Мой собственный Малфой (1 часть)

Пэйринг: Гарри/Драко
Рейтинг: NC-17
Саммари: Малфои всегда были собственностью Поттеров...
Предупреждения: Рабство, Доминирование/Подчинение, ангст, слэш.

Глава 1

- Мистер Малфой, - сказал Гарри ровным, почти монотонным голосом. Будь это другой случай, он бы встал, чтобы поприветствовать гостя, протянуть руку для пожатия, но обычно в его офис отдела, ответственного за выполнение закона о магическом правопорядке (а попросту ОМП), не являлись ни с того ни с сего бывшие Пожиратели смерти. На самом деле, когда Гарри еще вчера увидел эту встречу в своей повестке дня, он заподозрил, что или свиток, или перо – а, может быть, и оба – нуждаются в замене.

И у него еще не было времени заказать новых.

- Мистер Поттер, - сказал Люциус Малфой, сощурившись.
Гарри оглядел его, ища подтверждения тому, что этот человек провел в Азкабане почти три года. Любое подтверждение, но почти ничего не отыскал. Теперь в длинных волосах Люциуса проглядывало серебро, и, хотя его горделивая осанка ничуть не изменилась, он выглядел немного сгорбленным.
«Наверное, мне просто кажется», - подумал Гарри. Он всегда считал, что верные приспешники Вольдеморта получили на удивление мягкое наказание. Те же, кто настаивали, что находились под Империусом, вообще отделались кратким домашним арестом. Произвол, как сказала Молли Уизли.

Но было вполне понятно, что волшебный мир хотел поскорее забыть о прошлом и жить дальше. Теперь, когда Вольдеморт умер, желающих того, чтобы бывшие Пожиратели получили по заслугам, оказалось немного.
«Или же, - мрачно рассудил Гарри, - волшебники стремились забыть о войне как раз потому, что у многих из них были рыльца в пушку».
Гарри не стал предлагать Люциусу присесть. Он хотел побыстрее с этим закончить и выпроводить мужчину из своего офиса.
- Что привело вас в бюро авроров, господин Малфой?
- Я думаю, вы отлично знаете, что.
Холод в каждом слове. Проблема только в том, что Гарри не знал.
- У меня полно других дел вместо того, чтобы разгадывать с вами ребусы, мистер Малфой. Или говорите начистоту, или уходите. Что у вас – сообщение о преступлении, или жалоба на одного из моих авроров, или...
- На вас, - прервал его Малфой. – У меня жалоба на вас.

Гарри махнул рукой, призывая свиток.
- Отлично, вот форма. Прошу, пройдите в приемную и заполните ее. Когда закончите, она автоматически окажется в моем почтовом ящике. – Гарри указал на плетеную корзинку, доверху наполненную деловыми письмами, ожидающими своего часа. – Я доберусь до вашей жалобы, когда смогу.
Малфой даже не взглянул на свиток, сам по себе развернувшийся в полную длину на столе Гарри.
- Это не министерское дело, Поттер.
- Тогда или прямо говорите, на что жалуетесь, или освободите мой офис от вашего присутствия. Мне все равно, что вы выберете.
Губы Малфоя изогнулись.
- Я так не думаю. Значит, у вас нет ни малейшего намерения облегчить страдания моего сына?

Гарри взглянул на волшебника сверху вниз.
- А мне какое до него дело?
- Наверное, никакого, - резко ответил Малфой. – Зря я сюда пришел. Я так и говорил жене. Если Драко умрет, это будет на вашей совести.
Гарри сжал зубы.
- По моему глубокому убеждению, Драко – пустое место, на него даже магию тратить не стоит. Но если кто-то проклял его, вы можете быть уверены – это дело не останется без внимания, невзирая на мое личное к вам отношение.
- Даже так? Как это благородно с вашей стороны.
Теперь Гарри был очень и очень раздражен и сбит с толку. Он даже не пытался понизить тон голоса, когда заговорил:
- Малфой, о чем вы говорите вообще? Что бы ни происходило с вашим сыном, ко мне это не имеет ровным счетом никакого отношения.
Люциус Малфой на очень долгую секунду застыл на месте, словно взвешивал свои слова – а, может быть, и свои альтернативы. В конце концов, он кратко ответил:
- Забудьте, что я приходил.
Взметнув за собой плащ, он ушел, а Гарри остался сидеть, слушая постепенно удаляющееся постукивание трости по полу коридора.

Глава 2

Гарри совершенно забыл о визите Люциуса Малфоя. Или, по крайней мере, пытался забыть. Какое ему дело до того, что Драко Малфой «страдает», как выразился его отец?
Гарри решил, что весь разговор был частью какого-то плана. И он не позволит втянуть себя в это сомнительное дело. Скорее всего, Драко великолепно себя чувствует. Ничего особенного не произошло.
Этим вечером Гарри ужинал с Роном, Гермионой и Джинни. Обычное дело по пятницам, и ему это нравилось, но все же он не мог отделаться от ощущения, что его загоняют в силки. Средней прожаренности стэйк, черный кофе на десерт... Нежная улыбка Джинни, сидящей напротив... Рон спрашивает, часто невпопад, когда они, наконец, объявят о дате свадьбы... Гарри отделывается шуткой, пока Джинни скрывает свое разочарование...
Ему казалось, что все это он видел уже сто раз, и ему ничего уже в жизни не остается, кроме повторения этого же ужина – снова и снова. Может быть, если бы он и в самом деле определился с датой, все изменилось бы. Но что-то его удерживало. И он не был уверен, что.
Или, если начистоту, он просто не был уверен.
Джинни осталась у него на ночь, как всегда по пятницам, но это казалось уже частью другого сценария. Когда она отправилась обратно по каминной сети к Биллу и Флёр, он почти что ощутил облегчение. Гарри знал, что он обязан сделать ей предложение рано или поздно. И они более или менее договорились, что он так и поступит, как только будет готов к этому важному решению.
И все же Гарри начал задаваться вопросом, поймет ли он вообще когда-нибудь, что готов, и все ли с ним в порядке. Что случилось с тем волнением, которое он испытывал всякий раз в ее присутствии, с чувством, будто он вот-вот взорвется, если ее поцелует? Едва ли он чувствовал что-то похожее с тех пор, как ему исполнилось шестнадцать. Хотя, год назад он почти ощутил нечто похожее, но он отлично знал, что это всего лишь бледная тень прежних чувств. А теперь даже и это слабое подобие исчезло. Теперь ему двадцать один год, и все, что он испытывал по отношению к ней на самом деле, было всего-навсего сильной привязанностью.
Все говорили, что любовь становится слабее, выдержанная временем, и что влюбляться и любить всю жизнь – разные вещи, но неужели чувства Гарри так быстро потеряли былую силу? Рон с Гермионой по-прежнему надышаться друг на друга не могли.
Но с Джинни Гарри чувствовал себя запрограммированной на определенные действия механической куклой.
Даже в постели.
И опять-таки - занятия любовь с ней никогда не были тем захватывающим фейерверком эмоций, как он ожидал. Он ее за это и не винил. Наоборот, он подозревал, что это с ним что-то не так. Он всю свою жизнь прожил, сам того не подозревая, сосудом для части души злого волшебника, и, будто бы этого не было достаточно, пережил собственную смерть, и воскрес снова.
Так что, если он теперь не способен на глубокие чувства, то в этом нет ничего удивительного.

В субботу, как всегда, она ушла сразу после завтрака, и, стоило ей скрыться из виду, Гарри уселся в любимое кресло и включил тихую джазовую музыку.
К несчастью, покою не суждено было длиться долго. В окно кабинета постучалась клювом сова. Незнакомая сова. Гарри некоторое время старался не обращать на нее внимания – важное по работе могло быть передано и по каминной сети, но через пару минут ощутил жалость к птице, которая, очевидно, намеревалась не сходить с места, если ее так и не впустят.
Сова тут же влетела в комнату и бросила Гарри на колени письмо. Судя по всему, внутри не было сглаза или проклятия, если бы так было, сова бы никогда не смогла найти пусть к его кабинету.
Но прежде, чем он мог открыть конверт, тот раскрылся сам и исчез в дымке. Внутри он смог увидеть фигуру Нарциссы Малфой, уже открывшую рот, чтобы заговорить. Гарри смахнул было послание прочь, но одна деталь привлекла его внимание и сковала движения: мать Драко стояла на коленях, молитвенно сложив перед собой руки.
- Гарри Поттер, - произнесла она нетвердым от отчаяния голосом. - Драко стало намного хуже, как только мой муж вернулся от вас. Словно связь, начало которой вы положили, прознала, что вы не собираетесь заявлять на него права. Он мой сын, единственный сын, моя кровь и плоть. И сейчас он при смерти, и виной тому – вы. И я вас умоляю, я на коленях вас прошу, закончить начатое. Однажды я вам помогла, помогла скрыть, что вы живы, чтобы вы смогли закончить ваше великое дело...
«Ну да, конечно, - подумал Гарри. – Ты помогла мне только чтобы узнать, жив ли твой сыночек».
- Откажешься ли ты теперь спасти жизнь моего сына? Люциус сказал, что есть и другой способ, есть выход, но я-то знаю, что он не прав, и промедление может быть смертельным. Я умоляю вас, Гарри Поттер... заявите права на моего сына.
Гарри заморгал. Значит, Драко Малфой умирает, он об этом не знал, впрочем, ему это было не слишком важно, но Гарри-то точно не может быть тому причиной. Закончите начатое... связь, которой вы положили начало... Бессмыслица полная.
Он рассеянно призвал угощение для сов, и попытался убедить себя, что его не его проблемы. Потому что он к этому никакого отношения не имел. Они глубоко ошибаются, говоря, что он в чем-то виноват.
Он знал, что прав, но не мог выбросить из головы один образ: Нарцисса Малфой стоит перед ним на коленях. Она и правда помогла ему перед поединком с Вольдемортом. Конечно же, она руководствовалась эгоистическими соображениями, но она это сделала.
А он – аврор, глава целого отдела, с тех самых пор, как Шаклболт оставил его ради поста министра, и все на самом деле звучало так, словно кто-то наложил на Драко Малфоя проклятие. Очень мерзкое проклятие. Странно то, что его отец был у него в офисе и даже не потрудился доложить об этом как подобает, но присяга аврора, которую принял Гарри, не давала ему права смотреть на преступление сквозь пальцы, даже если родители жертвы ведут себя очень странно.
Вздохнув, Гарри нацарапал Нарциссе ответ и, прокричав «Малфой Мэнор», бросил его в камин с щепоткой Летучего пороха.
Он просто не мог заставить себя позвать ради этой цели сову.

Глава 3.
Ответ на его письмо появился через секунду, но  еще более удивительным был сам текст послания.

«В  настоящее время с Малфой Менор сняты охранные чары.  Я жду Вас. Приезжайте немедленно». 

Что Гарри и сделал. Быстрое перемещение по каминной сети не дало ему достаточно времени, чтобы подготовиться к визиту в  родовое имение Малфоев. Его последние воспоминания об этом месте были связаны с болезненно распухшим лицом, страшными криками Гермионы, и позже с необходимостью похоронить Добби.

А единственным положительным моментом, позволившим им ускользнуть отсюда, был задушивший сам себя Червехвост - одним Пожирателем Смерти в битве за Хогвартс стало меньше.

Другое воспоминание всплыло, когда Гарри вошел в гостиную– размером примерно с весь его дом. Драко, отказавшийся опознать его. Или почти отказавшийся, сославшись на свою неуверенность. И это нельзя было списать только на опухоль, закрывавшую лицо Гарри; Драко неохотно, но опознал  Рона и Гермиону - это Гарри помнил.

Но позже он ничего не сделал, чтобы помочь им, хотя возможно он просто вышел из игры. В конце концов, он был бледнее, чем обычно и выглядел довольно плохо, будто жизнь Пожирателя Смерти  оказалась совсем не такой, как он ожидал.

- Мистер Поттер, - задыхаясь, обратилась к нему Нарцисса. Ее мантия выглядела так, будто ее не меняли несколько дней. – Наверх, пожалуйста. У нас мало времени.

Палочка Гарри была наготове. А как иначе, дураком-то он не был. Но Нарцисса не выглядела что-то замышляющей, скорее уж – отчаявшейся, а  ее синие глаза в тот момент, когда она пригласила Гарри наверх,  были полны горечи и боли.

Тем не менее, Гарри так и не опустил палочку.

Женщина торопливо прошла по  коридору и начала подниматься по изящно изогнутой лестнице, затем открыла третью по счету дверь на лестничной площадке, взмахом руки пригласив Гарри внутрь.

Там, свернувшись на одной стороне огромной кровати, лежал Драко Малфой. Он тяжело дышал, губы стали почти бесцветными, пот ручейками стекал с обнаженного тела на простынь под ним, и он стонал.

Рядом с кроватью на коленях стоял его отец, одной рукой он поглаживал Драко по длинным влажным волосам.

- Бога ради, прикройте его, - бросил Гарри, отводя глаза в сторону. Ему никогда не нравился Драко, но это вовсе не означало, что он хотел бы видеть его в таком состоянии.

- Он этого не перенесет, - устало отозвался Люциус, поднимаясь. – Нарцисса, я же сказал, что мистер Поттер понятия не имеет, что здесь происходит. Зачем ты привела его сюда?

- А как ты думаешь, Люциус? – теперь Нарцисса вовсе не выглядела подавленной - она походила на львицу, защищающую собственного детеныша. – Он - единственная надежда Драко! И ты это знаешь!

- Пока он не знает, что именно ему предстоит, лучше бы ему находиться снаружи!

- Я, действительно, не понимаю, о чем вы сейчас говорите, - вмешался Гарри. – И я так же не знаю, что именно произошло. Но вашего сына нужно немедленно госпитализировать в Св. Мунго. Просто позвольте мне переправить его туда, а затем вы сможете рассказать мне была ли у кого-то причина, чтобы проклясть его. Вероятно, это будет длинный список, но...

- Вы, и правда, так глупы, как Северус всегда и говорил.

- Люциус! – повысила голос Нарцисса.

- Мой сын! Моя плоть и кровь - мое продолжение! – Люциус оскалился. – Я этого не допущу!

- Тогда вы увидите своего сына мертвым!

От подобных слов  аврорские инстинкты Гарри обычно начинали усиленно сигнализировать, но на сей раз, он чувствовал, что угрозы нет.  Это была простая констатация факта.  Хотя он по-прежнему ничего не понимал.

- Если вы не отправите его в Св. Мунго, это сделаю я, - произнес он, делая шаг вперед, чтобы взять Драко на руки. Но стоило Гарри коснуться юноши, как  его наполнила тревога. Драко буквально пылал.

- Он не проклят, - продолжала настаивать Нарцисса, становясь перед Гарри и блокируя таким образом дверь. – Разве вы еще не поняли? Ему не нужен врач, ему нужны вы.

- Да вы все спятили! – вспомнив ее письмо, вспомнив, слова о том, что с поместья сняты охранные чары, Гарри сосредоточился, чтобы  крутануться для аппарации...

- Нет! – хрипло закричал Люциус, рванув через комнату, чтобы схватить Гарри за рукав. Чувствуя отвращения, Гарри сбросил его ладонь, но концентрация уже была прервана.

- Никакой магии, - взмолилась Нарцисса, падая на колени прямо перед Гарри. – Он не смог перенести заклятия льда, когда мы пытались охладить его. В том состоянии, в котором он находится Аппарация или каминная сеть просто убьют его! Вы должны заявить на него свои права!

«Ему не нужен врач, ему нужны вы...»

Гарри не поверил этому, да и как он мог? Но сейчас он не мог не заметить очевидность этих слов. Обнаженное тело в его руках больше не пылало, став теплым, Драко дышал ровно и глубоко. «Твою мать», - подумал Гарри, тряхнув головой. Он не знал что происходит, но к этому моменту даже ему стало ясно, что болезнь Драко связана с ним.

И главное, сейчас он не мог воспользоваться палочкой. Но Люциус и Нарцисса не обращали на него внимание. Их глаза были прикованы к Драко.

- Кажется, ему становится лучше, когда я его держу, - вздохнув, пробормотал Гарри. – Могу я присесть куда-нибудь? Возможно, вы мне все-таки объясните, что происходит. Кто-то наложил заклятье, связавшее нас, или... как вы вообще узнали, что все это связано именно со мной, а не с кем-то еще? Или вы просто подумали о его самом худшем враге как о наиболее вероятном варианте?

- Нет никакого проклятия, мистер Поттер, - Люциус теперь тоже выглядел смирившимся. – Пожалуйста, сядьте.

Гарри опустился в кресло, на которое ему указали, качая Драко на коленях, словно в колыбели. Все это выглядело просто дико, Драко был так же гол, как и в день, когда появился на свет, а оба его родителя наблюдали за этим.

- Может быть, теперь вы его прикроете простыней? Или еще чем-нибудь, - сглотнув, предложил Гарри. Ему казалось, что более неловко он себя еще не чувствовал.

Вместо того чтобы просто призвать что-нибудь, Нарцисса поднялась и подошла к высокому шкафу, вытащив оттуда свежую простынь. Гарри понял, что женщина совершенно серьезно относится к тому, как Драко может прореагировать на магию сейчас.

- Сделайте это сами, - спокойно сказала она, разворачивая простынь, прежде чем передать ее Гарри.

Светло-голубая ткань была настолько легкой и тонкой, что казалось будто ее соткали из воздуха. Гарри пришлось обернуть простынь вокруг Драко, лежащего на его коленях, отчего тот практически прижался к нему. Его дыхание стало еще спокойнее, он уснул.

Люциус и Нарцисса сели рядом на кровать Драко, как заметил Гарри, их лица выражали гамму эмоций: от настороженности до измученности.

- Ну, -  наконец, он заговорил. – Вы собираетесь объясняться? Я не могу сидеть здесь вечно и держать его. А если я его отпущу, полагаю, ему снова станет хуже?

- Да, - Люциус сжал зубы. – Я надеялся, что нам удастся этого избежать. Поначалу я был убежден, что вы сделали это нарочно, для собственного удовольствия. Но когда оказалось, что вы не знаете, что именно совершили, я рассчитывал, что у нас есть время, чтобы найти другой выход из ситуации, любой другой выход. Но его нет. Нарцисса права. Мы не можем ничего теперь сделать, кроме этого.

- Кроме чего?

Люциус нетерпеливо вздохнул, и Нарцисса сжала в своих ладонях его руку: - Будь сильным, дорогой. Для Драко.

Люциус прижал ладони жены к губам, а затем опустил их и посмотрел на Гарри.

- Нарцисса права. Если мы хотим, чтобы наш сын остался жив, вы должны заявить на него свои права. Все просто, мистер Поттер. Вашей семье, видите ли, всегда принадлежали потомки нашей семьи.
***

Гарри всегда подозревал, что Люциус Малфой безумен, но еще никогда у него не было такого потрясающего доказательства этому. Все-таки стоило вспомнить о том, что он вытворял во время войны.

- Простите?

Люциус вздохнул, его длинные волосы всколыхнулись, когда он повернулся к жене. Нарцисса слегка кивнула ему.

- Все это правда, уверяю вас, - сказал Малфой, через несколько секунд.  – Возможно слово «всегда» является преувеличением. Когда-то этого не было, я полагаю.

- Вы всегда принадлежали моей семье? – повторил Гарри. Заявление было слишком причудливым, чтобы считаться шуткой или какой-то уловкой, Люциус выглядел очень серьезным, но Гарри все еще не мог осмыслить то, что услышал. – Вы пытаетесь мне сказать, что вы оба принадлежите мне?

Люциус вздрогнул, когда его глаза встретились с пристальным взглядом Гарри.

- Поттерам принадлежат Малфои, моя жена - урожденная Блэк.

- Но вы полагаете, что принадлежите мне?

- Вашему отцу, и то только в том случае, если бы он узнал об этом до того, как я связал свою жизнь с Нарциссой. Моя жизнь теперь связана с жизнью жены, и я нахожусь вне пределов досягаемости Рес меа эс.

- Рес меа эс?

- Заклятье собственности.

Внезапно тело Драко стало как будто тяжелее – до Гарри дошло, что значит эта их фраза, «заявите права на нашего сына. Собственность? От шока у Гарри даже во рту пересохло. Он несколько раз облизнул губы, чтобы избавиться от неприятного ощущения и вдруг вспомнил объяснения Люциуса.

- То есть, Драко просто необходимо жениться, да? У него есть кто-то на примете?

- Он не может теперь ни на ком жениться, ведь вы обо всем узнали. Он умрет прежде, чем успеет произнести начало клятвы.

Гарри рассвирепел от этих слов: - Тогда ЗАЧЕМ вы рассказали мне? Вы должны были его женить как только появились первые признаки!

- Я пытался оставить вас в неведении, если вы помните. Когда выяснилось, что вы ничего не знаете, я хотел, чтобы вы и продолжали ничего не знать, - Люциус прикрыл глаза. – Но все уже было ясно, он чахнул до вашего появления, а вы даже не подозревая ни о чем, каким-то образом выразили на него свои права. И именно это пробудило заклятье.  Какая-то часть его знает, что он рожден, чтобы принадлежать вам. И он... это убивает его, мистер Поттер. Вы должны заявить на него свои права, как сказала Нарцисса.

- Почему вы не женили его несколько лет назад, если допускали, что такое может случиться? -  спросил Гарри, не произвольно сжимая Драко руками.

Люциус прищурился: - Я пытался, поверьте мне.

Гарри усмехнулся: - Вы хотите сказать, что Драко не мог пересилить себя и выбрать девушку, даже несмотря на то, что альтернативой было стать моей собственностью?

- Он понятия не имел о Реас меа эс.

- Какой же вы отец после этого, черт побери?

- А что же вы за маг, мистер Поттер? Очевидно не из тех, кто разбирается в заклятьях, наложенных на поколение. Никто не мог сообщить ему о реас меа эс пока он не женится, или пока не перейдет из-под моей опеки под вашу.

- О. Что-то наподобие Фиделиуса?

Люциус не ответил, но его молчание было достаточно красноречивым.

Гарри снова вздохнул: - Хорошо, думаю, что я понял. Должен сказать, что не знал о своих правах или о чем бы там ни было, и я понятия не имею, что послужило поводом ко всему этому. Послушайте все-таки. У Министерства есть хорошие разработки в области проклятий, практически во всех сферах, если вы принесете мне пергамент, я напишу письмо, и мы наконец-то разберемся со всем. И будь я проклят, если сдвинусь вместе с вашим сыном с этого места, пока у нас не появится решение: я буду держать его на руках, если это именно то, что помогает ему держаться.

Нарцисса заломила руки: - Ему стало лучше лишь потому, что он или магия полагают, что вы собираетесь заявить на него свои права. Ему вновь станет хуже, как только он осознает, что этого не произойдет.

- Откуда вы можете это знать?

Губы Люциуса сжались в тонкую линию, он начал говорить сквозь сжатые зубы:

- Какой-то ваш предок похоронил все сведения о Реас меа эс, но моя семья хранила эти сведения для подобного дня, если заклятие вдруг проснется. Прошло пятьсот лет с тех пор, как на последнего члена из нашей семьи заявляли свои права, но мы знали, что однажды это снова случится. Мы знаем, как в таких случаях ведет себя магия.

Да, Гарри мог увидеть в этом логическое зерно. В конце концов Малфоев, прежде всего, интересовала их собственная безопасность. То, что они продолжали иметь детей даже при наличии такой угрозы, нависающей над семьей, было само по себе доказательством, не так ли? От этой мысли Гарри почувствовал тошноту.

- Подождите. Получается, что теперь, когда я обо всем знаю, если бы у Драко были дети, то заклятье распространилось бы и на них?

- Они были бы вашими рабами, - прошептала Нарцисса, ее глаза наполнились слезами.  – Как и он, если вы заявите на него свои права. Это нужно сделать. Я не могу смотреть как он умирает, мистер Поттер. И вы... - она вытерла щеки, убрав с лица мокрые пряди волос. – Вы полукровка и едва ли достойны его, но я слышала, как он говорил, что вы хороший...

- Тише, Нарцисса, - приказал Люциус, тряхнув головой.

Гарри выдохнул: - Я все еще не могу поверить, что вы столько лет знали обо всем и никогда не делали ничего, чтобы... Не знаю! Должно же быть что-то, чтобы преодолеть все это!

- Сказал мальчик-герой, - произнес Люциус с издевательской ноткой в голосе. – Я сделал все, что мог. Я говорил сыну, чтобы он поддерживал вас, чтобы в случае подобном этому, вы могли бы быть... расположенным к нему. Но, конечно, Драко даже с этим не смог справиться. И когда Темный Лорд возродился, мы бросили все наше семейное влияние на его поддержку, потому что вы последний в своем роде, и если бы вы умерли, не оставив потомков, мы были бы освобождены...

Память Гарри вновь вернулась к тому моменту, когда он последний раз был в Малфой Меноре.

- Все это было не только из-за меня.

- Нет, - согласился Люциус. – У нас была существенная причина, чтобы желать вам смерти. Но вы победили. И вот итог.

- Я не хотел этого, - вздохнул Гарри. – Все чего я когда-либо хотел, чтобы меня просто оставили в покое, мистер Малфой.  Послушайте, я не доверю подобное вам или вашей жене, но почему бы нам не вызвать кого-нибудь из Министерства, чтобы стереть мне обо всем этом память? В последствии, я ничего не буду помнить и затем мы сможем жить как прежде, все просто?!

- Уже неважно то, что знаете ВЫ, - прошипел Люциус. – Важно, что заклятие в нем знает, и оно не успокоится даже если мы сотрем вам память.  Нет волшебства, которое могло бы быть выполнено с ним или над ним, пока заклятие не будет удовлетворено тем, что вы признали Драко своим.

- Пока на него не будут заявлены права, - Гарри прикусил губу. – Ясно, но я не могу этого сделать. Это... это непристойно. Это даже наверняка незаконно, в этот день, да и его возраст...

- Магия не знает ни дней, ни лет. То есть, вы убьете его? Вы, тот, кто убил Темного Лорда, никогда не применявший убивающего заклятья?

- Я просто не могу поверить, что есть всего лишь два выхода! Сейчас он чувствует себя намного лучше, - начал Гарри, пытаясь говорить разумно. – Я не думаю, что у него до сих пор лихорадка и... - внезапно осознав насколько холодным стал Драко, Гарри шумно сглотнул.

Нарцисса, правильно оценившая его действие, сразу же подскочила к Гарри, положила ладонь на лоб сына и задохнулась.

- Сколько еще ты будешь медлить? – закричала она на Гарри. – Он умирает у тебя на руках!

К несчастью, Гарри собственными глазами видел, что она права. Больше не было времени для обсуждения или сомнений, и абсолютно не осталось времени для исследований Рес меа эс, чтобы найти другой выход. Кожа Драко с каждой секундой становилась все холоднее и холоднее, заклятье внутри него признавало поражение.

Заклятье разочаровывалось в Гарри, но именно Драко был тем, кто заплатит за разочарование.

«Слишком много уже было смертей», - подумал Гарри. Он просто не могу добавить к списку умерших, что держал в своей голове, Драко – даже Драко. Он не знал, к чему приведет его Рес меа эс или что вообще он мог бы потребовать, но времени для обсуждений больше не было. Им придется обговорить все это позже – и надеяться на лучшее.

Гарри посмотрел в тревожное лицо Нарциссы, перевел взгляд на отстраненного Люциуса. Так выглядит горе.

- Я заявлю на него свои права, - Гарри откашлялся. – Как я... что я...

Нарцисса просунула руку Гарри под простынь, что укрывала ее сына, положив его ладонь на грудь Драко чуть выше сердца. Затем женщина отошла.

- Теперь вы должны просто сказать это, - очень тихо произнесла она, будто Драко стоял на краю утеса, и даже лишний шум мог бы столкнуть его вниз.

- Я заявляю на тебя свои права, - сказал Гарри, в горле дико першило.

Нарцисса покачала головой: - Рес меа эс, эт реам меам виндико*.

У Гарри скрутило живот. Его латынь оставляла желать лучшего, но и этих знаний было достаточно, чтобы понять – он назовет Драко Малфоя своей вещью. Сделает его своей собственностью.

Закрыв глаза, он сказал: - Рем меа эс, эт реам меам виндико.

Рядом с ним в рыданиях  рухнула на пол Нарцисса.   Люциус с каменным лицом опустился на колени и взял жену на руки. Глядя на эту пару, Гарри осознал, что отныне они не смогут причинить ему вред, и даже не потому, что теперь он держал в своих руках жизнь Драко. Нет, совсем не поэтому.

То была магия, что, играя и кружась, связывала их с Драко мягкими лентами, в большей степень с Драко, но в меньшей и с его родителями. Они не принадлежали ему, нет, теперь ему принадлежал Драко, а они будут вынуждены заклятьем уважать желания Гарри.  И они не смогут ничего сделать, чтобы помешать ему. Отныне, они не смогут противостоять Гарри.

Тело Драко снова потеплело.  Не слишком заметно сначала, но все ощутимее с каждой секундой. Гарри мог чувствовать как бьется его сердце, как двигается грудная клетка при дыхании. Скоро он проснется, и кто-то должен будет сказать ему, объяснить ему...

Объяснить что, в самом деле?

С внезапной слабостью Гарри вдруг осознал, что понятия не имеет, во что только что ввязался...

*Res mea es, et ream meam vindico (лат.) - Заявляю права на свою собственность.

Глава 4.

Гарри полагал, что теперь Драко может остаться один. Но Малфои настаивали, что прошло слишком мало времени, и пока рано подвергать их сына магии, поэтому Поттер остался в поместье.

Было во всем этом две странности. Во-первых, неуверенный, практически почтительный тон, которым это предложением было сделано, и, во-вторых, предположение, что у Гарри появятся какие-то обязательства. Бог свидетель, он не хотел видеть Драко в своем доме.

Но Малфои, казалось, считали иначе.

«Хорошо, нам удастся достигнуть некоего соглашения, по крайней мере, до того, как Драко придет в себя», - решил Гарри. Но, на самом деле, он не был в этом уверен. Гарри сидел у кровати Драко уже больше часа и не сводил с него глаз, но ничто, кроме тихого бормотания юноши во сне, не менялось.

Ну, за исключением меток, появившихся на его запястьях. Тонкие, переплетенные линии теперь окружали их, напоминая рисунком цепочку, только вместо реальных звеньев был лишь их графический набросок. Стилизованные цепочки, выполненные с помощью темно-зеленных чернил.

- Признак Реа меа эс, - дрожащим голосом пояснил Люциус, потянувшись, будто желая коснуться меток, или просто чтобы погладить безвольную руку сына.

Гарри ощутил, как внутри него что-то сжалось. И это вовсе не была жалость. Он, и правда, не знал, что это за чувство. Безусловно, было мало шансов, что его мнение о Люциусе улучшится. И факт, что этот человек любит своего сына, совсем не уменьшал ни одного из его преступлений, и уж конечно он не изменил мнение Гарри о том, что этот мужчина должен находиться в Азкабане еще как минимум лет двадцать.

И Драко ведь с ним рядом, пусть Министерство, сославшись на «особые обстоятельства», и выдало ему санкцию на домашний арест в течение шести месяцев. Нарциссе был назначен домашний арест сроком на один год.

Их всего лишь шлепнули по рукам. И плюнули в лицо всем замечательным людям, которые погибли на войне, и всем другим, кто страдает от ее последствий по сей день, как маленький Тедди Люпин, который потерял родителей прежде, чем приобрел реальный шанс узнать их.

А Гарри знал, каково это.

Так что нет, Гарри не испытывал жалость к людям, подобным Люциусу Малфою даже сейчас, когда лицо последнего исказилось от горя, в тот момент, когда он задержал свою руку так и не коснувшись Драко. Но при это Гарри не хотел причинять этому человеку еще больше страданий из-за Рес меа эс.

- Он все еще ваш сын, помните об этом, - будничным тоном сказал он. – Ничего не изменилось. И ничего не изменится, мистер Малфой. Независимо ни от чего.

- Вы все неправильно поняли, - устало проговорил Люциус. – Я знаю, что он все еще мой сын и всегда им будет. Но я не смогу касаться его еще некоторое время. Никто не сможет. Он должен будет... привыкнуть к вам сначала.

Эта новость Гарри не понравилась.

- Как долго это продлится?

- Шесть месяцев, может быть год. Возможны разные сроки. Учитывая, что заклятье бездействовало пятьсот лет, оно может стать более требовательным, нежели обычно.

- Ко мне?

- К нему, - Люциус подарил Гарри ироничный взгляд. – Вы его хозяин, мистер Поттер, а он – раб. Он ничего не может требовать от вас. Заклятье не позволит.

- Отлично, - чувствуя легкость, отозвался Гарри. – Я просто оставляю его здесь с вами, и мы сможем притвориться, что всего этого никогда не было. И никто не должен об этом узнать. Эмм... возможно, нужно будет наложить чары на его запястья. Если вы не можете применять к нему магию, я буду рад сделать это сам...

- Вы можете оставить его здесь, если желаете, - холодно сказал Люциус. – Он ваш, и вы вольны поступать с ним так, как считаете нужным, у вас не должно быть никаких забот о его собственных потребностях. Конечно то, что он будет чахнуть и умирать, не будет представлять для вас никакого интереса...

- О, Бога ради! – воскликнул Гарри, подпрыгивая на стуле. – Если бы я хотел, чтобы он чахнул и умирал, я бы вообще не заявлял на него своих прав, так что не надо говорить, что я желаю ему зла. Просто объясните толком, что вы пытаетесь сказать!

- Это трудно, мистер Поттер, - произнесла Нарцисса, сидящая рядом с Драко на кровати. С того места, где она расположилась можно было легко дотронуться до Драко, но она не делала этого, Гарри только теперь заметил это. – Если мы попытаемся управлять и указывать вам, как его использовать, его накажут.

Использовать его. Гарри сглотнул.

- Накажут, как?

- Медленное удушение, как правило, - без выражения произнес Люциус. – Это прекратится, как только мы оставим любую попытку командовать вашими действиями в отношении его использования.

Снова эта фраза. Гарри хотел, чтобы они прекратили произносить ее. Гарри было плевать, что совсем недавно он заявил на Малфоя-младшего своего права, Драко не вещь, и он не собирался использовать его, независимо от того, что они подразумевали под этим.

- Это касается только вас или любого другого? – Нарцисса и Люциус недоуменно посмотрели на него. – Драко накажут, если, к примеру, Гермиона скажет мне, что с ним делать?

- Нет, конечно нет, - Люциус выглядел так, будто испытывал отвращение в высшей степени. - Заклятие поколения, мистер Поттер, ваши низкопробные друзья не относятся к нашему семейному древу.

- Прекрасно, - заключил Гарри. – И вы, как я понимаю, не можете мне сказать, что я должен делать. Вы хоть можете мне объяснить, чего ожидать от этого Рес меа эс? Я так понимаю, вы считаете, будто Драко должен жить со мной? Как вы сказали, пока он не адаптируется?

- Он не должен, но иное решение убьет его. Раздельное проживание – насмешка над вашим заявлением своих прав, - мягко пояснила Нарцисса.

- То есть от шести месяцев до года, - повторил Гарри. Это ужасно, ему казалось, что он просто не вынесет Драко так долго. Если только...

- Заявление прав является пожизненным, хотя, конечно, вы можете просто проигнорировать его в любое время.

- Боже мой! Вы хотите сказать, что он должен всегда жить со мной? – Гарри замутило. – Тогда что же вы подразумевали под адаптацией?

Люциус довольно резко принялся разъяснять: - Как только он адаптируется, прикосновения матери, вероятно, уже не смогут убить его. А до тех пор очень даже могут. Конечно, это только ваше право позволить нам видеться с ним...

Была только одна вещь, которую Гарри никогда бы не допустил высказать в свой адрес: предположение о том, что он может запретить видеться сыну с любящими его родителями.

- Замолчите! – рявкнул он низким и жестким голосом. – Не судите меня по собственным низким и отвратительным меркам. Просто замолчите.

К его огромному удивлению, Люциус именно так и поступил. Гарри глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, но это довольно долго не помогало.

Драко должен жить с ним, и это навсегда? Гарри никогда не сможет оставить глупого мерзавца? Облокотившись на спинку, Гарри прикрыл глаза, даже не пытаясь скрыть насколько отвратительны для него были новости.

- Что значит, заклятие ничего не потребует от меня?

- Оно действительно ничего не может от вас потребовать, - подтвердил Люциус, ножки стула скрипнули об пол, когда мужчина поднялся. Он не приближался к Гарри, просто повернулся и встал перед ним с безучастным выражением лица. – Вы вольны дать ему умереть.

- Может быть это просто слова?

- Рес меа эс полагает, что человек, заявляя права на раба, ждет от него удовлетворения всех своих потребностей.

Гарри принялся кусать губы.

- Я все думаю над тем, что вы сказали о потребностях Драко. Не позволять никому касаться его, замечательно...

- Заклятье не причинит ему вреда, если вы коснетесь его, - прервала его Нарцисса.

Гарри недоверчиво посмотрел на нее, она вернула ему грустный взгляд. Это все, конечно, замечательно, но он не собирался уходить от темы.

- Выходит, он встает перед необходимостью жить со мной. Что еще ему будет нужно? И не говорите мне снова, что не можете объяснять мне, что делать. Уверен, вы сможете все изложить так, будто это всего лишь совет, что явно не станет причиной к удушению.

Люциус кивнул: - Прошу, помните, что я сказал о заклятье, ставшим более сильным после пятисот лет бездействия.

- Помню. Независимо от того, что вы говорили, нам нужно с чего-то начать. Хоть с чего-то, - вздохнув, Гарри махнул рукой, призывая Люциуса продолжить.
- Он должен будет жить по команде, особенно по началу, даже самые простые задачи будут исполняться по приказу. Он не сможет выполнить даже действия первой необходимость без вашего разрешения...

- Подождите? Какие действия первой необходимости?

Глаза Нарциссы снова наполнились слезами, когда она посмотрела на Гарри: - Он не станет есть, если вы не прикажете, - через рыдания выдавила она. – Вы будете о нем заботиться, ведь так? Вы будете вспоминать о нем, когда сядете есть...

- Нарцисса, - рявкнул Люциус.

Женщина затихла, но вовсе не потому, что она принадлежала к тому типу жен, для которых слово мужа закон. Нет... она подумала о Драко и о том, как далеко она зашла в рассказе Гарри, что ему следует делать с ее сыном.

- Простите мою выходку, - произнесла она, подавляя рыдания. – Он ваш.

- Я буду хорошо к нему относиться, - пообещал Гарри, чувствуя себя ужасно из-за матери Драко. Он даже отдаленно не мог представить, на что похожи ее чувства. Казалось, что Драко будет абсолютно зависеть от его доброй воли, но ведь у этих людей не было веры в то, что Гарри будет хорошо относится ко всему, что касается Драко. В конце концов, именно он высказывался о необходимости более серьезных наказаний после войны. Он даже использовал как пример домашний арест Драко Малфоя. И если бы положение дел поменялось, Малфои, без сомнения, были бы жестоки и мстительны. И, видимо, поэтому у Нарциссы были основания бояться за собственного сына. Его мысли подтверждали и ранее высказанные слова Люциусом о том, что Гарри, вероятно, не позволит им видеться с Драко. Наверное, это была бы одна из немногих вещей, которую осуществил бы Люциус, если бы ненавистный ему человек оказался в его власти.

Но Гарри, конечно же, не был Люциусом.

- Послушайте, я знаю, что я не все Министерство, - обратился к отчаявшимся родителям Гарри. - Я человек, и да, я был безумно зол, когда Министерство не послушало моего мнения о наказании для Пожирателей Смерти после войны. Но таково было их решение и я его принял. Теперь я аврор. Это значит, что я поклялся, что буду поддерживать правосудие Министерства, а не свое собственное.

Они смотрели на него, будто он говорил на иностранном языке.

- Просто дайте нам пройти через все это, - добавил Гарри, чувствуя, что его терпение заканчивается. – Я обещаю, что не позволю ему голодать. Ему не нужно мое разрешение на то, чтобы дышать или чтобы сердце продолжало биться, полагаю. Таким образом, ему будет нужна помощь только в добровольных действиях, да?

- Примерно так, - произнесла немного успокоившаяся Нарцисса. – Он не будет спать, если вы не прикажете этого, хотя, безусловно, от истощения его тело однажды потребует своего. Он не будет купаться или мыть волосы, или чистить зубы. Проще говоря, он будет стараться тратить на себя как можно меньше сил, если вы не настоите на обратном. Вы должны... - сглотнув, она начала заново: - Он будет нуждаться в ком-то, кто буде направлять его. Он будет не способен что-либо попросить у вас, мистер Поттер. Он должен быть рядом с вами, чтобы прислуживать вам.

- И я не могу попросить его сообщать мне о своих потребностях?

- Спустя какое-то время, возможно. Когда заклятье адаптируется. А поначалу – нет.

Гарри скривился, но вынужден был смириться с этим. А что еще он мог сделать?

- И как часто он должен быть рядом? – Гарри вдруг в голову пришла жуткая мысль. – Он что, должен будет ходить со мной на работу?

-Нет, если он сможет быть вместе с вами постоянно в другое время.

Ладно, наверняка, Гарри сможет смириться с этим. Ему все это не нравилось, но попытатьсь он мог.

- А если я не хочу, чтобы он прислуживал мне?

- Как я уже говорил, это исключительно ваше право, - твердо произнес Люциус.

Что означало, как предположил Гарри, что Драко ДОЛЖЕН ему служить. Тьфу. Гарри действительно не мог себе этого представить. На самом деле, первой его мыслью было, что Драко скорее умрет, чем согласиться на подобное. Хотя... возможно, что и нет. У Малфоев же была та навязчивая идея о самосохранении, и Драко вряд ли был исключением. Ладно, они бы это поняли. Так или иначе. Выбор-то в любом случае невелик, как бы Люциус не называл все это.

- Что-то еще?

Голос Нарциссы звучал очень нерешительно: - Долг жизни тоже может сыграть свою роль, вы же спасли Драко тогда. Или то, что вы были врагами практически половину вашей жизни. Или, как мы уже говорили, длительный период бездействия заклятья. Семья Люциуса хранила знания о Рес меа эс на случай, если заклятье снова проснется, но на самом деле это знание несколько ограничено и самим временем, и пространством.

Спокойствие. Только СПОКОЙСТВИЕ.

- Значит, я могу просмотреть эти сведения?

Люциус ответил едва ли не злобно: - Сведения? Письменные сведения?! Вы что, и правда, настолько тупы, чтобы полагать, что мои предки рискнули бы записать все это и быть раскрытыми? Слова нашего позора передавались от отца к сыну и только шепотом с тех самых пор, как заклятье таинственно прекратилось приблизительно пять веков назад!

- Ш-ш. Я просто спросил, - Гарри отодвинулся от стены и принялся оглядываться, параллельно размышляя. – Что вам известно об этом таинственном прекращение действия заклятья? Почему заклятье ушло в подполье? Если кто-то из Поттеров сумел это сделать, возможно, получится и у меня.

- По слухам, один из ваших предков покончил с собой, перед этим уничтожив все знания о Рес меа эс и не передав никаких сведений о заклятье своему новорожденному наследнику.

- О, ну что ж, этот вариант отпадает.

- И это все равно бы не спасло нашего сына, - добавила Нарцисса, впиваясь взглядом в мужа, прежде чем перевести глаза на Гарри. – Теперь он умрет вместе с вами.

Эта информация больше, чем какая-либо другая заставила Гарри осознать, что он теперь навечно связан с ублюдком. Просто охренительные новости.

- Драко сможет пользоваться палочкой?

- Чтобы услужить вам – да. Но не против вас.

Гарри раздул ноздри. Его совершенно не беспокоила идея о дуэли с Драко. После всего, что случилось на войне, он сомневался, что у Драко не сдадут при этом нервы.
Спящая фигура на кровати зашевелилась и простынь, укрывавшая его сползла вниз, до талии. Гарри отвернулся, несмотря на то, что уже видел все это чуть раньше. И что такого в том, что у Драко Малфоя была бледная кожа с оттенком лунного сияния, или, что было такого в редких волосках покрывающих его живот, темнеющих до золотого оттенка в районе паха...

Он не должен был обращать внимания на такие вещи, и уж точно не должен был думать об этом сейчас.

Гарри пристально посмотрел на родителей Драко.

- Что ж, думаю, подошло время пробуждения... Эмм... Не хотели бы вы сообщить сыну о случившемся? Или это должен сделать я?

Было похоже, что Нарциссе сам вопрос уже причинил боль. Ее голос, когда она ответила, звучал низко и глухо: - Это ваше решение, мистер Поттер. Мы не вправе, что-либо решать отныне. Он теперь полностью принадлежит вам.

Замечательно, если это можно назвать выбором, то уже хорошо, что Драко не услышит обо всем от Гарри. Что Поттера полностью устраивало. Позволить им обсудить все внутри семьи. А он, в свою очередь, будет лишен возможности лицезреть истерику Драко, либо выслушивать его вопли или что там он будет делать. Он уже видел подобное в туалете, с него достаточно.

- Тогда я подожду снаружи, - сказал он, направляясь к двери.

Мягкий голос Нарциссы нагнал его: - Он наверняка будет нуждаться в вас.

Это был своеобразный метод напомнить Гарри о том, что ему не следует уходить далеко. Гарри кивнул, показывая, что все понял, а затем закрыл дверь позади себя, облокотившись о стену, он сполз по ней вниз, присев на корточки.

Господи, ему срочно требовался какой-нибудь сильно-алкогольный напиток, а еще пара дней сна и совет от кого-то, кто знал больше, чем Малфои.

Но больше всего ему было необходимо поговорить с Джинни.

Глава 5

Гарри думал было послать к Джинни Патронуса с сообщением, но не мог и слова придумать. Кроме того, ему все равно придется поговорить с ней лично, но ему просто казалось неправильным то, что он смог пойти на такой шаг – заявить права на Драко Малфоя – и ни разу при этом не задуматься о реакции Джинни.
Так что ему срочно нужно было переговорить с ней, и незамедлительно. Нужно было сделать это еще раньше. Но он не мог... Драко умирал. Может быть, если бы Гарри его коснулся, Драко смог бы продержаться до окончания их разговора с Джинни – хотя Бог знает, что бы он ей смог об этом сказать.
Но Гарри и не задумывался о Джинни. Вместо этого, он бросился к Драко на помощь, отказавшись от разумной идеи поместить его в Святой Мунго, и с того момента события развивались по наклонной. Жизнь Драко висела на волоске, с тех самых пор, как заклятье определило, что Поттер близко и вполне может принять его в свою собственность – и какой же выбор сделал Гарри?
Поймет ли его Джинни? Она потеряла в войну брата, может быть, Малфой станет ей напоминанием об ужасах последней битвы? К тому же, на первых порах Драко нужно будет уделять много времени и внимания, ведь Гарри теперь его Хозяин.
Самое ужасное было в другом. Джинни в последнее время весьма прозрачно намекала, что хочет переехать к нему, а Гарри все время отказывался, говоря, что не готов к присутствию другого человека на своей территории. А теперь до нее дойдет, что Гарри готов разделить свой дом с Драко Малфоем, а не с ней... Гарри представить себе не мог, что она ему скажет, но вряд ли что-то приятное.
Гарри вздохнул, поднялся на ноги и принялся ходить взад-вперед по коридору.
Он старался не обращать внимания на приглушенные голоса, доносящиеся из-за двери, и о том, как Драко, должно быть, воспримет такую «приятную» новость. И, чем сильнее он старался об этом не задумываться, тем больше он впадал в уныние.
Какой же он все-таки эгоистичный ублюдок, что ломает голову над тем, что обо всем этом подумает Джинни. В конце концов, проблем у Гарри не прибавится – по крайней мере, по сравнению с Драко, который ничего не сделал, чтобы заслужить такую судьбу. Да, он был Пожирателем смерти, да, он причинил боль многим людям, и пытался убить Дамблдора, но, насколько Гарри знал, он никогда не проливал крови. У него просто не хватало духу.
Пять лет в Азкабане – вот какое наказание назначил бы ему сам Гарри. Пять лет... может, и семь – это приходило Гарри в голову, когда он думал о том, как Рон однажды чуть было не умер от отравления. Но такое? Гарри никогда бы не стал поощрять такое варварство, как порабощение, даже на короткий срок. Не говоря уже о целой жизни!
С другой стороны, Гарри вырос в маггловской Британии, и тема рабства никогда его не касалась. Волшебный мир в этом отношении был гораздо более варварским, по мнению Гарри. Принимая во внимание то, что добрый, заботливый волшебник, много лет строил планы, как бы сделать из Гарри «свинью для бойни», как выразился Снейп ... да, теперь его даже не удивляло, что в этом мире существовали заклятья рабства. Стоит только взглянуть на эльфов-домовиков, чтобы убедиться в этом.
Все-таки как же это бесчеловечно. Даже если такие заклятья не были широко распространены. Стоило понять, наконец, что многие волшебники были абсолютно негуманны. Чего только стоит злоба Вольдеморта, принесшая столько вреда маглорожденным за такое короткое время. Ему не удалось бы сотворить такое без поддержки его многочисленных сторонников, которые просто страшились и слова поперек молвить, которые шли за ним вместо того, чтобы защищать то, что было правильным в их глазах...
- Мистер Поттер, - голос Нарциссы прервал его размышления. Гарри показалось, что она давно уже тут стоит и смотрит, как он расхаживает взад-вперед. Сама мысль была страшной, потому что как аврор он должен был всегда быть начеку. Особенно в таком вот месте, где живут эти люди...
Но нет – они сейчас ничего не смогли бы ему сделать. Гарри точно знал, что Рэс меа Эс повлияло не только на Драко, но и на его родителей.
- Мы... мы ему объяснили, - запинаясь, произнесла Нарцисса. Гарри догадался, что она пыталась пригласить его зайти, не говоря ему, что делать. – Он... все понимает, но он не в себе, он в глубоком шоке.
«Так что, пожалуйста, не сердитесь, если Драко вам нагрубит», - Гарри понял, что она имела в виду. Что означало – Нарцисса Малфой отлично знает своего сына.
Может быть, она и не то хотела сказать: когда Гарри зашел в комнату, ему действительно показалось, что Драко выглядит нездоровым. Он был все еще очень бледен, глаза ярко блестели, будто бы у него все еще был жар. Или, возможно, ему просто так показалось, потому что веки Драко слегка покраснели.
Он Боже. Драко плакал. Или, по крайней мере, пытался сдержаться.
Он на какое-то мгновение задержал абсолютно пустой взгляд на Гарри, потом опустил глаза, беспрестанно теребя край голубой простыни, прикрывающие его бедра. До сих пор ничего, кроме этой тонкой ткани, не скрывало его наготу, и Гарри не мог не задаться вопросом: что же такое с этими людьми? Разве они никогда не слышали о пижаме или ночной рубашке?
- Миссис Малфой, не могли бы вы дать ему что-нибудь из одежды? – спросил Гарри, смотря на нее, как он надеялся, весьма многозначительно.
Нарцисса кивнула и, быстро вытащив из шкафа ночную рубашку, протянула ее Гарри, а не Драко. Может, чтобы не касаться сына?
Гарри пришло в голову, что, должно быть, Драко сидел тут, с трудом сдерживая слезы, когда ему говорили об ожидающей его ужасной участи, а родители молча на это взирали, не в силах даже протянуть ему руку, чтобы утешить.
- Ну вот, - сказал Гарри, подходя к кровати. Стул, на котором он раньше сидел, все еще был тут, но Драко выглядел таким хрупким и беззащитным, что Гарри просто сел рядом с ним на кровать. Он протянул сложенную сорочку, и Драко непонимающе уставился на нее. А потом поднял на Гарри вопрошающий взгляд.
Точь-в-точь как ребенок. Ищет поддержки.
Теперь Гарри стал четче себе представлять, что значит «адаптация». Драко придется выучить, как различать малейшие оттенки настроения «хозяина», научиться толковать интонации его голоса...
- Ну а теперь надень ее, - мягко сказал Гарри.
Драко повиновался, но ограничился тем, что расправил рубашку на коленях, опять понурив голову.
Гарри не знал, что с ним такое происходит. До сих пор он и словечка не сказал. Не возразил, даже не оскорбил, не произнес уничтожающе «Поттер», как всегда. И этот взгляд... в нем не было ненависти. Неужели он не помнит свое прошлое? Не узнает Гарри?
Или, возможно, он пока пребывает в состоянии шока, пытаясь справиться с заклятьем?
Гарри подавил вздох и спросил самым ласковым голосом, который только мог из себя выжать:
- Ты можешь сам одеться? Или тебе нужна моя помощь?
Еще один недоумевающий взгляд, хотя на этот раз в нем было больше изумления.
- Я могу. Да. Я... Сам.
Его речь была до странности бессвязна, словно ему трудно было составить из слов целое предложение. И, несмотря на то, что он сказал, он до сих пор держал в руках сорочку, словно не понял, что от него хотел Гарри.
«Он не станет даже утруждаться заботой о самом себе, если только вы не настоите на этом...».
Гарри решительно кивнул, только теперь осознав, о чем говорили ему Малфои.
- Тогда, пожалуйста, надень ее.
Драко поднял ночную рубашку над головой и, втиснув руки в рукава, потянул подол вниз, прикрывая бедра. Гарри отвел глаза. В его движениях было что-то детское, хотя они и были достаточно координированы. Странно все это. Действительно странно.
Как только Драко закончил надевать сорочку, он опять потупил взгляд, на этот раз сосредоточившись на изучении зеленого рисунка цепей на запястье.
Он что, даже не знал, что этот рисунок там был и что он обозначал? Гарри засомневался. В раздражении он посмотрел на родителей Драко, стоявших неподалеку. Нарцисса выглядела сломленной горем; Люциус, напротив, был относительно спокоен.
- Вы не упоминали об амнезии, - сказал Гарри.
Отец Драко заговорил; и этот хриплый голос сказал Гарри всю правду. Люциус мог не подавать виду, но он испытывал ту же боль, что и его жена. Не меньше.
- У него нет амнезии. Он просто вас не знает.
Гарри открыл рот:
- Нет амнезии?
- В этом смысле вы для него остаетесь незнакомцем, и он не знает, чего от вас ожидать. Заклятье пока что держит его в неизвестности. Ради его же собственной безопасности. Его воспоминания... расплывчаты, как мне кажется.
- И как долго это будет длиться?
- Пока он не приспособиться немного, - Люциус прочистил горло. – Меня никак не касается то, как вы будете использовать его, господин Поттер, но процесс адаптации может ускориться, стоит вам только дать ему имя.
И тут на Гарри обрушилась правда, точно тонна кирпичей: он вспомнил, что ни разу с тех пор как он, положив руку на сердце Драко, заявил его за собой, ни Люциус, ни Нарцисса не произносили слова «Драко». Ни разу. «Он», «его», «мой сын», «наш сын»... но никогда не произнесли его имени. Гарри сам называл его, но они нет.
И не назовут, пока Гарри официально не даст их сыну имя.
- Ты – Драко, - сказал он, поворачиваясь к молодому человеку, спокойно и тихо лежащему на постели. – Помнишь? Тебя зовут Драко. Драко Малфой.
Еще один взгляд, очень краткий.
- Да, я помню, Хозяин.
Гарри с удовольствием обошелся бы без этого обращения; оно напомнило ему о Вольдеморте. О том, как Пожиратели смерти стояли на коленях, с готовностью повторяя это слово... И Драко не раз использовал его прежде. Все же он был Пожирателем смерти...
- Зови меня Гарри, ладно?
- Да, Хозяин.
- Гарри.
Драко стал белым, как мел, и произнес сквозь стучащие зубы:
- Гарри, Хозяин.
Гарри пришел к выводу о том, что бы все это значило. Заклятье рабства приказывало ему делать одно, сам Гарри – другое, Драко не знал, чьей команде повиноваться. Или, возможно, он, не зная Гарри, боялся наказания.
«Скоро все уладится, наверное», - подумал Гарри.
Но пока что ему придется смириться с этим обращением, судя по всему. Хотя это слово и резало по живому.
- Отлично, - сказал он, тихо и успокаивающе. И, кажется, спокойные интонации произвели нужный эффект: Драко больше не выглядел так, словно на него вот-вот наложат проклятье. – Что ж... Теперь ты будешь жить у меня дома. Родители тебе это объяснили?
Драко кивнул.
Нарцисса сдавленно всхлипнула.
- Как ты относишься к «летучему пороху»? Мы можем и подождать, если ты себя плохо чувствуешь.
- Я... - Драко прокашлялся и продолжил хриплым голосом, - я готов, как вам угодно, Хозяин.
«А это явно не ответ на мой вопрос», заметил Гарри; он хотел узнать только мнение Драко. Но, возможно, Малфой пока не готов отвечать на подобного рода вопросы. Заклятье запрещает ему думать о себе, в конце концов.
Гарри вытащил палочку; Драко съежился, отодвигаясь как можно дальше от него, стуча зубами.
- Нет, все хорошо, - сказал Гарри, опуская палочку и протягивая руку за стоящим на столике у кровати стаканом. – Агуаменти, видишь? – Вода постепенно наполнила стакан. – Я думал, что у тебя в горле пересохло, вот и все.
И протянул Драко стакан, только спустя секунду добавив:
- Выпей немного.
Драко послушался. И сделал крошечный глоток.
- Можешь еще отпить, - Гарри убрал палочку в чехол, с облечением замечая, что Драко снова приблизил стакан к губам.
Пока Малфой пил, Гарри обернулся к его родителям. Они выглядели порядком измученными; даже прежде невозмутимое лицо Люциуса казалось уставшим. Гарри не хотел даже думать о том, как тяжело все это было для них. У него и так было полно забот с Драко.
- Вы думаете, воспользоваться каминной сетью для него будет безопасно? Или лучше аппарировать?
Нарцисса спрятала лицо на плече у мужа, крепко сжав в кулаках ткань его мантии, и уши Гарри уловили сдавленное рыдание.
Очевидно, что и уши Драко тоже. Звон стекла заставил Гарри резко обернуться – как он и ожидал, Драко разбил стакан, и теперь его сорочка была залита водой, а из руки текла кровь.
Что хуже – его лицо снова побелело, точно он ожидал наказания.
На этот раз Гарри позаботился о том, чтобы успокоить Драко перед тем, как вынуть палочку.
- Все в порядке, - сказал он. – Это просто всплеск непроизвольной магии. Со мной такое тоже случалось. Я сейчас уберу осколки – ты, возможно, почувствуешь небольшое покалывание. Эванеско... Ну вот, видишь?
Драко шмыгнул носом и кивнул, судя по всему, даже не осознавая, что его рука до сих пор кровоточит.
Ну, дни, когда Гарри сам бы не смог справиться, давно прошли. Подготовка аврора включала в себя и заклинания первой помощи. Гарри снова задействовал палочку, потом поднес руку Драко поближе к лицу и внимательно ее осмотрел. Все порезы и ссадины сошли, и отлично.
Драко расслабился и придвинулся поближе к Гарри.
Гарри снова посмотрел на чету Малфоев. Нарцисса выглядела так, словно готова была в любой момент потерять сознание, но теперь она не издавала ни звука, видя печальные последствия своего срыва.
- Я позабочусь о нем, - сказал Гарри, не зная, что бы еще сказать. Он хотел бы увидеть Нарциссу в Азкабане, но никогда не желал быть тем, кто захлопнет перед ее лицом дверь камеры. Все это... причиняло ей ужасную боль, несмотря на то, что она сама попросила его вмешаться и признать Драко своим, потому что это был его единственный шанс выжить. Гарри было неприятно видеть ее искаженное страданием лицо. – Обещаю, что позабочусь. Вам не следует волноваться... Никому из вас, - сказа он, подумав. – Ну... Аппарация или «порох», все же? Вы так и не ответили.
- Любой вариант одинаково приемлем, мистер Поттер, - Люциус махнул рукой по направлению к шкафу. – Вещи Драко в верхнем ящике, если вам угодно их взять. Его палочка здесь, - его лицо стало еще более напряженным. – Точнее, его новая палочка.
Вещи Драко? Гарри подошел к ящику и заглянул внутрь; там была всего стопка сменной одежды, аккуратно сложенная, и лежащая рядом тонкая палочка из березы.
- Разве у него ничего больше нет?
- Он как раз навещал нас, когда... когда все это случилось. Все остальное – у него дома. Точнее, теперь у вас. Стены его дома узнают вас как законного хозяина.
- Хозяина, - сказал Драко с кровати, кивая.
Гарри с трудом подавил вздох, собрал в охапку все вещи Драко и, зажав их подмышкой, вернулся к кровати. Обращаться с Драко как с маленьким ребенком было наилучшим из всех возможных решений, и Гарри улыбнулся ему так ласково, как только мог.
- Теперь поднимайся, Драко. Мы идем домой, но ты можешь навещать родителей так часто, как захочешь. Согласен?
Тот кивнул, хотя вид у него был растерянный.
Драко едва держался на ногах, так что Гарри предпочел Аппарацию. Притянув к себе Драко, Гарри заглянул в его серые глаза.
- А теперь держись крепче. Все нормально? Готов?
Драко обвил его руками и прильнул как можно теснее всем телом, и Гарри повернулся вокруг своей оси.

Глава 6

Стоило Гарри вернуться домой, как он сразу почувствовал себя лучше. Малфои, конечно, не могут требовать от него хорошо обращаться с их сыном, но глаза Нарциссы говорили больше всяких слов, и Гарри понимал, какую боль все это причиняло ей... Гарри больше не желал об этом задумываться. У него хватало своих проблем.
Драко все еще крепко цеплялся за него, как утопающий за спасательный круг. Гарри про себя задался вопросом, не напугало ли его аппарирование. Возможно, он забыл все, связанное с подобным видом перемещения?

Осторожно отцепив от себя руки Малфоя, Гарри тяжело опустился в свое любимое кресло. В глубине души он знал: единственное, чего он хотел бы в этот момент – получить Хроноворот. Он смог бы вернуться в то время, когда все это началось, и...

Но это было бы словной задачей, учитывая, что он даже точно не знал, что разбудило бездействующее заклятье. Ему бы пришлось сначала во всем хорошенько разобраться, а потом уже постараться найти выход из сложившейся ситуации – если он, конечно, вообще существовал. Может, если бы он узнал имя того его предка, который сотворил это заклятье порабощения, то отыскать решение было бы гораздо проще.

Когда Гарри поднял глаза, он увидел Драко, все еще стоящего посреди комнаты, переминаясь с ноги на ногу. Сорочка доходила ему до голых коленок. О Боже мой.
Вскочив с места, Гарри схватил сверток, который он по прибытии бросил на один из стульев, и велел Драко идти за ним. Всего пару минут – и Гарри уже открывал дверь в комнату для гостей. Слава Богу, что он всегда содержал ее в чистоте и порядке. Хотя и часто подумывал, что уборка – пустая трата времени, поскольку гостей, остающихся с ночевкой, у него было немного – кроме Джинни, разумеется, но она спала в кровати вместе с ним. Зато теперь найти Драко местечко будет проще простого.

Гарри положил сверток на постель и махнул рукой, показывая на пространство вокруг.

- Здесь ты будешь спать, и хранить свои вещи, Драко, - он открыл дверь ванной. – А тут – твоя ванная комната. На полочке шампунь, а в шкафчике есть зубная паста. Ну, в общем, распоряжайся всем, что ты тут видишь.
Драко кивнул, но Гарри был серьезно встревожен пустым выражением его глаз. Особенно после того, что сказала Нарцисса. Так что, наверное, нужно бы еще раз объяснить все Драко. На каком-нибудь простом примере. Таком, чтобы Гарри мог сам за ним проследить.

- Помнишь, как нужно чистить зубы?
Еще один утвердительный кивок. Гарри надоела тишина, что было само по себе странно, потому что только несколько лет назад он бы сделал все, чтобы Драко заткнулся. Хотя, может быть, оно и к лучшему – не придется так часто слышать слово «хозяин».
- Тогда ладно. Я хочу, чтобы ты почистил зубы. Все, что тебе понадобится, есть в этом зеркальном шкафчике, - указал Гарри.

Драко послушно открыл дверцу и потянулся за все еще нераспечатанной зубной щеткой. Его рука нерешительно задержалась над ней, и он повернулся к Гарри, точно спрашивая, можно ли ему взять ее. Гарри кивнул, поощряя, хотя про себя решил, что это событие очень удачно пришлось на выходные, когда у него было полно времени.

Те же самые действия Драко повторил с каждым предметом, который он брал из шкафчика. Зубная паста, зубная нить, жидкость для полоскания рта, маленькая пластиковая чашечка.... Всякий раз он смотрел на Гарри, спрашивая позволения. Но, стоило ему собрать все необходимое, он без проблем почистил зубы. На самом деле, он так старательно управлялся со своим нехитрым делом, что Гарри широко раскрыл глаза. Он и понятия не имел, было ли в привычках Драко чистить зубы по десять минут, или же заклятье опять давало о себе знать, и он просто повиновался прямому приказу.

«Скорее всего, первый вариант», - решил Гарри. Это объясняло тот факт, что зубы Драко всегда были безукоризненно белыми и сверкающими. Однако Гарри всегда думал, что чистокровки вроде Малфоев в таких случаях пользовались магией.

Как только Драко закончил, Гарри почувствовал себе увереннее. Очевидно, не одному Драко требовалось прийти в себя, так сказать. Гарри тоже действовал наугад, повинуясь интуиции и здравому смыслу.
- Очень хорошо, - сказал Гарри. – Все эти вещи – твои, пользуйся, сколько угодно, понятно? Я хочу, чтобы ты чистил зубы каждую ночь перед сном каждое утро, когда ты встаешь. Запомнишь?
- Да, хозяин Гарри.

Гарри удалось не поморщиться.
- Хорошо, хорошо. Итак, потом тебе нужно принять душ, - он открыл душевую кабинку, подразумевая, что Драко сам поймет, что с ней делать. – Я хочу, чтобы ты каждое утро принимал душ и пользовался всеми этими вещами – шампунем, кондиционером, мылом, мочалкой. – Продолжая говорить, Гарри брал каждый из упомянутых предметов и совал их Малфою в руки. – А, да, потом еще щеткой и расческой, - их он тоже положил поверх твой груды, что уже была в руках Драко. – Их тоже бери, ладно? Но теперь положи их на место, потому что перед принятием душа тебе нужно воспользоваться туалетом.

Гарри взял одну руку Драко в свою и положил ее на рулончик туалетной бумаги.
- Помнишь, что нужно делать? Тогда тебе нужно облегчиться, я хочу, чтобы ты заходил сюда и делал это. Понимаешь? Я хочу, чтобы ты всегда был чистым.
Драко кивнул.
- Быть чистым для хозяина Гарри.

А теперь пора было проверить, как точно Драко следует инструкциям без его подсказки.
- Тогда ладно. А сейчас я хочу, чтобы ты воспользовался туалетом, принял душ, используя все те вещи, что я тебе показал, потом причесал волосы расческой, вернулся в свою спальню и оделся в ту одежду, которую я положил к тебе на кровать. Больше никакой сорочки. Сможешь все это сделать самостоятельно?

На этот раз Драко кивнул очень серьезно.
- Драко служит хозяину Гарри.
Гарри глубоко вздохнул. Он вполне мог примериться с «хозяином», если Драко это было так нужно, но ему не нравилось, что Драко обращался к себе в третьем лице. Слишком сильно напоминает Добби.
- «Я», - поправил он. – «Скажи «я». Не говори «Драко».
- Имя запрещено?

Гарри неудержимо захотелось ответить утвердительно.
- Нет. Твое имя не запрещено. Просто попробуй сказать «я».
- Я, - Драко выделил это слово голосом, точно ему было очень трудно.
Гарри помотал головой, решив отложить этот вопрос на потом.
- Я потом еще подойду, когда ты помоешься и оденешься. А потом мы с тобой пообедаем, ладно? – ему в голову пришла еще одна мысль. – Помнишь, как я раньше дал тебе воду? – Когда тебе захочется, можешь налить себе воды из крана. Или тут, или на кухне. И бери кружку или стакан, Драко. Не стесняйся.

Драко, очевидно, был в тупике, но Гарри решил, что у него еще будет время привыкнуть и освоиться.
- Хорошо, скоро увидимся, - сказал Гарри, выходя и закрывая за собой дверь.

Он пару минут постоял на месте, прислушиваясь к звукам в ванной, чтобы убедиться, что Драко выполняет приказ. Было немного жутковато, но лучше уж так, чем потом узнать, что Малфой не так его понял. Но вроде бы все было в порядке. Когда Гарри услышал шум включаемого душа, он с облегчением вздохнул и пошел на кухню, чтобы приготовить им обоим что-нибудь поесть.

Глава 7

Все оказалось не так просто, Гарри выяснил это двадцать минут спустя, когда вернулся проверить, как там Драко. Он думал, что его объяснений было достаточно, чтобы Драко понял и мог использовать все, что было необходимо. Но все же про одну вещь он умудрился забыть.

Полотенце.

В ванной было несколько темно-синих пушистых полотенец, висящих на крючках, но Драко очевидно даже не прикоснулся к ним. Гарри постучал пару раз и вошел в комнату для гостей, застав блондина стоящим посреди комнаты, нелепо одетого, с влажными, убранными назад волосами.

От ванной до места, где стоял Драко, тянулась тоненькая полоска воды. Вероятно, он даже не попытался хоть как-то вытереться. Гарри уже готов был высушить его с помощью чар, как вдруг его взгляд упал на покрывало на кровати, на котором нетронутой лежала палочка Драко. Лучше заставить его сделать это. К тому же, может быть использование магии поможет ему адаптироваться быстрее.

В конце концов, попробовать стоило.

- Возьми палочку, Драко. Теперь смотри. В комнате грязь, видишь? Каждый раз, когда ты замечаешь подобное, ты должен прибраться. Давай... Ты ведь помнишь, как колдовать?

И никаких проблем. Драко быстро отмыл и высушил ковер, и, повинуясь приказу Гарри, пошел в ванную и привел ее в состояние первозданной чистоты. Гарри был искренне удивлен, увидев весь диапазон только что продемонстрированных убирающих заклятий. Разве у Малфоев никогда не было эльфов, следивших за порядком в доме? Странно. Но, все же, у Драко был собственный дом. Вероятно, там у него не было эльфа.

И тут Гарри осознал: Драко абсолютно четко выполнил приказ. Он позаботился обо всем. Кроме себя. Он и не станет, если Гарри не будет настаивать.

–Это касается и твоего внешнего вида. Одежда, кожа, волосы. Я хотел бы ... - Чтобы ты выглядел, как раньше, хотел сказать Гарри, но он подозревал, что Драко просто не поймет его. - Я хочу, чтобы ты выглядел достойно своего имени,- сказал он, наконец. - Поэтому всякий раз после принятия душа ты должен приводить себя в порядок.

Драко, сбросив грязную мантию, принялся расстегивать рубашку. Гарри, непроизвольно сглотнув, отвернулся. Он не хотел уходить и потом столкнуться с тем, что Драко опять что-то недопонял, поэтому он просто сидел на кровати и ждал. Взглянув пару раз украдкой, бывший гриффиндорец заметил, что блондин уже переоделся и теперь с помощью магии сушит сырые вещи. И тут же разглаживает, опять же не без колдовства, мятую ткань. Затем он пошел в ванную, чтобы расчесать высохшие волосы и с помощью пары заклинаний привести их в идеальный порядок. Сделав все необходимое, он вернулся в комнату и встал на прежнее место, вопросительно глядя на брюнета. Будто ждал одобрения или похвалы. Ну, на взгляд Гарри, он наконец-то выглядел подобающим Малфою образом. Фактически, сейчас, когда он привел себя в порядок, он выглядел намного лучше, чем обычно сам Гарри. Это ощущение сложилось, должно быть, из-за одежды. Она была качественно сшита, очевидно, дорогая, из ткани, выгодно оттенявшей лучшие черты лица Драко: светло-серая кайма его мантии подчеркивала серебристый блеск в его глазах... Гарри спешно опустил взгляд, но лучше от этого не стало. В длинном разрезе его мантии легко можно было увидеть, как брюки Драко мягко обтягивали его бедра.

- Хозяин Гарри?

Гарри резко отвел пристальный взгляд, внезапно осознав, что засмотрелся. Он почувствовал, как неудержимо жар заливает щеки, но тут же встряхнул головой, стараясь поскорее прийти в себя от нахлынувших чувств. Любой почувствовал бы себя не в своей тарелке. Особенно, если твой день заканчивается заботой о рабе, который возненавидит тебя, едва вспомнив, кто ты.

- Да, Драко? Ты что-то хотел?

И вновь этот пустой взгляд, будто вопрос был настолько бессмысленным, что Драко даже спросить не мог, что он означал. Вместо этого он указал на себя:

- Я выгляжу достойно, хозяин Гарри?

- Да, замечательно,- прохрипел Гарри, откашливаясь. - Очень красиво, Драко. Ты прекрасно потрудился.

- Я привел себя в порядок. Я убираюсь, если необходимо. Я чищу зубы каждое утро и вечер. Я выгляжу хорошо.

Ну, по крайней мере, родная речь возвращалась к нему довольно быстро, хотя звучала она пока еще не совсем естественно.

- Да, все именно так, как ты сказал.

Драко зажмурился, словно пытался сконцентрироваться.

- Я... что-то еще, хозяин Гарри? Какие-либо пожелания, которые я должен выполнить?

Последнее, что хотел делать сейчас Гарри, это приказывать, но у него закралось смутное сомнение, что если он так ничего и не попросит, то Драко целый день простоит посреди своей комнаты. Ну, или любой другой, где будет находиться Гарри.

- Мы поговорим об этом за обедом.

***

Драко сел, где ему сказали, но при этом он смотрел на пустую столешницу так, будто ничего перед собой не видел. Даже когда перед ним материализовалась пара яиц с беконом, все, что он делал – это смотрел, без какой-либо видимой реакции на еду.

- Ты не голоден? – Гарри организовав завтрак и себе, поставил сковороду на подставку. – Не думаю, что ты сегодня уже ел, поэтому приготовил завтрак для нас обоих.

И снова – ноль реакции, пока Гарри не сказал:

- Ешь, Драко.

Блондин отрезал кусочек глазуньи, методично его прожевал и проглотил. Зато, по крайней мере, Гарри не пришлось напоминать ему, что следует пользоваться вилкой. Помня, что сработало до этого с водой, Гарри дружелюбно улыбнулся:

- Поешь еще хоть немного. Я хочу, чтобы ты съел столько, сколько пожелаешь.

Произнеся последнее предложение, брюнет поймал на себе расстроенный взгляд. Было очевидно, что Драко больше не знает, что ему нравится или чего он хочет, не говоря уже о том, что ему надо. Ужасающая догадка, что если бы он не сказал Драко использовать туалет, он сходил бы под себя, пронзила сознание Гарри.

К счастью, бывший слизеринец казался обучаемым и способным следовать хотя бы прямым указаниям. Таким образом, Гарри оставалось только надеяться, что в течение того времени, когда будет укрепляться связь через заклинание, у них будет все меньше и меньше инцидентов с Драко, находящегося не в состоянии надлежаще о себе позаботиться. Но наличие памяти у последнего ускорило бы возвращение Драко к нормальному поведению. Не то, чтобы Гарри действительно хотел, чтобы Драко все время плевался ядом и рычал, но это все же было намного лучше, чем наблюдать за тем, каким он стал беспомощным и зависимым.

Так как применение магии не способствовало возвращению памяти, Гарри пытался придумать, что могло бы помочь.

- А в какую школу ты ходил?

Должно быть, вопрос был совершенно неожиданным. Драко застыл с вилкой на полпути ко рту, брови сошлись на переносице, будто он пытался понять, в чем его обвиняют.

- Я... да, школа. Я учился.

- Где?- Гарри давил на него, пытаясь пробудить хоть какие-то воспоминания. Он не хотел упоминать Хогвартс в случае, если Драко не вспомнит ничего, кроме названия, но, возможно, неверный вопрос помог бы сдвинуться с мертвой точки.

- В Уилтшире, где живут твои родители?

Драко кивнул.

- Уилтшир. Большой дом, там я жил со своими родителями.

- А школа?

- О,- морщинки залегли меж бровей Драко. - Школа. Наставники? Мистер Плэхт преподавал a, b, c, и... и, кому-то еще, и...

Гарри налил им обоим немного чая и удостоверился, что Драко отпил из своей кружки, после чего спросил как бы между делом.

- Ну а что насчет магической школы? Скажем, лет с одиннадцати?

- Хогвартс?

Гарри улыбнулся, чуть расслабившись.

- Да, верно. Ты пошел в Хогвартс. Что ты помнишь о жизни там, в школе?"

Драко со звоном поставил чашку на блюдце.

- Полеты, лечебная магия, заклинания, травология, астрономия, защита от темных искусств, предсказания, уход за магическими существа, трансфигурация...

- Ты помнишь многое...

Это наиболее определенный ответ за все время, по сравнению с прошлыми попытками.

- Я - хорошо обученный волшебник-раб, хозяин Гарри. Мои родители послали меня в Хогвартс, чтобы я учился. Для вас.

Гарри быстро выпил еще чаю. Это была волнующая тема, он едва не пробормотал это вслух. Он знал, конечно, что то, что сказал Драко, никоим образом не было правдой, но задавался вопросом, осознает ли это Драко. Был ли блондин уверен, или это всего лишь предположение? Или Люциус и Нарцисса подразумевали во время их разговора с глазу на глаз, что Драко предназначался ему всегда?

Возможно, они сказали ему это, чтобы облегчить участь.

Драко в это время стал прослеживать пальцем обведенные чернилами цепи, обхватывающие его левое запястье, и затем он поднял пораженный пристальный взгляд на Гарри."

- Я... Я не уверен, хозяин Гарри, но я думаю...

Вот и все. Он все вспомнил, в том числе и их школьную вражду, и в любую секунду он может накинуться, закричать, в общем, стать самим собой... Гарри сидел на стуле, сжимая пальцами подлокотники и размышляя, что, может, отдать палочку Драко было не самой лучшей идеей.

Если бы Драко напал на своего "хозяина Гарри" наказал бы его Рэс Мэа Эс посредством медленного удушья, которое упоминал Люциус?

Все же, он не нападал. Фактически, казалось, мысль так и не оформилась у него в голове. Драко внезапно вскочил со стула, бросился к Гарри и плюхнулся перед ним на колени. Он склонил голову, ладони непроизвольно сжались в кулаки, цепляясь за подол мантии Гарри.

- Я солгал, хозяин Гарри, я солгал, солгал! Я сказал то, что не является правдой, я – плохой, ничего не стоящий, ужасно обученный раб, я...

- Тихо! - сказал Гарри, чуть расслабившись, заметив, что прямой приказ заставил Драко остановиться на середине предложения. Не намеренно, Гарри запустил пальцы в волосы на макушке Драко и стал поглаживать. Боже, как приятно. Волосы текли, словно шелк, сквозь пальцы.

Гарри резко отдернул руку.

- Ты не лгал, верно? Должно быть, твои родители говорили тебе, что ты идешь в Хогвартс ради меня?

Драко выпрямился, глаза покраснели.

- Я действительно пошел туда ради вас, я учился, для того чтобы служить вам. – Он смотрел так, будто сам искренне в это верил. – Но...

Его голос понизился до шепота.

- Было ложью сказать, что я - хорошо обучен. Я вспомнил. Я бросил Хогвартс, я уже никогда не закончу его, я... Я сожалею о том, что так ужасно и несправедливо солгал хозяину Гарри.

Ну, он хотя бы это вспомнил, уже что-то... Интересен был тот факт, что ложь вызвала столько тревоги. Это могло ему пригодиться, так как он был уверен, что Драко будет совершенно безразлично, даже если он будет лгать постоянно.

- Ты действительно не лгал, ты же знаешь, - сказал Гарри, снова поглаживая волосы Драко. Казалось, Драко не возражал... Он нуждался в утешении. – Ты просто немного запутался, не все помнишь. Не волнуйся. Все хорошо.

Ни кивком, ни движением, ни словами Драко не показывал, что все слышал. Он просто сидел перед Гарри на коленях и смотрел так, будто брюнет был таким же хозяином звезд, Луны и Солнца, как и его.

- Иди, поешь, - Гарри слегка нажал на плечо Драко, чтобы заставить его встать. Однако Драко, вместо того чтобы встать, потянулся вперед, чтобы продлить прикосновение, словно нуждался в нем. И он не мог сам сказать, в чем нуждался, не так ли? Значит, Гарри сам должен был понять, что нужно блондину.

Хм...возможно ли, что прикосновение рук к волосам вместо приказа прекратили причитания Драко? Или...и то, и другое?

- Давай, иди, поешь, - Гарри позволил прикосновению продлиться чуть дольше необходимого. Драко слегка повернул лицо и поцеловал запястье. Лишь прикосновение губ, не больше. Абсолютно невинное, но все же у Гарри по спине пробежала горячая волна. Он никак не мог привыкнуть к тому, что заклятый враг детства теперь боготворит его.

Было что-то не так в происходящем, потому что, когда Драко сел и послушно продолжил есть, похоже, на уме у него было лишь одно.

- Мне жаль, хозяин Гарри.

Разве они только что не закрыли эту тему?

- Ты не сделал ничего, за что тебе стоило бы извиниться.

- Я раскаиваюсь в том, что солгал хорошему, доброму хозяину Гарри.

Гарри показательно долил им обоим еще чаю.

- Забудь об этом. Тебе нравится еда? По-моему, плотный английский завтрак просто великолепен!

У Драко затряслись губы.

- Я... жаль, мне жаль, жаль... я раскаиваюсь в том, что я солгал, я лгал, лгал...

Гарри бросил салфетку на стол.

- Ты не лгал, Драко.

И вновь никакого результата. Получается, его приказ не действует, так как для Драко сейчас слушаться заклинания важнее, чем слов непосредственного хозяина?. Может, хоть прикосновения снова помогут. Со стороны казалось, что сейчас Драко начнет наказывать сам себя битьем головы об стол или чем-то в том же духе. И тут с болью в сердце Гарри осознал, почему все было именно так. Основой Рэс Мэа Эс была магия подчинения домашних эльфов своим владельцам. Они не были абсолютно идентичны, но основные черты были одинаковы. Постоянное самобичевание даже за самые малые проступки. Желание говорить о себе в третьем лице....

Подавшись вперед, Гарри схватил Драко за руки и сжал их.

- Тише, тише...Пожалуйста, перестань, Драко...Не говори так...

Драко замолчал, но губы продолжали повторять это слово. Гарри сглотнул и попытался сказать самым непререкаемым голосом.

- Скажи мне, Драко, почему ты повторяешь это снова и снова? Что тебя заставляет?

- Огненный шар, здесь, в груди, - сказал он, указывая головой вниз, так как Гарри все еще держал его за руки. – Из-за него...потребность... говорить снова и снова...что Драко – плохой слуга, что Драко должен извиниться...

- Но ты же не лгал мне, и я давно уже простил тебя! – Гарри отчаянно пытался пробиться к сознанию Драко. – И ты не плохой слуга, вовсе нет!

- Мне больно и...- Драко не закончил мысль, но стал трясти головой еще активнее, будто разрывался между двумя приказами.

- Скажи мне, что может остановить это? – Гарри сжал запястья блондина сильнее. – Что заставит этот огненный шар замолчать и не причинять тебе еще большую боль?

В пристальном взгляде Драко сплелись скептицизм и изумление. Или нет... было похоже на то, что в это мгновение Драко думал: Гарри – непроходимый глупец.

- Хозяин Гарри должен наказать Драко за ложь.

У Гарри отвисла челюсть.

- Тебя надо наказать?!

- У вас есть желания. Я их исполняю. Я стараюсь быть хорошим слугой, я слежу за собой, чищу зубы утром и вечером...

Было очевидно, что сам Драко никогда бы не согласился на такие вещи, как наказание. Но так же было понятно, что ему это нужно: у него до сих пор тряслись губы.

- Значит, пока я тебя не накажу, огонь у тебя в груди не пропадет? Драко не ответил.

По губам можно было прочитать все те же слова.

Ложь, ложь, ложь, ложь...

Вздохнув, Гарри выпустил одну руку и шлепнул по ней.

- Этого достаточно? Огонь в груди исчез?

Так как реакции по прежнему не было, Гарри на ум стали приходить все более действенные способы, от которых он тут же отказывался, едва представив, как через это пройдет Драко. К тому времени Гарри уже просто хотел избавить Драко от страданий.

Притянув Драко за руку ближе к себе, он ударил его наотмашь по лицу. Не достаточно, чтобы серьезно повредить, но все же, как он надеялся, достаточно для того, что привести Драко в чувство.

- Теперь лучше?

Драко кивнул, прикусил губу и продолжал упрямо смотреть вниз. Со стороны его позу можно было принять за выражение стыда или просьбы.

- Спасибо. Я перестану говорить то, чего не хочет слышать хозяин Гарри.

- Хорошо. И запомни. Если ты вдруг ошибаешься из-за того, что не все четко помнишь – это не ложь. Ты хорошо поел?

Драко слишком, на взгляд Гарри, резко отодвинул от себя тарелку, чем вызвал у последнего подозрения, что он съел больше, чем хотел. Возможно, из-за приказа.

- Если ты чувствуешь, что наелся – не ешь больше.- произнес Гарри. - Иначе тебе станет плохо, Ты же не можешь исполнять мои желания, когда тебе плохо, не так ли?

- Болезнь не имеет для меня значения.

- А для меня – имеет, - голос Гарри стал мягче. – Я понимаю, что ты немного напуган или запутался, но ты же изучаешь мои основные привычки и пожелания?

- Душ, туалет, уборка...

- Да, все верно, и обязательно хорошо питайся, иначе у тебя не будет достаточно сил, чтобы исполнять свои обязанности. Я не хочу видеть тебя больным.

Драко кивнул, давая понять, что принял к сведению.

- Еще будут какие-либо пожелания?

Верно...

Гарри говорил, что они все обсудят после обеда...Так, ладно...Теперь у него хотя бы была пара идей, которые заняли бы Драко, которые не заставляли бы его опускаться до уровня домашнего эльфа и, по возможности, удовлетворяли бы его

- Ты сказал, что бросил Хогвартс и не закончил образование. Почему? Сменил преподавателей? Перешел в другую школу? Или были другие причины?

Драко тщательно обдумывал свой ответ в течение нескольких минут.

- Я... нет... Я думаю, началась война.

В принципе, у Драко была еще чертова уйма времени, чтобы закончить седьмой курс и сдать С.О.В.. Именно поэтому, вероятно, он и не беспокоился по этому поводу.

- Ладно. Тогда, я думаю, тебе стоит почитать что-нибудь из того, что ты пропустил.

- Чтобы лучше прислуживать вам?

«Нет», про себя подумал Гарри, но вслух произнес:

- Да.

Глава 8

Гарри мог бы некоторое время и не связываться с родителями Драко, но в тот же самый день все-таки отправил им сообщение по каминной сети. После ленча они с Драко разбирали старые книги, которые Гарри использовал для подготовки к ТРИТОН в последующий после окончания войны год. Хотя, нужно признать, его программа была немного другой, потому что в то время Гарри уже проходил тренировочные аврорские курсы. Принимая во внимание его «значимый вклад» в дело безопасности волшебного мира, министерство решило изменить правила. Изменить до неузнаваемости, если быть более точным.

