаю, — произнёс Гарри, приподняв голову, чтобы посмотреть на реакцию Драко.

Блондин поколебался, прежде чем кивнуть и снова расслабленно откинуться на кровать. Он позволил Гарри ещё шире раздвинуть свои ноги и упёрся ступнями в мягкий матрас.

— Хорошо.

На этот раз он был готов, и горячий язычок кружащий около складочек его ануса посылал волны удовольствия по телу Драко. Он расслабился ещё больше, когда рука Гарри снова нашла его член и мягко погладила, пока язык вырисовывал влажные рисунки около его входа, прежде чем, наконец, скользнуть кончиком внутрь.

Драко задохнулся, его ноги задрожали в тщетной попытке удержаться в нужном положении. Гарри, уловив проблему, засмеялся.

— Положи ноги мне на плечи, — сказал он, оставляя влажный поцелуй на внутренней стороне бедра Драко.

— Я не могу... Я тебя раздавлю, — запротестовал Малфой, приподнявшись на локтях, чтобы заглянуть Гарри в глаза.

— Не раздавишь, — заверил Гарри, удерживая расфокусированный взгляд Драко, пока тот выполнял просьбу. — Видишь?

Он вернулся к своему занятию, продолжая дразнить анус Драко своим языком, прежде чем снова двинуться внутрь, на этот раз глубже. Драко зашипел от ощущений, его ноги сильнее напряглись на плечах партнёра. Гарри услышал, как голова Драко снова упала на подушку, и толкнулся языком ещё глубже, услышав в ответ всхлипы и крики любимого.

Гарри продолжал растягивать Драко языком, одновременно скользнув ловким пальцем внутрь, когда решил, что Драко достаточно подготовлен к вторжению. Он нежно погладил его канал. Блондин задрожал от незнакомых ощущений присутствия чужого пальца внутри. В голове пронеслись мысли о различии — пальцы Гарри были грубее и короче, и как раз в этот момент поттеровский палец наконец обнаружил твёрдый бугорок, который искал.

— Гарри, — задохнулся Драко. Он смущённо насаживался на язык и палец Гарри, но ничем не мог себе помочь. Это было невероятно хорошо.

Гарри засмеялся, глубокий звук отозвался внутри Драко, заставив его снова закричать. Гарри откинулся назад, когда Драко заметался под ним, добавил второй палец и задвигал ими как ножницами, растягивая его ещё больше. Бессмысленный лепет Драко становился всё громче, его тело выгнулось на кровати дугой, когда он попытался глубже насадиться на пальцы Гарри.

— Ты готов, Драко? — спросил Гарри, его голос прозвучал низко и успокаивающе. Блондин хныкнул, и Гарри никак не смог интерпретировать данный звук. Он скользнул внутрь Драко ещё одним пальцем, растягивая того ещё больше. — А сейчас, Драко?

Он вытащил пальцы, и его член практически подпрыгнул при виде запротестовавшего против его отступления Драко. Гарри потянулся за палочкой, произнося ещё одно заклинание смазки, в этот раз над своим членом. Он задохнулся, когда прохладная субстанция окутала его эрекцию. Дыхание сбилось, он рукой распределил её по всей длине и несколько раз погладил себя, прежде чем отдёрнуть руку.

— Драко, — произнёс он, впиваясь глазами в лицо любимого. Расфокусированный взгляд серых глаз встретился с его собственным, и Гарри улыбнулся желанию и доверию, плескавшимся в них. — Мне нужно, чтобы ты сказал мне, когда будешь готов.

Драко кивнул, в горле было слишком сухо, и говорить он не мог.

— Скажи мне, Драко, — настаивал Гарри, изучая лицо любимого, чья бледная кожа практически светилась в лунном свете, льющемся из окна. Гарри удивлённо поднял голову — когда они попали в комнату, было ещё светло. — Я ничего не буду делать, пока ты не скажешь мне, чего хочешь.

Драко снова кивнул и сглотнул.

— Я готов, — произнёс он, его губы дёрнулись в улыбке при виде раздражения на лице Гарри. — Я готов, чтобы ты меня трахнул.

Вздох сорвался с губ Гарри, и он поспешил подчиниться — его возбуждение только усилилось от слов Драко. Он бы охотно поменялся местами с белокурым ангелом, если бы Драко не был готов, но он доверял словам блондинчика.

Гарри приставил свой скользкий от смазки член к расслабленному входу Драко и слегка помедлил, чтобы дать ему ещё одну возможность передумать. Взглянув на лицо Драко, он увидел только ожидание — ни страха, ни колебания. Гарри глубоко вздохнул, направляя член сквозь колечко напряжённых мышц. Он остановился, ожидая, пока Драко расслабиться, прежде чем глубже толкнуться внутрь.

Несмотря на тщательную подготовку, тело Драко снова напряглось, протестуя против вторжения, от ощущения жжения от растягивания и наполненности эрекция Драко слегка опала. Блестящие капельки пота покрыли его тело, пока он изо всех сил пытался расслабиться.

— Драко, — произнёс Гарри, заметив выражение боли на малфоевском лице. Он уже начал выходить, но остановился, почувствовав, что Драко специально сжался вокруг него. Гарри застонал, борясь с чувством страха, поднимавшимся из желудка. — Драко.

— Не нужно, — прошипел Драко, открывая глаза, чтобы взглянуть на Гарри. — Мерлином клянусь, что убью тебя, если ты сейчас остановишься.

— Но, Драко... — Гарри остановился при виде блеска в глазах Драко. Он внимательно изучал его лицо.

— Расслабься, — произнёс Гарри, возобновляя медленные толчки.

Драко закатил глаза, поддаваясь навстречу Гарри и самостоятельно насаживаясь на член партнёра, пока тот не заполнил его целиком.

— Господи, Драко, — задохнулся Гарри, капли пота скатывались по спине — сказывалось напряжение от слишком медленного вторжения, от необходимости сдерживаться. И теперь накатило облегчение оттого, что Драко сам взял его за яйца.

— Подожди, — выдохнул Драко, его глаза снова закрылись, пока тело подстраивалось под длину Гарри. Поттер подчинился — он отлично сдерживался, находясь внутри блондина, несмотря на тот факт, что член был готов разорваться.

— В порядке.

— Точно в порядке? — спросил Гарри, наклоняясь, чтобы нежно поцеловать его в уголок рта.

— Нормально, продолжай, — сказал Драко, нетерпеливо поддаваясь навстречу толчкам Гарри.

Гарри закрыл глаза и тяжело сглотнул, концентрируясь на том, чтобы не кончить слишком быстро. Он и раньше был сверху, но никогда не чувствовал себя как сейчас, находясь внутри горячего и узкого Драко. Это было сродни нахождению внутри горячей, обшитой бархатом печи, и мышцы Гарри выворачивало болью от необходимости сдерживаться.

— Пожалуйста, — выдохнул Драко, возвращая к себе его внимание.

Гарри уже достаточно контролировал себя, чтобы начать двигаться. При новом толчке он сменил угол проникновения, и яркая улыбка изменила обычное мальчишеское лицо, когда он услышал стон Драко. Он почувствовал, как напрягся под ним Малфой, когда член проехался по его простате.

— Блядь, да, — застонал Драко, все его страхи и боль были забыты.

Гарри ускорил темп, его бёдра двигались с ещё большей силой, когда он почувствовал приближение оргазма. Он оттягивал свою разрядку так долго, как только мог. Но сейчас ничто, даже появление перед ними самого Мерлина не смогло бы остановить его.