Гарри мог бы возразить, но он знал, что правительству были отчаянно нужны авроры с отличной подготовкой.

А теперь, спустя только два года, Гарри уже находился во главе целого отделения. Хотя выбора у него не было. Большая часть опытных авроров погибла во время войны, а некоторые продвинулись по служебной лестнице, как Кингсли..

Может, книги Гарри и не давали точную информацию для сдачи ТРИТОН, но в обучении Драко они могли сыграть не последнюю роль.

Стоило им завершить сортировку книг, как потребность связаться с Малфоями стала еще более очевидной. Одной смены одежды было явно недостаточно, но, когда Гарри спросил у Драко, как с помощью камина связаться с его родителями, тот не смог припомнить, жил ли он когда-нибудь отдельно от них – кроме, может быть, времени обучения в Хогвартсе.

Гарри не знал, в чем дело: то ли в том, что недавние воспоминания были для него все еще недоступны, или же причина была в чем-то другом.

- Ну, тогда ладно, - сказал он, решив отложить все вопросы на потом. Все равно ответа на них в ближайшее время не предвидится. – Напиши родителям письмо и спроси у них про дом.

Выполнить поручение у Драко, однако, не получилось. О, да – он взял перо, пергамент, чернила из указанного ему Гарри ящика, и написал в уголке дату – предварительно узнав у Гарри число – но когда он попытался написать приветствие, то не смог даже приблизить кончик пера к свитку.

От усилий его рука задрожала, и чернила забрызгали весь пергамент.

Очевидно, писать письма родителям Драко тоже запрещалось. Запрещалось даже с согласия Гарри.

Прежде, чем Драко успел свести свою неудачу к теме наказания, Гарри смахнул со стола свиток и объявил, что передумал; он сам напишет письмо. Пара коротких предложений – вот и все, что он написал. Одно – чтобы сообщить, что Драко уже прижился, и другое – чтобы попросить каминный адрес дома Драко.

Ответ пришел через пару секунд. Гарри стало неудобно, когда он представил Малофев, или, скорее всего, одну Нарциссу, ожидающую у камина весточки от своего сына.

«Вороний утес», - было написано на кусочке пергамента.

Гарри показал ответ Драко, но тот просто пожал плечами.

- Ты не помнишь, жил ли ты когда-нибудь в месте с таким названием?

- Нет, хозяин Гарри, - ответил Драко очень серьезно. – Но...

- Но – что?

- Последние события, которые я помню, до сих пор военной поры.

Они немного об этом поговорили. Гарри даже использовал один прием, который выучил во время подготовки на аврора, предназначенный для того, чтобы, проще говоря, развязывать людям языки. Просто диву даешься, что иногда приходилось выслушивать. Но Драко ничего особо интересного не сказал. Он знал, что была война, и она уже закончилась, но понятия не имел о том, на чьей стороне он был сам. На самом деле, он не знал даже того, что он вообще был на какой-то стороне, не говоря уже о причине, по которой они все воевали. Очевидно, в его памяти были белые пятна как раз там, где дело касалось Гарри. Самым значительным, что запомнил Драко о войне, было то, что он из-за нее рано бросил школу.

- Ты помнишь, как путешествовать с помощью каминной сети? Мы не можем нормально аппарировать, потому что ни один из нас не знает, где находится этот самый «Вороний утес».

- Как-то раз я прибыл в школу по камину. Проблем... не было, хозяин Гарри.

Хорошие новости, потому что камин Гарри не был достаточно большим, чтобы вместить сразу их обоих.

- Тогда ладно. Я пойду первым, раз твой отец сказал, что дом сочтет меня хозяином. Я удостоверюсь, чтобы он пустил и тебя. Так что поступим так: ты ждешь пять минут после моего ухода, и следуешь за мной. Порох вот в этой чашке, посмотри. Ты же понимаешь, как им пользоваться, да? Что я хочу, чтобы ты это сделал? Тогда хорошо. Напомни мне пункт назначения?

- «Вороний утес».

- Именно, - Гарри послал Драко быструю подбадривающую улыбку, встал на каминные плиты и бросил в очаг щепотку пороха.

/*/*/*/

Дом Драко носил свое имя по праву. Расположенный на крутом обрыве у самого океана, он выглядел высеченным из голой скалы. Стены были сделаны из цельного камня, без видимых швов или стыков, а потолок в комнате, в которой очутился Гарри, был плотной гранитной плитой.

Подняв палочку, Гарри проверил охранные чары. К его огромному удивлению, в них не было и следа черной магии. Чары состояли просто из нескольких слоев простых заклинаний; дом даже не был защищен от переноса на другое место.

С другой стороны, особой необходимости в такой защите не было. Когда Гарри наложил заклинание, извлекшее саму сущность жилища и превратившее ее в плавающий по воздуху шар, чтобы как следует рассмотреть дом со всех сторон, то увидел, что дом был выдолблен из скалы. И, как на него не смотри, он так и выглядел огромным незыблемым утесом. Дом был едва виден со стороны океана, и он был зачарован так, чтобы он «сливался» со скалой, на которой он стоял.

Без входной двери.... Вообще без дверей. Только окна, над бушующими волнами внизу, далеко внизу. В дом можно было проникнуть только с помощью аппарации или летучего пороха.

Гарри понимал, почему. Несложные чары Драко защищали дом от пришлых людей, и ничего более значительного не требовалось, поскольку война кончилась, и Пожиратели Смерти были уничтожены как организация, и лишь единицы все еще остались в живых.

А, может, березовая палочка Драко не могла творить особо сложную магию. Может быть, она знала, от чьей руки пал ее хозяин...

Гарри подправил охранные заклинания так, чтобы они впустили Драко, и огляделся. Если и было слово, которое он использовал бы для описания дома, то это слово – «пустой». Тут была роскошная мебель, но не слишком много, и почти ничего из украшений. Только огромные куски обтесанного камня и, кое-где, небольшие картины, которые, как ни странно, были повернуты изображением к стене.

Ни следа домашних эльфов.

Гарри произнес заклинание и нахмурился. Что же задерживало Драко?

О черт. Точно, что-то пошло не по плану. Гарри сконцентрировался и, одним быстрым движением крутанувшись вокруг своей оси, перенесся в свой скромный лондонский дом.

*/*/*

Драко был в гостиной, на четвереньках, и дышал так быстро и тяжело, точно ему не хватало воздуха. С каждым вздохом его спина изгибалась, и в звуке дыхания была слышна высокая, тонкая нотка паники.

Гарри не колебался ни секунды. Нацелив на Малфоя палочку, он наполнил его легкие кислородом, и следующим заклинанием призвал с кухни успокаивающее зелье. Упав на колени рядом с Драко, Гарри усадил его прямо и прижал к губам бутылочку:

- Одним глотком, попробуй, и тебе станет легче. Ну, давай...

Драко сперва не смог проглотить ни капли, и Гарри стал поглаживать его успокаивающе по спине – вверх-вниз, как его учили на аврорских курсах по теории целительства. Сработало. Драко расслабился и нормально задышал.

- Ну вот, - сказал Гарри, продолжая массировать ему спину. – А теперь глотни.

Драко опрокинул в себя лекарство, но, по оценкам Гарри, на это ему потребовалось больше чем один глоток. Немного жидкости пролилось ему на мантию, когда он почти что перевернул бутылочку кверху дном.
Вздохнув с облегчением, Гарри отодвинулся немного и сел на пол, положив голову на край раскладного стула.
Драко остался в своем прежнем коленопреклоненном положении, но выражение его лица под пристальным взглядом Гарри разом поглупело. Черт. Он выпил слишком много успокаивающего зелья.

- Ой, - сказал он, хихикая и одновременно оглядывая крошечное красноватое пятно на своей мантии. – Беспорядок. Я убираю беспорядок!

С этими словами он вытащил палочку и принялся вычерчивать ею странные круги в воздухе, которые были больше похожи на фокусничество, чем на настоящую магию.

-Эванеско!

Пятно осталось на месте.

Вздыхая, Гарри сам убрал пятно.

- Драко, посмотри на меня.

- Хозяин Гарри?

- Когда я вошел, ты дышал с трудом. Ты чувствовал, что задыхаешься?

Драко склонил голову набок, улыбаясь бессмысленной улыбкой.

- Нет-нет.

- Тогда почему у тебя были проблемы с дыханием?

- Гарри, мой хозяин, сказал, чтобы я перенесся в «Вороний утес». Я попытался, и остался на месте, а хозяин Гарри ждал меня. Плохой, ужасный, никчемный, злой, глупый, эгоистичный Драко-раб заставил хозяина ждать.

«Только не снова», - подумал Гарри. Ему вовсе не хотелось давать Драко пощечину за каждую глупую неудачу. Но, если Драко нужно было наказание, ему пришлось бы вытерпеть что-то похуже пощечины.

Но, судя по всему, на этот раз все утряслось. Драко выпалил все это вполне беззаботно, не выказывая ни единого признака того, что ему нужно было быть наказанным.

«Успокаивающее зелье», - подумал Гарри. Оно как-то выбило Драко из бесконечного круга самообвинений и упреков.

Гарри чуть было не передернуло. Опаивать Драко было ничуть не лучше, чем избивать его, и, кроме всего прочего, вся ситуация напомнила ему о Винки и о том, как она постоянно напивалась. Гарри постарался выкинуть эту мысль из головы.

- Так, значит, у тебя не получилось воспользоваться каминной сетью? Можешь попробовать еще раз, чтобы я увидел все своими глазами?

Драко послушно поднялся на ноги и взял из миски на каминной полке щепотку пороха.

- Куда, хозяин?

- Попытайся попасть в «Вороний утес».

Драко бросил летучий порох и громко прокричал назначение, но всего, чего он добился – это запачкал обувь золой.

- Ой! Беспорядок! – сказал он, на этот раз явственно хихикая.

Он принялся махать палочкой, точно дирижер, выписывая бесконечные круги.

Гарри решил, что Снейп был прав, когда говорил, что глупо покупать аптечные зелья, вместо того, чтобы варить их самим.

Подойдя к Драко, он отобрал у него палочку, прервав престранное «колдовство» прежде, чем оно привело бы к несчастному случаю.
- Теперь попытайся попасть в Малфой Мэнор.

- О-о-о, как здорово будет навестить мамочку и папу. Хозяин Гарри – очень хороший хозяин...

Драко радостно бросил в очаг еще щепоть пороха, но тщетно. Дело было не только в каминной сети, заклинание еще и не позволяло ему писать письма родителям, а теперь еще не разрешало ему перенестись к ним в дом. Хотя ситуацию с «Вороним утесом» это не объясняло.

Явно разочарованный, Драко стоял, уставившись на свои грязные ботинки со слезами на глазах.

- Я тебя скоро к ним сам отведу, - пообещал Гарри. – Договорились? На следующей неделе, ладно?

Кивая, Драко утер лицо, моментально погрустнев. Теперь представить его беззаботно ухмыляющимся было особо трудно. Он воплощал собой вселенскую печаль, стоя в одиночестве рядом с очагом и глядя себе под ноги.

Гарри протянул Драко носовой платок и дал ему пару минут для того, чтобы успокоиться.

- Можешь попробовать еще раз? Последний. Я хочу понять, что происходит с тобой и каминной сетью.

Драко поднял голову, посмотрел на Гарри.

-Я постараюсь сделать все, что желает хозяин Гарри. Все, что угодно, хозяин,- хрипло сказал он.

Гарри отвернулся, он внезапно занервничал, хотя не мог сказать почему. Ну, хорошо, возможно, из-за того, что, если следующая попытка выйдет удачной, Драко окажется один на Диагон аллее. Гарри взял горсть пороха на всякий случай, чтобы последовать за Драко. К тому времени, он правда не думал, что Драко попадет хоть куда-нибудь. Даже в камин общественного пользования, не защищенный никакими чарами.

- Попробуй попасть во «Флориш и Блоттс».

Все закончилось еще большим количеством золы на ботинках. Вздохнув, Гарри очистил их заклинанием.

- Что ж, ясно, что ты не можешь никуда пойти. Со мной может получиться, но не в одиночестве.

К несчастью, чем больше Гарри думал об этом, тем яснее все становилось для него.

Своего рода способ предотвратить побег раба. Скорее всего, в одиночку Драко не сможет и аппарировать. Гарри решил проверить свою догадку позже.

На настоящий момент, он хотел узнать, ограничивало ли заклинание только магические способы передвижения.

Оказалось, что нет: Драко не мог выходить за пределы двора без Гарри за его спиной. Он мог прогуливаться по саду, мог пройти по подъездной аллеи до тротуара, но, стоило ему попытаться ступить на него, или выйти через задние ворота, Драко словно налетал на невидимую стену.

Ну, может все еще устаканится. По крайней мере, он не был заперт в доме и мог выйти подышать свежим воздухом, когда сам того захочет.

Драко не воспринял новости и вполовину так спокойно. Как только они вернулись в гостиную, он упал на колени, обхватив себя руками, и стал раскачиваться вперед-назад. Глаза его были закрыты, а на лице застыла маска страдания.

Сердце Гарри ёкнуло.

-Драко...все хорошо. Я покажу тебе разные места. Много разных мест.

Драко продолжал раскачиваться, как маленький ребенок, в поисках утешения, которого не находил.

- Это заклинание...- прервавшись на полуслове, он стал трясти головой с такой силой, что заклинание для волос, которое он наложил раньше, пропало, и теперь пряди хлестали его по лицу.

Гарри больше не мог смотреть на подобные муки. Упав на колени рядом с Драко, он крепко обнял его, поглаживая Драко по спине, как он делал до этого, только теперь Малфой в ответ прижался к нему всем телом.

Явно не было совпадением то, что, как и в тот раз, прикосновения смогли успокоить Драко. Прикосновения Гарри. Может, именно поэтому Нарцисса выглядела такой печальной, когда Гарри сказал, что никому не позволит касаться Драко. Может, поэтому она заметила тогда, что Гарри определенно так и сделает. Она знала, Драко понадобятся дружеские объятия вновь и вновь.

В тот раз, Драко как будто прогибался у Гарри в руках, сейчас же он просто таял. Все его тело расслабилось, лбом он уткнулся Гарри в плечо, а потом повернул голову так, что Гарри почувствовал дыхание на своей шее. С губ Драко сорвался низкий стон удовольствия, дыхание стало спокойным и глубоким, и он медленно обвил Гарри руками.

Долгое время, они так и стояли на коленях, держась друг за друга. Драко по прежнему немного покачивался.

Но когда он начал осыпать шею Гарри маленькими, сухими, беспорядочными поцелуями, Гарри понял - они обнимались слишком долго. Он высвободился из объятий Драко, что далось ему с трудом, потому как Драко, похоже, хотелось продолжения. И все же его руки сразу же опустились, как только Гарри предпринял настоящее усилие, чтобы освободиться.

- Теперь ты чувствуешь себя лучше? Я покажу тебе множество мест. Тебе не нужно беспокоиться.

-Я не беспокоился. Заклинание неправильное, вот и все,- сказал Драко, наморщив лоб.

Гарри кивнул. Похоже, сейчас он увидел первый признак настоящего Драко, прячущегося в глубине рабской личности, созданной заклинанием.

- Конечно, оно неправильное. Ты не должен быть запертым в моих владениях, имея возможность покидать их только со мной. У тебя должна быть свобода ходить, куда ты захочешь, в любое время...

-Нет, я имел в виду...- похоже, Драко не хватало слов. - Заклинание ошибается в том, что Драко-раб убежит. Драко-раб... Я никогда так не поступлю. Никогда, никогда. Я остаюсь здесь служить хозяину Гарри. Навсегда, - он усмехнулся. - Магия не нужна, чтобы я был здесь. Драко - хороший раб!

Гарри почувствовал, как сердце у него ушло в пятки. Не очень хороший признак. Драко и не думал расстраиваться из-за своего заточения. Единственное, что его расстроило, так это подозрение на то, что понадобятся решетки, чтобы удержать его там.

Вздохнув, Гарри протянул Драко бузинную палочку. Без сомнений, ему нужно быть терпеливее, пока Драко не придет в себя. Это был всего лишь первый день. Люциус с Нарциссой говорили, что могут уйти месяцы на выздоровление. Сперва заклинание должно утвердиться. Драко нужно время узнать Гарри с новой стороны, до того, как магия позволит ему все вспомнить.

Возможно, заклинание должно увериться в том, что Драко не даст своим гневу и ненависти перевесить его желание быть «хорошим рабом».

Потребуется время, и Гарри это знал. И все же он надеялся, что путешествие к «Вороньему утесу» поможет вызвать хоть какие-то воспоминания.

-Я ведь хороший раб, правда? – спросил Драко.

Очевидно, он нуждался в заверениях на этот счет, и Гарри не заставил себя ждать.

- Ты хороший раб,- сказал он успокаивающе. Погладив блестящие волосы Драко, Гарри взял его за локоть и поднял на ноги.

- Давай, вставай. Я аппарирую нас в «Вороний утес», чтобы ты мог собрать одежду и другие вещи.

В это раз, когда Гарри развел руки, он совсем не удивился, когда Драко добровольно шагнул к нему.

Глава 9

Большей частью, их визит на «Вороний Утес» прошел без происшествий.

Драко явно ничего не помнил о доме. Он даже не знал, где находится его спальня, хотя смог опознать одежду в шкафу как свою собственную. Воспользовавшись шансом и внимательнее осмотревшись в этот раз, Гарри отметил для себя, что в доме вообще не было книг. Это показалось ему странным. С другой стороны, место было практически пустым, мебели и других предметов обихода практически не было. Даже кухня не была полностью обставлена.

В целом, «Вороний утес» не производил впечатления места, в котором кто-то жил. По крайней мере, жил в последнее время. Когда они собрались домой, Гарри выяснил, что Драко действительно мог аппарировать самостоятельно, но несколько последующих тестов показали, что он мог это делать только для того, чтобы вернуться в дом Гарри. Рэс Меа Эс не имел ничего против того, чтобы Драко мог вернуться домой; единственное, чего он не допускал – разрешить Драко покинуть дом самостоятельно.

К вечеру Гарри чувствовал себя выдохшимся. Как выяснилось, держать раба было чертовски утомительным занятием. Он не мог не подумать, что, для того чтобы придумать такое, кто-то должен был явно тронуться умом. Сам факт того, что Драко нужно приказывать есть, угнетал Гарри настолько, что он не мог не согласиться с тем, что один из его давних предков, наверняка был ужасно мстительным типом.

Это мягко говоря.

Хотя, возможно, идея заключалась в том, чтобы начать в чистого листа, и тем самым вылепить для себя идеального раба. Драко действительно напоминал чистый лист. Как будто он был где-то там, внутри, но заклятие не позволяло ему проявиться, пока он не поймет, что хочет от него Гарри, и не начнет этому соответствовать.

Но, по крайней мере, он начал постепенно осваиваться. Обед прошел лучше, чем ланч, Драко уже меньше нуждался в напоминаниях есть, хотя Гарри все еще должен был отдавать прямой приказ в самом начале. И, конечно, не было ничего удивительного в том, что Драко желал помочь с готовкой пищи и мытьем посуды. Тут он тоже знал все необходимые заклинания, даже те, о которых Гарри никогда не слышал.

Что, по мнению Гарри, ни коим образом не вязалось с образом Драко. Странно, что у Драко не было эльфа для подобных вещей. Вне всяких сомнений, его родители могли выделить ему одного для хозяйства; но в «Вороньем утесе» не было и следа эльфийской магии. Так зачем ему было изучать заклинания по уходу за домом? И где он их выучил? Они не входили в стандартную учебную программу Хогвардса, и он никак не мог представить себе Нарциссу Малфой, которая сама бы занималась уборкой в доме.

Единственное, что имело смысл - это заинтересованность Драко в этом сейчас. Это был его самый первый день в качестве раба, но, казалось, он уже понимал, что Гарри не хотел бы, чтобы он покорно стоял на одном месте, в апатичном бездействии. И поскольку он, по-видимому, не мог самостоятельно придумать себе занятие, он повсюду следовал за Гарри, спрашивая, может ли он чем-то помочь. Поначалу Гарри серьезно сомневался в его способностях. Ну что мог Драко понимать в замешивании соуса быстрого приготовления?

Но все же, Драко явно кое-что в этом смыслил. Он мог призвать заклятьем любой продукт, требуемый по рецепту, и знал потрясающее заклинание, которое измельчало ингредиенты в кремовую смесь, и он хотел помочь, так что... Гарри сказал себе, что не будет лишним позволить Драко разделить обязанности. Ему не нравилась идея использовать Драко в качестве домашнего эльфа (не говоря уже о том, чтобы держать его в качестве раба) но он же этого и не делал, ведь так? Им обоим нужно было питаться. Было бы только справедливо, если бы они готовили еду вдвоем.

Со стола убирали они тоже вместе, поскольку Драко вскочил из-за стола сразу вслед за Гарри, спросив, как и раньше, чем он может помочь.

Тем вечером, когда пришло время ложиться спать, Гарри постарался очень точно объяснить, чего он хочет от Драко. Он не хотел, чтобы произошла еще какая-то случайность – вроде утреннего инцидента с полотенцем.

Хотя без неожиданностей в любом случае не обошлось.

- Когда я уйду к себе вечером, - сказал Гарри, открывая дверь в гостевую комнату, - ты должен придти сюда.

- Я буду здесь ждать, пока снова не понадоблюсь хозяину Гарри?

- Нет, - твердо сказал Гарри. – Ты ляжешь спать. Я хочу, чтобы ты спал, в то время когда сплю я, или ложился даже раньше меня, если устанешь...

Пустой взгляд Драко тотчас указал Гарри на его ошибку.
– Если уже поздний вечер, и ты часто начинаешь зевать, это значит, что пора идти спать. Теперь, первым делом, ты должен убедиться, что воспользовался туалетом, и если ты днем испачкался, прими душ, хорошо? И вытрись полотенцем, а потом почисти зубы. Затем оденься для сна. Для сна ты должен одеть пижаму.

У Драко с собой было несколько пар. Вообще, его ящики ломились от одежды, и еще больше ее висело в шкафу.

- Чтобы выглядеть представительно? - хмуро отозвался тот.

Гарри внезапно посетило видение Драко в изумрудно-зеленой шелковой пижаме, которую они взяли с собой: штаны сидят низко на бедрах, рубашка расстегнута до талии.

Он потряс головой, чтобы очистить ее от посторонних мыслей, и подумал о том, как бы сказать Драко, что неважно, насколько представительно он выглядит ночью. С другой стороны, он не хотел, чтобы у Драко сформировались плохие привычки. Неизвестно, сколько времени пройдет, прежде чем он сможет думать самостоятельно, хотя бы немножко, так что Гарри заставил себя кивнуть.
– А потом ты должен спать до утра, чтобы хорошо отдохнуть перед новым днем.

Решив, что они все выяснили, Гарри предоставил Драко самому себе.

В середине ночи Гарри проснулся, разбуженный странными звуками. Вроде бы не ветер, но и не плач... Он взял с ночного столика палочку и очки и спустился вниз, чтобы разведать, в чем дело. Звук шел снаружи – это оказался молодой кот, застрявший в заборе соседей. Гарри выпустил его на свободу и вернулся в дом.

Он почти дошел до своей комнаты, но, поскольку сон уже сошел, Гарри решил проведать, как там Драко. Дверь в его комнату в любом случае была всего в нескольких шагах от его собственной.

О нет. Хорошо, что кончик Гарриной палочки по-прежнему светился. Иначе бы он споткнулся о Драко, который спал на полу прямо у самого входа в комнату. Не укрытый ни одеялом, ни простынью, и без подушки. И только тонкая пижама отделяла его тело от холодного пола.

Увидев эту картину, Гарри прикрыл глаза. Конечно же, Драко был одет в изумрудно-зеленую пижаму, и она облегала его именно так, как Гарри и представлял себе. Но, по крайней мере, рубашка была застегнута на все пуговицы.

Представительно, как сказал бы Драко.

Наклонившись, Гарри потряс юношу, чтобы тот проснулся.
– Драко, Драко. Проснись!

Тот рывком сел.
- Я могу быть полезным хозяину Гарри?

- Почему ты не в кровати?

Драко обвел взглядом темный пол, качая головой и явно не находя ответа.

- Почему ты спишь здесь? – попробовал Гарри

- О. Самое лучшее место. Вы велели мне спать в комнате. А это самое лучшее место в комнате.

- Лучшее? Почему?

Он знал ответ на вопрос еще до того, как Драко начал говорить.
– Здесь я ближе всего к хозяину Гарри.

Как будто только это имело значение. Но, конечно, для Драко все именно так и было. Надеясь исправить ситуацию хоть немного, Гарри протянул руку к шее Драко и легонько погладил мышцы с одной стороны.
–Разве у тебя шея не затекла? Спина не побаливает?

Драко прильнул к руке Гарри, в голосе появились хриплые нотки.
– Это неважно.

В этот раз Гарри убрал руку до того, как ее поцеловали.
– Драко, ты важен для меня.

Драко выглядел сбитым с толку, а потом во взгляде мелькнула искра понимания. Или – что было более типичным – непонимания.
–Да, очень важно, чтобы раб мог хорошо служить.
Он фактически просиял от радости.

- Да, - сказал Гарри нахмурившись. Если это единственный способ заставить Драко заботиться о себе, то пусть будет так.
– Так вот, для этого я и хочу, чтобы ты хорошо спал, а это получается лучше, если ты спишь в кровати. Вон там твоя кровать, - указал он. – Ступай. Я не хочу больше видеть тебя спящим на полу.

Драко послушно поднялся и прошлепал босыми ногами к кровати . Гарри уже повернулся к выходу, когда неожиданное подозрение заставило его задержаться. Как Гарри и ожидал, в тусклом свете от Люмоса он увидел, как Драко залезает на постель и ложится на покрывало, вместо того, чтобы забраться под него.
Вздохнув, Гарри подошел к кровати.
– Встань, - сказал он, слегка встряхнув Драко за руку, поскольку тот уже почти спал.

Драко вскочил на ноги и пробормотал слегка заплетающимся языком.
– Чем я могу...

В два часа ночи характер Гарри был не самым мягким, но он смог сдержаться и не заорать.
– В постели будет лучше.
Чтобы прояснить ситуацию, он отдернул покрывало.
– Залезай. Теперь подтяни вверх простынь и одеяло и ложись, головой на подушку. Вот, разве не удобно?

Драко закусил губу и ничего не ответил, но у Гарри возникло чувство, что его ответом было бы «ближе к хозяину Гарри будет гораздо лучше». Хотя это был спорный вопрос. Драко явно не понимал идею комфорта. По крайней мере, не в отношении себя.

С той ночи у них, по крайней мере, больше не возникало недопонимания относительно сна. На самом деле, у них практически не было серьезных проблем, и частично это было связано с тем, что Гарри заранее обдумал, как решить вопрос с его возвращением на работу. В результате, он взял выходной на понедельник, поскольку не был до конца уверен, что Драко готов остаться один. Он провел часть утра, зачаровывая камин, чтобы тот издавал звенящий звук каждый раз, когда от Гарри приходило бы письмо. Драко получил строгие инструкции открывать эти письма сразу и тщательно им следовать.

На самом деле, если Гарри хотел убедиться, что Драко съест и выпьет хотя бы что-то, другого выбора просто не было, кроме как каждый день возвращаться домой на ланч самому. Драко мог следовать инструкции ходить в туалет, когда ему было нужно облегчиться, но возможно это происходило, потому что Гарри уже приказал ему выглядеть представительно. Но он просто не помнил о еде, и даже инструкция садиться обедать в полдень не помогала. Драко не понимал, каким образом прием пищи помогал ему служить Гарри еще лучше, особенно если завтрака и ужина с Гарри ему вполне хватало для поддержания сил.

Но он ел, когда приходило письмо от Гарри с прямым указанием сделать это сейчас же.

Драко также пользовался камином, чтобы посылать Гарри короткие записки дважды в день. Он получил инструкцию рассказывать, чем он занимал свое время. Гарри не нравилось то, что он должен так тщательно отслеживать действия Драко, но только так он мог получить хоть какое-то предупреждение, если из-за заклятия что-то пойдет не так.

Заклятия Надзора были гораздо проще, но их использование - и по важной причине - было строго запрещено. Гарри на самом деле не желал объяснять Комиссии по Проверке, зачем ему понадобилось устанавливать их на свой дом.

Пока что никто не знал, что Драко является его рабом. Он даже Джинни не сказал. Он собирался это сделать. Он знал, что ему придется это сделать, но было так просто откладывать это снова, и снова, и снова...
Легкий свист обозначил прибытие полуденного письма от Драко. Гарри подобрал его и внимательно прочел, главным образом для того, чтобы убедиться в том, что Драко хорошо поел. Затем заклинанием он отправил его в огонь. На самом деле, у Драко, казалось, не было никаких проблем с тем, чтобы занять себя на целый день, большей частью потому, что Гарри внимательно следил за тем, чтобы снабжать его большим количеством «заданий» на каждый день. Гораздо хуже для Драко было неподвижно сидеть и ждать, пока Гарри вернется домой вечером. Это было гораздо более жестоко, думал Гарри, чем список заданий, выполнением которых Драко мог бы занять себя, пока тянулось время.

Драко выполнял все, что просил Гарри, но также он проводил значительное количество времени за чтением. Книги, которые отобрал для него Гарри, как занимали его время, так и доставляли ему удовольствие. Но помимо этого чтение также оказывало положительный эффект на улучшение его речи. Спустя всего пару дней, речь Драко звучала гораздо естественнее, хотя он до сих пор настаивал на том, чтобы называть Гарри «Хозяином». Гарри пытался мягко отговорить его от этого, но Драко, казалось, не понимал, что термин «Хозяин» не приветствовался. Гарри раздумывал над тем, чтобы настоять, но понимал, это приведет только к тому, что Драко начнет умолять о прощении до тех пор, пока Гарри его не накажет.

«Гораздо проще привыкнуть к этому слову», - решил Гарри. По крайней мере, Драко не использовал этот термин, когда писал Гарри письма. Впрочем, Гарри сам сказал ему делать свои послания краткими, но с обязательными упоминаниями о том, что тот съел на обед, и обо всем необычном, если таковое случалось. Письма Драко служили образцом послушания.

В записке от Драко во вторник говорилось: «Я прочел текст по Продвинутым Чарам и тренировался в заклятиях с А до Е», и позже: «Я съел бутерброд и выпил молока, потом с помощью заклинания удалил всю плесень с грядок клубники в саду».

В среду Драко объявил: «Я изучил заживляющие заклинания, почистил занавески и коврики», за которым следовало: «Я съел остатки жаркого в горшочке с картофельным пюре и выпил две чашки чая, затем покормил прилетевшую сову. Вам письмо. Я положил его на стол».

Письмо оказалось от Малфоев – они приглашали их к себе на обед на следующей неделе. Они также упоминали, что не могут писать Драко лично, пока Гарри им не разрешит, так же, как он однажды разрешил им побеседовать с Драко лично в его спальне. Это был более чем явный намек, но Гарри его проигнорировал. Вполне возможно, Малфои не могли идти против желаний Гарри, когда речь заходила о Драко, но он вовсе не хотел, чтобы они часто ему писали. Даже учитывая всю их любовь к сыну, это не означало, что они не могут ляпнуть что-то, что причинит ему вред.

Вообще-то, сказать по правде, они уже это сделали. У Гарри не было никаких иллюзий по поводу того, каким человеком был Драко Малфой – и будет снова, когда к нему полностью вернется память – но у него также и не было никаких сомнений в том, что сделало его таким. Кто его таким сделал.

Но было бы жестоко по отношению к Драко полностью лишать его контакта с родителями, поэтому Гарри написал короткую записку, принимая приглашение. У него было такое чувство, что, возможно, он об этом пожалеет - как только наступит следующая неделя - но в данный момент он не хотел об этом задумываться. Завтра пятница – время для очередной вечерней встречи с Роном, Гермионой и Джинни. А также время для очередной ночи с Джинни.

А Гарри до сих пор не сказал ей ни единого слова о Рэс Меа Эс.

Глава 10.
Гарри постарался прояснить этот вопрос с Драко тем же вечером за ужином.
– Завтра вечером ко мне придут в гости друзья. На обед.

Еще за день до этого он решил, что обед в ресторане, по крайней мере, на этой неделе, будет невозможно. Как бы он смог там все рассказать? Ни одно волшебное заведение не подходило для такого разговора. Слишком много вокруг любопытных ушей, а также желающих узнать хоть какую-нибудь сплетню, чтоб потом продать ее в газеты.

Гарри уже начитался о себе столько, что ему хватило бы до конца жизни.

Он раздумывал над тем, чтобы наложить чары неслышимости, так чтобы никто не смог подслушать его беседу с друзьями, но нет, существовало слишком много способов обойти магию. Кроме того, подобные чары в общественном месте могли гарантировать повышенный интерес со стороны прессы.

Мальчик- Который- Победил- Наконец- Делает- Предложение...
Он уже видел названия заголовков. Никого не волнует, что уже давно не мальчик. Гарри гадал, сколько же за двадцать ему должно стукнуть, чтобы газеты перестали называть его так.

И не в первый раз он задался вопросом, почему люди настолько одержимы его личной жизнью. Все они считали, что он обязательно женится на Джинни. В принципе, Гарри и сам так считал, хотя и полагал, что должен испытывать гораздо больше воодушевления по этому поводу. Но с какой стати газеты... по сути, подбивали его перейти от свиданий к официальной помолвке? Почему бы им не предоставить Гарри право самому определиться?

- Друзья на ужин, - медленно кивнув, повторил Драко.

- Да. И дело в том что... - Гарри заставил себя встретится с Драко глазами. – Знаешь, я вроде как слегка неожиданно стал твоим хозяином, и .. эммм... мои друзья ничего об этом не знают.

Драко выглядел слегка растерянно, как будто он пытался понять, чего же Гарри от него хочет.

–Я... - Тряхнув головой, он попытался еще раз. – Я – секрет?

- Нет. Ну, вроде того...- Гарри виновато улыбнулся. – В смысле, я собираюсь им рассказать. Просто я еще не знаю, каким образом это сделать. Не у многих людей есть... э... кто-то такой же, как ты, живущий вместе с ними.

- Такой же, как я? - Драко перевел взгляд на себя.

Гарри не хотел говорить о рабстве, но полагал, что ему придется свыкнуться с этой мыслью. Гермиона ни за что не позволит ему притворится, будто бы дела обстоят как-то иначе, чем они есть на самом деле. В этом он был чертовски уверен.
– Раб. Не у многих людей есть рабы. Ты знал об этом?

- Я не знаю. Я никогда не задумывался... - Драко на секунду закрыл глаза, словно он пытался разобраться, или, возможно, пытался вспомнить, что он знал. – Тогда сколько?

- Насколько я знаю, ты – единственный.

Длинная пауза.

– О, я – единственный раб?

- Раб-волшебник, да, – Гарри внутренне подобрался на случай, если Драко расстроится. Но к тому времени он понял, что такого не произойдет. В сущности, Драко вообще не придал этому значения.

- Хозяин Гарри, я имел ввиду, сколько будет друзей? На ужин?

Гарри боялся говорить Драко, насколько уникальным тот был, давая тем самым ему понять, насколько несправедлива была вся эта ситуация, но теперь, против всякой логики, он был раздражен тем, что Драко воспринял новости настолько спокойно.

– Три, - резко сказал он.

- Что мне приготовить?

«Боже, Драко абсолютно ничего не понял», - расстроенно подумал Гарри. Он не хотел, чтобы юноша погрузился в отчаяние или что-то в этом роде, но он так же не хотел, чтобы все происходило так – когда личность Драко была полностью заменена кем-то другим... кем-то, кто считал, что быть рабом - правильно.

- Я не хочу, чтобы ты готовил.

- Еда сегодня была невкусная?

Гарри задержался на работе, и был слегка ошеломлен, когда увидел, что Драко самостоятельно приготовил обед, хотя его об этом никто не просил. С другой стороны, кажется, он старался предугадывать желания Гарри. Сейчас он иногда мог самостоятельно делать выводы о том, что Гарри хотел от него, даже без прямых указаний последнего.

Так или иначе, но еда, которую приготовил Драко, была более чем вкусной – она была превосходной. Хотя здесь не было ничего удивительного. У Гарри были в запасе кулинарные книги, а у Драко в запасе были годы практики по приготовлению зелий. Он даже помнил, как приготовить зелья, хотя и не представлял, кто вел этот предмет, или то, что Гарри учился вместе с ним, год за годом.

- То, что ты приготовил вчера вечером, было очень хорошо, - сказал Гарри, отправляя в рот вилку с пастой, которая буквально растаяла на языке, оставив после себя нежнейший вкус соуса, даже после того, как он все проглотил. – Но я сам могу приготовить еду завтра, Драко.
Бог свидетель, он не хотел эксплуатировать Драко.

- Как пожелаете.

Проблема была в том, что на самом деле Гарри не желал. Он неплохо готовил, но ему не очень нравилось этим заниматься. Вот почему он так любил обедать в ресторанах, когда проводил вечер с друзьями, хотя, конечно, иногда он приглашал их к себе на ужин.

Драко неожиданно встал и вышел из комнаты, что он раньше делал только, когда Гарри его об этом просил. Однако до того, как Гарри успел об этом задуматься, Драко вернулся с длинным пергаментом в руках.

– На кухне закончились эти продукты, - сказал он и, положив пергамент перед Гарри, вернулся на свое место.

О, список.

– Я позволил себе вольность составить для тебя список. Это приемлемо?

- Гм, да. Конечно, - ответил Гарри, чувствуя легкое изумление. Одно дело, то, что Драко приготовил ужин по своей инициативе – он на самом деле знал, что Гарри предпочитает на ужин каждый вечер. Но это... об этом Гарри ни разу не упоминал. Он даже не заметил, что его кладовка опустела.

Это вселяло надежду на то, что где-то глубоко в душе Драко, начала разгораться искра независимости.

– Длинный список, - сказал Гарри, изучая его. Неужели у него действительно закончились масло и яйца? Гм...

- Я сожалею, что не могу сходить в магазин для Хозяина Гарри, - нахмурившись сказал Драко, его глаза сузились. – Я бы не стал убегать, чего бы там не думало себе заклятье. Умоляю, поверь мне.

Возможно, Драко выражал свою внутреннюю потребность? Может быть, для него важно, чтобы в него верили? По крайней мере Гарри на это надеялся. Он радовался любому прогрессу.

Хотя, если задуматься, он был абсолютно уверен, что если бы к Драко вернулась его память, он бы точно попытался сбежать. И если заклятье будет удерживать его здесь против его воли... Гарри даже думать об этом не хотел.

Но это крошечный проблеск независимости, который Драко продемонстрировал, составляя этот список... Гарри хотел поощрять его на большее.
– Я вышлю список в продуктовый магазин, и они сделают доставку на дом через камин, - сказал он, - так что мы будем полностью затарены утром. Драко, если бы ты имел доступ ко всем этим продуктам, что бы ты приготовил?

- Все, что бы ты ни пожелал.

Странный ответ, принимая во внимание то, что Драко самостоятельно выбрал блюда для сегодняшнего ужина. Ему дже не понадобились указания Гарри.

- Предположим, что я хочу, чтобы ты выбрал. Какое блюдо бы ты приготовил?

Драко внимательно прочел список, нахмурившись.
– Я бы... Ничто из этого не смогло бы послужить для приготовления достойного ужина для Хозяина Гарри и его друзей.

Что касается «недостойности» ужина – тут у Гарри были большие сомнения, но он в самом деле хотел поощрить Драко думать самостоятельно, и поэтому спросил:
- А что, если бы ты мог приготовить все, что угодно? Предположим, мы достанем все нужное для этого. Что бы ты тогда приготовил?

Драко опять сел на свой стул и сказал, практически без обдумывания.
- О. Курица под лимонным соусом с тушеной спаржей и миндальный торт на десерт.

Гарри хмыкнул:
- Ты знаешь как приготовить все это?

- Я прочитал рецепты сегодня утром. В... «Китайской Кухне для Начинающих» и «Вкусах Франции».

Гарри постарался не вздрогнуть. Эти книжки подарила пару лет назад Джинни на новоселье, и он только мельком на них взглянул.
– Смешать китайскую и французскую кухни, мда?

- Если это проблема, я могу составить другой план...

- Нет, никаких проблем, - улыбнулся Гарри. – Составь список необходимого, и мы сегодня же все закажем.

''''''''''''''''''

Когда на следующий день прозвучал дверной звонок, Гарри уже весь извелся от нервов. Почему он только считал, что это была превосходная идея встретиться с друзьями дома, когда рядом Драко? Невозможно предугадать, что может рассказать любой из них – о истории взаимоотношений Драко и Гарри, или о том, как они были по разные стороны во время войны, или о том, как Гарри однажды одолел Драко и забрал его палочку, которая до сих пор оставалась у него.

Конечно, Гарри и сам мог рассказать Драко обо всем, но он не сделал этого. Он считал, что для Драко будет лучше вспомнить все самому. К тому же, сказал он про себя, у заклятия были причины для того, чтобы Драко потерял память.

Правда, однако, была в чем-то другом.

Он не хотел, чтобы Драко начал снова его ненавидеть, осознал Гарри. Он хотел, чтобы тот помнил... но не это.

- Мне встретить гостей? – озадачено спросил Драко.

- Нет, я сам, - ответил Гарри, сглотнув. – Мне стоило упомянуть об этом раньше, но мои друзья ходили в Хогвардс... э, с тобой.

Он не знал, как на это отреагирует Драко, но все, что тот сделал, это опустил голову и сказал лишь одно.
– Я полагаю, они закончили школу.

- Нет, война и их отвлекла. Всех, кроме Джинни. – Вздохнув, Гарри жестом указал Драко вернуться в зал и ждать там. Поскольку ничего другого больше не оставалось, Гарри подошел к двери и открыл ее.

''''''''''''''''''

- Привет, - сказал Гарри, загородив проем и изобразив на лице свою лучшую улыбку.

Джинни порывисто обняла его и поцеловала в губы. Ей не стоило это делать. В любом случае - не стоило это делать прямо под носом у брата. Но толку от секретности все равно было никакого. Все семейство Уизли было в курсе того, как они проводят пятничные ночи. Гарри был слегка удивлен, что Артур и Молли никогда не давили на него, вынуждая первым делом жениться – хотя бы подумать об этом – но, возможно, они не считали, что они были вправе, поскольку Рон с Гермионой прожили вместе шесть месяцев до свадьбы.

Или возможно они – как и Джинни – слышали звон свадебных колоколов в недалеком будущем, и просто не хотели сглазить.

По какой-то причине, поцелуй Джинни сейчас казался... неправильным. И Гарри не знал, почему. Даже если в последнее время от поцелуев с Джинни земля не уходила из под ног, они все равно были приятными; Гарри определенно ничего не имел против. Обычно не имел, в любом случае.

Сегодня же он просто хотел, чтобы этот поцелуй скорее закончился.

«Возможно это просто признак того, насколько сильно я хочу прояснить ситуацию», - подумал Гарри.

Он как мог мягко оторвал Джинни от себя и осторожно высвободился из ее объятия.

Рон вскинул бровь.
– Ты вообще планируешь нас впустить?

Именно тогда Гарри осознал, что блокирует вход. Ну тем и лучше. Сделав шаг вперед, он захлопнул за собой дверь.
– Да, входите. Но сначала я должен поговорить с вами. Это важно.
Взмахнув палочкой, Гарри наложил звуконепроницаемые чары. Здесь, у себя дома, он ощущал работу своих заклинаний и мог быть уверенным, что никто их не подслушает. Как бы там ни было, в его палисаднике репортеры в засаде не сидели. И за это спасибо.

Хотя, возможно, его работа слишком сильно влияла на него. Не так уж просто обыграть Аврора, а проникновение на частную собственность было вне закона.

В любом случае причиной для наложения чар был Драко. Не репортеры.

Гермиона оглянулась, как если бы пытаясь отгадать, зачем Гарри понадобились чары не слышимости.

– Если ты хочешь, чтобы нас никто не услышал, разве не лучше поговорить внутри?

Засунув палочку обратно в карман, Гарри обвел троих друзей взглядом, его лицо окаменело.

– Нет, на самом деле не лучше. Там Драко Малфой, и я не хочу, чтобы он услышал то, что мне нужно вам сказать.

'''''''''''''''''

На мгновение в переднем дворике воцарилась абсолютная тишина, которая сопровождалась тем, что Гарри описал бы как «смертельный холод». Что, конечно же, было не так, хотя и в самом деле показалось, что температура воздуха резко упала.

Первой оправилась Гермиона. Тихим, нерешительным голосом, но стараясь выглядеть уверенно, она сказала:

- О... что ж Гарри, ты молодец. Это очень взрослый поступок – оставить в прошлом старые обиды и... пригласить его в дом. – Тут ее голос слегка окреп. – Так вот почему ты пригласил нас на ужин к себе домой. Это действительно твое дело и ничье больше, если ты решил отбросить прошлое и начать все заново.

Так было бы просто согласиться с этим объяснением и позволить ей думать, что Гарри действительно окончательно закрыл дверь в прошлое – перед всем тем, что случилось в войну. Но нет, как бы не искушала эта идея, он знал, что она не сработает. Это был не тот Драко, которого они знали прежде. Эти трое раскроют обман меньше чем через за минтуту. Так что было очевидно, что Гарри придется все объяснить. Но до того, как он мог сказать хотя бы слово, все заговорили одновременно.

-Эта сволочь не заслуживает того, чтобы...

- Рон, дело не в этом. А в том, что Гарри решил двигаться дальше.

А затем Джинни, ее голос был полон ярости.

– Гарри, я полагаю, это твое личное дело, кого ты приглашаешь в свой дом, по крайней мере, до тих пор, пока мы не женаты; но я лично никогда в жизни не сяду за один стол с Упивающимся Смертью!

- Как и я! – сжал челюсть Рон. – Пошли, Гермиона. Мы уходим!

Гарри понял, что вся ситуация очень быстро выйдет из под контроля, если он очень быстро что-нибудь не придумает.

– Слушайте, в обычных обстоятельствах я никогда не захотел бы видеть Драко у себя дома, - прошипел он, сжав зубы. Именно из-за этой фразы он не хотел, чтобы Драко услышал их разговор. Гарри не знал, что может сделать Драко, если услышит нечто в этом роде, но явно - ничего хорошего. В этом Гарри был уверен. – Но обстоятельства далеки от обычных, и если вы все мне дадите минутку, я объясню!

Это заставило их замолчать, хотя лицо Рона приобрело темно-красный оттенок, а губы Джинни сжались в тонкую прямую линию.

- Слушайте, во-первых, у него амнезия и он ничего не помнит о своем участии в войне. Как и о моем. Так что держите обвинения или даже упоминания об этом при себе, от них не будет толку. Он просто не поймет, о чем вы говорите.

Рон выдал презрительный, полный отвращения смешок. Звук был действительно отвратительный.
– Нет, это ты послушай, Гарри. Амнезия не оправдывает все то, что он сделал, и уж точно не является причиной, чтобы ты его простил...

- О ради Бога! Я его не простил!

Лицо Рона скривилось.

– Тогда какого хрена он делает у тебя дома?

- Потому что я увяз в этом по уши!

Джинни скрестила руки на груди, все еще в бешенстве. Хотя стоило отдать ей должное: она действительно старалась оправдать его действия.
– Что ж, думаю, тебе стоит известить Министерство, что твоя личная жизнь не должна смешиваться с работой. И я не понимаю, почему они посчитали, будто это твоя работа – помочь ему вернуть память. Ты не подписывался ни на что подобное, когда соглашался стать Аврором. И какое им, в любом случае, дело, если он сошел с ума? Он просто презренный Упивающийся Смертью!

Рон выдохнул.
– А, теперь я понял. У него есть информация о каком-то преступлении, и ты пытаешься вытащить это из того, что осталось от его мозгов?

- Дайте Гарри сказать, - перебила Гермиона. - Гарри?

- У него нет никакой информации о преступлениях. По крайней мере, я ничего такого не знаю, – Гарри вздохнул. Он хотел мягко подвести их к правде, но не было никакого действенного способа подготовить их к подобным новостям. Он знал это с самого начала. Лучше просто выложить все сразу. – Он здесь, потому что он мой раб, понятно?

- Раб?! – воскликнули все трое.

- Да. - Гарри потер сзади шею, от которой боль, казалось, проникала прямо в голову.

- Ты серьезно?

Гарри угрюмо взглянул на Гермиону.
– Ты думаешь я стал бы шутить такими вещами? Так шутить над вами?

- Но... Я не понимаю. Это же незаконно!

Гарри предполагал, что так оно и было, но он ведь не удерживал Драко против его воли. Его держала магия.
– Слушайте, что касается меня, то он может идти, куда хочет, но ему не позволит это сделать заклятье. И до того, как вы спросите, оно называется «Рэс меа эс», и его наложил я, но у меня не было выбора, потому что иначе он бы умер, и, что бы вы о нем не думали, этого я позволить не мог.

- Ох, Гарри... – Это был снова тихий голос Гермионы.

Ноздри Рона раздулись. Сильно.
– Ты сделал это, чтобы спасти его жизнь? Жизнь Малфоя? С чего тебе было волноваться о нем?

- Ну, ты тоже так делал, правда? - свирепо уставился на него Гарри.

- Заткнись, - грубо отрезал Рон.

- Он умирал - от чего? – спросила Джинни.

Гарри вкратце рассказал о странном визите Люциуса, о письме Нарциссы, и о своем посещении поместья Малфоев. К концу Рон почти хихикал.

– Его родители умоляли тебя – умоляли! Сделать его рабом. Твоим! О, в этом есть некая божественная справедливость, не правда ли...

- О, успокойся, Рон. Конечно, это не так, - резко ответила Гермиона.

Джинни же выглядела просто мрачной.
– И что ты собираешься делать, Гарри?

- Ну, я, в принципе, пока ничего сделать не могу. На данный момент, – вздохнув, Гарри рассказал о том, что заклятью необходимо прийти в норму, после чего к Драко, возможно, начнет возвращаться память. – На сегодняшний момент без меня он практически беспомощен. И не начинай, Рон. Уверен, ты не смог бы его отослать, зная, что это приведет к его гибели. У меня нет никаких иллюзий относительно того, что он сделал, но если вы вспомните, я никогда не настаивал на том, чтобы он был приговорен к Поцелую.

- Что ты уже смог выяснить о заклятье?

Гарри уставился на Гермиону.

– Я только что вам рассказал.

Она закатила глаза.

– Ты еще не проводил исследований, не так ли?

- Ну, поскольку это заклятье было мертво последние пятьсот лет, и тот, кто его усыпил, по всей видимости уничтожил все данные он нем, то – да, не проводил.

- Никогда нельзя сказать точно, что выявит исследование. Думаю, любой Аврор понимает ценность расследования преступления.

Джинни приблизилась к Гарри и взяла его за руку.

– У тебя была такая сложная неделя, - сказала она, коснувшись губами его щеки. – Бедный Гарри, тебе пришлось мириться с присутствием этого человека в своем доме.

Гарри очень не понравился ее сочувствующий тон. И то, что она говорила. Было не так уж ужасно иметь дело с Драко, особенно когда Гарри выяснил, как обращаться с одним определенным заклятием, удерживающим его здесь.

- Но что заставило заклятие вернуться к жизни? – спросила Гериона, на ее губах появилась легкая улыбка. Ей нравилось смотреть, как продвигались дела у Гарри с Джинни. Гарри не сомневался, что она и Джинни часто строили свадебные планы вдвоем. – Родители Малфоя решили, что это ты его как-то вызвал?

- Они подумали, что я узнал о нем и решил утвердить права на Драко, - вздохнул Гарри. – Они предположили, что я нарочно хотел позволить ему умереть.

Джинни начала гладить пальцами его ладонь, движения были медленными и успокаивающими.
– Что ж, это доказывает, что они совершенно тебя не знают. Мы справимся с этим, Гарри. Я бы не хотела его когда-либо видеть, но... Я понимаю.

Гарри сглотнул. А он-то думал что она в ярости хлопнет дверью, заявив, что никогда больше не переступит порог его дома, пока он не избавится от Драко Малфоя и не продезинфицирует потом помещение. М-да... вдруг до него дошло, что так все было гораздо проще. Он на это и рассчитывал...

Нет-нет. Он вовсе не хотел хотел порвать с Джинни. Совсем нет. Он просто не хотел, чтобы его донимали с женитьбой.

- Однако ты уверен, что пока ничего не нашел? – спросила Гермиона, ее глаза светились, как было всегда, когда она встречала на пути очередную головоломку. – Что-нибудь о связи между вами двумя, или о следах заклятия, может быть ты встречал что-нибудь, когда ты работал над каким-нибудь делом?

- Я бы заметил, если бы наткнулся на информацию о том, что моя семья владела Малфоями, - сухо сказал Гарри. – Я и в самом деле уверен - что-нибудь в этом роде привлекло бы мое внимание.

- Возможно, информация была такой неочевидной, что ты не понял, о чем речь...

- Тогда меня по-прежнему можно считать несведующим, не так ли? Гермиона, я на самом деле не могу сказать, как снять эти чары. Я просто не знаю. Я уже месяц не занимался никакими расследованиями. Когда возглавляешь отдел, приходиться заниматься многим другим.

- Хотя тебе всегда нравилось работать самому, - слегка угрюмо сказал Рон.

- Ты не считаешь, что с Гарри уже хватит темных магов, хотя бы на это время? – спросила Джинни заносчиво. Что чертовски раздражало. И в любом случае, она была не права. Он занял эту должность, потому что об этом его попросил Кингсли, и потому что именно там он был нужен больше всего.

- Нет, не думаю, - несколько желчно ответил Рон. – Учитывая то, что один из них сидит у него дома, пока мы здесь разговариваем.

- Драко - не темный маг, и он не Упивающийся Смертью - уже нет, - сказал, стиснув зубы, Гарри, стряхивая руку Джинни. – Он ничего не помнит об этом, и я буду благодарен, если вы не будете затрагивать эту тему. Сначала, как я уже объяснял, надо дать время заклятию прийти в норму. Теперь, если вы не хотите оставаться на ужин – любой из вас – я пойму. Но сейчас мне надо возвращаться. Драко слишком надолго остался один.

Джини недовольно скривилась.
– Конечно, я останусь на ужин! – Судя по тону, она хотела оценить ситуацию изнутри. –Что это за разговоры о «слишком надолго остался один»? Ты же ходишь на работу, ведь так?

Гарри не стал упоминать, что он взял выходной.
– Он привык к этому. Однако, он пока не привык к множеству других вещей, и я отвечаю за него. Поверьте мне, в данный момент он не так легко переносит стресс.

- Сразу начинает реветь, как маменькин сыночек, каким он всегда был, да?

- Ох, Рон, прояви хотя бы каплю сострадания, - строго сказала Гермиона. – Мне, лично, очень жаль Драко Малфоя.

- Мелкому хорьку было тебя совсем не жалко, когда ты надрывалась от крика

Гермиона вздернула подбородок.
– Если ты полагаешь, что я опущусь до его уровня, то ты сильно заблуждаешься. Это трагедия – то, что с ним случилось, - и ради их обоих я надеюсь, что это не продлится долго. Гарри, я посмотрю, смогу ли я найти хоть что-нибудь, что может помочь.

Гарри улыбнулся в ответ, хотя он лично считал, что дело было дрянь.
– Я запишу для тебя полную формулу заклинания, которое я использовал для того, чтобы сделать его моим рабом. Итак... ты зайдешь, Рон? Думаю, что твои жена и сестра остаются.

Рон сделал шаг вперед.
– Думаю, мне стоит увидеть, как низко он пал. Раб... Наверное как раз то, что он заслуживает.

Гарри ненавидел всю эту ситуацию, но он не мог рисковать такой хрупкой в данный момент психикой Драко, даже ради друзей.
– Ты не войдешь, если собираешься продолжить в этом духе и дальше. Все, что ты скажешь, может расстроить его, и усложнит мою жизнь, поскольку именно мне придется его потом успокаивать. Мне этого совсем не нужно.

- Ой, ну ладно, - проворчал Рон. – Если мне будет нечего сказать... Ну э-э-э.. не то, чтобы хорошего, но нейтрального, тогда я просто промолчу. Так сойдет?

- Хорошо, - сказал Гарри, чувствуя облегчение.

- Чем ты его занимаешь на целый день в любом случае?

- Подготовкой к ТРИТОН большей частью, - Гарри повернулся к двери. – Он пока ни один экзамен не сдал.

Гермиона схватила Гарри за локоть до того, как он смог взяться за ручку.
– Но он сдал, - сказала она тоном, который использовала, когда говорила о чем-то, в чем была точно уверена. – Гарри, ты знаешь, я помогала проводить тесты для независимых учащихся. Драко Малфой сдавал восемь ТРИТОН в прошлом году – и он сдал их все.

Глава 11

Драко не было в гостиной. Гарри быстро пробежался по первому этажу, заглядывая в каждую комнату, но Драко нигде не нашел.

- Наверное, он поднялся наверх, - сказал Гарри, вернувшись к друзьям. Он не был уверен в том, зачем это могло понадобиться Драко; к этому времени он уже достаточно хорошо угадывал настроение Гарри, и Гарри хотел, чтобы Драко ждал его именно там, где он был.

В то же время, Драко был почти одержим собственной внешностью, поэтому он мог решить, что ему надо умыться или переодеть мантию, что-то в этом роде. Гарри заметил, что он мог снова и снова зачаровывать одежду и прическу по несколько раз на дню. В результате Драко практически всегда выглядел на редкость представительно – и никак иначе.

Гарри мог бы попробовать убедить его не волноваться так по поводу внешности, если бы эта черта не напоминала ему о том Драко, каким он был в школе. Когда он приходил в класс, он всегда выглядел так, словно вместо уроков мог с такой же легкостью принять участие в фотосъемках для модного журнала. Поэтому, вполне возможно, что Драко не был так одержим своей внешностью из-за слов Гарри... возможно, это являлось частью того, кем он был.

Частью, которой он не утратил.

- Почему бы вам всем не присесть, я сейчас вернусь вместе с ним.

- Я принесу чего-нибудь выпить, - заявила Джинни. Она действительно чувствовала себя на кухне у Гарри как дома, и он никогда не был против этого, но все же ему не хотелось, чтобы она вот так изображала из себя хозяйку. Да, она оставалась у него на ночь раз в неделю, но, по мнению Гарри, это делало ее всего лишь постоянной гостьей – не более. Хотя раньше он говорил Джинни, что женится на ней, как только будет готов – может, именно поэтому она подумала, что имеет полное право вести себя таким образом.

Гермиона села на кушетку, усадив Рона рядом, и начала тихо с ним переговариваться, подав Гарри знак, чтобы он сходил за Драко.

С Драко все было в порядке: он, выпрямившись, сидел на краю кровати в своей спальне и читал книгу. Неискушенному наблюдателю могло показаться, что он просто решил потакать собственным прихотям, но Гарри знал, что это не так. Он уже говорил Драко когда-то, что, если ему больше нечем заняться, то он вполне может продолжать читать. И добавил, что ему хотелось бы, чтобы Драко делал это сидя.

Все это – после того, как Гарри застал его стоящим посреди комнаты с книгой в руках и собирающимся учиться.

Мысли об учебе напомнили Гарри недавние слова Гермионы. Восемь ТРИТОНов, восемь. Он ни на секунду не сомневался в правоте Гермионы, и не только потому, что она говорила с такой уверенностью. Это еще и в значительной мере объясняло, почему Драко с такой легкостью справлялся с книгами Гарри. Возможно, он выучил все это раньше. Даже если он что-то забыл, то выучить снова не составляло никакого труда. И, скорее всего, он ничего не забыл. Это был тот случай, когда Драко нужно было просто напомнить то, что он уже знал.

Хотя сама мысль о том, что Драко понадобятся напоминания, казалась странной. Он хорошо помнил уроки в Хогвартсе; он просто не помнил много из того, что касалось сферы общения. Фактически, почти ничего. Но если он смог вспомнить уроки, то почему он не способен точно также вспомнить и повседневную жизнь?

Еще один вопрос, ответ на который в ближайшее время не найдется. Гарри добавил его в растущий список у себя в голове, заходя в комнату для гостей.

Драко сразу же отложил книгу и поднялся на ноги.
- Чем я могу быть полезен...

- Почему ты не подождал внизу, как я тебе сказал?

- Как вы сказали?

- Да, я велел тебе... - вспоминая, Гарри понял, что на самом деле ничего не говорил Драко. – Ну, я сделал вот такой жест.

Он помахал рукой.

На губах Драко промелькнула чуть заметная улыбка.
- Такой? – спросил он, повторяя движение.

Ох. Теперь Гарри видел, что этот жест действительно можно было принять за «иди отсюда». Ну, он просто был на взводе в тот момент. И сейчас тоже.
- Но почему ты поднялся сюда?

- Я стремлюсь лишь угодить вам, Хозяин Гарри, и я подумал, что сделать так будет лучше всего. Если я поступил неправильно, я умоляю, поправьте меня, чтобы я мог совершенствоваться во всем.

Ну, по крайней мере, на этот раз Драко спокойно воспринял тот факт, что он, возможно, совершил ошибку. Хотя приступы паники случились у него только когда он верил, что якобы солгал, и когда ему мешали исполнить указания Гарри. И оба раза были в его первый день в качестве раба. С того времени ситуация значительно улучшилась. Насколько Гарри мог судить, заклинание действительно пришло в норму.

- Все в порядке, Драко. Я просто хотел узнать, почему ты решил, что будет лучше подняться сюда вместо того, чтобы остаться внизу.

Драко пожал плечами.

- Вы же сказали, что я в каком-то роде секрет.

О, Боже. Гарри неожиданно вспомнил, как Дурсли приглашали гостей на обед и заставляли его торчать в своей комнате до тех пор, пока гости не расходились, и ему стало неприятно. Он никогда бы не поступил так с другим человеком; он знал, как это выбивает из колеи. Не то чтобы Драко казался хоть немного обеспокоенным. Гарри явно был больше расстроен этой ситуацией, нежели Драко.

- Я не имел в виду, что ты должен спрятаться, - сказал он, сглотнув. – Ты помнишь, я же говорил, что собираюсь рассказать о тебе друзьям?

- Да, помню. Но я не знал, когда.

- Я только что сказал им. Я бы хотел, чтобы ты познакомился с ними, прямо сейчас.

Драко кивнул, но спросил:
- Вы сказали, что они уже знают меня?

- Да, но они в курсе, что ты их не помнишь. Во всяком случае, все еще не помнишь. Спускайся за мной в гостиную, ладно?

Конечно, Драко подчинился прямому приказу, но Гарри показалось, что шел он как-то неестественно. Обычно Драко был достаточно грациозен в движениях. Часто Гарри мысленно сравнивал его с пантерой – Драко был таким же гибким. Сейчас же он двигался так, словно каждый шаг причинял ему боль. Гарри подумал, что если бы он находился на месте Драко, он бы тоже чувствовал себя не лучшим образом. Кто угодно лишится присутствия духа, если ему прикажут встретиться с людьми, которые знали его раньше - но сам он их вспомнить не может.
С этим ничего нельзя поделать – через это нужно просто пройти.
Здесь Гарри был непреклонен. Он не собирался позволять Драко прятаться в комнате каждый раз, когда к нему приходят гости.

Когда Гарри вошел в гостиную, Рон и Гермиона встали. Тут же зашла Джинни и поставила поднос с напитками, который она принесла. Казалось, она не сразу заметила Драко.

- Гарри, что бы ты там не готовил, оно пахнет просто божественно.

- Готовил Драко, - сказал Гарри рассеянно, оглядываясь назад. Ха. Драко настолько медлил, что он еще даже не спустился по лестнице. Раньше он никогда не выказывал нежелания подчиняться приказу. Гарри подумал, что такое его поведение было на самом деле хорошим знаком. Любое проявление свободной воли Драко или его попытки жить своим умом были приятной новостью.
Хотя, конечно, Гарри надеялся, что это не заставит Драко сорваться в присутствии остальных.

- Давай, - сказал Гарри, делая несколько шагов навстречу Драко. И затем, чуть тише, - Все будет хорошо.

Драко взглянул на него, в его взгляде странным образом боролись покорность и неуверенность. Затем, однако, он стиснул зубы и спустился по лестнице до конца, остановившись лишь посреди гостиной. Там он напустил на себя совершенно другой вид. Его лицо стало спокойным, как маска, он разжал челюсти. Драко выглядел, как манекен.

Гарри не думал, что это было на самом деле так; ему просто показалось, что для Драко эта ситуация была невероятно стрессовой. Но Гарри мог на это повлиять.

Прочистив горло, он направился к остальным трем людям, находившимся в комнате; Гарри видел, что все они уставились сейчас на Драко. Гермиона выглядела абсолютно потрясенно, Джинни – настороженно, а Рон... недоверчиво.

Гарри проигнорировал это, пытаясь сделать хорошую мину при плохой игре.
- Драко, вот друзья, о которых я тебе говорил.

Драко перевел взгляд с Гарри на остальных, его лицо к тому времени практически ничего не выражало. Действительно жутко. Если не брать в расчет этот поворот головы, он держался идеально неподвижно. Полы его мании даже не пошевелились. Драко был похож на статую, изваянную в цвете. Копна прилизанных волос легкого золотистого оттенка, бледное, словно мрамор, лицо, и строгая черная мантия, которую он надел утром.

Он молчал, но по мерцающему в его взгляде серебру Гарри понял, почему. Драко не знал, чего хотел Гарри, поэтому из осторожности вообще ничего не делал. В этом был свой смысл, так как Драко неправильно понял намерения Гарри несколько минут назад, но Гарри терпеть не мог видеть его таким. Ему не хватало того Драко, с которым он разговаривал наверху, способного говорить относительно свободно, даже осмеливающегося предположить, что жест Гарри, приказывающий остаться, выглядел более похожим на прогоняющий.

Но, возможно, из-за Рес меа эс, тяжело привыкнуть находиться рядом с кем-то, кроме своего собственного хозяина... или семьи.

- Это Джинни Уизли, - сказал Гарри, начиная с нее, потому что она стояла к нему ближе всех. – Она моя девушка.

Джинни что-то раздраженно пробормотала – как и всегда, когда Гарри называл ее своей девушкой. Наверное, она делала так потому, что ей хотелось быть представленной в качестве невесты – так думал Гарри.

Она пристально смотрела на Драко, ее глаза сузились, и по какой-то странной причине Гарри неожиданно заметил, что волосы ее приобрели кричаще яркий оттенок. Свет лампы над головой делал ее медные локоны темно-красными.

Он практически непроизвольно бросил взгляд на волосы Драко, - просто для того, чтобы глаза отдохнули, глядя на более мягкий и приглушенный оттенок.

И из-за этого взгляда он едва успел заметить дальнейшие действия Джинни. Она подошла к Драко, и краем глаза Гарри увидел, что она протянула к нему руку.

- Нет, - сказал Гарри, почти выдохнув это слово, загораживая ей дорогу. – Ты не можешь пожать ему руку, ты не можешь прикоснуться к нему. Я единственный, кто может к нему прикасаться.

Улыбка Джинни и до этого заявления больше походила на гримасу, а теперь окончательно стала таковой. Воцарилась леденящая тишина, нарушаемая лишь скрежетом зубов. Ее зубов.

- Я правильно тебя расслышала, Гарри? Ты что, прикасаешься к нему?
Гарри сразу же вспомнил, как держал Драко на коленях, когда тот болел, и как позже в тот же день они оба стояли на коленях, обнявшись. Но в обоих случаях Гарри всего лишь хотел помочь и утешить Драко, и не стоило искать в этом скрытый подтекст.

- Конечно, нет! Как ты можешь думать о подобных вещах!

Выражение лица Джинни стало абсолютно ледяным:
– Я не это имела в виду.

Ох. Гарри моргнул, не уверенный, почему он внезапно пришел к такому заключению.

- Послушай, я просто забыл упомянуть об этой части заклятия. Если кто-то другой прикоснется к нему, пока чары не придут в норму... - Гарри не договорил, решив, что ему не стоит упоминать о таких вещах, как медленное удушье. Мысль о том, что любой человек, желающий причинить вред Драко, нуждался лишь в незначительном количестве информации - настолько Драко был, уязвим – вызывала у Гарри в груди ужасное чувство. Не то что бы его друзья могли воспользоваться этой информацией, но Гарри все-таки предпочел промолчать.
- Это создаст проблемы.

- Хорошо, - отрезала Джинни, отступая назад. – Я просто пыталась быть вежливой с твоим... гостем, Гарри. Я не хотела причинить ему вред.

- Да, я знаю, - Гарри потянулся, чтобы погладить ее по руке, но она уже была вне пределов его досягаемости.

Тогда Гарри встал рядом с Драко. То, что они были в двух шагах от провала, заставило его изрядно поволноваться. Ему чуть плохо не стало. Боже, как он мог быть настольно беззаботным, чтобы не рассказать друзьям об опасности прикосновений? Его нисколько не оправдывал тот факт, что он почти неделю находился с Драко наедине, и у него не было потребности принимать во внимание других людей, находящихся рядом с Драко.

- А это брат Джинни, Рон Уизли, - сказал Гарри, его голос тоже немного дрожал, пока он не прочистил горло. – И его жена, Гермиона.

Рон лишь коротко кивнул, соблюдая дистанцию, что в тот момент, откровенно говоря, было для Гарри облегчением.

Гермиона, однако, вышла вперед, с опущенными вдоль тела руками, и остановилась в четырех шагах от Драко. Неплохо, подумал Гарри.

- Привет, - сказала она, кивнув, но куда любезнее своего мужа. – А как тебя зовут?

- Я должен отвечать, Хозяин Гарри?

Джинни судорожно вздохнула, а Рон издал странный звук – будто у него перехватило горло. Даже Гермиона, которая пыталась проявить сочувствие по отношению к Драко (Гарри был в этом абсолютно уверен), делая вид, что они виделись впервые, была ошарашена, когда услышала, как такую вещь сказали настолько прямо.

Другого выхода нет, кроме как «доиграть партию», подумал Гарри. То, что Драко продолжал его так называть, было вовсе не его ошибкой.
- Да, ты должен ответить.

Драко повернул голову, чтобы оказаться лицом к лицу с Гермионой, и от этого жеста всех бросило в дрожь – потому что он снова не сопровождался никакими посторонними движениями. Драко был почти как восковая кукла - именно так он вел себя в тот момент. Правда, Гарри перестал беспокоиться об этом в тот самый момент, когда услышал ответ Драко.

- Драко Драко Малфой.

Рон вскочил, врезавшись рукой в книжную полку.

- Драко Драко Малфой? – он слегка фыркнул. – Тебя всегда так звали?
Глаза Драко немного остекленели, но он ответил Гарри, а не Рону.

- Я... Хозяин Гарри, когда вы назвали меня, я вспомнил, что уже слышал эти слова до этого, или мне показалось, что я вспомнил. Меня раньше звали по-другому?
Гарри вздохнул.

- Я дал тебе то же имя, что было у тебя раньше. Драко Малфой. Только один раз «Драко».
Драко вздрогнул.

- О. Я прошу вас наказать меня за мою ошибку. Думаю, я неправильно понял.
Рон фыркнул.

- Как ты мог неправильно понять собственное имя?
- Я должен отвечать? – спросил Драко.

- Да, конечно. Я хочу, чтобы ты чувствовал себя свободно, когда у меня гости.
Драко повернул голову к Рону.

- Хозяин Гарри сказал мне: «Тебя зовут Драко. Драко Малфой.»

Он сказал это точно так же, как Гарри, повторив даже паузу между двумя Драко. Паузу, которая на самом деле была не так уж заметна.

- Хорошо, это моя ошибка, - сказал Гарри, снова вздыхая. – Я неправильно сказал. Я хотел сказать просто «Драко Малфой». Это твое имя.

Покорно кивнув, Драко повернулся к Гермионе и посмотрел ей в глаза.
- Драко Малфой.

- Да, мы поняли, спасибо, - сказал коротко Рон.

- Рон, будь любезнее, - сказала Гермиона сурово. – Ты ведь можешь. Он даже не помнит нас, ведь так? – добавила она, снова обращаясь к Драко.
Он покачал головой.

- Ну, мы ходили в школу все вместе. Ты вообще помнишь Хогвартс?

- Да, Хогвартс. Школа волшебства. Трансфигурация, зелья, заклинания...

- Правильно, - сказала Гермиона тепло. – У нас у всех были одни и те же предметы. Но ты был в Слизерине, а Рон, Джинни, Гарри и я были в Гриффиндоре.

- Гриффиндор? А причем здесь грифы?
Гермиона тут же расстроилась.

- О, прости. Ты не помнишь разные факультеты, или систему начисления баллов, или...
Драко покачал головой.

- Ну, я уверена, ты все вспомнишь.

- О, как замечательно, - сказал Рон, закатывая глаза.

Гарри кинул на него предостерегающий взгляд, затем попытался вернуть вечер в нужное русло.
- Ну, теперь, когда все познакомились, почему бы нам не поужинать?

- Хорошая идея, - сказала Джинни резко, поворачиваясь на каблуках. Она взяла поднос с напитками и направилась в столовую.

Гарри не был там с завтрака; тот раз, когда он мимоходом заглядывал в столовую в поисках Драко, вряд ли считается. Когда он вошел в комнату, его сердце ухнуло. Драко уже упоминал, что он накрыл на стол, но Гарри и не снилось, что он накроет на 4 персоны вместо пяти. С другой стороны, он мог основываться на предположении, что он своего рода «тайна», и может оставаться ей какое-то время. Так что, возможно, причиной была уверенность Драко в том, что Гарри не намеревался включить его в список участников вечеринки.

Это само по себе было достаточно плохо, но когда Гарри вспомнил, как Драко провел послеобеденное время, готовя еду, которую не собирался есть – по крайней мере, так он думал, - ему стало как-то не по себе. Драко мог быть рабом, но он определенно не был прислугой.

В любом случае, не этого Гарри хотел. Но у Рес меа эс очевидно были по этому поводу свои соображения.

- Гарри, - сказала Гермиона неодобрительно.

- Послушай, это еще одно недоразумение, - отрезал Гарри. Открыв ящик, он достал еще один столовый прибор и поставил его на стол. – Драко, присаживайся, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты насладился этим вечером с нами. Я никогда не подразумевал иного.

Драко сразу же рухнул на стул и опустил голову, как будто пытаясь спрятать лицо. Но у него не было ни единого шанса сделать это с зализанными назад волосами.

Гермиона села напротив и подарила ему улыбку, которую нельзя было описать иначе, нежели как воплощение доброты.
- Знаю, тяжело ориентироваться в незнакомой обстановке. Я помню, что чувствовала себя не в своей тарелке, когда я впервые приехала в Хогвартс. Конечно, я старалась этого не показывать.

Драко моргнул.

- Да, я помню, что чувствовал себя так же. До этого у меня были только домашние учителя.

- Ну, по крайней мере, я ходила в школу. Только в маггловскую школу. Это совсем не одно и то же.
- Маггловскую школу?

Рон рывком вскочил со стула и сел рядом с Гермионой, потом через стол уставился на Драко.
- Да, а тебя что-то не устраивает? Собираешься обидеть ее, как всегда?

Зубы Драко начали стучать.

- Я обидел друга Хозяина Гарри? Я плохой, ничтожный, ужасный, невнимательный, грубый, отвратительный, чудовищный, мерзкий раб...

О, Боже. У Гарри перед глазами вновь возникла омерзительная картина. Он увидел себя самого, снова вынужденного дать Драко пощечину. Определенно, не то, что он хотел бы сделать в присутствии других людей. Или вообще - если бы только был другой выход из ситуации.
И приказ выпить успокаивающее зелье тоже не помог бы решить проблему.

Игнорируя всех остальных – фактически, забыв об их присутствии, Гарри думал только о Драко – он бросился к нему и крепко сжал его руки.

- Нет, ты не плохой и не ничтожный. Прекрати сейчас же, хорошо? Ты никого не обидел.

- Рон друг Хозяина Гарри, он сказал, что я обидел...

Гарри сжал руки Драко еще сильнее.

- Но ты никого сегодня не обидел. А слова Рона... пусть они тебя не волнуют. Это все в прошлом. Ты еще не был моим рабом.

Кажется, ему удалось подобрать нужные слова; Драко судорожно кивнул, немного расслабившись, но все равно тихо сказал:

- И все же я сожалею, что причинил вам беспокойство.

Гарри разжал его руки и вместо этого нежно их погладил.

- Важно только то, что есть сегодня. Сегодня и впредь.

Кризис удалось предотвратить, и Гарри накинулся на Рона.

- Не мог бы ты прекратить это сейчас же?

Рон, в свою очередь, выглядел потрясенным.

- Прости, - сказал он таким же тихим голосом, как и Драко.

Гарри был абсолютно не в том настроении, чтобы спустить ему это так просто.
- Я могу быть уверенным в том, что ты будешь вести себя должным образом, пока я буду накрывать на стол, или...

- Я могу помочь, - сказал Драко, пытаясь отодвинуть свой стул.

- Нет, оставайся сидеть, - приказал Гарри. Ему не нравилось вести себя как командир, но это казалось лучшим - а, возможно, и единственным, - способом избежать дальнейших недоразумений. – Оставайся и поговори с Гермионой. – Гарри вернулся к разговору с Роном. – Я могу тебе доверять, или мне придется заставить тебя пойти на кухню со мной?

Рон как будто съежился.

- Я не понял, ладно? Черт возьми, Гарри! Я подумал, что он прикидывается, или...

- Я могу тебе доверять?

- Да!

- Хорошо, потому что, если я вернусь и выясню, что ты сморозил очередную глупость...

- Гарри, - перебила Гермиона, - хватит. Рон собирается просто слушать, правда, Рон?
Драко смотрел вниз на свои руки, слегка разминая их после того, как Гарри слишком сильно их сжал, но на этих словах он поднял взгляд.

- Мне кажется, что я - проблема.

- Нет, - Гарри покачал головой. – Ты не секрет, и ты не проблема.

Последнее утверждение было лишь отчасти правдой, но Гарри все равно это сказал. Он знал, каково это – когда с тобой обращаются как с нежеланной обузой.

- Все это просто непривычно, понимаешь? И для меня тоже, и мы оба привыкаем ко всей ситуации. Но не волнуйся. Мы с этим справимся.

Джинни внезапно схватила Гарри за руку.

- Почему бы мне не помочь тебе накрыть? Я уверена, что Драко будет прекрасно себя чувствовать с Роном и Гермионой.

Если там был один Рон, Гарри совсем не был бы в этом уверен. Но с Гермионой... да, она сможет сдержать своего мужа.

- Хорошо, - сказал Гарри, подарив Драко подбадривающую улыбку. – Я скоро вернусь. Поговори с Гермионой, как я тебе сказал. Может, расскажешь ей, что ты помнишь о школе.

Драко послушно сосредоточил внимание на Гермионе.

- Хогвартс - замок. Я помню полеты наперегонки на метлах, и озеро, кажется, и уроки магии, и...

Гарри пришлось заставить себя выйти из комнаты. Но Джинни ждала, всем своим видом выражая нетерпение, поэтому Гарри отошел от стола и отправился с ней в кухню, чтобы принести еду.

Глава 12

Зайдя в кухню, Гарри, к своему ужасу, заметил, что Драко уже наполнил тарелки. Четыре тарелки. Они стояли в духовке, но оставались теплыми благодаря поддерживающему температуру заклятию. Неудивительно; Драко всегда предпочитал заклятия бытовым приборам, хотя Гарри и научил его обращаться с некоторыми кухонными машинами.

Гарри потребовалось совсем немного времени, чтобы найти пятую тарелку и разложить еду так, чтобы ее хватило всем. Пока он этим занимался, Джинни открыла холодильник и обнаружила, что готово было только четыре порции салата. Она закатила глаза, но ничего не сказала, доставая еще одну тарелку и наполняя ее.

– Вино? – спросила она, наконец, когда все было готово.

Гарри изумленно уставился на нее.
– Мы ведь еще даже не притронулись к напиткам, которые ты приготовила.

Джинни слегка скривила губки.
– А, может, мне нужно что-нибудь покрепче фруктового сока.

Она всегда заказывала немного сока, когда они ужинали где-нибудь вечером в пятницу, потому что ее тренер рекомендовал вечером перед матчем пить много богатых питательными веществами жидкостей и хорошо отдыхать. Под отдыхом он подразумевал, в частности, здоровый секс перед сном, потому что после этого сон игроков был глубоким и спокойным. Джинни взяла за правило следовать всем его рекомендациям.

Что же касается Гарри, то он считал поведение тренера верхом нахальства – какое право он имел совать свой длинный нос в личную жизнь игроков. Но с фактами не поспоришь, а факты таковы, что за последние три года «Пушки» ни разу не проиграли Британский Кубок.

– Ну, если тебе захотелось выпить в вечер перед игрой, это твое дело, но мне казалось, тренер запретил вам употреблять спиртное в течение двадцати четырех часов перед матчем.

– Гарри, у меня завтра нет матча! – упершись руками в бедра – странно, как она могла быть такой стройной и подтянутой, но при этом так сильно напоминать ему свою мать, – Джинни смерила его сердитым взглядом. – Я тебе об этом говорила. Мы собирались посмотреть на игру «Ракет» завтра, чтобы из первых рук узнать, как справляется их новый загонщик. Я пригласила тебя сходить со мной, помнишь?

Ах, да. Гарри смутно помнил об этом. Он сочинил какую-то отговорку, чтобы не идти с ней. Конечно, он был не против посмотреть квиддичный матч; иногда он ходил посмотреть на ее игру, но это было другое. Он будет сидеть с ней на трибуне, они вместе проведут вечер пятницы и потом - целый день в субботу... Это казалось кошмарно долгим пребыванием в ее компании.

– Ты все еще можешь прийти, если хочешь. Уверена, я смогу раздобыть лишний билетик.

Ну, по крайней мере, теперь у Гарри появилась веская причина для отказа.
– Я должен провести некоторое время с Драко.

Она на секунду застыла с раскрытым ртом.
– Ты должен?

– Да, он в этом нуждается.

Гарри взял столько тарелок, сколько мог унести, и кивнул Джинни, чтобы она взяла салаты.
– Я на работе всю неделю, так что выходные – это единственная возможность провести вместе побольше времени.

– Тебе не кажется, что ты относишься ко всему этому слишком серьезно?
– Тебя не было там, когда он едва не умер, – коротко сказал Гарри. – Или потом, когда ему было плохо. Это заклятие составлено таким образом, что я все, что у него есть, и я должен присматривать за ним. Если тебе противно это видеть, тогда, может...

– Нет, нет, – быстро сказала Джинни. – Точно как ты сказал ему, Гарри. Адаптация со всех сторон. И у меня было намного меньше времени, чтобы привыкнуть к этому, чем у тебя. Я уверена, все получится.

Гарри одарил ее благодарной улыбкой.
– Да, конечно. Спасибо, Джинни.

Она поставила салаты на поднос. Тем временем Гарри отнес все тарелки в два приема. Когда он вернулся в кухню за второй порцией, Джинни наливала вино. Пять стаканов.

Пока Гарри наблюдал, она выпила большую часть одного из них, затем снова наполнила его, прежде чем отнести напитки на стол.

***

К великому удивлению Гарри, остаток трапезы прошел относительно неплохо. Конечно, возникла пара незначительных проблем, вроде того, что ему все время приходилось приказывать Драко есть. Когда они были наедине, одного напоминания было более чем достаточно. Однако в обществе Драко становился гораздо более нерешительным. Гарри пришлось постоянно следить, чтобы Драко не боялся пробовать каждое блюдо, поданное на стол.

Рон оставался более или менее молчаливым, придерживаясь своего правила «не говори ничего, что не может быть хотя бы нейтральным». Гарри это не нравилось, но, по крайней мере, он мог с смириться с подобной ситуацией.

Гермиона, наоборот, не замолкала ни на секунду. Казалось, она делала все возможное, чтобы разговорить Драко, выспрашивая у него воспоминания о Хогвартсе. Пробелы, которые они обнаружили, оказались довольно предсказуемыми. Драко помнил, что во время его учебы в Хогвартсе проходил Тримудрый турнир, но он не мог вспомнить ни одного увиденного им события. Он знал, что квиддич был школьным видом спорта, мог точно объяснить правила игры, но не осознавал, что сам играл в команде. И так все время... если воспоминание каким-то образом касалось Гарри Поттера, оно было просто потерянным для Драко.

Но он хотя бы вспомнил множество вещей, связанных с учебой. Когда дело дошло до подготовки к ТРИТОН, которые он точно сдавал память Драко была чиста, как белый лист. Гермиона даже не сообщала ему новости о восьми экзаменах. Она просто спросила, что он делал в прошедшие два или три года.

По выражению лица Драко было видно, что он тоже задавался этим вопросом. Эти размышления, очевидно, ни к чему не привели. «Думаю, я ждал, пока хозяин Гарри заявит на меня свои права».

Гарри еще мог вытерпеть слегка угрюмого Рона, и он действительно ценил доброе отношение Гермионы к Драко. Единственным человеком, чье поведение он находил оскорбительным, была Джинни. Гарри сидел между ней и Драко и пытался уделить внимание Гермионе, осторожно расспрашивавшей Драко о том, о сем, но это было нелегко, потому что Джинни постоянно пыталась вовлечь Гарри в разговор.

Она выбирала темы, которые Драко заведомо не мог поддержать. Как Молли делала ремонт в Норе, как Билл и Флер до сих пор пытались зачать ребенка, как «Пушки» собирались попасть на обложку «Квиддича сегодня»... Конечно, Гарри не мог просто приказать ей заткнуться. Единственное, что он мог сделать в этой ситуации – послушать ее пару минут, сделать одно или два замечания, и затем снова переключить свое внимание на Драко. По мере того, как ужин продолжался, Джинни постепенно стала такой же тихой, как и Рон. Хотя ее взгляд был более сердитым, чем у брата.

Гарри действительно сказал Джинни то, что думал. Теперь ему необходимо было заботиться о Драко. Хотел он того или нет, Драко в нем нуждался. Если Джинни было противно думать об этом – или видеть это – тогда, наверное, он больше не сможет ее приглашать.

По крайней мере, до тех пор, пока проблема с Драко не будет решена. И кто знает, как много времени это займет? Они даже не знали, что активизировало Рес Мэа Эс, не говоря уже о том, как нейтрализовать заклятие.

Когда ужин подошел к концу, все вернулись в гостиную, чтобы посидеть и поболтать немного. Рон, к тому времени, вроде бы, справился со своим угрюмым настроением и решил продемонстрировать свой положительный настрой, втянув Гарри в разговор о том, что творится в Британской Лиге Квиддича. Джинни тоже поддержала тему, и скоро Гарри был готов рвать на себе волосы. Болтая с этими двумя, он не мог слышать ни слова из того, что Драко говорил Гермионе.

На секунду Гарри задумался – а не нарочно ли Джинни и Рон это делали?

Наконец, вечер подошел к концу. Гарри настоял, чтобы Рон и Гермиона отбыли через камин, потому что Рон к тому моменту был уже слегка навеселе. Не хотелось бы, чтобы он себя расщепил. Рон был слегка к этому склонен, когда не мог нормально сконцентрироваться.