Рука Гарри сомкнулась вокруг члена Драко — он яростно двигал рукой по всей длине, пока вколачивался в юношу снова и снова, подведя их обоих к разрядке всего лишь несколькими толчками. Он почувствовал, как Драко сжался вокруг него за мгновение до того, как его руку опалила горячая жидкость, сокращающиеся мышцы довели Гарри до предела. Он излился в Драко, задыхаясь от стонов и беззвучных криков, перед глазами всё взорвалось, а тело содрогнулось от силы оргазма.

Их потные разгорячённые тела быстро замёрзли в холодной комнате, заставив их двигаться ещё до того, как они оказались к этому готовы. Гарри осторожно вышел из Драко, а тот поморщился, ощутив, как холодная сперма потекла по бедру. Лучше было сконцентрироваться на этом, чем на приступе боли, которая при этом возникла. Гарри схватил палочку и произнёс Очищающее заклинание. Драко неловко пошевелился, счастливый оттого, что пот и сперма исчезли. Он зарылся в тёплые одеяла, которые были сброшены во время столь неистовых любовных баталий. Гарри прошептал ещё одно необходимое заклинание, посылая мягкое Исцеляющее заклятие в анус Драко. Тот вздрогнул от неожиданного вторжения, его гримаса сменилась робкой улыбкой, когда боль и дискомфорт в заднем проходе исчезли.

— Мммм, — вздохнул Гарри, прижимаясь к Драко в их уютном коконе из одеял. — Что такое с этим замком? Почему здесь так холодно?

— Похоже на подземелья в Хогвартсе, — сонно пробормотал Драко, тепло, идущее от тела Гарри и одеяла расслабили его ещё больше. — Согревающие чары только и могут помочь. Они работают в определённом диапазоне — ты не можешь сделать больше, только удвоить жар в комнате.

Гарри поморщился, производя в уме математические подсчёты. Учитывая холод, царящий в комнате, он даже боялся предположить, какая же температура должна быть снаружи. Он призвал свою волшебную палочку и затопил камин, находящийся в изножье кровати.

— Мне жаль, что я уехал, — сказал Драко, лениво растягиваясь на кровати. — Мы можем вернуться, если ты хочешь.

Он услышал, как Гарри покачал головой — растрёпанные чёрные волосы чиркнули по подушке.

— Мы здесь, — произнёс он настолько пренебрежительным тоном, как будто ничего важного в Хогвартсе не оставил.

— Да, — согласился Драко, находя под одеялом руку Гарри и переплетая свои пальцы с его. — Но нас здесь ничего не держит. Мы можем перевестись назад.

Гарри подумал о том, что ожидало их в Шотландии. Однозначно, друзья, а ещё знакомые преподаватели и занятия. Однако сексуальная осада Драко на других студентов за последний месяц не прошла незамеченной, и Гарри скривился при мысли снова привезти блондинчика туда, где абсолютно каждый считал его шлюхой. Гарри ощутил жгучий приступ ревности, который прошёл также быстро, как и появился. Он знал, что у Драко на самом деле не было секса со всеми этими людьми, но у самих-то людей имелись воспоминания о теле Драко, о том, как они доставляли ему удовольствие. Гарри с трудом подавил рычание от этой мысли. Драко принадлежал ему, и он не хотел, чтобы их окружали те, кто видел — или кто думал, что видел — Драко голым и уязвимым.

— Все наши вещи уже здесь, — ответил Гарри, сжимая руку Драко. — Мы уже устроились, записались на занятия. Мы должны остаться.

— Нам нужно отправить сову Панси и Грейнджер, сообщить, что с нами всё в порядке, — сказал Драко, в его голосе явно чувствовалась вина. Он знал, что причинил Панси боль внезапным отъездом, однако она прекрасно поняла причины его.

— Позже, — простонал Гарри, его пугала даже мысль о том, чтобы покинуть уютную постель. В комнате было слишком холодно.

— Нам нужно поговорить, — осторожно произнёс Драко, едва касаясь пальцами Гарри. Он не хотел это обсуждать, однако знал, что это необходимо. Ему нужно было прояснить ситуацию.

— Я скажу. Никогда не предполагал, что буду учить самого известного слизеринского плейбоя сексу, — пошутил Гарри и расхохотался, когда Драко ущипнул его.

— Я не спал ни с кем из этих людей, и тебе это известно.

Гарри усмехнулся и закатил глаза.

— Но эти люди не знают. Я имел в виду не их, а тех, что и правда были до меня. Не могу поверить, что тебе никогда раньше не делали римминг.

Лицо Драко опалил румянец, когда он вспомнил, как хозяйничал язык Гарри в его заднице. Он почувствовал себя крайне некомфортно, а член зашевелился.

— Нет.

— Ну, его сделал мне Чарли перед моим первым разом снизу, и это значительно облегчило ситуацию. По крайней мере, я так думаю, — беспечно произнёс Гарри, глубже зарываясь в подушку. — У тебя был всего лишь один первый раз, поэтому и сравнивать не с чем.

Это заявление было встречено тишиной, и Гарри, вздохнув, открыл глаза, чтобы посмотреть на Драко.

— Ты злишься оттого, что я вспомнил Чарли или потому, что узнал, что ты никогда не был снизу?

— Это что, так очевидно? — уязвлёно поинтересовался Драко.

Гарри пожал плечами и вздохнул с облегчением, когда понял, что движение не вызвало приступа боли в плече. "Всё зажило, — подумал он, — благодаря школьному целителю Дурмштранга, который оказался столь же искусен, как и мадам Помфри. Хотя, надеюсь, что мне не понадобится его помощь так же часто, как все эти годы была необходима помощь Поппи".

— Ты подпрыгнул почти на метр, когда я только коснулся твоей задницы, поэтому да, — произнёс он, усмехнувшись при виде крепко зажмурившегося от смущения Драко. — Но я вспомнил, что ты сказал во время той игры — что ты был как сверху, так и снизу. Так как заклинание правды не могло позволить тебе солгать, я могу только предположить из твоей реакции, что ты бы этого хотел. Быть снизу, я имею в виду.

Драко кивнул, открыл глаза и улыбнулся, увидев в глазах Гарри не презрение, а изумление.

— Это подвиг, Драко, — произнёс Гарри, наклоняясь, чтобы поцеловать его. — Это требует много доверия.

Драко передёрнул плечом, чувствуя себя несколько некомфортно от прилива эмоций. Сегодня он уже потратил столько эмоций, сколько не планировал потратить за всю свою жизнь.

— Нет, — возразил он, и озорная улыбка осветила его лицо, когда он нашёл способ улучшить своё настроение. — Это всего лишь начало нового списка.

Гарри отстранился, чтобы взглянуть в лицо Драко, его член начал наливаться от того жара, что он увидел в дымчато-серых глазах.

— Новый список?

— Да, — сказал Драко, перекидывая ногу через Гарри. — Список людей, с которыми Драко Малфой будет снизу. В этом списке всего лишь один пункт — великий Гарри Поттер.

— Ого, — засмеялся Гарри, и Драко съёжился оттого, как тот виртуозно передразнил Слагхорна. — Ты и твои списки. Но, по крайней мере, ты согласился, что я великий.

Драко наклонился и жадно поцеловал его в губы, Гарри даже смог почувствовать его улыбку.

— Да.

Гарри снова расхохотался, поднимая руки и кладя их Драко на плечи. Он позволил рукам скользнуть вниз по слегка мускулистым предплечьям и остановился, когда его пальцы коснулись малфоевских запястий.

— У меня есть другой список, — прошептал Гарри, подтягивая запястья Драко пока их руки не оказались над их головами. Драко потерял равновесие, его лицо опустилось, пока их губы не оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Сейчас его тело полностью поддерживалось Гарри.

— Да?

— Да, — ответил Гарри, его язык лизнул нижнюю губу Драко. Блондин задрожал. — Он тоже короткий — в нём всего лишь одно имя.

Он приподнялся на кровати, сокращая дистанцию между ними и жадно поцеловал Драко.

— И как он называется? — прошептал Драко, его серые глаза потемнели от желания.

— "Список людей, с которым Гарри Поттер будет снова сверху или снизу", — ответил Гарри, выпуская руки Драко, чтобы обнять блондина, лежащего сверху.

Глава 9.

Глава 9.

Панси увидела их прямо перед началом церемонии, светлая и тёмная головы склонились над программой вечера. Она легко могла назвать тот момент, когда их заметили другие. Волна тихих шепотков и возгласов прошла по стоящим на сцене семикурсникам и быстро распространилась по зрителям, когда их семьи и друзья проследили за их неверящими пристальными взглядами.

Панси просканировала лица однокурсников, и её губы дёрнулись в попытке загнать назад смех при виде праведного негодования на лице Рона Уизли. Студенты выстроились на сцене в алфавитном порядке, что означало, что Гермиона мало что могла сделать, разве что беззвучно произносить угрозы своему иногда-парню поверх голов других студентов. Задача же физически удержать Рона от падения выпала Дину Томасу, стоящему рядом.

МакГонагалл призвала к тишине, и все шепотки и посторонние шумы враз затихли. Она знала, кто явился причиной этого волнения, также как знала, почему они здесь. Директриса начала зачитывать список, и её обычно грозные черты лица затуманились гордостью за тех студентов, которые вернулись после войны, чтобы закончить седьмой курс. Единство среди студентов — и всего магического населения — было сейчас важнее, чем всегда. И эта была лишь одна из причин, по которой она согласилась на просьбу Гарри.

— Ханна Эббот, Хаффлпаф, — произнесла МакГонагалл, и её голос, усиленный Сонорусом, пронёсся над морем людей, собравшихся на лужайке перед Хогвартсом.

Девушка сделала несколько робких шагов по направлению к подиуму, пожимая руку профессору Спраут и принимая из её рук пергамент. Она покраснела под пристальными взглядами толпы, пока спешно пересекала сцену. Наконец, она подошла к краю, и Хагрид, протянув руку, помог ей спуститься по ступенькам и пройти к стоящим в ряд пустым стульям.

Румянец всё ещё не сошёл с её щек, когда рядом с ней заняли свои места Сьюзан Боунс и Терри Бут, их руки, держащие пергамент также подрагивали. Хаффлпафцы не любили публичных представлений.

— Лаванда Браун, Гриффиндор, — вызвала МакГонагалл, её голос прозвучал немного громче, когда она назвала имя ученицы своего бывшего факультета.

Лаванда, гораздо менее смущённая, чем бывшая перед ней хаффлпафка, прошлась по сцене и, развернувшись, улыбнулась своим одноклассникам. Её глаза отыскали в толпе Драко и она похотливо подмигнула ему. По толпе прокатился смешок, и все были удивлены, увидев, что и Гарри присоединился ко всеобщему веселью. Он абсолютно естественно обнял Драко за плечо и закатил глаза.

— Миллисент Булстроуд, — произнесла директриса, и девушка вышла вперёд, её спина была прямая как струна.

Её семья не одобряла её возвращения в Хогвартс, но она бросила всем вызов и тут же обнаружила, что от неё отреклись из-за её выбора. Она была более чем удивлена, услышав два громких и жизнерадостных голоса, перекрывших вежливые аплодисменты. Ошеломлённо она взяла пергамент из рук профессора Слагхорна и направилась к своему месту. Драко и Гарри дождались, пока она займёт место рядом с Лавандой — её обычно строгое лицо просияло от неожиданной демонстрации поддержки и дружбы — и только тогда сели.

МакГонагалл снова пришлось призвать к тишине, чтобы подавить смешки и шепотки, раздавшиеся, когда парочка заняла свои места. Её тяжёлый взгляд прошёлся по толпе, заставив каждого, кто знал Минерву МакГонагалл как профессора, неуютно поёжиться на своих местах подобно отчитываемым первогодкам.

— Мэнди Брокльхёрст, Рейвенкло, — произнесла она, в её голосе всё ещё чувствовалась сталь на тот случай, если самые отважные в толпе таки продолжат свои неуместные комментарии.

Девушка прошла по сцене без происшествий, также как и следующие за ней выпускники. Джастин Корнер, ещё один рейвенкловец, а затем и Джастин Финч-Флетчли едва успели занять свои места до того, как прозвучало следующее имя.

— Симус Финниган, Гриффиндор, — вызвала МакГонагалл, улыбнувшись ирландцу, когда тот, проходя мимо неё, поклонился.

Гарри снова вскочил на ноги и потащил с собой Драко, аплодируя бывшему однокласснику. Толпа возбуждённо наблюдала, как лицо Рона стало ярко красным, а сам он затрясся от ярости.

— ...нет права... — Драко прекрасно слышал крик рыжего, стоящего на другом конце поля. Он увидел, как Дин схватил Рона за руку, будто удерживая парня от того, чтобы тот не рванул по полю в их сторону. — ...то, что он сделал... — речь продолжилась и стала слышнее, так как толпа успокоилась. — ...мерзость...Что он посмеет появиться здесь после того...

Силенцио Гермионы ударило в Рона без предупреждения, сделав его немым. Он продолжал разглагольствовать, но слова больше не доносило ветром, они растворялись ещё до того, как вылетали из его рта. Дин удержал парня, когда тот двинулся к передней линии, очевидно, собираясь за Гермионой. Панси наклонилась ещё ближе, но не могла услышать ни слова из тех, что мускулистый парень нашёптывал на ухо Рона. Что бы он ни сказал, это, казалось, сработало, учитывая ещё и заклинание Гермионы, поскольку Рон расслабился в руках Дина и зло скрестил руки на груди.

Драко чувствовал сотни взглядов, направленных на него — от пристальных до любопытных. Он посмотрел на своих бывших одноклассников, стоящих перед зрителями, и внимательно вгляделся в Симуса. Его челюсть была крепко сжата, но он вернул Драко взгляд без гнева или отвращения, которое было бы вполне ожидаемо, его взгляд был просто осторожен.

— Энтони Гольдштейн, Рейвенкло, — произнесла МакГонагалл, как будто и не было вспышки Рона.

— Грегори Гойл, Слизерин, — сказала она, прежде чем рейвенкловец занял своё место, убыстряя темп церемонии. Она сомневалась, что Рон Уизли продержится долго.

Гарри и Драко снова поднялись среди тех немногих, кто поддерживал огромного слизеринца. Также, как и Симус, он с тревогой взглянул на них, и слабая улыбка заиграла на его губах.

— Дафна Гринграсс, Слизерин, — продолжала МакГонагалл, наблюдая, как молодая ведьма дефилирует по сцене.

— Гермиона Грейнджер, Гриффиндор, — произнесла она, не в силах сдержать улыбку и любящий тон в голосе, называя имя одной из самых ярких и лучших студенток.