Он отбыл первым, и у Гарри появилась возможность поговорить с Гермионой наедине. Отведя ее в коридор, туда, где он мог не выпускать Драко из поля зрения, Гарри тихо спросил ее, какие именно ТРИТОН заработал Драко.

– Прости, – ответила она с сочувственной улыбкой. – Я действительно не помню. У нас было так много вольных слушателей. Люди до сих пор пытаются наверстать школьные годы, разрушенные войной.

– Тогда откуда ты помнишь, что он сдавал восемь?

– Я бы вряд ли пропустила такое. Он был первым в списке.

– Странно, что ты никогда об этом не упоминала.

Гермиона одарила его недоверчивым взглядом.
– Я не думала, что это тебя заинтересует.

Гарри запустил руку в волосы.
– Да, не думаю, что раньше я мог бы этим заинтересоваться, но теперь мне нужно понять, что происходит. Понять его. М-м, ты не могла бы поискать его результаты для меня и выяснить, какие предметы он сдавал?

– Это общедоступные записи. Я посмотрю в понедельник.

– Хорошо. Спасибо, – Гарри прочистил горло. – И за сегодняшний вечер тоже. Ты была восхитительна.

На этот раз она посмотрела на него искоса.
– Он не был даже приблизительно так неприятен, как когда-то Кричер. Фактически, он вообще не был неприятным, в этом смысле. Но вот когда он вспомнит больше...

– Думаешь, я об этом не задумывался?

– Я уверена, что задумывался, – Гермиона сделала паузу, она выглядела так, будто хотела что-то сказать, поэтому Гарри ждал.

Но через некоторое время он подумал, что неправильно понял выражение ее лица.
– Ну, Рон будет волноваться, не отправила ли тебя Каминная сеть не туда, поэтому...

Гермиона покачала головой и очень тихо сказала:
– Подожди. Я действительно хотела, чтобы ты знал... Это кажется предательством по отношению к Джинни, и было бы неправдой, если бы я сказала, что она поймет, потому что я не думаю, что она поймет, но... – Гермиона тяжело вздохнула. – Я вынуждена это сказать. Иначе я себе этого не прощу. Ты знаешь, когда ты сказал о том, что никто больше не может прикасаться к Драко?

Гарри бросил быстрый взгляд в гостиную, чтобы убедиться, что Джинни и Драко до сих пор находятся на расстоянии нескольких футов друг от друга. Они не разговаривали, но это и было к лучшему. – Да?

– Ну... я хотела сказать, что почувствовала облегчение, когда ты перед этим схватил его за руки, потому что ты утверждал, что не прикасался к нему, но эту проблему уже изучали, Гарри. Человеческие существа нуждаются в дружеском прикосновении время от времени, и если это случается редко... – она прочистила горло. – Лишить его прикосновений было бы так же жестоко, как лишить его пищи, вот и все.

Гарри никогда об этом не задумывался. Конечно, нет. Он никогда не видел ни одного из исследований, о которых она упоминала. Но то, что она сказала... имело смысл. Кажется, Драко действительно нуждался в прикосновениях время от времени. Он не мог сказать Гарри о том, что ему это было нужно, но его действия говорили сами за себя.

Сколько раз в прошлом Драко искал его прикосновений? Садился рядом ближе, чем это было необходимо? Он даже целовал Гарри руку, и не раз. И после этого он всегда казался более спокойным и удовлетворенным.

Очевидно, Драко нуждался в физическом контакте с кем-то, и в сложившихся обстоятельствах Гарри был единственным выбором.
– Я не буду с ним жесток, – сказал Гарри, вздыхая. – Это просто... Я не знаю.

– Недостойно для тебя, – сказала Гермиона мягко. – Да, я знаю. Ты хороший человек, и я горжусь тем, как ты с этим справляешься.

Гарри почувствовал, что краснеет. Чтобы избавиться от этого, он призвал лист пергамента и карандаш – они пачкают бумагу даже меньше самозаправляющихся перьев, по его мнению, – и быстро записал заклинание, которое использовал, чтобы заявить свои права на Драко.

– Я не думаю, что ты найдешь что-нибудь, но если вдруг...

Гермиона скривила губы, пока изучала пергамент.
– Ты знаешь, что это означает?

– Ну, я знаю, что Драко в своем роде вещь...

– «Ты мой, и я заявляю на тебя свои права», – перебила его Гермиона. – Но на более громоздком английском это бы прозвучало как «ты моя вещь, и как на вещь я заявляю на тебя свои права». Это абсолютно отвратительно.

– Это была не моя идея...

– Я знаю, Гарри, – когда Гермиона похлопала его по руке. Он сразу же почувствовал себя лучше, что, конечно же, еще раз подтвердило его догадку о том, что Драко, возможно, нуждался в прикосновениях и не мог об этом сказать. – Я посмотрю, что мне удастся выяснить. Доброй ночи.

Она вернулась в гостиную, на ходу засовывая пергамент в карман.
– Доброй ночи, Драко. Было приятно с тобой познакомиться.

Драко коротко ей улыбнулся.
– И мне.

– Доброй ночи, Джинни. Увидимся завтра на матче «Ракет».

Джинни коротко и натянуто улыбнулась, и затем Гермиона исчезла в вихрях зеленого пламени.
А Гарри остался наедине со своей девушкой и – хотел он того или нет – своим рабом.

Глава 13
Перевод Mellu, бета - Ося

- Как насчет чашечки чего-нибудь покрепче перед сном? – спросил Гарри, переводя взгляд с Драко на Джинни и обратно.

Драко весь вечер был более или менее расслаблен, но теперь он опять резко поднялся на ноги, опустив глаза.
- Как пожелаете, конечно.

- Я бы выпила чего-нибудь, - объявила Джинни, оседая на кушетку. – Ха. Сделай мне двойную порцию.

Лично сам Гарри думал, что ей уже вполне достаточно. Не то чтобы она была пьяна, но он вообще не привык видеть Джинни хмельной. Но все же он мог понять, почему для нее этот вечер был тяжким испытанием. Ему и в самом деле нужно было предупредить ее заранее, что Драко Малфой теперь живет с ним вместе. Проблема была в том, что у него не было ни малейшего представления о том, что именно он должен был сказать. Или, если быть более точным, он бы не подумал, что она поверит тому, что Драко – его раб, не увидев все своими собственными глазами.

И Гарри не хотел, чтобы она заглянула к нему в начале или середине недели. Слишком много сложностей; ему нужно было побыть с Драко наедине, чтобы заклинание пришло в норму без внешнего вмешательства.

- Мятный шнапс? Или кофейный ликер?

- Как вам будет угодно...

Джинни выпрямилась и сложила руки на груди.

- Да ради Мерлина! Разве ты еще не понял, что Гарри не хочет, чтобы ты так говорил? И почему ты не сядешь? Стоишь тут, прямо жутко становится.

К крайнему удивлению Гарри, Драко тут же сел.

Джинни, не ожидавшая такого, вздрогнула и широко раскрыла глаза.

Гарри это не понравилось. Произошедшее сбило его с толку. Позабыв о напитках, Гарри сел рядом с Джинни и попытался найти подходящие слова. Он знал, что несправедлив к ней – да и ко всем остальным – но он не напрашивался на все то, что с ним случилось. Как всегда, все плохое в его жизни случалось без его ведома.

Лучше продолжать вести себя так, будто ничего не произошло. А что еще ему остается делать?

- Ужин, который ты приготовил, был просто великолепен, Драко, - сказал Гарри, тепло улыбаясь Малфою и легонько толкая Джинни локтем. – Я еще раньше хотел тебя поблагодарить.
Драко быстро поднял глаза и тут же опустил.

- Я рад, что принес пользу.

Гарри немного подождал, но Джинни не вняла намеку.

- Тебе понравился цыпленок с лимоном, Джинни? Драко воспользовался книгами по кулинарии, которые ты мне давала, к слову сказать.

Она, наконец, попыталась улыбнуться:

- Очень понравился, Драко. Но лимона было многовато, как мне кажется.

- Я запомню это на будущее, - серьезно произнес Драко. – Сожалею, если ужин вам не очень понравился.
Ха. Если бы на месте Джинни был Гарри, то ответ не вызвал бы у него удивления. Но Джинни все же была гостем Гарри, так что, возможно, Рэс меа Эс решило, что ее недовольство равнозначно недовольству Гарри, или что-то в этом роде.
- Ну, а я думаю, что ужин был выше всяких похвал, - заявил Гарри. – Посмотрим, смогу ли я составить тебе конкуренцию завтра, хотя готовка никогда не была моим коньком.

- Вам необязательно готовить; я смогу быть вам полезен, если буду готовить еду каждый день...
- Нет, ты и так уже два дня подряд готовишь. Теперь моя очередь.

- Как вам... - Драко резко сглотнул и замер на своем стуле, не проронив больше ни слова.

- Ты можешь говорить все, что захочешь, Драко, - сказал Гарри, вздыхая. – Даже если это «как вам будет угодно». Просто я бы предпочел слышать, что угодно тебе, вот и все.
Драко наморщил лоб.

- Но все, что я хочу – быть вам в радость, хозяин Гарри.

- Ты и так мне в радость.

Джинни нетерпеливо вздохнула, и Драко коротко кивнул.

- Вся моя жизнь предназначена для того, чтобы вам было хорошо, хозяин Гарри. И... я.... я прошу... позволения служить вам и после вашей будущей свадьбы.

- После моей – чего?

Драко сделал шаг назад.

- Разве вы... разве вы не все равно что помолвлены?

Чем дальше, тем труднее. На этот раз Гарри открыл рот в изумлении.

- Нет, я определенно не все равно что помолвлен, - ответил он Драко прежде чем отвернуться от него и обратиться с Джинни. – Почему ты все не можешь подождать пока я, черт возьми, не спрошу тебя сам, прежде чем говорить такие вещи людям?

- Я не знаю, о чем там говорит твой... твой раб! – парировала Джинни, нервно сжимая руки, лежащие на коленях. – Разве что он пытается устроить нам неприятности, и я не удивлюсь, если это так и есть!

- Неприятности? – спросил Драко. – Нет, я не хотел пронести хозяину Гарри неприятности, совсем наоборот...
- Ш-ш, Драко, все хорошо, - мягко сказал Гарри. Он готов был подбежать к Малфою и взять его за руку, но, казалось, Драко отнюдь не паниковал.

Он опять обратился к Джинни:

- Так ты не говорила ему, что мы почти что помолвлены?
Она приподняла подбородок.

- Нет, не говорила, хотя не понимаю, почему бы мне этого не сделать, ведь мы на самом деле помолвлены!

Гарри проигнорировал последнее замечание. Оно выходило за рамки разумного. Да, несколько лет назад он говорил ей о женитьбе, когда они только начали спать вместе, но он, разумеется, не подписывал клятву кровью.
- Драко, кто сказал тебе, что мы с Джинни все равно что помолвлены?

- Ее брат. Он сказал это другой женщине, приятной такой. Пока вы оба были на кухне, он сказал: «Гарри должен был раньше рассказать об этом Джинни, ты со мной согласна? Они же все равно что помолвлены».

- Ясно, - Гарри послал Джинни напряженную улыбку. – Тогда извини. Просто, понимаешь, что еще я мог подумать, когда ты так любишь порассуждать, какой замечательной была свадьба Билла и Флёр, и как бы ты хотела поехать в медовый месяц на Корфу, и...

Джинни наклонилась к Драко:

- Не мог бы ты подняться к себе, пожалуйста? У нас личный разговор.

Драко встал, потом опять сел, чтобы потом еще раз подняться на ноги... Затем, в конце концов, он умоляюще посмотрел на Гарри:

- Хозяин Гарри, я не знаю, что мне делать. Вы сказали, что я должен пойти к себе в комнату только после вас, или как только я начну зевать. А теперь она говорит, чтобы я ушел сейчас. Должен ли Драко-раб... должен ли я подчиниться последнему приказу?

Гарри почуял неладное. «О нет, Боже мой». Он не хотел, чтобы Драко был настолько ранимым, каким он казался.
- Драко... Ты должен делать все, что тебе говорят?
- Нет. Вы мой господин, Хозяин Гарри.

- Тогда почему ты обращаешь внимание на то, что говорит тебе Джинни?

Гарри казалось, что Драко с трудом нашел ответ. Было заметно, что он пытается облечь инстинкт в слова. Или же, что сам вопрос вынуждал его признать существование этих инстинктов.

- Потому что.. потому что... когда вы женитесь, я должен буду выказывать крайнее уважение и вашей жене. Или почтение, или...

- Значит, ты будешь и моим рабом? – спросила Джинни искаженным от ужаса голосом.

- Нет, но мой хозяин был бы раздражен, если бы я рассердил его жену, - сказал Драко очень спокойно, как будто он заранее над всем этим хорошенько поразмыслил. – Я не должен ее оскорблять.

Джинни отвела от Гарри взгляд, он знал, о чем она думает: само присутствие Драко в доме было оскорбительным. Гарри ее отлично понимал: только неделю назад он сам чувствовал бы то же самое. Но как она могла так думать, видя Драко таким беспомощным? Такм непохожим на себя? К тому же он больше не был Пожирателем Смерти.

Гарри вздохнул. Ну почему Джинни не такая, как Гермиона, которая сразу поняла, что Драко была нужна поддержка? И, между тем, он не был самим Вольдемортом, олицетворением зла. Он был просто Драко. Да, он был не на той стороне, и никогда не был особо приятным человеком, но не его вина в том, что Фред мертв.

Конечно же, он виноват в том, что Рона отравили и Кэти чуть не умерла, и в том, что Снейп был вынужден убить Дамблдора той ночью. Но Драко в то время было только шестнадцать лет. И он боялся, что Вольдеморт убьет его родителей, если он не выполнит поставленную перед ним задачу. Кроме того, разве мог он, избалованный Люциусом и Нарциссой, выработать в себе силу воли?

Собственное детство Гарри было тяжелым, но, как он внезапно понял, жизнь в роскоши и потворстве всем его желаниям была бы гораздо хуже.

- Мне нужно поговорить с Гарри, а ты все еще тут, - сказала Джинни. – Так ты уходишь или нет?

- Драко, оставайся там, где сидишь, - приказал Гарри. Ему не понравилось то, как Джинни начала распоряжаться Драко. «Садись, иди в свою комнату»... даже указывая ему, как говорить! Даже Гарри так не поступал, хотя, только Богу известно, как ему этого хотелось. Обращение «Хозяин Гарри» в каждом третьем или четвертом предложении было ему ничуть не по нраву, но он не предпринял ничего, чтобы это прекратить, потому что так он усложнил бы Драко жизнь.
На самом деле, Гарри пытался не приказывать Драко вообще, за исключением тех случаев, когда этого было не избежать. Джинни же поступала по-другому. Она думала только о собственном удобстве, или, что более вероятно, о том, как бы заставить Гарри назначить дату свадьбы. Осознание этого вывело Гарри из себя.

- Мы еще не женаты, - сказал он Драко, сопровождая свои слова кивком для усиления эффекта. – И, если мы вдруг все же поженимся, то ты будешь подчиняться только мне, Драко. Клянусь.

- «Если»! – в глазах Джинни появилось то самое выражение, которые Гарри про себя называл «взглядом Молли». Он любил Молли, но иногда она вела себя довольно грубо. – «Вдруг»!

- Да, именно так, - сказал Гарри холодно и повернулся к своей девушке. – Может, ты и не заметила, но прошли годы с тех пор, как я сказал, что мы поженимся, Джинни. Все меняется, люди меняются, тогда как раз кончилась война, я хотел отпраздновать, эмоции рвались наружу, и... - он замолк.

Джинни рывком вскочила на ноги:

- То есть, ты больше не хочешь жениться на мне?

- Нет! – прокричал Гарри, потому что не это он имел в виду. Он встал, пытаясь успокоиться и сформулировать ответ. – Я просто... Боже, можешь ты просто отнестись ко всему не так серьезно. Вот о чем я говорил. Я не знаю, чего я хочу, ясно? И то, что ты все время говоришь о младенцах и свадьбах, делу совсем не помогает. Ты просто заставляешь меня чувствовать себя загнанным в угол.

У Джинни был потрясенный вид.

- Я не хотела, правда. Я просто знаю, что могу сделать тебя счастливым, счастливее, чем когда-либо. Я люблю тебя, Гарри.

- И я тебя, - сказал Гарри, вздыхая, и обнял ее. Ну почему этим он не мог уладить проблему? Почему он не горел желанием жениться? Он ведь ее и правда любил. Он даже в этом не сомневался. Просто он любил ее не так сильно, как он считал раньше.

Или не так сильно, как надеялся. Но ее вины в том не было.
- Я люблю тебя больше всего на свете, - сказала Джинни дрожащим голосом.

- Ладно, - произнес Гарри несколько грубовато. Он не мог ответить ей тем же, но не потому, что в целом мире было что-то, что он любил больше. Не было. Но все равно, он не находил слов. Сами слова казались ему неправильными.
Драко все еще стоял поблизости, уставившись в пол, просто дожидаясь. Джинни была права: было в этом и правда что-то жуткое. Это был личный разговор. Гарри знал, что ему нужно было позволить Драко уйти к себе, когда Джинни это предложила. Не совсем «предложила», правда... Она приказала Малфою уйти, словно этот дом уже принадлежал ей, и Драко был ее рабом.

Он бы подчинился ее приказам, если бы так сказал Гарри. Сама возможность этого была тошнотворной. Драко все же был под его ответственностью. Она тут не при чем. И даже свадьба ничего не изменит – если, конечно, она вообще состоится.

В любом случае, Гарри было не по себе, потому что он не отослал Драко наверх несколькими минутами ранее. Джинни пришлось сделать свое признание при нем. Гарри видел, что все происходящее действовало ей на нервы.
Чмокнув ее в лоб, он выпустил девушку из объятий.

- Драко, почему бы тебе не отправиться в постель?

Хорошо хоть теперь он мог быть уверен, что Драко будет спать в кровати, даже если приказ содержит четких указаний относительно этого. Пока Гарри мог сформулировать приказ с таким подтекстом, что его беспрекословное выполнение доставит ему большее удовлетворение, Драко не нужны были постоянные напоминания.

Фактически, особо упорствовал он только насчет еды. Хотя Гарри его не винил. Он предполагал, что это была еще одна грань заклятия. Может быть, ограничение на прием пищи – еще один способ проявить власть. Если раб не может есть без разрешения, то любая попытка к сопротивлению будет кратковременной.

Проблема была в том, что Гарри на самом деле хотел, чтобы Малфой снова стал прежним и начал бы спорить с Гарри. Но в таком случае дело для Драко закончилось бы жгучей болью в груди. И Гарри придется его наказать.
Что значило, Рэс Меа Эс знало, что нужно делать, давая ему время привыкнуть, приглушая его воспоминания, чтобы он постепенно учился служить и подчиняться Гарри. Будь Драко самим собой, он бы изо всех сил боролся с Гарри, чтобы избежать рабства. И ужасная боль в груди мучила бы его день и ночь.
Для них обоих это было бы истинной пыткой.

Но сейчас... видеть Драко таким покорным... было немногим лучше.

Драко, направившийся было к лестнице, остановился перед Гарри.

- Если вы проснетесь ночью, и вам что-нибудь понадобится, прошу, позвольте мне услужить вам...
- Я остаюсь на ночь, - перебила его Джинни. – Если Гарри проснется, я буду рядом.

Драко отвел глаза.
- В таком случае, спокойной ночи вам обоим.

Гарри подождал, пока не раздался звук закрывшейся за Драко двери.

- Я не был уверен, что ты останешься. То есть, если ты хочешь выждать время, я пойму. Я.. я хотел бы пообещать тебе все, что ты ждешь от меня, Джинни. Просто я... я не знаю, что тебе сказать. Я знаю, что не готов.
Она притянула его голову вниз для поцелуя и проговорила, касаясь дыханием его губ:

- Я не хочу выжидать, Гарри. Я тебя хочу. Ты – все, что я когда-либо хотела.

И, когда она взяла его за руку и потянула по направлению к лестнице, в голове Гарри вертелась лишь одна мысль: ну почему этого было недостаточно?

***

Должно быть, было уже за два часа ночи, когда Гарри проснулся, услышав странный шум.

Зевая, он вылез из постели и надел халат и тапочки. Джинни перекатилась на другую сторону и, протянув руку, пощупала то место, где он только что лежал:

- Гарри?

- Наверное, кот опять в изгороди застрял, пойду помогу бедолаге, - сказала Гарри, склонившись над ней. – Спи.
- М-м, - пробормотала она, опять устраиваясь на своей стороне кровати. Через пару секунд она опять спала, как убитая. Гарри ей в душе завидовал. Когда он сам просыпался ночью, то потом ему с трудом удавалось снова заснуть.
Как только он спустился и вышел из дома, кот перестал вопить. И неудивительно, наверное, умудрился высвободиться, и Гарри никого на месте не нашел.

Или, возможно, звук исходил совсем не от кота: когда Гарри начала запирать входную дверь, он опять услышал тот же самый шум. Долгий стон. Можно сказать, задыхающийся. Ха-ха. Будь он не таким сонным, он никогда бы не подумал, что такой звук может издать кошка.

Звук исходил из комнаты Драко.

Гарри сломя голову помчался вверх, потом по коридору, пробежал мимо закрытой двери своей комнаты, и очутился перед приоткрытой дверью спальни Малфоя. Слабый свет из коридора помог ему разглядеть, что творилось в комнате. В принципе, ничего особого там не творилось. Все было как обычно: Драко спал в кровати, лежа на боку, спиной к стене.
Но затем в комнате опять раздался стон, и Драко содрогнулся, точно в судорогах, яростно комкая в руках простыню.
Вот черт, кошмар. У Гарри таких снова давно не было, но он испытал их на своем веку достаточно, чтобы понять, как страшно быть в ловушке собственного воображения.

Подойдя к кровати Драко и присев на ее краешек, Гарри потряс его за плечо:

- Давай же, просыпайся. Все хорошо. Ты в безопасности, ты дома, со мной...

Вместо того, чтобы резко проснуться и тут же предложить свои услуги, как раньше, Драко, который, видимо, до сих пор пребывал в другой реальности, попытался сесть на кровати:
- Гарри?
Ну, уже обнадеживающе. Больше не «Хозяин», уже хорошо.
- Да, это Гарри. У тебя кошмар, Драко. – Причем очень страшный, судя по всему. Теперь, когда Гарри был к нему ближе, он ясно видел, что на лбу у Драко выступил пот. – Он был о войне? Ты начал вспоминать?

- Нет, - Драко прокашлялся, точно пытаясь успокоиться, но его тело все еще беспокойно двигалось, бедра почти что судорожно опускались и поднимались. Облизывая губы, он с несколько голодным видом уставился на Гарри. – Могу я услужить тебе?

Гарри положил руку Драко на плечо:

Повернув голову, тот поцеловал запястье Гарри, неспешно перемещая губы ниже. Нет... заведомо медленно.
Для Гарри контакт был почти электрическим. Его как будто ударило током, и разряд пробежал через все еще тело, от макушки до пяток. А потом, когда Драко приоткрыл рот и начал лизать кожу на запястье Гарри, произошло что-то более значительное.

Гарри почувствовал, что у него встает.

И тут ощутил вину. Сейчас Драко нужна была поддержка, может, его нужно было отвлечь от событий кошмара. Если ему и нужно было прикосновение, то уж точно не такое, и неважно, какой чувственной оказалось эта ласка.
Гарри отнял у него руку.

- Так что там с кошмаром?

Его собеседник сел в кровати, поджав под себя ноги.
- Нет, это был не кошмар.
- Но ты стонал...

Ох. За какую-то долю секунды Гарри перешел от тревоги к осознанию себя как полного идиота. Есть и другие причины для того, чтобы мужчина стонал во сне, в конце концов. И то, как Драко двигался, и его мокрый от пота лоб... теперь, когда Гарри об этом задумался, зрелище было очень сексуальным по своей природе.
И это если не упоминать, как блестели его глаза.

Гарри закрыл глаза, чувствуя себя настоящим мерзавцем. Он так тщательно старался все наперед обдумать, удостовериться, что все нужды Драко были удовлетворены, что забыл об одной. Непростительно. Каждое утро, принимая душ, Гарри не спеша, лениво мастурбировал. Каждое утро, без исключений. Все-таки он был молодым мужчиной двадцати одного года.

Но таковым был и Драко, и ни раз во время утреннего душа Гарри не пришло в голову, что Драко тоже нужно физическое облегчение. Драко был вынужден игнорировать эту потребность.

Неудивительно, что ему начали сниться мокрые сны.

Все было именно так, как сказала Нарцисса, хотя, конечно «этого» она не упоминала. Хотя она говорила, что если не напоминать ему об удовлетворении собственных потребностей, Драко не будет спать до тех пор, пока не упадет замертво, изможденный. И, конечно же, раз Гарри не приказывал ему мастурбировать, он обходился без физического удовлетворения до тех пор, пока его тело не достигло оргазма само по себе.

Гарри опять положил руку Драко на плечо, слегка растирая его шею.

- Да, понимаю, не кошмар... Да... Э-э, Драко, прости. Я должен был сказать тебе, что, в общем...

Боже, говорить об этом еще труднее, чем о «туалетном деле».

- Я не хочу слышать, как ты видишь мокрые сны, - сказал он, пытаясь улыбнуться. Ему показалось, что от усилия кожа на его лице потрескается. Говорить другому мужчине, что ему делать, в сексуальным плане... было просто ужасно странно. Гарри был твердо убежден, что член Драко был в его собственном владении. И ему не нужно было давать тому приказы по поводу того, что с этим членом делать.

Хотя выбора у него не было.
- Ты должен дрочить, Драко, понимаешь? Лучше всего - в душе. Утром, вечером... когда захочешь.
Драко посмотрел на него искоса.

- Для меня важно только то, что хочешь ты.
Гарри хотел бы, чтобы это было неправдой.

- Да, - сказал он неуклюже. Уговорить Драко уделять себе внимание было делом не из легких. Простые команды не работали, если только Гарри не делал акцент на том, что они приведут к лучшему услужению. – Это... ну, на этой неделе ты вел себя просто прекрасно. Я бы никогда не подумал, что у тебя такая проблема. Но.. ты, наверное, все это время был немного возбужден под всеми этими мантиями?

Драко наморщил нос, что многое сказало Гарри. Ясно, что «немного возбужден» - не те слова, которые могли бы описать его состояние.

- Ну ладно. Ты точно свихнешься, если это будет продолжаться, и тебе будет тяжелее выполнять всю работу по дому. Этого мы допустить не можем. Поэтому я хочу, чтобы ты занимался мастурбацией, когда тебе будет нужно, договорились?

- Спасибо, Гарри, - тихо ответил Драко.

И опять, никакого «хозяина». Гарри это понравилось. Возможно, дело в интимности всей этой ситуации, а, может, заклятье приходит в норму. В любом случае, Гарри хотел поощрить начинание.
- Мне нравится, что ты зовешь меня по имени.

- Во сне тебе это тоже нравилось, - сказал Драко, поднимая на него взгляд. Его глаза сияли серебром и были голодными.
На этот раз Гарри нутром понял, что означает этот взгляд. Драко хотел его. Он был в эротическом сне Драко.
Член Гарри напрягся еще больше, упираясь в мягкую ткань пижамных брюк. Он хотел спросить, что было в том сне, но это было бы неправильно, разве нет? Это просто действие Рэс Меа Эс. В конце-то концов, никто, кроме Гарри, не мог прикасаться к Драко. И Драко это знал, что на подсознательном уровне и отразилось в его сновидениях.
Гарри попытался вернуть разговор в прежнее русло. Пользоваться уязвимостью Драко, пытаясь вытянуть из него подробности эротического сна... было бы непорядочно.

- Вот и хорошо, так что зови меня Гарри, ладно?

Глаза Драко горели по-прежнему.
- Да. Но ты... ты мой хозяин.

- Мы это оба знаем. Так что тебе нет необходимости напоминать об этом нам обоим.
- Да, хорошо, - Драко протянул к нему руку. – Я... Я...

Все, что Гарри хотел в тот момент – перехватить эту руку и прижать ее к своему члену. Какая удачная мысль. Ну да, удачная: Драко сам вызвал у него эрекцию, в конечном счете. И потом, такое решение проблемы казалось Гарри единственно правильным.

Но оно не было правильным. Драко не захотел бы его, если бы не заклятье.
Гарри быстро встал на ноги.

- Так почему бы тебе не пойти в душ и не заняться делом? – сказал он, пятясь от кровати. – А?

О господи. Гарри нужно было предложить это уже стоя на пороге. Драко соскользнул с кровати, как шелк с ткацкой рейки, каждое его движение было изящным и соблазнительным. Что еще хуже, теперь, когда одеяло больше не прикрывало его, возбужденная плоть четко проглядывала через ткань пижамы, так четко, что рот Гарри наполнился слюной.

Он и не подозревал, что ему могут нравиться мужчины в этом смысле. Его собственный член к тому времени был болезненно напряжен, и это была самая сильная эрекция, которая у него была с тех пор, как.. «В общем, самая сильная», - пронеслось в его затуманенном сознании.

И он даже не мог сказать самому себе: «Да причина в том, что у меня давно не было оргазма, вот и все!».
Нет, он онанировал тем самым утром, как всегда. Вообще-то, чуть раньше Джинни изо всех сил пытаясь его заинтересовать, но Гарри так устал, что сказал ей, что ему нужно поспать. Она немного жеманно пожаловалась насчет этого, мол, у них и так одна ночь в неделю в распоряжении... Потом она попыталась возбудить его ртом, но ничего не произошло. Тогда она повернулась к нему спиной и заснула, явно рассерженная.

Да, и в своем недовольстве она была не одинока. Он что, часы, что ли? Разве мужчине иногда не нужен перерыв? Он все равно нечасто нуждался в передышке. Обычно в пятничные ночи он охотно занимался с ней сексом, хотя иногда ему приходило в голову, что секс с ней бледнел по сравнению с хорошей мастурбацией.

Спасибо господи за то, что на нем были пижамные брюки. Если бы Драко увидел, как он возбужден... Ну, Гарри еще не придумал, что могло бы случиться, но его фантазии эта идея понравилось.

«Гарри, - сказал бы он тихо и соблазнительно, смотря на выпуклость в штанах Поттера. – Как я могу тебе услужить?»
И это было бы.. неправильно, разве нет? У Драко не было альтернативы. Он хотел Гарри из-за заклятья, и если бы он захотел ему быть полезным в плане секса, то причиной было бы то, что он хотел «быть полезным».
Эта мысль повергла Гарри в дрожь. К несчастью, его эрекция на спад не пошла.

- Ну, так я тебя оставляю, - сказал Гарри отступая от искушения. Просто невероятно! У него никогда не было подобных мыслей, тем более – о мужчине!

«Ни о ком», - понял он внезапно. Отношения с Джинни... Его любовь была достаточно сильной, но ему было всего шестнадцать, трудно было бы ожидать от него иного... А потом... любовь превратилась в привычку, теперь он это ясно видел. Причин было много, но ни одна из них конкретно Джинни не касалась.

Но это... до тех пор он и не знал, что значит «сильные эмоции». Гарри не мог отвести от Драко глаз, потому что в какой-то степени он его еще ни разу толком не видел. Боже, этот мужчина был красив. Умом Гарри об этом знал; трудно было это не заметить, в конце концов. Но он никогда этого не осознавал.

Гарри почувствовал, что мог бы кончить, просто глядя на него, что просто нелепо. Но чувство было таким настоящим. Его член пульсировал, ладони вспотели от усилия удержать руки при себе.

И хуже всего было то, что он знал: если бы он прижал Драко к себе и улегся бы с ним в постель, Малфой был бы рад, он был бы рад всему, что бы Гарри ни пожелал с ним сделать. Рэс Меа Эс сделало бы все для этого, невзирая на мнение самого Драко.

«Проклятое заклятье», - подумал Гарри, сжимая руки в кулаки и отступая к двери. – Спокойной ночи, Драко.
Должно быть, Малфой что-то почувствовал, хотя халат скрывал от его взора вышедшую из-под контроля эрекцию Поттера.

- Гарри, - сказал он нежно; его глаза блестели в свете, проникающем в комнату из коридора. – Могу я тебе услужить?
Гарри потребовалось все самообладание, чтобы ответить именно так, а не иначе:

- Иди в душ, - сказал он. – Чтобы ты, ну, ты понял, меня снова не разбудил. Хорошо?
Драко напрягся, возможно, в разочаровании, потом, кивнув, направился к ванной.

Гарри едва успел добежать до своей собственной душевой, прежде чем засунуть руку в пижамные штаны и вытащить свой член. Два поглаживания, три... насухо, и он уже содрогался от наслаждения, кусая себя за нижнюю губу, чтобы удержаться и не застонать.
После этого, он сполз на покрытый плитками пол, совершенно без сил, и залился смехом, потому что, даже насытившийся и истощенный, он буквально через десять минут сможет пойти по второму кругу. И все потому, что картинка, которая стояла у него перед глазами все это время, еще не исчезла.

Драко в душе, ласкающий себя. Вода струится по его напряженному члену, стекает по золотистым волосам в паху. Драко, запрокидывающий голову назад, стонущий «Гарри», кончая, кончая, кончая...

«Чем я могу услужить тебе, Гарри? Я хочу доставить тебе радость. Позволь мне быть тебе полезным».
Гарри знал, что не должен находить эту фантазию эротичной. Драко пойман в ужасную ловушку, и воспользоваться его положением было бы отвратительно по многим причинам, Гарри даже не мог перечислить, скольким именно.
Но, господи, этот мужчина так чертовски красив, а Гарри – всего-навсего человек. Он думал о Драко, стоящем на коленях, ублажающим Гарри с помощью губ и рта, о том, как его глаза при этом светятся от удовольствия... даже если только заклятье вынуждало его хотеть Гарри, этот образ был возбуждающим, как ничто иное.

У Гарри снова встало. От одной только мысли о Драко. Гарри встал на ноги и снял одежду, чтобы помыться как следует. А потом можно и снова подрочить, на этот раз – в облачке теплого пара, намыленной рукой лаская свой член...
Он воображал, что Драко находится рядом с ним, о том, как он прижимает Драко к скользкой, мокрой стене и трется бедрами о его ягодицы. «Войди, войди», - задыхается Драко. «Дотронься до меня, не то я умру...».

Тогда Гарри привлекает Драко ближе и обхватывает его член, длинный, тонкий и красивый, ладонью, и шепчет, касаясь дыханием мочки уха Драко и целуя его шею: «Рэс Меа Эс, Драко. Ты мой. Ты кончишь только тогда, когда я скажу, не раньше...».

На этот раз, когда Гарри содрогнулся в оргазме, он прокусил свою нижнюю губу до крови.

Глава 14

Субботним утром Гарри проснулся один в своей кровати. При сложившихся обстоятельствах это было только к лучшему. На какое-то мгновение, пока он лежал на спине, закинув руки за голову, все произошедшее даже показалось Гарри сном: и шум, разбудивший его, и Драко, стонущий, изгибающийся, запутавшийся в простынях, и странный разговор о мастурбации.

И, тем более, сам процесс. Он сделал это дважды в течение десяти или пятнадцати минут, в то время как его разум ни на минуту не покидали картины Драко в пылу страсти. Драко, умоляющего Гарри о разрядке...

Хотя последняя часть и была своего рода сном, или, скорее, фантазией. Довольно впечатляющей, кстати, фантазией, раз уж у Гарри встал только лишь при воспоминании о ней.

Направляясь в ванную принять душ, он никак не мог отделаться от мыслей о том, какие же картины представлял себе Драко прошлой ночью. Думал ли он о Гарри, пока удовлетворял себя? Однако главный вопрос состоял в другом: был ли у Драко выбор? Заставляло ли заклятье, порабощающее Драко, концентрировать все его внимание на Гарри, и только на нем, даже если дело касалось сексуальных фантазий?

Несмотря на легкий стыд, Гарри, по правде говоря, на это и надеялся.

/////

Как только Гарри открыл дверь спальни, он почувствовал доносившийся с кухни запах жареного бекона. Сначала он решил, что это Драко опять пытается быть полезным, но, пройдя по коридору и заглянув комнату для гостей, Гарри обнаружил молодого человека спокойно сидящим на кровати с книгой на коленях.

Значит, это Джинни готовила завтрак внизу. Обычно именно она занималась готовкой по субботам. Все это было частью устоявшегося ритуала.

Драко поднял голову:

- Доброе утро, Гарри.

Гарри не верил, что события прошлой ночи приснились ему, но если бы это было так, приветствие Драко разрушило бы все сомнения. Он опять сказал « Гарри», не «Хозяин Гарри». Наконец-то.

Гарри улыбнулся, на случай, если Драко все еще чувствовал неуверенность, обращаясь к нему по имени. Хотя, казалось, все было в порядке, но Гарри все равно улыбнулся.

- Доброе утро! Нравится книга?

- Вообще-то, как-то это странно... Ты не делал столько примечаний в других книгах. Судя по этим пометкам, ты просто гений в зельях...

- О...- пройдя в комнату, Гарри наклонился, что бы посмотреть на заголовок. «Продвинутый курс Зельеваренья». Гарри похолодел, только лишь взглянув на книгу. Слишком много воспоминаний было связано не только с ней самой, но и с ее изначальным владельцем.

Гарри думал, что она сгорела в Выручай-комнате, но, когда он вернулся в Хогвартс, спустя несколько месяцев после окончания войны, он обнаружил книгу на полке в кабинете директора. Ему хватило одного взгляда на обложку, чтобы почувствовать холод, пронзивший все его существо. Снейп, должно быть, обыскал комнату в поисках этой книги, а когда нашел, принес в кабинет. Наверное, он потратил почти весь год на поиски, тот самый год, когда он был директором Хогвартса.

- Гарри? Ты в порядке? – спросила тогда МакГонагалл.

Гарри указал на полку в попытке объяснить, в чем дело, но к тому времени Минерва была отлично осведомлена о том, что Снейп, как бы это не выглядело со стороны, всегда действовал согласно приказам Дамблдора. Всегда делал все, что было в его силах, чтобы обезопасить детей в школе, при этом, не обнаруживая своей верности Ордену и клятве защищать Гарри Поттера.

- Просто... Я так и не поговорил с ним. После того как... я узнал все... - Гарри отвернулся, сглотнув.

- Возьми его старый учебник, - сказала Минерва, вложив его Гарри в руки. – На память.

- Надеюсь, вы не собираетесь сказать, что он бы этого хотел? Потому что я думаю, что он бы с вами согласился. И ... здесь должно что-то от него остаться. Вы так не думаете? Здесь нет его портрета! Почему?

- Его уже заказали. У самого лучшего портретиста, которого только можно найти.

О, что ж, оно и к лучшему. Снейп заслуживает почетного места, здесь, в этой комнате, в той же степени, как и любой другой глава Хогвартса. Нет, он заслуживает его намного больше всех остальных.

- Я думаю, тебе нужно взять что-нибудь из его вещей, - продолжила Минерва мягко. – Что же еще, если не эту книгу? Она была и твоей, в конце концов.

Таким образом, Гарри и получил ее. По правде говоря, ему отчаянно хотелось забрать учебник себе, и Минерва наверняка это почувствовала.

Конечно, она не догадывалась, почему Гарри так сильно переживал. Она не знала о том, что Северус Снейп любил Лили Эванс практически всю свою жизнь. Гарри этого не стыдился, но не хотел обсуждать личные дела подобного рода, или, возможно, причина была в невероятности всей ситуации.

Снейп был влюблен в его мать? Он в действительности знал Петунью Эванс ребенком?

Они все были связаны, а Гарри никогда не знал этого. Ни во время уроков окклюменции, ни в моменты погружения в память Гарри Снейп ни разу не выдал себя. Ничего удивительного, что Гарри так и не успел понять этого человека до того момента, когда стало слишком поздно.

- Книга принадлежала моему учителю, - ответил он Драко сейчас. – Это он написал все наблюдения и модификации зелий. Северус Снейп... Ты не припоминаешь его? Совсем не помнишь?

Драко захлопнул книгу и протянул ее Гарри.

- Нет, но мне интересно, почему ты ни разу не упоминал, что мы учились вместе в Хогвартсе.

Гарри нахмурился, обескураженный спокойным тоном Драко. Он быстро отложил книгу в сторону, на кровать.

- Ээ...ты помнишь так много?

- Нет, - ответил Драко немного нетерпеливо. – Но я умею думать, Гарри. Я ходил в школу с твоими друзьями, ты говоришь, а они, вернее та, которая милая, сказала, что и ты учился там же.

Странно слышать, как Драко называет Гермиону милой. Только одно это доказывало – Драко еще далеко до восстановления своего истинного Я. И Гарри не представлял, что ему ответить. Рассказ о том, как они ненавидели друг друга, казался не самой лучшей идеей. Что, если Драко воспримет все плохо, и у него опять случится приступ, а Гарри придется крепко обнять его, чтобы успокоить, а Джинни войдет и увидит, и...

В любом случае, ему придется поговорить с Джинни в скором времени. Не слишком большой выбор вариантов действий. Если он отказывается от секса с подружкой, а потом заводится при мысли о мужчине... что ж, Гарри не знал, куда все это его приведет, но знал точно, в какую сторону ветер дует. Уж точно не в сторону свадьбы с Джинни.

Дело за все эти годы так с места и не сдвинулось, и он не собирался ничего менять.

Хотя пока ему нужно перестать думать об одной колоссальной своей ошибке и постараться не совершить еще одну. Он сел рядом с Драко и, вспомнив совет Гермионы, взял его за руки. Мелкая дрожь удовольствия пробежала по его телу, хотя раньше этого не случалось. Но разве удивительно, что все изменилось, после прошлой-то ночи? Гарри испытывал сексуальное желание по отношению к Драко... и теперь он знал это наверняка.

- Там в Хогвартсе, мы не очень хорошо знали друг друга, - начал он, чувствуя себя так, словно он пробирался по опасной тропе. – Я и понятия не имел о том, что существует это заклятье порабощения, и что все выйдет именно так, как есть сейчас.

- Но... я же учился там ради тебя, чтобы стать хорошим волшебником-рабом, чтобы уметь заклинать, варить зелья и служить тебе, как только сумею...

Пришло время прояснить ситуацию, решил Гарри.

- Это не так. Ты и не догадывался, что станешь моим рабом. С чего ты так решил?

Драко нахмурился.

- Я...ммм. Я не думаю, что я знал тогда, но сейчас мне кажется понятным, с какой целью я учился в Хогвартсе, даже если я и не понимал этого в то время.

О, что ж, теперь понятно. Похоже, заклинание заставляло Драко даже то немногое, что он знал о своем прошлом, истолковывать неправильно.

- Ты говоришь, мы не очень хорошо знали друг друга? – Руки Драко беспокойно дернулись в руках Гарри.- Ну, мы хотя бы общались?

Гарри тяжело вздохнул, не зная, как много следует рассказать Драко.

- Э...ну, да, но мы не очень ладили.

Драко уставился прямо перед собой. Было заметно, ему нужно время, чтобы понять слова Гарри. По крайней мере, он не слишком взволновался. Гарри не знал, было ли причиной то, что они держались за руки, или то, что произошло прошлой ночью, но даже манера речи Драко изменилась. Он не только стал обращаться к Гарри по-другому, но его предложения стали длиннее, а их построение - правильнее. К тому же, Драко говорил более непринужденно.

Казалось, сейчас он понимал Гарри лучше и знал, что ему не нужно просить прощения за обиды, нанесенные годы назад. Но, возможно, дело в заклятье, в том, что оно все больше приходило в норму.

- Мы не ладили потому, что я оскорблял твоих близких друзей, как вчера сказал тот мужчина?

«Потому что ты постоянно унижал и их, и меня», - подумал Гарри, а вслух сказал:

- Частично.

- В чем было дело? – Драко не поднимал глаз, а Гарри почувствовал, как у него напряглись руки.

- Все связанно с войной, и не думаю, что есть смысл говорить об этом без предварительных разъяснений. Это долгая история, но если коротко – мы были по разные стороны баррикад.

Драко облизнул губы, правда, на этот раз жест выглядел скорее нервным, нежели чувственным.

- По разные стороны баррикад?

- Да.

- Я сражался против тебя.

-Да.

Когда Драко взглянул на Гарри, его глаза были цвета грозового неба.

- Но ты так добр ко мне. Не понимаю, с чего бы это... почему ты вообще взял меня себе, Гарри?

Гарри сжал руки Драко в своих руках.

- Я был тебе нужен.

Драко задрожал.

- Бессмыслица какая-то. Почему тебе не все равно? Если мы были врагами, почему ты захотел, чтобы я был здесь? Ты хочешь мести?

Теперь у Драко дрожали и губы, а Гарри захотелось немедленно поцеловать их. И дело совсем не в сексуальном желании. Ему хотелось успокоить и утешить Драко, и он был уверен, что именно так и должен поступить.

Но поцеловать Драко сейчас, когда Джинни могла зайти в любой момент и застать их, было бы полным безумием. Гарри и так вел себя нечестно по отношению к собственной девушке, позволяя ей надеяться на скорую свадьбу. Сейчас, когда все встало на свои места, он должен объясниться с ней как можно скорее и найти способ расстаться, не причиняя ей боли. То, что было раньше, давно прошло, и с тех пор много воды утекло.
Безобразная сцена, которая обязательно случится, если Джинни войдет в комнату в момент поцелуя, - не лучший способ показать, что отношения закончены.

- Я не хочу мести, - сказал Гарри и посмотрел Драко в глаза, надеясь,что тот поверит. – Запомни, Драко, когда к тебе начнут возвращаться воспоминания, а это случиться рано или поздно, запомни то, что я тебе скажу сейчас – мне не нужна месть за те поступки, которые ты совершал во время войны. Я не хочу мстить.

Драко немного успокоился, но тело его продолжала сотрясать дрожь.

- Что я сделал... что я сделал в войну?

- Мне не известны подробности, - ответил Гарри. - В некотором смысле, ты угодил в ловушку. Думаю, ты попытался помочь мне однажды, но потом вернулся к выполнению тех указаний, которые у тебя были. Но ты хотел помочь дорогим тебе людям. Я... я думаю, лучше поговорить об этом потом, когда ты будешь помнить больше. Все это не так уж важно теперь.

- Понятно, - сказал Драко, опуская глаза. Гарри показалось, что он и не заметил их соединенных рук, а его взляд устремлен куда-то в пространство.

- Чем я могу быть полезным сегодня?

- Ну, думаю Джинни уже справилась с завтраком. Мне нужно будет поговоить с ней сегодня. Наедине. – Гарри вздохнул. Он бы предпочел разобраться со всем где-нибудь в другом месте, но из-за проклятых репортеров это было невозможно. Прицепились хуже пиявок. – Было бы прекрасно, если бы ты вернулся в свою комнату после еды.

Драко высвободил свою руку и указал на книгу, все еще лежавшую на кровати.

- Я не собирался читать именно эту книгу. Она просто лежала в ящике в этой комнате.

Гарри слабо улыбнулся.

- Тебе всегда нравились Зелья, и у тебя неплохо получалось.

- Хочешь что-то сварить? – спросил Драко. Было ясно слышно его желание сделать что-нибудь. Что ж, ничего удивительного. Он всю неделю не делал ничего, кроме изучения щитовых заклинаний и подготовки к С.О.В., которые, к тому же, он наверняка сдал раньше. Он бы не сказал, что нуждается в разнообразии, но было очевидно – это так.

- М-м-м...Вообще-то у меня проблемы с приготовлением многих зелий, – признался Гарри. - Я не люблю ими заниматься. Частенько чувствую себя неловко, когда покупаю уже готовые. Знаешь что: когда Джинни уйдет, я покажу тебе свой запас, а ты решишь, нужно ли что-нибудь варить, ладно? Э... ты же помнишь, как это делается, так же, как было с заклинаниями?

- О, да. Я читал только из-за замечательных пометок.

- Однажды ты вспомнишь человека, написавшего их, - сказал Гарри. Он взял книгу с собой, когда они выходили из комнаты. Слишком много опасных заклятий она описывала. А Драко все-таки был и остается Пожирателем Смерти, несмотря на свое настоящее состояние. Возможно, его все еще привлекала темная сторона его прошлой жизни, и Гарри не хотел рисковать.

//////

- Вкусно пахнет, - сказал Гарри, проходя в кухню.

Взглянув на Джинни, которая обернулась на его голос, он моментально почувствовал себя настоящим козлом. Она счастливо улыбалась, словно ничего и не случилось, словно было обычное утро. Девушка не догадывалась о тех вещах, что Гарри намеревался сказать ей в ближайшее время. Его слова точно сотрут эту улыбку с ее лица.

Но промолчать было бы еще большим свинством. Надо было сказать ей давным давно, что она уже не так интересна ему, как раньше. Зря Гарри дожидался момента, когда ситуация стала чересчур очевидной.

В то же время, он не хотел расставаться с ней. Хотя, возможно, он не хотел расставаться с теми вещами и людьми, которые окружали ее. Их отношения всегда были чем-то вроде комплексной сделки. Встречаясь с Джинни, он становился частью дружной семьи, которая уважала и любила его, семьи, которую Гарри всегда хотел иметь. Именно в такой семье он отчаянно нуждался ребенком.

Но, очевидно, он переоценил это свое желание, иначе они бы уже давно были женаты.

- Я приготовила все, что ты любишь, - сказала Джинни, подхватывая две тарелки и указывая ему на третью. – Драко проснулся?

О...она произнесла его имя без следа вчерашней враждебности.

- Да, он уже за столом.

Джинни кивнула на это и прошла в столовую.

- Доброе утро, - приветливо сказала она, ставя тарелку перед Драко прежде, чем сама устроилась за столом.

Было заметно, как вся непринужденность Драко исчезла без следа. Напротив, он напрягся и лишь коротко поднял глаза, здороваясь.

- Утро доброе.

Теперь Гарри понимал, почему. Драко знал, чего хотел от него Гарри, но был очень осторожен и не желал ненароком обидеть Джинни, потому что, если она оставалась наречённой Гарри, расстраивать ее было бы чревато для Драко.

Все равно ситуация скоро прояснится, решил Гарри. Он был уверен, Джинни перестанет часто появляться в его доме после их предстоящего разговора.

- Ешь, Драко, - сказал Гарри тихо, по привычке. – И выпей чай, - добавил он, увидев как Джинни наполняет чашки.

Завтрак прошел спокойно за разговором Джинни и Гарри, Драко же хранил молчание. Боже, как же сложно было вести себя как обычно! Будто он не собирался порвать с Джинни, и это было самое обыденное утро. Но начать разговор на подобную тему в присутствии Драко? Нет, Гарри не мог себе этого позволить, не мог себе позволить унизить Джинни при постороннем.

Наконец Драко закончил есть, отложил вилку и сказал Гарри, что будет наверху, в случае чего.

Гарри лишь облегченно кивнул. Он все раздумывал, как бы ненароком остаться с Джинни наедине, но Драко практически спас его, последовав его приказу дословно. В конце концов, Гарри ведь сказал, чтобы он пошел в свою комнату как только покончит с едой.

Гарри повернулся к Джинни.

- Пойдем на задний двор, посидим немного в саду.

- Ой, я не могу, извини. У меня назначена командная встреча перед матчем, - сказала она, улыбаясь с искренним сожалением. – Мы собирались обсудить, кто за что будет отвечать. Всякие стратегии и схемы профессионального квиддича. Ну, ты знаешь...

Гарри застонал.

- Я хочу поговорить с тобой. Это не займет много времени.

- Ммм... но я и правда уже опаздываю.

Джинни не смотрела ему в глаза, когда говорила последнюю фразу, и Гарри все понял. Она знала. Женская интуиция или еще что-то еще подсказывали ей: то, что Гарри хотел сказать, было совсем не тем, что она так хотела услышать.

Видимо, та же интуиция говорила ей быть поласковее с Драко. После ночи сна она, вероятно, поняла, что сделает только хуже себе, если будет продолжать возмущаться присутствием Драко в доме.

- Что ж, мне пора, - сказала Джинни, поднимаясь из-за стола, сияя улыбкой, которая, впрочем, не отражалась в ее глазах. Когда Гарри поднялся вслед за ней, она быстро поцеловала его, встав на цыпочки. – Увидимся в следующую пятницу? Напиши мне, где мы ужинаем - здесь или в ресторане.

Помахав на прощанье, она исчезла в облаке летучего пороха.

Напиши мне. Как же ему это надоело! Джинни прекрасно знала, что он не желал искать замену Хедвиг, а, значит, не мог послать ей сову с запиской. Или это она так намекала, что пора бы уже купить новую птицу?

Гарри недовольно вздохнул, вспомнив, что еще она сказала. Следующая пятница? Ну уж нет! Он не собирался ждать так долго, чтобы объясниться с Джинни. Гарри завтра же отправится к Биллу и Флёр, и, как бы Джинни ни старалась избежать разговора, у нее ничего не выйдет. А потом можно сказать Драко, что он никогда не женится на Джинни Уизли.

Глава 15

Суббота, большей частью, прошла по плану: Драко со счастливым видом превращал кухню Гарри во временную базу по заготовке зелий. Он составил еще один список продуктов для Гарри, который на этот раз включал в себя всевозможные ингредиенты для следующей партии зелий, которую Драко собирался в скором времени приготовить.
К сожалению, с воскресными планами все прошло не так гладко. Джинни не было дома, - Флер сказала, что она отправилась с подругами в Брайтон и домой вернется поздно.

Гарри не мог не задуматься: а не нарочно ли Джинни исчезла?

Билл, конечно, пригласил его в гости. Гарри пытался отказаться, но до того, как смог опомниться, они уже сидели на задней террасе в ожидании Флер, ушедшей за элем. Гарри чувствовал себя неловко, потому как совсем не был уверен, что, после того, как они с Джинни расстанутся, его будет ждать столь же радушный прием.

Конечно же, он нравился семейству Уизли и сам по себе, но, по прошествии всех этих лет, они и в самом деле ожидали, что он в один прекрасный день женится на их дочери. Но когда выяснится, что он этого делать не собирается – вообще никогда... Гарри трудно было представить, что Билл будет по-прежнему с ним так дружелюбен.

Гарри допил свой эль и раскланялся с хозяевами так быстро, как только смог, чтобы не показаться грубым. Затем он вернулся домой, воспользовавшись камином, и остаток дня провел с Драко. Малфой выглядел бледнее, чем обычно, понял Гарри, наблюдая за тем, как тот внимательно читает книгу, сидя за кухонным столом, и сразу вспомнил, что Драко не был на улице уже больше недели, не считая его коротких набегов на сад. Это явно не шло ему на пользу.

- Ты хотел бы полетать со мной на метле?

Как только слова сорвались с его языка, Гарри захотелось пнуть себя. Еще до того, как Драко заговорил, Гарри знал, что он скажет.

- Я рад выполнить любое твое желание.

- Тебе нужно на воздух. Сидение в четырех стенах никому не идет на пользу.

Драко без единого слова встал и вышел из комнаты, вернувшись через некоторое время с метлой Гарри, которую держал в обеих руках.

Ох... ты хотел бы полетать со мной на метле... Драко предположил, что они будут летать вдвоем, сидя на одной метле.

При мысли об этом Гарри почувствовал жар, разливающийся по затылку. Что вовсе не было удивительным, так как в последний раз, когда они вместе летели на метле, под ними бушевало пламя.

Или, возможно, этот внезапно-пронзивший его насквозь жар имел больше отношение к тому, о чем думал Гарри этим утром во время мастурбации. В этот раз он представлял, что не просто трется о Драко всем телом... нет, Гарри представлял, что трахает его сзади, одной рукой обхватив его так, чтобы дотянуться до стоящего члена и крепко сжать его в кольце своих пальцев, в то время как он шептал Драко на ухо «Нет, еще нет. Не смей кончать сейчас, только вместе со мной».

А Драко стонал, прогибаясь в спине и поворачивая шею так, чтобы поцеловать Гарри в губы.

И сейчас, сама возможность того, чтобы Драко сидел на метле перед ним, превышала то, что Гарри мог выдержать. Он мог живо представить себе, какого это - держать Драко в своих объятьях, когда его крепкая задница будет упираться Гарри в пах.

Член Гарри стал твердым только лишь от одной мысли об этом. И Драко несомненно почувствует, что Гарри возбужден, если они будут вместе на метле. И тогда Драко, скорее всего, предложит свои услуги для решения этой проблемы.

Гарри желал его, но не хотел, чтобы все произошло именно так. Он предпочел бы подождать, пока Драко смог точно осознавать, что именно он собирается делать, и с кем он собирается делать это.

Но если ты будешь ждать, прошептал тихий голосок в его голове, тогда ты точно ничего не получишь.

Возможно, и так, подумал Гарри; его лоб пересекла глубокая морщина. Он задумался о том, где была та черта – та, за которую он не должен был переходить. Полноценный секс точно находился по другую сторону этой самой черты, но что насчет чего-нибудь невинного – вроде поцелуев? Когда к Драко вернется память, послужат ли те несколько поцелуев, – которые, Гарри был уверен, будут приятны им обоим – достаточным основанием для того, чтобы кровь Драко вскипела от негодования? Решит ли он, что Гарри воспользовался своим преимуществом?

Но здесь, скорее, более уместным был вопрос, сможет ли сам Гарри ограничиться только поцелуями, когда дойдет до дела? Учитывая то, как резво реагировал его член на одни только мысли о процессе, несколько поцелуев могут стать тем самым детонатором, который приведет их прямо в постель.

Но, может быть...

- Гарри? Что-то не так?

Гарри заставил себя прекратить самоанализ.
– Нет, просто задумался. У тебя ведь есть метла, не так ли? На Вороньем Утесе?

- Точно не знаю, - плечи Драко напряглись под мантией, заставив ткань всколыхнуться. – Даже если там есть одна, я даже не знаю, смогу ли летать сам.

- Но ты же помнишь свои уроки по полетам? И гонки на метлах?

Драко взглянул на Гарри слегка сардонически.

- Да, но я также помню, как учился пользоваться камином и аппарировать. А сейчас я не могу это делать самостоятельно.

- Ну, мы заодно и выясним, как у тебя обстоят дела с полетами. Я возьму тебя на Вороний Утес, чтобы ты нашел свою метлу. - Если она там была. Этот дом и его содержимое казались Гарри настолько странными, что, честно говоря, он не был уверен, что они что-то найдут. Ну, если нет, Драко просто полетает на метле вместе с ним, решил Гарри, поскольку в любом случае его нужно было вывести на улицу хоть ненадолго. С легким вздохом Гарри протянул свободную руку. - Иди сюда. Я аппарирую нас туда.

Он хотел, чтобы Драко взял его за руку, но раньше они аппарировали иначе, и, конечно, Драко не знал, что именно Гарри имел ввиду. Так что шагнул вперед и прижался к Гарри всем телом, крепко обхватив его руками.

Член Гарри похоже, воспринял это как приглашение к действию. А как могло быть иначе? Ощущать Драко было так приятно. Сильное, стройное и очень-очень мужское тело. Может быть, даже более важным было то, как он пах – чудесный, чистый, мужской запах. Раньше Гарри и подумать не мог, что запах может быть таким возбуждающим. Но это было именно так.

Уже очень скоро описать состояние Гарри простым «возбужден», означало сильно преуменьшить его чувства, потому что Драко, уткнувшись лицом в его шею, начал водить по ней губами – вверх и вниз, покрывая ее легкими поцелуями, в то время как его острый язычок жалящими движениями слегка касался кожи.

Гарри сглотнул, почувствовав себя очень неловко. Не из-за самих поцелуев, а из-за того факта, что в душе он был больше часа назад. По сравнению с Драко, который всегда выглядел настолько - чтоб его - презентабельно, Гарри зачастую чувствовал себя настоящим неряхой.
– Я только что вернулся через камин от Билла, - сказал он, изогнув шею, - я весь вроде как в саже.

Драко прижался теснее и начал целовать его шею снова, теперь уже явно вылизывая кожу своим языком. – Но на вкус ты просто потрясающий, - выдохнул он прямо в мокрую дорожку от своего языка, посылая мурашки удовольствия вниз по спине Гарри. Драко, должно быть, почувствовал их, его руки начали поглаживать плечи Гарри. На самом деле казалось, что они пытаются пробраться под одежду. – М-м-м-м. Тебе нравится, хм-м? Я могу делать это весь день и всю ночь – все, что пожелаешь...

На тот момент у Гарри не было сомнений, чего бы он мог пожелать. Наслаждение, растекавшееся по его телу, собиралось в паху. Он чувствовал, как увеличивается и твердеет его член, как головка трется о мягкую ткань нижнего белья.

В голове Гарри рождались идеи..., воплощать которые, скорее всего, не стоило, особенно с человеком, который вел себя так только потому, что почти ничего не помнил. С другой стороны, не думать об этом было практически невозможно. Драко тоже было возбужден. Гарри чувствовал твердый член, прижимающийся к его собственному – их размеры совпадали почти идеально.

Драко был так близко к нему сейчас. Гарри не потребовалось почти никаких усилий, чтобы наклонить голову и поцеловать его – как он представлял себе это минутами раньше.

И Драко явно хотел этого. Он практически соблазнял Гарри, ведь так? Его слегка учащенное дыхание – прямо в шею Гарри, пока он целовал и лизал ее. А его тихие вздохи, которые звучали так, словно Гарри был всем, чего Драко желал в этом мире – и что он хотел большего, прямо здесь, прямо сейчас?

Гарри уже забыл о своем желании увести Драко наверх – в свою постель. Нет, он уже буквально видел, как опрокидывает парня на пол гостиной, или возможно на стол позади него, и...

Тем более пора остановится, подумал Гарри, вырывая себя из собственной фантазии.
- Прекрати меня целовать, - простонал он, отстраняясь. - Сейчас же, Драко. Я должен сконцентрироваться или нас расплющит по прибытии.

Это была явная ложь - на самом деле Гарри был достаточно хорош в аппарации и мог справиться с ней даже будучи пьяным в стельку. Но, по крайней мере, это заставило Драко остановиться.

Хотя то же самое мог сделать и прямой приказ, подумал Гарри и, крепко прижав Драко к груди, крутанулся вокруг своей оси.

''''''''''''
Гарри не удивило то, что у Драко было четыре метлы, каждая из которых представляла собой самую последнюю и, соответственно, лучшую модель своей марки. Фактически, это были первые вещи в Вороньем утесе, которые подходили Драко по стилю.

- Я ни одну из них не узнаю, - сказал Драко, уголки его губ опустились, когда он погладил ближайшую к ним метлу. – Видимо, я на самом деле очень любил летать. Почему я не могу вспомнить, как покупал их или испытывал в полете?

В его голосе послышалась тоска. Гарри не был уверен, был ли это шаг в нужную сторону или нет.

- Провалы в твоей памяти весьма предсказуемы, - сказал он, подойдя к Драко и кладя ему руку на плечо. – Ты забыл все, что связано со мной, и абсолютно все, что случилось после того как тебе исполнилось семнадцать с половиной. Или чуть ближе к восемнадцати. Может быть, это какая-то естественная граница заклинания. Просто постарайся не переживать по этому поводу. Я уверен, ты все вспомнишь.

- А я – не уверен, - мрачно сказал Драко, но все же устремил на метлы внимательный взгляд, тщательно их изучая. Наконец, он выбрал одну и перешел из кладовки в комнату.– Знаешь, я хорошо помню Поместье в Уилтшире. Оно совсем не похоже на это место. Почему я захотел жить в скале?

- На самом деле я не знаю, - Гарри глянул на него искоса. – Могу сказать, что это не вполне в твоем духе, хотя, с другой стороны, я не имею ни малейшего понятия, чем ты занимался последние три года. Возможно, твои родители смогут объяснить некоторые вещи, когда мы будем ужинать с ними. В среду, помнишь?

Драко сверкнул глазами.
– Я забыл свое прошлое, Гарри, а не прошедшую неделю.

Он становился все более и более похож на прежнего Малфоя, даже без подсказок из памяти.

- Но если бы они хотели, - нахмурившись, протянул Драко, - они могли бы объяснить все сразу.

- Ну, день был слегка сумбурным, - вздохнул Гарри. – Ты почти что умер, знаешь ли. Твоих родителей это здорово подкосило, и было предостаточно трудностей из-за того, что они так старались не указывать мне напрямую, что с тобой делать.

- Почему?

- Ох. – Верно, ведь Драко был без сознания во время того разговора. Гарри поморщился, не желая распространяться о том, насколько жестокой, как выяснилось, могла быть Рес меа эс. – Э-э, в общем, думаю, заклятие очень настороженно относится к их действиям относительно меня, дабы не позволить им руководить моими решениями. Им не позволено пытаться контролировать мое отношение к тебе, и если они сделают это... гм, твой отец сказал, что заклятие тебя накажет.

Ноздри Драко затрепетали.

- Меня? За то, что сделают они?

-Ну, я в самом деле не знаю, правда это или нет. Но я не хочу выяснять, поскольку наказание, о котором он упоминал, было.. м-м...

- Что?

- Медленное удушение.

Драко побледнел.

- Возможно, этот ужин действительно плохая идея.

- Нет, все будет хорошо. – Гарри сглотнул. Ему в принципе было более чем сложно сказать что-то хорошее про Малфоев. Но ради Драко... - Твои родители на самом деле любят тебя. Они сделают все, что угодно, чтобы ты был жив и здоров, вплоть до того, что позволили мне заявить на тебя права. Учитывая эту нашу заварушку с взаимной враждой, ну, ты знаешь.

Ветер взъерошил волосы у Драко на затылке, когда он отвернулся от Гарри.

- Мои родители тоже твои враги?

- Были врагами, - поправил Гарри, с удивлением понимая, что это и в самом деле так. Люциус и Нарцисса уже несколько лет не представляли никакой опасности. А с Рес Меа Эс они не смогли бы навредить Гарри, даже если бы хотели. - Может быть, именно поэтому они ничего не рассказали о том, чем ты занимался после войны. У них на уме были гораздо более важные вещи. Я имею в виду, твоя мать слегка волновалась из-за того, что я могу забыть приказать тебе поесть.

- Тогда она совсем тебя не знает, - сказал Драко, его взгляд был спокоен, когда он опять повернулся к Гарри. – Ты очень добрый. Я не могу представить себе лучшего хозяина.

Ох. Ну, по крайней мере, уже не казалось, будто Драко считал это слово частью имени Гарри. Гарри решил, что сможет жить с этим.

- Пошли, давай испытаем твою метлу.

Если бы Гарри был один, он бы вылетел через окно, выходящее на море. Но поскольку они не знали, насколько хорошо будет работать метла у Драко, Гарри решил начать с малого. Вороний Утес в общем целом находился на краю скалы, но на берегу было много пустошей, которые замечательно подойдут для тренировок. Прижав Драко к себе и испытав большое облегчение оттого, что в этот раз обошлось без поцелуев, Гарри аппарировал их наружу, и, отступив от Драко, махнул ему забираться на метлу.

Как выяснилось, Драко мог летать самостоятельно, но он мог отдаляться от Гарри не больше, чем на сто ярдов. Если он пытался отлететь дальше, его метла разворачивалась сама по себе и летела обратно.

Не идеально, но лучше чем те сценарии, которых опасался Гарри: что метла вообще не будет слушать Драко, или что она скинет его, если подумает, что Драко пытается сбежать.

Убедившись, что с Драко все будет хорошо, Гарри направил свою метлу к морю. Он и сам уже не летал целую вечность, поскольку зачастую не было возможности. Однако он не забыл свист ветра в ушах и опьяняющее чувство свободы от захватывающих дух виражей в небе над простирающимся внизу океаном.

Вначале, Драко казался слегка неуверенным на метле, но вскоре, навыки к нему вернулись, и он начал выполнять такие же рискованные маневры, как и Гарри. В тот день они летали в течение нескольких часов, закладывая петли, развороты и гоняясь наперегонки...

В полетах Драко никогда не дотягивал до уровня Гарри, но сейчас, с преимуществами, которые давала более продвинутая метла, он был достойным соперником. Когда они, наконец, приземлились, Гарри был выжат как лимон, но улыбался от уха до уха. Он много месяцев уже не чувствовал себя таким счастливым и беззаботным. Или даже лет.

Он скучал по полетам. Джинни никогда не хотела летать, большей степенью, потому что этим она зарабатывала на жизнь: она могла не слазить с метлы сутками, и так день за днем.

- Фух. Отличная работа, Драко, - сказал Гарри, разминая затекшие мышцы, стоя у огромной скалы, которая скрывала внутреннее убранство Вороньего утеса. – Я слишком устал, чтобы готовить ужин, это уж точно!

Драко выглядел таким же вымотанным, как и Гарри. Он даже слегка запыхался, что не помешало ему предложить сделать всю работу самому. – Я рад служить...

- Нет, нет, совершенно точно нет, - перебил Гарри, хлопнув его по спине. – Мы закажем еду на вынос.

- На вынос? - Драко выглядел так, как будто никогда раньше не слышал этой фразы.

Но вполне возможно, что так оно и было.

- Да, вроде карри, пиццы, гамбургеров, возможно, шаурму? Когда вернемся домой, я сделаю заказ через камин, а затем аппарирую и заберу его. Однако только после того, как приму душ. Ну, чего бы тебе хотелось?

- Все, что ты поже..., - прочистив горло, Драко встретился глазами с Гарри, - О... я думаю, ты хочешь, чтобы я выбрал.

-Да, это доставило бы мне удовольствие.

- Тогда карри.

И поскольку Гарри хотел, чтобы Драко решал сам, он продолжил настаивать. –

- Ядреный, средний, не сильно острый? Ты знаешь, как тебе больше нравится?

- Эм... средний? – пожал плечами Драко.

- Звучит неплохо. Давай заберем твою метлу к нам домой. Тебе еще что-то нужно отсюда? – Гарри поднял руку до того, как Драко успел ответить. – Если что-то есть, я хочу, чтобы ты сказал мне.

Драко посмотрел на скалу, где приютился Вороний утес, а потом покачал головой. Гарри не знал, что это значит. Либо ему ничего не было нужно, либо он не мог сказать этого.

Однако, они определенно продвигались вперед.

– Аппарируй первым, - сказал Гарри. Поскольку они возвращались к Гарри домой, Драко не нуждался в помощи. – Я буду следом за тобой.

Драко кивнул и крепко сжал в руках метлу перед тем, как резко крутнуться вокруг своей оси.

Глава 16.

Гермиона, так же как и Гарри, работала в Министерстве, но их пути редко пересекались.

В понедельник, около полудня, на рабочий стол Гарри прилетел бумажный самолетик, один из тех, которые часто использовали для быстрого обмена информацией между департаментами в Министерстве Магии. Самолетик приземлился прямо поверх запросов, которые Гарри бегло просматривал. Ему предстояло отобрать из огромного количества бездарных выпускников школы Авроров тех, кого действительно стоит взять на работу.
Прибытие сообщения означало лишь одно: рутинной работы наверняка прибавится.
«Еще один отчет», – разворачивая самолетик, подумал Гарри. Но в послании он обнаружил следующее:

«У тебя есть пара минут, чтобы поговорить со мной? Я обнаружила кое-что интересное по той теме, которую мы с тобой обсуждали. Я бы предпочла не писать об этом.
Гермиона Грейнджер-Уизли»

Гарри схватил перо и быстро нацарапал ответ. Он был заинтригован. Она что-то обнаружила по поводу Рес меа Эс, и ей нужно удостовериться, может ли она прийти и переговорить с ним?
Один взмах палочки - и самолетик с ответом отправился обратно к Гермионе. Несколько минут спустя она появилась на пороге его офиса.
— Входи, входи, – быстро проговорил Гарри, плотно закрывая за нею дверь. Его кабинет был очень хорошо защищен от прослушивания. Работая в Аврорате, Гарри приходилось довольно часто вести строго конфиденциальные переговоры, и поэтому к правилам безопасности Поттер относился со всей серьезностью.
И это не говоря уже о его личной жизни. К своему ужасу, он обнаружил, что даже его сослуживцы не гнушаются продавать газетам любые пикантные, на их взгляд, подробности его жизни.
С этими невеселыми мыслями Гарри решительно наложил на стены, дверь и окно еще один дополнительный слой защиты. Он продержится не больше часа, но для разговора этого вполне достаточно.
Когда он вернулся за свой стол, Гермиона уже устроилась напротив него.
— Как там Драко?
Гарри ощутил легкое раздражение; он предпочел бы поскорее обсудить найденные Гермионой сведения, а не вести светские разговоры.
— Хорошо, просто отлично. Я поручил ему сварить несколько зелий за выходные, и, похоже, ему это доставило немало удовольствия. Ах, да, мы немного полетали.
— Он что-нибудь вспомнил?
— Нет, ничего существенного.
Она нахмурилась, комкая руками край мантии на коленях.
— Мне так неудобно перед тобой, Гарри... Потому что... как я не старалась, я не смогла выяснить, какие предметы Драко сдавал на ПАУК.
— Разве эта информация не общедоступна, как ты считала раньше?
— Информация открытая, ну, или должна быть таковой, в этом вся странность. Его имя не упоминается в бесконечном списке соискателей, которые когда-либо сдавали тесты на ПАУК. Я проверила более подробные списки по отдельным предметам - и там тоже ничего.
Гарри задумчиво закусил нижнюю губу. — Эээ...Миона, не обижайся только, но, может быть, он и не сдавал ПАУК вовсе?
— Я присутствовала в качестве наблюдателя на одной из экзаменационных сессий, когда он защищался, – отрицательно покачала головой Гермиона. – Ты представляешь, какие силы тратит мой департамент на контроль за соблюдением этих правил? Невероятно! Министр никогда не проявлял должной заинтересованности в этому вопросе, предпочитая переключать свое внимание на другие аспекты магического контроля. Ты знаешь, что произошло на прошлой неделе, Гарри...
— Драко, Гермиона? – остановил ее Гарри.
Она слегка покраснела.
— Да, конечно, извини. Как бы то ни было, я видела Драко Малфоя на экзамене. Он тогда просидел в Главном Экзаменационном Зале целый день. Могу предположить, что он проходил тестирование всю неделю, так как я видела его имя в листе участников с информацией об успешной сдаче восьми тестов. Но как мог потеряться официальный результат? – удивленно покачала головой Гермиона.
— Значит, кто-то убрал его имя из списка.
— Никогда раньше я не слышала о подобных инцидентах с удаленными именами.
Гарри сглотнул.
— Может, так действует это заклинание?
— Но зачем?
— Не представляю...

Неожиданно Гермиона наклонилась ближе к Гарри и, понизив голос, заговорила:

— Гарри, есть еще кое-что, почему я хотела встретиться и объясниться с глазу на глаз. – Не смотря на возведенную Гарри мощную защиту, она продолжила говорить полушепотом:

— На нижнем этаже Министерства, в Департаменте Тайн разрабатывается немало сверхсекретных проектов. Имена людей, которые там работают, не значатся ни в каких Министерских документах. И...  предполагается, что я ничего об этом не знаю. Я уверена, что даже их результаты на ПАУК изъяты из официальных списков. Просто на всякий случай, чтобы никто не мог проследить квалификацию этих людей и сделать выводы, где они на самом деле работают.

Гарри присвистнул. Из всех возможных предположений о том, чем мог бы заниматься Драко Малфой по окончании войны, работа на Министерство никогда не приходила ему на ум. Уже не говоря о работе в Департаменте Тайн.

Надо заметить, что мысль о том, что Драко там работал, была самой невероятной из всех. Да он мог и не работать вовсе. Малфои были все так же богаты.
«Департамент Тайн? Хмм... Хотя... Драко и сейчас очень интересовался магией; та скорость, с которой он поглощал учебники Гарри, говорила о его хорошей подготовке. Он был таким заносчивым в школе, что, вполне вероятно, ему было нужно как-то самоутвердиться. Он пытался стать Упивающемся Смертью, но из этой затеи ничего не вышло. Но была другая, довольно веская причина сомневаться в предположении Гермионы.

— В Министерстве действует правило не нанимать на работу людей, отмеченных Темной Меткой. Ты же знаешь это, Миона.

— Да, ты прав. Но Департамент Тайн работает под сниженным контролем, а некоторые секретные проекты вообще нигде не упоминаются. Так что,  я не удивлюсь, что может статься, они сами себе устанавливают правила работы.  И к тому же...

— Что еще?
— Учитывая виды магии, над которыми они работают, вполне возможно, что Метка Драко – одна из причин, по которой его могли пригласить работать туда.

— С каких это пор Темная Метка стала такой ценной редкостью?

— Учти, что обладатель метки, помимо прочего, должен быть молодым человеком, успешно сдавшим восемь экзаменов на ПАУК. И еще не забудь, он должен быть свободен от заключения в Азбакане. – Гермиона одарила Гарри сочувствующим взглядом. – Прости, но этот вопрос я не смогла выяснить для тебя.

— Что же, как много различных предметов могли сдаваться на ПАУК?
— Около шести дюжин вариантов. То, что предлагалось в Хогвартсе, было лишь основой. Волшебники могут выбирать домашнее обучение и специализироваться на куда большем количестве дисциплин. Некоторые могут быть очень даже необычны. Невозможно предугадать, что именно изучал Драко.

— Невозможно? – Гарри нацелил на нее пронизывающий взгляд. – Ты была там во время экзамена, ты видела экзаменационный лист с его результатами, ты...
— Я только взмахивала палочкой, и список с результатами оказывался на столе студента.

— Ох! Хорошо, ты прохаживалась по залу, так? Давай, Миона, у тебя же фантастическая память. Попробуй мысленно вернуться назад. Может, ты сможешь вспомнить, что он писал, когда ты проходила мимо него?

Гермиона выглядела слегка раздраженной такой постановкой вопроса, но послушно закрыла глаза, плотно зажмурившись.
— Хмм. Руны, что-то связанное с рунами. А может, и нет, я не уверена.

— Вот сейчас мы это и проверим, – заявил Гарри, призывая к себе миниатюрный Думосбор, хранящийся в его офисе. Он, конечно, был не таким мощным, как те, что хранились в комнатах для допросов, но этот мог удерживать воспоминания куда дольше.
— Как я все это не люблю, – проворчала Гермиона, отводя взгляд к окну. – Мне это напоминает о Снейпе, и о его воспоминаниях, которые он оставил перед смертью. Но, если это действительно важно...

Со вздохом Гермиона подняла палочку к виску, закрыла глаза и вытянула тонкую серебристую ниточку воспоминаний.

Они исчезли в кружащейся массе внутри Думосбора.
— Посмотри сам, – сказала Миона, отпрянув.

Гарри согласно кивнул и склонился над каменной чашей. Та была небольшой, и подходила только для одного человека.

Он ощутил знакомое чувство падения, прежде чем оказаться в огромном зале, вплотную заставленном длинными рядами парт. Десятки студентов одновременно проходили тестирование, но Поттеру не составило большого труда разглядеть в этой живой массе Драко. Он смог бы узнать его светловолосую голову где угодно. Когда Гарри подошел к столу Малфоя, он остановился на мгновение, вглядываясь в его лицо и изучая. По лицу Гарри мог бы определить не меньше полезной информации, чем по записям на его листе. У него появился шанс увидеть, каким был этот молодой человек сразу после окончания войны.
Взгляд Драко скользил по пергаменту, пока он писал длиннющий ответ на вопрос. Потом он остановился, бросил перо, поморщился и потряс кистью руки, как будто она болела. И на то были причины. И не напрасно, экзамены на уровень ПАУК считались самыми трудными из всех.

Слегка вздохнув, Драко перевернул страницу с заданием.
Когда он читал очередной вопрос, его губы дернулись в усмешке, а в серебристых глазах загорелся азарт.
Заинтригованный, Поттер склонился над плечом Драко так, чтобы прочитать задание самому.

«Объясните сущность и вторичные предпосылки наследования Традиционной Магии. Опишите ограничения и исключения. Приведите не менее пяти характерных примеров для подтверждения ваших утверждений».

Драко вдохновенно окунул перо в чернильницу, которая неожиданно появилась на столе, и принялся строчить ответ, бормоча при этом что-то еле слышно себе под нос. Гарри не смог разобрать ни слова, но уловил фразу типа: «чертовски тупое задание», когда тот быстро записывал ответ на пергамент. Писал Малфой торопливо, не задумываясь над ответом, будто выливал из себя информацию, только и ждавшую такого подходящего момента.

«Основной причиной наследования Магии  является заклятие, наложенное на определенную родовую линию. Заклятие самовозобновляется каждый раз при рождении нового наследника этой родовой линии. Вторичной предпосылкой возникновения и наследования Магии, хотя и не всегда активной, является то, что Сущность Магии обладает разумом и самоограничением. Отмечено, что тенденция возникновения подобной Магии выше в тех семейных линиях, где на свет рождается только один ребенок. Этого вполне достаточно для наследования Магии, но не достаточно для распространения родовой линии в обществе. По не выясненным причинам, ребенок, рожденный в семье с выраженной тенденцией к вторичным предпосылкам, почти всегда является особью мужского пола. Известными примерами из прошлого могут послужить события 600 года, включающие в себя...»
На этом Гарри перестал читать дальше. Казалось, что все связанное с Рес меа эс уже описано, остальной текст больше походил на лекцию профессора Биннса по истории Магии. К тому же он ощутил, как Думосбор слегка тянет его назад, как бы говоря, что пришло время возвращаться обратно.
Еще одним препятствием в использовании миниатюрного Думосбора было то, что он идеально подходил лишь для коротких набегов в царство воспоминаний.
Вздохнув, Гарри отступил на шаг, окидывая взглядом небольшой стол, за которым работал Драко. На нем не было других буклетов с экзаменационными заданиями, и Гарри сделал вывод, что Традиционная Магия была единственным в тот день зачетом ПАУК Драко Малфоя. А значит, Гарри увидел все, что ему было нужно.

Сконцентрировавшись, он вытянул себя из воспоминаний. Откинувшись на спинку стула, он приходил в себя после перемещения. Казалось, комната вращается вокруг него.
«Черт. Драко был нанят для изучения Традиционной Магии? Возможно, даже самой Рес меа Эс?»
До этого момента Гарри надеялся, что проклятие было активировано лишь по ошибке, и оно может потом исчезнуть так же неожиданно, как и появилось. Теперь эта надежда растаяла.

— Гарри, с тобой все в порядке? – обеспокоилась Гермиона.
— Да, – отозвался тот, устало потирая лоб рукой. «Проклятье, как же здесь жарко! Видимо, давно пора обновить Кондиционирующие чары».

– Люциус Малфой сказал, что проклятие Рабства сделано на основе Традиционной Магии, и это утверждение в точности совпадает с тем, что я увидел в экзаменационном ответе Драко.

Губы Гермионы округлились букой О.

— Думаю, я не упоминал при тебе эти подробности, но, тем не менее, родители потрясены тем, что спящее пять сотен лет проклятие пробудилось. Теперь я, по крайней мере, знаю как. Вероятно, работая над изучением Традиционной магии, Драко каким-то образом коснулся Рес меа Эс, а когда он попытался разузнать все о нем, проклятие пробудилось от сна, ну или как-то так.

— Может и так, – ответила Гермиона, но голос ее звучал неуверенно.
— Что?

— Здесь, может быть, нечто большее, чем простое познание. Из того что ты сказал ясно, что ключ  знаний о проклятии
принадлежит твоей семье, а не его. Мне кажется странным, что проклятие Рабства уравняло в правах на познание хозяина и раба, – задумчиво проговорила Гермиона.

— Люциус объяснил, что именно проклятие удерживало его, не давая рассказать Драко все о его возможном рабстве, пока тот не женится и не обзаведется собственным потомством. Так что, проклятие очень даже чувствительно к тому, КАК будет получено знание.

— И все же, что-то не сходится, – настаивала на своем Гермиона.

Гарри вздохнул. Наверное, она права, впрочем, как всегда.
— Я поговорю в среду с его родителями и выясню, знают ли они что-нибудь о его зачетах ПАУК. А также о его работе. В смысле, если она вообще у него была. Думаю, они бы могли прояснить этот маленький факт для меня.

— Они могли и не знать этого, если он действительно работал в Департаменте Тайн, – резонно заметила Гермиона.

— Да, верно. И это отчасти объясняет его дом на «Вороньем утесе». Драко мог жить припеваючи у себя в родовом поместье Малфоев, но он поселился на утесе. Возможно, ему нужно было укрытие, чтобы сохранить свою работу в тайне. А учитывая наличие у него Темной Метки, никто бы и не заподозрил, что он работает на Министерство.

«Но мог ли он скрывать от родителей, чем занимается и где работает? Что ж, это мы выясним в среду», – решил для себя Гарри.
— Надеюсь, снова встретившись с родителями, Драко, наконец, придет в норму и все вспомнит, – добавил он вслух.
— Х-м-м. Может быть, это действительно сработает, но тогда...– Гермиона заметно содрогнулась. – Я надеюсь, он не разнесет в щепки твой дом, пока ты на работе. Или проклятие не позволит ему?

— И не говори, — вздохнул Поттер.

Сейчас Драко жаждал всеми силами хоть чем-то угодить Гарри. Но когда он вспомнит все, ситуация может коренным образом измениться. Свяжет ли ему руки заклинание, если он попытается что-нибудь в него швырнуть? Наложит ли проклятие Рабства немоту на его губы, когда он захочет крикнуть на Гарри?

О, Боже! Гарри очень надеялся, что нет. Это было бы ужасно.

Но будет ли лучше, если проклятие позволит ему разрушать все вокруг, а затем накажет его огненной болью в груди? В прошлый раз боль не ушла, пока Гарри не ударил Драко... или до того момента, пока Драко не почувствовал себя наказанным.

Пока не почувствовал себя прощенным, быть может?

Гарри сглотнул комок в горле. Тот памятный инцидент основывался на простом недопонимании. Что произойдет, когда Драко, вернувшись к своему настоящему «Я», совершит что-то куда хуже, чем банальная ложь? Возможно, жжение в груди вернется, но многократно усиленное. И Гарри сомневался, что простого шлепка будет достаточно для ощущения полноты наказания.
Тогда Гарри может, сам не желая того, оказаться в положении истязателя.

Помимо воли воображение Поттера подбросило ему яркие картины возможного развития событий: Драко, обнаженный, стоит, нагнувшись возле кровати Гарри, уперев одну ладонь в матрас и широко расставив ноги. Второй рукой он растягивает себя...
Гарри стоит позади него, раскручивая широкий кожаный ремень, все ближе и ближе к бледным ягодицам, ожидающим наказания.
Драко вскрикивает, но тут же начинает умолять Гарри оттрахать его сильнее, жестче, да, еще...

Гарри прочистил горло. Видимо именно от такого сценария пытается уберечь Драко проклятие Рабства, когда лишает его воспоминаний. По крайней мере, Гарри очень надеялся, что это так.
И только маленькая часть его души надеялась на противоположное.

Прогнав видения прочь, Гарри встретился взглядом с Гермионой: — Надо думать, что ничего нового про само проклятие тебе выяснить не удалось?
— Помимо того, что это бесчеловечно и архаично, совсем ничего. – Она поднялась и разгладила складки на мантии. – Может, сами Малфои просветят тебя. Ведь именно за этим ты к ним идешь?

Гарри нахмурился и тоже поднялся с места:
— Да, поэтому и к тому же Драко нужно увидеться с ними.

— Ты замечательный человек, Гарри. Джинни действительно повезло с тобой.
Гарри сделал глубокий вдох. — Ээ...нет, ей не повезло.

В течение одной долгой минуты Гермиона, очевидно, считала, что Гарри просто скромничает. Но затем правда обрушилась на ее сознание.
— О! О! Знаешь, я не удивлена, после стольких лет...что ты передумал, – затороторила она. Затем ее голос стал тверже: — Тебе нужно, как можно быстрее, поговорить с ней. Как давно ты принял это решение?
— Только в эту пятницу.
— В пятницу? – голос Гермионы зазвучал глухо. — Надеюсь, твое решение никак не связано с твоим... гостем?
— Отчасти, – ответил Гарри, отводя взгляд.
— О! Гарри, – Миона сокрушенно покачала головой.
— Что? – немного раздраженно отозвался Поттер.
— Ты всегда был немного... одержим Драко Малфоем. На шестом курсе ты практически все свободное время тратил, выслеживая его.

Гарри удивленно распахнул глаза.
— Да нет же, все совсем не так. По крайней мере, не в этом смысле. Я услышал его разговор в поезде, где он рассказывал о задании, которое ему дал Воландеморт. Ты и сама все знаешь. Вы не поверили мне. А я оказался прав!
— Да, Гарри, ты оказался прав, – теперь в ее голосе сквозило страдание. Но вернуть уже ничего нельзя. – Но если ты, все же, находишь его... э... привлекательным, то это может стать навязчивой идеей.

Гарри утомленно закатил глаза, хотя и понимал, к чему она клонит.
— Да, да, я понимаю.
— Хорошо еще, что ты добропорядочный человек, Гарри, и не воспользуешься своим очевидным преимуществом. – В ее голосе снова зазвучали твердые нотки. – Сейчас, когда он даже не помнит, как сильно ненавидел тебя, ты бы ни за что не предпринял ничего недостойного против него.

— Ну да, после того, как он все вспомнит, шансы предпринять что-либо недостойное сильно возрастут, – кисло пробормотал Гарри.

Те фантазии, о которых Гарри грезил несколько минут назад, в которых Драко умолял его трахнуть, уж точно не смогут сбыться, если Малфой вспомнит, насколько он ненавидел Поттера. Так что единственный шанс уложить Драко в свою постель у Гарри есть именно сейчас, пока проклятие еще действует.

— Ты же на самом деле не собираешься... – начала было Гермиона, видя его задумчивость.
— Нет, конечно же, нет! – поспешил заверить ее Гарри, встречаясь с ней взглядом.
Это были всего лишь фантазии. Точно. Он абсолютно нормальный мужчина с традиционной ориентацией. Он и не собирался их реализовывать.

— Я не смог даже отловить Джинни для серьезного разговора. За кого ты меня принимаешь? – грустно усмехнулся Поттер.

Гермиона сочувственно улыбнулась:
— Я знаю, такие решения нелегко даются тебе, Гарри.

— Да. И твой муж не сделает их легче, когда узнает, что я бросил Джинни... Хотя это не совсем так, – хмуро ответил тот. Желая убедить ее, он добавил: — Драко всего лишь помог мне увидеть правду, которая лежала на поверхности уже долгое время.

— Ммм, вряд ли Рон это поймет. Да и Джинни тоже. – Гермиона тяжело вздохнула и с печалью в голосе добавила. — Я была бы рада быть одной семьей с тобой, Гарри.

— Да, я тоже, – печально согласился тот. – Но это не самый лучший повод жениться на ком-то.

— Конечно, нет. – Подойдя ближе, Гермиона встала на цыпочки и легонько поцеловала Гарри в щеку. – Я поищу что-нибудь о проклятии для тебя.

— Спасибо, – с чувством произнес Гарри.

Спустя минуту после ее ухода, Гарри вышел из кабинета и подошел к секретарю.
— Если кто-то будет спрашивать меня, то я ушел на тренировочное поле «Пушек», хочу понаблюдать за тренировкой. Все текущие дела подождут. Да, Жизель, постарайтесь не связываться со мной без крайней необходимости.

Глава 17

«В полетах на метле Джинни действительно ас», - подумал Гарри, наблюдая за тем, как она разворачивалась, пикировала, а затем снова стремительно набирала высоту. Разумеется, обычным посетителям не разрешалось присуствовать на тренировках, но должность главы аврората, несомненно, давала свои преимущества; он был еще в целых десяти футах от зачарованных ворот, а они уже распахнулись перед ним.

Он очень хорошо рассчитал все по времени: через десять минут тренер собрал игроков на короткий «разбор полетов», а затем отпустил их с тренировки. Как только игроки приземлились, Гарри направился к Джинни прямо через поле, игнорируя шепотки некоторых ее товарищей по команде, узнавших его. Избранный...

Гарри по-прежнему не было большого дела до титула, но постепенно он к нему привыкал. Особого выбора все равно не было. Он не жаждал вечной славы; наоборот, она казалась ему обузой.

По иронии судьбы, ключом ко всему этому служил факт того, что он взял верх над Драко Малфоем. Кто бы мог подумать, что именно это сделает его истинным хозяином Старшей палочки?

Хотя, конечно, то, что он пошел навстречу собственной смерти и в результате перестал быть Хоркруксом, тоже сыграло значительную роль в его победе.

Стараясь избавиться от этих мыслей, Гарри умудрился улыбнуться Джинни, когда шел  к ней. Она явно не ожидала   его здесь увидеть.

– Я подумал, что мы можем перекусить, – сказал Гарри, игнорируя перерастающее в оживленный гомон перешептывание. Еда на вынос прошлым вечером напомнила ему о еще одном способе гарантированно поговорить наедине. – Например, взять сэндвичи, пойти в парк и съесть их там. Как тебе идея?

Джинни выглядела слегка неуверенной, как будто ее интуиция до сих пор ее предостерегала, но потом она пожала плечами.

– Хорошо, я схожу в душ и встречу тебя у ворот.

Гарри кивнул и направился прочь с поля.

***
Когда Джинни вышла, она уже не выглядела такой неуверенной. Ее глаза сверкали от возбуждения. Гарри чуть не застонал, осознав в тот момент как никогда прежде, насколько сильно он ее игнорировал и пренебрегал ею. Если простое предложение поесть сэндвичей в парке могло придать ее походке подобную легкость и заставить ее лицо светиться от счастья, тогда он действительно был ужасным бойфрендом.

Ну, после того, как он уяснил, что у них не будет настоящего совместного будущего, возможно, она сможет найти кого-то, кто будет относиться к ней так, как она того заслуживает.

– Ну, куда пойдем?

Гарри одарил ее натянутой улыбкой. Члены команды Джинни хотя бы немного знали его; а когда он появлялся на публике, зачастую абсолютно незнакомые люди подходили к нему и наперебой благодарили. Можно подумать, три года спустя они должны были привыкнуть к его роли в войне. Они им так восхищались, что готовы, черт возьми, ловить каждое его слово.  Множество людей сражались в войне и пожертвовали большим, чем он. Они пожертвовали своей жизнью.

– Ну, ты же знаешь, что получается, когда мы выходим в люди, – сказал Гарри. – Я бы не хотел, чтобы меня сегодня беспокоили, так что, как ты смотришь на то, чтобы сделать все по-маггловски?

– О, хорошо, как хочешь, – сказала она, сияя так, как будто он только что предложил ей тур по Европе.

Тогда Гарри почувствовал себя еще хуже. Боже, он ни черта не смыслил в этих романтических штучках. Наверное, он просто не очень хорошо понимал девушек. Учитывая то, что он и не встречался-то толком ни с кем, кроме Джинни и Чо. Что, несомненно, о чем-то говорило.

Когда она протянула ему руку, Гарри не нашел иного выхода, кроме как взять ее под локоть. Они прошли вместе через анти-магглосвкие чары, которые делали тренировочное поле невидимыми, а потом Гарри поймал проезжавшее мимо такси и спросил водителя, знает ли он, где можно купить вкусные сэндвичи.

Через полчаса они уже сидели в маггловском парке, и их обвевал легкий летний бриз. Он растрепал длинные волосы Джинни, она засмеялась и откинула их назад, слегка пригладив.

– Ну, как там Драко?

Гарри был порядком шокирован тем, что она решилась спросить. Ее исключительно приятный тон тоже был для него своего рода сюрпризом.

– Ну, я думаю, он уже в какой-то степени освоился. Правда, он до сих пор толком ничего не помнит. Я имею в виду, ничего, связанного со мной.

– Наверное, это все до поры до времени.

– Да, наверное.

Нервничая, Гарри откусил солидный кусок от своего сэндвича. Он хорошо пах, но на вкус был, как у картона; Гарри вообще не мог спокойно наслаждаться едой, зная, что через мгновение радостный свет в глазах Джинни погаснет – по его вине.

Еда стала комом в горле. В тот миг он был готов на все, чтобы избежать необходимости причинить Джинни боль. Но не сказать ей... это было бы намного хуже, чем рассказать.

– В общем... Я пришел сегодня на тренировку, потому что не мог больше ждать. Я должен сказать тебе... как бы...

У него неожиданно настолько пересохло во рту, что он не мог выдавить из себя и  слова. Поспешно схватив свою газировку, Гарри залпом ее выпил.

Прежде чем успел поставить стакан на место, Джинни положила руку ему на колено, поглаживая его.

– Все в порядке, Гарри. Я знаю, тяжело признаться в этом, когда столько времени прошло, но я догадалась, что ты хочешь мне сказать.

Гарри так быстро поставил на место свой пластиковый стакан, что он опрокинулся на траву, и газировка со льдом разлилась.

– Ты догадалась?

– Разумеется.

Глаза Джинни сверкали, и это казалось как-то... неправильно, но прежде чем Гарри смог понять, о чем она думает, она прояснила ситуацию.

– Я сначала немного волновалась, потому что это не похоже на тебя – заходить за мной на тренировку, но, судя по тому, как остальные игроки начали подшучивать над тем, что ты хочешь поговорить со мной наедине, чтобы даже маячащий поблизости официант нам не мешал, ты должен сказать мне что-то ужасно романтичное.

Твою мать.

Гарри вцепился пальцами в траву, потому что иначе он начал бы бить в землю кулаком.

Джинни улыбнулась и накрыла его руку своей.

– Прости. Я должна была позволить тебе сказать это самому.

– Ты заслуживаешь мужчину, который действительно сможет сказать тебе что-то романтичное, – грубо выдавил из себя Гарри.

Боже, сделать ей это чертово предложение и то было бы легче, – намного легче, он начинал думать, – чем порвать с ней.

– Но... Джинни, просто ничего не получится. Я хотел бы, чтобы получилось, и я думаю, вот почему мне понадобилось так много времени, чтобы сказать тебе это, но... – сглотнув, он заставил себя посмотреть ей в глаза, – я не тот мужчина, который тебе нужен.

Ее рука сжалась немого сильнее.

– Конечно, тот.

– Нет, – высвободив руку, Гарри слегка отодвинулся от нее. – Нам лучше расстаться, Джинни.

Она побледнела, но затем гордо вздернула подбородок.

– Мы уже расставались, но, в конце концов, снова сошлись.

– Это не то же самое, – Гарри сжал плечи. – Я боялся, что Волдеморт может на тебя напасть или использовать в своих целях, если узнает о моих чувствах. Тогда, разумеется, мы снова сошлись, как только эта опасность миновала. Но сейчас... сейчас не кто-то другой заставляет меня думать, что мне лучше поступить именно так. Это полностью мое решение. Я просто... Джинни, я не люблю тебя так, как должен, если бы мы решили пожениться.

– Я думаю, ты боишься, – тихо сказала она. – До сих пор. Несмотря на то, что его больше нет. Ты так много лет подряд находился в вихре странных событий, что, скорее всего, ты просто не знаешь, как приспособиться к более... нормальному образу жизни.

Ха, подумал Гарри. Моя жизнь до сих пор состоит из странных событий. В мире не так уж много других рабовладельцев.

Но свои мысли он не озвучил. Учитывая его сильное влечение к Драко, не стоило поднимать этот вопрос.
– Дело не в этом, – сказал Гарри. – Я не могу продолжать встречаться с тобой, чувствуя то, что чувствую сейчас. Это неправильно. Наши отношения зашли в тупик уже давно, и с моей стороны было неправильно пускать все на самотек. Я не хочу делать тебе больно, но ты – не моя единственная.

– Мне не больно, – сказала Джинни, хотя ее глаза сверкали. – Что бы ты ни говорил, но все-таки это так же, как в прошлый раз. Я не знаю, почему ты не замечаешь. Гарри, ты до сих пор боишься терять людей. Ты отталкиваешь меня, потому что не можешь поверить, что на самом деле все закончилось.

– Я не мог не заметить, что все закончилось, – Гарри легко коснулся шрама кончиком пальца. – Он больше никогда не болит...

– Тогда почему ты не купишь себе другую сову?

– Мне не нужно еще одно напоминание о прошлом!

Джинни вздохнула, вытянув свои длинные ноги.

– Мы все потеряли любимых людей, Гарри. Но я же не избегаю Джорджа просто потому, что он может напомнить  мне о Фреде.

– Это едва ли то же самое. Ты уже любишь Джорджа, поэтому конечно ты не стала бы его избегать. А покупка совершенно новой совы... – Гарри покачал головой. – Я не могу.

– Так же, как не можешь на мне жениться, – спокойно сказала Джинни. – Гарри, если тебе нужно больше времени, чтобы забыть о войне, я пойму. Правда, пойму. В какой-то степени тебе пришлось хуже, чем кому-либо другому, когда ты выяснил, что именно было причиной твоего шрама, и сделать то, что сделал ты, чтобы справиться с этим.

– Ты можешь сказать слово «Хоркрукс», – сказал Гарри, стиснув зубы. – Я в курсе, что был одним из них.

– Наверное, это было невероятно ужасно – знать, что внутри тебя была часть души Волдеморта, – продолжила Джинни. Ну, по крайней мере, сейчас она говорила более открыто. – Никто даже не может сказать, на что это было похоже, Гарри. Я не вправе говорить, что понимаю, через что ты прошел. Даже случай с дневником с этим не сравнится.

– Послушай, дело совсем не в войне!

– А я думаю, что именно в ней. – Джинни пожала плечами и тяжело вздохнула. – Я думаю, тебе просто нужно было больше времени, чтобы обдумать все случившееся. Возможно, исцелиться от него. А вместо этого мы буквально прыгнули в постель. Но если тебе нужно время сейчас... я люблю тебя, Гарри. Я могу подождать. Я могу ждать столько, сколько будет нужно.

Гарри думал, что порвет с ней без особого труда, но все происходило не так, как он рассчитывал. Он просто не подумал, что Джинни – не из тех девушек, что сразу бросаются в слезы. Нет,  в ее стиле скорее ослиное упрямство.

– Ты не та, кто мне нужен, – сказал он. Он мог бы быть куда более резким, но он на самом деле не считал стоящим упоминать о том, что львиную долю ее привлекательности составляла ее большая семья. Интересно, он когда-нибудь действительно ее хотел, или он просто хотел быть с ней? – Мне действительно жаль, что приходится это говорить, но это так. Я должен расстаться с тобой, и я не хочу, чтобы ты думала, что это просто временный разрыв, пока я не разберусь со своими чувствами. Это не так. Я всегда буду ценить тебя как друга, но ты никогда не станешь для меня кем-то большим.

Она наклонилась вперед к своим ногам, ее длинные волосы пылали огненно-рыжим цветом в лучах солнца.

– Мы были намного больше, чем просто друзьями, Гарри.

– Это моя ошибка. Я думал, что мы поженимся,  иначе я бы не пообещал тебе это с самого начала. Я никогда не хотел причинить тебе боль. Но... – Гарри покачал головой. – Ну же, Джинни. Не можешь же ты и вправду думать, что наша сексуальная жизнь в последнее время была насыщенной ...

– Знаешь, есть способы ее разнообразить.

– Но все дело в том, что ты не привлекаешь меня, понимаешь?

Джинни резко откинулась назад, как будто он дал ей пощечину, но потом покачала головой.

– Ты просто придумываешь предлог, чтобы оттолкнуть меня, как я и говорила.

Гарри встал, скрестив руки на груди.

– Меня раздражает то, что ты не слушаешь, что я пытаюсь тебе сказать. Между нами все кончено, и это немного... Джинни, ты же красивая женщина! Ты не должна пытаться удержать меня, ты способна увлечь любого мужчину!

Джинни вскочила на ноги.

– Ты единственный мужчина, которого я когда-либо хотела!

– И в этом, черт возьми, вся проблема, – раздраженно сказал Гарри. Ты влюбилась в меня прежде, чем узнала меня. Ты влюбилась в мое имя. Ты знаешь, что это так. Думаю, что это все в своем роде лестно – встречаться со знаменитостью, но... ну же, Джинни. Ты же знаешь, что мне это неприятно, правда?

– Я люблю тебя не за твое имя!

– Сейчас, может быть, и нет, но начиналось все именно так.

– Давай, продолжай меня винить в том, что я чувствовала в десять лет!

– Я не виню тебя ни в чем.  Я просто хочу, чтобы ты поняла, – самое большее, кем мы можем быть друг для друга, это друзьями. – Гарри встретился с ней взглядом. – Я хочу, чтобы твоя семья тоже это поняла. Надеюсь, они будут не слишком долго меня за это ненавидеть.

– Как будто они вообще могут тебя возненавидеть, – сказала Джинни с издевкой. – Будь серьезнее. Хотя я не могу сказать, что они будут в восторге.

– Да, я знаю, что не будут, – Гарри откинул плечи назад. – Если ты хочешь, чтобы я им об этом сказал...

– Что ты бросаешь меня? – Джинни поджала губу. – Не думаю. Мне не нужна их жалость. Я скажу, что это я бросила тебя, и когда они спросят почему, я собираюсь ответить, что устала ждать, пока ты решишься.

Гарри пожал плечами.

– Пока они не узнают, что это навсегда.

– О, я скажу им, что это окончательное решение, – глаза Джинни сверкали. – Хотя я сама в этом не уверена. Однажды ты проснешься и поймешь, что ты просто боялся позволить себе действительно полюбить кого-то, Гарри.

– Джинни...

Она отбросила волосы на плечи, и они заструились по ее спине.

– И когда ты поймешь это, Гарри Поттер, я могу и не принять тебя назад!

Сказав это, она сгребла обертку от сэндвича и пустой стакан, и уверенно направилась к женскому туалету прямо по траве. Проходя мимо урны, она выкинула в нее мусор.

Гарри убрал за собой, а затем подошел поближе к туалету и чтобы подождать ее. Он привез ее сюда, и казалось немного грубым не отвезти ее домой, даже если свидание оказалось неудачным.

Но через некоторое время ему пришло в голову, что она зашла в туалет, чтобы дизаппарировать.

Ну, все прошло не так уж хорошо, подумал он, заходя в мужской туалет, чтобы последовать ее примеру. Он как-то не ожидал услышать ее глупые теории о том, что он боится влюбляться.

Это было не так. Совсем не так. Гарри мог представить, что влюбится в кого-то.

Но просто не в нее.

Глава 18

Когда Гарри вернулся домой, он нашел Драко сидящим за маленьким столом в кухне с открытой книгой в руках.
Но, судя по всему, он ее не читал; просто  расслабленно развалился в кресле, откинув голову назад; его губы напряглись, когда с них сорвалось легкое шипение боли. Или чего-то похожего на боль, подумал Гарри, хотя и не видел причины, почему Драко может испытывать боль.

– Все в порядке? – спросил он мимоходом, опускаясь в кресло напротив Драко.

Выражение его лица мгновенно прояснилось, хотя глаза были все еще немного затуманены болью.

– Я могу быть тебе полезен?

Гарри прочистил горло, желая, чтобы этот вопрос не вызывал в памяти такое количество образов. В том числе и куда более откровенных, чем раньше. Теперь Гарри фантазировал о том, как это было бы – войти в гладкую, тугую задницу Драко, вбиваться в него, крепко вцепиться в стройные бедра и кончить, полностью погрузившись в него...
Возможно, осознание того, что он больше не был привязан к Джинни, все-таки имело что-то общее с тем, что он мог свободнее фантазировать о подобных вещах, решил Гарри. Фантазировать в подробностях. В шокирующих подробностях.

Снова прочистив горло, Гарри попытался вернуть разговор к прежней теме.

– Драко, ты ведь знаешь, что можешь сделать, чтобы угодить мне. Ты можешь сказать мне, в чем проблема. Когда я зашел, ты выглядел так, будто тебе было больно.

На коже Драко выступил приглушенный румянец.

– Я бы не назвал это болью.

– Тогда как бы ты это назвал? – спросил Гарри, слегка повысив голос.

– Дискомфорт, – Драко уставился в стол и продолжил, рассеянно поглаживая пальцами левой руки зеленые метки на своем правом запястье. – У меня... у меня просто встал, Гарри.

Ох.

Гарри сдержанно кивнул. Это была скользкая тема, потому что он не думал, будто тот факт, что Драко приходится ему рабом, на самом деле давал ему какое-то право говорить тому, что делать, – в сексуальном плане. Конечно, в его фантазиях этот маленький факт собственности постепенно начал иметь все большее и большее значение; каждое утро и вечер Гарри мастурбировал, довольно ярко представляя себе, как он командует и контролирует Драко. Из-за этих фантазий ему сейчас тяжело было проявлять полную объективность.

С другой стороны, Гарри осознавал разницу между реальностью и фантазией, а реальность заключалась в том, что Драко была необходима разрядка. То, что он не сделал этого самостоятельно, было очевидным доказательством того, что Гарри недостаточно ясно выразился, когда они разговаривали в последний раз.

– Гм, хорошо. Мне жаль, если из-за меня у тебя сложилось впечатление, что ты можешь мастурбировать только во время душа, или что-то в этом роде. Я не это имел в виду. Тебе следует мастурбировать тогда, когда тебе этого хочется, ясно? – немедленно осознав, что эти слова можно неправильно истолковать, Гарри поспешил добавить: – Только, знаешь, поднимайся для этого в свою комнату, хорошо?

Глаза Драко сверкнули чем-то, очень сильно напоминавшим раздражение.

Гарри подумал, что может это понять. Ему было довольно неудобно произносить последнюю ремарку, но какой у него был выбор? Драко не додумался вытереться самостоятельно после первого принятия душа; он был слегка склонен воспринимать слова Гарри буквально. Не дай Бог желание помастурбировать настигнет его в неподходящий момент, например, во время их обеда с Малфоями в среду.

В то же время, как можно возбудиться, находясь в одной комнате со своими родителями? Гарри не мог себе этого представить. Особенно учитывая тот факт, что под родителями подразумевались Люциус и Нарцисса Малфой.

– Ну? – спросил Гарри, внимательно глядя на Драко.

– Мне почему-то кажется, что ты не моим душевным состоянием  интересуешься, – очень сухо сказал Драко.

– Я ждал, что ты пойдешь наверх и, ну знаешь, позаботишься о своей... штуке.

– Моей штуке? – Драко скрестил руки на груди. – Ты случайно не мой член имеешь в виду?

Гарри решил, что нужно запретить говорить слово «член» так, как сказал Драко, на законодательном уровне. Оно медленно скатилось с его языка... как чистое искушение.

– Ты всегда был таким красноречивым? – продолжил Драко.

Ха. Это было почти что оскорбление, и Драко не показал ни малейшего признака потребности подобострастно извиняться до тех пор, пока его не накажут. Возможно, какая-то часть его знала, что Гарри не примет подобную колкость близко к сердцу. Если так, то заклинание определенно приходило в норму.

– Я имел в виду твою проблему, а не твой член, – сказал Гарри. Он старался соблюдать спокойный тон, хотя было чертовски тяжело поверить в то, что он сидел с Драко Малфоем за кухонным столом, обсуждая член Драко. – Ты что, не понял меня минуту назад? Я хочу, чтобы ты пошел наверх и помастурбировал, немедленно. Тебе это явно необходимо, если ты возбужден настолько, что не можешь сконцентрироваться на книге, которую пытался читать.

Драко поднялся на ноги, странным было то, что он одновременно выглядел нерешительным и возмущенным. В этом не было никакого смысла. Если бы Гарри приказал ему не мастурбировать, возможно...

О, Боже. Возможно, Драко не хотел, чтобы ему приказали мастурбировать, потому что он действительно хотел секса с Гарри. В конце концов, он явно жаждал физической близости. Все эти попытки прижаться и то, как он касался Гарри при малейшей возможности...

Но он бы не хотел ничего этого, если бы не заклятие, поэтому Гарри решил придерживаться данной им команды.

– Ну? Иди!

Драко немного побледнел, но повернулся и вышел из кухни. Гарри дождался звука шагов на лестнице, а потом достал ростбиф и хлеб и принялся делать сэндвич для Драко, который он мог бы съесть, когда закончит.

***

Когда Драко вернулся, он был одет по-другому. По крайней мере, мантия точно было другой. Драко всегда был в мантии, что казалось Гарри странным, но он сделал вывод, что это более-менее по-малфоевски. Или же он постоянно носил мантию потому, что вырос в семье волшебников.

Гарри обычно не носил дома одежду магического мира. Ему обычно было вполне комфортно в маггловской одежде.
Глянцевитый блеск волос Драко говорил о том, что он только что освежил свои заклинания, отвечающие за внешний вид, из чего Гарри сделал вывод, что Драко мастурбировал в душе. Гарри сглотнул, пытаясь не представить себе это. Почти невозможно, учитывая то, что только об этом он и думал последние полчаса. Драко под струями воды, его худое, бледное тело, с которого скатываются капли, его голова, закинутая назад, в то время как его рука скользит по его члену, его бедра, двигающиеся в идеальном темпе...

Еще немного подобных мыслей, и это уже Гарри понадобится хорошая мастурбация.

– Хм, я тут тебе сэндвич сделал, – сказал он, указывая жестом на угощение.

Драко сел на стул, на который указал Гарри, но даже не попытался прикоснуться к еде. На самом деле, он выглядел порядком взбудораженным. Как будто ему все еще было больно.

Учитывая то, что Гарри и раньше готовил для них обоих, в этом не было смысла. Ну, если только проблема была не в единственной тарелке.

– Я уже поел, – сказал он. – Прости.

– Прости? – Драко покачал головой. – С твоей стороны есть со мной – это большое одолжение, Гарри.

– Это не одолжение. Мы живем вместе, мы едим вместе, вот и все. Я не собираюсь обращаться с тобой как с...

– Но я твой раб, – спокойно сказал Драко. – По-другому быть просто не может.

– Ты можешь быть моим рабом, но я все равно буду уважительно обращаться с тобой, – Гарри тяжело выдохнул. – Что ты имеешь в виду – «по-другому быть просто не может»?

– Мой отец мне все рассказал. Он сказал, что твоя семья всегда обладала моей.

Гарри полагал, что таким образом Люциус попытался смягчить удар.

– Он не упоминал, что заклятие, отвечающее за это, спало долгие, долгие годы?

– Да, но потом он сказал, что теперь оно пробудилось, и раз ты заявил на меня свои права, сделать ничего нельзя, – Драко слегка улыбнулся, хотя все еще казался ужасно напряженным. – Но я и не хочу ничего с этим делать, Гарри. Сначала мне было жутко... неудобно, но я думаю, это все потому, что я тебя не помнил. Или потому, что часть меня знала, что в прошлом мы были на равных. Но сейчас мне очень комфортно – здесь и с тобой.

Гарри пришлось сдерживать себя, чтобы не сказать «Но тебе не было бы так комфортно, если бы ты все вспомнил».

– Если тебе так комфортно, может, ты все-таки съешь свой обед? – сказал он вместо этого.

Драко кивнул и взял сэндвич.

– Я ничего не могу поделать, понимаешь? – сказал он почти непринужденно, проглотив первый кусок. – Я знаю, тебе было бы гораздо легче, если бы не нужно было приказывать мне поесть. Ты очень открыто это показал, но... заклятие просто не позволит мне этого.

Да, Гарри это знал.

– Я буду продолжать отправлять тебе записки через камин во время ланча, когда буду на работе.

Драко не ответил, но Гарри знал, что бы он сказал, если бы решил ответить. Что на самом деле ему не так уж нужно было кушать днем. Что двух трапез в день вполне хватало, или даже одной, и что он с большим удовольствием занялся в это время чем-нибудь другим, что было бы более непосредственным служением Гарри.

Ну, возможно, это шаг в верном направлении, что он так ничего и не сказал. Он просто продолжал есть, методично пережевывая и глотая, буквально вгрызаясь в сэндвич. Гарри почувствовал куда меньшее воодушевление, когда заметил, что Драко не выпил свой тыквенный сок, пока ему об этом не напомнили.

– Я пропустил обед с тобой, потому что мне нужно было поговорить с Джинни, – заявил Гарри, когда Драко наконец-то отодвинулся от стола. – Хм... помнишь, как Рон заставил тебя думать, что я и Джинни почти помолвлены? Это неправда.

– Ты это говорил.

– Да, но я имею в виду... я порвал с ней, сегодня.

Гарри даже не особо задумывался о том, как Драко отреагирует на эту новость; он более или менее предполагал, что Драко не будет до этого особого дела. Или, возможно, маленькая часть его думала, что Драко понравится идея заполучить Гарри в свое полное расположение, учитывая его физическую привязанность.

Он ошибся в обоих предположениях.

Зубы Драко начали стучать, дыхание участилось.

– Ты... нет, я не хотел, Гарри... становиться между вами, это ужасно предосудительно, я заслуживаю порицания за то, что совершил подобное с моим хорошим добрым красивым внимательным заботливым Хозяином...

Гарри было немного стыдно за то, что словом, на которое он обратил внимание в первую очередь, было «красивый».

– Я все исправлю, Хозяин Гарри, – продолжил Драко лихорадочно. – Я буду оставаться в своей комнате и не попадаться на глаза, когда ваша возлюбленная будет приходить в гости, я наложу на себя заклятие Тишины, чтобы мое присутствие ее не побеспокоило, я не буду ревновать к ней из-за места, которое она занимает в вашей жизни и в вашей постели...

– Прекрати, – строго сказал Гарри. Вспомнив, что это срабатывало и раньше, он передвинул свой стул вдоль маленького, круглого стола и взял Драко за руку. – Ты не встал между нами. Ты не сделал ничего плохого. Это не твоя вина.

Пальцы Драко яростно сжали его.

– Ох, но эта молодая женщина - ее явно возмущало мое присутствие в вашем доме. Я подвел вас, Хозяин Гарри. Я клянусь, что делал все, что мог, я старался быть настолько неприметным, насколько это вообще возможно, я знаю, что только она будет с вами рядом, в то время как я могу надеяться лишь на то, что мне время от времени будут разрешать преклонить перед вами колени...

– Она не будет со мной рядом, потому что я этого не хочу, – сказал Гарри со вздохом. – И не из-за твоих поступков. Ты должен мне верить, Драко. У нас просто ничего не получалось, причем задолго до того, как я заявил на тебя свои права.

Минуту, которая показалось вечностью, Драко все еще казался напряженным до предела, как будто его тело решало, следует ли ему наказать себя вопреки словам Гарри. Гарри  погладил предплечья Драко, надеясь, что больше прикосновений его успокоят.

Больше всего он не хотел видеть, как Драко снова страдает от этого жуткого жжения в груди.

Держа это в уме, Гарри зашел чуть дальше и поднес каждую руку Драко к губам, нежно целуя его гладкие костяшки пальцев.

Драко сполз по стулу, расслабившись всем телом, хотя его челюсть все еще была напряжена, а глаза все еще горели слишком ярко.

– Все нормально?

Драко неуверенно кивнул.

– Больше нет желания продолжать извиняться? В груди не горит?

– Нет.

Гарри облегченно улыбнулся.

– Хорошо.

– Очень хорошо, что ты меня тогда ударил, – сказал Драко, прижимая костяшки пальцев к губам Гарри, как будто прося о новой порции поцелуев.

Гарри поспешно выпустил руки Драко. Иначе продолжением был бы настоящий поцелуй, прижимаясь ртом ко рту, переплетаясь языками... а у Гарри и так уже стоял, так что не стоило добавлять еще и одно искушение.

– Я не помню, поблагодарил ли я тебя за это. Если бы ты меня не наказал... – Драко вздрогнул. – Жар, жжение... они становились невыносимыми.

Гарри нахмурился. Это, наверное, было неправильно – ну, определенно неправильно, – чувствовать, как подергивался его член, когда он собирался сказать следующие слова. – Гм... лучше говори мне, если снова начнешь чувствовать жжение, чтобы я мог... ты знаешь.

– Наказать меня, как я заслуживаю, – кивнул Драко.

– Заставить заклятие прекратить причинять тебе боль, – поправил Гарри, игнорируя легкую дрожь, пробежавшую по его телу, когда он представил Драко, жаждущего наказания. Но ее было тяжело проигнорировать. Она была похожа на электрический ток, и после того, как она прошла, Поттер чувствовал себя подзаряженным. Почему идея отшлепать голую задницу Драко заставляла его чувствовать себя таким... взволнованным и возбужденным? Он никогда не хотел играть в подобные игры с Джинни...

Но он и спать с ней в последнее время не хотел. Ну, не так часто. Тогда как он не мог прекратить думать о том, как выглядел обнаженный Драко.

Гарри заставил себя вернуться к текущему разговору.

– Я приказываю тебе всегда говорить мне, как только ты почувствуешь жжение в груди. И ели это случится, когда меня здесь не будет, ты должен сразу же отправить мне сообщение через камин. Ты можешь это сделать?

Драко кивнул.

– Я могу это сделать. Ты очень добрый Хозяин, Гарри. И мне очень жаль, если твое сердце разбито. На самом деле.

– Нет, ничего подобного. Мне было неприятно причинять боль Джинни, вот и все. Но это даже не твоя ошибка, так что прекрати так думать.

Лицо Драко приняло странное выражение.

– Если ты так говоришь, Гарри... но твоей девушке явно не нравилось, когда я находился рядом с тобой.

– Бывшей девушке, и да, я уверен, что ей это не нравилось. Ее брат погиб на войне, но его убил не ты, и...

– Гарри, – перебил Драко. Он подождал, пока внимание Гарри не было полностью сосредоточено на нем. – Я имел в виду мою полную сексуальную доступность для тебя.

Гарри неожиданно почувствовал себя так, будто у него в горле застряло нечто очень, очень большое. Ему пришлось несколько раз тяжело сглотнуть, прежде чем он смог нормально дышать. Полная сексуальная доступность?

– Гм... нет, не думаю, что твое присутствие расстраивало Джинни именно поэтому. Я имею в виду, она бы никогда не сделала таких выводов, просто потому, что ты мой... мой...

– Раб, – сухо сказал Драко. – Знаешь, ты можешь произносить это слово. Я в курсе, что я раб. А что касается твоей бывшей девушки, существует такая вещь, как инстинкт. Она могла и не знать всех способов, которыми я могу тебе услужить, но она чувствовала достаточно, чтобы у нее проснулся инстинкт защиты... своей территории.

Драко говорил об этом так просто, так буднично, как будто было чертовски очевидным, что его служба включает в себя все виды сексуальных услуг.

– Послушай, я заметил, что ты постоянно спрашиваешь, как ты можешь прислужить мне, но я не думал, что ты имеешь в виду...

Губы Драко сложились в улыбку, которая показалась Гарри вызывающе сексуальной.

– Не думал? Да ну.

– Ну, это пару раз приходило мне в голову, но...

– Пару раз. Да ну.

– Может, все-таки позволишь мне закончить предложение?

– Разумеется. Твое желание для меня приказ. Любое желание, Гарри, – добавил Драко, проклятая улыбка все еще не сходила с его губ.

Все-таки он был полным ублюдком. Не говоря уже о заигрываниях. Ну, нет, не просто заигрываниях, осознал Гарри. У него не было ни малейших сомнений в том, что Драко доведет начатое до конца. Для этого Гарри понадобится лишь слово сказать. Возможно, хватит даже жеста. Он может просто указать на свой пах, и Драко наверняка опустится на колени и...

Гарри внезапно решил, что лучше об этом не думать.

– Ты все еще планируешь закончить свое предложение сегодня? – спросил Драко, после того, как прошло порядочное количество времени.

– Я думаю.

– Ты делаешь это очень медленно.

Гарри так и остался стоять с открытым ртом.

– Что-то ты вдруг утратил свою почтительность. С чего бы это? Это потому, что мы говорим о сексе, и ты чувствуешь, что можешь позволить себе подобные вольности?

– Нет, все  потому, что ты мне это разрешаешь, – сказал Драко, пожав плечами. – Если бы тебе это так уж не нравилось, ты бы приказал мне прекратить, и я бы наверняка это сделал. Как ты заметил, я уже не прерываю тебя на середине предложения.

– Ох, просто продолжай в том же духе и перебивай, когда тебе этого захочется, – проворчал Гарри, немного обеспокоенный тем, что приказывал Драко, как тому надо говорить. – В любом случае, это больше на тебя похоже.

Драко просто посмотрел на него, как будто не знал, что на это ответить. Через минуту, однако, его пристальный взгляд принял абсолютно другое выражение. Он выглядел голодным – но хотел вовсе не еды.

Он хотел Гарри.

Теперь зубы стучали уже у Гарри. Это было так чертовски несправедливо, потому что Гарри тоже был голоден. И теперь ему предлагали Драко на блюдечке, а ему приходилось отказаться! Это сводило с ума.

Даже более того.

К тому же, весь этот разговор, по глубокому убеждению Гарри, был немного странным. Драко ведь не по собственной воле пришел к нему и объявил, что хочет с ним секса. Нет, он ничего такого не сделал. Это явно было своего рода сексуальное принуждение, и Гарри был бы последним подонком, если бы этим воспользовался.

Удовлетворенным подонком, но все же.

Игнорируя бешено бьющийся пульс, Гарри изо всех сил старался даже в этой ситуации оставаться джентльменом.
– Послушай, ты явно уверен в том, что статус моего раба включает в себя... да, именно это, но откуда ты знаешь, что он действительно включает? Я имею в виду... – Гарри сглотнул. – Твои родители говорили тебе, что ты должен предложить мне секс?

– Мои родители ни разу не упоминали об этом, – уголок рта Драко дернулся. – То есть, не тогда, когда они объясняли мне, что ты заявил на меня свои права. Я помню некоторые разговоры, когда я был младше. Предосторожности, все в таком духе.

– Предосторожности?

Гарри думал, что Драко имеет в виду контрацепцию. Очевидно, нет.

– Хмм, они главным образом концентрировались на том, чтобы я не связывался с кем попало. «Твое семя бесценно, Драко», – так говорила мне мать. – «Ты не должен делиться им с теми, кто этого не достоин»... Странно, я не знаю, что она имела в виду.

Гарри знал. Его губы дернулись. Гребаные фанатики чистокровия.

– Возможно, она имела в виду, что я должен сохранить себя для тебя, на тот случай, если заклятие пробудится? – Драко наклонил голову в сторону. – Вот только... я не уверен, остался ли я невинным. Ты разочарован?

– Нет.
– Хорошо, пот
ому что мне больно разочаровывать тебя в чем-либо. Если тебе нужны исцеляющие зелья, я хочу варить их. Если тебе скучно, я хочу развлекать тебя. Если у тебя стоит, и тебе нужна разрядка, я хочу...

– Послушай, ты просто сбит с толку, – быстро перебил Гарри. – Подумай. Заклятие передавалось из поколения в поколение, хотя и перескочило несколько последних столетий. Но в любом случае, Поттеры всегда обладали Малфоями, тогда у обеих семейных линий все это время должны были быть дети. Как бы этого могло случиться, если бы мужчины моей семьи всегда обращались к своим... ээ, рабам для сексуального удовлетворения?

– Я абсолютно не сбит с толку, – сказал Драко, покачав головой. Его идеально уложенные волосы не шелохнулись, что вызвало у Гарри странное желание разделить пальцами неподвижные пряди. – Я много думал над этим последние несколько дней. Однажды ты, скорее всего, женишься и заведешь детей, пусть и не с Джинни Уизли. Несмотря на это, иногда то, что больше всего нужно мужчине – это секс ради секса. Секс без сложностей. Возможно, твоя жена в отъезде, или болеет, или беременна. Возможно, ты хочешь попробовать что-то, на что она не согласна. Я твой мальчик для утех, Гарри, доступный во всех этих ситуациях.

– Ты много об этом думал, – сказал Гарри хриплым от желания голосам. Слышать, как Драко говорит таким образом... это наводило его на определенные мысли. Он мог только представить, что Драко испытывал то же самое. Неужели именно поэтому ему пришлось мастурбировать перед обедом? Он провел целый день, размышляя об этом? – Хм... так вот почему ты почти поцеловал меня несколько раз? Мою руку, мою шею? Ты пытался убедиться, знаю ли я, что ты... ээ, доступен?

– Я не думал об этом в таком ключе, – на губах Драко промелькнула тень улыбки. – Прикасаться к тебе – это просто инстинкт.

Ну, это определенно звучало многообещающе... или, скорее, звучало бы, если бы они говорили об инстинктах Драко, а не о заклятии. Гарри не смог сдержать вздох.

– Драко, тебя привлекали другие мужчины, прежде чем я заявил на тебя свои права? Ты хоть помнишь?

– Не имею понятия. Но ведь значение имеет лишь то, что сейчас меня отчаянно привлекаешь ты?

В отчаянии Гарри снова сглотнул.

– Разумеется, не только это имеет значение.

– Да, разумеется, – Драко снова уставился на столешницу. Он выглядел слегка раздраженным, протягивая палочку, чтобы очистить тарелку и пролевитировать ее на место в сервант. – Я ничего от тебя не жду. Если ты в будущем передумаешь, я буду здесь, чтобы услужить тебе так, как ты пожелаешь.

Обиженный тон Драко едва не заставил Гарри передумать.

– Послушай, ты был прав, я действительно думаю о сексе с тобой. Но... это просто... заклятие действует на тебя, Драко. Ты не знаешь, что делаешь.

– Я уверен, что знаю.

– Ну, а я не знаю, что делаю, – отрезал Гарри, потому что уже понял, что не сможет опровергнуть аргумент Драко. В конце концов, люди, находящиеся не в своем уме, обычно утверждают противоположное. – Я никогда не спал с мужчиной.

– Мы можем научиться этому вдвоем, – мягко сказал Драко. – Мы можем начать медленно, если хочешь...
Гарри нахмурился.

– Как это так – ты не можешь есть без разрешения, но так непринужденно пытаешься меня соблазнить?
Вялая улыбка.

– Я не знаю. Наверное, потому, что еда – для моей собственной пользы, в то время, как предложение секса – для твоей. Когда я целую тебя, когда я говорю так... я хочу тебя, Гарри, но я думаю о том, как я могу служить и угождать тебе и быть полезным.

«Ему придется быть близким с тобой, чтобы он мог служить тебе», – так говорила Нарцисса, вспомнил Гарри. Конечно, она не имела в виду что-нибудь подобное, но эти слова все еще имели смысл. У Драко есть потребности, так? И если это была одна из них...

Нет, нет, нет. Слишком просто, слишком удобно. Этот ход мыслей - не что иное, как жалкая попытка оправдаться.

– Мне нужна помощь в саду, – внезапно объявил Гарри. – Давай этим займемся.

– Как хочешь, – ответил Драко, но Гарри заметил тень разочарования в глубине его серебряных глаз.

Глава 19.

В ту же ночь Гарри стала понятна причина разочарования Драко. Они неплохо поработали в саду, многое пришлось делать без помощи магии, поскольку некоторые растения плохо переносили подобное воздействие, и когда они около девяти часов вечера расходились по своим спальням, оба были очень уставшими. Гарри считал, что это очень хорошо. Во всяком случае, для него работа в саду была способом потратить энергию, чтобы ее не осталось на сексуальные фантазии.

Но его надежды не оправдались. Дело закончилось сумасшедшей мастурбацией в душе. Он представлял себе, что Драко стоит перед ним на коленях, с удовольствием отсасывает ему и проглатывает все, до последней капли, а потом поднимает на него умоляющий взгляд, прося о большем.

После этого Гарри почувствовал себя еще более вымотанным. Точнее, бесхарактерным. У него едва хватило сил, чтобы натянуть пижаму, упасть на кровать и укрыться простыней. Хм. Драко должно быть совсем недавно стирал постельное белье, поскольку оно слабо пахло цветами и было мягче, чем обычно. Уже не в первый раз Гарри задавался вопросом: где и зачем Малфой научился стольким великолепным хозяйственным заклинаниям. Вряд ли они могли понадобиться невыразимцу... ну, они могли быть полезны, если его нанимали убирать в Отделе Тайн, но Гарри не мог себе представить, чтобы Драко охотно пошел на такую работу. Но он наверняка стал бы заниматься исследованиями природы магии, тем более в засекреченной организации; у Драко всегда было очень высокое самомнение. Ему бы понравилось осознавать, что его выбрали для работы, которая зачастую является секретной даже для многих сотрудников Министерства.

Вряд ли он занимался уборкой.

Тогда чем? Вопросами родовой магии? Конечно, не только этим. В конце концов, Малфой на ТРИТОНах сдавал восемь предметов.

Гарри стал в уме составлять список того, что ещё он знал о деятельности Отдела Тайн, принимая во внимание, что каждый невыразимец, работавший там, хотел бы избавиться от коллеги, когда-то принявшего Темную метку.
---------------------------------------------

Едва Гарри задремал, как знакомый шум заставил его проснуться. «Опять кот застрял в изгороди», - была его первая мысль, когда он скатывался с кровати. Поттер по привычке накинул халат и взял палочку. Он широко зевнул и уже пошел к двери, когда подумал, что шум произвел вовсе не кот.

Во всяком случае, не в этот раз.

До комнаты Драко было всего несколько шагов, поэтому Гарри не стал спускаться вниз и выходить на улицу, а вместо этого пошел по коридору, чтобы убедиться, не снятся ли Малфою кошмары.

Когда Гарри открыл дверь в комнату Драко, он забыл о шуме, разбудившем его. Лунный свет, струившийся через окно, слабо освещал комнату, но того, что он видел, было достаточно, чтобы правильно понять суть происходящего. Да, Драко спал, но ему снился вовсе не кошмар.

Гарри уже видел это раньше. Драко метался, вскидывал бедра, его голова была запрокинута так, что на шее выделялись тонкие, будто нарисованные на бледной коже, жилы.
От этого зрелища у Поттера моментально пересохло во рту.

Это длилось всего мгновенье, потому что в следующую минуту он понял, что тут явно было что-то не так. Когда в прошлый раз Драко снился мокрый сон, тот громко кричал. Но сейчас было тихо. Гарри не слышал шороха от трения тела о простыню, несмотря на то, что Малфой стонал и тяжело дышал, двигаясь в откровенно сексуальном ритме, старом, как мир...
Совершенно очевидно, что тут не обошлось без заглушающих чар.

Первым вопросом Гарри было: почему Драко позаботился об этом? Почему Малфою опять снились такие яркие сны? В прошлый раз все было понятно: у мужчины имеются потребности, которые нужно реализовать во сне, если не удалось этого сделать наяву. Но теперь Драко регулярно мастурбировал, а значит, ему не должны были сниться такие сны. Пусть он мог мастурбировать только по специальному разрешению, но ему было разрешено делать это после ужина, и таким образом вполне можно было избежать мокрых снов. Не так ли?

Очевидно что нет.

Тишину прорезал продолжительный вопль, но окончательно проснувшийся к этому моменту Гарри понял, что звук доносится снаружи. «Гребаный кошак». Ему не хотелось оставлять Драко. Кроме того, выходить на улицу не было необходимости, поскольку окно комнаты блондина выходило на изгородь, окаймлявшую внутренний двор. Поттер отрыл окно и высунулся наружу.

- Агуаменти, - вполголоса произнес он, посылая струю воды примерно в то место, где должен был находиться кот. Он услышал пронзительный визг возмущённого животного, а потом шум, когда кот рванул через кустарник.

Гарри чуть искривил губы. Ему было немного не по себе от содеянного. Может, он поступил слишком жестоко, но ему уже надоело вставать среди ночи, чтобы освобождать кота. Он надеялся, что теперь наглая скотина будет десятой дорогой обходить изгородь. Поттер закрыл окно и сказал себе, что на самом деле оказал животному любезность.

А теперь надо помочь Драко.

- Фините Инкантатем, - произнес Гарри. Он взмахнул палочкой в сторону спящего, а потом убрал ее в карман.

Как только заглушающие чары были сняты, с кровати донесся леденящий кровь вопль.
Гарри подпрыгнул на ярд. Боже всемогущий. Ему никогда не доводилось слышать настолько безумного и страдальческого крика. Такой звук можно было издать только под Круциатусом.
Или звуки, потому что после крика последовали всхлипывания. Ужасные всхлипывания.
Гарри подумал, что может быть, Драко снился вовсе не мокрый сон. Хотя со стороны по-прежнему, казалось, что это был именно он.

- Драко, проснись, - присев на край кровати, Поттер тряхнул блондина за плечо. – Давай, просыпайся. Что бы ни случилось, это всего лишь сон.

- Гарри? – взгляд Драко спросонья был затуманенным.

- Да, я. Тебе опять снилось что-то плохое.

Малфой сразу же сел и начал бессвязно бормотать.

- Я разбудил вас? Простите, я сожалею, раскаиваюсь...

- Ты не разбудил меня.

- О, - Драко приподнялся, чтобы сесть прямее и начал приглаживать волосы. – Я выгляжу непрезентабельно, но если вы дадите мне минуточку...

- Ради бога. Ты и не должен иметь презентабельный вид, если я разбудил тебя среди ночи, договорились? Я никогда ничего не скажу на этот счет. Ты мне лучше объясни, почему ты наложил заглушающие чары перед тем, как лечь спать.

Драко заморгал, будто никак не мог понять вопрос.

- Я накладываю их каждую ночь.

- Зачем?

Снова моргание.

- Вы сказали, что не хотите слышать, когда мне снятся мокрые сны.

Просто, ровным тоном. Абсолютно прозаически.

Гарри хотел врезать себе по лбу.

- Я имел в виду, что не хочу, чтобы они тебе снились.

Драко побледнел.

- Тогда мне нужно попросить у вас прощения на будущее, потому что вряд ли они перестанут мне сниться.

Услышав это, Гарри и впрямь чуть не стукнул себя по башке.

- Это не был приказ. Послушай, давай просто... – прочищая горло, Поттер понял, что вариантов на самом деле не так много, но решил выяснить это. Совершенно очевидно, что он из рук вон плохо разобрался в вопросе, и отправить Драко подрочить не было решением проблемы.

- Так, ладно... а как часто тебе снятся такие сны?

- Каждую ночь. Вот почему я всегда накладываю заглушающие чары.

- Ну, значит, первым делом мы должны это исправить. Я категорически запрещаю тебе применять подобные заклинания. Я хочу сказать... боже, Драко! А что если вернутся твои воспоминания о войне, и тебе приснится кошмар, от которого ты будешь кричать? Ты не думаешь, что я хотел бы знать, если это случится, чтобы иметь возможность помочь тебе?

- Больше никаких заглушающих чар, - безучастно произнес Драко, проводя пальцами по линиям на запястье. – Мне жаль, но я должен сказать, что тогда буду будить вас каждую ночь. Мои сны, хоть и не кошмары, но они очень... яркие.

- На сей раз я не уйду, пока не удостоверюсь, что мы решили этот вопрос, - твердо сказал Гарри. – Я сожалею, что не выяснил этого раньше. Хотя, знаешь, довольно странно, что мужчине, который регулярно испытывает оргазм, снятся мокрые сны. Как ты думаешь, почему это происходит?

В ответ, Драко раздул ноздри.

- Может быть, потому что я не испытываю оргазм регулярно, Гарри?

- Разве нет?

- Я думал, вы заметили это, - растягивая слова, сказал Малфой и скрестил руки на груди.

- Но... я же говорил тебе, чтобы ты мастурбировал. Ты не делал этого?

- Я выполняю все ваши приказания, старясь при этом изо всех сил, - сухо ответил тот. – Вы сказали, чтобы я мастурбировал каждый раз, когда буду принимать душ, что я и делаю, утром и вечером. А потом вы приказали сделать это еще раз... этим вечером, чуть раньше, и я опять мастурбировал.

- Но у тебя при этом не бывает оргазма? – Гарри замолк, обдумывая услышанное. Мастурбировать и не кончить при этом... он не мог представить себе, что может быть более неприятно. – Эээ... а когда ты в последний раз кончал?

- Наверно, перед тем, как вы заявили на меня права.

К горлу Поттера подкатила тошнота.

- А потом нет? Но почему?

- Я... не могу, - прошептал Драко, отворачиваясь.

- Ты не смеешь, думаешь, что магия не позволит тебе этого или?..

- Я физически не могу. Даже когда сплю.

- Может, ты просто не ощущаешь, когда это происходит?

- Хм. Вряд ли, если конечно, я во сне не накладываю очищающее заклинание. Кроме того... когда я просыпаюсь, у меня член, как каменный. В таком состоянии я провожу весь день, все это время.

Голос Драко звучал абсолютно несчастно, и вряд ли этому стоило удивляться, учитывая то, в чем он только что признался. И в его страданиях в значительной степени был виноват Гарри. Я не хочу слышать, что тебе снятся мокрые сны... Можно ли быть большим имбецилом? Если бы он не сформулировал это так категорично, возможно, они поговорили бы раньше. И смогли бы найти решение.

Но они найдут его сейчас, обязательно.

- Подвинься, - сказал Поттер, сопровождая свои слова взмахом руки. Он лег на кровать рядом с Драко, ему пришлось немного повозиться, пока он укрылся одеялом, и теперь они лежали бок обок. Он притянул блондина к себе. Гарри надеялся, что разговор пойдет легче, если он будет касаться Драко. В конце концов, это должно его успокоить.

Так и вышло: Малфой вздохнул и повернулся к нему лицом, прижавшись лбом к шее Поттера. Когда он устроился, послышалось довольное сопение.

Но это вовсе не означало, что его неудовлетворенности пришел конец. Гарри сейчас находился в положении, которое не оставляло места для фантазии, и сам мог убедиться, что член Драко был именно таким твердым, как тот и говорил. Казалось, что к его бедру прижимается гранитный стержень.

Все эти поцелуи, прижимания, предложения секса... теперь они стали понятными. Драко не мог кончить, и в нем день ото дня нарастало отчаяние. Полученный им приказ мастурбировать, возможно, был хуже всего. Как будто голодного человека посадили за банкетный стол, но запретили прикасаться к еде!

Не удивительно, что блондин выглядел таким обиженным, когда Поттер велел ему идти наверх!

- Хорошо, давай решим эту проблему, - сказал Гарри. – Скажи мне, что происходит, когда ты мастурбируешь.

- Особо нечего рассказывать. Я тру свой член до тех пор, пока не начинаю злиться, а он болеть, - грубо ответил Драко.

Поттер ненадолго задумался.

- Эээ... а ты помнишь, как доводил себя до оргазма раньше? Может, проблема в этом?
Боже, если ему придется учить Драко дрочить, то он сам сойдет с ума от желания...

- Это не проблема, - сказал блондин, его теплое дыхание щекотало шею Гарри, ощущение было почти таким же интимным, как поцелуй. Нежность момента придавала грубоватому тону Малфоя еще более страдания. – Я знаю, как удовлетворить себя, Гарри. Я подвожу себя так близко к оргазму, что почти чувствую его. Я просто не могу кончить.

- Почему ты ничего не говорил мне?

- Я... – Драко содрогнулся с головы до ног. – Не знаю, это все равно, что взять еду без разрешения.

Гарри нахмурился. Может, все дело заключалось в разрешении.

- Когда я приказываю тебе мастурбировать, ты знаешь, что я хочу, чтобы ты кончил?

Он почувствовал, что Драко кивнул.

- Понятно. Значит, об этом нужно каждый раз упоминать отдельно. Прости, что я не догадался раньше. Наверно, эта неделя была для тебя дьявольски трудной.

- Полторы недели.

Тут Гарри не сдержался, он начал гладить Малфоя по волосам. Боже, какими они были мягкими и шелковистыми.

- И ты, должно быть, решил, что облегчения не предвидится. Не беспокойся. Мы все уладим.

Губы Драко коснулись щеки Поттера.

- Спасибо, Гарри.

От этого прикосновения запросто могло снести крышу. Гарри поцеловал блондина в макушку, а потом поднялся с кровати и сел в кресло, чтобы держаться на некотором расстоянии.

- Гм... итак, план такой. Прости, если я покажусь тебе немного... навязчивым, но я пытаюсь выяснить, чем мы имеем дело. Ты сможешь мастурбировать, если я буду находиться в комнате? Я не буду смотреть.

Малфой слегка покраснел и язвительно посмотрел на Гарри.

- Я ваш раб. Ваш мальчик для утех, если пожелаете. Если вам доставит удовольствие наблюдать за мной, значит, это доставит удовольствие и мне.

- Давай попробуем, - сказал Поттер. Слава богу, что сам он мастурбировал совсем недавно, а иначе ему вряд ли удалось бы преодолеть желание воспользоваться своим преимуществом. Был соблазн приказать Драко откинуть одеяло и раздеться, чтобы он мог видеть все... нет, лучше не надо.

- Ты будешь укрыт одеялом и... эээ, отвернешься от меня, ладно? Я хочу, чтобы у тебя было хоть немного уединенности. А потом просто... делай это. Но скажи мне, когда будешь на грани оргазма, хорошо?

Драко послушно лег на бок, укрылся простыней и начал волнообразно двигаться. Гарри говорил, что не будет смотреть, но не удержался. То, что он видел... было самым сексуальным зрелищем, свидетелем которого он когда-либо был. И это звучало крайне нелепо, потому что на самом деле ему ничего не было видно. На Драко была надета темно-серая пижамная куртка, он был укрыт простыней и взгляду Гарри был доступен только крошечный участок кожи – на шее, там, где она не была прикрыта волосами.

Но Драко двигался так чертовски непристойно, что Поттер возбудился. Простыня скользила вместе с блондином, обрисовывая лини его тела, когда тот выгибал спину, толкаясь бедрами.
Рот Гарри наполнился слюной, ему хотелось пнуть себя за свое гребаное благородство. Надо было остаться в постели с Малфоем и обнимать его, пока тот ласкает себя! Драко не возражал бы.

Хоть ему и мало было видно, но зато он хорошо слышал отчаянные задыхающиеся всхлипы, издаваемые Драко. Они скоро сменились стонами, которые иногда перемежались словами.

- Да... Мерлин, да, как хорошо... Ммм, Гарри...

Поскольку его имя звучало часто, Поттеру было все труднее сидеть и слушать.
Наконец, после того как по его мнению прошла целая вечность (хотя на самом деле это вряд ли заняло более трех минут), блондин произнес, задыхаясь:

- Сейчас, сейчас, уже почти...

Гарри наклонился над постелью и тихо произнес, разрешая Малфою получить столь необходимую разрядку:

- Кончи, Драко.

Когда он говорил это, его сотрясала дрожь. Это было так похоже на его фантазии, на все те случаи, когда он мастурбировал, представляя себе, как контролирует оргазм Драко, не позволяя ему кончить без разрешения...

Драко начал двигаться быстрее, не переставая кричать и резко толкаясь бедрами. Через какое-то время Гарри с удовлетворением подумал, что тот кончил, получив приказ. От этой мысли его собственный член потребовал внимания. Боже, это было невероятно сексуально...
Однако если бы это случилось, Драко уже должен был перестать двигаться. А он все еще толкался бедрами, стеная сквозь стиснутые зубы с явным разочарованием.

- Кончи, Драко! – снова сказал Поттер, на этот раз более властно. Может быть, именно это требовалось Малфою. В конце концов, Гарри был его хозяином, значит, не было ничего странного в том, что Драко требовался его приказ. – Кончи прямо сейчас.

- Я... я... – Драко издал звук, похожий на приглушенный вскрик. И не удивительно, поскольку было похоже, что он пытается кричать и учащенно дышать одновременно. Он начал метаться по постели, явно задыхаясь. К тому же он продолжал извиваться, стараясь кончить, чтобы выполнить приказ Гарри.

Очевидно, его страдания были вызваны тем, что он не смог исполнить волю хозяина и заклинание теперь наказывало его.

«Черт», - подумал Гарри, моментально вскакивая с кресла. Откинув одеяло, он лег на кровать и обнял Драко, пытаясь повернуть его так, чтобы они лежали лицом к лицу.

- Чшш, чшш, все хорошо...

Драко внезапно забился в конвульсиях, потом выкрикнул что-то бессвязное, выгнулся и начал толкаться бедрами в Гарри, его член конвульсивно подергивался, плотно прижимаясь к бедру Поттера.

Одно резкое вздрагивание тела, потом второе, третье, Малфой обхватил Гарри обеими руками и вцепился в него так, будто от этого зависела его жизнь, пока конвульсии продолжали сотрясать его тело.

Несколько секунд спустя, Драко совершенно обмяк, но его дыхание все еще было затрудненным. Потом, успокоившись, он улегся в объятия Гарри. Даже сквозь пижаму чувствовалось, что спина блондина покрыта испариной.

Поттер не вполне понимал, что это означает, хотя предполагал, что Драко, наконец, кончил. Нет... лучше не предполагать, учитывая, какие серьезные ошибки он совершал прежде.

- Эээ... это был оргазм, да?

- Мгм. И просто потрясающий, - Драко зевнул и немного подвинулся. – Хотя думаю, что мне особо не с чем сравнивать, потому что я не помню другие. – Сказав это, он чмокнул Поттера в губы. – Спасибо.

Совершенно не в состоянии сдерживать себя, Гарри поцеловал его в ответ. И не чмокнул его при этом, как сам Драко, нет, это был полноценный поцелуй.

Гарри про себя решил, что Малфой был на вкус как секс. Или как мужчина, который только что наслаждался великолепным оргазмом.

Конечно, Поттер не мог сказать, что он разбирался в подобных вещах. Ведь ему не часто доводилось целовать мужчин. Вообще-то до сегодняшнего дня ни разу. Может, это ему подсказывал инстинкт. На этот раз его собственный.

Когда он разорвал поцелуй, блондин опустил голову, положив ее Гарри на грудь.

- Я могу вам чем-то служить?

Было совершенно очевидно, что Драко хотел этого. Возможно, даже в какой-то степени нуждался.

Вздохнув, Гарри провел пальцами по волосам Малфоя.

- Нет не сейчас. Я бы предпочел, чтобы мы кончили с тобой.

Грудь Драко сотряслась от беззвучного смеха.

- Я кончил...

- Знаю. Я имею в виду, мне нужно понять, в чем для тебя заключается разница. Я два раза говорил тебе, чтобы ты кончил, но ты не мог, а потом?..

- О, это довольно легко объяснить, - Драко снова зевнул, поднимая руку, чтобы коснуться груди Гарри. Он опустил пальцы между полами его халата. – Ммм, под ним нет пижамы. Вы всегда спите полуголым?

Все тело Поттера загорелось и не от смущения. Рука на его груди... с учетом происходящего, это было так интимно. Он получал огромное удовольствие от прикосновения пальцев Драко.

Гарри не мог представить, на что было бы похоже, если бы они коснулись его члена, который отчаянно пульсировал, требуя поделиться с ним прикосновением.
Поттер изо всех сил старался помнить, что не нужно просить об этом.

- Эээ... легко объяснить?

- Ммм, - произнес Малфой, его пальцы нежно потянули волоски, окружавшие левый сосок Гарри. – Я не мог кончить до тех пор, пока вы не дотронулись до меня.

Поттер остолбенел.

- Но... я не дотрагивался до тебя.

- Вы обняли меня. Вы до сих пор меня обнимаете.

Да, это было так. И даже больше – он не хотел выпускать его.

- Значит... ты не можешь кончить до тех пор, пока я не дотронусь до тебя?

- Похоже, что так... – голос Драко становился все слабее от изнеможения. – А может, до тех пор, пока вы не скажете мне кончить и не коснетесь меня. Не знаю точно. Но насчет прикосновения... да. Уверен.

Какими решительными ни были намерения Поттера оставить Драко в покое, в сексуальном плане, они пошли прахом. И на этот раз причиной было не эгоистичное оправдание. Это было бы жестоко... черт, это действительно было жестоко – вынудить Драко провести столько времени, не давая ему возможности кончить. Но если он мог кончить, только когда до него дотрагивался Гарри, какого черта Гарри должен оставаться настоящим джентльменом?

Он всего лишь человек. У него тоже есть потребности, черт возьми!

- Почему ты не говорил, что мне нужно присоединиться к тебе в постели? – выдавил Поттер хриплым голосом. Он еле сдерживался. Это было выше его сил.

Драко отпрянул от него и, соскочив с кровати, стал пятиться назад, пока не уперся в стену. Его глаз почти не было видно и не только потому, что свет, струившийся через окно, был слабым.

- Я не знаю. Я еще не все выяснил. А если бы я попросил... вы бы поняли? Я не могу что-либо требовать от вас. Я могу только предложить.

Конечно. Гарри вздохнул, потому что он уже должен был все понять к этому времени. Исключительно физическое влечение... да, Драко очень явно жаждал его прикосновений и не только потому, что люди нуждаются в подобных вещах. Малфой нуждался в этом и на самом примитивном уровне.

Гарри пытал его уже тем, что отказывался прикасаться к нему! Как раб, Драко не мог кончить, как сильно ни нуждалось бы в этом тело... он не мог получить облегчение даже в мокрых снах, а это означало, что пытка повторялась снова и снова.

В целом все это было довольно противно, и Гарри подумал, не в первый раз, что именно этого добивался садистский ублюдок, его предок. Хм... может быть, в далеком прошлом кто-то из Поттеров был слизеринцем.

- Прости, что я не понимал твоих предложений, - сказал Гарри и поманил Драко к себе пальцем. Конечно, тот пошел к нему. Кажется, он не знал, что такое неповиновение. Но ведь он и не хотел быть наказанным, так ведь? Он нуждался в благосклонности хозяина.
Сделав глубокий вдох, Поттер притянул Драко к себе, еще раз. Во всяком случае, попытался. Тот вдруг начал дрожать.

- Я испачкал...

О... Гарри сам говорил, чтобы Драко убирал за собой. Он сказал это, полагая, что в ином случае тот превратит гостевую комнату, а то и весь дом, в свинарник.

- Хочешь пойти в душ? – спросил Поттер и быстро добавил: - Забудь, что я велел тебе всегда мастурбировать в душе, хорошо? Давай договоримся так – я буду касаться тебя, если тебе это нужно. Гм, а сейчас я могу наложить очищающие чары, если тебе не хочется вставать.

- Как хотите, - сонно сказал Драко, и этого ответа для Гарри было достаточно.

Поттер вытащил палочку из кармана халата, что было непросто сделать, поскольку он лежал в нем, и наложил невербальное заклинание.

- Так лучше?

Драко слегка пошевелился.

- Ммм, минуточку, – он протянул руку через Поттера и взял свою палочку, которая лежала на тумбочке. – Эванеско сперма.

Гарри подавил смех.

- Где ты научился такому заклинанию?

- Не знаю, - Драко снова потянулся через него и со стуком положил свою палочку на тумбочку. – Хотя из того, что я не знаю этого, можно предположить, что оно не входит в стандартную учебную программу Хогвартса. Я помню, что изучал там. Гммм. Хотя вряд ли мы на каком-то курсе изучали бытовые заклинания.

Драко теснее прижался к Гарри, закидывая на него ногу.

- Еще я помню те заклинания, какие изучал дома, но среди них почти не было очищающих. И уж точно среди них не было заклинаний, связанных с сексом.

Поттер очень на это надеялся!

Хотя он и задумывался над тем, где Драко научился всему этому. У Пожирателей Смерти? Маловероятно, даже если они разговаривали о секс-заклинаниях. У Гарри создалось впечатление, что Люциус и Нарцисса всегда строго следили за своим сыном, даже в бытность служения  источнику зла, также известному, как Волдеморт.

Конечно, Драко мог выучить заклинание для удаления спермы во время какого-нибудь свидания в Хогвартсе. Если так, то понятно, почему он не помнил этого, ведь Малфой забыл все о своей светской жизни.

К тому же, разве он не мог узнать о бытовых заклинаниях там же? Драко, высокомерный чистокровный слизеринец и бытовые заклинания? В то время он скорее бы умер, чем сделал какую-нибудь работу по дому. Гарри был в этом уверен.

Напрашивался единственный вывод. Малфой научился этим заклинаниям после окончания войны. Эти знания были получены им в тот промежуток времени, которого он совсем не помнил, но сами заклинания остались у него в памяти.

Но почему он не помнил того, что изучал, готовясь сдавать ТРИТОНы? Ему все приходится учить заново. Вряд ли его это сильно беспокоит, но все же...

Гарри хотел разобраться.

Он дождался, пока дыхание Малфоя станет глубоким, медленным и размеренным, а потом осторожно отодвинулся, чтобы встать с постели. Наконец-то голова Драко коснулась подушки.

Не в состоянии удержаться, Гарри напоследок провел пальцами по белым волосам.
Легкого прикосновения оказалось достаточно, чтобы потревожить Драко.

- Гарри? Чем я могу служить вам?

- Чшш, - тихо сказал Поттер. – Спи.

И Драко, конечно, послушался.

Глава 20.
- Мистер Поттер, - довольно холодно поприветствовал его Люциус Малфой, когда Гарри и Драко в среду вечером аппарировали в большой холл Малфой Мэнора. Его тон стал гораздо теплее, когда он обратился к сыну. - Драко. Как ты?
Гарри быстро отпустил руку блондина и отошел в сторону, чтобы дать возможность отцу и сыну поговорить в подобии уединенности. Он даже отвернулся, но перед этим успел заметить, что Драко держит руки в карманах мантии. Хорошо. Гарри предупреждал его, чтобы он был осторожен и ни в коем случае не дотрагивался до родителей, надеясь, что заклинание скоро адаптируется и тогда Драко, по крайней мере, сможет их обнять. Но пока Драко воспринимал его предостережение очень серьезно.
- Мистер Поттер.
Гарри повернул голову и увидел Нарциссу Малфой, которая стремительно вошла в комнату. На ней была бледно-голубая мантия, которая сверкала при каждом ее движении. Поприветствовав гостя, она подошла к мужу и сыну.
Гарри  понял, почему они ведут себя так. Какая-то часть заклинания вынуждала их проявлять гостеприимство в первую очередь к нему, а уж потом к Драко.
Вообще-то Гарри не чувствовал с их стороны особого дружелюбия. К тому же, он находился в Малфой Мэнор, который снился ему в кошмарах, в буквальном смысле слова. Хотя надо сказать, ему вот уже больше года не снились плохие сны о войне. 
Впрочем, Поттер сомневался, что чувствовал бы себя комфортно в этом доме, даже если бы когда-то не оказался тут, будучи захваченным в плен. Особняк был  просто огромным и так и кричал о богатстве своих хозяев. Правда, богатство это не выражалось в совсем уж безвкусной манере, полы не были вымощены золотом, и все же обстановка служила примером сочетания роскоши и удобства.
В сравнении с этим поместьем маленький загородный дом Гарри казался ветхой хижиной.
Когда Поттер подумал об этом, то удивился, что Драко ни разу не пожаловался, а ведь он привык жить в лучших условиях. Даже «Вороний утес», несмотря на всю его строгую простоту, был огромным по сравнению с домом Гарри.
Хотя, Драко еще успеет вдоволь нажаловаться, когда к нему вернутся воспоминания, нахмурившись, подумал Гарри. Он привык к всему самому лучшему, и память об этом хранилась в его подсознании. Это было видно по тому, какую одежду он выбрал на сегодняшний вечер: темно-серая мантия на шелковой подкладке была однотонной, но переливалась изумрудным блеском. Мягкие ботинки из драконьей кожи. Черные вельветовые брюки явно были сшиты на заказ, судя по тому, как они облегали его ноги.  
Люциус и Нарцисса тоже были одеты просто убийственно.
А что касается Гарри... конечно, его одежда была вполне подходящей для ужина в уилтширском поместье. Нет, он вовсе не собирался производить впечатление на Малфоев, а просто был знаком с правилами, принятыми в магическом обществе. Чистая, тщательно отутюженная мантия, аккуратно причесанные волосы, а что касается манер... вряд ли у него получится вести себя должным образом.
Ему нечего было стыдиться своего внешнего вида, и он знал это. Но все же, рядом с Драко, он невольно чувствовал себя немного... неряшливым.
- Может, что-нибудь выпьете, мистер Поттер? – вежливо поинтересовался Люциус, Гарри не заметил, когда тот подошел к нему.
Он захлопал глазами, внезапно поняв, что выпал из окружавшей его реальности, потерявшись в своих мыслях. Очень плохо для аврора, даже если он в последнее время нечасто бывал на заданиях.
- Да, конечно, - помедлив секунду, ответил Гарри и понял, что, если Люциус не мог даже писать Драко без разрешения Гарри, то, скорее всего, он также не мог ничего предложить тому. Никаких напитков. – Почему бы вам не дать Драко то, что он предпочитает? Я буду то же самое.
По благодарному взгляду Нарциссы он понял, что поступил правильно.
- Сюда, пожалуйста, - сказала Нарцисса, показывая, чтобы Гарри шел за ней. Они оказались в довольно необычного вида гостиной. Поттер был рад, что это оказалась не та самая комната, в которую их притащили во время войны. Ему совершенно не хотелось вспоминать об этом.
На столике уже стоял маленький серебряный поднос с четырьмя бокалами. Люциус  лаконичным движением взмахнул палочкой и несколько мгновений спустя в комнате появился домашний эльф с графином в руке.
Наполнив бокалы наполовину розовым напитком, эльф взял поднос и подошел к Гарри. На этот раз он не был удивлен, что его обслужили первым. Конечно, вряд ли это было связано с его статусом гостя. Нет, по его мнению, Рес меа эс вынуждало Малфоев проявлять хоть малую долю уважения к человеку, которому принадлежал их сын. И который, по сути, владел всем их родом... несмотря на то, что Люциус избежал этой участи благодаря женитьбе.
Удивило его лишь то, что эльф все делал руками. Без помощи магии...
- Спасибо, - поблагодарил Гарри и взял бокал. Первым его инстинктом было проверить, нет ли там яда, но потом, более сильный инстинкт подсказал, что там точно нет ничего подобного. Малфои не могли причинить ему вреда, он был в этом абсолютно уверен. Кроме того, он первым брал бокал и мог выбрать любой из четырех.
- Возьми себе херес, Драко, - сказал Поттер, показывая на поднос, который держал эльф.
Однако тот не протянул руку к бокалу, что озадачило Гарри, правда, всего лишь на мгновение.
- Это бренди.
О. Гарри заметил, как переглянулись Люциус и Нарцисса. Было совершенно ясно, что мысленно они назвали его невежественным полукровкой. Хорошо хоть, что не сказали этого вслух. Поттер не знал точно, требует ли заклинание от них вежливости, или им просто не хотелось раздражать человека, в руках которого находилось будущее их сына.
- В таком случае, возьми бренди, - сказал он. На этот раз Драко взял бокал и сделал маленький глоток.
К черту все, - подумал Гарри. Ему нужны были силы, чтобы вытерпеть этот вечер и этих людей, поэтому он выпил бренди в два глотка. Поттер не скрывал своего облегчения, когда эльф вышел из комнаты. Нет, он не был похож на Добби, но Гарри до сих пор выбивало из колеи любое напоминание о нем.
Люциус забрал у Поттера пустой бокал с деланно любезным видом.
- Хотите еще?
Нет, но я хотел бы спросить вас кое о чем, - чуть не сказал Гарри. Он не знал, насколько сильно его вопросы или предполагаемые ответы на них могут навредить Драко, это может произойти, поэтому не спешил их задавать. Надо было действовать по обстоятельствам и посмотреть, что можно выяснить.
Конечно, некоторые темы для разговора были безопаснее других. Это стало ясно уже спустя несколько минут, когда они перешли в обеденный зал. Гарри быстро изменил свое мнение об убранстве дома – эта комната была обставлена с показной роскошью. Под потолком размещались хрустальные канделябры на тысячу свечей и, должно быть, составляли предмет особой гордости, Хотя, наверно нужно было много света, чтобы осветить стол длиной около тридцати футов.  
Плохо, что все они сидели на одном конце. Гарри хотел бы, чтобы они разместились следующим образом: он посредине, а Люциус с Нарциссой на противоположных концах стола, достаточно далеко от него, тогда бы ему не пришлось притворяться, что на самом деле это не навязанный ему ужин с ними.
А так Люциус сидел во главе стола, Гарри по левую руку от него, а Драко – по правую. Нарцисса села рядом с Драко, но прежде чем элегантно опуститься на стул, она предусмотрительно отодвинула его на пару футов от сына.
Крошечная складка образовалась между бровей Люциуса, когда он заметил это, а последовал ее примеру
Маленький жест, но Гарри понял, как они оба любят сына и переживают за него. Они очень внимательно следили за тем, чтобы не дотронуться до Драко, даже нечаянно, хотя было заметно, как им хочется быть ближе к нему.
Вошел эльф с большой супницей на подносе, за ним второй эльф нес четыре фарфоровые тарелки. Гарри хотел отвернуться, пока они сервировали стол, но зрелище было настолько чудным, что он просто не смог отвести глаз. За годы, проведенные в Хогвартсе, он ни разу не видел, как эльфы накрывают на стол.
Но эти эльфы почему-то не хотели, или не могли, пользоваться магией.
Возможно, ему нужно больше интересоваться тем, чем Гермиона занимается в своем отделе! Вряд ли запрет на использование эльфийской магии можно было считать  способом их освобождения, правда?
Нарцисса попробовала суп и отложила ложку.
- Что ж, Драко, ты очень хорошо выглядишь, - сказала она тихим мелодичным голосом. Она была действительно потрясающе красивой женщиной, и голос у нее был соответствующий. Жаль, внутреннее содержание не соответствовало внешнему, - подумал Гарри. Но вообще-то, все могло быть гораздо хуже. Она, при всем ее извращенном представлении о моральных ценностях, искренне заботилась о Драко. И то, что он стал рабом... причем рабом Гарри Поттера, не изменило ее отношения к нему.
И насколько труднее было бы для Драко перенести Рес меа эс, если бы ему помимо всего прочего пришлось бы лишиться родительской любви?
- Я хотел выглядеть презентабельно, - сказал он с невозмутимым видом, хотя его глаза слегка заблестели, когда он бросил взгляд на Поттера.
Тот почувствовал, что его губы подергиваются, готовые расплыться в усмешке, потому как Драко выглядел гораздо лучше, чем просто презентабельно. Глядя сейчас на него, сидящего между родителями, Гарри думал, что Малфой вряд ли мог казаться каким-то иным, кроме как потрясающим. По правде говоря, Поттер никогда не видел такого красивого мужчину. Он унаследовал материнскую утонченность, в сочетании с мужественными чертами отца. 
Люциус, сощурив глаза, переводил взгляд с Драко на Гарри и обратно.
Нарцисса, очевидно, не  заметила, как переглядывались при этом молодые люди.
- Какое же занятие нашел для тебя мистер Поттер?
Драко покосился на нее.
- Я зову его по-другому. 
Гарри подумал, что этот ответ прозвучал очень странно, учитывая обстоятельства. С другой стороны, Драко не часто приходилось слышать его фамилию. Наверно, по какой-то причине это вызывало у него дискомфорт.
- Тогда Гарри, - сказала Нарцисса, взглянув на Гарри, будто удостоверяясь, что он позволит ей называть себя по имени. Тот кивнул, дав ей понять, что все в порядке. – Итак, чем же ты занимаешься каждый день?
Драко лучезарно улыбнулся, но сначала закончил с супом, а уж потом ответил.
- Ну, я самостоятельно изучаю много предметов. Гарри был немного расстроен, узнав, что я не сдавал ТРИТОНы. Эээ... а почему вы не настаивали на том, чтобы я закончил обучение после окончания войны?
Гарри внимательно наблюдал за Люциусом и Нарциссой, но на их лицах не появилось ни тени смущения при этих словах. По правде говоря, у Люциуса вид был откровенно скучающий.
Проклятье. Он очень хотел поговорить с родителями Драко на эту тему, но они, кажется, тоже ничего не знали.
- Я настаивал, - сказал Люциус, чуть наклонившись вперед. – Но ты к тому времени стал совершеннолетним и сказал мне, что нет нужды получать аттестат, который тебе никогда не понадобится. А поскольку вряд ли тебе когда-нибудь придется зарабатывать себе на жизнь, то...
Гарри стиснул зубы. Если бы он не сделал этого, то высказал бы Люциусу все, что думает. Итак, Драко после окончания войны был в депрессии из-за того, что их сторона проиграла! Но это же не причина, чтобы позволить апатии целиком поглотить его.
Впрочем, он не все время пребывал в депрессии. В конце концов, он преодолел ее и сдал восемь ТРИТОНов, просто ничего не сказал об этом родителям. Может, потому что к тому времени уже работал невыразимцем и должен был сохранять статус секретности? Ему не позволялось рассказать, что он сдал экзамены, даже родителям? Но в этом случае он не был бы на открытом тестировании, не так ли?
- Нет нужды? – переспросил Драко, он был явно сконфужен. – Наверное, я тогда не знал, что Гарри заявит на меня права, как на своего раба.
Люциуса передернуло  от звука этого слова. Он не реагировал так раньше на упоминание о рабстве, или реагировал не так остро, но наверно ему не доставляет удовольствия видеть, что Драко легко смирился с этой мыслью. Хотя, конечно, лучше так, чем видеть, как сын мучается...
Дверь в обеденный зал снова открылась, и в нее вошли все те же два эльфа, на это раз они принесли жаркое. Несмотря на ранее увиденное, Гарри ожидал, что тарелки из-под супа будут убраны при помощи магии, но нет, эльфы собрали их руками и унесли, а не левитировали.
Нарцисса подождала, пока дверь за ними закроется.
- Ты не знал, что это случится с тобой, - очень терпеливо сказала она потом. – Никто из нас не знал этого наверняка, Драко.
- Тогда почему я считал, что мне не придется работать? – увидев, что никто из родителей не спешит ответить ему, Драко попытался догадаться сам. – О. Это из-за войны, да? Я сделал что-то ужасное? Я... у меня дурная репутация?
- Нет, не из-за этого, - сказал Люциус, закатывая рукав парадной мантии и расстегивая запонку. Когда он обнажил предплечье, то повернул руку, чтобы показать Драко выжженную Темную метку. Гарри отвел взгляд, но успел заметить, что метка Люциуса, как и Драко сейчас больше походила на шрам, чем на татуировку. Выпуклые линии там, где тело было повреждено... слегка сероватый оттенок, напоминающий контур змеи и черепа... Темная метка едва ли сейчас заслуживала своего имени.
- У меня тоже такая, - сказал Драко так, будто никогда раньше не обращал на нее внимания. – Это... позорно? Что она означает?
- Такой меткой Темный Лорд отмечал своих последователей...
- Волдеморт, - перебил Гарри, агрессивно глядя на Люциуса. Тот замолчал и позволил Гарри объяснить причину своего гнева. – Так звали мага, который хотел властвовать над Британией. Твой отец прав – это его метка. Он выжигал ее тем, кто клялся быть преданным его идеям о превосходстве чистокровных и необходимости убивать магглорожденных.
- Магглорожденных? – Драко спросил так, будто никогда раньше не слышал этого слова.
- Тех магов, чьи родители магглы.
Драко захлопал глазами.
- О, как твоя подруга, та, которая говорила, что ходила в маггловскую школу? Но... Гарри... кто такие магглы?
Поттер на мгновение потерял дар речи, а потом одернул себя и ответил:
- Те, кто не может колдовать, Драко. Волдеморт считал магглов... недолюдьми и ему не нравилось, что у некоторых магглов могут рождаться маги.
Драко вдруг закатал рукав, точно так же, как и его отец, и уставился на свою метку.
- Я тоже был последователем этого... Волдеморта?
Люциус вздрогнул, услышав, как сын произносит запрещенное имя.
Гарри кивнул.
- И я верил во все, о чем ты только что говорил?
- Да.
- Почему?
Как Гарри ни старался, он не смог скрыть своего презрения.
- Ты слепо доверял родителям и делал то, что они тебе говорили. Но, по-моему, тебе и самому нравилось думать, что чистокровность возвышает тебя над всеми остальными.
- ...теми, кто ниже, - прошептал Драко, посмотрев сначала на мать, а потом на отца. – Вот что вы имели в виду? 
- Драко, - огорченно сказала Нарцисса. – Было другое время. Мы с твоим отцом присягнули на верность Темному Лорду еще до того, как ты родился...
- Называйте его либо Волдемортом, либо не  упоминайте вовсе, - перебил ее Гарри.
Нарцисса, не сводя глаз с Драко, коротко кивнула.
- Однажды присягнув ему, невозможно было покинуть ряды его сторонников и при этом остаться в живых. Хотя тогда мы хотели служить ему. Но он оказался... не таким, каким мы его считали.
- А каким?
Люциус откинул волосы назад.
- Во-первых, он сам был полукровкой. Он не был из чистокровного магического рода, уверяю тебя – это правда, но вначале ему удавалось скрывать свое происхождение.
Гарри теперь понял, что был прав, не разрешив родителям писать лично Драко. Безусловно, они бы навредили ему, случайно, а не потому что хотели сделать ему больно. Они сами были слишком сбиты с толку, чтобы еще доверить им Драко.
- Плохо не то, что Волдеморт был полукровкой, - громко сказал Гарри, глядя на Малфоев. – А то, что он был безумен, и настолько жаждал власти, что делил свою душу на куски снова и снова, пытаясь избежать смерти. К тому же, он был жестокой сволочью, расистом. К твоему сведению, Драко, я сам полукровка, и самый храбрый человек из всех, кого я когда-либо знал, тоже был полукровкой.
У Драко начали стучать зубы.
Заклинание адаптировалось достаточно, чтобы Гарри знал, как прекратить это.
- Это все в прошлом. Помни это. Я говорил, что не жажду мести. Ты не будешь наказан за то, что я давно простил, - Гарри улыбнулся как можно искренней. – А теперь, ешь. Хорошо? И выпей вина.
Драко взял вилку, и стало заметно, как у него дрожат руки.
Гарри хотел сменить тему разговора, поэтому повернулся к Люциусу и попытался придумать что-нибудь. Но не успел он открыть рот, как опять вошли эльфы, спеша снова наполнить бокалы водой.
Впрочем, их странное поведение подсказало Гарри тему для разговора, которая вряд ли могла расстроить Драко.
- В Хогвартсе эльфы при помощи магии делали так, что еда сама появлялась на столах. Я полагал, что так принято везде и всегда, но, кажется, ваши эльфы не так часто пользуются магией, как я ожидал.
Люциус раздул ноздри.
- Они хорошо вышколены, мистер Поттер.
- Вы не хотите, чтобы они пользовались магией?
- Нет, когда Драко в имении. Однажды мой сын заявил, что, поскольку ему нужно держаться как можно дальше от любых проявлений эльфийской магии, то он должен переехать. И еще сказал, что не сможет навещать нас, если я не пообещаю, что эльфы воздержатся от использования магии в его присутствии, - Люциус скривил губы в холодной, почти змеиной улыбке. – А им очень хорошо известно, что это значит – нарушать мои приказы.
Гарри нахмурился. Он сам видел, как плохо Малфой обращается с эльфами.
- Но почему Драко хотел держаться подальше от эльфийской магии? Я имею в виду, что это ведь необычное требование, правда? Он когда-нибудь раньше  говорил, что ему это не нравится?
Люциус не отвечал до тех пор, пока Драко не напомнил ему:
- Отец?
Люциус ответил ему, а не Гарри.
- Я не знаю, почему ты потребовал этого, Драко. А это было именно требование. Ты не сказал нам, что у тебя за проблемы.
- А что я сказал?
- Что не можешь говорить об этом, - Люциус пожал плечами. – Мне все это показалось странным, но приказать эльфам не пользоваться магией, когда ты приходишь в гости, не составило никакого труда. В конце концов, я хотел видеться с тобой.
Нарцисса нерешительно поинтересовалась:
- Мистер Поттер, а у вас есть эльф?
- Нет, - коротко ответил он. После войны Кричер остался в Хогвартсе.
- Нам все еще нельзя прибегать к помощи эльфийской магии в присутствии Драко? – спросил Люциус, повернувшись к Гарри.
Тот лишь пожал плечами. Откуда он знал, можно или нет?
Потом последовала еще одна перемена блюд, через несколько минут еще одна, и наконец, подали десерт. Такое долгое застолье показалось Гарри немного утомительным, но помогло узнать, что Драко считал такую роскошь чем-то само собой разумеющимся.
Или будет считать, когда все вспомнит.
- Может, по стаканчику шерри? – любезно предложил Люциус, когда они вышли из-за стола.
Поттер был бы не прочь как можно скорее уйти, но он хотел расспросить родителей Драко еще кое о чем, если подвернется удобный момент. Такой момент настал четверть часа спустя, когда Нарцисса упомянула о том, что они с Драко пропустили свой еженедельный шахматный матч. Правильно прочитав в глазах блондина сильное желание, Гарри разрешил ему пойти поиграть с матерью в шахматы.
Когда они играли, Нарцисса осторожно отодвигалась от доски всякий раз, как наступала очередь Драко ходить. Гарри с Люциусом сидели за угловым столом и тихо разговаривали.
- Мне нужно кое о чем спросить вас, - сказал Гарри. – Речь идет о заклинании.