Принимая пергамент из рук профессора Синистры, заменившей профессора МакГонагалл на месте декана Гиффиндора, Гермиона слышала, как Гарри и Драко свистят и подбадривают её, их голоса звучали даже громче, чем голоса её родителей и всей толпы Уизли. Девушка поверх толпы кинула взгляд на двух парней, которые сейчас вскочили и с энтузиазмом хлопали в ладоши. Она почувствовала беспокойство, перехватив взгляды Джорджа и Билла, направленные на парочку, хотя улыбка Чарли и его подмигивание в сторону той же самой мишени заставили её почувствовать себя немного лучше.

— Мэган Джонс, Хаффлпаф.

МакГонагалл боролась изо всех сил, чтобы не рассмеяться, когда хаффлпафка запуталась в мантии, пересекая сцену, задержавшись на достаточное время, чтобы профессор Стебль вручила ей пергамент.

— Невилл Лонгботтом, Гриффиндор, — продолжила она, её глаза всё ещё следили за Мэган, которая покраснела, как свекла. Девушке сейчас помогали сесть несколько других хаффлпафцев.

Невилл нервно усмехнулся, пересекая сцену, его улыбка стала шире, когда, бросив взгляд в толпу, заметил стоящих Гарри и Драко. Они оба неистово аплодировали. Его бабушка осталась сидеть, хотя он и увидел вспышку одобрения в её глазах, когда он подмигнул своим друзьям.

Он общался с парнями несколько раз с тех пор, как те перевелись в Дурмштранг, и однажды он осознал, что больше не является объектом для язвительных шуток и оскорблений бывшего слизеринца, и ему даже понравился Драко. Его бабушка чувствовала тоже самое — на Пасху они приглашали обоих юношей на чай.

— Эрни МакМиллан, Хаффлпаф, — сказала МакГонагалл, внимательно оглядывая толпу. Семья Эрни также была против, чтобы он возвращался в Хогвартс.

Гарри и Драко снова вскочили на ноги, свистом подбадривая мальчика, пересекающего сцену засунув руки в карманы брюк, его плечи были опущены. Как и Миллисент, он не ожидал ничего кроме вежливых аплодисментов. Его родители были в ярости, что он остался сражаться во время Битвы в Хогвартсе, положив конец нейтралитету, который сохраняла чистокровная семья МакМилланов. Они пережили первое воскрешение Волдеморта — также, как и возрождение Гридевальда — отказавшись принимать какую-либо сторону и расценили действия Эрни, как предательство политической сети, которую они плели.

Он запнулся на мгновение, прежде чем принять помощь Хагрида и спуститься со сцены. Его лицо выражало потрясение при виде Гарри и Драко, продолжающих стоя подбадривать его, аплодировать ему, как и всем семикурсникам.

— Теодор Нотт, Слизерин, — продолжила МакГонагалл, с опаской наблюдая за толпой, где каждый был сосредоточен на поведении Гарри и Драко. Громкие шепотки и комментарии возобновились, но она торопилась, так как прекрасно понимала, что столкновение неизбежно.

— Панси Паркинсон, Слизерин, — произнесла она, и её плечи слегка напряглись при виде Гарри и Драко, всё также стоявших около своих мест и неистово аплодирующих.

Панси, усмехаясь, легко пробежала по сцене — она могла фактически ощущать взгляд матери, даже несмотря на то, что саму женщину видеть не могла — и сердечно пожала руку Слагхорна. Девушка помахала в воздухе пергаментом, послала воздушный поцелуй Гарри и Драко, прежде чем занять своё место рядом с Тео.

Следующими на сцену были вызваны близнецы Патил. Они элегантно приняли свои пергаменты, пожали руки деканам своих факультетов и заняли свои места, не удостоив зрителей ни единым взглядом.

— Дин Томас, Гриффиндор, — произнесла МакГонагалл, улыбнувшись мальчику, гордо вышагивающему по сцене, а затем с энтузиазмом трясущему руку профессору Синистре.

Она увидела, как Гарри и Драко снова поднялись, аплодируя гриффиндорцу. Её тревожный взгляд сразу же метнулся к Рону, ставшему ещё более красным, чем обычно. Она полагала, что Silencing Charm, наложенные Гермионой всё ещё действуют, так как парень явно пытался кричать что-то, но его никто не слышал. Она сделала паузу, восхищаясь тем, как хитро работает заклинание девушки. Гермиона по праву считалась самой яркой ведьмой своего поколения.

— Лиза Турпин, Рейвенкло, — произнесла профессор, усиленно стараясь не бояться следующего имени. Девушка довольно спокойно прошла через сцену, однако постоянно бросала взгляд через плечо, внимательно наблюдая за Роном, который, казалось, был готов взорваться.

— Рональд Уизли, Гриффиндор, — сказала МакГонагалл, уже приготовив свою палочку на тот случай, если юноша попытается выкинуть какую-нибудь глупость.

Гарри и Драко покорно поднялись и, может, хлопали они слегка потише, чем своим остальным друзьям, но всё равно громче, чем большая часть зрителей, включая и клан Уизли.

На лице Рона щастыло каменное выражение, пока он брал пергамент из рук профессора Синистры, не удосужившись даже пожать ей руку, которую она ему протянула. Его глаза были прикованы к Гарри и Драко. Ненависть, полыхающая в них, была очевидна даже тем, кто стоял дальше всех от сцены.

— Блейз Забини, Слизерин, — произнесла МакГонагалл, и её голос практически задрожал от облегчения — был вызван последний студент, у которого не было таких глобальных проблем с Роном Уизли или с остальной толпой.

Гарри засвистел, а Драко приветственно замахал руками и захлопал своему другу, пересекающему сцену. Как и у Панси, у Блейза был пружинящий шаг, и он также, как и девушка, послал воздушный поцелуй друзьям, вызвав улюлюканье и смешки аудитории.

Директор дождалась пока все займут свои места, прежде чем начала свою заключительную речь. Тео вытащил что-то из складок мантии и, произнеся заклинание, подбросил это нечто в воздух. Губы МакГонагалл дёрнулись, когда она пыталась сохранить твёрдость во взгляде, наблюдая, как студенты радостно бьют то, что, по её предположению, было маггловским пляжным мячом. Пока толпа наблюдала за тем, как легкомысленные семикурсники перебрасывают его из рук в руки по рядам, Гарри и Драко выскользнули из толпы и со всех ног помчались в сторону замка.

* * *
— Здесь написано "Только по приглашению", — сказал Симус, вертя в руках массивный пергамент. Кремовая бумага была явно дорогой, также как и радужные чернила. Он обвёл взглядом Большой Зал, сгорая от любопытства, пытаясь узнать, получили ли другие семикурсники подобные письма. — Кажется, что большинство получили такие же пригласительные.

Рон зло фыркнул и закатил глаза. Он всё ещё был разозлён появлением Гарри и поэтому всё также находился под действием хитрых Silencing Charm, наложенных Гермионой. Он будет оставаться немым до тех пор, пока его слова не перестанут быть направлены против Гарри и Драко.

— Это странно, — сказала Джинни, прищурившись и изучая приглашение. — Я тоже такое получила.

Она огляделась, пытаясь найти хотя бы одного не семикурсника с подобным конвертом в руках. — И Луна. И Зак.

Дин нахмурился, глядя через плечо Джинни на её приглашение. Оно выглядело также, как и его.