Глава 21.

- О заклинании, мистер Поттер?
- И о Драко, - добавил Гарри. Правда, ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и начать. Несколько вопросов, требующие  пояснения, были чрезвычайно неудобными: они бы могли оскорбить такого человека, как Люциус Малфой.
Что ж, тем хуже для него - Гарри нуждался в информации. Он нёс ответственность за Драко, благополучие которого было намного важнее, чем то, что Малфоя могут расстроить эти вопросы.
Несмотря на это, Гарри решил начать с чего-нибудь попроще, чтобы потом развить тему.
- Я выяснил кое-что еще насчет пропавших воспоминаний Драко.  – Сказал он. – Он забыл абсолютно все, связанное со мной. Ваша семья изучала заклинание столетиями, поэтому я хочу знать - так и должно быть? Раб должен начать все с чистого листа с тем, кто заявил на него свои права?
- Нет, это ненормально.  – Малфой отхлебнул бренди, но Гарри видел, что мужчина не был расслаблен; его пальцы крепко сжали ножку бокала. – Я никогда не слышал о потери памяти, связанной с активацией Рес Меа Эс. Однако, при нормальных обстоятельствах, раб никогда бы не стал врагом своего будущего хозяина. Сначала я думал, что потеря памяти связана с его прошлой... ненавистью к вам.
Гарри думал примерно так же. На данный момент, Рес Меа Эс защищала Драко, не позволяя ему вспомнить, как сильно он ненавидел Гарри, оно помогало ему быть послушным и покладистым. Это хорошо, ведь заклинание определенно наказало бы его за пренебрежение. Стоило только вспомнить о том, как Драко не мог аппарировать на Вороний утес, когда приказал Гарри. Или как Драко чувствовал себя, когда подумал, что он соврал ему.
Но это не объясняло других непонятных вещей в его потере памяти.
- Но он также забыл очень много вещей, абсолютно не связанных со мной, таких, как ТРИТОНы, - но, пока Драко о них не вспомнил, Гарри не собирался просвещать его, - например, вся его жизнь после войны: последнее, что он помнит, было во время нее.
Малфой поставил стакан и скрестил руки,  приподнимая бровь.
- Это может быть связано с возрастом активации.
Теперь это больше походило на правду.
- Возраст активации?
- Да. Семнадцать, если быть точным. При нормальном положении вещей, Драко чувствовал бы себя плохо с наступлением совершеннолетия, потому что заклинание внутри него требовало бы заявить на него права.  Возможно, Рес Меа Эс решило, что если он не должен был иметь тех лет независимости, ему нельзя знать о них.
- Я думаю, он помнит что-то после своего семнадцатого дня рождения. Какие-то вещи, по крайней мере.
- Видимо заклинание вернулось к тому времени, когда оно должно было сработать, и захватило несколько месяцев после его дня рождения.
Гарри быстро взглянул на Драко и его мать, удостоверяясь, что на другом конце комнаты всё было в порядке. Если бы он прислушивался, он мог слышать их разговор - всего лишь обсуждение планов Нарциссы по редизайну ее садов.
Вернувшись к Малфою, Гарри попытался продумать ту информацию, что только что получил.
- Итак,  предположим, я знал все время об этом заклятии. Драко не был бы моим рабом до семнадцати лет? Он был бы свободен до того времени?
- Определённо, я не назвал бы это «свободным». – Малфой допил свой шерри и поставил стакан.  – Давайте представим,  что заклятие никогда бы не засыпало. Я был бы рабом вашего отца, а Драко бы родился в вашем доме.  Мне было бы запрещено говорить о том, что мы прокляты, но ни у вас, ни у вашего отца таких ограничений не было бы. Драко бы вырос рядом с вами, полностью уверенный, что был рожден для того, чтобы быть вашим рабом, как только он достигнет нужного возраста. Вы, конечно, были бы выращены с тем же знанием. Ваш отец поощрял бы отношения «господин/раб» в ранние годы, для лучшей трансформации Драко в вашего полного раба. Он бы хотел, чтобы все прошло хорошо не только для вашего блага, но и для блага Драко.  Потому что, видите ли...
Малфой произносил эту короткую речь бесстрастным голосом, но сейчас, когда он отвел взгляд от Гарри и уставился на сына, его голос чуть дрогнул.
- В обычной форме заклинания, я был бы его отцом, но не имел бы авторитета. Он был бы практически вторым сыном вашего отца, мистер Поттер, и вроде брата вам, хотя, как я сказал, вы бы всегда знали, что он больше имущество, чем семья.
Гарри попытался это представить, что они с Драко растут вместе. У него не получилось, и у этого была причина. Он не мог даже представить, что у него есть отец, о котором говорил Малфой.
- Признание ваших прав на него было бы обыденным делом, - продолжил Малфой, не отрывая взгляда от сына. – Просто формальность, ничего более, просто подтверждение того, что вы всегда знали. Драко бы воспитали вашим рабом, и он стал бы им задолго до того, как его статус среди Поттеров... официально утвердили бы. У него всю жизнь перед глазами был  бы пример его собственного отца-раба.
- Что на счет его матери?
Малфой перевел взгляд обратно на Гарри
- Простите?
- Вы говорили до этого, что ваши брачные узы разрушили даже малейшие шанс Рес Меа Эс достать вас. Я понимаю это, но что, если было бы так, как вы только что описали?О браке не могло быть и речи, ведь так?
- Насколько мне известно, Малфои никогда не были женаты до того, как заклятие «заснуло».
- И как же вы тогда смогли бы быть отцом Драко?
Губы Люциуса сложились в презрительную усмешку.
- Как и обычно, мистер Поттер. Уверен, вам не нужно описывать весь процесс, не так ли? Вы в курсе, что одинокий статус не помеха для продолжения рода?
Гарри уставился в ответ, не желая быть испуганным оскорбительным тоном мужчины. Впрочем, и не краснея. Хотя, Бог знает, это могло бы измениться, если разговор стал чуть более личным.
- Итак, в этом гипотетическом сценарии вы можете спать с женщиной..
- Именно так, вообще-то, у мужчины может появиться ребенок,  – растягивая слова произнес Малфой.
Гарри стиснул зубы и чуть понизил голос.
- Да, я знаю. Но то, что я пытаюсь спросить это  - если заклинание работало именно так, не был ли раб... сексуально привязан к хозяину?
Малфой скривил рот.
- А. Вижу, к чему вы ведете сейчас. Да, я верю, что элемент этого присутствовал.
- Только элемент? – Гарри прищурил глаза. – Слушайте, я не имею ни малейшего желания обсуждать это с вами, но мне нужно понять, что происходит с Драко. Например – он не может кончить, пока я не коснулся его. Это нормально для заклятия?
Губы Малфоя побелели от напряжения.
- Да, уверяю вас.
- Отлично. Тогда как, черт возьми, Малфои могли иметь детей?
- Ребенка, одного в поколение, и всегда сына. – Холодно поправил его Малфой.  – Если только он не умирал, тогда мог быть другой.
- Другой сын?
- Вы действительно не понимаете слова  «всегда»? Заклятие очень специфично. Отвечаю на ваш вопрос, мистер Поттер – у Драко будут дети, только если вы скрестите его, как животное. Причина того, что он не может кончить без вашего прикосновения, в вашей возможности контролировать способ и манеру получения нового слуги для вашего рода. Обычно, вы бы подождали три или четыре года, прежде чем родить своего наследника.  Достаточно необычно, в истории этого заклинания, чтобы слуга и господин были практически одного возраста.
Гарри почувствовал себя нехорошо, когда услышал все это.«Предки начинают удручать меня» -  подумал он. - «И начал это тот ублюдок, что придумал Рес Меа Эс. Контролировать оргазм, чтобы контролировать размножение? Черт, а не проще было поместить элемент конрацептивной магии в заклинание, если это было так важно?»
На самом деле, это был действительно хороший вопрос. Настолько хороший, что Гарри решил его задать.
Малфой наклонил голову вперед и уставился на него, как будто думал, что он непроходимый тупица. Видимо,  он и правда так думал, потому что задал встречный вопрос.
- У вас был в Хогвартсе курс, названный История магии, или нет? Это древнее заклинание, мистер Поттер, а контрацептивная магия стала надежной только в последние четыре столетия!
- Оу.
Малфой презрительно фыркнул.
- Хорошо, с этим мы разобрались.  Драко всегда говорил... - он внезапно остановился и сжал губы.
Гарри прищурился.
- Что? Что Драко всегда говорил?
Малфой лишь покачал головой в ответ.
- О, прекратите, - поторопил Гарри, - вы слышали меня за ужином. Мне не нужна месть, и поверьте мне, я не расстроюсь, если услышу, что он про меня говорил, когда мы учились в школе. Что бы он вам ни сказал, я уверен — в лицо мне он говорил еще более плохие вещи. Я стараюсь выяснить, что происходит с ним и помочь Драко, и мне нужна вся информация, которую можно получить.
- Вам не нужно знать, что он говорил в этом доме о вас.
- Нет, нужно. Его память может вернуться в любой момент, и я должен быть готов справляться с этим. - Гарри встретился с Малфоем глазами. - Я знаю только половину его, школьную половину. Но он должен все вспомнить. По крайней мере, я на это надеюсь.
- Хорошо, - резко ответил Малфой, - обычно он говорил, что вы достойный сожаления бедный студент, который никогда не заслуживал уважения в Хогвартсе, и что, вслушиваясь в ваши глупые вопросы, он мог бы сказать, что вы достойны тех грязнокровных отбросов, с которыми общаетесь.
Ничего, что бы Гарри не слышал до этого. Все же он сердито посмотрел на Малфоя.
- Не произносите этого слова при мне.
Малфой вздернул подбородок, его черты заострились.
- Вы хотели знать, что он говорил. Поверьте, Драко никогда не лез за словом в карман.
Гарри верил в это.
- Да, но никогда, никогда не произносите этого слова в моем присутствии, несмотря ни на что, - проскрипел зубами он.
- Или вы сделаете что? – голос Малфоя походил на мурлыкание. – Вы, кто отвергает месть так страстно?
Гарри фыркнул.
- Вы идиот? Я просто не привезу его сюда снова! И не из-за мести, мистер Малфой. Я вынужден жить с ним, и не хочу, чтобы он слышал это слово от кого бы то ни было.
- Он скоро вспомнит, как сам говорил это, - оскалил зубы Малфой. – И что вы будете делать в таком случае?
- Справлюсь сам.
- А как вы собираетесь справляться с Рес Меа Эс после женитьбы и рождения наследника? Вы сведете с кем-нибудь Драко, чтобы новое поколение родилось порабощенным?
- Конечно, нет!
- Значит, вы прервете мой род? – спросил Малфой злым шепотом.
- Вы же не хотите, чтобы ваши потомки были рабами, не так ли?
Выжить любой ценой, кажется, было жизненным кредо Малфоев.
- Проклятье однажды было сломано, - сказал отец Драко, - Возможно, однажды это случится снова и мой род снова станет таким, как прежде.
- Да, а может, и нет, - резко возразил Гарри. Чем больше он думал над этим, тем больше идея его отвращала, и не только потому, что это продолжит рабство неопределённо долгое время. Он просто не мог выносить даже мысли о том, что Драко будет с кем-то в постели и заниматься с этим кем-то сексом, а Гарри будет должен стоять рядом, чтобы дотронуться до него в нужное время, чтобы он смог оплодотворить женщину. Все это заставляло его содрогаться.
- Все равно, где я найду женщину, которая согласиться на такое? – выплюнул он. – Кто захочет иметь ребенка-раба?
Он задал этот вопрос просто так, шутя, но Малфой воспринял его буквально.
- Раньше Поттеры брали девушек из бедных волшебных семей, чтобы они жили с ними. Она оставалась с ними до тех пор, пока не рождался новый раб, а потом возвращалась домой, оставляя ребенка и забирая с собой достаточно галеонов, чтобы компенсировать это. Но мы больше не в Средних веках, поэтому, когда придет время, вам придется обратиться к проституткам, или...
- О, замолчите, - сказал Гарри. – Мне нет дела до вашего рода. Я не смогу поступить так ни с Драко, ни с бедной девушкой, ни, тем более, с невинным ребенком. Если я не найду способ освободить Драко, тогда... это будет конец рода Малфоев.
Не та новость, над которой Гарри собирался рыдать, определенно.
Малфой выглядел окаменевшим, но его серые глаза сверкали чем-то очень напоминавшим злобу.
- Заклятие было сброшено в прошлый раз самоубийством одного из ваших предков, который не передал знаний о проклятии своему наследнику. Сейчас, несмотря на то, что новость о вашей смерти только удовлетворит меня, мой сын умрет вместе с вами, так что это вряд ли значит освободить его.
- Вы не можете знать наверняка, что тогда это было самоубийство. Это был просто слух.
-  Я знаю магию, а вы совершенно точно – нет. Но что можно ожидать от...
Гарри вскочил.
- Вы видимо не хотите, чтобы я приводил его сюда снова.
- ...от того, кто проспал все уроки Истории Магии, и у кого было «свидание», когда он должен был быть на выпускном экзамене. – Ровно закончил Малфой, приподняв одну бровь.
Гарри не был дураком. Малфой собирался сказать что-то более оскорбительное. Вероятно, что-то о его матери.
- Хорошо выкрутились. – Насмешливо сказал он, складывая руки на груди.- Но вам следует следить за своими словами, потому что я имел в виду именно то, что сказал. Каждое слово.
Он подумывал добавить, что у него не было свидания, по крайней мере в том смысле, что имел в виду Малфой, но мужчина это прекрасно знал. В конце концов, именно Малфой ждал его в зале предсказаний. Он точно знал, почему Гарри провалился в тот день.
Кроме того, Гарри вряд ли нужно было подстраиваться под вкусы Люциуса Малфоя.
- Гарри, - произнес тихо Драко. Повернувшись, Гарри увидел, что он стоял всего в нескольких шагах. – Ты недоволен... Мой отец сказал что-то, что задело тебя?
- Он не может задеть меня, - сказал Гарри. – Для того, чтобы это произошло,  меня должно заботить то, что он обо мне думает, но я честно скажу: этого никогда не случится.
Драко переводил взгляд с Гарри на своего отца. Затем сделал шаг навстречу Гарри.
На мгновение боль вспыхнула в глазах Малфоя. Потом он закрыл их.
- Мы лучше пойдем, Драко, - сказал Гарри, протягивая руку. Драко обхватил ее своими пальцамии кивнул.
- Наша партия не закончена, - очень мягко напомнила миссис Малфой.
Гарри закатил глаза. Она говорила ему, что делать с Драко, на самом деле ничего не говоря. Что же, она была достаточно умна для того, чтобы указывать ему, не причиняя боль Драко. Но Гарри не имел ни малейшего желания оставаться тут хоть немного дольше. С него достаточно. Без сомнения, Драко потребуется вернуться, а Гарри будет удовлетворять эту потребность до тех пор, пока не поймет, что он не может больше выдержать их отвратительные моральные ценности или отсутствие таковых.
Но сейчас с него хватит их компании.
- Спасибо за ужин, - сказал он, когда Малфой открыл глаза, серые, как арктический пейзаж. – Но мы идем домой сейчас.
- Так скоро?
- Да, - ответил Гарри. – Если хотите узнать почему, спросите вашего мужа.
Сказав это, он аппарировал, забирая с собой Драко.

Глава 22.

- Я не знаю, что сказать, - произнёс Драко, вскоре после того, как они появились в гостиной у Гарри дома. Он крепко сжимал его руку, пока говорил, но не с тем отчаянием, что сквозило в нем за несколько дней до этого. Теперь, когда Гарри удостоверился, что Драко снял напряжение, он стал немного менее безумным.
Хотя ни капельки менее нежным, как заметил Гарри.
- Мм... Что? – спросил он, понимая, что снова отвлекся. На мысли о сексе. Кажется, за последние дни он слишком часто об этом думает.
- Мой отец, - Драко нахмурился так очаровательно, что Гарри захотелось его поцеловать. – Я понимаю, что ты имел в виду, когда говорил, что он не может задеть тебя, но я все равно думаю, что он сказал что-то оскорбительное, и...
- Ты не ответственен ни за слова, ни за поступки кого-то другого, - ответил Гарри, вздохнув. – И если ты беспокоишься, разрешу ли я тебе увидеть мать и отца снова, то... слушай, даже не смотря на то, что твой отец настоящий негодяй, мы что-нибудь придумаем.
Драко покачал головой.
- Я не собирался жаловаться на то, какое решение ты принял, Гарри. – Его ладонь слабо поглаживала рукав мантии Гарри, заставляя мурашки бежать по его спине. – Просто... Мне не нравится, что после того, как ты поехал из-за меня туда, к тебе отнеслись не очень хорошо.
Улыбаясь, Гарри сжал свободной рукой руку Драко.
- Не беспокойся обо мне. Я могу позаботиться о себе.
- Ммм, - промурлыкал Драко, качнувшись вперед так, чтобы его рот был напротив рта Гарри, пока он продолжал говорить. – Я знаю, что ты можешь позаботиться о себе. Ты сделал это в ту ночь, когда оставил меня, и в ночь до этого, а иногда ты делаешь это по утрам, не так ли? Я слышу это даже сквозь шум воды в душе.
- О, ты не можешь.
- Я не могу тебе соврать, ты же знаешь. Не без того, чтобы не почувствовать обжигающую боль в груди.
Да, та самая, которая не прекращается, пока Гарри его не накажет.  И, наверное, было неправильно, что его член дернулся от таких мыслей. Ну, может, это было потому, что Драко практически целовал его с каждым словом, скользя по губам Гарри, и их сухое тепло заставляло его хотеть чего-то более горячего, влажного и ощутимого...
- Я слышал тебя в душе, - продолжил Драко, практически сводя Гарри с ума своими губами. Его член дёргался всё сильней и сильней. – Но Гарри... Ты не должен делать это сам, не теперь. Я уверен, что вам гораздо больше понравилось, если бы я позаботиться о твоем сексуальном удовольствии.
Хорошо бы, подумал Гарри, ночные оргазмы Драко больше не заставляли его предлагать секс. И говорить об этом искушающих фраз.
Но все же, когда-нибудь Драко вспомнит, насколько ненавидел его раньше. И, когда это произойдет... Что ж, у него будет еще одна причина так к нему относиться, если сейчас Гарри извлечет выгоду из сложившихся обстоятельств? Если будет использовать его как слугу.
Гарри засмеялся, немного нервно. Он хотел сказать Драко, чтобы тот отступил, но услышал, что говорит совершенно противоположные вещи:
- Ты уверен, что настолько хорош? Что можешь удовлетворить меня?..
Драко придвинулся на долю дюйма и провел языком по нижней губе Гарри.
- О, да. Ты никогда более не предпочтешь душ мне.
Гарри почувствовал, как его сердце забилось в тяжелом, страстном ритме, в котором не билось очень- очень давно. Желание, вот что это было. Чистое сексуальное желание.  Секс с Драко не будет пятничной рутиной по распоряжению тренера. Это будет страстное скольжение двух тел, Драко, удовлетворяющий Гарри, не имеющий возможности кончить, пока тот не скажет слова.
Не спрашивай, не спрашивай, приказал он себе, но картинки, быстро сменяющиеся в его мозгу, были слишком пленительны, чтобы последовать своему собственному совету.  Он должен был знать, какая из этих картинок показывала то, что Драко думал.
- Э... предположим, я скажу «да», что ты сделаешь, чтобы... э, удовлетворить меня?
Ленивая улыбка тронула губы Драко. Он был слишком близко, чтобы Гарри это увидел, но он мог почувствоваться, как губы парня медленно задвигались, практически проглатывая мягкий шепот Драко, когда он ответил.
- Все, что ты захочешь. Все, что угодно, Гарри. Абсолютно все.
О, Боже. Ему определенно не стоило спрашивать, решил Гарри.
- Эм...
Драко отступил от него на шаг и обвел Гарри взглядом.
- Но ты никогда раньше не был с мужчиной, и, я думаю, мы будем делать все постепенно, настолько медленно, насколько ты захочешь. Возможно, просто поцелуи, для начала. Длинная, медленная серия поцелуев, пока мы будем лежать на кровати вместе, бок о бок, или...
- Ты тоже раньше не был с мужчиной, - прервал его Гарри,  скользнув пальцами за воротник и чуть ослабив его. Черт, в его комнате становилось жарко. – Я имею в виду, не то чтобы ты знал... Как правильно.
Драко прикрыл глаза,  и выражение на его лице было примерно такое же, как и когда он практически целовал Гарри.
- О, я думаю, что могу быть уверенным. Я могу не помнить точно, но... - Он вяло пожал плечами. – Есть такая вещь, как инстинкт. Я склонен думать, что мне нравятся мужчины и что у меня есть некоторый опыт в таких делах.
Оставив надежду ослабить воротник, Гарри отодвинулся назад достаточно для того, чтобы расстегнуть две верхние пуговки. Он бы обмахнулся, если бы не подумал, что это выдало бы его с головой. Ему было прохладнее сейчас, так что было чуть лучше...
Или нет. Потому что Драко уставился на кусочек кожи, что Гарри обнажил. Уставился с явным одобрением.
- Итак, Гарри, мой господин... "Все, что угодно" - достаточно широкое понятие. Может быть, ты будешь направлять меня, так как я пока не знаю твоих вкусов. Что бы ты хотел от меня? Как я могу служить тебе?
Драко нужно быть ближе, чтобы служить ему...
Гарри практически сказал ему, что ему хочется, здесь и сейчас. Он видел себя, делающим это, слышал свой собственный голос, произносящие те фантазии, что преследовали его в предрассветные часы. Не говоря уже о собственных мечтах, о вещах, которые приходили к нему в голову, когда он спал! Гарри с трудом им верил, особенно с тех пор, как он дрочил перед тем, как лечь спать. Хорошо дрочил, иногда даже два раза подряд. После этого у него вряд ли оставалось достаточно сил для всяких эротических фантазий.
Но с Драко, спящим рядом с ним? У Гарри были.
«Тогда на колени» - он сказал бы, положив одну руку на плечо Драко, чтобы подчеркнуть команду: «на колени, и открой свой рот широко, да, вот так, и тебе бы лучше сделать это хорошо...»
Гарри быстро сглотнул несколько раз подряд. Было удручающе хотеть этого, но что было хуже - понимание того, что чтобы получить все это, было достаточно сказать одно слово. Невероятно. Абсолютно невероятно.
- Ммм? - спросил Драко, с оттенком непристойности в голосе.
Колени Гарри задрожали. И не без причины, конечно. Ему становилось действительно интересно, как долго еще он сможет противостоять этим поползновениям.
- Что ж...
- Да?
"Как одно короткое слово может звучать так страстно?" - подумал Гарри, и это был действительно хороший вопрос.
- Нам бы лучше пойти в кровать, я думаю. Эм.... По разным кроватям. Становится поздно, и нужно поспать, мне утром на работу.
- Я только вчера сварил порцию Перечного зелья. - Сказал Драко чуть лукаво. - Ты не доверяешь моим способностям в зельеварении? Я гарантирую, что могу не дать тебе заснуть всю ночь, а потом отправить, свежего и выспавшегося, как будто ты спал как минимум двенадцать часов подряд.
- Я уверен, что твое зелье хорошо сработает, но... - вздохнул Гарри. - Ты не упустишь ни единого шанса, да?
Драко был сама невинность:
- Прикажи мне удовлетворить все твои явные, но неназванные желания, и я сделаю это, стараясь изо всех сил.
«Это было чертовски по-слизерински» - подумал Гарри. Драко, вероятно, знал, что эти самые желания сильно связаны с сексом. Сексом с Драко. Горячим, потным, полным стонов  и вздохов сексом с...
- Я хочу только подчиняться, служить и удовлетворять тебя. - Продолжил Драко, и  это совсем не помогло воображению Гарри успокоиться. Как и члену. Слова, подобные этим, заставляли его становиться твердым и... ну, они заставляли его чувствовать себя властным. Что было странно – раньше у него таких порывов не было. Не было несколько недель назад, если быть точным.
Он открыл рот, чтобы ответить и приказать Драко не говорить так, но не смог сделать это, не смог произнести эти слова. Правда в том, что он не хотел, чтобы Драко останавливался. Ему нравилось слышать от него подобные вещи, нравилось предвкушение того, что он мог создать между ними.
- Слушай, давай сегодня просто... Позаботимся о тебе, - сказал Гарри. - Теперь,  после двух ночей подряд хорошей дрочки ты чувствуешь себя... эм, ну ты понял?
-  «Ты понял», - повторил Драко сухо. - Мне двадцать один год, Гарри. Я думаю, что могу дрочить дважды в день, вместо одного, не чувствуя себя «как я понял». Особенно, когда я живу с красивым, подтянутым парнем, который... хм. Это странно.
- Что странно?
Драко чуть побледнел.
- Я... Я не могу сказать точно.
Чувствуя, что другому парню некомфортно, Гарри шагнул вперед и обнял его.
- Что ты хотел сказать? Ты можешь рассказать мне...
Драко прижался к нему, а потом положил голову на его плечо
- Только то, что ты напомнил мне кого-то.  Но... не совсем. Я и правда не могу никого вспомнить, но у меня такое чувство, что ты похож на... кого-то еще.
Ого. Гарри не был уверен, что же это могло означать. Начали ли возвращаться воспоминания Драко? Сопротивлялся ли он тому, чтобы вспомнить Гарри? Или правда думал о ком-то еще?
Пока не густо.
- Хочешь чего-нибудь выпить? - спросил Гарри, чуть отодвигая Драко назад. - Может помочь.
- Я выпью, если ты хочешь...
- Что ты предпочитаешь?
- Просто... в кровать, я думаю.
- Кровать, так кровать, - Гарри чувствовал, что вот-вот покраснеет, хотя помнил, что ему не следует этого делать. Зная особенность Рес Меа Эс, он полагал, что должен привыкнуть к тому, что имеет отношение к таким личным вещам. – Иди в душ, а потом надевай пижаму, а потом... я приду. Как в прошлый раз.
Драко тихо вздохнул.
- Что? - Когда он промолчал, Гарри чуть ужесточил голос. - Скажи мне.
Прямая команда заставила его говорить.
- Прошлой ночью, когда ты, наконец, приказал мне кончить, твой голос был напряженным. Это было для тебя... неприятным?
Гарри передвинул свою руку так, чтобы она поглаживала заднюю сторону шеи, а не спину Драко.
- Нет, не было. - Он сухо усмехнулся над тем, насколько сильным преуменьшением этот ответ был. Извивающийся под простынями Драко, его прерывистое дыхание, пока он наглаживал свой член... Гарри чуть не сошел с ума, пока сидел рядом с кроватью. - Если мой голос звучал грубо, когда я приказывал тебе это, то только потому, что я чувствовал себя немного виноватым.
- Виноватым? Я... я не понимаю.
Гарри снова передвинул пальцы на шее Драко и потер узелок нервов, образовавшийся там от напряжения.
- Да потому что... В понедельник ночью мы выяснили, что я должен до тебя дотрагиваться, так? Ну, прошлой ночью я хотел удостовериться, что тебе нужно еще и разрешение. Поэтому я  заставлял тебя... дрочить так долго. Я надеялся, что ты достигнешь кульминации без моих указаний. Я думал, что тебе требуется только прикосновение, но, похоже, тебе нужно и то, и другое.
- Да, но это и должно быть так, - мягко сказал Драко. - Я твой раб, в конце концов. Твой катамит*. Любое удовольствие, что получаю я, должно быть привязано к твоему, неразрывно связано с твоими нуждами, желаниями, членом...
Это было сказано так чертовски сексуально, что Гарри чуть громко не застонал, хотя и знал, что это  говорит заклинание, а не Драко. Это же не мог быть Драко. Правда?
Тот отодвинулся чуть-чуть, чтобы посмотреть на него, и его губы сложились в знающую усмешку.
- Я пропустил ту часть, где ты говорил про вину.
Гарри сильно старался не обращать внимания на то, что его член рвался за пределы штанов.
- Ну, потому что такая долгая дрочка могла бы быть тяжелой для тебя.
Драко качнулся к нему и благоговейно поцеловал Гарри.
- Я думал, что ты делал это не просто так... контролировал специально...
- Нет, нет, - прервал его Гарри, снова чувствуя себя виноватым, но совершенно по другой причине: прошлой ночью он пытался убедить себя , что ему просто нужно больше информации, для блага Драко он должен был узнать точно, как работает Рес Меа Эс, но понимал, что это не вся правда. Ему начало нравиться контролировать Драко. Повелевать им. За те нескольких долгих секунд, наблюдая за скрученным в нужде Драко, Гарри наслаждался тем, что другой парень привязан к нему рабскими узами. Ему нравилось это. Фактически, после этого он дрочил так быстро и интенсивно...  Удивительно, что ничего не растянул.
- Я бы не сделал этого, - добавил Гарри, желая, чтобы это было правдой. Он не сделает так снова, в любом случае. Он будет относиться к Драко с большим уважением, будет давать больше личной свободы, он...
- Мне понравилось, - сказал Драко, снова прижимаясь к его губам. - Честно говоря, я люблю это. Каждую секунду этого. Когда я сказал, что ты хороший хозяин, я даже не предполагал, насколько хорошим ты окажешься на самом деле.
О. Оу. Возможно, это до сих пор говорило заклинание, но Гарри обнаружил, что хочет слушать его и дальше.
- Однако, если тебе не нравится, у меня нет причин любить это.
- Я наслаждался этим, - услышал Гарри свой голос, хотя и не хотел этого признавать. - Несмотря на то, что действительно беспокоюсь, что твоя память восстановится, и твои чувства изменяться, ты подумаешь, что я извлек какую-то выгоду...
- Тебе следует извлечь выгоду из моего положения, прежде чем я почувствую что-то другое.
- Да, но именно поэтому я не могу.
- Я имел в виду не это.
- А я  —  да, - упрямо ответил Гарри. - Ты был очень...
- Привлекательным? - певуче спросил Драко. - Неотразимым? Соблазнительным?
- А также настойчивым. Требовательным, если честно, но я думал, тебе не разрешено требовать что-то, пока заклинание не войдет в норму. Эм... ты думаешь, это произошло?
- Возможно, немного. Большей частью я думаю, что я просил подарить тебе такой незабываемый и сильный оргазм, что по сравнению с ним твои самые горячие мокрые сны  покажутся невинной детской вечеринкой, и ты захочешь мой рот и задницу дважды в день, и ... - Драко сверкнул улыбкой. - Это все для тебя, мой Хозяин Гарри.
Это чертово обращение действовало ему на нервы. Раньше. Но теперь Гарри обнаружил, что это заставило его твердеть от того, что оно подразумевало. Он не думал, что когда-нибудь еще сможет слышать это слово без того, чтобы возбуждение не скользнуло по его телу вниз.
Гарри хотел неожиданно обрушиться поцелуем на Драко, схватить его за руку и потащить наверх, в свою кровать. Черт, он хотел взять его здесь  и сейчас, в центре гостиной,  даже не потрудившись как следует задернуть занавески!
Он мужественно боролся с собой за толику спокойствия.
- Это не ты, - прерываясь, прошептал он. - Это заклинание, и...
- Это  не заклинание, - перебил его Драко. - Это совсем не заклинание. Я знаю.
- Ты не можешь знать! Ты не помнишь!
- Гарри, я знаю.
Гарри расстроено вздохнул.
- Хорошо, но пока я не буду знать, что это говоришь ты, а не заклинание, я не смогу. Это не должно быть так, и ты должен прекратить говорить такие вещи, чтобы заставлять меня. Вот, что я имею в виду.
- Как пожелаешь, -  сухо произнес Драко.
Гарри чуть смягчил голос.
- Это для твоего же блага, Драко. Я не хочу, чтобы однажды утром ты возненавидел себя.
«Или меня» - добавил он про себя: «Я больше не хочу, чтобы ты ненавидел меня, в любом случае»
- Как тебе угодно.
Гарри вздохнул.
- Слушай, тебе и правда так будет лучше. Почему бы тебе не пойти наверх, и я присоединюсь чуть попозже, как и сказал?
- Да, конечно. Я сделаю все, что ты хочешь. - Драко повернулся и направился наверх, не произнеся больше ни слова.
Гарри нахмурился, чувствуя себя последней задницей. Без всякой особой на это причины, на самом деле. Он сделал правильную вещь, ответственную вещь. Так почему же это казалось таким... неправильным?  Он хотел Драко, а Драко хотел его... Если бы  не Рес Меа Эс, они бы сейчас занимались чем-нибудь другим. Самая естественная вещь, не так ли?
Но нет, это было не так. Совсем не естественно, если присмотреться повнимательнее. Не в этом случае. Магия была виновата.
Драко, черт возьми, даже мог не быть геем! А то, что он сказал на счет инстинкта? Весьма вероятно, Рес Меа Эс заставило бы его сказать что угодно, лишь бы удовлетворить Гарри так, как полагало нужным.
Нужно было спросить у Малфоя про ориентацию Драко. Весьма неудобный вопрос, конечно. Чистокровные были снобами в столь многих вещах, что Гарри легко мог представить Малфоя насмехающимся над идеей, что его прекрасный сын и наследник может предпочесть мужчину женщине.
Поэтому... лучше спросить Нарциссу. И отец, и мать, без сомнения, любили сына, но Люциус, кажется,  удовлетворял свое эго. Любовь Нарциссы была более бескорыстная; Гарри был уверен в этом. Ничего не поделаешь, он вынужден спросить. Но не сегодня. И не тогда, когда Драко может услышать. В конце концов, кто знает, что Нарцисса может поведать.
Кроме того, с Гарри достаточно Нарциссы и Люциуса на сегодняшний вечер. Но скоро он спросит.
Сейчас же, он должен пойти наверх и помочь Драко с его нуждами. С одной конкретной нуждой.
И, принимая во внимание состояние самого Гарри, ему лучше сначала пойти и отдрочить, и только потом идти к нему. Лучше быть удовлетворенным и спокойным, когда придется смотреть, как мастурбирует Драко.
Может быть, именно так он сможет пройти через это, не беспокоясь и не возбуждаясь.

*Катамит — юный мальчик для удовлетворения сексуальных желаний хозяина.

Глава 23.

Даже лучшие планы могут неожиданно провалиться,  позже подумал Гарри. О, конечно, он пошёл в ванную и помастурбировал, прежде чем идти наверх к Драко. Хорошенько помастурбировал. Вокруг удовлетворяющего себя Гарри поднимался пар, его намыленная рука скользила по члену все быстрее и быстрее. Один толчок, другой, третий... Тело Гарри съехало по кафелю... Его мысли бурно сменяли друг друга...  Драко, стоящий лицом к стене, широко расставив ноги. Стонущий Драко. О, да, Мерлин, ах, Гарри, да, ДА... давай, прямо сейчас... глубже, сильнее, глубже... полностью, давай, хочу тебя, только тебя... О, мой Хозяин Гарри...

Определённо, Гарри уже начал думать об этом праве собственности как о чём-то эротическом. В его фантазии он доводил Драко до стонов и всхлипов, затем неспешно входил в него, целуя его плечи и шею, одновременно сипло бормоча: "Сейчас, сейчас, Драко. Я кончу первым, ты же знаешь, а потом и ты...".

Драко вскрикнул, заканчивая и забрызгивая спермой стену, а Гарри подумал, как ему нравилось управлять Драко в сексуальном плане.

По крайней мере, так подумал Гарри из фантазий...

Таким образом, это была очень бурная мастурбация. Одна из самых лучших, подумал Гарри, отмечая, что именно образы Драко, а не каких-нибудь неизвестных женщин доставляли ему более сильный и долгий оргазм. Гораздо интенсивнее его обыкновенного. Раньше, безусловно, его привлекали девушки... без сомнения... но, незаметно для него, что-то изменилось.

Последние несколько лет... его отношения с Джинни стали какими-то... скучными, простой рутиной. Привычкой. Гарри не этого на самом деле хотел. Их секс стал  обязанностью. Гарри с опозданием это осознал, но он хотел лежать на ком-то мускулистом и плоском, а не мягко округленном и фигуристом. Он хотел войти в мужчину, а не в женщину, хотел видеть, как возбуждается член партнера, хотел слышать его блаженные стоны  от того, что Гарри с ним проделывал...

Но, более того, он хотел, чтобы этим мужчиной был Драко...

Поттер остановился, вытирая полотенцем голову. Он никогда не чувствовал такого по отношению к Драко до всего этого, но после... Гарри очень хотел его, и ещё отчетливее он понимал, что этому не бывать. Да, он подавлял своё желание. Конечно, а что еще ему оставалось делать! Шла война, и Драко определённо был его врагом. Желать врага опасно, особенно когда вокруг разворачиваются военные действия.

Даже после того, как Гарри победил в войне, Драко всё ещё оставался его врагом. События, которые произошли во время войны... Слишком многое следовало забыть, поэтому неудивительно, что Гарри никогда не пытался что-либо предпринять – ему даже в голову ничего такого прийти не могло.

Но сейчас человек, спящий в дальней комнате по коридору, не был его противником. Он может им стать, когда вернётся его память, но  его вины в этом не будет. Он был уязвим и очень раним.

И, более того, он принадлежал Гарри, и тому полагалось о нем заботиться и защищать его.

Так что все логично. Гарри осознавал, почему Драко стал привлекать его именно сейчас, а не раньше. И теперь он мог заметить, что Драко был подтянутым, красивым мужчиной. Гарри никогда не задумывался об этом, но сейчас обстоятельства его  заставили.

Например, то, то, что Гарри должен был касаться Драко, чтобы тот смог кончить. И Драко придется буквально умолять его о разрядке, днем и ночью...

Ладно, этого больше не повторится. Больше он не будет думать об этом, нет, не будет. Но это не означало, что и искушение тоже куда-то испарится. Он сможет продержаться до тех пор, пока воспоминания не нахлынут на Драко, и Гарри не собирался заставлять его делать себе минет или что-то в этом роде.

Поэтому то, что он сидеть рядом с Драко и касаться его, чтобы он кончил, ни к чему серьезному не приведет, правда ведь?

***

Когда Гарри зашёл к Драко, тот сидел на кровати, ожидая его.

И на нём не было пижамной рубашки.

Драко был укрыт по пояс тёмно-голубыми простынями. По сравнению с ними кожа Драко выглядела светлой и безукоризненной. Гарри прочистил горло, не зная, что сказать, затянул потуже пояс халата, запахивая полы на обнаженной груди. Он был одет для сна, как обычно, в пижамные брюки, но без верха.

Внезапная мысль ошеломила Гарри: а были ли пижамные брюки на Драко? Гарри перевёл взгляд ниже, но ничего не увидел из-за простыней. Чёртовы простыни. Гарри очень хотелось узнать, что же было под ними. Этот тоненький кусочек ткани, который легко можно было убрать, было единственным, что стояло между ними.

Тяжело сглотнув, Гарри встретился с Драко глазами. Он сел на стул рядом с кроватью и попытался собраться с мыслями для нормального разговора.

- Э-э... А почему ты не оделся, как обычно?

- Я не могу ответить.

- М-м?

- Ты велел мне не соблазнять тебя словами, –  Серые глаза Драко словно бросали ему вызов. – А с тех пор, как твоё слово - мой приказ...

- Ты просто лежишь в кровати обнажённый, да?

- Видимо, да.

Гарри немного отодвинулся. Интересно получалось с этим заклинанием... Драко мог не подчиняться характеру приказов Гарри без наказания и боли, но если он не выполнит саму суть приказа, то его страшно наказывало заклинание... Даже когда он не был виноват в том, что не смог подчиниться.

Гарри прочистил горло. Определенного ответа он так и не получил. Но очень хотел бы знать. Что же отделяло его от члена Драко с золотистыми волосами в паху, одна ли только простыня мешала ему?

- Ты раздет? – проскрипел Гарри. – Совсем?

- Как еще можно быть раздетым, если не совсем?

- Почему ты не отвечаешь на вопрос?

- А почему ты склоняешь меня к мятежу? – спросил Драко, глядя на лицо Гарри. – Если ты хочешь наказать меня, Гарри, то тебе даже не нужно так утруждать себя. Просто расстегни ремень или возьми хлыст – и вели мне нагнуться...

А вот это уже определённо было словесным искушением. Гарри почувствовал, что ему становится жарко. Как Драко узнал о мечтах Гарри о доминировании?

Но на самом деле он ничего не знал. Драко говорил от себя, предлагая себя, как раба, для всего, что хотел Гарри. Он не мог знать, что его слова были искушением

- Я не хочу наказывать тебя, – сказал Гарри, хотя это было ложью от начала до конца. Он хотел  бы шлепнуть пару раз по округлым ягодицам Малфоя. Не потому, что Драко его в чём-то не послушался, он просто находил саму идею очень сексуальной. – Почему же ты не можешь мне сказать, зачем ты разделся догола?

- Я полагаю, ответ может быть... трудным. Или, возможно, нет. Возможно, это не будет искушением, если я скажу, что да, я ждал тебя в кровати голым. Полагаю, что моё обнажённое тело волнует тебя в какой-то мере, и по тому, как ты на меня смотришь, понятно –  это так и есть...

- Ох, замолчи, – сказал Гарри, хмурясь. – Я полагаю, ты уже знаешь, что чтобы тебе кончить, мне нужно... Это беспокоит меня.

- Это тебя беспокоит, – повторил Драко, его ноздри затрепетали.

- Я не имел в виду это, словно ты для меня какая-то скучная домашняя обязанность или что-то подобное...

- Ты действуешь так, словно я этим и являюсь. Сидишь в десяти футах от меня до тех пор, пока тебе не приходится коснуться меня. Если тебе это не нравится, то мы не должны этим заниматься.

- Мы не можем не заниматься этим! Тебе нужно..., – Гарри внезапно сузил глаза. – Ах, вот почему ты так странно ведёшь себя. Тебе нужно что-то большее. А ты даже не можешь сказать этого, не так ли?

Драко закрыл глаза и сказал утомлённо:

- Я не могу обременять тебя. Твои желания и удовольствия – это все, что меня волнует. Вот и все, что я знаю.

Гарри пододвинулся ближе.
- Это объясняет, почему ты пытался меня соблазнить. Ты пытался получить то, что желаешь, но не мог даже попросить этого.

- Я уже говорил, что не могу заставлять тебя что-либо делать, хотя это было великодушно с твоей стороны –  прийти сюда и позаботиться о моей разрядке. Ты просто мог бы закрыть меня в тёмной комнате и оставить гнить там, если бы пожелал. Вместо этого, ты ведешь себя как добрый и внимательный хозяин.... И как я могу просить что-то, если я вообще не имею права просить? – голос Драко стал задумчивым. – Я... Меня, наверное, надо наказать за то, что я жалуюсь.

Ах. Ох. Гарри сглотнул.
- Нет, ты не совершил ничего плохого, тебя не следует наказывать. Ты же не чувствуешь боли в груди, правда? Той обжигающей боли?

Драко покачал головой.
- Нет. Но я считаю, что солгал тебе, потому что...

Гарри почувствовал, как земля уходит из-под ног.
- Ты считаешь, что солгал мне?

Губы Драко сложились в еле заметную улыбку.
- Я не хочу тебе лгать. Но ты думаешь, что меня мучила боль, тогда, когда ты ударил меня по щеке?

- Когда ты говоришь неправду, то тебя мучает боль. Я имею в виду, ложь являлась тем, что причинило боль тебе... Я так полагаю.

- Но ты же перестал давать мне пощёчины. – Драко улыбнулся ещё сильнее. – Но я уважаю тебя настолько, чтобы не пытаться надуть тебя.

- Надуть меня?

- Чтобы ты меня наказал.

Ох. Вероятно, тема наказания в их разговоре возникла не просто так. Драко не мог сказать Гарри, чего он хотел, но это не означало, что его желания не будут давать о себе знать. Если бы он был голоден, то его желудок урчал бы. Если ему была нужна сексуальная разрядка, то он бы робко пододвигался к Гарри и пытался бы его коснуться.

А это... Если он считал, что заслуживает наказания, то он говорил об этом в их разговорах, снова и снова.

Хорошо было то, что Драко не знал, каким эротичным находил это Гарри. С другой стороны, приказ против соблазняющих слов затыкал Драко рот, и Гарри не мог знать этих вещей.

"Конечно, лучше этого не знать", – подумал Гарри. Потому что, что бы он после этого всего делал? После того, что Драко сказал бы, что хочет секса с Гарри?

Заклинание заставило бы Драко так говорить.

Чёртово заклинание.

Но это было бы неправильно, даже несмотря на то, что Драко полностью подчиняется Гарри. Что он почувствует, когда к нему вернётся память, и он поймёт, что не только просил, чтобы Гарри Поттер отшлёпал его, но Гарри Поттер сам заставлял его просить об этом? Последствия могли бы быть другими, если бы Драко... гм, был заинтересован этим до того, как Гарри заявил на него права.

Но Гарри не имел причин, ни одной причины, чтобы считать, что Драко был им заинтересован.

Но поскольку, на самом деле так всё и складывалось, Драко смог бы понять, почему Гарри один раз ударил его. Он не возразил бы, он понимал, что у Гарри фактически не было выбора.

И он, определённо, понимал, насколько это нравилось Гарри. Он не должен этого делать, как было тогда, потому что это не было сексуальной игрой. Это была реальная жизнь Драко, и Гарри нёс за неё ответственность.

Всё нормально... А сейчас нужно вернуться к тому, в чём нуждался Драко. Возможно, ему нужно было что-то большее, чем наказание. Гарри надеялся на это.

- Я не сижу в десяти футах от тебя, – спокойно сказал он. – Всего лишь в двух. И я вовсе не снисхожу до тебя, когда приходит время. Это не так. Это лишь... Ну, ты знаешь. Мастурбация – это очень личный процесс. Ещё никто не смотрел на меня, когда я мастурбирую, и я попытался представить себя на твоём месте. Если бы кому-нибудь нужно было бы меня коснуться, чтобы я кончил, то, я полагаю, я хотел бы представлять себя в одиночестве, даже если я не был один. Вот почему прошлой ночью я коснулся тебя лишь в самом конце.

- Ох. – Кадык Драко дернулся. – Я думал, что... Я не знал.

- Что я считаю это обязанностью?

- Но это не так, правда?

Всё ещё нужны уверения и успокоения?..

- Конечно, для меня это не обязанности. Ты очарователен и соблазнителен. Неотразим, как ты уже говорил. Возможно, ты сказал это в шутку, но это правда, Драко. Ты красив и привлекателен, я едва сдерживаю желание прикоснуться к твоей бледной коже, чтобы убедиться на самом деле, что это всё реально. Я имею в виду... гм, ты похож на ангела. Ты чудесно выглядишь...

- Презентабельно, – сказал Драко с лёгкой улыбкой, но, казалось, ещё большая улыбка засияла у него в глазах. – Я тебе нравлюсь.

Гарри не хотел соглашаться с тем, что сказал Драко, но он не хотел испортить его радостное настроение.
- Да, ты прав... гм, если что-то меня и беспокоит, когда я вижу тебя мастурбирующим, то это потому, что я беспокоюсь, как бы мне не снесло крышу, и я не сделал то, что разозлит тебя позже.

Драко немного выпрямился.
- Если я разозлю тебя, то это будет моей виной, и я буду заслуживать наказания. Я не имею права злиться на то, что доставляет тебе удовольствие, хозяин Гарри. И я полагаю, что не буду злиться, даже если всё вспомню.

Опять наказание...
- Что будет, если ты вспомнишь, что всегда меня ненавидел?

Драко побледнел, но вскоре его лицо приобрело прежний цвет.
- О, этого не может быть. Мы были врагами во время войны, я понимаю, но сейчас мы вместе, не так ли? И, говоря более обобщенно, я был на стороне своих родителей. Это не было моим личным решением.

- Честно говоря, было. Ты однажды пытался наложить Круциатус на меня, я имею в виду, не в момент битвы. Я проходил около тебя, когда... хм, когда ты хотел побыть один, я полагаю.

Драко побледнел ещё сильнее.
- Я же не мог желать тебе вреда, не мог ведь? Мне от  этого больно... так больно, Гарри. Это неправильно. Словно яркий солнечный свет на огромной глубине океана. Так не может быть. Не может. Это не мог быть я.

- Сейчас ты так думаешь, потому что ты связан со мною, – спокойно сказал Гарри, высвобождаясь из дрожащих рук Драко.

Драко положил свою свободную руку на руку Гарри, переплетая её со своей.
- Но когда моя память вернётся, я все ещё буду связан с тобой, – сказал он напряжённо. – Возможно, я вспомню, что желал тебе зла -  я не знаю. Но я также буду помнить то, что между нами сейчас, понимаешь. Быть связанным с тобой. Быть твоим. Гордиться тем, что я твой, потому что ты хороший человек и великолепный хозяин. Я буду знать всё, и я уверен, что не разозлюсь, что исполнял твои сексуальные желания. Я буду счастлив, зная, что  доставил тебе удовольствие.

- Может быть, – мягко сказал Гарри, хотя насчёт этого он сомневался. Он не пытался во всё вникнуть. Он думал о другом, хотя с Драко легко можно было сойти с верного пути. – Гм... Я знаю, что до тех пор, пока заклинание полностью не адаптируется, ты не сможешь сказать, что тебе нужно. Я знаю, что прямо сейчас одна твоя часть полагает, что у тебя нет никаких нужд и желаний. Но они у тебя есть, и это вполне нормально, что... гм, мне кажется, что тебе будет лучше во время мастурбации, если я буду касаться тебя побольше, а не только в самом конце. И... хм...

- Да?

Странно, как ему тяжело было это сказать, подумал Гарри. На самом деле странно. Не было вероятности, что Драко откажется. Гарри мог сказать что угодно, и Драко с ним согласится.

Возможно, проблема в этом и заключалась. Гарри не хотел, чтобы Драко соглашался лишь потому, что это предложил Гарри. Он хотел, чтобы Драко соглашался лишь в том случае, если идея понравится самому Драко.

Как же это проверить?

Инстинкты, подумал Гарри. Движения. Эмоции. Да, это должно сработать. Мнение Драко станет ему понятно, если он обратит внимание на большее, чем слова. Когда Драко не захотел мастурбировать один, Гарри почувствовал это. Он до сих пор не воспринимал эмоции Драко серьёзно. Но теперь Драко сделал эти  недвусмысленные намёки, что говорило само за себя. Но, по крайней мере, он сделает всё ради  Драко.

Гарри наклонился над Драко и сильнее сжал его руку.
- Гм, ты говорил, что  подумал, будто мне не нравится, когда ты дрочишь. Это неправда. Я полагаю, если ты мне поверишь, то будешь чувствовать себя...

- Лишним и ненужным, – перебил Драко.

О, чёрт. Такого Гарри не ожидал.

- Я понял, конечно, что тебе это понравилось, - продолжал Драко, отвернувшись от Гарри и уставившись в стену. – То, что потом ты пошел к себе и ублажил себя, невозможно было не заметить. Но я подумал, что, несмотря на это, тебя отвратила сама мысль о том, что собственный раб может вызвать у тебя желание.  Иначе отчего ты не остался и не пошел на поводу у своих  желаний? Я постарался донести до тебя, что сам я не против.

- Ты же знаешь, я выполню любой твой приказ. Любой. Я полностью в твоей власти. Я же раб, не так ли?

Как это не похоже на прошлого Малфоя!

- Нет, ты не раб, – твёрдо сказал Гарри. Он знал, что значит чувствовать себя человеком низшего класса, жить с людьми, которые относятся к тебе как к грязи. То, что он мог вызвать у Драко такие чувства в сексуальном плане, беспокоило его больше, чем он мог бы себе представить.
  Ладно, по крайней мере, он понял, в чём нуждался Драко. Не говоря уже о наказании... об этом он подумает в другой раз.

Гарри подумал, что правильно сделал, что хорошо подрочил прежде, чем идти к Драко. Иначе у него не нашлось бы столько отчаянно необходимого ему самообладания.
– Я думаю, тебе нужно понять, что ты мне нравишься и я полон желания, но мы не можем ничего сделать до тех пор, пока я не увижу, что это взаимно. Потому что я не хочу, чтобы думал, что это все отвратительно и грязно. И... я хотел спросить тебя, будет ли тебе лучше, если я буду касаться тебя подольше во время мастурбации, не только в самом конце?

- Да, – просто ответил Драко.

Именно на этот ответ Гарри и рассчитывал

- Поэтому давай пододвигайся, и я лягу к тебе.

Драко взглянул на Гарри и отодвинулся, немного приподнимая простынь.

Гарри лёг в кровать, разворачивая Драко к себе лицом.
- Откуда этот вздох облегчения? И что я имел в виду, по-твоему?
- Что ты будешь держать руку на моем  плече, пока я ласкаю себя, – сказал Драко, касаясь своей рукой щеки Гарри. – Полагаю, так будет лучше, но... не очень.

Да уж,  не очень.
- Нет, я буду обнимать тебя, – сказал Гарри. – Я хочу тебя. Я лишь надеюсь, что, когда ты вспомнишь всё, ты не будешь ненавидеть меня за эти слова, или за то, что я это так ясно показываю.
- Показываешь? – выгибаясь и отодвигая простыни, спросил Драко. – На тебе надето то же, что и обычно. Многое тут не разглядишь, да?
Гарри рассмеялся.

- Да, идея отличная, но я не должен позволять ситуации ускользать из моих рук.

- Я обещаю, что мои руки тут будут как нельзя лучше,  – Драко внезапно выронил край простыни из рук. – Я... Я... Я забыл. Я не хотел! Я был так рад, что вы решили присоединиться ко мне в постели, что я целиком и полностью забыл о вашем приказе. – Его лицо внезапно исказила ужасная гримаса - он, без всякого сомнения, испытывал обжигающую боль в груди.

Нет, подумал с глубоким страхом Гарри. Но это же должно происходить  в случае лжи.

Или, возможно, такое глубокое дыхание свидетельствовало о том, что Драко хотел подчиниться, но что-то ему мешало. Как, например, это было с Летучим порохом, или то, что Драко не мог кончить, если Гарри не касался его.

В этом случае, он уже нарушил приказ.

Сдерживая вздох, Гарри сделал то, что нужно было сделать - он ударил Драко по лицу.

Но это не помогло. Драко продолжал лепетать:
- Я ужасный, отвратительный, никчёмный...

Последнее слово чуть не вывернуло Гарри наизнанку. Он знал, что значит быть никчёмным...

- Нет! – Схватив Драко за плечи, Гарри притянул его к себе. – Ты не такой, Драко. Ты не такой.

Не говори так. Даже не думай об этом. Последние слова чуть не сорвались с губ Гарри. Но он подумал, что лучше промолчать. Чего он точно не хотел, так это создавать для Драко еще один путь для неповиновения..

Гарри подержал его ещё мгновенье, но затем отодвинул так, чтобы видеть его лицо.
- Тебе лучше?

- Всё... Всё ещё болит, – ответил Драко, скривив губы.

- Прости меня за это, – мягко сказал Гарри, снова ударив Драко. На этот раз сильнее.

Выражение лица Драко не изменилось, хотя на его щеке появилось красное пятно.

- Боже, – простонал Гарри. – Еще болит?

- Ещё хуже, чем было... – Его слова, полные боли, слетали с сомкнутых губ...

- Что мне нужно сделать, чтобы тебе стало лучше? – Гарри почувствовал себя обезоруженным. Всё это не было эротичным, совсем не было. – Мне что, ударить тебя? Ударить изо всех сил? Я так не могу!..

Хотя, смог бы, конечно, если бы это прекратило муки Драко...

Но это было не то. Драко знал, что Рес меа Эс, дало ему верные инстинкты. Когда Драко поднялся на колени, простыни соскользнули с него полностью, обнажая бледную кожу во всей своей красоте. Он опустился возле ног Гарри, оперевшись ладонями на пол.

Его задница словно была подставлена для ударов.

Гарри почувствовал, что краснеет. Конечно, он представлял себе такое, но он не собирался делать это вживую. Он не хотел доминировать над Драко! Хотя, на самом деле, хотел, но не так, как сейчас. Потому что заклинание насильно поднимало его руку.

Точно.

Гарри не мог вообразить, что Драко будет так унижаться, но если бы не проклятое Рес меа Эс...

- Гарри... – умолял Драко высоким и резким голосом. – Хозяин Гарри...

Нет выбора. Гарри поднял руку и обрушил удар на левую ягодицу Драко. Нежная плоть дрогнула, затем стала покрываться розовым цветом прямо на глазах у Гарри.

Драко издал стон, одновременно выдыхая имя Гарри.

Гарри ударил его ещё пару раз; сильные удары уже заставили Драко кричать во все горло.

- Достаточно?

Драко покачал головой.

Всё нормально. Это лишь порция ударов. Гарри стыдил себя за то, что это ему понравилось. Сейчас не надо было думать об этом. Определённо нет. Но стоило ему начать, и он уже не мог остановиться. Драко извивался рядом с Гарри, каждое его движения так и дышало чувственностью. Его ягодицы краснели по мере того, как Гарри их обрабатывал, и, чёрт побери, Гарри видел отпечатки своих ладоней на них! Ну почему же он находил действо  таким возбуждающим? Возможно, потому, что он видел вместо розового зада Драко знак «Руки прочь!».

Идея, которую Гарри очень-очень хотел воплотить в жизнь.

- Скажи мне, когда будет достаточно, – тихо сказал Гарри, останавливаясь между ударами. – Ладно?

- Да, да, Хозяин Гарри, – прохрипел Драко, немного сгибая руки.

Боже, что за ситуация. Он должен быть жесток с Драко даже на словах. Он хотел бы предложить поменять положение, но не хотел, чтобы его слова звучали так, словно все происходящее было ему противно, или что он намерен расположиться с Драко поперек колен на долгий срок.

Тем не менее, пятнадцатью или двадцатью ударами позже его рука, откровенно говоря, устала.     

- Драко, прошла ли у тебя боль в груди? – наконец спросил Гарри. – Потому что если нет, то, полагаю, нам надо обратиться к целителю. Если она длится так долго, то наверняка, твое здоровье под угрозой.

Драко внезапно оттолкнулся ладонями от пола, поднялся и сел, справа от Гарри, скрестив ноги по-турецки. Его член был возбуждён.
- Ох, та боль в груди прошла уже давно.

- Что?!

- И кричать не обязательно...

Может быть, и не обязательно, но это не остановило Гарри.
- Ты опять надул меня!

- Нет, конечно, нет. – Драко  обиженно посмотрел на Гарри, словно побитый щенок. – Я не делал этого, – сказал он, кладя руку себе на сердце. Гарри не был уверен, было ли это связано с ушедшей болью в груди, или волшебники так делали, когда хотели, чтобы им поверили. – У меня действительно была ужасная боль в груди. Мне не следовало пренебрегать твоим приказом избегать искусительных слов. Ты слишком хорошо меня бил, и мне не хотелось прекращать.

- Ты не оставил мне другого выбора!

Драко покраснел.
- Ты имеешь в виду то, какую позу я принял?

- Я имею в виду, что ты сунул свой зад мне в лицо, да!

- Если тебе не понравилось, мог бы просто мне сказать!

- Конечно, мне это понравилось!

- Вот как,  – Драко улыбнулся и опустил руку, положив ее к себе на колено. Гарри не думал, что он хочет прикрыть свой член, но выходило именно так. Жаль... Несмотря на злость, Гарри всё это нравилось.

- Но тогда почему ты злишься? – спросил Драко невинным голоском.

Ты ослушался, чуть не сказал Гарри, но он не хотел, чтобы у Драко опять появилась боль в груди. Кроме того, он не был уверен, что способен на такое «хозяйское» поведение. На самом деле он даже не хотел иметь раба... разве нет?
- Я велел тебе сообщить, когда боль пройдёт, а ты мне позволил, чтобы я тебя бил и дальше...

- Что ты, я исполнил приказ, – сказал Драко с возмущением. – Потому что ты не велел мне сказать тебе, когда пройдёт боль, Гарри. Ты велел мне сказать, когда будет достаточно. И я выполнил твой приказ, честно. Наступил миг, когда мне было достаточно, и я немедленно сказал тебе.

Гарри быстро вздохнул, почувствовав себя потрясенным до глубины души. Неужели так он и выразился? Да уж, именно так. Вот болван! Он же знал, как тщательно Драко исполняет его приказы всё это время! И Драко не было достаточно? Его зад был красным, словно переспелый помидор, в конце концов!

- Как же тебе могло быть не достаточно этого?

Глупый вопрос; благодаря его эрекции, Гарри мог понять, что ему это понравилось. Но Драко ответил на вопрос.

- Знаю, что ты вложил свои силы в эти удары, но моя задница способна выдержать что-то и похуже, я считаю. Я имею в виду, что это причиняет некоторую боль, но я знаю, что смогу вытерпеть гораздо более сильные удары. Так что ты мог бы поколотить меня посильнее...

- У меня даже рука заболела, к твоему сведению!

- А если использовать плеть или даже кнут...

- Что мне с тобой делать, Драко?! – сердито спросил Гарри. – Ты... ты просто невероятен! Лжешь мне, а потом сидишь тут и тащишься от воспоминаний.

Тот приподнял бровь.

- Ты думаешь, что это неправильно – возбудиться при виде чьей-либо отшлепанной задницы?

- Нет, не...

Довольная улыбка.
- Хорошо. Потому что я чувствую, что хочу, чтобы ты отхлестал ещё и мою спину.

- Драко!

- Что?

Гарри вздохнул.
- Я это делал лишь потому, что тебе это было необходимо!

- Возможно, через некоторое время... – Драко прочистил горло. – Ладно, не бери в голову.

- Что?

- Я думаю, что ты можешь посчитать это за соблазн или искушение, если услышишь то, что я хочу сказать, – пробормотал Драко.

Ох. Гарри запустил руки в волосы, не обращая внимания на то, что привёл их в ужасное состояние. Чёрт, он хотел знать, что скажет Драко.
- Ладно. Забудь этот приказ, хорошо? Говори всё, что хочешь. Так будет лучше. Мне на самом деле не нравится, когда ты испытываешь эту боль. Говори.

- Я хотел сказать, что через некоторое время ты всё поймёшь, и, вероятно, сможешь тоже испытать удовольствие со мной, потому что тебе это нравится, не так ли? – Драко взглянул на промежность Гарри. – Я не могу быть уверенным, потому что мне твоя мешает одежда, но я вижу, что тебе это нравится.

- А сейчас я пойду помастурбирую, чтобы было безопасно помочь тебе сделать то же.

- О, не смеши меня. – Драко двинулся к Гарри и натянул на них обоих простыни, поворачиваясь лицом к стене. – Я полон желания и страсти. Ты же не оставишь меня, правда? Ты слишком милый и добрый, чтобы бросить меня вот так.

Пока Гарри думал, Драко задвигался под простынями в извилистом и волнообразном ритме, который Гарри сразу узнал.

Будучи в гневе, Гарри чуть ли не приказал ему остановиться, подождать до тех пор, пока он не придёт.

Но тут Гарри услышал жалобное:
- Ты собирался держать меня за плечо, не так ли? Это было бы так приятно, так приятно... Гарри?

Издав стон поражения, Гарри повернулся к нему и притянул Драко к себе, прижав его спину к своей груди.

- Ммммм, так намного лучше, – шепнул Драко.

Гарри не знал, лучше ли это было, или хуже. Всё, что он тогда знал, это то, что Драко, двигаясь, касался ягодицами члена Гарри. Контакт, разумеется, не был прямым. Пижамные брюки Гарри были на месте, но нельзя сказать то же самое о его пижамной рубашке. Но сейчас... контакт был словно электрическим.

Гарри раскрыл рот, его член возбудился. Как же он мог не возбудиться? Он же держал обнажённого Драко Малфоя! Обнажённого, мастурбирующего Драко Малфоя!

- Ммммм, я чувствую отметины от твоих ударов каждый раз, когда я двигаюсь, – пробормотал Драко.
Что не прибавило Гарри спокойствия.

Как он мог подумать, что хорошая мастурбация перед «сеансом с Драко» ему поможет? Это Гарри был тем, кто был полон желания и страсти. Даже маленький шум, изданный Драко, был для него топливом для огня, заставляя его член пульсировать.

- Ммммм, – простонал Драко. – Ммммм, Гарри... ты такой сильный. Такой сильный и волшебный...

Волшебный? Гарри подумал, что ослышался. Может быть, «властный»? Но Драко продолжал:

- Ты тоже можешь двигаться, – Драко уже хрипел. – Двигаться, скользить по мне... Скользить по моим горящим ягодицам, напоминая мне о твоих ударах и о том, насколько я твой...

Гарри почувствовал, что хочет поцеловать Драко хотя бы ради того, чтобы тот закрыл рот. То, в каких позах они лежали, делало это действие трудноосуществимым. Гарри  поддался своему желанию и удовлетворился местечком, где шея Драко перетекала в плечо.

Эффект был как у обычного поцелуя.  Драко издал бессвязный стон, сопровождаемый более резкими движениями руки.

Простынь соскользнула, и Гарри, продолжая поцелуй, повернул голову, глядя на то, что открылось его взору.

Красиво  – вот всё, о чём он смог подумать. Бледные, блинные пальцы Драко скользили по возбуждённому тёмно-красному члену, толкаясь вверх и вниз, раскрывая крайнюю плоть и немного растягивая чувствительную кожу внизу.

Рот Гарри наполнился слюной, его тело хотело задвигаться в то же ритме. Конечно, он видел парня без одежды раз или два до этого. Но возбужденного мужчину - никогда.

- М-м-м-мм, мне нравится, когда ты на меня смотришь, – пробормотал Драко.

Ошарашенный, Гарри понял, что перестал целовать шею Драко несколько мгновений назад.

- Ты можешь смотреть, сколько захочешь. – Драко пододвинулся к Гарри, его рука уже сдавливала член, потому что он сильно толкался бёдрами. После каждого слова, он раскрывал рот от наслаждения. – Это всё твоё. Я – твой. Ты можешь приказать мне убрать мои руки и использовать свои собственные. Ты можешь попробовать меня...

Вот и все – потребовалась только одна восхитительная мыслительная картинка: Гарри берет Малфоя в рот...

Гарри вскрикнул, содрогаясь и притягивая Драко к себе, яростный оргазм захлестнул его с головой.

- Ммммм, – простонал Драко, его руки не замедлили темп. – Я чувствую, что ты кончил. Мне это нравится. Мне нравится доставлять тебе удовольствие, Гарри...

- Кончай, кончай, ты тоже... – хрипло простонал Гарри, поскольку его собственный оргазм всё ещё не утих.

Затем Гарри увидел, что Драко содрогнулся и кончил.

В тот момент все чувства Гарри обострились, и он даже смог почувствовать запах его семени. Он вздохнул, довольный. Он не был уверен, что причина этого в том, что они кончили вместе, или что он кончил по его приказу, или он видел, как кончает Гарри, или почувствовал запах его семени, или...

Всё, о чём Гарри думал в данный момент, это то, что эта незапланированная и необдуманная ночь была восхитительна.

- Драко, - пробормотал он, когда оргазм Драко стал гаснуть. Поворачивая Драко на спину, он позволил себе ещё одно проявление своих чувств. Он позволил себе настоящий поцелуй. Губы к губам, языки во рту друг у друга и плавное скольжение языка Гарри по зубам Драко. Гарри расценил это как прекрасный конец прекрасной ночи.

Магия скоро рассеялась. Ни один поцелуй не может длиться вечно, и, стоило Гарри вынырнуть из чувственной дымки и осознать, что они натворили, он отодвинулся и резко спросил:
- С тобой всё хорошо?

Драко сел и достал палочку, чтобы наложить очищающие чары на них обоих. Потом он взглянул на Гарри с удивлением.
- Да, конечно. А с тобой?

- Не мою же задницу отхлестали сто раз.

- А, ты об этом. – Улыбка Драко показалась Гарри нахальной. – Это не так, Гарри. Да, у меня зад немного болит, но я же не возражаю. Мне это нравится.

Ему понравилось. Это было очевидно. И все же Гарри испытал небольшой шок.

- Это было чудесно, Гарри, – сказал Драко, целуя Гарри в губы. – Спасибо. И, я надеюсь, тебе тоже понравилось, х-м-м?

- Ах. Да. Очень. – Гарри прочистил горло, чувствуя себя немного некомфортно, потому что всё закончилось. Он пришел сюда не для секса. Он пытался избежать этого, вернее, пытался заставить Драко не говорить соблазнительных слов. И его планы рухнули. Он не был уверен, из-за чего это произошло. Может быть, это из-за того, что Гарри пришлось бить Драко, или из-за того, что тот был обнажён, или...

По крайней мере, он не заставил Драко встать перед ним на колени. Это радует.

- Я устал, – сказал Гарри, поднимаясь на ноги. – Пойду к себе.

Драко нахмурился.
- Тебе незачем уходить. Это же твоя кровать, по сути дела.

- Нет, мне лучше спится одному. А тебе?

- Не знаю, – уныло ответил Драко. – Хотя, мне кажется, разделить с тобой постель было бы приятно. Что еще я могу сказать? Я хочу быть так близко к тебе, как только ты мне позволишь. Есть ли у тебя какие-нибудь распоряжения, кстати?  Спинку потереть, перестелить белье на кровати?

Драко был немного раздосадован, и Гарри решил умилостивить его поцелуем.
- Ты и так все сделал отлично, – сказал он, отрываясь от его губ. – Я удовлетворен, и я рад, что ты живёшь со мной, но я хотел бы спать один. Договорились?

- Да. – В голосе Малфоя скользило недовольство, но тут уже ничего не поделаешь. – Тогда, может, ты зайдешь ко мне утром вместо душа? Я ведь лучше, чем душ, правда? Даже если ты просто трешься об меня.

- Я... Я... – Гарри не знал, что ответить. Он хотел согласиться, но он не мог не понять, что они пересекли недопустимую границу.

С другой стороны, он вовсе не был насильником. Все это -  лишь небольшая порция совместного удовольствия. Возможно, это даже нужно для приспособления Рэс меа Эс.

К черту условности, подумал Гарри. В конце концов, они оба мужчины. Пока все не перешло на физический уровень, у Драко не будет причин для жалоб, когда он всё вспомнит. Так ведь? Так?

Гарри не был уверен в правильности своего решения, но предосторожности были отброшены.

Кроме того, судя по тому, что он знал о Малфое, тот сигналил ему о необходимости утренней разрядки.
Разве Гарри мог ему отказать?

- Да, я приду к тебе утром, – сказал он, снова целуя Драко. – Прямо перед работой.

- Отлично. – Зубы Драко сверкнули. – Спасибо, Гарри.

Ещё один поцелуй, и Гарри спустился вниз. Он упал на кровать и погрузился в самый спокойный сон, который он только видел, с тех пор, как... ладно, самый спокойный сон за всю его жизнь...

24
В течение следующих недель Гарри чувствовал себя таким счастливым и отдохнувшим, словно он был в отпуске, хотя за эти дни у него не было ни одного выходного дня. Странно, на самом деле... Кто бы мог подумать, что изобилие беззаботного секса так все изменит? Тем более что он и раньше не страдал от воздержания. Джинни  ночевала у  него раз в неделю, а в остальное время ему верно служила правая рука.

Секс с Драко, однако, был гораздо приятнее, несмотря на то, что все, что они делали – просто регулярно обжимались, утром и вечером. Не было никакого «настоящего секса». Просто много поцелуев и объятий, если не считать, что Драко ублажал себя, устроившись рядышком с Гарри.

Один вид этого, или даже, возможно, звук, возбуждал Поттера донельзя. Он достигал пика, прижимаясь к Драко, выкрикивая его имя, ни разу, впрочем, не забыв дать партнеру соответствующий приказ.

Каким бы стремительным и головокружительным не был оргазм Гарри, в ту секунду, когда он говорил Драко кончить, его собственное удовольствие достигало новых высот. Господи, какое же это чудесное ощущение – контроль. Гарри иногда приходило в голову, что он мог бы кончить от сознания одного этого.

Драко, содрогающийся в его объятиях с громкими криками, и все потому, что так ему велел Гарри.

Секс раньше никогда не был таким замечательным.

Разве не странно? Они занимались одним и тем же, ночь за ночью, день за днем, и все равно ощущения не тускнели. Ни капельки. На самом деле, каждый миг был просто невероятен. Возможно, потому, что Драко был очень красноречив и умен. Каждый вечер за ужином он щедро сдабривал их разговор разными двусмысленностями, каламбурами и многозначительными взглядами, пока Гарри не становилось трудно дышать, и это при том, что в те моменты они даже не собирались ложиться спать. А уж в постели Драко не ограничивался словесным искушеньем. Обычно он переходил к вульгарным намекам. Гарри, впрочем, не возражал. Вообще-то он был в восторге.

В постели Драко старался доставить ему удовольствие, а не произвести на него впечатление... или на кого бы то ни было.

Может, в этом и было основное различие между ним и Джинни. Джинни была недурна в постели, ничего подобного, но у Гарри всегда было подозрение, что она пытается его поразить.

И у него было такое чувство, что она обсуждала его с друзьями, или, по крайней мере, то, что они с Гарри будут делать очередной пятничной ночью.

Хотя, с чего ему удивляться? Джинни стала его фанаткой  гораздо  раньше, чем девушкой. Он раньше думал, что  она изменилась, но как только кончилась война и Гарри с бурными аплодисментами встречали в любом уголке магической Британии, она снова принялась за старое. Это выражение ее глаз... не преклонение перед героем, нет. Это было бы слишком. Но Гарри догадывался, что, по ее мнению, статус его подружки давал ей какие-то привилегии.

Он вряд ли мог ее в этом винить. К сожалению, дело так и обстояло. Что ему не нравилось, так это то, что она, похоже, наслаждалась всей ситуацией.

Он никогда не был для нее  просто «Гарри». По крайней мере, не всегда.

С Драко все было иначе. Он знал, что лагерь Гарри выиграл войну, но понятия не имел, какую роль в исходе конфликта играл сам «хозяин». А после того, как он вспомнит, почитания от него не дождешься. Ха. Скорее, ненависти.

Да уж, точно. Черт.

Драко смертельно возненавидит его. Опять.

Между тем, секс был ужасно хорош, хотя дальше ласк и поцелуев они не шли. Драко очень этого хотел. По крайней мере, раз  в день он поднимал эту тему, утверждая, что Гарри понравилось бы больше, если бы он позволил Драко сползти к изножью кровати – да, так он и сказал – «сползти» - и взять Гарри в рот.

Иногда Поттера  так и подмывало согласиться. Он представлял себе, как скажет «давай, я разрешаю», возможно, даже потребует. Надоело уже хотеть чего-то, и иметь возможность это получить, но постоянно  отказываться. А Драко еще и предлагал весьма настойчиво.

Гарри выплескивал недовольство единственным способом, который знал – хватал Драко, прижимал его к себе и грубо целовал, а потом устраивался поудобнее, чтобы потираться о  худую, слегка округленную задницу Малфоя. Господи, это трение!

Иногда он с трудом удерживался, чтобы не снять пижамные штаны.

Но, с другой стороны, ни к чему хорошему это не приведет. Драко всегда спал голым, и если еще и Гарри разденется....  Два и  два сложить недолго, так?

- Гарри, ты слышал хоть одно слово из всего того, что я тебе только что сказала? – произнес  чей-то голос довольно требовательно.

Подняв голову, Гарри немного покраснел. Черт, о чем он только думал? Он на работе, на стуле напротив него  сидит Гермиона, а он вспоминает о восхитительном сексе, которой  у него был за последнее время!

- Прости, Гермиона. Задумался. Ну... Ты знаешь.

- Да уж, знаю, – сказала она, по мнению Гарри, немного неприветливо.  По крайней мере, она не стала продолжать. В последнее время она мало что говорила насчет Драко. В прошлую пятницу она заглянула к нему в кабинет, но упомянула только, что Рон расстроен из-за их с Джинни разрыва и пока не настроен на совместный ужин.
Что полностью устраивало Гарри. Ну, не совсем полностью... Он не хотел ссориться с Роном, но, поскольку Джинни всегда была частью их планов на пятницу, он не знал, как правильно выйти из сложившейся ситуации. Идея ужина в ресторане для них четверых, причем Гарри с Джинни – в качестве друзей, казалась не слишком правдоподобной. Может, попозже, когда-нибудь потом, все так и будет, но не сейчас.

С другой стороны, если он пойдет только с Роном и Гермионой, ему будет неловко. Это будет почти как заявление о том, что он свободен. Тут же на него польется поток писем от незнакомых женщин, это уж как пить дать.

К концу войны он уже испытал все это на собственной шкуре. Женщины посылали ему свои фотографии. Иногда очень откровенные.  Он отделался от них, объявив, что у него уже есть девушка, впрочем, тогда он не покривил душой.

А теперь.... Ну, нельзя сказать, что теперь у него есть парень, правда же? У них с Драко... как бы это назвать... нет, словами это не описать.

Он был уверен, что это долго не продлится.

Ха. Теперь у него была причина получать удовольствие, пока оно возможно, разве не так? Всем, что Драко предлагал ему в постели, утром и вечером...

- Опять задумался, как я понимаю.

Гарри с трудом избавился от навязчивых мыслей. Черт, да что же это  с ним творится-то в последнее время?

- Ты что-то сказала насчет завтра, да?

Гермиона кивнула.

- Рон все еще злится на тебя, хотя, раз Джинни утверждает, что это она приняла решение о расставании, думаю, он это переживет. В любом случае, завтра пятница, и вчера он сказал, что не прочь бы вернуться к прежнему распорядку. Есть идеи?

- Тогда ужинаем  у меня? – нехотя предложил Гарри, хотя он все равно не  смог бы взять Драко с собой в ресторан. Не хватало еще, что бы какой-нибудь журналист услышал очаровательное обращение «Хозяин», или чего похуже. Не говоря уже о том, что может произойти что-нибудь непредвиденное, и придется ударить Драко, чтобы все исправить.

Он не хотел, чтобы это просочилось в прессу.

- Нет, наша очередь, вроде бы, - решительно произнесла Гермиона. – Кстати, у Джинни другие планы, она уже нас предупредила. Так что об этом можешь не волноваться. Но мы с Роном будем рады тебя видеть. Мы не хотим, чтобы один разрыв перешел в другой, надеюсь, ты понимаешь, о чем я.

- Спасибо, Гермиона, - сказал Гарри.  – Э-э... Я знаю, Драко не в чести у Рона, но мне хотелось бы привести его с собой. Я думаю... ну.. я, конечно, мог бы сказать ему, что ужинаю с друзьями, и он не приглашен, но это его, скорее всего, обеспокоит. Он.. э-э-э... привязан ко мне в некотором роде.  Это все заклинание. Я имею в виду, сейчас он очень во мне нуждается. Это пройдет со временем, наверное.

Гермиона вздохнула.

- Рона я беру на себя. И, конечно, я и Драко хотела пригласить. Не хочу, чтобы ты чем-то обижал его. Он очень раним сейчас; это ясно. Он все еще ничего не помнит, значит?

- Ну, он сказал, что я ему кого-то напоминаю. Но это скорее догадка, чем воспоминание.

Гермиона кивнула с отстраненным видом.

- Ну ладно, посмотрим. У нас теперь есть пианино.

Замечание было таким неожиданным, что Гарри с изумлением уставился на нее:

- Что-что?

- Я, надеялась, что ты приведешь с собой Драко. Хотела узнать, как он на пианино отреагирует.

Гарри недоуменно моргнул.

- А как он должен отреагировать?

- В том-то и дело, - понизив голос, сказала Гермиона. – Мне ничего не удалось узнать по поводу заклинания, но я поспрашивала немного о его Т.Р.И.Т.О.Н. Женщина, которая принимала экзамен по музыке, вспомнила имя Драко. На самом деле, она сказала, что он набрал так много баллов, что, совершенно точно, получил особый сертификат.

- Музыка, - повторил Гарри. – И Драко? Ты что, смеешься?

- Нет, он совершенно точно сдавал экзамен по музыке, - настаивала Гермиона.

Гарри почувствовал, что ему пора пробить головой столешницу.

- Позволь спросить, какое отношение музыка имеет к наследственной магии? И как это связано с Рэс Меа Эс или с тем, что происходит  в Отделе Тайн?

- Не знаю, но я хочу попросить его сыграть для нас и посмотреть, что случится.

- Ну да, наверное, - Гарри попытался сделать вывод из всей информации, которой он располагал. Может, Т.Р.И.Т.О.Н. Драко по музыке не имел никакого отношения к его работе Невыразимого. Если предположить, что он вообще им был. Это еще предстоит выяснить. Гарри пытался разузнать, работал ли младший Малфой в Отделе Тайн, но в ответ на его расспросы ему дали очень вежливый от ворот поворот. Никто даже не сказал ему, не прекратил ли какой-нибудь Невыразимец появляться на службе в последнее время. Может, дело в том, что они там все такие... невыразимые, что Гарри даже не знал, к кому пристать с вопросами.

В конце концов, к нему в офис пришел  Кингсли и приказал завязывать со всем этим.  Для главы Аврората интересоваться Невыразимцами значило подавать дурной пример. Чем они там занимаются в своих штабных помещениях, отдела по охране магического правопорядка не касается.

- Все ясно? – сказал Министр, глядя на Гарри пронизывающим взором.

Если б пост Министра по-прежнему занимал Фадж или Скримджер, Гарри бы стал препираться.  Но не с Кингсли. Этот человек слишком много сделала для Гарри во время войны.  Кроме того, было ясно, что пробиться сквозь стену молчания, за которой скрывался Отдел Тайн, просто невозможно.

- Ясно, министр Шеклболт, - кивнув, сказал Гарри.

И вот теперь, услышав, что Гермиона разнюхала что-то новое о Драко, Гарри готов был ее расцеловать.

Странно, но следующей его мыслью была: «Драко бы это не понравилось».  Гарри был в этом уверен. И неважно, сколько бы Драко не уверял, что он не против делить его с Джинни ... Малфой был полон решимости найти свое место в жизни Гарри, не обращая внимания на то, какой она будет, и сделать ее как можно более легкой и приятной. Но все равно, то, что Гарри поцеловал кого-то еще, ему бы не  пришлось по вкусу. Насчет этого у Гарри не было сомнений.

То, что он сказал Гермионе, было правдой. Драко привязался к нему. Может быть, заклинание не оставило ему выбора, заставило создать эмоциональную связь с человеком, с которым у него уже была связь магическая.

- И что  случится, по-твоему, когда Драко сыграет для нас? – спросил Гарри, склоняя голову и взглянув на Гермиону задумавшуюся над его вопросом.

- Если он так же одарен, как думает Элеонор Гровсштейн, думаю, он сыграет несколько восхитительных  отрывков по памяти. И он сможет играть с листа самые сложные ноты произведения, так что я запаслась  свитками. Мне  очень интересно, какую музыку он предпочитает – классическую, написанную магглами, или же новую, еще развивающуюся, магическую.  – Гермиона пожала плечами. – Конечно, может оказаться, что он вообще не на фортепиано играет, а на... ну, скажем...  трубе? Но зачем им музыкальная специализация в Отделе Тайн?

Гарри тоже  этого не знал.

- Может, Т.Р.И.Т.О.Н по музыке никак не относится к его работе. Может, он увлекался ею с детских лет? Традиция чистокровных, или что-то вроде того.

- Об этом я не слышала.

Гарри пожал плечами. Наверное, можно будет спросить у Малфоев, изучал ли Драко музыку ребенком. Говорить с ними, конечно, не хотелось, но рано или поздно придется это сделать. Нужно, в конце концов, узнать, интересовался ли Драко мужчинами прежде.

Разговор предстоит пренеприятный. И, скорее всего, ответ будет отрицательный. И что же тогда ему делать дальше?

- Ладно, до завтра, - сказал он Гермионе, сдержав вздох. – В семь?

- Отлично.

Гарри не был уверен в успехе их плана.  Он на минуту задался вопросом, следует ли ему упомянуть, что они с Драко стали... ну, не то, чтобы ближе,но они спали вместе, так что, в некотором смысле, они были гораздо ближе, чем в то время, когда Гермиона видела их вместе в прошлый раз.

С другой стороны, она уже что-то заподозрила. И все пойдет прахом, как только к Драко вернется память. Так что... говорить тут не о чем.

Гермиона улыбнулась:

- С тебя вино.

Гарри улыбнулся в ответ  и кивнул, но про себя он уже обдумывал, что скажет Драко. А говорить придется, иначе Драко ляпнет что-нибудь неподобающее. Ссоры с Роном не хотелось.

А если Рон обнаружит, что Гарри спит с Драко... Ну, не совсем спит, но все равно хорошей новость это вряд ли  покажется.  Гарри ясно представлял себе последствия.

«Какого черта ты вообще делал – встречался с моей сестрой все это время, а сам увивался за этим мерзавцем?». Или еще хуже: «Ну, теперь-то мы знаем, отчего пробудилось заклятье. Драко Малфой только на роль секс-игрушки пригоден, да?  Но если ты хотел продолжать отношения с Джинни, а сам трахался с парнем...».

Последнюю фразу Рон, конечно, не скажет, хотя тут не загадаешь наперед. Когда тому что-то не нравилось, он мог быть холодным, даже злобным человеком. Хотя, наверное, не стоило  судить его по прошлым поступкам, особенно, тех времен, когда они еще были детьми.