— Меня удивляет, почему пригласили именно вас троих, — сказал он, снова сравнивая слова. — Возможно, потому что у вас много друзей на нашем курсе?

Джинни пожала плечами, откладывая пергамент в сторону.

— Меня мало волнует причина, я просто этому рада. "Оденьтесь удобно для ночной попойки и пирушки". Такое я не могу пропустить!

Она бросила быстрый взгляд в сторону матери, сидящей неподалёку на лавочке. Довольная Молли не услышала слов дочери. Девушка облокотилась на Дина и захлопала ресницами.

— Интересно?

Он засмеялся и отпихнул её от себя.

— Хочешь, чтобы меня убили? — игриво вопросил он, кивая в сторону её брата, наблюдающего за их разговором сузившимися глазами.

— Обломись, Рон, — сказала девушка и показала ему язык.

— Мы с Дином трахались целый год, — прошептала она, облокотившись локтями на стол, чтобы перегнуться и поговорить с Роном. — Я добрая и даю тебе сейчас единственную возможность, чтобы выразить свой протест.

Удовлетворённо усмехаясь, она снова села, точно зная, что брат не сможет произнести ни слова.

— Я так рада, что у меня есть твоё одобрение, — сказала она и громко расхохоталась, при виде его запылавшего лица. Она прижалась к Дину, а он автоматически обнял её за плечи, притягивая ещё ближе. — Видишь, Дин? Я же говорила тебе, что у нас не будет с Роном никаких проблем.

* * *
Вечеринка продолжалась уже добрых полчаса, прежде чем дверь со скрипом открылась и через несколько секунд тихо закрылась. Любой, кто не наблюдал бы за этим, никогда бы ничего не заметил, но Панси и Гермиона вышли из тени, внимательно оглядывая, казалось бы, пустой воздух.

— Уф, — выдохнул Гарри, когда Гермиона налетела на него, отчего он, в свою очередь, налетел на Драко.

— Я так и думала, — мурлыкнула Панси, скользнув пальцами по гладкому материалу поттеровской мантии-невидимки.

Гермиона бросила быстрое Muffliato, хотя необходимости скрывать разговор не было. Комната гудела от голосов и музыки, чей уровень громкости доходил почти до болезненного. Студенты либо развалились на диванах и креслах — комната преобразовалась в универсальную общую гостиную, в декор которой были включены цвета всех четырёх факультетов — либо оккупировали огромные окна, где пили и наслаждались общением.

— Вы уже произнесли заклинание? — спросила Гермиона, выгнув бровь.

— Не могли бы вы снять мантию? — пожаловалась Панси, сминая ткань пальцами. — Я чувствую себя идиоткой, разговаривая с воздухом.

Последовала долгая пауза, а затем раздался шелест, когда Драко стянул с них мантию и свернул её. Он попытался засунуть её в карман поттеровских маггловских облегающих джинсов, но темноволосый парень отскочил в сторону. Гермиона вздохнула, снова вытаскивая свою палочку, и произнесла заклинание уменьшения. Теперь мантия была достаточно мала, чтобы поместиться в карман такой же облегающей одежды Драко.

— Да, — самодовольно ответил Драко, усмехнувшись всем одновременно. — Мне потребовалось несколько недель, чтобы найти то заклинание, которое ты использовала. Мне очень помогла невероятная библиотека Дурмштранга. Она гораздо лучше здешней — там нет разделения на тёмные и светлые заклинания.

Гермиона мечтательно вздохнула при мысли об открытом доступе к такому количеству информации. Она была впечатлена тем, что Драко удалось раскопать это заклинание — она сама наткнулась на него совершенно случайно летом в библиотеке на Гриммаулд-Плейс.

— Полагаю, у вас есть план? — растягивая слова, произнесла Панси, бросив на парней строгий взгляд, прежде чем кинуться в объятия Драко и покрыть его лицо поцелуями. — Мерлин, я соскучилась по тебе.

Он засмеялся, обнимая девушку и крепче прижимая к себе. Гарри проделал тоже самое с Гермионой, звучно поцеловав её в макушку. Поверх девичьих голов его глаза встретились с глазами Драко, и они резко оттолкнули девушек от себя. Гарри поймал Панси, когда та споткнулась, крепко прижимая её к своему телу и кружа по воздуху. Она хихикнула, а когда парень поставил её на пол, шлёпнула его и легко чмокнула в кончик носа. Тоже самое было и у Драко с Гермионой — он смеялся, а она восторженно хихикала.

— Мы тоже по вам скучали, — сказал Гарри, схватив Драко за руку. — По вам обеим. Совы и камины это хорошо и замечательно, но они ведь не могут заменить личное общение.

— Я очень жалею, что не встретилась с вами на Пасху, но мы были... — начала было Панси, но замолчала при виде приблизившегося Рона. Его лицо было мертвенно бледным.

— Рон! — поприветствовал его Гарри, проигнорировав холодный, полный ярости взгляд, исказивший черты лица рыжего. — Я рад, что ты пришёл. Мы с Драко хотели сделать кое-что, чтобы всех поздравить. Поэтому, мы подумали, что вечеринка будет как раз к месту.

Губы Рона беззвучно шевелились, и его удивление было очевидным.

— Да, это правда, — протянул Драко, притягивая Гарри ближе. Он усмехнулся, когда глаза Рона практически вылезли из орбит при виде их касающихся друг друга тел. — Нам здорово повезло, что наш семестр закончился на день раньше, чем в Хогвартсе, что дало нам возможность всё это устроить.

Он обвёл свободной рукой комнату. Вечеринка производила впечатление: столы прогибались от веса спиртных напитков, какие только можно было себе представить, как маггловских, так и магических. Также поражало разнообразие закусок и сладостей.

— У нас есть планы на целый вечер, — сказал Гарри, усмехнувшись, когда Рон побледнел. Он расхохотался, когда долговязый рыжеволосый парень взглянул на него и направился к двери, явно намереваясь уйти. — О, будь разумным, Рон. Ты не можешь сейчас уйти.

Но гриффиндорец не слышал, он схватился за дверную ручку и потянул. Ничего. Он попытался снова, нажимая на ручку, и его глаза расширились, когда он понял, что она не двигается.

— Я предполагаю, ты поймёшь, что наш хозяин выражался очень буквально, — ухмыляясь, произнесла Панси. — Я думаю, что мы все пленники на долгое обозримое будущее.

— Пленник слишком грубое слово, Панс, — протянул Драко, взяв девушку за руку и поднося её к своему рту. Его губы прошлись по мягкой коже. — Я предпочитаю термин "гость".

Остальные присутствующие в комнате внимательно наблюдали за их разговором, и реакция студентов была различной: от паники, как у Рона, до веселья, как у Невилла.

— У меня такое чувство, будто я знаю, почему мы все здесь, — произнёс он, удивив всех тем, что заговорил. Присутствующим было известно, что стеснительный гриффиндорец редко разговаривает в обществе.

Гарри сконцентрировался на образе в своей голове, и комната преобразилась. Стулья и маленькие диваны теперь находились в центре комнаты, образуя уютный круг. Он жестом предложил каждому занять своё место, совсем не грациозно плюхнувшись на стоявший поблизости диван. Драко осторожно сел рядом с ним, закатив глаза на отсутствие у Гарри манер. Как обычно, тот только пожал плечами и засмеялся.

— Разрешите мне рассказать вам одну историю, — начал он после того как все, кроме Рона, который так и остался стоять около двери, расселись по своим местам. — Вы слышали когда-нибудь о пятнах на Солнце? Нет? Я тоже не слышал.

* * *
— Не могу поверить, что ты поехал за ним в Дурмштранг, даже не зная, любит ли он тебя на самом деле, — фыркнула Лаванда.

Многие девушки к концу рассказа расплакались, а юноши смеялись и поддразнивали их из-за подобной сентиментальности.

— Это не имело значения, любит он или нет, — честно признал Гарри, сжимая руку Драко. — Достаточно было, что я его любил. Я бы последовал за ним куда угодно.

Хор вздохов прокатился по комнате, все девушки были полностью покорены восхитительной парой, сидящей перед ними. Гарри не рассказал им о том, что Драко использовал Чары Памяти, но большинство собравшихся, казалось, были готовы простить блондинчику его совершенную неосмотрительность, так как его побудило к этому разбитое сердце.

— Это так романтично, — прошептала Парвати, вздрогнув при мысли о том, что кто-то может любить её также, как Гарри, очевидно, любит Драко.

— И так трагично, — присоединилась к ней Ханна. Её взгляд упал на Гарри, который улыбнулся и пожал плечами. Его совершенно не заботило, что они думали, будто Драко переспал с половиной школы. Гарри знал, что этого не было. — Это как Ромео и Джульетта.

Драко фыркнул и пробежался пальцами по волосам Гарри, разметавшимся по плечам. Гарри поуютнее устроился в объятиях Драко и прижался к нему крепче, заработав ещё больше восторгов от девушек и смешков от юношей.

— Ханна, — произнёс Драко, закатив глаза. — Ни один из нас даже мысли не допускает о суициде, и ни один из нас не женщина. Чем именно похожи наши отношения?

Она мечтательно вздохнула, и по её лицу расползлась улыбка.

— Есть так много людей, которые хотят, чтобы вы расстались, — сказала она, с нежностью наблюдая за ними. — Но вы, безусловно, должны быть вместе.

Гарри подпрыгнул, когда Рон ударил по двери, громкий хлопок прервал Ханну. Гермиона практически зарычала, вскочив, чтобы противостоять ему.

— Им предназначено быть вместе, — зашипела на него она, скрестив на груди руки. Её малая часть радовалась при виде того, что Рон поддерживал свою руку, и надеялась, что она сломана. Он заслужил ещё и не такое, учитывая его поведение в последние несколько месяцев. — Я думала так и про нас.

Его гнев сменился замешательством и болью. Он открыл рот, чтобы запротестовать и расстроенно вздохнул из-за неспособности говорить. Отчаяние в его глазах, казалось, умоляло девушку снять заклятие.

— Нет, — произнесла Гермиона, разворачиваясь, чтобы снова присоединиться к остальным. — Пока ты, по крайней мере, не попытаешься вести себя цивилизованно.

Он обдумывал её слова, всё также прижимая раненную руку к груди. Спустя мгновение он сдался, рухнув на пустой стул, стоящий около Гермионы.

— Отлично! — садясь, произнёс Гарри — Я рад, что ты присоединился к нам, Рон.

Он взглянул на Драко, призвавшего при помощи его палочки несколько бутылок Огневиски и поднос с рюмками со стоящего позади них столика.

— О, мы собираемся играть в "Правду или Вызов" или "Я никогда", как вы двое тогда играли? — пропищала Падма, явно возбуждённая тем, что сможет последить за их игрой. И, хотя они сильно отредактировали свой рассказ и всего лишь намекали на секс — или на интимную природу их вопросов и вызовов — было нетрудно заполнить пробелы.

— Мы подумали, что это отличная возможность помочь всем принять наши отношения, — сказал Драко, левитируя поднос по кругу, чтобы каждый мог взять стакан. — Мы рассказали всем, как мы стали встречаться, и почему остались вместе.

— Вы все наши друзья, — произнёс Гарри, оглядывая комнату. Не было приглашено всего несколько человек с седьмого курса, те, кто как и Дафна Гринграсс ненавидел их, или те, кто как Терри Бут и Мэнди Брокльхерст, не знал их достаточно хорошо. — Мы хотим, чтобы вы почувствовали себя уютно в нашей компании. Хотим, чтобы вы узнали правду о нас, а не ту чепуху, которую напечатали во всех газетах.

Он взглянул на Рона, который робко смотрел на него и выглядел явно измученным.

— Мы хотим, чтобы вы поняли, что и после школы возможно остаться друзьями.

Рону хватило совести покраснеть и опустить глаза, что дало Гарри надежду. Они с Драко организовали это всё, в основном, чтобы договориться с Роном — или, по крайней мере, уверить самих себя, что они сделали всё возможное, чтобы убедить его. Остальные, как Дин и Симус, Гарри был в этом уверен, легко всё примут после того, как они объяснят им причину своего перевода в другую школу. Слизеринцы же вообще не нуждались в объяснениях — причина была им и так ясна.

— Я планировал предоставить возможность каждому выбрать игру, — продолжил Драко, снимая с подноса последнюю рюмку. — К сожалению, похоже, что Уизли не готов играть в "Правду или Вызов", так как маловероятно, что Гермиона снимет свои Silencing Charm на время игры.

Он бросил взгляд на Гермиону, и девушка решительно покачала головой.

— Как я и подозревал. Тогда будем играть в "Я никогда", — сказал он, глядя прямо на Рона. Я полагаю, что когда ты будешь готов задать реальный вопрос, заклинание отменится само. А до тех пор, мы тебя пропускаем.

Драко быстро объяснил всем правила — неудивительно, что никто из хаффлпафцев раньше не играл в эту игру, а из рейвенкловцев всего несколько человек.

— Я первый, — сказал Гарри, поднимая свою рюмку. Он увидел, что все также подняли рюмки, ожидая его слов.

— Я никогда не любил Драко Малфоя.

Гарри выпил и усмехнулся, когда большинство присутствующих в комнате выпили тоже. Рюмка Рона так и осталась в его руке. Тео пожал плечами, вытирая рот после спиртного.

— Заклинание не различает платоническую любовь, — сказал он и ухмыльнулся, заметив облегчение, пробежавшее по лицу Грега, когда огромный слизеринец посмотрел в собственный пустой стакан.

Все снова наполнили рюмки, готовясь к новому вопросу.

— Я никогда не был влюблён в Гарри Поттера, — протянул Драко, закатывая глаза. Он знал, что это было необходимо, чтобы убедить последнего из сопротивляющихся гриффиндорцев, что он и Гарри действительно любят друг друга. Он осушил свою рюмку и со звоном поставил её на край стола, стоящего около дивана.

Большое количество людей — включая в этот раз и Рона — тоже выпили. Гарри приподнял бровь и ухмыльнулся.

— Полагаю, я довольно привлекательный парень, — пошутил он, засмеявшись, когда Драко серьёзно кивнул.

— Моя очередь, — произнесла Панси, дождавшись, когда все снова наполнят рюмки. — У меня никогда не было сексуального контакта с кем-то во время питьевой игры.

Её глаза вспыхнули, когда она увидела, что Гарри и Драко, а также некоторые другие, включая Невилла Лонгботтома, что её несказанно удивило, выпили. Её губы изогнулись в удовлетворённой улыбке, как и у Гермионы. Казалось, они, наконец-то, поняли, что произошло в тот уик-энд в Выручай-комнате.