В конце концов, Гарри же простил Драко, которому изначально не очень-то симпатизировал, и Рон сможет отнестись к своему лучшему другу со снисхождением.

Да, сможет....  Но все равно, лучше, если Рон будет думать, что Гарри и Драко до сих пор – просто раб и хозяин.

И уж точно не любовники.

Глава 25

Хотя они с Драко не были любовниками в прямом смысле этого слова, но все же Гарри с беспокойством понимал, что их отношения заходят все дальше и дальше. Драко просто был не в состоянии сдерживать себя, с чувством расписывая, КАК он мог бы услужить Гарри, если бы тот только позволил ему это.
На вершине этих заманчивых предложений все чаще фигурировал оральный секс. Не то, чтобы Драко часто использовал этот термин. Нет, он находил множество куда более чувственных синонимов и ничуть не смущался их использовать. Гарри подумывал, что он мог бы просто запретить Драко говорить о подобных вещах, но так и не решился на это.
Малфой оказался в этом положении не по своей воле. Все это совершенно несправедливо. Рес меа Эс может считать Драко рабом, а Драко может соглашаться с этим сколько угодно, но это отнюдь не значит, что это все правда, пока сам Гарри не примет такое положение вещей, как должное. Или...

Ладно, все это  – правда, какие уж тут сомнения. Зеленоватые знаки цепей, проступившие на обеих кистях Драко во время инициации, ясно говорят о том, что рабство Драко – непреложный факт.
Но даже если так, это не значит, что Гарри тот, кто может обращаться с другим человеком, как с вещью.
И все же...как не стыдно было признавать, слушая речи Драко, Гарри не хотел его останавливать. Ему нравилось слушать, что тот говорил.

— Ммм, тебе это очень понравится, я обещаю, – прошептал Драко, его глаза искрились серебром, они источали свет чистого предвкушения. Драко уютно устроился в объятиях Гарри, они лежали, тесно прижавшись друг к другу, на узкой кровати в комнате Малфоя. – Я чувствую, что могу быть очень и очень способным, лаская тебя ртом. Может быть, я  не могу вспомнить, как я должен это делать, но вполне могу себе это вообразить. Мои фантазии настолько красочны и детальны, что они больше похожи на воспоминания.
— Хммм? – вопросительно отозвался Гарри, плотнее прижимая к себе Драко. Кто бы мог подумать, что именно этот мужчина будет столь идеально вписываться в его объятия?
— О, Да. Я вижу это так явно. Твои руки поддерживают мою голову, пальцы скользят сквозь волосы. Ты подаешься вперед, сначала осторожно, а я ласкаю тебя. Когда удовольствие становится невыносимым, оно подхватывает тебя и уносит на вершину страсти, твои движения становятся резкими, почти грубыми. С твоих губ стоном срывается мое имя. Ты шепчешь его, будто больше не существует других слов в этом мире. Затем ты кончаешь с глухим вскриком. Твои колени ослабли. У тебя больше нет сил ни на что. Весь твой мир сузился до единственной точки – твой член. Ты наслаждаешься влажным теплом моего рта, посасывающего...
— Драко, – взмолился Гарри, он перекатился на край кровати и взял лицо молодого человека в свои ладони, так он мог целовать его, долго и проникновенно. В такие минуты, в постели, поздней ночью, Гарри казалось, что поцелуев Драко ему больше не достаточно.
Как и ожидалось, поцелуй послужил поощрением Драко на пути соблазнения. — Тебе понравится. Я обещаю тебе, Гарри. Я клянусь тебе, ты не будешь жалеть.
Когда-то Гарри рассмеялся бы предложению поверить в честность Драко Малфоя. Но теперь, у него абсолютно не было ни каких сомнений, что Драко сделает все, чтобы сдержать данное слово.
— Ты хотел бы кончить мне в рот, так ты мог бы видеть, как я этим наслаждаюсь? Хотел бы наблюдать, как я глотаю твою сперму? – голос Драко сочился сладострастием.
— О, Боже, ДА! – выдохнул Гарри. Его дыхание сбилось, член был настолько тверд, что это причиняло боль. Бедра лихорадочно вскидывались вверх, он уже не мог остановить себя, но даже этого интенсивного трения не хватало для разрядки.
— Может тебе стоит выслушать другие предложения, прежде чем сделать выбор, – прошептал Драко, его голос, хриплый от возбуждения, даже не называя вещи своими именами, говорил о минете...
— Ты увидишь, насколько глубоко я смогу принять тебя в свой рот, очень глубоко. Я в этом уверен. И если ты хочешь, я могу сосать твой член все время, пока ты спускаешь в меня, и ты сможешь кончить глубоко в моем горле. Тебе это нравиться, не так ли?
Бедра Гарри снова дернулись вверх, он молча кивнул в темноту.
— А может, ты предпочтешь выйти из моего рта и кончить на меня? Заливая спермой мое лицо, грудь, мой напряженный член...
Больше выносить это Гарри не мог. С глухим гортанным стоном он перекатился, нависнув над Драко, и впился в него губами в неистовом поцелуе. Это был единственный способ заставить того замолчать. Вряд ли это можно было назвать удачным решением. Бедра Гарри продолжали двигаться в бешенном ритме, толчки стали более резкими. Никто и никогда, кроме Драко, не доводил его до такого состояния.
Закрыв глаза и забыв обо всем, Гарри двигался навстречу приближающемуся оргазму. Его тело била непрерывная дрожь, голова кружилась. Боже, он сейчас он мог увидеть все фантазии Драко, так просто сейчас было представить Драко, стоящего на коленях перед ним, самого себя удерживающего Драко одной рукой за плечо, второй держащего свой член, трясь им о щеку Драко, и он кончает, кончает, кончает.
А затем видит Драко. Тот сидит на пятках, все его лицо перемазано спермой, он улыбается, водит пальцем по лицу, собирая сперму, и отправляет палец в рот, облизывая и посасывая его.

Гарри продолжал целовать Драко на протяжении всего оргазма. Оторвавшись от его губ только лишь тогда, когда дрожь от удовольствия схлынула с него.
Краем сознания Гарри отметил, что Драко прижался к нему, плотно обхватив его тело руками и ногами. И, конечно же, Драко был полностью обнажен. Последние дни Драко всегда спал обнаженным. Может к нему вернулась давняя привычка? Может быть, он надевал пижаму поначалу лишь потому, что Гарри напоминал ему об этом? Тогда откуда взялись пижамы в его гардеробе? А что если... Гарри не был уверен.

— Как же мне это нравится, – промурлыкал Драко. Его голос звучал опьяняюще.
Гарри почувствовал, как на его лице расплывается улыбка. «Мне тоже нравится», – мысленно согласился он, лишь слегка погрешив против истины. Драко так и не кончил, а Гарри нравилось, когда они доходят до вершины удовольствия вместе.
— Нравится чувствовать мой оргазм?
— О, я всегда наслаждаюсь этим моментом. – Драко оторвал голову от подушки и чмокнул Гарри в губы. – Но я, вообще-то, говорил о поцелуе.
— Мы и раньше много целовались, – заметил Гарри, – Разве тогда тебе это не настолько нравилось? – шутливо поддел он Драко.
— Ммм, ты даже не представляешь. Но ЭТОТ поцелуй был особенным. Поцелуй в то время, когда ты кончаешь... Дрожь пробежала по телу Драко от макушки до пальцев ног, стало очевидно, что он испытывает удовольствие, даже просто вспоминая об этом. – Ты ведь даже не представляешь себе, что это такое?
— Не представляю?
Драко ухмыльнулся. Его белоснежная улыбка блеснула в лунном свете, льющемся из окна.
— Восхитительно, Гарри. Будто, твой разум покидает тело, и ты целовал меня, действуя инстинктивно, ведомый одной лишь страстью. Я мог почувствовать твое удовольствие. – Драко сжал бедра, прижимаясь к Гарри плотнее. Ничего более сексуального, чем это объятие, когда возбужденный член партнера прижимается к его телу через тонкую ткань пижамных брюк, Гарри представить себе не мог. Точнее сказать через мокрое пятно на брюках межу ними.
— Я жажду ощутить твою страсть полнее, – выгнувшись дугой, прошептал Драко Гарри на ухо. Прежде чем продолжить, он втянул губами мочку уха и слегка пососал ее. — Со мной ты сможешь достать до звезд рукой, обещаю тебе. Когда же ты позволишь мне взять тебя в рот? Вот увидишь, тебе так понравиться, что ты захочешь видеть меня на коленях у твоих ног каждый день...
Образы были столь яркими, что Гарри застонал снова.
— Сейчас? – едва слышно спросил Драко. Его рука ласково прошлась по обнаженному боку Гарри и неуверенно замерла на поясе пижамных брюк Поттера.
Гарри не удивился, когда рука Драко остановилась. Он и раньше замечал, что Драко чувствовал себя свободно лишь до определенной границы, когда мог быть полностью уверен, что эту вольность хозяин ему простит. Например, покрывать поцелуями шею Гарри – Заклинание удерживало его на этой грани. Это не так уж плохо. Драко абсолютно откровенно давал понять, что их интимных прикосновений ему мало. Гарри потерял счет моментам, когда он чувствовал, что Драко хочет протянуть руку и обхватить член Гарри. Его останавливало лишь то, что Гарри так и не дал ему формального разрешения коснуться себя.
— Сейчас? – эхом откликнулся Поттер. – Ты шутишь? Я только что кончил. В собственные брюки, между прочим. И пока я ни на что большее не гожусь...
— Я могу это исправить, – прошептал Драко, приподнявшись на кровати и снова поцеловав Гарри, – легко.
— Имеешь в виду, что у меня будет стоять? – Легко усмехнувшись, Гарри скатился с Драко. Тот сел на постели рядом с Поттером. Его бледное тело на черных простынях выглядело потрясающе.
— Я бы начал просто ласкать тебя языком, слегка прикусывая губами. О, если тебе покажется это слишком, я могу просто вдыхать твой аромат, пока ты не будет готов для нового удовольствия. Хмм?
Если бы Гарри не знал всей подоплеки, он бы мог подумать, что все это... но нет, это все Рес меа ес – проклятие рода Малфоев,  эти темные знаки цепей на руках Драко и еженощные попытки обольщения... Он мог бы легко представить, что все это плод его больного воображения.
Но что есть, то есть. Он просто потерял голову. Раньше Гарри не мог бы себе и представить, что может оказаться в центре подобных событий. Он не подозревал, что страсть может буквально вить из него веревки.
— Может, сейчас лучше тебе насладиться СВОИМ оргазмом? – Сев на постели рядом с Малфоем он сделал рукой неопределенный жест в сторону, сбившихся в ногах Драко простыней. – Я, в самом деле, полностью удовлетворен. А ты все еще возбужден.

Уголки губ Драко дернулись в улыбке. – О, разве? А я думал, ты не догадываешься об этом, мне казалось, что ты стараешься не смотреть туда.
— Я вовсе не стараюсь...
— Ты стараешься не смотреть, – спокойно остановил его Драко. Я даже подумал было, что ты находишь мой член непривлекательным. Но потом я заметил, насколько ты старательно отводишь взгляд, но тебе не всегда это удается. Тогда я сделал вывод, что тебе очень нравится смотреть на меня, но по некоторым, непонятным для меня причинам, ты лишаешь себя этого удовольствия.
Гарри фыркнул. — Не думаю, что я намеренно лишаю себя каких-либо удовольствий, да и нет на это никаких причин, Драко! Я просто предпочел бы знать, ты это все говоришь или тебя принуждает Заклятие, – вздохнул Гарри, откидываясь обратно на кровать.
— Да, конечно, это та же ситуация, что и с поркой. Я помню все, что ты тогда говорил, – сказал Драко, почти полностью повторяя за Гарри движение. Но каким-то непостижимым образом, даже его опрокидывание на постель выглядело необычайно элегантным. – Ты был бы счастлив, если был уверен, что мои желания принадлежат мне, а не проявляются под действием Заклятия. Ты отказываешь себе в удовольствии, пытаясь уберечь меня от дальнейших переживаний.
Это было не совсем то, что говорил Гарри, но довольно близко теме, решил Поттер.
— Ты не должен заботиться о моем эмоциональном состоянии, ты же знаешь, – голос Драко звучал очень серьезно. — Я не такой как ты, я твой РАБ. Ты должен думать лишь о своих потребностях, Гарри. И мне кажется, ты действительно получал удовольствие, шлепая меня по заднице. А что если бы я пожаловался еще позже? Разве это не дало бы тебе повод наказать меня снова?
— Ты неисправим, – вздохнул Гарри, сокрушенно покачав головой. – Ты просто стараешься втянуть меня в дискуссию.
— Конечно, стараюсь. Я же видел, насколько ты возбудился, в тот самый замечательных день, когда...
— Важно то, что ты хочешь сам, я имею в виду, – прервал его Гарри.
— Единственное мое желание – доставить тебе удовольствие, – уголки губ Драко опустились вниз. – Мои потребности второстепенны, хоть они и так очевидны. Но если тебе настолько не понравилась порка, Гарри, мой Хозяин, я больше никогда не буду упоминать об этом. – Почти сразу же, пальцы Малфоя осторожно коснулись руки Гарри. – Но я знаю, что тебе это очень понравилось. И ты тоже знаешь это. Так зачем отказывать самому себе? Я здесь только для тебя. Я твой, и любые твои желания...

— Ты знаешь, почему.

— Понимаю, опять же угрызения совести. – На этот раз долгий взгляд Драко был полон страдания. Я слишком уважаю твое решение, что бы настаивать на своем. Насколько проще стала бы наша жизнь, если бы я смог вернуть свои воспоминания и стать тем, кем ты знал меня раньше. Если я однажды перешагну границу дозволенного, и Заклинание накажет меня... тогда ты выпорешь меня, ведь так?
Гарри не стал отвечать на вопрос. В этом не было необходимости. Они оба знали, что если Драко снова ощутит боль в груди, Гарри сделает все возможное, чтобы помочь ему.

— Может быть, тогда мы можем найти моей заднице другое применение, – игриво намекнул Драко, прижимаясь плотнее обнаженным торсом к груди Гарри. – Ммм? Я знаю, эта идея тебе тоже нравится. Я прав? Эти восхитительные ощущения, когда твой член скользит в моем тесном, горячем проходе...
Гарри мягко, но решительно оттолкнул Драко.
— Мы не будем заниматься ничем подобным, пока я не буду верен, что тебя и раньше интересовали мужчины. Когда твои воспоминания вернуться, ты можешь почувствовать себя униженным, если я оттрахаю тебя в задницу.
— Униженным, – медленно повторил Малфой. Драко будто пробовал слово на вкус. – Пожалуй, ничего унизительного в этом нет. Если у тебя самого нет этических проблем, о которых мне следует знать?
— Все дело в твоих воспоминаниях, твое отношение ко мне как врагу может снова вернуться. Уверен, что в этих условиях ты вряд ли будешь рад осознать, что на все лады предлагал заняться сексом своему недругу. А я бы таким идиотом, что принял твои ухаживания за чистую монету!
— Ты действительно веришь, что я опять буду воспринимать тебя как своего врага?
«Вполне возможно», – подумал Гарри. Но боль в голосе Драко не позволила ему высказать свои опасения вслух. — Надеюсь, что нет. Я... мне нравиться общаться тобой.
—Ох... Лицо Малфоя полностью преобразилось, когда счастливая улыбка засияла на его губах. – Мне тоже нравиться общаться с тобой. Что касается всего остального, то я даже не могу представить, что такое вообще возможно. Нет, нет, я верю тебе... особенно после всего того, что ты рассказал в тот вечер на обеде с моими родителями. – Выражение лица Драко снова стало мрачным.
Гарри очень хотелось немного поговорить с Драко о событиях из прошлого, но он боялся, что Малфой еще пока не готов к подобному разговору. Ну, раз уж представился такой случай, то почему бы не попробовать. — Ээ... ты действительно не помнишь, чтобы твои родители в школьные годы упоминали о таких вещах, как «чистота крови», «изменники крови» и тому подобное?
Драко отрицательно покачал головой.
— Но ты можешь припомнить саму войну, хоть и не мое участие в ней... может какие-то события, происходившие с тобой во время нее? Хоть что-нибудь, наконец?
— Лишь смутное осознание, что война была, и из-за нее я бросил школу.

Все было совсем не так, но, похоже, в случае Драко, его разум самостоятельно пытался заполнить пробелы в воспоминаниях, делая логичные предположения.
— Мне очень жаль, что я когда-то оскорблял тебя, Гарри, – тихим голосом добавил Драко. – Или твоих друзей. Как ту девушку, которая сказала, что училась в маггловской школе. Или других, кого я не помню...
Гарри тактично кашлянул, прерывая тираду. — Ее зовут Гермиона. И мы с тобой завтра приглашены к ней на ужин. К ней домой. Эмм... Она просила меня принести с собой вина. Я тут подумал, что ты мог бы мне помочь с выбором. Ты разбираешься в вине, куда лучше меня.
Переменив тему, Гарри удалось отвлечь Драко от мрачных мыслей.
— О, я буду рад помочь тебе, – с легкой улыбкой ответил Малфой. — Что она планирует подать на ужин?
Гарри недоуменно моргнул. — Не представляю. Эээ... это важно?
Драко удивленно приподнял бровь. — Я надеюсь, ты не разыгрываешь меня.
— Нет...
— Ты что в чулане вырос?
Гарри вздрогнул. Даже то, что тон Драко был шутливым, не меняло сказанного. Просто шутка. Желание поддеть, не более, и показать, как ему, Гарри, необходима помощь Драко в этом нелегком деле.
— Что не так? – спросил Драко, нахмурив брови.
Бывший слизеринец всегда замечал смену эмоций, мелькавших на лице Поттера, и умел предугадывать его настрой. Сейчас он сразу же понял, что в смене настроение Гарри виноват именно он. Хотя Гарри не думал, что тот на самом деле понимает каким образом.

— Я действительно вырос в чулане, – обронил Гарри. Он сел на кровати, подложив под спину подушку и облокотившись на изголовье кровати. Руки он скрестил на груди.
Драко еще больше побледнел. Он вытащил из-под головы свою подушку и придвинул ее ближе к Гарри. Будучи в полнейшей нерешительности, он облизнул пересохшие губы, прежде чем задать свой вопрос:
— Как... как это возможно?
Поттер равнодушно пожал плечами. Былые воспоминания о детских обидах редко всплывали в его памяти, но и обсуждал он их не часто. С одной стороны, большинство людей в магическом мире знали его историю наизусть. После победы в финальной битве, пресса не преминула растиражировать трагическую судьбу Гарри Поттера. С другой, яркие заголовки газет, рисующие ужасные подробности детских лет Мальчика-Который-Выжил, давно поблекли. — Что ж,  вкратце дело обстояло так: мои родители погибли, когда я был еще совсем маленьким и меня отправили жить к моим родственникам. Они не сильно любили меня.
Легкое прикосновение к его скрещенным на груди рукам заставило Гарри  опустить взгляд вниз на Драко. Малфой осторожно поглаживал пальцами по плечу Гарри. — Как кто-то может недолюбливать тебя?
Гарри подумал было, что проще сказать, что его родственники не любили магию. Но передумал. В свое время Драко и без этого получил немало негативной информации о магглах. Даже слишком много. Хотя, на настоящий момент, казалось, что все, чему его учили с детства его родители, стерлось из памяти.
— Они просто не любили меня, – ответил Гарри, снова пожимая плечами.
Пальцы Драко продолжали успокаивающе поглаживать предплечье Гарри, лицо светилось улыбкой. — Прости меня. Как бы я хотел, что бы у тебя были такие же родители, как у меня. Любящие люди, способные позаботиться о тебя...

Мысль пришедшая в голову Гарри повергла его в шок.

Вместо того чтобы благополучно сменить тему, он накрыл своей ладонью пальцы Драко, блуждающие по его руке. — Значит, ты вспомнил? О чулане.
— Нет...– тряхнул головой Драко. – Как бы я мог узнать об этом? По твоим же словам, мы не были друзьями в школьные годы.
— Это всем известные факты.
— Почему подробности твоих детских злоключений стали общеизвестными фактами?
— Потому что я бился с Волдемортом и победил. Пресса тогда подняла шумиху, стараясь разузнать обо мне побольше. Они были необычайно назойливы.
— Ты... – Драко с шумом втянул в себя воздух. – Ты убил его? Я думал... Я думал, что ты просто воевал против него. Ты лично убил его?
«Да, твой личной палочкой», – почти произнес Гарри. Но вовремя остановился. Ему не хотелось делиться подобными деталями. Еще слишком рано.  С другой стороны, все было не совсем так. — Понимаешь, Волдеморт, некоторым образом, убил сам себя. Он наложил смертельное проклятие на меня, и оно рикошетом попало в него. Все было более или менее так.
— Какая сильная магия, – в благоговейном страхе выдохнул Драко.

Их разговор опять зашел слишком далеко от темы, к которой подводил его Гарри. — Послушай, возможно, ты не понимаешь, какие воспоминания заложены в тебе, но, все же, они есть. Подумай об этом. Разве обычно тебе приходит в голову мысль, что люди могут жить в чуланах?
Драко медленно сглотнул. — Нет, конечно же, нет. Ээ.. заклятие должно быть отступает.

Гарри задумался. — Твой отец сказал, что это может занять месяцы.
— Вероятно, мы с тобой очень хорошо подходим друг другу. – Рука Малфоя была все еще прижата ладонью Гарри. Драко поднял вторую руку и накрыл ею пальцы Гарри, слегка сжимая. – Я чувствую себя необыкновенно легко и свободно рядом с тобой. Очень...комфортно, вне зависимости от того, что ты хочешь от меня. Возможно, иногда, заклятие отступает быстрее, чем думал мой отец. Мы многое познаем, когда движемся вперед. Не уверен, что на земле есть еще кто-нибудь, кто испытал на себе что-либо подобное.
Гарри страстно желал, чтобы такой человек все же нашелся. Добрый совет ему бы не помешал. — Знаешь, давай-ка проверим кое-что, – сказал он, резко садясь на кровати.
— Ассио коробка с печеньем.
Когда жестяная коробку с печеньем прилетела с кухни и оказалась у него в руках, Гарри снял с нее крышку и поставил ее между ними. Затем выжидающе посмотрел на Драко.
Драко ответил ему непонимающим взглядом.
— Ну же!
— Что ну же?
— Разве ты не хочешь взять одну?
— На самом деле я уже почистил зубы на ночь...
— Драко...
Светловолосый парень тяжело вздохнул.
— Ты ведь даже представления не имеешь, что ты делаешь со мной, да? Мне так больно разочаровывать тебя. Неужели ты не понимаешь?
Гарри замер. — У тебя снова боль в груди?
— Нет! – воскликнул тот, его волосы метнулись из стороны в сторону, когда он резко мотнул головой. – Я образно выразился. Это душевные страдания, я даже не могу объяснить тебе, что я чувствую. Я просто знаю, что ненавижу ощущать твое разочарование во мне. Это сводит меня с ума. Я понимаю, что ты хочешь от меня, ты ждешь, что я возьму печенье из коробки без твоего разрешения. Я даже знаю, что фактически такое разрешение у меня есть, если ты хочешь, чтобы я взял его, но мне НУЖНО услышать тебя, Гарри. – Его  голос сорвался, затем он продолжил почти шепотом: – мне нужно. Я не могу это объяснить...
— Тише, все в порядке, – успокоил его Гарри, приобняв за плечи. – Возьми печенье, если хочешь.
— Мне бы не хотелось, – слегка всхлипнув, ответил Драко, он просто таял в объятиях Гарри. – Но если ты хочешь, Хозяин Гарри ...
— Не беспокойся об этом, – вздохнул Поттер. Он снова откинулся на подушки, утягивая Драко за собой. — Что же, по крайней мере, заклятие не стоит на месте. Проблески воспоминания проявляются, то тут, то там.
— Ты говоришь об этом так обеспокоено.
Да, Гарри было о чем беспокоится. Но тут уж ни чем не поможешь, ведь верно? Когда Драко вспомнит, тогда вспомнит, и нечего над этим голову ломать. Как этим управлять, будем думать, когда все случиться. Другого выхода нет. — Ох, да, завтрашний ужин...может, будет лучше не упоминать, что мы спим вместе? Ладно?
Драко напрягся. — Мы не спим вместе. Ты ни разу не остался на ночь со мной.
— Ты знаешь, о чем я.
— Да, знаю. – Голос Драко звучал так, будто он с трудом сдерживал вздох. — Конечно, я не стану упоминать об этом, Гарри. Ты, должно быть, думаешь, что я совершенно слабоумный. Я могу даже назвать причины, по которым ты просишь меня об этом. Муж Гермионы – брат твоей экс-невесты. И даже если бы он им не был, я, вряд ли, счел подходящей темой рассказывать кому-либо, КОМУ-ЛИБО о твоей личной жизни. Но, возможно, тебе не знакомы правила приличия в светском обществе, раз уж ты не можешь отличить бренди от шерри...
— Она не была моей невестой, – прервал его Гарри.
— Она, очевидно, считала иначе. И ЕЁ ты принимал в своей постели, так что у меня есть основания думать, что у нее есть причины так считать!
— Черт, да что с тобой? – сорвался Гарри. Затем, понимание обрушилось на него. — Ой...э... прости. Я знаю, что извинения тут не помогут, но я как-то позабыл, что ты все еще... ждешь разрядки. Почему бы тебе не прилечь, а я обниму тебя?
— Обнимешь меня?
— Ну да, пока ты мастурбируешь...
— А почему бы тебе не отправиться в дальний полет да на короткой метле?
Гарри моргнул. — Что? Ты не хочешь кончить?
— О, если ТЫ этого желаешь, то я, конечно, сделаю все, как ты хочешь. Но что касается моего желания... – Ноздри Драко трепетали от раздражения, — то нет. Я, кажется, потерял настрой.
— Потерял настрой? – Гарри с трудом верил своим ушам. – Ты не возбужден?
— Ты хочешь, чтобы я вычертил для тебя диаграмму? – спросил Драко. В его голосе весьма различимо сквозила злость. – Или, может, мне стоит продемонстрировать тебе? Чтобы тебе снова не пришлось оправдываться, что ты не отводишь взгляд?
— Ты же знаешь, что это не так.
— Что я должен знать, если ты чувствуешь необходимым напомнить мне, не обсуждать твою сексуальную жизнь с твоими друзьями! Впрочем, чему я удивляюсь? Ты уже однажды напомнил мне, что не стоит маструбировать на виду у моей матери!

О, ЧЕРТ!! А ведь, правда; Гарри действительно говорил ему. Услышав собственные слова от Драко, Гарри понял, насколько глупо он себя вел.
— Мне так жаль, что...
— Нет, тебе не жаль, – прервал его Драко, но закончить предложение на повышенных тонах не смог. Мгновение спустя его голос звучал просто устало и невыразительно: —В конце концов, тебе не за что извиняться. Я здесь твой раб, а не ты, Гарри. Поэтому ты можешь делать со мной все, что тебе захочется. Теперь... просто скажи мне, что ты желаешь, и я постараюсь выполнить твое приказание.
— Драко... – Гарри придвинулся к нему немного ближе, – я хочу, что бы ты делал то, чего ты хочешь сам.
— Лжец, – обвинил его Драко все тем же усталым голосом. – Если бы это была правда, то ты позволил бы мне отсосать у тебя.
Бог ты мой! Теперь уже Гарри почувствовал себя чертовски уставшим. — Ты знаешь, почему я не могу согласиться на это.
— Да, знаю.
— Так что давай... - Гарри ненавидел обращать подобные действия в слова, поэтому просто взял одну руку Драко и потянул ее по направлению к его паху. – Да?
— Только если ты прикажешь. – Высвободив руку, Драко перекатился на кровати лицом к стене. Но не так, чтобы Гарри не смог обнять его сзади. – Прикажешь?
— Нет, конечно, нет. – Гарри поднялся с кровати, чувствуя себя ужасно, что огорчил Драко своей просьбой ничего не рассказывать Рону и Гермионе. Но с другой стороны, он действительно не хотел бы, чтобы его друзья узнали, чем он занимается. Рон увидит в этом предательство по отношению к Джинни, а Гермиона будет думать, что он просто воспользовался своим преимуществом. — Что ж, ладно, оставлю тебя, засыпай.
— Конечно, оставишь, – едва слышно пробормотал Малфой.
— Хочешь, чтобы я остался? – спросил Гарри, оборачиваясь. – Ты все же решил подрочить?
— Нет, – глухо отозвался Драко, плотнее закутываясь в одеяло. – Я... просто, спокойной ночи, Гарри. Я решу вопрос с вином завтра, и не беспокойся за то, что возьмешь меня с собой к друзьям. Я умею вести себя в обществе.
— Конечно, умеешь, – виновато заверил его Гарри, хотя про себя он бы уверен, что другого выбора, как озвучить свои пожелания вслух, у него не было. – Спокойной ночи.
Драко ничего не ответил, лишь еще плотнее накрываясь одеялом, отвернувшись лицом к стене.

Глава 26

- О, какая красивая бутылка! – воскликнула Гермиона, поворачивая ее в руках по мере того, как бутылка окрашивалась в синий, затем зеленый, затем янтарный цвет на свету. – Ничего подобного раньше не видела!
Гарри улыбнулся и чуть-чуть отступил от Драко.
- Ты же просила захватить вино.
- Да, но такого я точно не ожидала! На нем нет этикетки...
Услышав Гаррин довольный смешок, она подняла голову:
- Что?
Но объяснил Драко:
- Ну, если бы она там и была, ты бы все равно не смогла ее прочитать. Она была бы написана на языке эльфов.
Гари покачал головой:
- Я, наверное, должен был сказать, что Гермиона работает в Министерстве в Отделе Регулирования Магических Существ.
- Ха! Департамент по Ограничению их действий, - сказала Гермиона насмешливо, – честное слово, не вижу сильной разницы в формулировках.
Гари положил руку ей на плечо.
- Все могло быть гораздо хуже, если бы тебя там не было.
- Вполне возможно...
Драко склонил в сторону голову:
- Но ты же не должна была учить эльфийский язык для этой должности, правда? Все знают, что этот язык очень трудный.
Гарри засмеялся:
- И все знают, что Гермиона – необычайно умная волшебница для своего возраста!
- Слушай, прекрати говорить про меня такое! Я просто очень много общаюсь с эльфами, вот и все.
- Но это вполне заслуженно, если ты умеешь читать на эльфийском, - сказал Драко тоном, выражавшим почти восхищение. Слышать такой тон в отношении Гермионы было настолько непривычно, что Гарри чуть не покачнулся. Он вынужден был еще раз напомнить себе, что этот Драко ничего не имел против магглорожденных. и не был согласен с мнением родителей.
Хотя потом согласится, когда память к нему вернется, Гарри это знал.
Внезапно Драко напряженно выпрямился, стоя посреди гостиной Гермионы. На один короткий момент Гарри посетила ужасная мысль, что Драко все вспомнил здесь и сейчас. В до ужаса не подходящее для этого время.
Но это оказалось не так.
- Домашние эльфы? – отрывисто спросил Драко. Он прищурился, глядя на Гарри и Гермиону, стоящих рядом.
- В большинстве своем...
Драко горячо перебил ее. Сейчас его поведение стало настолько сильно отличаться от того, как он вел себя раньше, что у Гарри от удивления приподнялась бровь. Ну да, тогда Джинни была рядом, да и Гарри он практически не знал... а теперь Драко чувствовал себя довольно свободно с друзьями Гарри. Ну, по крайней мере, с Гермионой. Рона, как Гарри подозревал, еще дома не было.
- Родители говорили, что я старательно избегал домовиков и их магию в течение... даже не знаю какого времени, - страстно рассказывал Драко. – Но сложилось впечатление, что довольно долго. По-видимому, я переехал из их дома в дом, называемый «Вороний Утес», чтобы гарантированно не подвергаться воздействию магии эльфов. Они не знали, почему это происходило со мной, Гарри тоже не знает. Но если ты работаешь так плотно с домашними эльфами, то, может, у тебя есть какие-то идеи на тот счет?
Гермиона задумалась, но через минуту покачала головой.
- Извини, Драко, но я никогда не слышала, чтобы у кого-то развилась... аллергия, что ли, или что-то вроде этого, на магию эльфов.
Выражение лица Драко стало таким расстроенным, что Гарри стало его жалко. Как надо себя чувствовать, просыпаясь каждое утро с огромными провалами в памяти? Когда части твоего прошлого не стыкуются, как вот это? Не говоря о всех этих рабских заморочках.
- Не переживай, Драко, - ободряюще сказал Гарри, двигаясь по направлению к другому парню. Зная, какую помощь может оказать простое прикосновение, он сдержанно погладил его по спине. – Мы со временем все обязательно выясним.
- Я никогда раньше не пила вино, сделанное эльфами, - сказала Гермиона, явно стараясь сменить тему разговора на такую, которая бы не расстраивала Драко.
- Ну, конкретно это является эльфийской волшебной смесью, - сказал Драко, поднимая голову. – Понимаешь, Гарри попросил захватить вина, а я не знал, что будет подаваться на стол, что еще мне было делать?
Гари почти захихикал, видя, что Гермиона смутилась так же, как и он раньше.
- Извини?
Драко элегантно пожал плечами, что почти кричало высококлассности его манер.
- Каждый налитый бокал изменится в ту марку вина, которая наиболее подходит к близлежащим блюдам. И то, что налито, будет изменяться в бокалах в течение трапезы в зависимости от смены еды.
- Кроме того, это еще и дорогая штуковина, - сказал Гарри, смеясь. – у меня чуть глаза не вывалились, когда я увидел счет, прилагающийся к этой милой бутылочке, присланной мне через камин.
Мантия Драко закрутилась вокруг него, когда парень внезапно повернулся к Гарри.
- Я не подумал, что цена может иметь значение, Хозяин Гарри.
Вот, теперь это прозвучало как у старого Драко. Тот никогда ни на секунду не задумался бы о бюджете. Гари, кстати, тоже об этом не задумывался. У него еще оставалась большая часть родительских денег, да и его работа хорошо оплачивалась. И это не считая бесчисленное количество наград и подарков, которые он получил за победу над Волдемортом. От большинства он отказался, но и то, что осталось, представляло собой очень впечатляющую сумму.
- Вино прекрасное, - сказал он, снова поглаживая спину Драко, чтобы унять его очевидную тревогу. Когда это не сработало, Гарри подумал, что поможет контакт с открытой частью тела, поэтому он стал поднимать руку, пока, скользя сквозь волосы, не положил ее на затылок. Найдя там напряженное место, он стал нежно поглаживать, чтобы расслабить его.
- Я не буду больше вмешиваться в твои денежные дела, - говорил Драко.
- Мне нравится, когда ты занимаешься покупками, - перебил Гарри. – Просто поговори со мной, когда соберешься приобрести что-то необычное типа этого снова, и все.
Драко кивнул, и заговорил более спокойным тоном, повернувшись к Гарри.
- Я не хотел шокировать тебя. Что было бы, если бы я выбрал прелестное Chenin Blanc, а потом оказалось, что у них на ужин будет мясо ягненка!
Он говорил это с таким видом, что такая несостыковка была хуже, чем смерть.
Поверх плеча Драко Гарри видел, как у Гермионы слегка округлились глаза. Но когда она заговорила, ее голос был полон жалости.
- Если ты хотел знать, что я буду подавать, Драко, все, что тебе надо было сделать – это спросить.
Драко наполовину обернулся к ней, не теряя физического контакта с Гарри.
- Заклятие рабства меня в этом очень ограничивает. Я не могу связаться через камин ни с кем, кроме Гарри. Перо у меня не пишет. Это, честно говоря, раздражает. Я говорю об этом только потому, что это раздражает и Гарри тоже, - прибавил он быстро.
Брови Гермионы сдвинулись.
- Я думала, что покупки вы совершаете через каминную сеть.
- Ну да, бланки заказов я заполнить могу, - сказал Драко, кивая. – Но я не могу написать письмо родителям даже когда Гарри хочет, чтобы я это сделал.
- Это ужасно, - сказала Гермиона, понизив голос. – Это отвратительно чудовищно! Кто вообще додумался до такого кошмарного способа обращения с другими людьми?
- Один из моих предков, - вздохнул Гарри.
- А, может быть, Слизерин? – произнес голос позади Гарри. Голос, который Гарри узнал.
- Рон, - сказал Гарри, отдергивая руку от Драко и поворачиваясь. Волосы Рона были слегка влажные, как будто он накладывал высушивающее заклятие в большой спешке. – Я думал, ты еще на работе.
- Ой, из-за мерзкого заклятия я покрылся гноем пикси. Я, конечно, применил очищающее, но ты же знаешь, что никакое заклятие не очистит так, как хороший душ
Гари сочувственно кивнул. Он это хорошо знал. Когда он выходил на задания, как обычный аврор, он часто попадал в такие дурацкие ловушки. Рон, конечно, не был аврором. Тренировались они вместе, но однажды, будучи на задании, он понял, что это не его. Через несколько месяцев Рон принял давнишнее предложение Билла стать его помощником в Гринготтсе. Гари было жаль, что Рон ушел, но позже, когда Гарри был назначен главой Аврората, он был рад, что Рон больше там не работает. Быть начальником своего лучшего друга было... мягко скажем, не комфортно.
Гари любил Рона как брата и все такое, но он не обманывал себя и хорошо понимал, как Рон отнесся бы к тому, что Гарри будет командовать им.
Не говоря уже о нескольких последних неделях после разрыва с Джинни...
Да, хорошо, что ему с Роном не пришлось видеть друг друга на работе все это время...
- Так, налить вам что-нибудь выпить? – спросил Рон, стрельнув глазами в сторону, ясно давая понять, что этот вопрос касается и Драко.
Хоть Драко все равно не мог ответить за себя.
- О, да, выпить будет в самый раз, - облегченно сказал Гарри, радуясь, что Рон не проявляет неприветливости. Он выглядел немного напряженным; возможно, потому, что были сомнения, действительно ли разрыв Гарри с его сестрой был ее инициативой, или причина все же в другом.
А, может быть, маленькая морщинка между его бровей была вызвана тем, что несколько минут назад его покрывал гной пикси.
Гари очень хотелось, чтобы правдой бел второй вариант. Он совсем не желал поссориться с Роном.
- Сливочное пиво подойдет? – спросил Рон, с громким хлопком открывая шкаф, на котором лежало заклятие холода. Гари находил это забавным. Ведь у Рона и Гермионы был холодильник.
Намек на насмешку появился в голосе Рона, когда он продолжил:
- О, только оно светлое. Я право не знаю, есть ли у меня что-то, что подошло бы твоему... другу, Гарри. Есть еще темное пиво, но то, что у меня в руках, приготовлено магглами, так что...
Гари поперхнулся, когда Рон так сказал слово «друг», но в ту же секунду понял, что таким образом Рон старался избежать слова «раб», что вывело бы Гермиону из себя.
- Темное – это здорово, - сказал он, энергично кивая, от души надеясь, что Рон не заметил его реакции секунду назад.- И да, Драко тоже будет.
- Мог бы дать ему решать за себя самому, Гарри, - сказала Гермиона.
Гари вздохнул. Только не снова.
- А ты могла бы помнить, что Драко ничего не возьмет в рот, пока я ему не скажу.
Драко повернулся и посмотрел на Гарри, выражение его лица едва уловимо изменилось, и Гарри четко понял мысли другого парня насчет того, что он должен был взять в рот. И это было отнюдь не еда и выпивка.
- О, - произнесла Гермиона, слегка покраснев, но скорее всего не из-за того, что она поняла выражение лица Драко. Гарри подумал, что она расстроилась из-за того, что забыла, насколько Драко пока нуждался в таких указаниях. Хотя забыть о таком было не в ее духе. Возможно, она думала, что сила Рэс Меа Эс к этому моменту уже ослабла.
- Ну, тогда вот, - произнес Рон, подходя и вручая бутылку Гарри. Другую он резко ткнул в руки Драко с выражением брезгливости на лице. – Или ты будешь настаивать налить тебе в стакан?
- Честное слово, Рон! – воскликнула сердито Гермиона. – Ты что, не слышал? Он и пить не может без разрешения и он ничего не помнит о прошлом, в конце концов!
- О прошлом? – брови Драко сдвинулись, и он слегка наклонил закрытую зеленую бутылку. – Мерлиновы кальсоны! Я что, в прошлой жизни был помешан на стаканах?
Гари был рад, что еще не открыл свою бутылку. Если бы он сейчас пил, он бы точно подавился.
- Нет, ты был всего лишь заносчивой, претенциозной задницей, возомнившей себя выше всех в мире и моей жены в частности!
- Рональд!
Рон замолчал, но вид у него был упрямым.
Гарри вздохнул.
- Наверное, обед был плохой идеей. Я знал, Рон, что ты никогда не любил Драко, но...
- О, ты его всегда любил!
- Но, - продолжил Гарри твердым голосом, - я надеялся, что ради меня ты сможешь забыть об обидах. Если у тебя пока не получается, что ж, ничего страшного. Тогда мы попробуем встретиться снова... через несколько месяцев, думаю. Наслаждайся особым вином, Гермиона, и спасибо за приглашение, но мы уходим...
- О, нет, Гарри, нет, - жалобно произнесла Гермиона.
Однако именно Драко спас ситуацию, воскликнув: «Маггловская школа!» тоном человека, который только что понял нечто важное. Он резко развернулся, полы его темно-зеленой мантии взметнулись в разные стороны, его глаза искали глаза Гермионы.
- Твой муж сказал в прошлый раз, что я оскорблял тебя. Я тогда честно не понимал, что он имел в виду, но после этого я виделся с родителями...- Драко скривил лицо, – они мне кое-что объяснили. В любом случае прости меня за то, что я высмеивал тебя только потому, что когда-то ты была магглой...
- Когда-то была магглой! – воскликнула Гермиона.
- А разве не была? – Драко посмотрел на Гарри для поддержки.
- Мы называем это «магглорожденная», - спокойно объясни Гарри. – Понимаешь, ее родители были магглы. Но она всегда была волшебницей, хотя и не всегда об этом знала.
- О, - Драко моргнул. – О, полагаю, это многое объясняет. Хорошо, тогда, если я оскорблял тебя только за то, что ты была мгглорожденной, я все равно извиняюсь. Мысль, что я заставлял страдать друзей Хозяина Гарри... это ужасающая мысль. Даже более чем ужасающая. Я даже не могу описать, что я думаю о таком поведении.
- Она не страдала из-за тебя ни минуты, - резко сказал Рон. – ей просто было плевать на твои слова.
Гари знал, что буквально это было не совсем так. Но это было верно по сути, сказанного было достаточно.
- Драко, послушай меня. Мы не ладили в школе, ты и я, но сейчас я не держу на тебя обиды, - произнесла Гермиона мягко. – И Рон тоже.
«Да, тоже, если не хочешь, чтобы тебе не поздоровилось», - сверкнули ее глаза, обращенные к мужу.
Рон скривился, но только на мгновение.
- Я думал, мы с этим разобрались несколько недель назад, - сказал Гарри нетерпеливо, направляя строгий взгляд на своего лучшего друга. – Драко не помнит вообще ничего ни об одном из нас. Это не притворство и не розыгрыш, и исходя из этого, он не может сейчас отвечать за все те гадости, которые он делал. По крайней мере, не сейчас. Я думал, ты понял это.
- Да понял я, понял. Просто... - Рон вздохнул, потом заклятием заставил пробку с громким хлопком слететь со своей бутылки. Он сделал большой глоток, прежде чем сказать: - Это просто слишком для меня – видеть вас вдвоем такими... дружелюбными.
- Почему? – спросил Гарри, стараясь говорить убедительно. – Мы выиграли войну. Его сторона проиграла. Что, позволить этому продолжаться? По-моему, уже больше нечего и некому доказывать.
- Конечно. Извини. – Рон отпил еще пива. - Да. Просто... черт, Гарри, я на взводе, и ты еще можешь обвинять меня после того, что случилось с Джинни? Я говорил тебе, что не надо с ней заигрывать, если не имеешь этого в виду? Я говорил тебе, что это не развлечение для нее...
- Для меня это тоже не было развлечением! – воскликнул Гарри, защищаясь. – Я к ней никогда так не относился! Ради Бога, Рон, это же твоя сестра!
- Тогда что же случилось?
Краем глаза Гарри увидел, что Драко чуть-чуть отступил назад. Он сделал это так плавно и тихо, что казалось, что он просто исчез из поля зрения. Увиденное смутило, но Гарри отбросил эти мысли в сторону, потому что, прежде чем заняться этими переживаниями, надо сначала уладить с Роном проблему с Джинни раз и навсегда.
- Иногда вещи меняются, - сказал он гораздо мягче, – люди могут не походить друг ругу. Я действительно сначала любил Джинни, ты знаешь это. Я не хотел сделать ей больно. Но она изменилась... или я изменился... не знаю... и, в конце концов, мы перестали друг другу подходить, вот и все.
- Хотя это была ее инициатива порвать с тобой, приятель, - голос Рона был пронизан подозрением.
Гарри быстро соображал.
- Да, это она. Она держалась так долго, как только могла, полагаю, но потом она задала мне хорошую трепку за то, что потеряла со мной так своего времени.
Рон улыбнулся, в его глазах появился намек на братское одобрение.
- Да, это очень похоже на Джинни, точно...
- Мы были друзьями очень долго, я никогда не думал, что может быть по-другому...
- Никогда? – Рон разразился смехом.
- Ну, может пару раз, - согласился Гарри и тоже засмеялся, хотя какая-то часть его признавала, что эти воспоминания совсем не были смешными. Скорее всего, этот смех был выходом для скопившегося напряжения. – Но мы уже с этим покончили.
- Это все немного мудрено.
- Это мудреней, чем ты, когда обрек нас на холод и голод, и что только двое должны были разбираться с этой проклятой темной штукой, вместо того, чтобы справиться с ней втроем? – сказала Гермиона с вызовом. – И мы простили тебя, насколько я помню. И не сказали ни слова упрека...
- Ни одного слова? Я помню несколько тысяч!
Гермиона улыбнулась.
- Сотни тысяч, тогда уж!
- Драко, иди сюда, - позвал Гарри, - уже все в порядке.
Драко сделал шаг вперед из коридора, примыкающего к гостиной, но сказал прерывающимся голосом:
- Я не могу вынести, что стал причиной разногласий между тобой и твоими друзьями, Гарри. Возможно, будет лучше, если я побуду снаружи, пока обед не закончится, и...
- О, ради Мерлина! Самоуничижение тебе совсем не идет, Малфой! – сказал Рон, кривя губы.
Гари почти скрипнул зубами:
- Сколько тебе раз говорить, Рон, это не игра!
- Я вообще-то так и не думал. – Рон подошел на шаг к Драко. – Ты тоже был приглашен, Малфой, так что не думай даже, что ты будешь прятаться в коридоре, пока мы будем есть. Это просто грубо.
Драко ответил не Рону, а Гарри:
- Если мое присутствие вызывает проблемы...
- Это не так. Правда, Рон?
- Да, да, - неохотно сказал Рон. – полагаю, не вызывает. Когда к тебе память вернется, мы еще обменяемся парой слов.
Слов? Гари полагал, что это будет нечто более увесистое.
- Конечно же, мне обязательно нужен защитник- сказала Гермиона, сверкнув гневным взглядом, как кинжалом. – Нежная фиалка, вот кто я. Мамочки, я так счастлива, что я не участвовала непосредственно в войне и не была вовлечена в погоню за крестражами, или, не дай Бог, непосредственно в битву...
- Это не то, что я имел в виду! – запротестовал Рон.
- Нет, ты же говоришь, что разберешься с ним за те происшествия, которые случились годы назад, как будто еще остались проблемы только между вами двумя! И почему я должна тебя останавливать? И, как ты знаешь, я всецело поддерживаю идею рабства, поэтому нет оснований думать, что то, что Драко находится под таким проклятием является достаточной компенсацией за... за все, Рон!
- Ладно, я врубился, - пробормотал Рон.
- Она всегда такая ехидная? – спросил Драко в полголоса.
Рон взорвался смехом и смеялся еще громче, когда Драко стал возражать, что его рабство – это просто данность, а не наказание за что-то там.
- Рон, прекрати, - сказала Гермиона, не очень-то нежно пихая его локтем. – Это не смешно.
Рон, в конце концов, угомонился, и свою ответную фразу заменил тем, что снова поднес бутылку к губам.
- Я хочу, чтобы ты поел с нами, - сказал Гарри, поворачиваясь к Драко, чтобы встретиться с ним глазами. – Как у меня дома. Мы будем ужинать вместе.
- Да, Гарри, - ответил Драко, склоняя голову.
Парень выглядел более покорным, чем был раньше, но Гарри списал это на стрессовую ситуацию. Рон однозначно не был таким понимающим, как Гермиона, в этой ситуации. И, возможно, было бы слишком смело ожидать этого от него, поскольку он потерял на войне брата.
Ну и еще факт, что Гарри ляпнул, чтобы Драко не упоминал, что они спят вместе... это могло оказать гораздо большее воздействие, чем то, что Гарри имел в виду в тот момент. Но, однако, не сверх того, что он хотел. У него было стойкое ощущение, что если бы они были сейчас одни, Драко подошел бы ближе и потерся бы носом о его щеку. Для успокоения. Для уверенности.
В присутствии посторонних Драко держал себя под контролем, но выглядел напряженно.
Ну, может выпивка поможет.
- Ты так и не попробовал свое пиво – сказал Гарри успокаивающе, но так, чтобы это было понятно Драко, но не всем остальным. – Нам всем надо сделать передышку и расслабиться.
С этими совами он открыл свою бутылку и сделал большой глоток.
Драко сделал то же самое. После этого он чуть-чуть облизал губы.
- Это было...
- Не такое изысканное как то, что ты обычно пьешь, полагаю, - сказал Рон, но не так злобно, как мог бы сказать.
- Знакомо, я хотел сказать, - сказал Драко протяжно, бросая на Рона взгляд, который принес Гарри заметное облегчение. Ему не нравилось, когда Драко был такой покладистый. И, похоже, парень начал это понимать.
- Знакомо, - усмехнулся Рон. – Когда это ты вообще позволял маггловскому напитку просочиться между твоих губ, хотел бы я знать?
- На это я не могу ответить, - сказал Драко, передергивая плечами. – Странно, да? Я могу перечислить все сорта лучших вин и спиртных напитков. Шабли, шардоне, шампанское...
- По-видимому, только те, которые начинаются на «Ш», - вставил Рон. Ядовито как-то, подумал Гарри и уже собрался что-то сказать, но оказалось, что Драко был способен справиться сам.
- Cabernet, Chianti, C?tes du Rh?ne Guigal, - продолжил он слегка раздраженно, - Clos Beauregard, Cepola, Castello di Borghese Hargrave...
- Вот именно поэтому я попросил тебя выбрать вино, - сказал Гарри быстро, так как подозревал, что Драко мог продолжать список в течение следующих десяти минут.
- Да, и это действительно классный выбор, - сказала Гермиона оживленно. – Заканчивайте свое пиво и поедим супа, потом вино откроем.
- Чтобы освежить вкус. Какое замечательное предложение, - сказал Драко теплым одобрительным тоном, посылая Гермионе улыбку.- Понимаешь, я знал, что мои родители говорят всякие нелепицы, когда пытались объяснить философию какого-то темного лорда или что-то в этом духе, кого мы боготворили. И что еще хуже – эти все заморочки с высшим положением над магглами. Ты росла среди них, и очевидно, что твои манеры и чувства так же чисты, как и у моих родителей. Не говоря уже о том, что никто из них не может читать на эльфийском. По крайней мере я об этом не слышал.
Гермиона хотела пожать Драко руку, но отдернула свою, как только Гарри отрицательно покачал головой.
- Только помни обо всем этом, когда Гарри однажды расскажет тебе о магглах, которые воспитывали его, - сказала она мягко.
Ноздри Драко дрогнули.
- Он о них уже рассказывал. Только не говори мне, что я относился ко всем магглам так, как я отношусь к ним! Они представляют очевиднейший случай полного кретинизма, по моему мнению!
- Давайте обедать, - сказал Рон едва слышно. Однозначно, он не знал как вести себя с Драко, который отвергал расизм.
Но Драко не отвергал его, верно?
Он просто забыл, а это совсем другое дело.

Глава 27.

Гарри считал, что ужин прошел довольно хорошо. Возможно, это было связано с тем, что Рон заранее высказал все, что у него было на душе. Он был не очень-то любезен за столом, но, по крайней мере, больше не проявлял открытой враждебности.

Как всегда говорила главным образом Гермиона. Расспрашивала Драко, чем тот занимается целыми днями, интересовалась, что изучает...

И Драко был явно оживлен, разговаривая с ней.

Вообще-то они быстро и легко нашли общий язык. Если бы Гарри не видел это собственными глазами, он ни за что бы не поверил.

- Ну, ты же знаешь, ей всегда нравилось заниматься благотворительностью, - тихо сказал Рон, разрезая грудку цыпленка, его тон был немного грубей, чем требовалось. – А Малфой сейчас определенно в этом нуждается.

Гарри предпочел промолчать и сделать глоток вина.

Вау... он плохо разбирался в винах, но у этого был потрясающий вкус. Идеально подходящий к цыпленку в грибном соусе, даже аромат, дразнивший его обоняние, улучшал вкус еды.
Наверно, оно стоило той баснословной суммы, которую за него ломили в магазине.

- Впрочем, хотел бы я видеть его лицо, когда он все вспомнит, - продолжал Рон. – Когда он узнает, насколько с его стороны было нелепо хвалить маггловские вещи Гермионе Грейнджер.

- Тебе пора забыть о том, каким засранцем он был в школе, - сказал Гарри, пока Рон не сел на своего любимого конька.

- Ой, как будто он и впрямь изменился.

Гарри сделал еще глоток вина, сожалея, что не купил две бутылки. Конечно, напиться не решение всех проблем. Но возможно, тогда ему было бы легче слушать друга.

- Хотя, может он никогда и не вспомнит, - сказал Рон, накалывая на вилку несколько горошин. – Так даже лучше с какой стороны не посмотри. По-моему, ему нравится такая жизнь. Но поскольку тебе приходится жить с ним...

Гарри не понравилось, как это прозвучало. Не важно, что это правда, к тому же он не страдал от того, что ему «приходится» жить с Драко. Может потому что жизнь с Драко становилась приятной. В его доме было чище, чем когда-либо, он, как правило, приходил домой к горячей, домашнего приготовления, еде, но Гарри не мог пожаловаться на обилие секса, не так ли? Конечно, было все труднее и труднее сдерживать попытки Малфоя «быть более полезным», которые тот частенько предпринимал. Искушение отбросить моральные ограничения и позволить этому случиться, позволить Драко опуститься на колени и обхватить мягкими губами его член...

Да, искушение.

Но даже несмотря на это, жизнь с Драко была более приятной, чем Гарри мог себе представить. Он почти никогда ничего не говорил такого, что могло бы задеть Гарри. Наверно это главным образом зависело от того, что Малфой сейчас не помнил, каким заносчивым он был.

Еще одной проблемой (помимо того, что Гарри приходилось пресекать все домогательства Драко) были регулярно приходившие письма от Малфоев с приглашениями в Мэнор. До сих пор Поттеру удавалось отклонять их. Гарри сомневался, что после предыдущей встречи в состоянии выдержать их компанию. Люциус его чертовски раздражал.

Судя по тому, что произошло в прошлый раз, Драко предпочел бы Гарри отцу, и это было приятно. Хотя Поттер понимал, что было очень бестактно заставлять его делать такой выбор.

Кроме того, он беспокоился, что в результате слишком частого общения с родителями к Драко мог вернуться прежний образ мыслей, даже если он ничего не помнил. Рес меа эс было сильным заклинанием, но вряд ли стоило недооценивать кровное родство.

По крайней мере, так говорят, с горечью подумал Гарри. Ему-то это было незнакомо. Дурсли не относились к категории людей, которые могли вызвать родственную привязанность.

- С тобой все в порядке, Гарри?

- Да, я просто подумал, что рано или поздно Драко придется увидеться с родителями. А поскольку он никуда не может пойти без меня...

- Тьфу. Вот гадство, - сказал Рон, он впервые за весь вечер заговорил дружелюбно. – Жаль, что его сволочного папашу выпустили из Азкабана. Он должен был получить пожизненное. Или того хуже. Приговор был просто отвратительным...

Гарри бросил на Драко обеспокоенный взгляд, но тот разговаривал с Гермионой об эльфах. Расспрашивал, что она о них знает, выпытывал подробности, которые были мало кому известны. Гермиона могла говорить на эту тему часами, потому что она была... гм... Гермионой.

- Отвратителен не приговор, а этот разговор, - спокойно сказал Гарри, понизив голос. – Ты видел, что творится с Драко, когда он расстроен. Я не хочу, чтобы такое повторилось, если этого можно избежать. Никогда бы не использовал то заклинание, чтобы заставить его чувствовать себя виноватым из-за того, что сделал его отец. К тому же мне самому это причинило боль, так что заткнись.

Гарри с удовольствием заметил, что Рон немного побледнел.

- Эээ... да. Меня это не особо заботит, но ты прав. Ведь именно тебе придется успокаивать его.

Эти слова оказались пророческими.
-------------------------------------------------

Все началось довольно невинно. Они ели маленькие марципановые пирожные (которые явно были из магазина) и запивали их лучшим сладким вином, которое Гарри когда-либо пробовал... проклятье, надо постоянно держать дома это эльфийское вино, думал он... а потом Гермиона упомянула, что хотела бы послушать, как Драко играет на фортепиано.

- Фортепиано, - тупо повторил тот, и посмотрел на Поттера, в поисках подтверждения. – Я умею играть?

- Понятия не имею, - сказал Гарри, пожимая плечами. Он пока не хотел говорить о ТРИТОНах. Не стоило забивать Драко голову. Он уже и так порядком загрузил его, рассказав массу подробностей о войне и всем прочем. Гарри в упор посмотрел на Гермиону, пытаясь таким образом сказать ей, чтобы она брала с него пример.

Голос Драко дрогнул от смущения, когда он обратился к Гермионе.

- Почему ты считаешь...

- Не знаю, - ответила она, бросив Гарри беглую улыбку. – Мне так кажется, ни с того, ни с сего. Может быть, женская интуиция?

- О, так ты теперь трепетная фиалка, - пробормотал Рон.

- Фиалки не обязательно бывают трепетными, - усмехнулся Драко, который, судя по всему, чувствовал себя сейчас гораздо увереннее, чем в начале вечера. – А что касается музыки, то если Гарри этого хочет, то я бы сел за него и посмотрел, получится ли у меня сыграть. Но предупреждаю – мне кажется, что я никогда не брал уроков.

- Драко помнит многое о своем детстве. О занятиях разными предметами, - вставил Гарри. – И я, кажется, не видел фортепиано в доме его родителей. В его доме инструмента тоже нет. Так что... не ждите слишком многого, хорошо?

- Давайте посмотрим, ладно? – предложила Гермиона, вставая.

Интересно, что Драко оказался на ногах раньше нее. Гарри вспомнил, что тот так же вел себя и в присутствии матери. Любопытно, что Малфой проявляет такую же учтивость и в отношении Гермионы. А вот с Джинни он не был так предупредителен.

Хотя, в присутствии Джинни Малфой пытался как можно реже попадать ей на глаза.

- Так вот зачем ты приволокла домой пианино, - пробормотал Рон, когда Гермиона привела их в свободную спальню, превращенную ей в музыкальный салон.

Гермиона раздраженно одернула его.

- Я тебе говорила зачем. Если ты не поверил, что я хочу послушать игру Драко, то это не моя вина.

Инструмент поразил Гарри. Он представлял себе что-то маленькое и прямоугольное, придвинутое к стене, но Гермиона раздобыла кабинетный рояль из черного полированного дерева, который поставила посреди маленькой комнаты.

Драко резко остановился, когда увидел его и Гарри мог поклясться, что заметил, как тот содрогнулся.

Гарри охватило возбуждение. Он не сомневался, что Драко сдавал ТРИТОНы по музыке – Гермиона всегда была дотошна в исследованиях. Поттер скептически относился к тому, что экзамен по музыке действительно мог быть хоть сколько-нибудь значимым, но реакция Драко на рояль предполагала обратное.

- Давай, - сказал Гарри. Ему не терпелось увидеть, что будет дальше. – Садись. Я хочу послушать, как ты играешь.

- Как хотите, - сказал Драко, его голос снова стал звучать неуверенно. Гарри заметил это, но решил, что причина в проблесках каких-то воспоминаний. Возможно, в голове Драко сейчас зазвучали обрывки мелодий. Что-то прекрасное? Или что-то навязчивое?

А может быть, подумал Гарри еще более возбужденно, какие-то композиции, написанные самим Драко. Он хотел бы услышать их, услышать скрытые эмоции Драко, выраженные музыкой...

Да, как оказалось, реакция Малфоя была связана с проблесками воспоминаний. И столькими скрытыми эмоциями, что Гарри не мог и желать большего.

Но не того сорта, какого ему хотелось бы. Вообще-то, если бы Поттер знал, что будет твориться с Драко, он никогда не попросил бы его даже приближаться к роялю.

Но Гарри не знал, а потому, когда Малфой заколебался, несмотря на его разрешение, он приглашающее махнул рукой в сторону инструмента.

- Да, Гарри, - сказал Драко, его слова потонули во вздохе.

Поттер и на это не обратил внимания.

Он только несколько минут спустя понял, что не должен был этого делать.

Драко сел за рояль, переплел пальцы и с хрустом потянул их.

- Ооо, - поморщившись, простонал Рон.

- Чшш, - шикнула на него Гермиона, жадно наблюдая за происходящим.

Гарри подошел к роялю и оперся на него, чтобы видеть лицо Малфоя.

- Ну?

- Я, правда, не уверен, что знаю, как это делается, - сказал Драко, его голос на этот раз звучал выше, чем обычно. И немного слабее. – Я понятия не имею с чего начинать.

- Для начала самым идеальным было бы поднять крышку, - сказал Рон, пыжась от удовольствия, что смог поддеть Драко Малфоя.

Но казалось, что Драко не замечает его насмешливого тона.

- О, да. Точно, - сказал он, медленно кивая. У него ушло на удивление много времени, чтобы опустить руки на серебристые ручки крышки клавиатуры. Странно... Гарри казалось, что движения Драко замедлены. Он сейчас являл собой идеальную иллюстрацию нежелания.
Еще более странным было то, что черты его лица болезненно исказились.

Но когда он поднял крышку и посмотрел на ряд белых и черных клавиш, выражение его лица стало беспомощным.

- Просто попробуй опустить пальцы на клавиши, - сказал Гарри, пытаясь подбодрить его. Он видел, что вот-вот рухнет какой-то барьер. Возможно, Драко сейчас начет играть какую-то захватывающую мелодию и с каждой нотой к нему будут возвращаться воспоминания о ТРИТОНах. По крайней мере, это стало бы каким-то началом. – Поставь их так, как тебе кажется естественным.

Драко растопырил пальцы, осторожно опустил их на клавиши и посмотрел на Гарри, явно ожидая одобрения.

Поттер ничего не знал о технике игры на пианино, но ему с трудом верилось, что в начале игры пальцы на клавишах размещаются случайным образом. Быстрый взгляд на Гермиону сказал ему, что она тоже находит такую постановку пальцев странной.

- Эээ... может, ты еще раз попытаешься?

Когда Драко сделал это, Гермиона нахмурилась еще больше.

- О, сыграй уже что-нибудь, - раздраженно сказал Рон. – Кстати, тебе надо нажимать на клавиши, чтобы извлечь звук.

Драко и надавил, всеми десятью пальцами сразу... маленькую комнату наполнил отвратительный диссонансный звук.

- Ооо, - снова произнес Рон, но Гарри едва расслышал его из-за раздавшейся какофонии.
Казалось, что этот единственный несогласованный аккорд что-то высвободил в Драко. Что-то мученическое... неприятное.

Вдруг он сжал руки в кулаки и начал бить ими по клавишам, снова и снова, наобум молотя по инструменту и извлекая самые ужасные звуки, какие Гарри когда-либо слышал. Лицо Драко исказилось в агонии и он начал кричать, вторя отвратительному грохоту. Издавая пронзительный вопль, он запрокинул голову назад, чтобы не видеть клавиши, по которым бил.

Гарри не успел подойти, чтобы успокоить его, как ураган, порожденный дикой музыкой, промчался в воздухе, образуя небольшой смерч с Драко в эпицентре. Книги слетели с полок, окно за спиной Драко разбилось вдребезги, чернильница, стоявшая на маленьком столике, тоже была втянута в поток магии и забрызгивала все вокруг чернилами, кружась в вихре.
И среди всего этого Драко продолжал «играть» жуткую музыку, звуки инструмента и его крики были такими громкими, что казалось, будто в дом ворвалась баньши.

Баньши, кричавшая от боли.

Но не просто боли. Это была агония. Жуткая, душераздирающая агония, которую не мог выдержать никто живой.

Гарри бросился к Драко, но не смог приблизиться к нему из-за смерча.

Взмахнув палочкой, он произнес самое сильное успокаивающее погоду заклинание, какое только мог сотворить. Он был готов сделать что угодно, лишь бы получить возможность подойти к Драко, который сейчас выл в голос. Однако заклинание не подействовало на смерч.

Гарри быстро понял, что это было вполне логично. Драко не сотворил никакого беспалочкового заклинания, к которому существовало бы контрзаклинание. Это был выброс стихийной магии. Когда-то, будучи подростком, Гарри и сам делал такие вещи. Наверно ничто не могло прекратить это.

Но тут что-то произошло.

Так же внезапно, как начался, смерч стих, пергаменты, чернильница и другие предметы попадали на пол. Но еще ничего не закончилось, потому что теперь Драко сам будто стал смерчем.

Его лицо исказилось от ярости, он вскочил на ноги, схватил стул, на котором только что сидел и выбросил его в разбитое окно, а потом попытался напасть на рояль. Малфой задрал ногу и так ударил каблуком по клавиатуре, как будто она была живым существом, и он должен был убить ее.

- Драко! – крикнул Гарри, бросаясь к нему и обхватывая его обеими руками. Прикосновения всегда помогали Драко успокоиться.

Но сейчас все было бесполезно.

Малфой что-то яростно прокричал и отбросил Гарри, как тряпичную куклу, потом ухватился за клавиатуру снизу и попытался перевернуть инструмент.

А может, он хотел и его выбросить в окно.

Конечно, ему это не удалось. Рояль был слишком тяжелым.

Вскочив на ноги, Гарри снова подбежал к Драко и обнял его сзади, на этот раз держа крепче.

- Прекрати! – закричал он, вкладывая в свои слова как можно больше властности. – Драко! Прекрати немедленно!

Драко зарычал, как первобытный человек, и в последний раз ударил рояль. В этом жесте читались ярость, отвращение, презрение... боль.

А потом он рухнул на пол, вместе с державшим его Гарри и попытался свернуться в маленький комочек.

Глава 28.

- Мерлин милосердный, - выдохнул Рон. Во внезапно установившемся молчании его шепот казался неестественно громким.

Но Гарри едва его слышал. Он был целиком сосредоточен на Драко.
Малфой под ним лежал на боку, сжавшись в комочек, и дрожал. У Гарри автоматически сработали аврорские навыки, он отметил про себя "позу эмбриона". Но ситуация в целом его беспокоила. Им не нужно было вмешательство Министерства, или того хуже, маггловской полиции.

С облегчением Поттер вспомнил, что он не единственный аврор в комнате. Рон тоже мог все уладить. Что к счастью, потому что сам Гарри сейчас не мог оставить Драко.

- Рон, не мог бы ты... - он махнул рукой в сторону разбитого окна, показывая на улицу.

- Да, - выдавил тот. - Да. Не беспокойся. Я займусь этим. Идем, Гермиона. Мне может понадобиться помощь.

- Гарри?

Он не успел ей ответить, как Драко начал стонать.

- Больно, - задыхаясь, говорил Малфой, он стал дрожать сильнее. - Добрый сильный хозяин Гарри велел сразу говорить, когда непокорному рабу Драко будет больно...

Гермиона встала на колени рядом с Гарри, который практически обвился вокруг Драко.

- Я могу дать болеутоляющее зелье, самое сильное, какое у нас есть, или маггловский анальгетик, или...

- Ступай с Роном, - сказал Поттер, зная, что ему придется сделать. - Ты мне не можешь помочь.

А если бы даже могла, - подумал он, - то я не хотел бы, чтобы ты вмешивалась. Драко не твой, а мой.

Гермиона колебалась.

- Иди, - прорычал Гарри, потом сделал глубокий вдох и поднял Малфоя с пола, чтобы крепче прижать к себе. Это было нелегко. Драко пытался съежиться, как какое-нибудь крошечное насекомое, из тех, что сворачиваются в шар. Хуже всего было то, что он прижал руки к груди и начал скрести пальцами по мантии, будто пытался расцарапать кожу сквозь одежду, чтобы добраться до нестерпимо болевшего сердца.

Когда он начал биться в объятиях Гарри, тому удалось увидеть лицо Драко.
Бледное, как смерть.

Малфой выглядел хуже, чем в день заявления на него прав, а это говорило о многом.

- Увидимся на работе, в понедельник. Свяжись со мной, если понадобятся стиратели памяти, - быстро сказал Поттер.

Затем, тщательно сосредоточившись, он крепче прижал к себе Драко и аппарировал.
------------------------------------------------

Через мгновение он оказался в своей гостиной. Гарри поставил Драко на ноги и отошел от него, чтобы сделать то, что был должен сделать.

Хотя Бог свидетель: ему очень не хотелось.

Сочувственно поморщившись, Поттер размахнулся и ударил Драко по щеке так сильно, что у того мотнулась голова.

Малфой упал на колени, его руки все еще были прижаты к груди, а глаза остекленели от боли.

На этот раз физической, хотя после того, что случилось у Гермионы, Гарри подумал, что тут примешано что-то еще.

Не имело смысла спрашивать, нужно ли еще наказывать Драко. Было совершенно очевидно, что нужно.

Гарри наклонился и еще раз ударил его, на этот раз сильнее. Благоразумие требовало ударить Драко по другой щеке, но требовалось сделать больно, поэтому Гарри ударил по той же. И по тому же самому месту.

На этот раз Драко от удара завалился на бок. Он опять лежал на полу, но уже не ежился, как раньше, хотя все еще прижимал руки к сердцу.

Поттер опустился рядом с ним на колени и слегка коснулся его плеча.

- Теперь лучше?

- Нет, - хрипло выдохнул Драко. - Все еще... больно.

Черт. Ничего не помогало.

- Эээ... прости, - пробормотал Гарри, приподнимаясь, чтобы достать палочку. Три быстро произнесенных заклинания - и Драко был избавлен от мантии, брюк и трусов. Он выглядел нелепо в носках ботинках и рубашке, но Поттер едва ли обращал на это внимание.

- Не извиняйтесь, - задыхаясь, сказал Драко, его речь была прерывистой из-за жгучей боли в груди. - Вы+ хозяин. Значит... всегда... правы.

Гарри не знал, имеет ли в виду Драко, что он прав, избивая его или считает, что он вправе поступать так. Хотя... наверно, и то, и другое.

Драко больше не дрожал, он обмяк и не сопротивлялся, когда Поттер встал у его вытянутых ног и замахнулся для удара.

- Скажи мне когда... - в последний момент он подумал, что лучше использовать прошедшее время в формулировке, - сразу же скажи мне, когда боль в груди начнет стихать, хорошо?

- Д-д-д...

Боже, Драко не мог слова сказать. Чувствуя себя идиотом из-за того, что напрасно тратил время на глупые пощечины, Гарри больше не колебался. Он начал бить Малфоя по заднице почти беспрерывно. Все, чтобы убедить Рес меа эс, а может, и самого Драко, в том, что тот примерно наказан за свой проступок.

Впрочем, Гарри не был уверен, что проступок имел место быть. Он вспомнил случай с тетей Мардж. Драко не контролировал себя и вряд ли его можно было винить в том, что он натворил, хотя Гарри и не мог понять, почему пианино расстроило его до такой степени.

Драко не хотел устраивать погром. Поттер был в этом уверен. Он не должен был наказывать Малфоя даже за то, что тот отшвырнул его, Гарри. Драко был не в себе и не ведал, что творит.

Впрочем, Рес меа эс это знало.

Сейчас же Гарри не знал, что ненавидит больше: заклинание, заставляющее его бить Драко или то, как его член реагировал на ситуацию. Это была не игра. Во всяком случае, он не должен был находить происходящее эротичным.

Гарри понимал это.

Точнее, его сознание понимало это. Но вот у нижней части тела, очевидно, было свое мнение на этот счет.

Черт, черт, черт, - думал Гарри, продолжая шлепать Драко. С каждым ударом его член увеличивался все больше.

Это не из-за того, что я бью его, - говорил он себе, несмотря на то, что знал - ему очень хотелось бы, чтобы они с Драко играли в какую-нибудь сексуальную игру. Нет, нет... это просто из-за того, что каждый раз, когда я шлепаю его по заднице, Драко дергается. Это прикосновение, вот и все. Ну, прикосновение и то, что эти красные пятна от ударов на его ягодицах вынуждают думать о том, какие они белоснежные и соблазнительные...

А может, проблема заключалась в том, что Гарри долго и часто фантазировал об этом. О том, чтобы Драко лежал у него на коленях, извиваясь. Чтобы чувствовать, как жар волнами исходит от его выпоротой задницы, ощущать, как ладонь ложится на мягкие ягодицы снова и снова.
Слушать тихие прерывистые вздохи Драко, когда тот принимает один удар и готовится к другому.

Впрочем, этого было недостаточно. Гарри хотел слышать, как Драко стонет от боли, даже когда просит о большем.

Боже, что, черт побери, с ним происходит? В данный момент он шлепал Драко так, будто завтра не наступит, потому что если он не сделал бы этого, то у Малфоя, наверно, случился бы сердечный приступ! Гарри чувствовал нарастающее возбуждение.

Может, это значит, что мне и в самом деле нужно больше, чем просто прикосновения, - подумал Поттер.

В подобных обстоятельствах эта мысль не помогала.

Что он получил в результате, а? Удобную возможность мучиться, имея рядом привлекательного парня, лежавшего у него на коленях! Мужчину, который принадлежал ему, с которым он мог делать все, что ему захочется, мужчину, который открыто признавался, что ему нравятся физические наказания и который так же знал, что Гарри нравится наказывать его.

Сейчас их члены практически касались друг друга. И Гарри должен оставаться спокойным?

Нет, он не был спокоен. Его член к этому времени уже пульсировал от возбуждения, но, как и в прошлый раз, Драко кажется и не собирался просить его остановиться! Не важно, что у Гарри рука уже горела огнем.

Драко Малфой действительно обладал мужеством. Гарри сейчас рассуждал достаточно трезво, и ему не хотелось, чтобы Драко получал от порки наслаждение. Он должен сказать, когда боль уйдет! Что случилось с желанием повиноваться? Что случилось с его желанием угодить хозяину?

- Тебе лучше, - язвительно сказал Гарри, сталкивая Малфоя со своих колен. Очень грубо, разумеется. - Ты себя чувствуешь прекрасно!

- Я... я... я... - Драко перекатился на бок и посмотрел на Гарри. Его глаза блестели. На щеках были влажные полосы, хотя Поттер не слышал, чтобы тот плакал во время порки. - Я... д-д-д...

- Да, ты в полном порядке. Это ты пытаешься сказать? - Гарри замахнулся, испытывая нестерпимое желание снова дать Малфою пощечину, на этот раз ради собственного удовольствия.

Драко лихорадочно покачал головой (при этом его волосы взметнулись), а потом так же лихорадочно начал кивать, сбивчиво бормоча что-то, что Гарри не мог ни разобрать и прервать его.

А потом он начал задыхаться.

О, боже. Снова.

Очевидно, Драко пытался повиноваться ему. Гарри сказал Малфою, что тот чувствует себя прекрасно, вот он и пытался выполнить приказ. Но не мог, потому что чувствовал себя совершенно иначе.

Потому что эта треклятая боль в груди все еще мучила его!

В мгновение ока ярость Гарри вспыхнула с новой силой и обрушилась на новую цель. Как смеет это чертово заклинание порабощения наказывать Драко так жестоко и так долго?

Он мой, - со злостью думал Гарри. Он мой и ты его не получишь!

Но Поттер мог снизить эффект мстительного заклинания лишь одним хорошо ему известным способом!

- Акцио, ремень! - выкрикнул он, вытащив из кармана палочку.

Стекла в доме задребезжали, и ремень полетел в руку Гарри.

Сложив его пополам и зажав пряжку в кулаке, он встал на колени и с силой ударил по покрасневшим ягодицам Драко, стараясь чтобы, ремень обвился вокруг них.

Он промахнулся. Удар пришелся чуть ниже. Драко выгнулся, наклонил голову набок и взвыл.

Малфоя почти не было слышно, когда Гарри шлепал его по заднице, но на этот раз боль явно была другого порядка. Снаружи вряд ли что можно было услышать, потому что на дом были наложены звукоизолирующие чары. Он сделал это несколько лет назад, чтобы репортеры не могли подслушать его разговоры по камину.

Так что сейчас было не важно, насколько громко кричал Драко, он получит, все что ему нужно. И Гарри был рад сделать это.

- Еще? - спросил Поттер, на этот раз его голос дрожал. Как он мог не дрожать? Зрелище того, как ремень опускается на задницу Драко+ это было чертовски эротично, совпадало со всеми его сексуальным фантазиями, теми, в которых присутствовал не только ремень, но и хлыст. И веревки.

Гарри раньше никогда не считал связывание сексуальным, но когда дрочил, представляя себе Драко+ да, в его фантазиях были веревки. Черные кожаные веревки. Широкие и крепкие.

А порой и цепи.

Вместо того чтобы ответить вслух, Драко перекатился на живот и поджал под себя ноги, теперь он стоял на коленях, прижимаясь грудью к полу, а его задница была высоко задрана и повернута к Гарри.

Поттер решил, что это был своего рода ответ и немого передвинулся, чтобы оказаться вровень с Драко. Когда Гарри увидел отчетливую красную полосу поперек бедер Драко, его член дернулся в трусах. Он снова замахнулся.

Один удар, второй, третий, четвертый. Жесткие сильные удары, Гарри нисколько не сдерживался, полосуя задницу Драко. Тот каждый раз вскрикивал. Член Поттера дергался при каждом крике.

Наконец, когда он занес руку для очередного удара, Драко выдавил, задыхаясь, но вполне связно:

- Боль прошла, Гарри. Спасибо.

Спасибо.

Поттер правда не знал, что было хуже: то, что Драко поблагодарил его за порку или то, что от этого слова он чуть не кончил.

- Не за что, - натянуто ответил Гарри, отбрасывая ремень в сторону. - Боль... совсем прошла? - Поттер с облегчением услышал, что голос не дрожал. Бог свидетель, он не сердился на Драко. Просто ему было не очень комфортно из-за того, что он испытывал такое наслаждение несколько минут назад. Гарри знал, что его голос звучал пристыженно.

Но он не стыдился. Почему-то все это казалось таким... правильным. Как будто насилие вовсе не было насилием, а выражением... Твою мать. Гарри не знал, чем это было на самом деле.

- Да, совсем прошла, - сказал Драко, его волосы немного качнулись, когда он кивнул. Конечно, Гарри видел его только со спины. Но что это было за зрелище: Малфой лежал кверху задницей, поперек нее пламенели алые полосы от ударов.

Гарри казалось, что он сходит с ума. Он знал, что со стороны это все выглядело безобразно, знал, что если кто-нибудь сейчас увидел бы Драко в таком виде, то содрогнулся бы от жалости. Но в то же время он знал, что это было только для него. Только он мог видеть открытость и уязвимость Драко, видеть его абсолютно покорным. Это зрелище поразило Гарри, казалось ему самым прекрасным из того, что он когда-либо видел.

- Иди сюда, Драко, - позвал он, усаживая Малфоя рядом, а потом снова притянул его к себе на колени, на этот раз, обхватив поперек груди, и начал покачивать, успокаивая. Глядя спереди нельзя было сказать, что Драко был сурово наказан. На его щеках остались мокрые полосы от слез, на одной щеке до сих пор был виден след от пощечины, но в остальном он выглядел совершенно нормально.

Гарри старался не смотреть прямо вниз - именно то, в чем Драко обвинял его - но он не мог сдержаться. То, что он увидел, не было неожиданным после всего того, что Драко сказал ему, но все равно Гарри не ожидал такого.

Там, угнездившись в золотистых жестких волосах, был член Драко. Довольно возбужденный, он был направлен вверх, прямо к Гарри, как будто знал, что хозяин рядом, как будто хотел быть ближе.

Как избиение могло вызвать такую эрекцию, Гарри не понимал. Он никогда не реагировал на боль таким образом, а Бог свидетель, ему немало доставалось.

Но Драко открыто признавал, что ему нравилась боль. Кажется, это он про себя знал, хоть и не помнил. Странно, что эта склонность проявлялась при подобных обстоятельствах. Учитывая, что их с Драко отношения всегда были неординарными, Гарри полагал, что он - последний человек, который мог бы ассоциироваться у Драко с болью, переходящей в удовольствие.

А может и нет, - подумал Гарри, чуть ли не съеживаясь от ужасных воспоминаний, нахлынувших на него. Сектумсемпра. Может быть, возбуждение Драко связано с этим инцидентом. Может быть, глубоко в подсознании, Драко верил, что Гарри нравится причинять боль и идиотское заклинание заставляло его быть идеальным рабом, таким, которому нравилось испытывать ее.

О, боже.

Может быть, на самом деле Драко вовсе не нравится боль. По крайней мере, не тогда, когда он находится в здравом рассудке. Может быть, это всего лишь еще один пример того, как Рес меа эс достает его. Буквально.

Ведь Драко даже не понимает, что происходит. Он считает, что просто у него такие+ наклонности и заклинание позволяет ему легче принять их, заставляет думать, что это всего лишь часть его натуры.

Свидетельством тому было теперешнее поведение Драко. Он прислонился к Гарри, прикрыл глаза, все его тело (кроме члена) было полностью расслаблено. Похоже, он полностью доверял своему хозяину, даже после того, что тот сделал.

Гарри сглотнул, подавляя желание снова начать извиняться. Это было бы верхом притворства, поскольку он не только осознавал, что делает, но и хотел этого. И не только ради того, чтобы унять боль в груди Малфоя. Ему нравилось смотреть, как Драко извивается под ударами.

Конечно, Гарри хотелось отрицать это. Разве не чудовищно он выглядел в данной ситуации? По крайней мере, он не получил удовольствия, применив Сектумсемпру. Он не знал, как работает это заклинание, в противном случае не воспользовался бы им. Гарри просто не нашел другого способа уклониться от Круциатуса Драко. До данного момента Поттер никогда не считал себя человеком склонным к насилию. Даже в битве с Волдемортом ему удалось избежать применения смертельного проклятия.

Но почему в его фантазиях о Драко обязательно присутствовало насилие? Впрочем, насилие тут было не самым подходящим словом. Когда он фантазировал во время мастурбации, то никогда не представлял себе, что по-настоящему избивает Драко, ничего подобного. В своих фантазиях он доминировал и только. И в них подчинение Малфоя всегда было добровольным... о, черт. Точнее, тот проявлял энтузиазм.

Самое плохое то, что я свои наклонности не могу оправдать родовой магией, - кисло подумал Гарри. Нет, не было никакого извинения тому, что он хотел доминировать над Драко. Поттер знал, что эта мысль привлекала его, и что как только представился удобный случай, он с удовольствием воспользовался им.

Его член твердел все сильнее с каждым разом, как он поднимал ремень. А завывания Драко, эхом вторящие завываниям ветра снаружи? Странное подобие мелодии заставляло Гарри желать ударить его еще и еще раз.

Ну, их отношения с Драко Малфоем никогда не были простыми, не так ли?

- Дать тебе болеутоляющее зелье или таблетку парацетамола? А может исцеляющее заклинание, или... - Гарри перестал лепетать и попытался упорядочить свои мысли. Он должен был предложить это раньше, а не сидеть тут, думая лишь о себе. Он должен был позаботиться о Драко. - Правда, я сделаю все, что ты скажешь.

- Нет, это я сделаю все, что ты скажешь, - ответил Малфой так тихо, что Гарри пришлось присушиваться. Потом Драко открыл глаза и улыбнулся.

Поттер был поражен тем, какой искренней была его улыбка, хоть и мимолетной. - Всегда, Гарри. Пианино... я снова должен просить у тебя прощения.

- Ты не сделал ничего плохого.

Драко округлил глаза.

- Я отшвырнул тебя. Я разбил пианино твоих друзей, не говоря уж об устроенном погроме, и...

- Ты не понимал, что делаешь, Драко.

Еще одна мимолетная улыбка.

- Это правда.

- Я бы даже не стал наказывать тебя, если бы заклинание не вынудило меня сделать это, - сказал Гарри, погладив его по спине. Ему понравилось то, как Драко подался навстречу прикосновению. - Так что больше не проси у меня прощения за произошедшее. Все кончено и забыто.

- Да, как хочешь.

Они просидели молча еще несколько минут, пока у Гарри не начала болеть спина от несколько неудобной позы. Драко был довольно рослым и у Поттера начали затекать ноги. Но, несмотря на это, он не хотел, чтобы Малфой слез с его колен. Гарри понял, что ему нравится держать его. Очень нравится.

Гарри немного подвинулся назад, чтобы опереться спиной о спинку дивана, а потом поднял ноги на сиденье, не выпуская из объятий Драко. Ну вот, так лучше, - подумал он, усаживаясь с комфортом. Он устроил Драко в позу, которая, по его мнению, была удобной для них обоих, а потом, не в силах сдержаться, наклонил голову Малфоя и поцеловал его несколько раз, мягко касаясь губами губ.

- Я не сержусь из-за пианино, - сказал Гарри, когда тот поднял голову. Может, прошло достаточно времени, и Драко мог поговорить об этом. - Мне показалось, что ты+ вспомнил что-то ужасное. Я хотел бы помочь тебе. Хотя бы для того, чтобы понять.

Драко замотал головой еще до того как Поттер закончил говорить, но это не был отказ выполнить просьбу.

- Я не могу объяснить, хозяин Гарри. Я пытался что-нибудь сыграть, как вы хотели. Я правда не знаю, что произошло.

Очень странный ТРИТОН по музыке, - подумал Гарри, но тут же выбросил эту мысль из головы. Очевидно, Драко играл на каком-то другом инструменте. А может, его специализацией было пение, хоть с виду этого и не скажешь.

- Но что тогда вывело тебя из себя? - мягко продолжал выпытывать он.

- Хотел бы я знать, - вздохнул Малфой, он поджал руки и ноги, как будто был маленьким ребенком, который хотел спрятаться. Гарри крепче прижал его к себе, пытаясь успокоить. - Просто я почувствовал...

Драко тряхнул головой, потом он сел немного прямее и уткнулся лицом в ямку между шеей и плечом Гарри.

- Все нормально, - успокоил его Поттер, поглаживая по спине. - Ты не должен мне ничего рассказывать, если не хочешь.

- Нет, нет, я хочу, - выдохнул Драко, касаясь губами шеи Гарри, от чего у того встали дыбом волосы. И кое-что еще.

Нет, его эрекция и не исчезала. Просто немного опала. А теперь казалось, что его член воспрял после короткого отдыха, огляделся вокруг, и ему понравилось то, что он увидел.

- Тогда что ты чувствовал? - не унимался Гарри, героически пытаясь переключиться со своей проблемы на проблему Драко.

- Мне казалось, что наступил конец света, - прошептал Малфой, его слова пронзали Гарри насквозь. - Или нет, как будто конец света только что наступил, а я ничего не могу сделать. Мне казалось, что я потерял единственно важную вещь и не могу ее найти и больше ни в чем нет смысла, и... - Драко снова вздохнул, его теплое дыхание щекотало кожу Гарри.

- Это заставило тебя наброситься на пианино?

- Не могу сказать наверняка, но, кажется, так.

Гарри пытался разобраться в том, что услышал.

- Эээ... как ты думаешь, может, до недавнего времени ты был блестящим пианистом, а Рес меа эс лишило тебя этого?

Конечно, это даже отдаленно не было похоже на Драко, которого он помнил по школе, но чем еще можно было объяснить то, что случилось в доме Гермионы?

- Я уверен, что у меня никогда не было способностей к музыке.

Это никак нельзя проверить, - подумал Гарри, скривившись. Он решил забыть о ТРИТОНе по музыке и сказал:

- Ну, может быть, ты разозлился на пианино потому, что всегда хотел иметь какой-то талант?

- Довольно незначительная причина для такой вспышки ярости, - Драко поднял голову и посмотрел на Гарри. - Ты знал меня раньше. Скажи, я всегда был вспыльчивым?

- Эээ, немного, - Гарри подумал о Клювокрыле, когда говорил это. - Но не таким, как сегодня. Такого никогда не было. Обычно ты поступал более расчетливо.

- Ах, да, слизеринец, - Драко пожал плечами. - И нет, я не помню. Гермиона рассказывала мне про Хогвартс. Про символы факультетов и тому подобное. Она сказала, что мои родители слизеринцы. Гмм. Удивительно.

Удивительно?

- Ты мало рассказывал мне об этом, но я разбираюсь в людях, Гарри, - продолжал Драко, глядя ему в глаза. - Мой отец был очень груб с тобой. Не слишком дальновидно с его стороны в данных обстоятельствах. Кроме того, его явно мучают внутренние противоречия. Это трудно считать слизеринским поведением, исходя из того, что рассказывала Гермиона.

Гарри слегка заерзал.

- Внутренние противоречия?

Драко рассмеялся.

- Да. Даже на первый взгляд это совершенно нелогично. Как можно было стать сторонником человека, проповедующего чистокровность, как самое важное для магического мира, когда сам он не имел чистокровности, которую объявлял обязательным качеством? - Драко посерьезнел. - Но ты говорил, что я тоже был его сторонником. Думаю, мне не стоит называть отца так, как я не готов назвать себя.

Гарри было интересно, как Малфой назовет себя, когда его воспоминания вернутся.

- Что касается пианино, - сказал он, сочувственно улыбаясь. - Гм, Драко, ты уверен, что не расстроился из-за того, что какая-то часть тебя осознает твое рабское положение?

Драко бросил на него странный взгляд.

- Я помню себя только твоим рабом.

- Нет, я хочу сказать, что какая-то часть тебя не хочет им быть, и ты возмутился, что обстоятельства обернулись таким образом. Может быть, ты почувствовал, что потерял... ну, например, свою свободу?

- Я не недавно потерял свою свободу, - спокойно сказал Драко. - Начнем с того, что я не помню себя свободным. Кроме того, логика подсказывает, что та свобода, которую я имел, была иллюзией, поскольку это заклинание всегда висело надо мной, дожидаясь своего часа. Но самое главное, Гарри+ мне нравится быть твоим рабом.

Поттер облизал губы. Это он виноват, что от последнего заявления его член стал твердым, как камень?

- Эээ... ну, хорошо, но когда ты вспомнишь свою прежнюю жизнь, это тебе уже не будет нравиться.

- Будет, - уверил его Драко. - Я теперь твой. Что могут изменить несколько воспоминаний?

- Не несколько, а гораздо больше. Мы+ ссорились, Драко. Я старался тебе не рассказывать о наших ссорах, потому что это звучит очень неприятно. Сейчас я для тебя главный, но между нами было много плохого.

Гарри не знал, как Драко отреагирует на эту информацию. Может быть, вздрогнет. Или извинится. Или начнет задыхаться. И он уж конечно не ожидал, что тот усмехнется.

- Я уже говорил, что смогу справиться с этим, - сухо сказал Драко, когда перестал смеяться. - Один из твоих друзей... Рон, не Гермиона, смотрел на тебя так, будто твое терпение и доброта по отношению ко мне - самое неприятное, что он когда-либо видел. Он очень надеялся, что мы начнем бросать друг в друга проклятьями и не только потому, что ему хотелось увидеть, как я превращаюсь в большого слизня. Я также подозреваю, что он привык видеть, как мы ссоримся. Кроме того, ты говорил моему отцу, что тебе нет нужды мстить мне. Отсюда я могу сделать вывод, что у нас когда-то были очень напряженные отношения.

- Сейчас они улучшаются.

- Ну, шла война, и мы сражались на разных сторонах, - сказал Драко, как будто считал, что это объясняет все. - Но, как я понимаю, война давно закончилась. Воспоминания для меня ничего не изменят.

А что если ты вспомнишь, что тебя действительно однажды превратили в большого слизня?

- Ты так говоришь сейчас, но...

- Гарри, если я вспомню что-то, что заставит меня больше не хотеть быть твоим и только твоим всем сердцем до конца дней моих, то чтобы это ни было, я буду биться головой о стену до тех пор, пока не вобью в себя хоть сколько-то разума.

Ооо. Гарри не понравились аналогии, сразу же возникшие в его сознании: домашние эльфы, наказывающие себя. Хотя от этого боль в груди Драко немного отступала, не так ли?

- Ты не будешь биться головой об стену ни при каких обстоятельствах, - строго сказал Гарри. - Я серьезно, Драко. Ты не должен делать себе больно.

- Вижу, ты не совсем понимаешь образный язык, - протянул Малфой. - Я не собирался на самом деле биться головой об стену. Это метафора. Она означает...

- Замолчи. Я знаю, что такое метафора, - Поттер удрученно покачал головой. Прежний Драко, настоящий, был где-то здесь. И он явно не обрадуется, когда узнает, что стал рабом Гарри. Но они смогут разобраться с этим, когда придет время, решил Гарри. - Ты никогда не говорил мне, что тебе нужна помощь, чтобы унять боль. Думаю, что тут могло бы помочь какое-то заклинание или одно из тех зелий, что ты варишь... эээ, у тебя есть что-нибудь на этот случай? Ты же знаешь, что мне порой приходится наказывать тебя.

- Конечно, я ничего не делал, - возмутился Драко. - Это зелья от головной боли и простые снадобья, которые я делал для тебя. Я бы не стал варить зелье для себя, если бы ты, конечно, не попросил об этом специально и я не стал бы принимать зелье, чтобы ослабить наказание, которое ты счел подходящим для меня.

Гарри отступился, не желая касаться этой щекотливой темы.

- Хорошо, ты не варишь никакого заживляющего зелья. Но, может быть, должен это делать.

- Почему?

- Почему? - переспросил Гарри, в его голосе слышался сарказм. - Ну, я не знаю. Может, потому, что ты находишься под чарами, которые заставляют меня периодически избивать тебя до полусмерти.

Еще один смешок.

- Ты вряд ли сможешь избить меня до полусмерти. Мне доставалось и посильнее. Я уверен. Намного сильнее.

- Ты не знаешь это наверняка, - поправил его Гарри. - Ты не помнишь. Или все же помнишь?

- Нет, но я в этом уверен, - слабо улыбнулся Драко. - Может быть не здесь, - он показал на свою голову. И добавил, положив руку на сердце: - Но здесь? Да.

- Хорошо, тебе бывало и хуже, - коротко сказал Гарри, ему очень не нравилось это допущение и не только из-за того, что оно означало, что кто-то порол Драко. Нет. Самым тревожным было понимание, что кто-то другой наказывал Драко. Гарри это не нравилось. Совершенно не нравилось.

Кажется, Драко по тону Гарри почувствовал, о чем тот думал. Снова подняв руку, он провел пальцем по щеке Поттера. Тот почувствовал себя уверенней.

- Да, мне доставалось сильнее, но твои удары больнее, хозяин Гарри. Я до сих пор ощущаю каждый удар, и каждый из них я едва вытерпел.

Прекрасно. Гарри не только был раздосадован своей... черт, ревностью из-за того, что кто-то еще наказывал его Драко, но ему так же придется разбираться с тем, что эта ревность не укрылась от Драко! Тот, кажется, не имел ничего против этого, но все же! Гарри оттолкнул руку Малфоя.

- Ты должен залечить эти раны, немедленно. Вставай, и я буду...

- Я встану, если хочешь, - тихо сказал Драко. - Я сделаю все, что ты хочешь, Гарри. Я отчаялся доказывать тебе это. Но что касается меня, то я бы предпочел не залечивать эти метки. В конце концов, это ты поставил их мне. Я хочу видеть их завтра, чувствовать, как они болят, вспоминать, как ремень со свистом опускался на меня, чувствовать каждый удар, который ложился на мою охотно подставленную задницу.

- Охотно? А боль в груди, которую ты испытывал... у тебя не было другого выбора, кроме как принять эти удары.

- Да, но в то же время я хотел этого, - Драко посмотрел Гарри в глаза сияющим взглядом. - Я знаю это, и знаю, что тебе не нужны ни извинения, ни причины, чтобы наказать меня, Гарри. Ты можешь сделать это лишь из желания доминировать. Я рад подчиняться тебе, делать все, что ты пожелаешь. Удовольствие, боль и любое их сочетание, это все твое, Гарри. Все. Я весь твой.

Гарри сглотнул, думая, что он, должно быть, действительно сошел с ума, раз слушает эти слова, которые почему-то звучат, как признание в любви.

- Ладно, тогда никакого обезболивающего. Ты можешь чувствовать метки, пока они не сойдут, - тихо сказал он, перемещая руку на затылок Драко. Не в силах удержаться, Гарри наклонил его голову, чтобы поцеловать в макушку. Боже, какими мягкими были его волосы. Даже сейчас, спутанные, влажные от пота, они были такими, что Гарри хотелось трогать их и целовать.

Он невольно подумал: Почему не сделать это? Почему не сделать то, чего я хочу? В конце концов, он мой. Мой и ничей больше. И кого волнует, если глупое заклинание сделало это реальностью? Разве не имеет значение только то, что он мой?

Поттер поднес к губам прядь волос Драко и, улыбаясь, вдохнул их запах.

- Гарри... - неуверенно начал тот.

- Гмм?

- Можно я... - слегка тряхнув головой, Малфой выпрямился, его взгляд сразу посерьезнел и стал умоляющим.

- Гмм? - снова произнес Поттер, отпуская его волосы.

Тот приоткрыл рот, но ничего не сказал. Он потянулся к Гарри и нежно поцеловал его, будто бы снова благодарил.

Разорвав поцелуй, Драко заговорил. Его губы были так близко от губ Гарри, что тот мог почувствовать их вкус, точно так же, как чувствовал и слышал каждый слог.

- Можно мне взять тебя в рот, Гарри? Можно я буду служить тебе? Пожалуйста, - выдавил Драко, медленно выводя круги по груди Поттера. Точнее, по его мантии. Можно было заподозрить, что движение было просчитанным, но это было не так. Малфой говорил торопливо, в его голосе слышалось почтение. - Гарри. Хозяин. Я знаю, мне не полагается иметь потребностей... но мне это нужно. Ты мне нужен.

Глава 29.
Особое спасибо моей бете Fruzya за терпение и выдержку во всех смыслах во время работы с текстом :))

Гарри уже открыл было рот, чтобы отказаться. Ведь только секунду назад он говорил себе, что заклятие или нет, но Драко принадлежит ему. Его представление о том, что хорошо, а что плохо, уже поднимало голову, требуя, чтобы к нему прислушались.
Но последние слова Драко смешали все его мысли.
Ты мне нужен.
Гарри моргнул, его кадык дернулся, когда он быстро сглотнул несколько раз подряд- Я нужен тебе? - переспросил он, не в силах поверить, что Драко это сказал.
- Мерлин, даа, - простонал блондин, его руки судорожно расстегивали мантию Гарри, зарываясь в нее, раздвигая материал. Когда он добрался до рубашки и принялся ее расстегивать, его пальцы неловко двигались, словно парень был так напряжен, что не мог совладать с собственными мускулами.
Гарри закрыл глаза. Какое-то сильное чувство внезапно овладело им. Возможно, облегчение, так как это означало, что заклятие успокоилось.
- Ты, значит, только что вспомнил? Все?
Пальцы Драко не прекратили своих неистовых действий.
- Нет, ничего не изменилось. Но ты мне так нужен, Гарри... мне нужен твой член во рту... Мне надо отсосать тебе и слышать, как ты стонешь... Мне надо проглотить до последней капли твое сладкое, как мед, удовольствие, которое я могу тебе доставить...
Гарри нравилось, как это звучит. Реально нравилось. Особенно часть про сладкое, как мед. До этого никто ему такого и так не говорил. Но... он знал, каково его семя на вкус. А какой мужчина не знает?
- Это не сладкое, как мед, - сказал он немного суховато.
- Ты будешь чистая амброзия, - добравшись, наконец, до кожи, Драко стал целовать грудь Гарри, в то время как его руки продолжали двигаться, шире и шире раздвигая одежду. - Лучше, чем сегодняшнее вино. Я точно знаю...
Амброзия... Лучше, чем вино... Гарри чувствовал, что краснеет, слыша такое описание себя. Конечно, он ему не верил. Не мог. И, тем не менее, оно ласкало его слух.
Ласкало, и он чувствовал это так сильно, как никогда раньше.
Разум всё ещё старался разобраться в том, что произошло.
- Ты не помнишь, но заклятие успокоилось. Как это может быть?
Наверное, услышав серьезный тон Гарри, Драко немного отстранился и взглянул на него. Грудь брюнета внезапно обдало холодом, и не мудрено. Мгновение назад Драко водил по ней языком.
- Почему ты думаешь, что заклятие успокоилось? - спросил он, слегка склонив голову, как будто понятия не имел, о чем Хозяин говорил.
Гарри крепко схватил его, внезапно испугавшись, что еще чуть-чуть, и он лишится Драко, не важно, вспомнил тот или нет.
- Ты сказал, что я нужен тебе. Нужен, Драко. Ты не можешь говорить о своих нуждах, помнишь? Я имею в виду, не мог раньше.
- О, - проказливо улыбнулся Драко. - Мне нужно... хмм. Я думаю, что прямо сейчас мне не нужно ничего, кроме тебя. Но если мне в голову придет еще что-то, я сразу дам тебе знать.
- Так заклятие успокоилось? - настаивал Гарри.
Драко пожал плечами.
- Откуда я знаю? Нет, ну правда, откуда? Но вот точно знаю: ты мне действительно нужен. И это так легко говорить. Думаю, ты мне нужен уже давно...
"Хорошо" и "плохо" снова начали войну в голове у Гарри. Проблема была все та же. Если Гарри позволит случиться тому, чего он так отчаянно хочет, Драко возненавидит его позже. И не важно, что сейчас он сам умоляет об этом.
Но в конце концов, он по-любому возненавидит тебя снова, где-то глубоко в сознании шептал внутренний голос. Возненавидит, потому что ненавидел всегда. И если это не причина, то он припомнит, как ты избил его ремнем. Не говоря уже о твоем диком стояке, когда ты делал это.
- Драко, - сказал Гарри грубо. - Мы же уже говорили об этом. Я... я...
Внезапный шум заставил Гарри оглянуться. Звук, как будто ветер бесновался за окном. Он уже слышал такой звук некоторое время назад.
Но сейчас на ум пришел не просто ветер, а ураган, циклон.
Циклон, вызванный физической болью. Но что было причиной боли?
Гарри вызвал его.
Стыд затапливал его, обжигая язык горечью. Один раз за сегодняшний вечер он уже проигнорировал то, в чем Драко так очевидно нуждался. Было столько сигналов того, что парень испытывал жгучее нежелание подходить к пианино. И еще более ясные знаки, когда он сел за клавиатуру, чтобы у Гарри хватило мозгов запретить ему играть.
Поттер всем это пренебрег. Он проигнорировал то, что было лучшим для Драко.
И теперь была опасность, что он сделает это снова.
Драко нуждался в нем, проклятье! Так сильно, что сказал об этом, заставив заклятие успокоиться! Да, гребаное заклятие совершенно очевидно успокоилось. И что Гарри делает с этим? Отказывает ему только потому, что когда-то в отдаленном будущем могут возникнуть проблемы, если Драко вспомнит все и изменится?
Сделать это - значит причинить ему боль здесь и сейчас.
И Гарри не мог этого допустить. Он уже много натворил. Особенно сегодня.
- Даа, - решился, наконец, сказать он, его голос охрип от желания. - Даа...
Драко снова склонил голову на бок.
- Извини?
- Бери то, что тебе нужно... Я тебя тоже хочу...
Легкая улыбка тронула губы Драко.
- А-а, я уже подумал, что ты собираешься снова отказаться...
- Я и собирался, - пробормотал Гарри, в то время как Драко, положив плашмя ладонь ему на грудь, подталкивал его назад, пока аврор не оказался лежащим на софе, а его голова не коснулась маленькой диванной подушки. - Я, понимаешь, я тут подумал...
- Нет, - мягко сказал Драко, наклонившись и приложив палец поперек гарриных губ. - Не думай, Гарри. Не думай совсем. Просто чувствуй, ладно? - Легкая улыбка изогнула его губы. - Чувствуй, сколько удовольствия я могу доставить...
- Да,- сказал Гарри еще более хрипло. Одно только напряжение могло убить еще до того, как они начнут. Сейчас он вообще не понимал, как он мог так долго говорить нет. Он точно был сумасшедшим. - Ммм, ты хочешь, чтобы я разделся, или...
- Позволь мне позаботиться обо всем, Гарри, - выдохнул Драко, сгибая палец, чтобы соединить разомкнувшиеся губы Хозяина. - Позволь мне обслужить тебя. Знаешь, мне это снилось... ночь за ночью... мне снилось, как я целую и сосу твой потрясающий член, пока ты не содрогаешься от такого сильного кайфа, которого более слабый мужчина не вынес бы. Я обещаю, Гарри, я обещаю, что, когда все кончится и я снова поцелую твои губы, у тебя в голове вообще не останется ни одной мысли.
Прямо сейчас именно Гарри чувствовал себя слугой, способным только слушаться и повиноваться тому, что хочет Драко.
- Ни одной мысли, - выдохнул он. Это было все, на что он был сейчас способен.
- Ммм, Гарри, как же ты вообще жил без меня? - пробормотал блондин, отодвигаясь от него, чтобы встать.
Гарри ничего не мог с собой поделать, его тело инстинктивно потянулось вслед за парнем, стремясь оставаться как можно ближе к нему.
- Ооо, скоро, уже скоро, - мягко сказал Драко, но в его голосе сквозило удовольствие. - Но сначала мне надо одеяние соответствующее ситуации. Так не пойдет, - он медленно провел рукой сверху вниз, туда, где его член торчал и покачивался под кромкой рубашки.
Гарри не мог понять, что тут могло не нравиться. На его взгляд, все было очень даже отлично. Чертовски отлично. Но он не думал. Он только чувствовал, как Драко ему сказал.
С кривой улыбкой искуситель поднес руку к шее, его бедра слегка покачивались, когда он начал расслаблять узел галстука. Когда шелковая лента была развязана, Драко медленно стянул ее с шеи. Все его движения были волнообразными... Нет... соблазнительными. Как будто он не знал, что Гарри был уже его.
Драко начал расстегивать пуговицы на рубашке, его пальцы блуждали по ним, его губы припухли, его бедра мягко покачивались, заставляя его торчащий член танцевать медленный, дразнящий танец.
Осознав, что он уставился на Драко и не дышит, Гарри сделал глубокий вдох и, так как то, что он наблюдал было гораздо больше того, о чем он просил, закрыл глаза.
- Вот этого, пожалуйста, не надо, - услышал он голос Драко. - То, как ты смотришь на меня... Я знаю, что ты считаешь меня красивым, да? Красивым дьяволом, возможно?
- Да, именно, - подтвердил Гарри, не открывая глаз. - Ты чертов красивый дьявол, точно.
- Тогда почему бы тебе не насладиться видом? - а когда Гарри помотал головой, его голос стал серьезнее. - У тебя же не наступило запоздалое... озарение, что мы оба парни, не так ли?
- Нет, - Гарри прочистил горло. - У меня с этим нет проблем.
- Я так не думал, - пробормотал Драко.
- Хотя ты первый парень, к которому, как я обнаружил, меня влечет. - Гарри говорил это, чувствуя, что должен быть честен до конца. - Я никогда не думал, что смогу так легко... перенастроиться на такие отношения. Я имею в виду, что никогда даже не думал об этом. А с тобой это так... естественно...
- Тогда почему ты не открываешь глаза и не смотришь на меня?
Гарри улыбнулся и скорчил рожицу.
- Я в полсекунды от того, чтобы кончить, не прикасаясь к себе. Этот ремень... даа. Завел меня капитально. Если ты думаешь, что я вынесу еще и стриптиз в твоем исполнении, значит ты вообще не представляешь, насколько я на грани.
- Беспокоишься, что я подумаю о тебе? - Гарри услышал глухой стук, потом голос Драко стал гораздо ближе, чем раньше. - Давай, открой глаза.
Когда Гарри сделал это, садясь, он увидел Драко на коленях перед софой, его рубашка полностью расстегнута и свободно свисает, открывая бледную грудь на обозрение. Носки были сняты, зеленый галстук был сброшен недалеко на ковер.
Драко, на котором нет абсолютно ничего, кроме расстегнутой рубашки... Член Гарри дернулся так сильно, что он подумал, что и правда кончает в трусы.
Как унизительно... но напряжение слегка ослабло, и Гарри почувствовал, что немного контролирует себя. Совсем немного. Он сидел на софе полностью одетый, а практически обнаженный Драко буквально стоял на коленях у его ног.
И это, все это, было тоже естественно.
Драко склонил голову на бок, он по-прежнему криво улыбался. Только теперь в этой улыбке было еще и понимание.
- Как ты думаешь, что я сделаю, если ты не сдержишься, Хозяин Гарри?
Поттер содрогнулся. Откуда он знает, что? Прежний Драко использовал бы эту информацию, чтобы потом без ножа его резать как в глаза, так и за спиной. Этот Драко, однако, Гарри пожал плечами.
Чуть-чуть наклонившись вперед, Драко взял руку Гарри, его длинные пальцы нежно пробежались по верхушкам суставов. Так как манжеты рубашки были расстегнуты, то стали видны несколько сантиметров зеленой отметки, окольцевавшей его руки. Гарри уставился на стилизованные цепи, уже наслаждаясь их видом и облизывая губы. Узоры говорили, что Драко все-таки принадлежит ему.
- Во-первых, я был бы счастлив оттого, что ты находишь меня настолько соблазнительным, что кончил только от моего вида, - прошептал Драко. Его пальцы продолжали ласки. - Затем я, наверное, слегка погордился бы собой... но потом, когда острота момента уйдет, мне до жути захотелось бы все-таки попробовать то, что я пропустил,и посмотреть, смогу ли я добиться от тебя еще раз того же... Я расстегну твою мантию, стяну брюки с твоего тела, потом наклоню голову ниже и лизну твой опавший член, и я буду лизать, лизать, лизать, с нетерпением ожидая и предвкушая каждый следующий раз, и исключительно страстное желание заставило бы меня сосредоточиться на том, чтобы возбудить тебя снова. Я бы пил тебя, как пчела пьет нектар из цветка, и...
- Шшш - едва смог простонал Гарри. - Я не могу больше ни слышать, ни видеть тебя, иначе я действительно опозорюсь...
- Ты не можешь опозориться, что бы ты ни сделал. Только я могу опозориться, если не доставлю тебе чертовски сильное наслаждение, - улыбка Драко стала озорной, на щеках появились ямочки. - Спокойно, Гарри. Тебе не долго осталось меня слушать. Я найду дело получше, чем разговоры, когда заполню свой рот до отказа.
С этими словами Драко скинул с себя рубашку и поднялся на колени, как будто только сейчас осознал, что Гарри больше не выдержит визуальной и вербальной прелюдии.
А может и нет, потому что, искренне глядя Гарри в глаза, он махнул в сторону галстука.
- Хочешь связать мне руки? Может, за спиной?
Гарри подавился, хотя во рту у него ничего не было.
Твою мать, да, хочу, была его первая мысль. Но следующая, которую он и озвучил, была:
- Ты этого хочешь, Драко?
- Ммм, - Драко, казалось, обдумывал это. - С одной стороны, да. Это меня возбуждает, но, с другой стороны, мне безумно хочется доставить тебе удовольствие руками...
Член Гарри опять дернулся под тканью, страстно желая получить все то, что Драко предлагает...
- Потом, потом, - выдохнул он. – Связывание... в другой раз...
- Как пожелаешь, - руки Драко сдвинулись к гарриной одежде.
Наконец-то, подумал Гарри, ложась обратно, его бедра безостановочно двигались.
Он ожидал, что Драко разденет его до конца, может, просто заставит одежду исчезнуть, но тот повел себя по-другому. Он шире раздвинул мантию Гарри, расстегнул его рубашку и продолжил только когда открыл его грудь для обозрения.
О, да! Но Гарри безумно хотел, чтобы его члену, в конце концов, уделили внимание.
Драко расстегнул гаррины брюки, потянул замок молнии, раздвигая по возможности широко ткань, и оценивающе положил руку на выпуклость, которую обнаружил.
Покрытый только обтягивающей темно-синей тканью, но страстно желающий от нее освободиться, член Гарри сильно дернулся, как только Драко коснулся его.
- Ммм,- проурчал слизеринец, облизывая губы.
- Ну, давай, сделай что-нибудь, - простонал Гарри. - Я больше не могу... не могу...
- Я сделаю все, что скажешь, Хозяин Гарри, - ответил Драко, продолжая щупать член, - думаю, ты это понимаешь. Но мне надо знать, что то, чего ты действительно хочешь, соответствует тому, что ты говоришь. Ты хочешь просто быстро кончить или почувствовать, насколько хорошо я могу это делать?
Гарри чувствовал, что мозги взорвутся еще до того, как он сделает выбор. Его член хотел одного, но сам он другого...
- Насколько хорошо, - сказал он, наконец, отворачиваясь и пряча лицо в мятый рукав мантии. - И больше не спрашивай, - добавил он приглушенно.
- Не буду, - пообещал Драко. Его рука продолжала ласкать член, в то время как он сам наклонился и принялся вылизывать и тереться о мускулы, покрывающие торс Гарри.
Даже после этого договора Гарри ожидал, что Драко просто возьмет в рот. В конце концов, минет есть минет, правда? И у Гарри их было много.
Ну, не так уж и много, если быть честным. Напряжение члена слегка ослабло, когда непрошенные воспоминания о Джинни стали пробираться в сознание. Конечно, она делала это. В основном, когда он просил, так что причин жаловаться не было. Однажды даже когда и не просил. Но у него сложилось стойкое впечатление, что ей не нравилось сосать его член. Скорее, это было средство заставить его кончить быстрее, и она всегда останавливалась на половине, принуждая его заняться с ней любовью вместо этого. Гарри обычно перекатывался на нее, как она хотела; он всегда старался быть нежным с ней, в кровати или вне ее. Иногда он все-таки говорил ей, что хотел бы полноценный минет.
Обычно она соглашалась, но у Гарри было стойкое чувство, что она делает ему огромное одолжение. Однажды она даже возмутилась.
И за все годы, что они были вместе, она ни разу не проглотила, хотя Гарри не один раз говорил, что ему доставило бы очень, очень большое удовольствие, если бы она это сделала.
- Хэй, я здесь, - сказал Драко, слегка встряхивая его за плечи. - Ты куда исчез?
Гарри убрал рукав с лица и встретился глазами с Драко.
- Уммм+ прости+
-Я делаю что-то, что тебе не нравится?
- Нет, просто другой человек, который делал это... другой и единственный, вообще-то... ну ты понимаешь...
- Поняяятно, - протянул Драко, его глаза блеснули, как будто Гарри бросил ему только что вызов. - Я заставлю тебя забыть, что ты вообще когда-то хотел кого-то другого.
И он это сделал.
Боже, как он это делал!
Гарри никогда и не думал, что минет может быть таким! Как акт поклонения, а может даже любви. Рука Драко раздразнила его до полной твердости снова, в то время как его язык вылизывал каждый сосок по очереди.
Затем Драко лег сверху, его бедра медленно, но ритмично терлись о гаррины, их члены не разделяло ничего, кроме тонкого и все более и более намокающего кусочка материи. Драко целовал его шею, пока они терлись друг о друга, его руки блуждали в черных волосах, и только несколько мыслей билось у брюнета в голове: Это совершенно... Это просто совершенно... Это Драко занимается со мной любовью, а не дрочит рядом. В какой-то момент Гарри сотрясла длительная дрожь, и он практически кончил, против чего он не возражал бы сейчас, хотя ему и был обещан минет. Драко замер и дождался, когда Гарри покинет пик возбуждения.
Когда двигаться снова стало безопасно, Гарри в благоговении поднял руки к лицу Драко и притянул к себе для долгого поцелуя. Ммммм. Он даже смог ощутить остаточный вкус эльфийского вина, удержавшегося во рту Драко.
- Ты хочешь меня меньше, чем я тебя, - отметил Гарри, когда они разъединились, чтобы глотнуть воздуха. - Тебе не приходится изо всех сил сдерживать себя, чтобы не кончить.
Драко хмыкнул.
- Заклинание, Гарри.
- О!
Точно, точно! Драко не мог кончить, пока он ему не прикажет. Как Гарри мог забыть об этом? Он, конечно, потерялся в этом сильнейшем сексуальном потрясении, но все равно он должен был помнить об этом.
- Тебе.. эээ... больно от этого?
- Ты знаешь, что такой вопрос, когда мы не играем в наши игры, способен убить все настроение? - засмеялся Драко. - Нет, Гарри. Я могу дождаться, пока тебя скрутит от удовольствия. Я бы даже хотел этого. Знаешь, есть своя прелесть в том, чтобы хозяин получил кайф первым.
О, Боже. Да, в этом действительно есть прелесть, и это был точно сценарий, который прокручивался у Гарри в голове и не один раз.
- Даа, - ответил Гарри хрипло.
- А еще есть что-то возбуждающее, когда я обслуживаю тебя на коленях голый, а ты почти полностью одет.
Гарри как-то об этом не подумал, но сейчас признал, что да, это было действительно возбуждающе еще и потому, что Драко был адски сексуален.
- А, может, ты хочешь быть раздетым?
- Нет, только.
- ...продолжи, да. Сейчас самое время.
С этими словами Драко как змея проскользил по всему телу Гарри. Аврор не понимал, как он мог двигаться так, как будто в нем не было костей.
Спустившись с дивана, Драко встал на колени, как и говорил, и склонился над гарриным членом. Зубами он подхватил резинку трусов и одним неуловимым движением сдернул ее вниз, выпуская, наконец, член Гарри на волю.
Рот Драко накрыл его, заглатывая до основания, губы плотно сомкнулись внизу толстого ствола.
Гарри закричал, его бедра дернулись вверх, хотя он уже был полностью погружен в потрясающую теплоту.
В этот момент, именно в этот момент Гарри понял, что ему никогда не делали настоящий минет. Все, что было раньше, оказалось пародией. Неохотной, подростковой пародией, хотя Джинни была уже далеко не подросток.
Драко в то же время... Он был мужчиной, который знал, что делал, и, кроме всего прочего, хотел этого так же, как и Гарри.
Все это и производило то огромное отличие, которое Гарри обнаружил.
Драко не пользовался руками, чтобы освободить член, теперь же он использовал их, чтобы приспустить трусы, открывая яйца. Но потом он стал делать то, чего Гарри никак не ожидал: ласкал и гладил гаррины яички, перекатывал их в руках, и его движения были именно такими мягкими и нежными, какие каждый мужчина мечтает ощутить на этой части тела.
Гарри и не знал, что такая ласка может быть настолько приятной и настолько добавить наслаждение к тому, которое испытывал член. А оно и так было достаточно сильным. К этому моменту Драко уже качал головой вверх и вниз, его язык прокладывал горячие дорожки во время каждого движения, обволакивая член мокрым теплом.
Это было больше, чем восхитительно.
Это было на самом деле так хорошо, что Гарри не знал, сможет ли он продержаться дольше минуты. Часть его не хотела даже и пытаться сопротивляться этому, и не только потому, что он отчаянно хотел кончить. Ему очень хотелось кончить Драко в рот. Может быть, это было смешно, но он не мог отделаться от чувства, что, когда он изольет свое семя в Драко, это будет, словно он еще раз заявит свои права на него.
Но сейчас это произойдет добровольно.
- О, Боже... - услышал он свое бормотание. - Мне надо... мне надо.. надо... надо...
Одна из рук Драко прекратила ласкать яйца и прокралась к его рту. Палец лег поперек губ, и, хотя он не сказал ни одного слова, Гарри понял его.
Я знаю, что тебе надо. И ты получишь все до конца
Гарри замолчал, легким кивком подтверждая, что понял, бедра толкались вверх, а руки опустились на голову Драко. Не для контроля, нет. То, что Драко делал, было уже совершенно, и добавить что-то было невозможно. Гарри просто хотелось касаться его, знать, что они двое сейчас соединены не только через рот и член.
А может, ему просто нравилось ощущение шелковых волос Драко, скользящих между пальцами.
Рука Драко покинула рот и стала двигаться вниз, один палец вычерчивал зигзаги на шее, груди, животе, пока не погрузился в волосы внизу живота.
Гарри чувствовал, что тает, как масло, от такой смеси ощущений. Он был совершенно ошеломлен. Горячая влажность на члене, губы и язык, изощряющиеся на нам, эти кружащиеся пальцы, и его вторая рука, ласкающая яйца так, как будто они были из хрусталя и... О, Боже... та рука, которая внизу, двинулась еще ниже его яичек и надавила на кожу в нескольких сантиметрах от задницы... шквал ощущений сильным толчком отозвался в члене, и изданный звук оказался чем-то между хрипом и криком.
Драко по-видимому воспринял это как сигнал. Он ускорил движения, его рука переместилась с волос на основание члена, пальцем другой руки он стал совершать круговые движения на коже за яичками, и внезапно всего этого стало слишком много для Гарри. Жар, давление, чувство, плещущееся в теле, что его член и его сексуальные потребности не просто удовлетворяются, а воспеваются.
Его руки, вместо прочесывания волос Драко, крепко сжали голову парня. Гарри чувствовал, что вот-вот взорвется.
Драко внезапно дернул головой, выпустив изо рта член и высвободившись из жесткой хватки.
Гарри подумал, что его сердце остановится.
- Я... я... черт возьми, Драко!
- Я хотел спросить, может, ты хочешь кончить на меня? - быстро проговорил Драко.
Эта мысль оказалась финальной для Гарри потому что да, он хотел кончить на Драко. Залить его с ног до головы, но сейчас он хотел, чтобы Драко глотал, выпивал его, чтобы Гарри мог заявить на него права, отметить его как своего, теперь более действенным способом, чем тот, который был использован в спальне Малфоя в имении.
Странно, что он никогда даже отдаленно не думал так во время минета с...
Нет, нет, сказал Гарри сам себе, сжимая зубы. Он не собирался оглядываться назад.
- Проглоти, - сказал он, слегка удивившись, что слово прозвучало как мольба. Хуже, как отчаянная мольба.
-Да, конечно, - улыбнулся Драко и вернулся к своему занятию, его губы, язык и руки творили свою магию, каждое движение высказывало не только желание доставить Гарри удовольствие, но так же и удовольствие, которое он ощущал время от времени.
Гарри ничего подобного раньше не чувствовал. Он, конечно, не эксперт, но никогда еще не было ощущения, что тебя настолько хотят, что твое тело настолько обожают.
Он схватил голову Драко еще раз, удерживая ее за волосы более твердо на одном месте, когда начал кончать... кончать... кончать...
О, Господи, чувство, что Драко размеренно глотает, движения его горла, толчок за толчком, полное принятие, знание, что это свяжет их еще теснее и крепче, и Драко хочет этого тоже, иначе почему его язык так старается выдоить из него еще хоть капельку.
На один блистательный, сияющий момент голова Гарри так закружилась, что он почувствовал, что может потерять сознание.
Но потом его отпустило, он пришел в себя и как в дурмане ощутил, что язык Драко теперь двигался нежно, почти сладко, обнимая его член, не желая оставлять его, хотя оргазм постепенно закончился.
- Это было... - и Гарри ничего не мог сказать, потому что слов не находилось. Их действительно не было. И, возможно, никогда не будет, чтобы такое описать. Слова просто не могут передать эти потрясающие чувства и столь сильные эмоции.
- Спасибо, - сказал он вместо этого.
- Ммммм, - ответил Драко, продолжая лизать член.
- Немного чувствительный, понимаешь?
Драко остановился, но выглядел каким-то обездоленным, когда он поднял лицо так, чтобы Гарри мог его видеть.
- Но ты ведь хочешь еще? Когда мы сможем повторить? Когда ты будешь готов?
Гарри подумал, что еще, наверное, убьет его.
- Позже, - сказал он, зевая. - Завтра.
- Завтра, - повторил Драко, и это слово прозвучало, как обещание.
- Иди сюда, ты, - сказал Гарри, протягивая руки.
Драко забрался на диван, в то время как Гарри подвинулся. Он устроился на боку, лицом к нему и головой на его плече. Гарри, продолжая лежать на спине, слегка усмехнулся.
- Здесь нам правда места не хватает. Надо идти наверх.
- Нет, нет, - пробормотал Драко, обнимая его рукой.- Здесь так уютно, мне нравится. Когда я между диванными подушками и тобой, кажется, что меня крепко обнимают с ног до головы.
- Ты мне только что сказал нет, - сказал Гарри с интересом.
Драко озадаченно посмотрел на него.
- Я бы никогда не посмел отказать тебе, если бы тебе действительно что-то было нужно. Мне показалось, что это просто были мысли вслух.
- Так и было, - перебил его Гарри. - Я имел в виду, что ты теперь тоже чего-то очень хочешь. Заклятие и правда успокоилось. В смысле, что ты чувствуешь себя спокойно теперь, когда ты мой, так? И тебе уже не надо трястись над каждым произносимым словом, как это было в начале.
- Ну, тогда, наверное, действительно успокоилось, - Драко поцеловал Гарри в плечо.
- Скажи мне, что еще тебе нужно?
- Кроме тебя?
- Я серьезно!
- А ты думаешь, я нет? - голос Драко стал глухим.
Решив срочно сменить тему, Гарри покачал головой.
- Да нет, я знаю, что ты серьезен. Просто до сих пор вся эта ситуация какая-то нереальная для меня. В смысле, я представляю, что ты подумаешь насчет твоей нужды во мне, когда вспомнишь наши прошлые отношения.
- А + Я только одного не могу понять. Как я мог никогда, никогда не замечать, насколько ты потрясающий?
Так как Гарри и не думал, что он такой потрясающий, то и не знал, что ответить на это. Он был просто... просто собой со своими достоинствами и недостатками.
- Слушай, этого просто не было и все. И, если честно, то я к этому тоже приложил руку с самого начала. Ты хотел со мной подружиться, но то, как ты это предложил, было полной жопой, и мы встречались раньше, но ты не знал, что я - это я, и то, что ты наговорил тогда, меня порядком взбесило... ну, там, о чистоте крови и тому подобное, а к этому моменту я уже знал о своей магглорожденной матери... и... - Гарри содрогнулся. - С тех пор, наверное, нашла коса на камень.
Драко некоторое время помолчал.
- Ну теперь-то нет.
Гарри прижал его к себе, и чувство того, что это был не просто секс, а какой-то связующий ритуал, вернулось снова и накрыло его с головой.
- Теперь нет. Поэтому скажи мне, чего ты еще хочешь?
- Я хочу кончить, - сразу ответил Драко, и это было сказано просто и без всяких усилий, как будто он даже не задумался об этом. Впечатление усилилось, когда он быстро заговорил дальше:
- И еще я хочу увидеть родителей в ближайшем будущем и... О, великий Мерлин! Эти два понятия не должны упоминаться в одном предложении.
- Не должны, - подтвердил Гарри и рассмеялся, глядя на скорбное выражение лица блондина. Но, взяв себя в руки, он проговорил:
- Подожди. Я сказал, что заклятие успокоилось потому что... ну, я думал, что ты забыл только то, что касается меня, потому что ты чувствовал себя паршиво из за... эээ... принадлежности мне. Но если с этим больше нет проблем.
- Нет. Точно нет, - сказал Драко мягко.
- Тогда почему ты не можешь вспомнить?!
- Вспомню, когда вспомню,- ответил Драко умоляюще. - А пока, Гарри, можно мне кончить? У меня ощущение, что стоит целый день. Каждый раз, когда я двигаюсь, те отметины, которые ты на мне оставил, дают о себе знать, и это распаляет меня еще больше.
- Ты только скажи, что ты хочешь? - сказал Гарри, отодвигая в сторону все тревоги по поводу памяти Драко. Парень был прав: сейчас время не для этого. – Эээ... может, мне тебя отблагодарить? Ну... сделать то, что сделал ты? Я имею в виду...
- Просто позволь мне тереться о тебя, - пробормотал Драко, начиная потихоньку двигаться, касаясь членом бедра Гарри. - Ооо, какой же ты хороший. Кстати, было бы неплохо одеяло, прохладно, знаешь ли.
Гарри был все еще немного расстроен отсутствием памяти Драко и того факта, что она могла и не вернуться. Но та легкость, с которой он теперь говорил о своих нуждах. Это обнадеживало. И даже очень.
Гарри думал, что это просто очаровательно.
Посмеиваясь, он слегка повернулся, потянувшись за палочкой, которая упала на пол. Одно призывающее заклятие, и легкое одеяло накрыло их обоих.
Откинувшись обратно на диван, Гарри притянул Драко к себе поближе, целуя его в волосы, в то время, как Драко ритмично двигался, прижимаясь к нему.

Это было то, что они делали обычно, но в то же время совершенно по-другому. Тогда он держал Драко, удобно расположившись за его спиной, в то время как парень использовал свои руки, чтобы довести себя до пика блаженства. Но теперь блондин был лицом к нему и терся об него, а его руки блуждали по телу Гарри, как будто он не мог насытиться прикосновениями...

И еще... раньше было, конечно, хорошо, но в глубине души он понимал, что Драко просто дрочит.
А сейчас... это было именно ощущение, что он занимается с ним любовью...

- Драко... - выдохнул Гарри, чуть изменяя позу так, чтобы они могли поцеловаться, не прерывая равномерных покачиваний его бедер. Чувствовать член Драко, прижимающийся к нему... да, Гарри это нравилось. И держать его? Ну, Поттер и ранее мог предположить, что ему это понравится, но обнимать, прижимать Драко к себе после такого потрясающего минета... это заставило Гарри почувствовать еще острее, чем раньше, что Драко теперь действительно... действительно его...

-Я близко, – простонал Драко, его пальцы впились в смуглое тело с потрясающей силой. – Гарри... мне надо... надо...

Гарри смял его губы в поцелуе, одна рука потянулась вниз, чтобы схватить Драко за ягодицу и притянуть к себе еще ближе, сделать контакт с ним еще более тесным... затем он отстранился и проговорил в нескольких сантиметрах от губ Драко, как тот иногда делал:

- Кончай, Драко. Кончай сейчас.

И Драко кончил. Его крик, такой высокий и пронзительный, заставил Гарри успокоиться в отношении тех звуков, которые он сам издавал во время минета. Он снова поцеловал его, и бедра Драко остановили свои неистовые толчкообразные движения.

- Ммм, мне нравится приказывать тебе кончать.

- Мне нравится кончать по приказу, - пробормотал Драко, дотягиваясь до палочки Гарри и используя привычные спермоочищающие чары. Затем он снова сполз чуть ниже, закапываясь в одеяло и прижимаясь к Гарри, попутно оставляя несколько поцелуев на его плече.

Когда Драко затих и чувствовалось только биение его сердца, Гарри ухмыльнулся.

- Засыпаешь? Я думаю, надо подняться наверх...

- Нет-нет, я хочу остаться здесь, - буркнул недовольно Драко. – Не хочу тебя отпускать.

Гарри был едва ли одет для сна, и если он уснет сейчас, то наутро боль в шее будет обеспечена, но было два непреодолимых факта.

Ему и самому не хотелось двигаться, и он балдел от возможности обнимать Драко всю ночь.
Ну и кроме всего прочего, он хотел укрепить понимание того, что Драко может противоречить ему.

- Ладно, тогда спим, - сказал он, зевая. Ох, зубы бы почистить, или...

Нет, это убьет настроение. Чуть пошевелившись и удобнее устроившись на подушке, Гарри поплотнее надвинул на них одеяло. Да, места на диване для двоих было действительно мало, и аврор не привык спать так тесно прижавшись к кому-то.

Именно в этот момент Драко потерся об него носом и Гарри подумал, что к такому он может и привыкнуть...

Глава 30

Когда Гарри проснулся, у него было такое ощущение, будто он очутился в фантазии любого мужчины. По крайней мере, именно так в его представлении выглядела фантазия любого мужчины. В конце концов, что может быть приятнее ленивого пробуждения от ощущения того, как на твой член плавно и ритмично обхватывает влажный рот?

– Драко, – простонал он, зарываясь рукой в гладкие волосы своего раба. – Мммм...

Единственным ответом ему послужил приглушенный смешок, отдавшийся легкой вибрацией. Гарри снова застонал и немного подвинулся на диване, сдаваясь пульсировавшему в нем желанию.

Во всем его существе, а не только в члене.

Прошло некоторое время после того, Драко ублажил его, не забыв и о собственном удовольствии, прежде чем к Гарри вернулась способность трезво мыслить, а вместе с ней – и сокрушительное осознание.

Гарри больше не мог так продолжать, просто не мог, по крайней мере, прежде чем он не получит хоть какое-нибудь подтверждение того, что Драко привлекали мужчины еще до того, как Гарри заявил на него свои права.

В конце концов, быть такого не могло, что память никогда не вернется к Драко в полном объеме. И если бы все дело было лишь в том, что он занимался сексом с врагом... ну, это еще полбеды. Достаточно паршивая ситуация, с которой, вполне вероятно, они никогда не смогли бы справиться, стань Драко снова самим собой. Но что, если Драко на самом деле был натуралом, и однажды он бы проснулся с осознанием того, что он переспал с мужчиной против своей воли, а Гарри, по сути, поддерживал и поощрял это?

Как тогда будет чувствовать себя Драко?

О Господи. Гарри точно знал, как он будет чувствовать себя. Он подумает, что Гарри намеренно использовал его. Он поверит в то, что Гарри заявил свои права на него ради мести, и отомстил ему – самым жестоким способом.

Гарри не мог с этим смириться; ему надо было точно убедиться в том, что смутные представления Драко о его собственной сексуальности были настоящими, – или же они были порождены заклятием, которое связало их друг с другом.

И если бы оказалось, что раньше Драко интересовался исключительно женщинами... что ж, тогда Гарри пришлось бы как-то найти в себе силы, чтобы поступить правильно.

Черт, почему он полностью потерял голову прошлой ночью? Он ведь все это время знал, что не имел никакого правда пользоваться уязвимостью Драко. Если бы Гарри был уверен в том, что именно происходит, все было бы совсем по-другому. Но если заклятие, и только заклятие заставляло Драко все время себя предлагать ...

В таком случае, то, что сделал Гарри прошлой ночью, было просто бесчестным.

Но в том, что произошло сегодня утром, он не чувствовал своей вины, потому что не до конца проснулся.

Но на самом деле это было довольно слабым извинением.

– Давай, пора вставать, – сказал Гарри, сев в кровати и слегка толкая Драко. Его вещи были в абсолютном беспорядке. Пытаться привести их в порядок было бессмысленно, но он чувствовал себя некомфортно, выставляя член на всеобщее обозрение. Если бы все было по-другому – тогда да. Если бы он знал наверняка, что на самом деле происходит.

Но он не знал.

В любом случае, он собирался все выяснить, если только это было возможно.

Гарри немного неловко застегнул брюки, встал и скорчил недовольную гримасу, увидев, в каком состоянии находится его мантия. Он фактически спал на ней, и, в конце концов, она оказалась такой помятой, какой он ее никогда не видел.

Драко, напротив, удавалось выглядеть почти безукоризненно, хотя на нем вообще не было одежды.

– Вставать? – спросил он, подняв бровь. – Если хочешь – конечно. Но я был бы очень рад просто поваляться с тобой еще немного. Разве ты не хочешь понежиться после секса?

Гарри встал.

– Не сегодня. Нам нужно собираться. Я хочу, чтобы мы сегодня встретились с твоими родителями. Как тебе идея?

Драко улыбнулся.

– Чудесно. Спасибо, Гарри.

Вставая, он потянулся, очевидно, не вполне осознавая собственную наготу.

– Тогда давай примем душ, быстро перекусим и отправимся, – сказал Гарри, пытаясь не смотреть на член Драко, покачивающийся между его ног. Однако он не особо в этом преуспел.

– М-м-м-м, часть про «примем душ» мне очень понравилась, – Драко медленно приблизился к Гарри и принялся поглаживать спутанные волосы на его груди. – Я бы хотел намылить тебя всего, и выполнить любое твое желание, и...

Гарри резко прочистил горло и отступил назад.

– Принимать душ мы будем по отдельности, – прохрипел он, немного испугавшись того, как сипло звучал его голос.

Драко наклонил голову, его брови слегка сошлись на переносице.

– Разумеется, если ты так хочешь. Но я уверен, что мог бы быть полезен тебе в ванной.

– Нет, нет, я люблю уединенность и... – тряся головой, Гарри решил, что правда, возможно, сослужит им обоим куда большую службу. – Послушай, если мы пойдем в душ вдвоем, одно приведет к другому, и нам понадобится не один час, прежде чем мы доберемся до твоих родителей.

– И?

– Ну, тебе ведь нужно встретиться с ними?

Драко улыбнулся с одновременно хитрым и соблазнительным выражением лица.

– Я не нуждаюсь в них так, как нуждаюсь в тебе, хозяин Гарри.

– Надеюсь, что нет, – пробормотал Гарри.

Драко услышал его.

– Не будь таким грубым. Я не это имел в виду, и ты это знаешь.

Конечно, Гарри это знал.

– Теперь ты можешь сказать мне, что делать?

Он небрежно пожал плечами.

– Кажется. Очевидно, ты не должен этого делать.

Гарри отрывисто кивнул.

– Я действительно нуждаюсь в тебе больше, чем в своих родителях, Гарри, – продолжил Драко, и в этот раз в его голосе не было никаких сексуальных намеков. – Когда я сказал, что мне нужно скоро увидеться с ними, я не имел в виду – на следующий же день.

– Пришло время нанести им визит. К тому же, мне нужно кое о чем поговорить с твоей матерью.

Драко не спросил, о чем, и это было нормально. Возможно, он не мог спросить, так как что-то другое привлекло его внимание.

– Моя мать, – сказал он удивленно. – Мама. Она ведь теперь снова может меня обнять, правда?

Объятия Нарциссы будут более или менее надежной проверкой того, адаптировалось ли заклятие, полагал Гарри. Или скорее решающей проверкой, учитывая, какими могут быть последствия, если они ошибаются.

– Э-э-э... может, тебе не стоит этого пробовать? Ну, медленное удушье и все такое, помнишь?

Драко немедленно помрачнел, и, когда он заговорил, его голос был отстраненным.

– Как хочешь. Я не хочу вызывать у тебя недовольство.

Гарри вздохнул. Он не совсем это имел в виду.

– Просто будь осторожен. Я имею в виду, если вдруг что...

– Хозяин Гарри, я лучше никогда больше не прикоснусь ни к кому, кроме тебя, чем хоть раз причиню тебе неудобство...

– В конечном счете, ты не сможешь так больше жить, – криво улыбнулся Гарри. – В любом случае, я беспокоюсь о том, чтобы неудобство не причиняли тебе. Думаю, Рес Меа Эс – довольно-таки опасная штука.

– Но это заклятие подарило мне лучшего хозяина в целом мире, – мягко сказал Драко. – Ты уверен, что мне нельзя с тобой в душ? Я мог бы потереть тебе спинку.

Отказываться от заигрываний Драко было достаточно тяжело и раньше, подумал Гарри. Как ему найти силы сделать это сейчас, после того, как он узнал, что Драко был действительно так искусен в оральном сексе, как он утверждал?

Каким-то образом Гарри все-таки нашел в себе силы отказаться.

– Да, уверен. Я люблю уединенность, я же уже говорил. Э-э-э... поэтому иди и приведи себя в надлежащий вид, все такое, и встретимся здесь через, скажем, полчаса?

Драко наклонился, чтобы поднять с пола свою палочку, и потом призвал свою одежду. Он плотно прижал ее к боку, не пытаясь скрыть свою наготу. Не в силах терпеть это дальше, Гарри повернулся и направился к лестнице.

– Гарри?

Он остановился, но не обернулся.

– Да?

– Ты был как амброзия, знаешь. Оба раза. Я не думаю, что когда-нибудь смогу насытиться.

Гарри сглотнул, слова были готовы сорваться с кончика его языка. Слова, которые он не мог произнести, потому что они были так несправедливы по отношению к Драко, если бы Гарри узнал, что он никогда раньше не испытывал влечение к противоположному полу.

Но эти слова звенели у него в голове; Гарри не мог их остановить.

И ты заставил меня забыть, что раньше я хотел кого-то другого, Драко. Как ты и обещал.

* * *
– Мистер Поттер, – сказала Нарцисса Малфой, поднимаясь с места, когда Гарри и Драко аппарировали в ее гостиную. Весь официоз разом пропал из ее голоса, когда она обратилась к сыну.

– Драко. Как ты?

– У меня все хорошо, – сказал Драко так же тепло, как и его мать. – А ты, мама? Как у тебя дела?

– Ох, Драко, – льдисто-голубые глаза Нарциссы лучились любовью. – А как у меня могут быть дела? Твой отец и я очень беспокоились о тебе...

– Не стоит, – сказал Драко, отпуская руку Гарри, когда он подошел на один шаг ближе к матери. – Гарри чудесный, правда, и чудесно ко мне относится и... и... – потом он взглянул на Гарри, всем своим лицом выражая неуверенность.

– Давай, скажи ей, – мягко сказал Гарри. Он все еще беспокоился, но как он мог отказать Драко в том, чего тот так хотел?

– Мы думаем, что заклятие адаптировалось, – сказал Драко, его туфли немного скрипнули, когда он слегка покачнулся на носках.

– Ох, – Нарцисса моргнула, посмотрела сначала на Гарри, но потом ее вниманием безраздельно завладел сын. Она почти шагнула ему навстречу, но будто что-то встало на ее пути, и она застыла неловко, а ее лицо выглядело почти как маска, когда она ответила.

– Быстрее, чем ожидал твой отец.

– Но это так, – настаивал Драко, протягивая руку вперед руку в приглашающем жесте. – Это так, мама.

Нарцисса облегченно улыбнулась мягкой улыбкой.

– Если ты так говоришь, дорогой.

Она протянула руку; ее изящные пальцы находились на расстоянии дюйма от пальцев Драко.

– Нарцисса! – прогремел грубый голос, и Люциус Малфой ворвался в комнату, развевающаяся мантия придавала ему величественный вид (даже Гарри признал это). – Немедленно отойди от него.

Она отошла с невозмутимым выражением лица, безвольно опустив руку.

– Мистер Поттер, – сказал Люциус отрывистым, злым тоном. Тоном, который громко и ясно давал знать, что он вообще не заговорил бы с Гарри, если бы не тот факт, что заклятие заставляло его это делать; это было необходимым условием, позволявшим ему потом разговаривать с Драко.

– Все в порядке, отец, – сказал Драко, сжимая руки перед собой. – Заклятие адаптировалось. Я уверен, что вам обоим теперь безопасно прикасаться ко мне.

– Это невозможно, – произнес Люциус, растягивая слова, пронзив Гарри неодобрительным взглядом. – Я думал, вы не хотите мести. Должен сказать, мистер Поттер, организовать все так, что Драко умрет от руки собственных родителей, – это поистине жестоко.

– Не говори так с Гарри, – отрезал Драко, будто пронзая его взглядом. – Он хороший, и сильный, и чудесный, и он не сделал ничего, что бы заслуживало твоего пренебрежения, и, между прочим, заклятие действительно адаптировалось!

Люциус выглядел так, будто молил ниспослать ему терпение, что казалось практически нереальным – Гарри был абсолютно уверен, что этот мужчина никогда прежде вообще не молился. Затем он заговорил, и тон его голоса явно давал понять, что он собирался достучаться до своего глупого сына так или иначе.

– Покажи мне свои запястья.

Драко взглянул на Гарри, который просто пожал плечами. Откуда ему было знать, что задумал Люциус Малфой?

Повторив движение Гарри – и сделав это куда более изящно, – Драко залез под длинные рукава своей мантии и проворно расстегнул манжеты, затем протянул руки вперед.

Люциус издал тихий свистящий звук, втянув воздух через зубы.

– Что? – спросил Гарри, сделав шаг вперед.

Когда Люциус заговорил, его голосом звучал почти безжизненно.

– Знак Рес Меа Эс. Цепочки изменились. Они теперь более четкие.

Когда Гарри присмотрелся к запястьям Драко, он увидел, что это было действительно так. Чернильно-зеленые линии все еще выглядели для него, как стилизованные цепочки, но они казались куда более цельными, чем раньше.

– Это означает, что заклятие действительно адаптировалось? – теперь была очередь Гарри окинуть отца Драко осуждающим взглядом. – Вы, кажется, упоминали, что есть способ узнать это наверняка!

В этот раз Люциус умудрился шипеть, пока говорил.

– Поскольку я ожидал, что процесс займет шесть месяцев или даже больше, в этом нет срочной нужды!

Драко в этот раз не принял сторону Гарри в споре. Он не мог. Он был слишком занят – мать сжала его в объятиях, ее длинная, развевающаяся мантия почти скрыла его, когда она бросилась к сыну, чтобы прижать его к себе.

Гарри отвернулся, когда она начала тихо всхлипывать, протягивая одну руку, чтобы погладить Драко по голове.

– И все-таки вы должны были сказать нам, – пробормотал Гарри.

Люциус задрал подбородок, демонстративно игнорируя комментарий.

– Я полагаю, вы двое неплохо ладите.

Он казался не особо довольным, но, учитывая обстоятельства, Гарри прекрасно мог это понять.

– Да, – сказал он довольно дерзко. После того, что они обсуждали в прошлый раз, Люциус должен был понять, что подразумевает это короткое предложение. Гарри действительно не было дела до того, что он подумает. Он был здесь не затем, чтобы произвести на кого-то впечатление. – А вы бы хотели, чтобы он был несчастен?

– Я бы хотел, чтобы у него был шанс на нормальную жизнь место того, чтобы быть приговоренным к...

– Я вполне доволен быть рабом Гарри, – перебил Драко, крайне деликатно освобождаясь из объятий матери. Тогда Гарри отчетливо осознал, как сильно Драко его любит. – В этом ведь нет ничего неправильного. Как ты сам мне сказал, Поттеры всегда владели Малфоями – это давняя традиция, связанная древней магией. А с древней магией, как ты всегда меня учил, нужно считаться.

Люциус презрительно поджал губы.

– В давние времена все было по-другому. Поттеры всегда были... а этот мальчишка, он...

Для Гарри не составило труда понять, что он имел в виду. Поттеры всегда были чистокровными, а этот мальчишка – нет.

Это было в своем роде отвратительно – Люциус Малфой гораздо более охотно смирился бы с тем, что его сын – раб, если он не был связан с сыном магглорожденной. Впрочем, Гарри не хотел в это вмешиваться. Он не тешил себя иллюзиями насчет того, что сможет заставить Люциуса изменить свои взгляды на ценности чистой крови.

– Не называйте меня мальчишкой, – сказал он вместо этого.

– И не оскорбляй родословную Гарри, – добавил Драко, недобро сощурившись. Ха. Он явно понял это с такой же легкостью, как и Гарри, даже учитывая то, что память к нему вернулась еще не полностью. Что ж, Драко всегда был по-своему умен; просто он обычно использовал свой ум по плохому назначению. – Знаешь, отец, если бы я не был так предвзят по отношению к чистой крови, мы с Гарри могли бы быть друзьями с самого начала? Я не понравился ему, когда он встретил меня, потому что к этому моменту он уже услышал нечаянно, как я высказывался насчет чистоты крови.

Люциус нахмурился.

– Только ты, Драко, мог разрушить собственный шанс подружиться с Гарри Поттером, прежде чем даже встретил его.

– Драко не знал, кто стоит за занавеской, – сказал Гарри, теряя контроль над собой, когда этот мужчина так буднично оскорблял собственного сына. – Если мы хотим выяснить, кто виноват в том, что мы с Драко никогда не ладили в школе, почему бы нам не начать с вас? Это ведь вы научили его говорить так, думать так! Вы даже не побеспокоились о том, чтобы сказать ему, что со мной нужно подружиться, да еще и вдобавок забивали его голову всяким мусором, неудивительно, что я терпеть его не мог!

Эх. Краем глаза Гарри увидел, что Драко начал дрожать. Гарри сразу же к нему подошел.

– Теперь все хорошо, – сказал он, беря предплечья Драко и массируя их, чтобы немного его успокоить. – Все по-другому. Ты нравишься мне, Драко.

Драко робко улыбнулся. И этот его взгляд... Драко смотрел на Гарри так, будто он был целым миром.

– Я тебе нравлюсь?

– Да, очень, – сказал Гарри твердо.

– Ты тоже мне нравишься, – тихо, почти застенчиво ответил Драко. Его голос стал тверже, когда он снова обратился к отцу. – Я согласен с Гарри...

– Ах, так ты принимаешь его сторону против меня. Какой шок...

Драко проигнорировал то, что отец его перебил.

– Я не понимаю, почему ты приказал мне подружиться с Гарри, но в то же время заставлял меня презирать его.

– Я... – Люциус нетипично для себя самого провел рукой по волосам, взъерошив их. – Это были тяжелые времена, Драко. Темный Лорд пал...

– Волдеморт, – отрезал Гарри. – Драко не собирается бояться мертвого Волдеморта так, как
ужасался живого.

– Мы не знали, вернется ли он, хотя это казалось вероятным. Никто всерьез не верил, что полукровка способен полностью его победить, – в голосе Люциуса сквозила горечь. – Хотя, конечно, никто тогда не знал, что Тем... что Волдеморт сам был полукровкой. Оглянувшись назад, понимаешь, что некоторые вещи важнее, чем казались. А тут еще и угрожающее тебе родовое проклятие... Я хотел быть уверен, что ты будешь в безопасности вне зависимости от того, что произойдет в будущем. И я хотел, чтобы ты знал всю правду о нашем мире...

– В таком случае, в конце концов, все так и вышло, – сказал Драко твердо. – Теперь я в безопасности. И я действительно знаю правду.

Люциус покачал головой, черты его лица несли отпечаток грусти. Ясно, что его правда и правда Драко были абсолютно разными.

– Я не хочу спорить, – просто сказал он. – Мы в последнее время так редко с тобой виделись.

– Тогда не оскорбляйте Гарри, – Драко улыбнулся, и при этом он выглядел куда более великодушным, чем Гарри выглядел бы в этих условиях. Но тогда, Драко действительно любил своего отца, даже находя его порой довольно грозным. – Если ты понимаешь Рес Меа Эс так, как ты, кажется, понимал его, когда я проснулся, и ты объяснил, тогда ты прекрасно знаешь, что я не могу этого выносить. В первую очередь я предан именно ему, и ты знаешь, отец, что по-другому быть просто не может.

– Да, я знаю, – сказал Люциус тяжело, раскрывая объятия. – Иди сюда, Драко.

Драко без колебаний вступил в объятия отца, Гарри было немного тяжело на это смотреть. Почему-то он придал этому меньше значения, когда Нарцисса обнимала своего сына. Может, потому, что любовь Нарциссы к Драко поразила Гарри своей чистотой; она была не так ослеплена политикой и предрассудками. Драко был для нее на первом месте.

С Люциусом Малфоем все было намного сложнее. Наверное, всегда было.

Второе объятие, в любом случае, закончилось быстрее. Фактически, Драко казался потом немного смущенным; его щеки порозовели.

Решив, что определенно пора бы сменить тему, Гарри обратился к миссис Малфой.

– Спасибо, что приняли нас так радушно, хотя мы вас и не предупредили, что зайдем.

Она посмотрела на него сверху вниз, сложно было понять, что означает ее выражение лица. Смущенное, может быть?

– Чепуха. Драко рады здесь в любое время. И вам вместе с ним, разумеется. Нет необходимости отправлять записку через камин, как вы это сделали сегодня утром.

– Мы же не можем просто аппарировать в ваш дом, не предупредив...

– Конечно, можете, – Нарцисса внимательно смотрела на него, слегка наклонив голову в сторону, так, как иногда делал Драко. – Я знаю, что у вас нет родителей, но у вас должно быть хотя бы подобие семьи. Разумеется, вам не нужно предупреждать их, прежде чем вы отправитесь через камин... ээ... заглянете на огонек.

Итак, она знала, что все его оставшиеся родственники были магглами. Но она не знала, что Гарри обязательно предупредил бы их, если бы ему пришло в голову нанести им визит. Но вряд ли ему бы пришла в голову такая мысль. Гарри не видел Дурслей с прошлого лета, когда он оставался у них.

Но это Малфоев абсолютно не касалось.

– Ну, я просто рад, что вы были дома, – сказал Гарри, пытаясь игнорировать почти вопросительный взгляд, которым она его одарила.

– Нас не нужно предупреждать, но ваша записка дала мне возможность предупредить эльфов о вашем прибытии, – добавил Люциус. – Хотя было бы неплохо узнать, нужно ли моему сыну все еще избегать их магии.

– Почему бы нам не выяснить это? – спросил Гарри. – Позовите эльфа и попросите его использовать пару несложных заклинаний, посмотрим, окажут ли они хоть какое-то влияние на Драко.

– И сначала вспомним о том, что Драко уверен – с вами он в безопасности, – усмехнулся Люциус. – Вы неисправимы, мистер Поттер. Рветесь в бой, не задумываясь о последствиях...

– Я хотел бы выяснить, почему заклятие снова активизировалось, и это значит, что необходимо разобраться в том, что происходило с Драко в последние три года. Непереносимость эльфийской магии может быть как-то с этим связана. По крайней мере, мы можем с этого начать, – спокойно объяснил Гарри.

– Может, нам стоит сыграть партию в бильярд, отец, – сказал Драко; эта реплика поразила Гарри своей неуместностью, пока Драко не повернулся к нему и не объяснил. – Эльфы заколдовали стол, очень давно. Думаю, еще до моего рождения, а это означает, что его магия с годами ослабела. Если она никак не повлияет на меня, тогда, думаю, можно будет провести более серьезное испытание.

Ох. Если так, то Гарри это показалось хорошей идеей. И на то была не одна причина. Гарри было пора спросить то, ради чего он сюда пришел, но отец Драко был таким неприязненным... да, он подумал, что лучше будет пообщаться с его матерью.

– Отправимся в игровое лобби? – спросила Нарцисса.

– Отлично, – сказал Драко, кивнув.

– Может быть, выпьем немного, – продолжила она мягко; она выглядела куда более расслабленно сейчас, войдя в свою роль хозяйки дома.

– Амброзию, наверное, – сказал Драко, его глаза искрились хорошим настроением, когда он кинул быстрый взгляд на Гарри.

Хорошо, что у Гарри еще не было напитка, потому что он, наверное, расплескал бы его – так он был шокирован.

– Амброзия? – озадаченно переспросила Нарцисса. – Не думаю, что она у нас есть, Драко.

– Тогда бокал вина, – сказал Драко, элегантно махнув рукой.

Гарри пропустил мистера и миссис Малфой вперед, затем сжал руку Драко.

– Веди себя прилично.

– Я буду, – лукаво улыбнулся Драко. – Я действительно предпочитаю амброзию вину, ты же знаешь. Подается теплой, пьется залпом.

Гарри разрывался между смехом и легким ужасом, что родители Драко могли подслушивать. Не то, чтобы они действительно таким занимались, но все же.

– Ш-ш-ш. Не помнишь, что ли? Я говорил тебе, что люблю уединенность.

Драко лишь улыбнулся.

– Не присоединишься к нам на партию в снукер?

– Нет, думаю, я поговорю немного с твоей мамой, – Гарри махнул рукой в сторону двери. – Ну? Веди. Я понятия не имею, где может быть ваше игровое лобби. Я не живу в доме площадью с целый Йоркшир.

Драко наклонился и прошептал на ухо Гарри так, как умеет только он – когда каждое слово похоже на полупоцелуй.

– Твой дом был бы куда уютнее, Гарри, мой Хозяин, даже если бы он был крошечным. Тогда мы были бы еще ближе друг к другу.

С этими словами он слегка дернул Гарри за руку и вывел его из комнаты.

***
Волшебный снукер, как выяснил Гарри, подразумевал использование заклинаний, которые позволяли не пользоваться киями. Все, что нужно было делать Люциусу и Драко, – это направлять свои палочки в цель и совершать ими маленькие замысловатые движения, чтобы заставить шары на столе катиться. Иногда они даже перепрыгивали друг через друга, но, очевидно, сделать это было не так-то просто, потому что эльфы наложили на стол заклятие, которое приходило в действие через произвольные периоды времени.

Гарри наблюдал за ними достаточно долго, чтобы убедиться, что у Драко не было никакой неблагоприятной реакции на эльфийскую магию, затем кивнул и присел за стол чуть поодаль. Обитый темно-зеленым фетром, он выглядел так, как будто был предназначен для игры в карты, но Нарцисса отправила туда эльфа, который зашел, чтобы принести поднос с напитками. У Драко уже был его напиток, хотя он не мог начать пить, прежде чем Гарри ему разрешит.

Очевидно, адаптация заклятия не изменила все условия жизни, к которым привык Драко. Но в этом был смысл, полагал Гарри, также как он раньше пришел к выводу, что ограничения на еду и питье были по сути своей направлены на то, чтобы в своем роде наказать раба. Подавление любого неповиновения становилось достаточно простым, если хозяин мог с такой легкостью отказать рабу в пище и питье.

Не то чтобы Гарри мог представить себе Драко, который отказался бы ему повиноваться. Только не этот Драко.

– Хорошо, что у нас есть возможность поговорить, – сказал Гарри, понизив голос. – Выяснились кое-какие вещи, и... э-э-э... мне действительно нужно знать кое-то о Драко. То, чего он не помнит.

Нарцисса невозмутимо отпила маленький глоток рубиново-красного вина, прежде чем отставить в сторону хрустальный бокал.

– Чем я могу вам помочь?

Невероятно. Нарцисса Малфой предлагает свою помощь. Конечно, она очень помогла ему прямо перед финальной битвой, но она сделала это только ради Драко.

И сейчас она делала это из тех же побуждений. В ее интересах было помочь Гарри поладить с Драко, потому что это было в интересах Драко тоже.

Ой-ой. У Гарри начало появляться плохое предчувствие.

Но ему больше не с кем поговорить, за исключением Люциуса, поэтому у него не оставалось иного выхода, кроме как продолжить.

– Ну, дело в том... – Гарри почувствовал, что краснеет. То, что он сказал Драко, было правдой. Он действительно любил уединенность. Если бы нет, то он бы лучше справился со всеми домыслами прессы о том, когда он наконец-то сделает предложение Джинни. Истории о них все еще выходили, заметил он, хотя сейчас журналисты гадали, когда же они помирятся.

Однако Гарри не винил Джинни в том, что печатали скандальные газетенки. Она разозлилась на него, в конце концов, но он знал, что она не будет вымещать эту злость, рассказывая прессе небылицы про него. Но было неизбежно, что эти новости выплывут на свет. Она ведь общалась с семьей и друзьями, и история распространялась, и рано или поздно, кто-то, не имеющий причины уважать частную жизнь Гарри, продал информацию Рите Скитер или другому журналюге.

– Мистер Поттер? – спросила Нарцисса. – С вами все в порядке? Вам не по вкусу вино?

– Нет, оно прекрасно, – коротко сказал Гарри. Черт, может, лучше бы ему было все-таки поговорить с Люциусом. По крайней мере, он уже намекал ему, что Рес Меа Эс обычно включает в себя сексуальные услуги – в той или иной мере.

Но опять же, миссис Малфой, наверное, тоже это знала. Именно она настояла на том, чтобы Гарри время от времени прикасался к Драко, мотивируя это тем, что Драко это нужно.

– Послушайте, мы с Драко хорошо ладим в последнее время, и...

Ее мягкий голос перебил его нервный.

– Правда, мистер Поттер? Он действительно нравится вам, как вы и сказали? Вы не просто... терпите его?

– Нет, я не просто терплю его, – заверил ее Гарри. – И в любом случае... эээ... об этом трудно говорить, но я действительно чувствую, что мне нужно это знать, а Драко не помнит, так что... – глубоко-глубоко вздохнув, Гарри быстро задал вопрос до конца. – Раньше он встречался только с девушками? Я имею в виду, я знаю, что он ходил с Пэнси Паркинсон на Святочный бал, но я немного знаю о его, э, предпочтениях, и... ну, было бы куда проще, если бы я точно знал, что он чувствовал влечение к обоим полам.

Голубой взгляд Нарциссы, казалось, пронзил его насквозь.

– Паркинсоны – наши старые друзья. Я уверена, что приглашение Драко на Святочный бал нужно рассматривать в этом свете. Он никогда не выказывал даже мимолетного романтического интереса к ней. На мой взгляд, во всяком случае.

Это было приятно слышать, но это вряд ли было ответом на его вопрос, немного кисло подумал Гарри.

– Хорошо, спасибо. Но мне больше хотелось бы узнать, упоминал ли он когда-нибудь о романтическом интересе к своему собственному полу. Я имею в виду... он когда-нибудь встречался с мужчинами, о которых вы знаете?

– Он вам больше, чем просто нравится, – тихо сказала Нарцисса, хотя ее глаза будто подсчитывали что-то. Гарри почти мог поклясться, что он видел, как в их глубинах поворачиваются маленькие шестеренки.

– Послушайте, то, что происходит между нами, либо чертовски просто, либо скоро станет позорно сложным, – коротко сказал Гарри, уверенный лишь в том, что не уверен ни в одном из вариантов. – Просто ответьте на вопрос, ладно? Мне нужно знать.

Нарцисса радостно улыбнулась ему сияющей улыбкой.

– Ах, уловка Драко на Святочном балу была сделана ради общественности, мистер Поттер. Хотя мне это стало ясно за несколько лет до этого. Вы знаете политические круги, в которых мы вращались в то время. Драко должен был жениться и способствовать процветанию чистокровного населения, численность которого упала до опасного уровня. После того, как он выполнил свой долг, никому не было бы ни малейшего дела до того, какие у него на самом деле предпочтения.

Драко внезапно прерывисто закашлялся над бильярдным столом, хотя Гарри был уверен, что он не мог расслышать слова Нарциссы. Отмахнувшись от предложения отца помочь, Драко схватил бокал и сделал большой глоток вина.

Гарри снова обратил внимание на Нарциссу Малфой.

– Что из этого – предположения, и что вы знаете наверняка?

Нарцисса снова улыбнулась с сияющим выражением лица, как будто украв кусочек солнца.

– Знаете, это не та вещь, которой сын охотно поделится с матерью, – сказала она, немного наклоняясь вперед. – Но у меня есть глаза. Драко никогда особо не привлекали женщины, мистер Поттер. Поэтому неправильно будет сказать, что его интересы были разделены между обоими полами.

– Нет?

– О, нет. Драко всегда нравились только мужчины, – сказала Нарцисса.

Гарри издал вздох облегчения, хотя ему на ум и пришел очевидный вопрос.

– Если не он сказал вам это, как вы можете быть так уверены?

– Ну, так же, как любая мать, – сказал она, все еще улыбаясь той самой лучезарной улыбкой. К этому моменты она выглядела настолько мило, что Гарри стал чувствовать легкую тошноту. – Когда война окончилась, а его домашний арест оказался в прошлом, я наложила на него несколько благоразумных отслеживающих и подслушивающих заклятий, когда он уходил куда-нибудь, чтобы провести вечер. В этом деле вы можете доверять мне, мистер Поттер. Драко привлекают исключительно мужчины, и он действительно довольно... пылок в своих отношениях, и...

Гарри был готов услышать такие вещи от кого угодно, но только не от матери Драко, и ему нестерпимо захотелось вымыть уши с мылом. Однако скоро он забыл о смущении.

Драко упал на колени за бильярдным столом, его руки поднялись к горлу, а пальцы вцепились в воротник, пытаясь ослабить его, пока он тихо хрипел, силясь вздохнуть, его лицо становилось все краснее и краснее, а Гарри не мог отвести взгляд в ужасе.

Медленное удушье, понял Гарри, вскакивая со стула и, когда он сделал рывок, то опрокинул бокал с вином.

Глава 31.

- Драко!- крикнул Гарри, падая на колени и хватая парня за плечи. - Драко, дыши!
Драко не издал ни звука. Его руки сжали предплечья Гарри, пальцы царапали одежду, отчаянные движения говорили лучше, чем слова. Выражение лица Драко... было намного страшнее. Он хватал воздух ртом, словно не мог дышать.
Но сейчас у Гарри не было ни малейшей догадки, за что заклинание наказывает его.
- О Боже, наказание... - Гарри должен был наказать Драко снова, и, наверняка, намного сильнее, чем раньше, и сделать это он должен был на глазах родителей Драко. Но сейчас у него не было ни выбора, ни времени.
Гарри достал палочку, собираясь расстегнуть ворот рубашки и ослабить ремень Драко. Если это не поможет, это будет означать, что ему предстоит использовать Круциатус, но Гарри не смог бы спокойно использовать его на Драко. У него не было ненависти. Он даже не мог представить, что он его ненавидит. Особенно сейчас.
- Что остаётся?.. Что?.. Что же?.. Сектумсемпра? - Она даже не требует отрицательных эмоций. Каково это, если ты даже не знаешь, какое заклинание применить?
Гарри стало нехорошо, когда он поднялся на ноги и убрал палочку. Внутренний голос кричал, что на сей раз просто ударить Драко будет недостаточно.
- Проси у него прощения, Нарцисса, - жёстко сказал Люциус, обойдя своего умирающего сына и схватив жену за руку так, что та отступила назад. - Попроси у него прощения за ту глупость, что ты сказала. Сейчас же!
Нарцисса раскрыла рот и побелела. "Нет," - простонала она. В её голосе слышался не отказ, а всепоглощающий страх.
В следующую секунду она бросилась на колени перед Гарри, подняла руки к небу, как бы молясь, и из её глаз потекли слёзы.
- Это было ошибкой, что я давила на вас, было неправильным с моей стороны пытаться контролировать ваши отношения с моим... с вашим Драко, мистер Поттер. Он ваш, ваш раб, преданный раб, его жизнь и род навсегда принадлежат вам. Я знаю это. Я хорошо знаю это...
Нарцисса уже кричала, впадая в беспамятство. Ее лицо потеряло всю привлекательность из-за слез. Но Гарри этого не заметил. Всё ещё умоляя, Нарцисса опустилась ниже, её руки обхватили ноги Гарри.
Прежде, чем он смог остановить её, или даже сказать слово, она стала их целовать.
Хотя, на самом деле, это были его ботинки.
И всё это время она повторяла одни и те же слова, раз за разом. "Простите меня, простите меня, простите меня..."