— Я никогда не называл чужое имя во время секса, — выкрикнула Джинни, подмигивая Гарри, который покраснел как помидор и выпил.

— Я никогда не хотела наблюдать, как Гарри и Драко целуются, — выдала Лаванда, заработав свистки и улюлюканье от девушек, а также от нескольких парней. Большинство находящихся в комнате выпили, ведь заклинание не обмануть, а многие действительно хотели увидеть, как мальчики целуются, или всем просто было любопытно.

Наблюдая, как один из его старейших друзей целуется и обжимается с одним из старейших врагов, Рон почувствовал, как остывает его гнев. Драко погладил Гарри по подбородку, углубляя поцелуй, а Гарри вздохнул, расслабляясь под его прикосновениями. В этом поцелуе не было ничего непристойного, ничего ужасного, ничего неуместного. И, тем не менее, он шокировал Рона. Его мозг неохотно представлял их вместе дюжины раз, но ни разу они не были такими ласковыми или такими любящими. Посмотрев на них, он не мог больше отрицать, что они действительно любят друг друга, и Рон никогда не видел Гарри таким счастливым. Он вздохнул, удивившись лёгкому покалыванию в горле. Он открыл рот, проверяя голос. Всё было в порядке.

— Я никогда не поворачивался спиной к своим лучшим друзьям, решив, что больше в них не нуждаюсь, так как нашёл кого-то, чтобы потрахаться, — хрипло произнёс Рон, его горло саднило от заклинания.

Гарри оторвался от поцелуя, его взгляд метнулся к полной рюмке Огневиски, стоящей на столе. Он не сделал ни единого движения, чтобы её взять, и напряжение покинуло Рона, когда он понял, что заклинание Правды не заставило Гарри выпить.

— Я никогда не поворачивался к тебе спиной, Рон, — тихо произнёс Гарри, его сердце сжалось при мысли, что друг поверил, что он его бросил. Он-то думал, что проблема в Драко, или в том, что Гарри оказался геем. — Я посылал тебе сов каждую неделю, но письма возвращались нераспечатанными. Я даже приехал на Пасху в Нору, но ты уехал в Румынию повидать Чарли.

Джинни печально кивнула.

— Я пыталась сказать тебе, но ты не позволял даже слова вымолвить про Гарри. Они с Драко оба заходили к нам. И даже обедали со мной и мамой.

— Твои письма... Я думал, что это просто попытки рассказать мне, какой Малфой замечательный...

— Некоторые были именно такими, — нахмурившись, оборвал его Гарри. — Но в большинстве я рассказывал просто о жизни в Дурмштранге. Что там намного холоднее, чем здесь. Как бы тебе понравился тренер по квиддичу. Они никогда не слышали о пастушьем пироге. Простые письма.

Рон молчал, уставившись на свою распухшую руку, которую устроил у себя на колене.

— Мне жаль, Рон, — тихо произнёс Гарри. Присутствующие в комнате молчали, наблюдая за разговором отдалившихся друзей. — Я не думал, что ты чувствуешь нечто подобное. Ты всегда будешь моим лучшим другом. Ты и был им даже тогда, когда не разговаривал со мной.

Гермиона обняла Рона и положила голову ему на плечо. Как и Гарри, она думала, что причина его злости заключалась в том, что Гарри уехал с Драко, и теперь не он на первом месте.

— Тогда полагаю, что всё меняется, — сказал Рон, и его голос приобрёл твёрдость. Он поднял голову и распрямил спину.

— Я никогда не прощал друга за то, что тот оказался полной задницей, — тихо произнёс он, его глаза внимательно наблюдали за Гарри.

Гарри ухмыльнулся, подняв рюмку и одним глотком опустошив её. Большинство присутствующих в комнате — включая и Рона — тоже выпили.

— Достаточно, — сообщил Драко, хлопнув в ладоши. Зазвучала музыка, и диваны и кресла задвигались к стенам, что вызвало вопли тех, кто всё ещё сидел на них. — Почему мы сидим? Это же вечеринка.

* * *
Комната убиралась самостоятельно, пустые бутылки из-под ликёра исчезали, грязные тарелки и стаканы испарялись с пола и столов. Всё менялось и трансформировалось, уменьшаясь и перестраиваясь, пока не стало выглядеть как в тот судьбоносный уик-энд несколько месяцев назад.

— Как романтично, — поддразнил Гарри, нежно целуя Драко в губы и одновременно оглядывая комнату. Его взгляд упал на одинокую кровать, которая сейчас казалась более приглашающей, чем когда-либо.

— Собираешься спать на полу в этот раз, Поттер? — ухмыльнулся Драко, с вызовом приподнимая бровь.

— Когда здесь такая чертовски удобная кровать и великолепный парень, готовый её со мной разделить? Не думаю, — ответил он, обнимая Драко за плечи. Их лица почти соприкоснулись.

— Хороший ответ, — прошептал Драко, целуя кончик его носа. — Гораздо лучше, чем в прошлый раз.

Гарри усмехнулся, схватил Драко за руку и потянул его в сторону кровати. Они, смеясь, упали на неё, слегка поборовшись друг с другом и одновременно пытаясь стянуть с себя одежду. Также, как и во время своего последнего пребывания в этой комнате, оба были уже возбуждены, уже прошли пик болезненного возбуждения. Это была такая пытка не иметь возможности коснуться Драко так, как хотелось целый вечер, но Гарри сдерживал себя, зная, что тот предварительный мир, который они заключили с Роном, легко разрушится, если он поддастся искушению и облапает Драко прямо на танцполе.

— Правда или Вызов? — прошептал Драко, его губы прошлись вниз по обнажённой груди Гарри.

— Правда, — выдохнул тот, выгибаясь под прикосновениями Драко, пока тот исследовал языком его бедренную косточку.

— Кто лучше делает минет? Смит или Блейз?

Гарри засмеялся и запутался пальцами в мягких волосах Драко.

— Драко Малфой делает минет лучше, чем любой из них.

— Верно, — прорычал Драко, лизнув член Гарри от основания до головки. — Драко Малфой делает самый лучший минет, который у тебя когда-либо будет. Потому что я не намерен позволять тебе встречаться с кем-либо ещё.

— Мммм, — выдохнул Гарри, его дыхание стало прерывистым, когда Драко снова вернулся к его члену, усердно облизывая и посасывая. — Даже не подумаю жаловаться.

Гарри вздохнул, когда Драко отстранился. Он наблюдал, как тот взял ближайшую к нему палочку — его собственную из падуба, которая, как они обнаружили, слушается Драко, как и самого Гарри — и произнёс серию заклинаний, чтобы растянуть и смазать его. Гарри усмехнулся от необычного ощущения, его член подпрыгнул в ожидании того, как твёрдый член Драко сразу скользнёт внутрь на всю длину.

— Как ты хочешь? — прошептал Драко, и его хриплый голос скользнул по коже Гарри подобно ласке.

— Жёстко и быстро, — ответил он, застонав, когда Драко ввёл в него сначала один, а затем и второй длинный, тонкий палец, чтобы проверить, сработало ли заклинание. Оно работало. Гарри расслабился, Драко легко двигал пальцами внутри него, как ножницами.

Он хихикнул, когда Гарри потёрся о его руку, и согнул палец, нежно погладив гладкие стенки канала, пока не нашёл то, что искал. Гарри ахнул и застонал — звуки были сразу же повторены Драко, чей член болезненно дёрнулся при виде Гарри, извивающегося на кровати — когда пальцы Драко нашли его простату, и заскулил, когда тот издевательски её погладил.

— Блядь, — проскулил Гарри, толкаясь в руку Драко.

Блондин снова засмеялся, отдёргивая руку. У Гарри даже не было шанса запротестовать по поводу потери, так как Драко быстро приставил свой член к его входу, его глаза медленно закрылись, когда он вошёл в Гарри. Как и всегда, Гарри был невероятно узким. Драко толкнулся внутрь, капельки пота выступили на лбу, пока он боролся со своим оргазмом. Блядь, Гарри всегда был на грани, казалось, ещё чуть-чуть, и он будет не в состоянии вынести всё это. Это было гораздо более сильно, чем со всеми мужчинами, с которыми он был — это было гораздо большее, чем просто сексуальное удовольствие. Гарри, его Гарри, делил с ним часть себя самого, добровольно принимая в себя часть его тела. Драко задрожал, искры удовольствия прошили его при этой мысли. Не то, чтобы ему не нравилось, когда Гарри трахал его — нравилось, также, как и наоборот — но то, что именно он контролирует процесс, именно он заботится о Гарри, делало его позицию сверху ещё более волнующей.

Он открыл глаза, серые глаза штормового оттенка встретились с горящими зелёными. Они двигались настолько согласованно, как любовники, прожившие вместе несколько лет, а не несколько месяцев. Они точно знали, что сделать, чтобы вызвать стоны и вздохи друг друга, точно знали, как двигаться, чтобы их тела были ещё ближе, ещё глубже.

Драко провёл рукой верх по члену Гарри, нежно его поглаживая. Он знал, что они оба уже очень близки к развязке, но хотел растянуть удовольствие. Его движения замедлились, он контролировал свои действия, проезжаясь своим членом по простате Гарри с поразительной точностью. Драко знал тело Гарри лучше, чем своё собственное.

— Мерлин, Драко, — простонал Гарри, когда Драко, наконец, ускорился, его ладонь крепче обхватила член Гарри, а бёдра задвигались быстрее, стабильные движения вызывали жар и тепло в животе Драко.

Он почувствовал, как поджались яйца, и он сильнее сжал член Гарри, скручивая запястье так, как любил Гарри, ощущая, что темноволосый парень под ним напрягся. А затем они оба окунулись в наслаждение, достигая пика, и признания в любви сорвались с их губ.

Драко уткнулся лбом в грудь Гарри, восстанавливая дыхание.

— Я не хотел, чтобы всё закончилось так быстро, — выдохнул он, целуя солёную золотистую кожу. — Прости.

Гарри засмеялся, его дыхание всё ещё не выровнялось.

— Нет проблем.

Драко улыбнулся, выпрямляясь, а затем выскользнул из Гарри и устало плюхнулся на кровать. Это был долгий день, начавшийся еще перед рассветом, когда они активировали портключ из Дурмштранга. Он сонно моргнул, неожиданно осознав, что они не спали уже почти двадцать четыре часа.

Он снова потянулся, почувствовав невербальные Очищающие чары Гарри, смывающие с него пот и сперму, оставляя на коже лёгкое покалывание. Он отчаянно хотел принять настоящий душ, но был настолько уставшим, что это вполне могло подождать до утра. МакГонагалл знала, что они остались в Выручай-комнате, ведь им было необходимо её разрешение на проведение вечеринки. Она согласилась позволить им провести здесь и ночь, потому что в этом было больше смысла, чем в разделении их по бывшим спальням. Все уедут завтра, и они с Гарри планировали доехать до Лондона на Хогвартс-экспрессе — в последний раз, как в старые добрые времена.

— Ты думаешь, он имел в виду именно это? — ни с того ни с сего спросил Гарри, и Драко даже не понадобилось уточнять, кого он имел в виду. Рон пообещал попытаться принять их отношения и даже зашёл так далеко, что, покидая вечеринку, неохотно пожал Драко руку.

— Да.

Перевернувшись на бок, Гарри с минуту молчал, смотря в лицо Драко, которое слегка светилось в лунном свете, струящемся сквозь зачарованные окна. Гарри взглянул на улицу, зная, что вскоре, вероятно, взойдёт солнце. Они провели большую часть ночи, танцуя и выпивая, просто наслаждаясь собой и своими друзьями. Все ушли с вечеринки довольными,и Гарри был относительно уверен, что никто не отправится в газеты, чтобы продать их историю. Его губы сжались при этой мысли, но он её отогнал. Это был риск, на который они с Драко пошли добровольно.

— Всё прошло хорошо, — прошептал Драко, убирая с лица Гарри тёмную прядь. — Мы всё сделали правильно.

Гарри улыбнулся, счастливый оттого, что Драко с такой лёгкостью мог читать его мысли. Он задавался вопросом, будет ли так всегда — будут ли они всегда настроены друг на друга. "Мерлин, я надеюсь, что так, — думал он, потянувшись в темноте к Драко. — Что если он меня разлюбит? Что если мы не будем вместе? Что я буду делать, если снова потеряю его?"

— Обещай мне, что когда-нибудь мы вернёмся сюда, — произнёс он, его губы находились прямо напротив губ Драко. Неожиданно стало жизненно важно для Гарри узнать, чувствует ли Драко такую же нелепую тягу к этой комнате, как и он. Хотелось подтверждения, что блондин так же трепетно относился к тем их вынужденным выходным. — Обещай мне.

Драко поднял голову, его губы коснулись губ Гарри, как будто он старался сцеловать с них то беспокойство, из-за которого хмурились его брови.

— Ты знал, что пятна на Солнце возникают по определённому циклу? — спросил Драко, его лицо было достаточно близко, чтобы разглядеть удивление в зелёных глазах. — Они случаются довольно регулярно, но достигают высшей своей точки каждые одиннадцать лет или около того.

Глаза Гарри распахнулись, а Драко усмехнулся.

— Я всё проверил. Именно сейчас мы находимся на самом высоком пятне, — продолжил Драко и прошёлся кончиками пальцев по обнажённой спине Гарри. Гарри задрожал, как от слов Драко, так и от лёгкой ласки.

— Я обещаю, что мы будем находить время, чтобы возвращаться сюда каждые десять лет, — прошептал Драко, сокращая между ними расстояние, чтобы осторожно коснуться приоткрытых губ Гарри.

— Не имеет значения, что ещё случится в нашей жизни. Мы вернёмся, чтобы вспомнить наш уик-энд, даже если для этого нам придётся взять отпуск на работе или пренебречь другими обязательствами, — сказал Драко, нежно целуя Гарри.

Гарри снова вздрогнул, представив ту жизнь, что сейчас описал Драко.

— Или придётся найти кого-нибудь присмотреть за нашими детьми, пока Папа и Папочка будут отсутствовать несколько дней.

В этот раз он поцеловал Гарри более глубоко, его взгляд был прикован к Гарри, и он наслаждался тем, как потемнели зелёные глаза при этих словах.

— Ты знаешь, что пятна могут сделать так, чтобы всё пошло наперекосяк? — прошептал Драко, улыбнувшись, когда Гарри дёрнулся, и взобрался на него, явно готовый к следующему раунду. — Маггловские технология могут подвести тебя, магия может дать сбой, смертельные враги могут взять в плен и трахнуть... Мир сходит с ума.

— Расскажи-ка мне подробнее о сексе со смертельным врагом, — прошептал в ответ Гарри, крепче прижимаясь к Драко. — Это звучит так многообещающе.