Гарри хотел сказать, что он прощает, хотя он даже не понимал, что Нарцисса сделала не так. Но в тот момент, когда Гарри хотел сказать это, его рот раскрылся от удивления. Люциус Малфой подошёл ближе и, как его супруга, тоже пал на колени. Он не воздевал рук к небу и не рыдал, но в его глазах был страх. Люциус посмотрел на Гарри и взмолился:
- Я не собираюсь вмешиваться в ваши отношения с Драко, но я прошу у вас прощения, если именно это необходимо для прощения моей жены! Я прошу простить меня за каждый жестокий поступок или язвительное слово, которое я сказал вам и тем, кто вам дорог... Пожалуйста, Поттер, простите мою жену!
Гарри всё ещё ничего не понимал... или не всё понимал полностью. Всё случилось так быстро, и слова Нарциссы казались ему лишенными всякого смысла, но он понял, что нужно сделать.
Нагнувшись, Гарри взял Нарциссу под руки, и поднялся вместе с ней.
- Я прощаю вас,- сказал он уверенно.
Вокруг себя он чувствовал легкие хлопки. Также хорошо он слышал потрескивание– древняя магия постепенно ослабляла своё воздействие.
Драко закашлялся, и, опираясь на руки и колени, стал шумно вдыхать и выдыхать воздух.
Бросившись к нему, Гарри опустился перед Драко и стал одной рукой гладить его по спине, а второй придерживал парня. Он не хотел ограничивать Драко в движениях, но хотел, чтобы тот понял, что он не один.
Наконец, Драко повернулся к Гарри и встретился с ним взглядом. Его лицо было запачкано, как лицо его матери, но это не лишало его красоты.
Для глаз Гарри...
- Всё хорошо? - спросил Гарри очень мягко, продолжая медленно поглаживать его по спине.
- Я... - пробормотал Драко, потянувшись к Гарри. - Я хочу... прикоснуться к тебе.
Гарри не вздрогнул. Одним сильным движением он взял Драко на руки и поднялся, неся и укачивая его, как ребенка. Это было отнюдь не просто - Гарри почувствовал боль в ногах и в боку.
- Мы придём в другой день, - сказал Гарри, готовясь аппарировать домой, где он сможет раздеть себя и Драко, залезть вместе с ним в кровать и обнимать его столько, сколько будет нужно.
- Постой, - произнес Драко, одна его рука проскользнула между складками одежды Гарри. - Пожалуйста. Мне надо... Я не понимаю. Я хочу узнать, что случилось и почему это случилось...
Его пальцы, наконец, нащупали тело, и, скользя рукой под рубашкой парня, Драко положил ладонь на бьющееся сердце Гарри и вздохнул с удовольствием.
- Мне это очень нужно.
Гарри не знал, о прикосновениях ли он говорит, или о желании знать.
Так или иначе, Гарри хотел вернуться с ним домой и обнимать его, но, чёрт побери, он также хотел понять, что сказала Нарцисса, чуть не заставив Драко умереть. Гарри сказал, что они скоро вернутся сюда, но как, ради всего святого, он это сделает, если даже не знает, как предотвратить еще один приступ удушения?
И он бы никогда не хотел больше это видеть. Никогда в жизни.
- Хорошо, - сказал он, нежно целуя Драко в макушку. - Мы останемся ненадолго, чтобы всё обсудить.
Драко повернулся к Гарри, пряча голову в его мантии, словно желая ещё большего контакта.
- Не отпускай меня...
- Не отпущу, - прошептал Гарри. Его голос прозвучал почти так же тихо, как голос Драко. Хотя голос Драко больше напоминал мяуканье котенка.
Испуганного котенка.
Когда Драко задыхался, Гарри ненавидел женщину, которая довела его до такого состояния. Но он не мог ненавидеть её вечно. Она рухнула на пол практически сразу же, как только Гарри побежал к Драко, и, закрывая лицо руками, тихо плакала.
Люциус Малфой всё ещё был на коленях рядом с Нарциссой и продолжал обнимать её.
И он, только что, тоже просил прощения Гарри Поттера... всё из-за любви к Драко.
Гарри до сих пор его ненавидел, но ему было сложно думать о нём так, особенно сейчас. Люциус Малфой всегда был для него глыбой льда. Или камня.
Сейчас же он казался почти человеком.
Гарри прошел в дальний угол лобби к странному дивану, ножки у которого были с когтями, и сел на него, укачивая Драко и устраиваясь на диванчике до тех пор, пока и ему, и Драко не стало удобно.
- Я думаю, мы дадим им немного времени, - пробормотал Гарри, отводя взгляд от Малфоев. Все это выглядело настолько интимным, что даже от беглого взгляда на них становилось не по себе. Будто подглядываешь за ними.
Драко немного отодвинулся, протягивая руку к пуговицам на рубашке Гарри.
- Мне нужно больше, - прошептал он почти застенчиво. - Можно?
- Да, конечно, - сказал Гарри, слегка пожимая плечами. Что будет, если родители Драко увидят, что их сын прижался к голой груди Гарри? Его это не волновало; его заботило лишь то, поможет ли это Драко чувствовать себя защищенным .
- Ах-х-х-х-х, - Малфой прижался к Гарри, уткнулся лицом в его шею и вздохнул от удовольствия. Может, он хотел согреться... Гарри почувствовал, как дрожит Драко, даже через его рубашку. Хорошо, что эту проблему можно было легко решить. Несколькими легкими взмахами палочки, он наколдовал одеяло. Гарри обернул им Драко, лежащего у него на коленях, наложил лёгкие согревающие чары вокруг него и слегка покачивал парня, ожидая ответа Малфоев-старших.
Через какое-то время Люциус неустойчиво поднялся на ноги и помог жене встать. Она шла вперёд пошатываясь, её изящество и грация исчезли совсем. Может быть, потому что она совсем не видела дороги. Её глаза опухли из-за непрерывных рыданий.
Отец Драко подошёл к ним с большей уверенностью, но без высокомерия. Люциус взглядом оценил позу, принятую Драко и Гарри, и Гарри показалось, что он увидел тень тревоги во взгляде мужчины. Но затем его взгляд прояснился, и теперь он казался очень усталым.
Гарри подождал, когда они сядут в кресла рядом с диваном, а потом ещё немного, но вскоре ему показалось, что Малфои хотят, чтобы Гарри начал разговор первым.
Он удивился этому. Возможно, супруги Малфои сейчас были испуганы и боялись сказать что-то не так.
- И? - наконец спросил Гарри. - Вы знаете, что я остался здесь по просьбе Драко. Хотя это хорошая идея, потому что нам нужно точно знать, что же заставило Драко... из-за чего он...
Он не мог сказать это. Он не мог признать, что Драко находился на грани жизни и смерти.
-Это полностью моя вина, мистер Поттер,- мягко произнесла Нарцисса. - Мне не следовало вводить вас в заблуждение о моём... о вашем рабе.
Драко никак не отреагировал на признание матери. Сейчас, дыша неспешно и глубоко, он отвернулся от неё, его губы прикасались к шее Гарри. Он был полностью расслаблен. Расслаблен настолько, что Гарри даже задался вопросом, не уснул ли он от окружающего его тепла и комфорта.
- Я не понимаю, - Гарри, наконец, ответил Нарциссе; он нахмурил брови, - Вы пытались ввести меня в заблуждение? Зачем?
Нарцисса начала заламывать руки.
- Если вы помните, мы говорили о сексуальных предпочтениях Драко...
У Гарри появилось плохое предчувствие.
- ... И мне кажется, что вы нашли в нём интерес в этом отношении. Он, конечно, обязан исполнять ваши сексуальные потребности, если вы того пожелаете, но вы говорили, что это должно быть его желанием. Его собственным выбором.
- Достаточно, - рявкнул Гарри. - Таким образом, вопреки всему тому, что вы мне сейчас сказали, Драко не привлекают мужчины. Единственное, чего я не понимаю, это почему вы хотели, чтобы я спал с Драко. Я имею в виду, я думал, что вы заботитесь о Драко. Не считаете ли вы, что навязывание Драко отношений со мной, может навредить ему, если на самом деле он этого не хочет?
- Я не говорю, что Драко не привлекают мужчины, - мягко поправила Нарцисса, всё ещё заламывая руки. - Правда заключается в том, что я просто не знаю. На протяжении его обучения в Хогвартсе он никогда не заводил ни с кем романов, а после войны и домашнего ареста он уехал от нас. Насколько я знаю, он даже никому не назначал свиданий.
- Я был бы рад, если бы он женился, - сказал мистер Малфой, наклоняясь вперед, - как я уже говорил. Но Драко не проявлял никакого интереса в формировании брака, хотя мне даже не показалось, что он пользовался какими-либо преимуществами, живя один.
Сейчас Гарри всё понял. Он был идиотом. Что заставило его подумать, что Нарцисса Малфой скажет ему правду? Она была студенткой Слизерина, как её муж и сын. Она говорила только то, что может послужить её интересам... или, скорее, её неправильным мыслям, что настоящие интересы Драко нужно скрывать.
- Великолепно, значит, никто здесь не знает, предпочитает ли Драко на самом деле девушек, или нет. Замечательно. И вы думали, что сможете убедить меня спать с ним... – и им не нужно было знать, что Гарри уже сделал это. - Чтобы я о нём больше заботился? Сильнее привязался к нему?
- Вы явно хотите его, принимая во внимание то, что вы это отрицаете, - Нарцисса сузила глаза. - Я знаю мужчин, мистер Поттер. Даже Избранный - не исключение. Воздержание делает человека раздражительным, склонным к резким словам или действиям. И разделённое вместе с Драко жилище, с мужчиной, которого вы хотите... такое постоянное искушение изменит ориентацию любого мужчины. Я имею в виду только то, что хочу помочь моему... помочь Драко жить свободно от такого рода стресса.
- Вы можете называть его своим сыном, - сказал Гарри, всё ещё сжимая Драко в своих объятьях.
- Спасибо, - гордо кивнула Нарцисса, её лицо прояснилось, хотя все ещё было красным и заплаканным.
Гарри встряхнул головой, до сих пор оставаясь в недоумении от её идей.
- Но именно вы сказали, что не можете указывать мне, что делать с Драко. И заклинание накажет его, если вы попытаетесь. Как же вы могли это забыть?
Нарцисса прикусила губу и отвернулась.
Вздыхая, Люциус Малфой взял её руку в свою.
- Она - мать, мистер Поттер. Она позволяет своему сердцу править разумом. Она так хотела, чтобы вы хорошо относились к Драко, что забыла, что её собственное поведение - основа безопасности Драко.
- Я хорошо отношусь к нему!
- Да, я вижу, - медленно сказал Малфой.
Когда Гарри встретился со взглядом мужчины, он увидел кое-что, чего не ожидал увидеть. Не совсем смирение, но, по крайней мере, меньше злобы, чем обычно. Как будто упрямство Нарциссы наконец-то дало ему понять, что его вражда с Гарри могла иметь только один результат - боль Драко.
А он был мужчиной, любящим своего сына.
"Странно", - подумал Гарри. Когда Драко с отцом начали играть в бильярд, Гарри полагал, что это могло дать ему возможность поговорить с Нарциссой наедине. Сейчас это казалось ошибкой.
Ему было бы лучше обсудить всё с Люциусом. Он рассказал бы правду с самого начала. Не потому, что он ценил правду, а потому, что ложь лишь навредит Драко, и Рес меа Эс расценит это, как попытку управлять Гарри.
Люциус бы думал сразу своим сердцем и головой, что оказалось бы лучше для Драко.
- Я поговорю с вами обоими, если у меня ещё будут вопросы,- сказал Гарри.
В глазах Люциуса вспыхнула боль.
- Я удивлён, что вы вообще захотите говорить с нами после того, что случилось сегодня.
- Я буду осторожнее, - простонала Нарцисса с закрытыми глазами, отвернувшись от них. Гарри показалось, что ей стыдно, очень стыдно. Было ли объяснением того, что она причинила боль Драко или же, что ей пришлось извиняться перед полукровкой, Гарри не знал.
- Моё хорошее отношение к Драко означает, что мы будем иногда приходить к вам, - сказал Гарри, слегка покачав парня у себя на руках. - Драко? Ты проснулся?
Драко открыл глаза.
- Да. Просто думаю. Почему тебя так волнует, нравились ли мне раньше мужчины? Сейчас мне нравишься ты. Это всё, о чём стоит беспокоиться.
- Не все так просто.
Малфой-старший нетерпеливо заговорил:
- Вы знаете, Поттер, что сейчас ваше благородство приносит больше вреда, чем пользы.
- Не вам давать советы на тему того, как мне стоит относиться к другим людям...
Нарцисса внезапно поднялась на ноги.
- Я боюсь, мы уже совсем изнурили тех, кому нужен отдых, Люциус.
Конечно, она имела в виду Драко, но ей хватило ума не приказать Гарри напрямую.
Гарри встал, всё ещё держа на руках Драко.
- Я полагаю, нам сейчас стоит вернуться домой.
- Можно ли... можно ли мне прикоснуться к нему? - неуверенно спросила Нарцисса.
Гарри посмотрел на Люциуса, ища поддержку.
- То, что произошло здесь с Драко... не... не могло ли это расстроить заклинание?
- Нисколько,- сказал Люциус, поднимаясь на ноги.
Гарри протянул руку к одеялу и посмотрел на запястья Драко. Нити на них стали ярче, чем когда-либо.
- Хорошо.
Нарцисса, не издав ни звука, прошла вперёд, её пальцы погладили Драко по щеке. Он посмотрел на неё, но не улыбнулся. Он выглядел настолько грустным, что Гарри забеспокоился.
- Драко,- простонала Нарцисса, слово почти застряло в её горле. - Мне жаль, очень, очень жаль. Я никогда не хотела причинить боль тебе.
- Я знаю, мамочка,- прошептал Драко.
Нарцисса провела ладонью по лицу сына. Из её глаз брызнули слёзы, когда она начала тихо говорить:
- Я всегда хотела помочь тебе, мой дорогой. Я люблю тебя, Драко. Я на всё готова для тебя. Всё...
- Я знаю, мама, - снова сказал Драко, на его лице появилась нежность. - Я тоже люблю тебя. Но тебе стоит довериться Гарри, не так ли? Доверься ему, он заботится обо мне. И не лги ему снова.
- Обещаю,- сказала Нарцисса так, как будто действительно желала этого.
После того, как мать отошла, Драко закрутился на руках, будто собирался встать. Гарри не хотел его отпускать, но ослабил хватку, позволил ему опуститься на ноги. Затем Драко повернулся к отцу.
- Ты на самом деле не знаешь, нравились ли мне мужчины или женщины, отец? Я могу понять, что мама этого не знает, но разве я никогда не просил у тебя совета, или не разговаривал с тобой, как мужчина с мужчиной?
Взгляд Люциуса стал мягче.
Ты был очень замкнут, Драко. Хотя, когда ты стал совершеннолетним, мы почти не обсуждали эту тему. Сначала была война, и мы не могли беспокоиться о чём-либо ещё, и затем, сразу после того, как меня освободили из Азкабана, ты надолго уехал из нашей страны.
- Подождите, - перебил Гарри. - Драко уехал из Англии? На сколько?
Малфой повернулся к Гарри.
- Где-то на четыре месяца. Прошла всего пара недель, как он вернулся, когда ему стало хуже. По началу, казалось, поездка изменила его. Потом, конечно, мы поняли о необходимости его рабства.
Так, это могло бы объяснить, почему Гарри получил отрицательный ответ на запрос в Отдел Тайн об их пропавших работниках. Если бы Драко работал там, то наверняка он взял бы себе отпуск. Или отпуск, или же он уволился заранее.
- Куда уехал Драко?
- В Россию.
- В Россию? Что же он там делал?
- Драко не стал нам говорить. Я упоминал, насколько он замкнут, не так ли? Он был полностью отрезан от внешнего мира всё это время. Он не использовал ни каминную сеть, ни сов, не было никаких попыток связи.
- И когда он вернулся, он изменился, - размышлял Гарри. - Как именно?
- Он казался... сломленным. Но он не сказал бы нам, в чем причина, - Люциус пожал плечами. - Если хотите узнать больше, то вы могли бы найти в его доме что-нибудь, что прольёт свет на это.
- Я уже был в «Вороновом Утёсе». Этот дом почти пуст.
Люциус и Нарцисса недоверчиво переглянулись. Нарцисса сказала:
- Один раз мы приезжали к нему. Там было совсем по-другому.
- Один раз?
Малфой раздражённо махнул рукой.
- Чары Драко не пускали нас. Он настаивал на том, что хочет быть один.
- Не было никаких чар, когда я был там. По крайней мере, ни каких, которые могли бы помешать попасть внутрь.
- Они всё ещё на месте, - сказал Люциус, нахмурившись. - Рес Меа Эс, полагаю, изменило их, чтобы они не препятствовали вам. Кстати, по поводу этого, - он усмехнулся. - Разве вы не были аврором на оперативной работе до того, как перешли в канцелярию?
- Я всё ещё аврор.
- Так используйте свои навыки, которых, я полагаю, у вас немало и посмотрите, что вы можете выяснить. Мы пытались это сделать, хотя Драко, будучи в плохом состоянии, отказался изменить чары для нас, - сказал Люциус. - Или же вас назначили аврором лишь благодаря вашему имени?
- Прекратите оскорблять Гарри, - спокойно сказал Драко, касаясь его руки. - Думаю, что вы расстроены и поэтому так говорите. Сожалею, что закрыл для вас свою жизнь. Не знаю, почему я сделал это. Я люблю вас обоих, вы знаете это. Я помню время, когда я был младше и как я вас любил.
Люциус потёр глаза.
- Мы с твоей матерью думали, что ты обвиняешь нас в том, что мы тянули тебя на службу к Тёмному...
Гарри шикнул.
Малфой закатил глаза, но подчинился.
- Что мы втянули тебя в круг Волдеморта.
В голосе Драко звучала надежда:
- Я правда был втянут в это?
- Без сопротивлений. Тебя тянули туда лишь обстоятельства.
- И желание выжить, - сказал Драко бесцветным голосом. Гарри услышал, что он несколько раз сглотнул. - Отец, я не могу сказать, не пускал ли я вас в свою жизнь потому, что обвинял вас. Возможно, что я был подавлен, потому что мы проиграли войну. Хотя, зная то, что я знаю сейчас, я должен бояться того, что было бы, если бы мы выиграли.
Люциус утомлённо взглянул на сына.
- Драко...
- Давайте не будем спорить, - продолжил Драко. - Мне жаль, если я расстроил вас, зачаровав «Вороний Утёс». А сейчас... - он повернулся, сжимая руку Гарри. - Я чувствую себя очень утомлённым, хозяин Гарри. Вы готовы вернуться домой?
- Мы вернёмся, - сказал Гарри, вежливо кивнув Малфоям, потом притянул к себе Драко и быстро закружился с ним вокруг своей оси.

32

- Кажется, мне начинает это нравиться, - беззаботно заявил Драко немного позже тем же вечером. – Хоть часть меня и чувствует вину, конечно же...
- Вину? – Гарри лениво протянул руку и вытащил одну клубничину из полупустого блюда. Поднеся ее поближе, он коснулся ей губ Драко. – Хм-м-м-м? Открой рот - хочешь?
Драко надкусил ягоду и постепенно забрал ее в рот, и удовлетворенно вздохнул, когда дошел до плодоножки и смог лизнуть вместо нее пальцы Гарри.
Но потом он выпустил изо рта остатки клубнички и помотал головой.
- Да, вину. Это я должен обхаживать тебя. Вместо этого я позволил уговорить себя на многочасовой отдых, весь день и весь вечер...
- Нет, ничего подобного, - возразил Гарри, сдвигаясь, и приложил два пальца к губам любовника. М-м-м, пальцы, все еще держащие клубнику. Гарри отбросил ее в сторону, не отвлекаясь от мужчины, от которого он не отходил почти весь день. – Этим утром ты чуть было не умер, Драко. Твоя смерть была бы на моей совести...
Драко сел в кровати, грозно хмурясь.
- Что за чушь, Гарри. Это была бы чертова вина моей матери.
- Но она еще в самый первый день объяснила, что должна быть осторожна в словах, что не должна указывать мне, как обращаться с тобой, и, если бы я просто вспомнил об этом, вместо того, чтобы пытаться лучше тебя понять, то...
На этот раз Драко закрыл ему рот ладонью.
- Моя мать знала об этом ограничении с тех самых пор... Ну, с самого моего рождения, наверное. И она говорила тебе об этом всего-навсего... - улыбка Малфоя была горькой. – Один раз, да?
Гарри пожал плечами.
- Да, точно, но...
- И, - тут же прервал Драко, - она сказала это в то время, когда ты только что взял на себя огромную ответственность, непрошенную, о которой ты раньше и подумать не мог. У тебя тогда уже была голова забита, - голос Драко стал нежнее, глаза горели, как огоньки. – если ты думаешь, что я буду винить тебя, или позволю тебе винить себя, за то, что моя мать натворила, тогда... ну, мне остается только одно в таком случае. Придется поцеловать тебя, и не отпускать, пока ты не станешь разумнее.
Поттер ответил бы, если бы Драко дал ему хоть один шанс. Но Малфой был быстрее. Едва закончив говорить, он опустил голову и захватил рот Гарри в страстный, властный поцелуй. У Гарри в голове все заволокло туманом, способность мыслить отказала; поцелуй Драко заставил его забыть о том, что он, в сущности, намеревался сказать. У него буквально не осталось ни единой мысли, кроме той, что имела прямое отношение к губам Драко, прижавшихся к его собственным, теплоте его губ, скольжении языка о язык.
- Так что, собираешься быть разумным? – сказал Драко тихим, убаюкивающим голосом.
Гарри пришлось поднапрячься, чтобы вспомнить то, то они обсуждали. Ах, да.
- Я просто думаю, что...
- Кажется, тебе нужен еще поцелуй, - от слова – к делу, только на этот раз Драко коснулся языком внутренней стороны рта Гарри, как будто надеялся найти амброзию и там.
Гарри затерялся в поцелуе, восхищенный запахом, ощущением, звуком, вкусом - всем, что составляло сущность Драко. Чувственный опыт поглотил, окружил его. Словно его утянуло на дно, но не одного. Нет, он был с другим человеком, с тем, кто окружил его заботой и вниманием, ощущением безопасности, тепла, даже если они оба погружались все глубже и глубже, в бездну...
Бездну чего, Гарри так и не смог сообразить. Он точно знал, впрочем, что это было что-то получше воды.
- Ну а теперь повторяй за мной, - сказал Драко, когда они, наконец, оторвались друг от друга. – «Я тут не при чем, это была не моя вина».
- Но...
- Так-так, теперь ты просто напрашиваешься на поцелуи, Поттер, - сказал Драко с нарочитой укоризной. – Как коварно с твоей стороны, однако я не могу не восхититься. На этот раз Гарри показалось, что он тонет в поцелуе, но удовольствие было таким сильным, что он не особо возражал.
И только потом до него дошло, что Драко назвал его «Поттер». Он еще ни разу не звал его так, с тех самых пор, как потерял память, ведь так? Гарри был уверен в этом. И не мог понять, хорошо ли это или плохо. Был ли это благоприятный признак того, что Драко становится прежним?
Или дурное предзнаменование?
Гарри сглотнул, внезапно осознав, что Драко прекратил целовать его, и ожидал ответа. Сбитый с толку, Гарри поднял глаза и встретил взгляд Драко.
- Ну, так что? – тихо спросил Драко.
Гарри снова сглотнул. Потом кивнул.
- Я... тут не при чем, это была не моя вина.
- Звучит так, словно это не перечисление, а предложение с двумя независимыми грамматическими основами, - протянул Драко.
- Что?
- Но, раз ты такой молодец, я, пожалуй, прощу тебе плохую дикцию. Так, а теперь... «Нарцисса Малфой должна следить за тем, что говорит».
- Драко...
- Говори. Я слушаю.
Гарри сдался. Ему было по-прежнему не по себе из-за того, что случилось, но не мог же он и правда это предвидеть.
- Нарцисса Малфой должна следить за тем, что говорит.
- Очень хорошо, Гарри. И еще одно. «Драко Малфой – самый невообразимо, умопомрачительно, фантастически красивый мужчина из всех, кого я когда-либо встречал, и, если бы я мог заполучить его к себе в постель до конца жизни, то умер бы счастливым».
Гарри удивленно моргнул, потом, неожиданно для самого себя, улыбнулся.
- Драко Малфой – самый невообразимо, умопомрачительно красивый мужчина из всех, кого я когда-либо встречал, и, если бы я мог заполучить его к себе в постель до конца жизни, то умер бы счастливым.
Драко отодвинулся немного назад; его глаза сверкали – почему, Гарри не понял.
- Мерлин, Гарри... Я не думал, что ты это скажешь!
- Почему бы и нет? Ведь это правда.
Глаза Драко на мгновение потеряли всякую осмысленность.
- Я... я...
- Заикаешься, - ухмыльнулся Гарри. Но я, пожалуй, прощу тебе плохую дикцию.
Это замечание, казалось, вывело Драко из состояния шока. По крайней мере, Гарри посчитал его реакцию шоком. Однако Драко уже пришел в себя; скривив губы, он недовольно глянул на Гарри.
- Вот как, значит? Ладно. Ты забыл «фантастически», кстати.
- Драко Малфой – самый невообразимо, умопомрачительно, фантастически красивый мужчина из всех, кого я когда-либо встречал, - быстро проговорил Гарри. – Он просто источает феромоны, и дьявольски умен к тому же.
- Ну, раз уж ты взялся меня умасливать... - Драко придвинулся к нему и снова поцеловал, но, вместо того, чтобы приподняться над Гарри, скользнул под одеяло и перекатился к тому на грудь.
И все - не прерывая поцелуя.
«М-м-м, просто невероятно», - подумал Гарри, когда не прикрытый одежд член Драко соприкоснулся с его собственным. Оба они были возбуждены, конечно же. Ужасно возбуждены. Разве могло бы быть иначе? Они уже много часов нежились вместе в постели, и все время Гарри старался обеспечить Драко как можно более тесный контакт – кожа к коже, тело к телу, в чем тот остро нуждался.
А ему определенно нужно было больше. До тех пор Драко даже не пытался соблазнить Гарри. Он просто лежал рядом, наслаждаясь заботой и вниманием. Гарри не был уверен, в чем именно он нуждался – во вновь обретенной уверенности, прикосновениях к своему хозяину или в чем-то еще.
Он просто знал, что, если Драко испытывал потребность в чем-то, чему не было имени, то именно он должен был дать ему это.
А теперь... в общем, Драко явно нужен был секс.
Гарри сглотнул, потому что эта мысль привела его к той теме, которую они обсуждали до того.
- Погоди, - выдохнул он, положив руки на плечи Малфоя и стараясь удержать его от соблазнительных движений вверх-вниз.
Возможно, облапить задницу Драко было бы гораздо действенней, но Гарри не мог рисковать. Слишком сильное искушение. Вероятно, он не может удержаться от того, чтобы не стиснуть его ягодицы и позволить двигаться и дальше в совершенном, умопомрачительном ритме.
Покорный, как всегда, Драко остановился, пережидая, хотя и не был этим доволен.
- Ты опять собираешься вести себя, как идиот, Гарри? – спросил он со вздохом.
- Я просто думаю о том, что будет лучше для тебя, о будущем...
- Нет, ты ведешь себя, как идиот, - возразил он, повышая голос.
- Тебе, может быть, даже не нравятся мужчины...
Драко обхватил ладонями лицо Гарри, удерживая его; серые глаза сверкали так, что у Гарри даже дыхание перехватило.
- Один вопрос, Гарри. Точнее, два. Тебе понравилось то, как я брал у тебя в рот? У меня хорошо получалось?
При одном только упоминании о минетах Драко член Гарри пошевелился. Драко это тоже почувствовал. Именно поэтому на его губах и появилась улыбка.
- Ты отлично знаешь, что да. Но не в этом дело!
Драко не опустил рук.
- Выслушай меня, Хозяин Гарри. Прошу тебя. Я не могу припомнить, чтобы я делал что-то подобное раньше, но простой здравый смысл подсказывает, что я должен был. И, наверное, часто. Я чувствовал себя... непринужденно, будто находился в своей стихии. Я точно знал, что делать, чтобы ублажить тебя, – улыбка Драко стала снисходительной. – Ну а теперь ответь: как я мог набраться опыта, если не через практику? Обширную практику, надо сказать?
Гарри стиснул зубы. Странно, что сама мысль о том, что Драко мог заниматься этим с другим мужчиной причиняла боль. Он хотел, чтобы Драко принадлежал ему одному.
- И как мне узнать о том, сколько у тебя было любовников? – процедил он.
- Ну, я же показался тебе умелым?
«Даже чересчур», - пришло Гарри в голову. А вслух он сказал:
- Да.
- Так, значит, я раньше делал это с другими, и нахватался приёмчиков. И, знаешь ли, Гарри, это может значит только то, что меня привлекают мужчины.
Гарри отклонился в сторону, высвобождая лицо, и уставился на дальнюю стену.
- А, может, и нет. Знаешь же, новичкам везет. Может, у тебя никакого опыта и нет. Вот и все.
Драко протянул руку к лицу Гарри и прикоснулся длинным указательным пальцем к краешку поттеровского рта.
- «Новичкам везет», как же. А ты попробуй, Гарри. Вбери мой палец в рот и увидишь, что случится.
- Не смеши меня...
Было бы мудрым решением не открывать рта вообще, но уже поздно. Воспользовавшись моментом, Драко засунул палец меж зубов Гарри, неглубоко, впрочем. Он был воплощением осторожности; кончик пальца прошелся по основанию языка, а в голосе прозвучала мольба:
- Попробуй, Гарри. Ради меня, хм-м-м? Возьми глубже в горло, как я делал с твоим членом.
Гарри не мог отвергнуть просьбу, которая звучала так горестно. Он сделал, как было сказано, не понимая, зачем это нужно.
Но тут же получил ответ.
Как только палец Драко коснулся задней стенки горла, Гарри подавился.
- Хороша удача новичка? – сказал Драко, высвобождая палец. – Вокруг твоего члена я мог свободно дышать, Гарри, и ни разу ты не слышал от меня этого неприятного звука. И я доставил тебе удовольствие, разве нет? Такое, словно знал, что нужно делать?
- Это все заклятье, - возразил Гарри скрипучим голосом. – Оно превратило тебя в моего раба, и, раз я хотел, чтобы ты отсосал у меня, оно придало тебе необходимый навык!
- Как же, - протянул Драко так язвительно, что Гарри почти что мог разглядеть, как слова разъедают воздух. – Почему-то оно не дало мне навыка игры на пианино, хоть ты и хотел, чтобы я тебе сыграл. Разве не так?
Гарри сглотнул, чувствуя, что картина проясняется.
- Я... ну... нет, но...
Драко притянул его к себе, поближе к середине кровати, и мягко повернул его голову, пока Гарри, наконец, не перестал изучать стену и не посмотрел ему в глаза.
Долгое время Драко ничего не говорил. Он прослеживал черты лица Гарри подушечкой пальца, поглаживая скулы и губы, потом легонько коснулся век.
- Дело в чем-то другом? – сказал он очень тихо. – Ты умный человек, Гарри. Даже не знай я тебя, одна твоя должность говорит о многом. Ты привык к расследованиям, но сейчас не замечаешь доказательств прямо под носом. Могу только предположить, что тебе что-то мешает увидеть правду. Что-то на сознательном уровне. И не представляю себе... Знаю, ты меня желаешь, так что вряд ли ты хочешь от меня избавиться. Может быть, ты не уверен в будущем? Думаешь, что, возможно, захочешь то, что Джинни Уизли может тебе предложить?
- Нет!
- А я полагаю, что это так, - сказал Драко, отрицательно качая головой. – Ты считаешь, что будет несправедливо заводить со мной отношения, пока подсознательно решаешь, стоит ли помириться с ней, и...
Слышать это было невыносимо.
- Нет, нет! С Джинни покончено, я не хочу быть с ней. Я никогда больше не захочу ее, никогда.
- Так почему же ты упорствуешь и не желаешь признавать, что я сам по себе люблю мужчин, когда совершенно очевидно, что это так? – спросил Драко в отчаянии.

Гари прикрыл глаза: выхода не было. К тому же, теперь у него был ответ. Он и раньше подозревал, но теперь знал наверняка. Да, ему было дело до Драко, но это не все, что его занимало.
- Мне не нравится сама мысль о тебе с другим мужчиной, - угрюмо признался Гарри. - Я... можешь опять обзывать меня идиотом. Я помню, что говорил, что ничего против не имею, и так и есть в большинстве случаев. Да и было бы странным предполагать, что до сих пор у тебя не было секса. Просто... мне не нравится сама мысль о тебе с другим.
- Мне тоже неприятно думать о тебе с другими, - сказал Драко. – Я очень старался не ревновать тебя к твоей невесте, я не должен был. Ты никогда не был моим, и ревновать я не должен, но... Ничего не могу с собой поделать.
Гарри открыл один глаз:
- Она мне не невеста. Почему ты ее так называешь?
- Из страха, думаю, - пробормотал Драко. – Что касается моего прошлого, Гарри. Я не знаю, что там скрыто, но я знаю – тебе нечего бояться. Теперь я твой. Полностью. Я не захочу другого никогда.
Казалось, Драко не двигался целую вечность, но сейчас он медленно потерся о тело Гарри. Они уже не были возбуждены. Разговор вышел слишком невеселым.
- Я тоже не хочу никого, - сказал Гарри, приподнимая бедра. Он хотел вернуть то ощущения, почувствовать твердый член Драко своим. – В особенности, я не хочу Джинни, и так будет всегда. Поверь мне.
- О, твое желание для меня закон.
Драко сказал это очень серьезно, возможно, потому что хотел подчиняться Гарри во всем. Все становилось совсем непросто, когда начинаешь думать об этом. Гарри полагал, что только время способно убедить Драко – но не собирается возвращаться к Джинни.
Время и кое-что еще.
- Пусти-ка, - сказал Гарри, перекатывая Драко на спину.
Малфой так и сделал, но при этом безрадостно сказал:
- Я тебя не убедил? Опять собираешься нести вздор? Еще больше показных оправданий в слабой надежде скрыть собственную неуверенность?
- Нет, ты, болван, - ответил Гарри. Он подталкивал Драко до тех пор, пока тот не лег на бок, спиной к Гарри. Он придвинулся к Драко вплотную, проведя рукой по его голому бедру.
- Сейчас я хочу оставить все и доставить тебе удовольствие.
Он скорее почувствовал, чем увидел улыбку Драко:
- Это мое исключительное право, несомненно.
- Не-а, опять ошибся, - сказал Гарри. Он был весел, впервые за много дней. Все это время он чувствовал cебя так, словно его душили, причем душили так мягко – он даже не замечал. Сейчас же веревки распутались и лежали у его ног, все, что ему нужно - это откинуть их, и он свободен.
- Ты всегда стараешься мне услужить, Драко. Я не жалуюсь, поверь, но мне хочется побаловать тебя после всего случившегося.
- Ты только этим и занимаешься с тех самых пор, как мы вернулись от родителей, - улыбка Драко стала еще шире. – Но кто я, чтобы перечить вам? Делайте, что хотите, мой хозяин Гарри. Я весь ваш.
- Да, я знаю, - прошептал Гарри, прижимаясь еще ближе. Он снова провел рукой по бедру Драко, а затем взял в руку его твердый член.
- М-м-м, ты очень хорош, Драко. Сильный, красивый, везде, серьезно, везде. Знаешь, до тебя никогда бы не подумал, что прикасаться к инструменту другого парня может быть настолько приятным, - Гарри сжал член рукой, двигаясь от основания до самого кончика.
- Я... когда ты меня трогаешь, это слишком здорово, - Драко простонал, выгибаясь. – Я сейчас кончу...
- Нет, не кончишь. Не без разрешения, да?
Венка на шее Драко дернулась. Ухмыльнувшись, Гарри склонил голову и укусил ее, несильно, но синяк останется.
- О-о-о... - Драко толкнулся сильнее в руку Гарри. – Я хочу.... Хочу...
- Я знаю, что ты хочешь, - прошептал Гарри, он придвинулся, покусывая мочку Драко. – И ты получишь это, все получишь, но только после того, как я тебе позволю.
- Хозяин, - выдохнул Драко, выгибаясь рядом с Гарри. – Да, хозяин. Я ваш, ваш, только ваш...
- Да, мой, - слова наполнили Гарри чувством завершенности или, может, безупречности происходящего. По крайней мере, эти слова вызывали у него желание подвести черту под тем, как изменилась его жизнь, или под тем, как он изменился. – Мы уже делали это. Много раз, но ты сам всегда мастурбировал, пока я лежал позади тебя...
- Насколько я помню, ты не был равнодушен, - простонал Драко, изгибаясь так, что его задница терлась о член Гарри.
- О, да, я терся о тебя, пока не кончил, - тут же признал Гарри. – Ничего не мог с собой поделать, Драко. Ты для меня... трудно тебе противостоять.
- Твой золотой Адонис, да?
- Да, вроде того,- сказал Гарри, он рассмеялся, услышав надежду в голосе Драко. – Но еще лучше. Мой золотой Драко, который гораздо лучше любой покрытой плесенью, старой, римской статуи...
- О, ладно тебе! Адонис был героем Греции, Гарри.
Гарри сразу убрал руку с члена Драко:
- Веди себя хорошо, иначе накажу.
- Правда? Сделаешь это?
Гарри рассмеялся:
- Засранец. Я накажу тебя тем, что сейчас остановлюсь, а не решением тебя отшлепать.
-О, ну тогда я, конечно, буду вести себя хорошо. Что ты там говорил?
Гарри начал покусывать шею Драко и снова взял его член в руку.
- Впрочем, не отказался бы от возможности наказать тебя. Но как я говорил, думаю, сначала я претворялся перед самим собой, что мы в одной постели только потому, что тебе нужна физическая разрядка. Но с этим покончено. Сейчас мы здесь, потому что я хочу тебя, Драко. Сейчас я хочу удовлетворить тебя, вместо того, что бы ты сам удовлетворял себя.
- М-м-м, как я говорил, я твой.
- Да, весь мой,- сказал Гарри. Он думал, что такие слова теперь в большей степени истина для них, чем для какой-нибудь другой пары в этом мире. Драко даже не мог кончить без разрешения. Вначале это ужасало Поттера, но теперь казалось вполне естественным. Возможно дело в том, что он чувствовал, что поступает правильно, чего никак не ожидал. Он и не догадывался о своих склонностях к доминированию. Иногда вся ситуация его очень удивляла, но со временем и это стало казаться правильным и естественным. Наверное, ему нужен был кто-то, кто бы указал ему на эту сторону характера. Как ему нужен был кто-то кроме Джинни, что бы он понял - мужчины привлекают его сексуально.
Точнее, только один мужчина.
Гарри продолжил ласкать Драко рукой, целовать его шею, пока доводил его до оргазма. Драко пылко, чувственно отзывался, откинул голову, дыхание срывалось в стоны, бедра двигались навстречу движениям Гарри. Он сжал угол подушки так, что костяшки побелели.
- Слишком... это слишком... - ахнул Драко, в его словах Гарри различил что-то на грани боли и удовольствия.
- Ммм,- ответил Гарри, проводя языком по кожи Малфоя. – Но ты же мой. Ты не кончишь, пока я не скажу.
- Я и не хочу по-другому, - выдохнул Драко. – Но... Хозяин? Хозяин Гарри? Ты когда-нибудь задумывался о том, что бы... о-о-о... смазать мой член?
Гарри замер:
- Ты имеешь в виду...
Голос Драко опять приобрел обычный сардонический оттенок:
- Ага, у меня там скоро ожог будет.
- Мог и сказать.
- Я и говорю.
- Раньше надо было!
Драко перекатился на спину и легко коснулся щеки Гарри:
- Ну, мне сначала нравилось. Думаю, я люблю жесткий секс. Просто... есть пределы.
-О, любишь грубость,- протянул Гарри, хотя тут же опроверг свои слова. – Может, это все заклятье.
- То, что я предпочитаю мужчин – заклятье?
- Нет, не это, - признал Гарри. – Но Рес меа эс – воплощение подчинения.
- И ты не в курсе, почему оно активировалось. Кто сказал, что я к нему адоптировался, может, наоборот?
Когда Гарри промолчал, Драко вздохнул:
- Ну вот, опять. Я знаю, что люблю боль, Гарри. Разве так уж важно, почему я ее люблю? И вообще, я же не просил тебя вытаскивать ремень, я просто попросил немного смазки!
- Хорошо, что ты просишь о том, что тебе нужно, - прошептал Гарри. Он решил не углубляться в размышления. - Итак, смазка. Э, акцио Вазелин!
- Что это?
- Просто кое-что, что я нанашу на руку в, эээ, душе, - ответил Гарри. Он протянул руку к тюбику, когда тот медленно вплыл в комнату Драко. Гарри открыл крышку и выдавал немного на член Малфоя.
- Наносишь на руку, ну надо же, - вкрадчиво произнес Драко. – Странно, Гарри, оно не похоже на увлажняющий крем или мазь для волос...
- Конечно не похоже. Вазелин делают магглы, - сказал Гарри, при этом продолжая массировать член Драко. – Откуда бы ты знал, что производят магглы?
- Понятно, почему ты спрашиваешь, но... - Драко лишь на мгновение запнулся. – Но он кажется ужасно знакомым.
- Лучше пусть не кажется. Я не люблю думать о тебе в постели с другими, помнишь? – усмехнулся Гарри.
- С другими? Множественное число? Уверен, я не был настолько ветреным...
Гарри сжал член Драко, наклоняясь вперед, и прошептал у самых его губ:
- Ты мой! Плевать, сколько было других, теперь ты мой. Ты больше ни с кем не сможешь кончить. Я тебе не позволю!
Драко подался вперед; Гарри чувствовал его в своей руке:
- Твой, да. Ах, Мерлин, Гарри. Все, чего я хочу. Твой и только твой.
Гарри был доволен его словами, он продолжил трогать Драко, приподнявшись на локте, чтобы смотреть тому в лицо и не упустить его выражение лица. Черт, да чего же он красив сейчас.
По правде говоря, Драко всегда был невероятно красив, но то, как он выглядел в момент экстаза, делало его красоту еще более потрясающей. Гарри никогда его таким не видел, но он никогда не наблюдал за Драко так открыто. Поступить подобным образом было бы все равно, что ворваться без предупреждения, воспользоваться ситуацией, вести себя, как хозяин с рабом.
Хотя все вышло не так. Они – любовники.
Щеки Малфоя покраснели, когда он приблизился к оргазму, соски напряглись, когда Гарри ущипнул их. У Драко была привычка прикусывать губу, наверное, чтоб сдержать стон, понял Гарри.
К черту все!
- Я хочу тебя слышать,- сказал Гарри таким хриплым голосом, что сам себе поразился. – Хочу услышать твои стоны, крики, мольбы.
Драко охнул и наклонил голову, пока Гарри целовал его. Затем Гарри оторвался от него:
- Это был приказ.
Драко нервно кивнул.
- Я... как хорошо! Ооо... господи боже! Я не могу... Не могу...
Гарри нарочно замедлил ритм, легонько поглаживая перевозбужденного Драко:
- Не можешь что? Проблемы?
- Я не могу больше терпеть, - выдохнул Драко. – Хочу, хочу...
- Ты получишь то, что тебе нужно, когда я скажу.
Даже странно насколько приятной была эта мысль. Подобная власть над другим живым существом может легко вызвать злоупотребление, и, наверняка, заклятье так и было задумано. Но можно пользоваться ей осторожно, помочь Драко достичь наслаждения, в особенности зная о его предпочтениях.
- Ты согласен?- спросил Гарри, чувствуя сильное напряжение в паху. – То, что ты ждешь моего разрешения, это – правильно?
- Правильно. Это твое право,- простонал Драко. Все его тело напряженно. – Пожалуйста, о-о-о, Хозяин Гарри...
- Но я не хочу, что бы ты сейчас кончил,- сказал Гарри невинным тоном. – Я хочу увидеть, как ты изнемогаешь от желания. Ты ведь хочешь меня порадовать?
- Да, - ответил Малфой, задыхаясь и закрывая глаза. - Я ... да, Хозяин. О-о-о.... Хочу, хочу, хочу, хочу...
- Открой глаза,- приказал Гарри. Он подождал, пока взгляд Драко, полный жара и отчаяния, встретился с его взглядом. – Ты со мной, Драко. Только я и никто больше не дает то, что тебе нужно.
- Только ты, только ты, - кивнул Драко.
Гарри сжал кулак на члене Драко, продолжая ласкать его. Раз, два, три. Затем вновь наклонился ближе и глубоко поцеловал парня.
- Кончай,- прошептал он в рот Драко, проглотив крик наслаждения, когда тот задрожал и кончил. Гарри и сам не смог сдержать дрожи оргазма. У него стояло давно, но он не думал, что кончит так скоро. Драко был слишком соблазнительным.
- М-м-м, да-а-а, Драко. Ты прекрасен. Мне так хорошо с тобой.
Казалось, прошло пару минут, прежде чем Драко смог говорить:
- Тебе хорошо со мной?
- Да, конечно, - сначала Гарри подумал, что Драко напрашивается на комплименты, но, вспомнив, какой у него был трудный день, решил не отказывать в дополнительной заботе и поддержке.
- Но ведь ты не ... - Драко приподнялся на локте и посмотрел вниз.- А нет, ты тоже.... Извини, должен был заметить, мне нужно думать о тебе.
- Нет, я хотел, чтобы ты думал только себе,- сказал Гарри мягко. – Говорю тебе, ты был великолепен. Сделал именно то, что я хотел.
Драко улыбнулся немного смущенно:
- Надеюсь. Ну что, приготовить ужин, или...
Гарри очень хотел понежить Драко еще, но чувствовал, что тому необходимо услужить ему. Он протянул руку к ночному столику, взял палочку Драко и передал ему.
- Можешь сотворить то отличное заклинание?
Драко взмахнул палочкой и убрал следы спермы с кулака Гарри, с себя и простыней. Ухмыльнувшись, он сказал:
- Смазка - чудесная вещь. Хотя у меня было чувство, будто я уже с ней уже знаком. А эти магглы - молодцы. Ну что ж, ужин, значит, Гарри, мой хозяин? Чего бы тебе хотелось?
- Покормить тебя,- ответил Гарри лениво. – Не твоей едой. Давай закажем что-нибудь. Как насчет карри? Не очень острого?
Драко ухмыльнулся:
- Кажется, сегодня мне хочется поострее.
Было приятно наблюдать за Драко в таком расслабленном состоянии. Теперь он мог сам отвечать за себя и принимать решения. По крайней мере, какие-то решения. У Гарри все еще были сомнения по поводу некоторых вещей, например, очевидной любви Драко к подчинению. Такая страсть плохо сочеталась с тем образом самоуверенного, чистокровного принца волшебного мира, каким Гарри его помнил.
Хотя много чего теперь не соответствовало тому Драко. «Смазка»... «Умные магглы».
Гарри нужны ответы, а он не представлял, где их искать. Он подумал, что не помешает еще раз осмотреть Вороний утес, как и советовал Люциус. Гарри скривился. Он следует советам Люциуса Малфоя, хорошенькое дело.
Но ему неоткуда было начинать, а Люциус единственный сразу догадался, что именно случилось с Драко. Нарцисса, конечно, попросила прощения у Гарри, как того требовало заклятье, но именно Люциус спас жизнь сыну.
Гарри не нравился этот человек и, тем более, он не доверял ему, но в данном деле он мог пойти на уступки и принять его предложения к сведению.
- Как насчет того, чтобы побывать завтра у тебя дома?- спросил он Драко мягко.- Мы можем этого не делать, если тебе все еще не хорошо, но если ты не против, я бы хотел посмотреть, может мы найдем там что-нибудь.
- О-о-о, со мной все в порядке,- Драко перекатился на бок лицом к Гарри и поцеловал его. К тому времени они оба были удовлетворены, так что поцелуй вышел не из тех отчаянных и жарких, что заставляли Гарри сгорать от желания. Это были ленивые поцелуи, они свидетельствовали лишь о чистом наслаждении, которое испытывал Драко, целуя Гарри.
Когда Драко отстранился, у него был немного пьяный вид.
- Можем отправиться на Вороний утес, если хочешь, - прошептал он. - Хотя трудно представить, что ты пропустил что-то в первый раз, Гарри. Да там и совсем немного вещей. Странно, правда? Кому понравится жить так?
- Тогда я не знал, что искать. Теперь же мы знаем, что ты недавно был в России и провел там какое-то время, и это может нам помочь, - сказал Гарри.
- Думаешь?
- Расследования всегда более эффективны, когда есть отправная точка.
- Люблю, когда ты весь такой Аврор, - Драко сел на кровати, придвигаясь ближе к Гарри. – Есть ли шанс уговорить тебя представить, что я подлый злодей, которого ты преследовал, и тебе пришлось связать меня, чтобы я не сбежал во время допроса?
Гарри увидел, как Драко приподнял брови. Заманчивое предложение, чертовски заманчивое.
- Э-э-э...
- Если тебе больше нравятся магические путы, можно использовать какие-нибудь связывающие заклятья...
- А ты их знаешь? – выдавил Гарри.
Драко даже подпрыгнул немного:
- Не уверен, но можно найти что-нибудь, если решимся попробовать.
- Э-э-э, нет, только когда выясним, что связывание - это твое желание, а не заклятье.
- Тебе не нравится идея?
- Мне она нравится, даже слишком,- пробормотал Гарри.- Знаешь, минет - это одно, а садо-мазо - другое. Нет никаких причин думать, что ты любил такие развлечения.
Прежде чем Драко успел перебить его, Гарри быстро продолжил:
- Как насчет карри? Ты вроде бы хотел острый? Но перед тем, как спуститься, можем сходить в душ.
- Как пожелаешь,- ответил Драко и положил голову ему на плечо.- Всегда, Хозяин. Как пожелаешь.

Глава 33.

- С прошлого раза ничего не изменилось, - хмуро сказал Драко. – Здесь ничего нет, Гарри. Кроме мебели. И как я мог сравнивать этот дом с Мэнором? Даже не представляю себе, что я мог тут делать. Ты думаешь, что таким образом я выразил свой протест, когда рассердился на родителей?

Гарри ходил кругами по самой большой комнате Вороньего Утеса, похожей на огромную пещеру, окна которой выходили на море.

- Из-за чего, по-твоему, ты рассердился на них?

- Ну, они вынудили меня воевать не на той стороне, - растягивая слова, ответил Малфой.

- Тебе хотелось быть на стороне победителя, - пожал плечами Гарри. – Ты сам мне это говорил. Конечно, ты считал, что на ней и воюешь. Думаю, что ты разозлился на родителей, когда все обернулось по-другому.

- Очевидно, не очень сильно, потому что я все равно навещал их. – Драко огляделся по сторонам. – Итак, Россия. Я не вижу ни малейшего намека на то, что был там.

- Да, - согласился Гарри. Он обвел взглядом комнату и задержался на двух небольших картинах, на которые обратил внимание еще в прошлый раз. Они были повернуты изображениями к стене. Странно, что он не рассмотрел их внимательнее, когда приходил сюда в поисках информации о Драко. Гарри вспомнил, что хотел сделать это, но сейчас вспомнил и то, что как только увидел рамки, его внимание отвлекло что-то еще.

Сейчас он снова отвлекся – стал думать о том, что надо еще раз осмотреть другие комнаты, хотя только что побывал везде...

Ага. Гарри понял. Так в этой комнате действовала магия, которая пыталась скрыть себя от обнаружения. Вполне вероятно, что она должна была надежно укрыть что-то от взгляда случайных посетителей Вороньего Утеса. Но Гарри прошел аврорскую подготовку и обладал повышенными возможностями распознавать все, что было связанно с магией.

Поттер должен был признать, что это было чертовски умное заклинание. В конце концов, оно смогло один раз обмануть опытного аврора. Но только один раз.

- Фините Инкантатем, - дважды произнес Гарри, показывая палочкой сначала на одну картину, а потом на другую.

- Ну, что у нас тут? – спросил он, сразу же сосредотачиваясь на рамках и их содержимом. Шагнув вперед, он снял их со стены и повертел в руках.
Драко подошел ближе и заглянул ему через плечо.

- Боже, какие отвратительные.

- Я так не думаю, - задумчиво произнес Гарри, пристально разглядывая изображения. Точнее, кажущиеся изображения. Картины вибрировали в его руках. На них были наложены сложные чары. И не только косметические – это была сильная магия, подпитывающаяся от какого-то природного источника.

Драко, похоже, не замечал этого.

- Они просто отвратительные, - настаивал он. – Радуга сплошь из грязных цветов, как и стадо кентавров, поклоняющихся омерзительному зеленому единорогу. Не удивительно, что они были повернуты к стене. Я не могу смотреть на них. Действительно не могу.

- По-моему, так и было задумано, - сказал Гарри. – Картины пытаются отвлечь нас.

Драко фыркнул.

- Но тебя это нисколько не обмануло?

- Нет. Я почувствовал магию. Но меня учили сопротивляться такого рода вещам. Приходит с практикой.

- Ооо, ты снова ведешь себя со мной как аврор, - сказал Драко с притворной веселостью. – У меня появились кое-какие идеи. Не хочешь пойти и более тщательно исследовать кровать?

- Не сейчас, - пробормотал Гарри. – Я хочу снять эти чары и посмотреть, что будет.

Драко всего передернуло.

- Может, они не без причины были повернуты к стене. Может, это сделано для того, чтобы никто не трогал их?

- Почему-то ты их хранил, - Гарри разглядывал рамы со всех сторон, отыскивая мерцание, которое показало бы брешь в магической оболочке. Он не был уверен, что стоит прибегнуть к еще одному Фините Инкантатем. Подобная магия не реагировала на такие заклинания.

То, как они вибрировали у него в руках, напомнило ему, что эти заклинания были сродни тем, что окружали Министерство. В аврорской академии он узнал, что все огромное здание оставалось незыблемым и невидимым благодаря огромной сети заклинаний, соединяющих его с землей, на которой оно стояло. Стихийной магией, как ее называли. Чары возводили невыразимцы и вплоть до сегодняшнего дня они же поддерживали их.

Поскольку эти чары были частью защиты Министерства, авроров учили распознавать стихийную магию. Если враг попытается пробить брешь в чарах, Аврорат должен почувствовать это и ликвидировать вмешательство до того как последует полноценная атака.

Эти картины в его руках... Гарри распознал бурлившую в них стихийную магию. Казалось, что она вытягивает энергию из камней, из которых был построен Вороний Утес. Но чары были не такими, как те, что лежали на Министерстве. Они не делали Вороний Утес невидимым.

Нет, эти чары были предназначены для того, чтобы скрывать то, что находилось в рамках. Чтобы снять подобные чары пришлось бы прибегнуть к сильной магии, но поскольку они не были такими древними, как в Министерстве, а охранные чары, защищавшие Вороний Утес, перенастроились и признали его... возможно, Гарри мог заставить эти рамки показать свое истинное содержимое.

Он снова повесил безобразные картины на стену, но на этот раз правильно, и приготовился направить поток магии на участок каменной стены, находившейся позади рам. Нет... лучше применить заклинание ко всему дому, подумал Поттер. Он не знал, насколько древними были чары, лежавшие на утесе.

- Ты уверен, что должен сделать это? – спросил Драко, подходя ближе и касаясь руки, которую Гарри поднял, чтобы начать выполнять заклинание.

- Что бы ни скрывали эти картины, - ответил Поттер, - я считаю, что это стоит открыть.

Рука Малфоя все еще лежала на запястье Гарри, он еще не решался схватиться за палочку.

- А вдруг там то, что лучше оставить нераскрытым?

- Мне казалось, тебе нравится, когда я веду себя, как аврор, – с усмешкой сказал Гарри.

Драко не улыбнулся в ответ.

- Возможно, я совершил во время войны преступления, о которых не знает Министерство и поэтому жил здесь, как отшельник. Я прятался, по каким-то причинам избегая даже эльфов, а ты – глава Отдела по соблюдению магического правопорядка, Гарри. Если ты найдешь свидетельства моих ужасных поступков, то тебе не останется ничего иного, кроме как передать меня в руки правосудия...

- Если бы ты был опасным преступником, то не стал бы хранить доказательства своих деяний, - возразил Гарри, по-прежнему, улыбаясь.

Драко неправильно истолковал его улыбку и с каждой секундой волновался все больше.

- Это не шутка! Мы не знаем, почему я уехал в Россию, а ты достаточно часто намекал, что во время войны..., - он сглотнул, в его глазах плескался затаенный страх. – Ты не можешь себе представить, что это такое – не помнить себя, не знать, какой ты на самом деле. Может быть, я у-у-убил кого-то...

Гарри освободился из хватки Драко, а потом сам взял его за руки.

- Нет. Не говори так, не надо.

- Но, но...

- Нет, - снова сказал Поттер, на этот раз тверже. – Ты не убийца, Драко. И никогда им не был. В тебе этого нет. Поверь мне, я знаю. Было время, когда я думал, что ты можешь убить, но ты преодолел страх и опустил палочку, и весь остаток войны... Боже, Драко. Ты тогда оказался в плачевных обстоятельствах. Ты понял, что стал последователем... безумца и, по-моему, тебе не приходило в голову, что ему можно противостоять. Но ты пытался, понемногу. Например, притворился, что не узнал меня, когда я попал в плен...

Конечно, Драко уничтожил доброе отношение Гарри к себе своим последующим поведением, например тем, что напал на него в Выручай-комнате, а потом напал еще раз, уже после того, как Поттер спас его из огня...

Ха. Гарри до сих пор был невысокого мнения о Драко из-за этих поступков, но они не возмущали его так, как когда-то. Наверно он... простил Малфоя.

- И все же я мог сделать что-то ужасное и спрятать доказательства под этими картинами, - прошептал Драко, в его голосе слышалась мука. Он больше не смотрел на Гарри, его глаза были опущены. – Не расколдовывай их, пожалуйста. Что если я не стою того, чтобы принадлежать такому человеку, как ты... мне лучше не знать этого.

Его голос сорвался, и внутри Гарри тоже что-то оборвалось. Что-то, о наличии чего он не знал.

- Там не будет ничего ужасного, - сказал он, внезапно поверив в это. Поттер не знал, что на самом деле происходило с Драко после того, как началась война, но этот человек, который утратил свои предубеждения против магглорожденных, который принял сторону Гарри и пошел против отца... все это не могло быть заслугой заклинания. Нет, Драко изменился за время войны, Гарри просто знал это. И он должен был найти доказательства, которые помогли бы ему понять, как это все случилось.

И самое главное – Драко тоже должен был понять это. Нельзя было позволить ему продолжать сомневаться в себе, думать, что его место в Азкабане.

Нет, конечно же нет. Драко принимал в своей жизни неверные решения, но он за них уже наказан. Эти шесть месяцев домашнего ареста, которые когда-то так возмутили Гарри... теперь он был благодарен, что Драко не находился в тюрьме, когда Рес меа эс ожило. Там никто бы не понял, что с ним происходит и что нужно делать.

Драко умер бы, точно так же, как чуть не умер вчера.

И даже за самые худшие его преступления (применение Империус к Розмерте, отправка отравленной медовухи в школу, полную детей) он не заслужил смерти, если, конечно, объяснения, что он был слишком юн, чтобы отдавать отчет в своих поступках, что его вынудил Волдеморт и он боялся за жизни своих родителей, не вполне извиняют его.

Но в чем Поттер был абсолютно уверен, так это в том, что за годы прошедшие со времени домашнего ареста, Драко не сделал ничего, за что его надо было бы прощать.

- Пожалуйста, хозяин Гарри...

- Все будет хорошо, - пообещал тот.

- Но...

- Драко, все будет хорошо, - Гарри повысил голос и усилил хватку на запястье Малфоя. – Я клянусь.

- Но...

- Верь мне, - убеждал Поттер.

Он слишком поздно понял, что это прозвучало как приказ. Взгляд Драко стал испуганным, его лицо исказилось, но потом он резко расслабился и кивнул. Гарри чувствовал себя ужасно. Последнее, что он хотел – приказывать Драко, что думать и чувствовать. Он хотел, чтобы Малфой доверял ему потому, что считал стоящим доверия.

Но насколько это было реально в их случае? Хоть Драко и не помнил этого, но прошлое стояло между ними, подсказывало Малфою, что он слишком долго был заклятым врагом Гарри, что они всегда стояли по разные стороны баррикад. Но сейчас Драко доверял ему, потому что был вынужден делать это и только потому, что Гарри, приказал. От этой мысли Гарри становилось не по себе.

Как ни странно, все это пробуждало желание помочь Драко понять, что доверять ему безопасно, что это не должно быть бременем или усилием... потому что Гарри хотел для него только хорошего, вне зависимости от того, что обнаружится под этими картинами.

- Послушай меня, - сказал Поттер тихо и спокойно, но решительно. – Тебе нечего бояться, потому что я уверен – эти картины не скрывают ничего криминального. Ты теперь другой, Драко. В любом случае, прошло несколько лет. И...

- Но...

- Послушай, Драко, я хочу, чтобы ты понял – со мной ты в безопасности. Даже если под этими картинами окажется что-то дискредитирующее тебя (что вряд ли), я не использую это против тебя. Понимаешь?

Малфой остолбенел.

- Ты аврор. Глава Аврората. И ты говоришь, что нарушишь присягу? Ну, я не знаю, как там у вас было, но думаю, что какую-то клятву ты давал, когда закончили академию. И ты проигнорируешь ее? Ради меня?

Гарри нахмурился и подумал, что с этой точки зрения он выглядит нерадивым аврором. Но, в то же время, узнав, что Драко совершил какое-то преступление, он мог скрыть это. Драко нуждается в нем, нуждается в том, чтобы быть рядом с Гарри, служить ему, а без этого он будет очень несчастен. И что самое худшее, он может умереть, как когда-то говорили Нарцисса и Люциус.

И тогда ничего не поможет, так ведь? Если Драко сделал что-то ужасное, во что Гарри не верил, то ему можно было помочь, не сдавая в руки правосудия. Точно так же он помог бы Рону в подобных обстоятельствах.

Хотя, конечно, он не испытывал к Рону тех же чувств, что к Драко. Рона он любил, как друга, а Драко... Ну, Гарри думал, что просто любил его. Что бы тот ни сделал.

- Все будет хорошо, - снова сказал Поттер, на этот раз тихо. – Я обещаю.

Драко все еще был испуган до смерти. Хватая ртом воздух, он освободил руки, расстегнул манжету и одним движением задрал рукава мантии и рубашки, выставляя на обозрение поблекший след Темной метки.

- Я... я знаю, что мог совершить что-то ужасное, Гарри.

- Это было давно.

Драко прикусил нижнюю губу, жест был так несвойственен ему, что это задело Гарри до глубины души.

- Почему ты так уверен?

- Потому что... - Гарри не хотел говорить Драко, что любит его. Он не мог признаться в своих чувствах, ведь учитывая то, как Драко сейчас все воспринимал, тот мог решить, что должен отвечать взаимностью, независимо от того, что испытывал на самом деле. – Потому что ты стал совсем другим человеком, с тех пор как я заявил на тебя права.

- Возможно, это из-за заклинания...

Гарри привлек его в объятия и поцеловал нежным целомудренным поцелуем, чтобы успокоить.

- Если тебе нравятся мужчины, то это не из-за заклинания, помнишь? И в любом случае, если ты сделал то, чего не должен был, я помогу тебе. Ты мой. Никто не может разлучить нас.

Драко опустил голову и прислонился лбом к груди Поттера. Чуть помедлив, он кивнул.

- Вот и славно, - одобрительно сказал Гарри, целуя его в макушку. – Ну, тогда давай посмотрим, что тебе понадобилось скрывать от гостей. Я уверен, что там нет ничего страшного.

Он подождал, пока Драко отойдет в сторону, а потом снова поднял палочку и бросил одно из заклинаний высшего уровня, которые изучали авроры. Маскирующие чары были очень сильными, они были связаны со скалой, на которой стоял дом, но Гарри знал заклинание, способное разорвать эту связь.

Светло-зеленая вспышка вырвалась из палочки и ударила в каменную стену в нескольких ярдах от того места, где висели картины.

Заклинание прошло сквозь камень, пронзило стену, потом другую и постепенно проникло во все комнаты Вороньего утеса.

Рамки сверкнули, а потом сдались. Безобразные вышитые картины начали блекнуть, открывая пергамент с аккуратными изящными строчками, написанными черными чернилами.

Драко прирос к месту, его глаза были зажмурены, как будто он боялся самого худшего.
Гарри улыбнулся, пытаясь подбодрить Драко, хотя тот не мог этого видеть, и шагнул вперед, чтобы прочитать текст.

- Они одинаковые, - наконец сказал Поттер. – Почти. Сертификаты особого образца, врученные Драко Малфою за выдающиеся результаты по ТРИТОНам.

Он внимательно изучал их, читая строки.

- По-видимому, ты получил высшие баллы по теории музыки и астрономии.

- Я... правда? – Драко подошел ближе, его руки дрожали от облегчения. – Это благодарности?

- Да. Так что не о чем беспокоиться. Я слышал, что ты разбираешься в музыке. Вот почему я хотел, чтобы ты сыграл на пианино. Но здесь говорится... - Гарри помолчал с минуту и, чтобы удостовериться, что он все понял правильно, дочитал написанное до конца. – Да, ты не практиковался в музыке, а сдавал только письменный тест, но они считают, что с таким прекрасным знанием теории, ты мог бы научиться играть, если бы захотел.

Драко раздувал ноздри.

- Что толку в одной теории? Это нелепо. Не могу представить, о чем я думал. А астрономия? Какой в ней прок?

Гарри решил, что теперь можно сказать ему остальное.

- Я не знаю, но ты сдал ТРИТОНы еще по шести предметам. Твои оценки должно быть высокие, но не отличные.

- Восемь, - медленно повторил Драко. – Ну, это объясняет, почему те книги, которые ты дал мне, показались такими... простыми. Но почему я так прятал свои сертификаты?

Гарри собрался с духом.

- Гм... ну...

- Что?

- Я не собирался утаивать это от тебя, - быстро сказал Поттер. – Это всего лишь предположение Гермионы, и я не знал, насколько она права. Я не хотел забивать тебе голову на тот случай, если ты сможешь все вспомнить сам.

- Полагаю, этот момент настал, - протянул Драко. Он выглядел более уверенно, чем до этого. Гарри ненавидел тот раболепный страх, который видел в нем раньше. – Возможно, ты скажешь, наконец?

- Ну, Гермиона считает, что ты мог быть невыразимцем. Она знает, что ты сдал восемь экзаменов, но в Министерстве нет записей об этом. Все, кто работает в Отделе тайн, часто стараются держаться в тени, скрывая свою настоящую квалификацию, чтобы никто не мог докопаться, чем они занимаются. – Он перевел дух. – Может, тебе надо было быть уверенным, что никто из гостей, например, твои родители, не увидит, в чем ты лучше остальных.

- А почему я повернул их изображением к стене?

- Понятия не имею, - пробормотал Гарри. – Ты относишься к тому типу людей, которые предпочитают гордиться своим достижениями, а не скрывать их... гм, больше, чем требуется.

Драко начал расхаживать взад-вперед, его мантия развевалась, и это напомнило Гарри стремительную походку Снейпа.

- Ты делал обо мне запрос в Отдел тайн? Полагаю, они поинтересовались, почему я несколько недель не появляюсь на работе?

- Я выяснил все, что мог. Их не зря зовут невыразимцами. Вообще-то, я получил выговор.

- О, замечательно. Значит, я, скорее всего, уволен, а у тебя неприятности на службе.

- Нет у меня никаких неприятностей!

Драко улыбнулся.

- Хорошо. Меня не волнует то, что меня уволили, потому что я больше не хочу заниматься тайнами. Я хочу посвятить себя тебе.

Гарри знал, что говорить эти слова его заставляло заклинание. Ему хотелось, чтобы это было не так, но он должен быть справедлив к Драко. Нельзя было скрывать от него информацию. Это было бы неправильно. Гарри прочистил горло и сказал:

- Во всяком случае, я не думаю, что тебя уволили. Мне кажется, поездка в Россию было командировкой. Я уверен, что ты либо сам ушел в отставку, либо получил разрешение на временное отсутствие. А поскольку все это было совсем недавно, ты можешь вернуться на работу, конечно, в том случае, если мы разберемся со всем этим. Если мы сможем сломать Рес меа эс и освободить тебя...

- Я не хочу быть свободным.

- Сейчас ты, конечно, этого не хочешь, но... - Гарри не знал есть ли какой-то способ покончить с заклинанием порабощения, но очевидно, что его предкам это удалось. Теперь Гарри знал, что любит Драко, но это не извиняло содержание его в неволе, тем более, если был способ изменить ситуацию. Однако сейчас было еще рано говорить об этом.

Поттер взмахнул рукой и продолжил:

- Порой ты говоришь о том, как тебе нравится моя работа или должность, но это я потрясен, Драко. Получить работу в Отделе тайн очень трудно. Впрочем, ты сдал восемь ТРИТОНов...

- Ты и правда думаешь, что я там работал?

Гарри улыбнулся, наслаждаясь гордостью, появившейся на лице Драко, потому что, в отличие от былых времен, это была гордость за то, чего он добился сам, а не получил по праву рождения.

- Да, я в этом уверен. Эти заклинания на картинах напомнили мне те, которые используются в Министерстве, и еще они напомнили о том, что Гермиона говорила об исчезновении результатов твоих ТРИТОНов.

Малфой провел ладонью по руке Гарри, поглаживая ее довольно откровенно. Но это было хорошо. Теперь, когда Гарри знал о себе больше, Драко мог позволить себе любые вольности.

- Тогда, может, пойдем в спальню? Я испытываю жажду, и глоток амброзии – как раз то, что нужно.

Гарри решил, что проще всего не сопротивляться тому, чего они оба хотят. Смеясь, он пошел вслед за Драко в самую большую спальню в Вороньем Утесе. Но едва переступив порог, он остановился как вкопанный.

- Этого здесь раньше не было, - глухо сказал он, глядя на большой деревянный сундук, который сейчас стоял на полу рядом с двуспальной кроватью.

- Нет, не было. – Драко опустился перед сундуком на колени и провел рукой по темной изогнутой крышке. – Я... не понимаю, Гарри. Почему-то он кажется мне знакомым.

- Думаю, он твой, и ты прятал его, но открывающее заклинание, которое я применил, сняло чары. Эээ... как ты думаешь, что находится внутри?

- Не знаю, но на этот раз я не боюсь, - Драко обернулся к Поттеру и улыбнулся. – Я доверяю тебе.

Гарри подошел к нему и поцеловал.

Потом они вместе подняли крышку и заглянули внутрь.

Глава 34.

Бета Mellu

- Вот это да, - сказал Драко; когда он повернулся к Гарри, его лицо озаряла яркая улыбка. – Ну и как быть с твоими неубедительными умозаключениями, что я не пассив по своей природе?

Гарри издал неопределенный звук и снова уставился в сундук. Ему казалось, что кто-то опустошил его и заполнил эту пустоту шоком. Черт возьми, для чего были все эти вещи? Он опознал только некоторые из них. Блестящие металлические наручники и кожаные браслеты. Плетеные веревки, которые звенели от магии. Деревянная розга. Тонкий, свернутый кольцом, хлыст. И дилдо. Несколько штук. Причем к некоторым из них крепились ремешки...
Не говоря уж о целом арсенале других вещей, названий которых Гарри не знал.

- Боже, кажется, я был любопытным парнем, - с энтузиазмом сказал Драко, начиная рыться в сундуке. – Ооо, сбруя. По-моему, вот это и есть четко определенные возможности.

Гарри услышал слово, но не понял. Ну, в самом деле, зачем могла понадобиться сбруя?

- Что? - переспросил он.

Ухмыляясь, Драко поднял предмет, расправляя ремешки и пряжки так, чтобы Гарри мог понять, как это надевается на тело.

- Гмм. Может, лучше продемонстрировать на себе?

Хотя Гарри и не до конца понял назначение сбруи, но рот его моментально пересох.

- Но для чего эти длинные... эээ, ремешки? – он показал на четыре длинные кожаные ленточки, каждая длиной в несколько футов. «Две из них крепились по бокам сбруи на уровне... сосков», - подумал Гарри, «Еще две прикреплены у талии».

- Ты имеешь в виду поводья? – улыбка Драко стала самодовольной, потому что он знал, что шокирует Гарри, и наслаждался зрелищем.

Поттер не удержался и переспросил:

- Поводья?

Улыбка Драко в этот момент была откровенно порочной.

- Я думаю, что проще всего было бы продемонстрировать.

Когда Драко начал снимать верхнюю мантию, Гарри запаниковал. Он хотел увидеть Малфоя в сбруе, но не сейчас, это был перебор. Слишком скоро. И совершенно ему незнакомо. Гарри нравилось шлепать Драко, но это не значило, что он готов перейти прямо сейчас к более активным играм, к каким Малфой, судя по всему, привык.

- Нет, нет! Не надо демонстрировать. Эээ... просто расскажи.

Драко поджал губы, но, как обычно, послушался.

- Разумеется, это для того, чтобы ты мог меня контролировать во время секса. – Его глаза блестели. – Хозяин Гарри, представь: я стою на четвереньках, ты сзади, вколачиваешься в меня. Ты хотел бы этого?

- Очень сильно, - пробормотал Гарри, отворачиваясь. – Понимаешь, я... я никогда ничего такого не делал.

- Да, я знаю, - сказал Малфой любящим терпеливым тоном. Он положил сбрую назад в сундук и, подойдя к Гарри, приподнял пальцем его подбородок, чтобы тот смотрел на него. – Ты мой милый, робкий, девственный хозяин и...

- Хватит уже.

Драко замер в неестественной позе и опустил руки, будто они были очень тяжелыми.

- Ты серьезно?

Гарри раздраженно выдохнул.

- Нет, конечно. Послушай, просто выражение такое, понятно? Если я говорю тебе «хватит», то это не буквально. Просто... просто я сейчас чувствую себя не в своей тарелке, Драко. Я и правда не понимаю, что делаю, и боюсь поранить тебя, когда мы впервые займемся любовью, и...

Драко мягко толкнул Гарри на кровать и сел рядом с ним.

- Ладно, две новости. Для начала. Во-первых, мы уже занимались любовью, жалкий идиот...

- Ты знаешь, что я имел в виду.

- Да, ты говоришь про анальный секс и по каким-то причинам боишься называть вещи своими именами.

Гарри поморщился.

- Это звучит так... сухо.

- Кажется, тебя нужно просветить на этот счет, - протянул Драко. – Это не сухо, а сказочно. И если я в это верю, даже не помня, что когда-то занимался этим, то так оно и есть. А теперь, во-вторых. Меня немного шокирует то, что я говорю подобные вещи вслух да еще сейчас, но тебе, кажется, нужно это услышать... Гарри, если ты сделаешь мне больно, я просто получу больше наслаждения от того, чем мы занимаемся. Думаю, ты это и сам знаешь.

Гарри стиснул зубы.

- Это не поможет, Драко. Разве ты не понял? Я не хочу причинять тебе боль, если только не вынужден сделать это специально!

- Ну, по крайней мере, у тебя хотя бы иногда появляется такая необходимость.

- Ты можешь говорить серьезно?

- Да, - сказал Драко, из его голоса полностью исчез юмор. – Я хочу тебя, Гарри. Я хочу тебя всеми возможными способами, но если тебе требуется какое-то время, чтобы достичь высокого уровня и оттрахать меня безукоризненно, то меня твоя опытность совершенно не заботит. Я буду наслаждаться каждой секундой. И знаешь что? Думаю, твоя настоящая проблема в том, что тебя смущает то, что я более опытен... во многих отношениях, чем ты, и...

- О, ради Бога. Называй это анальным сексом, если хочешь!

- Или занятием любовью. Хороший термин, - спокойно сказал Драко. – Но вернемся к отправной точке. Ты не в своей тарелке, и тебе это не нравится, так? Могу поспорить, что вы с твоей подружкой были девственниками и всему учились вместе. Тогда что ты собираешься делать, Гарри? Идти на улицу и трахать случайных знакомых до тех пор, пока не начнешь чувствовать себя более уверенно со мной?

Гарри чуть не ударил его за эти грубые слова. Он сдержался, но потом задался вопросом: может, так и надо было сделать, учитывая обстоятельства? Драко, наверно, это понравилось бы... но нет, Гарри не хотел делать ему больно только для того, чтобы дать выход своей злости.

- Перестань нести всякую непотребщину. Я говорил тебе, что не хочу никого другого!

- Хорошо, потому что мне больно от этой мысли. Но тебе в любом случае придется смириться, что ты неопытен в этом вопросе, чему я чертовски рад!

Гарри задохнулся, к нему пришло запоздалое прозрение. Он внезапно понял, что в пятницу вечером сделал что-то ужасное. Поттер мог простить себя за случившееся, потому что для него ситуация была совершенно новой, и он учился в процессе. Но Гарри считал, что должен быть честен с Драко и что бы тогда ни произошло, это не могло повториться.

- Я был зол, когда наказывал тебя после происшествия с пианино. То есть, я был зол не на тебя, а взъярился из-за того, что заклинание так жестоко к тебе и всю свою ярость на него направил на то, чтобы выпороть тебя сильнее. И... о, боже. Мне понравилось наказывать тебя, Драко, но я не хочу, чтобы отношения между нами были такими.

Малфой наморщил лоб.

- Ты не хочешь наказывать меня или ты не хочешь, чтобы тебе нравилось это? Ты... мне очень этого будет не хватать, но ты хозяин...

- Я очень хочу наказывать тебя и я очень хочу наслаждаться этим, - быстро проговорил Гарри. – Но я не хочу снова бить тебя в гневе. Это... заводит слишком далеко.

Драко наклонил голову набок.

- Но если Рес меа эс начнет жестоко наказывать меня, как ты сможешь удержаться от того, чтобы не разозлиться на заклинание? В запале ты вряд ли сможешь перебирать варианты и если тебе придется ударить меня для того чтобы унять жжение в моей груди, ты будешь вынужден ударить со злостью.

Гарри вздохнул.

- Ну, если дело дойдет до боли в груди, то нам придется прибегнуть к порке. Но я хочу сказать, что если мы будем играть в игры с причинением боли, то они должны быть именно играми. Минуту назад я чуть не ударил тебя только потому, что был раздражен и не смей говорить, что ты бы получил удовольствие. Я не получил бы удовольствия от этого. Нисколько.

Драко помолчал немного. Потом он опустил взгляд на свои руки и прошептал:

- Ты не хочешь быть моим хозяином, да? Не по-настоящему?

- Хочу, - сказал Гарри, накрывая рукой ладонь Малфоя. – Просто я хочу быть хорошим хозяином, Драко.

- О! - Драко надолго замолчал, а потом сказал: - Тогда, кажется, я знаю, что ты имеешь в виду. Ты должен поступать так, как, по-твоему, будет лучше для меня. Это твое право и твоя роль, а мое удовольствие заключается в том, чтобы всегда подчиняться твоим желаниям.

- Но ты не согласен с этим?

Драко покосился на него.

- Я не могу возражать.

- Не будь смешным. Ты можешь, потому что заклинание установилось, к тому же ты в последнее время постоянно возражаешь мне. И мне это нравится.

- По-моему, ты очень странный.

Гарри понял, что он точно влюблен, потому что ему это тоже понравилось. Только влюбленный человек мог посчитать обзывание таким... подкупающим.

- А твое мнение? – напомнил он. – Ты можешь его иметь. Я хочу, чтобы ты думал своей головой и делился своими мыслями.

- Думаю, что я бы предпочел, чтобы ты не зацикливался на заботливом отношении, - медленно сказал Драко. – Если ты злишься, то я хочу, чтобы ты выплескивал свою злость на меня, в физической форме.

- Но ты возбудишься от этого, тогда наказание станет наградой, и ты научишься злить меня, чтобы получить ее.

Вот так, подумал Гарри. Это лучший способ внести ясность. Способ, который, возможно, будет понятен Драко.

- Гм, наверно, это так. Я не хочу учиться быть непокорным, - Драко содрогнулся. – Эта перспектива просто... омерзительна, хозяин Гарри. Я хочу хорошо служить тебе, чтобы ты был всегда мной доволен. Но кроме того... - он бросил на Поттера робкий взгляд, - я хочу быть хорошо наказанным.

- Мы можем играть сколько угодно, чтобы убедиться, что я удовлетворил эту потребность, - уверил его Поттер.

- Это действительно потребность.

- Моя тоже, - признался Гарри. – Я действительно рад, что мы нашли сундук. Я до сих пор думал, что твои наклонности обусловлены заклинанием, но это явно не так.

Драко обрадовался и подпрыгнул на матрасе.

- Итак, чем мы воспользуемся? Здесь большой выбор. Сбрую?

Брюки стали тесны Гарри. Трусы тоже, но у него на уме было еще кое-что.

- Я хочу твою задницу и поверь, я хочу увидеть тебя в сбруе, но... не в первый раз. И я еще много чего хочу.

- Да, мой хозяин Гарри, - сказал Драко. – Конечно, мы можем делать все это в каком тебе угодно порядке.

- Вот как? – сказал Поттер и, повалив Драко на спину, сел на него верхом, впервые чувствуя себя порочным и более свободным, чем когда бы то ни было. Он знал, что мог делать с Драко все, что угодно, абсолютно все и тот будет очень рад. Гарри раньше, занимаясь любовью, никогда не чувствовал себя так и никогда не думал, что это могло быть настолько порочно... так восхитительно распутно.

- Как хорошо знать, что ты разрешаешь мне делать все, что я пожелаю, мой раб Драко.

Малфой застонал и толкнулся бедрами вверх.

- Ммм, да, да, все, что ты пожелаешь. Ооо, назови меня еще раз своим рабом...

- Нет, - сказал Гарри, наслаждаясь властью слова. Как хорошо было главенствовать.

- Но я клянусь, что могу кончить от одного лишь слова, если ты позволишь...

Гарри резко схватил Драко за запястья и прижал их к матрасу над его головой, удерживая железной хваткой.

- Шутки кончились, Малфой. Перед тобой аврор. Понятно?

Драко поерзал бедрами, попробовал согнуть руки, но недостаточно сильно, чтобы вырваться. Он захлопал глазами и, облизав губы, посмотрел на Гарри.

- Нет, не понимаю. Я сделал что-то плохое? Я арестован, аврор Поттер?

Гарри взял в свободную руку палочку и помахал ей взад-вперед перед зачарованно смотревшим на нее Драко.

- Боюсь, что это гораздо хуже, чем арест, - вкрадчиво сказал он. – Ты располагаешь нужной мне информацией, и я ее выбью из тебя. И я знаю таких, как ты, Малфой. Вы понимаете только сексуальное принуждение, и ты в этом очень нуждаешься, так ведь? Ты не сможешь сопротивляться сильному, привлекательному аврору. Прости, что придется действовать таким способом, но я не могу позволить тебе кончить до тех пор, пока ты не расколешься.

Гарри наклонился ближе и прорычал прямо в губы Драко:

- Где заложники?

- На Диагон Аллее! – яростно прошептал тот, взбрыкивая бедрами. – Я оставил их связанными в заваленном проходе во «Флориш и Блоттс»! Ооо, позволь мне кончить...

- Перебьешься, - протянул Гарри, отодвигаясь назад, но продолжая прижимать руки Малфоя к постели.

На лице Драко появилось полное замешательство, казалось, что он вдруг перестал понимать, во что они играют.

- Но... но я сказал тебе.

- Правда? – хохотнул Гарри. – Как-то ты очень легко сдался, Малфой. Слишком легко. За кого ты меня принимаешь, дилетант? К твоему сведению, я – начальник отдела. Я знаю свое дело. Я вряд ли позволю тебе кричать от удовольствия и заливать постель спермой, пока ты не скажешь мне чистую правду. Хочешь отправить меня без толку гоняться по Лондону? Ладно, сейчас ты поймешь, что не на такого напал.

С этими словами Гарри спрятал палочку, замахнулся и отвесил Драко пощечину.
О, боже, это было чудесное ощущение. Член Поттера дернулся, как будто не знал, что простая пощечина может быть такой возбуждающей. Ну, конечно, не знал. Раньше, каждый раз, когда Гарри бил Драко, его вынуждали это делать обстоятельства. Как правило, он наслаждался этим, но не так, как сейчас.

Сейчас, когда он бил Драко ради чистого удовольствия наблюдать, как отпечаток его ладони пламенеет на лице пленника, все воспринималось по-другому.

Особенно когда Гарри знал, без тени сомнения, что Малфой хочет играть в эту игру так же сильно как и он сам. В конце концов, это было не результатом действия заклинания. Драко по природе своей был подчиняющимся, а Гарри выяснил, что предпочитает доминировать... Черт, они были идеальной парой.

Драко прерывисто вздохнул, его глаза были широко распахнуты.

- Но... но они действительно в книжном магазине, аврор Поттер...

- Я не верю тебе, - повторил Гарри и снова ударил его по тому же месту.

Глаза Драко остекленели, и он посмотрел на Гарри со странным выражением. У того замерло сердце. Кажется, в этом взгляде была любовь.

Ну, любовь, смешанная с изрядной долей осторожности и за всем этим – новая степень уважения.

Возможно, это просто осторожность и уважение, - сказал себе Поттер. Он не рассчитывал на то, что Драко полюбит его только потому, что ему это действительно понравилось бы.

- Ну? – усмехнулся он. – Ты снова будешь говорить мне, что они на Диагон Аллее?

- Я... ты не веришь мне, - произнес Драко так, будто только что понял это.

- Дошло, наконец, Малфой, - саркастически сказал Гарри. – Я уже говорил, что знаю таких, как ты. Еще пара пощечин и ты расколешься.

Он внезапно освободил руки Драко и, встав во весь рост, снова взмахнул палочкой.

- Раздевайся. И побыстрее. Слышал?!

Драко скатился с кровати и начал стаскивать с себя одежду, пока не остался голым.
У Гарри моментально пересох рот, ему с трудом удавалось оставаться в образе. Аврорам не полагалось хрипеть. Впрочем, им и не полагалось так обращаться с заключенными. Поттер ухмыльнулся и решил доиграть до конца.

- Хорошенький малыш, ммм? – низким голосом сказал он, оглядывая Драко с головы до ног, прежде чем пристально уставиться на его член. – Конечно, кое-что у тебя вовсе не маленькое, да? Он у тебя именно такой, как мне нравится, Малфой. Длинный, толстый, безупречно розовый и в полной боевой готовности. Это капелька смазки выступила на головке? – Гарри поцокал языком. – Снова пытаешься одурачить меня? Думаешь, что сможешь кончить без моего разрешения? Не заставляй меня выбивать из тебя дурь, Малфой. У меня есть более действенные способы, чтобы заставить тебя говорить.

Драко скривил губы, и вызывающе посмотрел на него.

- Ты никогда не заставишь меня говорить, Поттер. Никогда.

О, вот так было лучше. Гарри надеялся, что ему не придется сдерживать искушение закричать. Небольшое сопротивление, Драко давал понять, что он хочет, чтобы игра длилась достаточно долго... Гарри это нравилось.

- Кажется, ты говорил, что они на Диагон Аллее? – спокойно произнес он. – Ты лгал? Признайся.

- Черт тебя дери, - выругался Драко. – Ты за это заплатишь. Я скажу твоему начальнику, что ты заставил меня раздеться...

- Я главный аврор. Кому поверит министр: мне или тебе? К тому же, я не заставлял тебя, а просто сказал. И я бы сказал, что ты страстно желал этого.

- Ты размахивал палочкой...

- Да, и я сделаю это еще раз, - сказал Гарри, повторяя взмах. – Тащи сюда сундук и достань оттуда зачарованные веревки. Те самые, которые может развязать только тот, кто завязывал их. Могу поспорить, что у тебя они есть, так ведь? Это то, что тебе нравится.

Драко опустился перед сундуком на колени и начал в нем рыться.

- Что... что ты собираешься делать?

- Конечно, связать тебя. Заставить тебя говорить. Заставить умолять меня поверить тебе на этот раз.

- К-к-как?

Гарри повертел свою палочку, как театральный негодяй из плохой пьесы, но от этого жеста Драко покраснел, его глаза лихорадочно заблестели от нараставшего желания.

- О, думаю, я знаю, как, и ты тоже это узнаешь, - сказал он, усмехаясь. – Но скажу тебе одну вещь, Драко Малфой.

Тот затаил дыхание.

- Какую?

- Если ты расколешься слишком быстро, я подумаю, что ты лжешь и разозлюсь. А ты ведь не хочешь увидеть меня в гневе, Малфой. Действительно не хочешь.

Драко встал, его член казался еще более возбужденным, чем раньше, хотя это было вряд ли возможно. Он держал в руках зачарованные веревки, которые требовал Гарри.

- Почему? Что ты сделаешь, когда разозлишься?

Гарри улыбнулся, ему казалось, будто тонкий край бритвы блеснул меж его зубов. Драко увидел выражение его лица и едва не задрожал от страха. Поттеру это понравилось.
Он взял веревки и одним сильным рывком бросил Драко на кровать, на спину, потом начал привязывать его запястья к изголовью, широко разведя их в стороны. Только когда руки Малфоя были надежно закреплены, Гарри ответил на вопрос.

- Если ты разозлишь меня, Малфой, то не кончишь совсем, - сказал он, а потом наклонился и больно, грубо поцеловал Драко.

Глава 35.

Бета Mellu

Гарри никогда не задумывался о том, насколько опьяняла власть, но понял это теперь, когда рядом оказался полностью зависящий от него Драко.

Тот был прекрасен, когда извивался в своих узах, выставляя на обозрение бледное тело, его член смотрел вверх, на каменный потолок.

Как деликатес, подумал Гарри. Восхитительный деликатес, предназначенный для него, и Гарри мог делать с ним все, что ему захочется. Крепкие веревки могли удерживать Драко для его удовольствия столько, сколько он пожелает.

Гарри почти улыбнулся, как маг своей первой палочке, но это уничтожило бы фантазию, в которой он был грубым бесчувственным аврором, допрашивающим заключенного. Это была любимая фантазия Драко, и Поттер не хотел ее испортить.

- А у тебя тут мило, - протянул он, очень медленно стаскивая с плеч мантию. Драко пристально смотрел на него, сощурив глаза. – Правда мило, Малфой. Дом находится в глуши, где нас никто не побеспокоит. Идеально для допроса. Никто не услышит криков.

- Можно подумать ты заставишь меня кричать, Поттер. – Немного изогнувшись, Драко сумел приподняться и сейчас полусидел, хотя его запястья по-прежнему были крепко привязаны к изголовью кровати.

- О, не сомневайся, - сказал Гарри, хватая Драко за лодыжки и дергая его так, что тот снова упал на спину. – Кажется, надо привязать и их тоже, да? Как ты считаешь... вместе или поврозь?

Драко хмуро посмотрел на него.

- Я знаю таких, как ты, аврор. Если я скажу «вместе», ты привяжешь поврозь.

- В том случае, если бы ты сказал «вместе», то я бы решил, что ты предвкушаешь именно это, потому что тебе хочется, чтобы я привязал их поврозь, - спокойно сказал Гарри. – Ведь так, да? Тебе хочется, чтобы твои ноги были широко раздвинуты. Тогда ты мог бы немного приподняться и я, увидев эту симпатичную тугую задницу, который ты так гордишься, забыл бы для чего мы здесь и позволил бы тебе насадиться на мой член? К черту, Малфой. Такая шлюха, как ты, кончит моментально, а ты здесь, чтобы терпеть, не так ли?

У Драко сбилось дыхание при упоминании о его заднице и о том, что Гарри мог сделать, но к тому времени, когда тот перестал говорить, на его лице появилась вызывающая усмешка. Удивительно, как это выражение шло ему.

- Мне казалось, что я здесь для разговора. Забываешься, да?

- О, ты у меня заговоришь, - сказал Гарри, зловеще улыбаясь. – Да так, что не сможешь остановиться. Если хочешь избавить себя от неприятностей, то скажи мне, где заложники, а?

- Я... они... - Драко плотно сомкнул губы.

- Значит, у тебя есть не только член, но и мозги, - протянул Гарри. – Пока что я тебе не особенно верю. Ты ведь не хочешь, чтобы я разозлился? – Повернувшись к сундуку, он взмахнул палочкой. – Акцио, зачарованная веревка!

- Еще веревки? – спросил Драко. – Что, боишься не справиться со мной? Разве ты не мужчина, Поттер?

- Для тебя я мужчина в более чем достаточной степени, Малфой, - Гарри быстро связал лодыжки Драко вместе, а потом привязал их к изножью кровати. Кровать и впрямь была просто создана для игр со связыванием, здесь было множество штучек, к которым можно было прикрепить веревки и цепи.

Впрочем, ничего удивительного, ведь это была кровать Драко.

- Вот так, - сказал Гарри и чуть отошел назад, чтобы раздеться. Он медленно расстегивал рубашку, чтобы помучить Малфоя. – Теперь ты не сможешь помешать мне.

Драко изогнулся, проверил веревки на крепость. Он выглядел довольным и удовлетворенным, когда не смог освободиться, но не преминул вставить свою реплику в это шоу.

- Ну да? И чего же ты хочешь?

- Информацию. Где заложники?

- Пошел на х**, Поттер.

- А может, лучше на х** пойти тебе? Прости, за избитую фразу.

Гарри отбросил рубашку и взялся за ремень, вытягивая его плавным движением, при виде которого рот Драко наполнился слюной.

- Хочешь, да? Очень жаль, Малфой. Я отшлепаю тебя, позже, но только после того, как буду удовлетворен.

Драко снова изогнулся, его член качнулся вверх-вниз.

- Доволен тем, что получил от меня точную информацию?

- Нет, удовлетворен, Малфой.

Отшвырнув ремень, Гарри снял брюки и трусы. Когда его член оказался на свободе, он провел по нему несколько раз ладонью. Конечно, ему не нужна была помощь, чтобы возбудиться. Как у него мог не встать, когда Малфой лежал перед ним голый и связанный?
Но Поттер хотел, чтобы Драко видел, как он делает это. Он хотел видеть, как эти серые глаза вспыхнут от желания, и их взгляд будет чуть ли не обжигать его.

Именно так они сейчас и горели.

- Короче, Малфой, - сказал Гарри, подходя к кровати и ложась на распростертое тело Драко. От желания его голос звучал низко. – Ты удовлетворишь меня. Абсолютно, а потом... ну, потом посмотрим, готов ли ты к разговору.

С этими словами Поттер оперся на локти по обе стороны торса Драко и потерся членом об его член. Движение было нарочито грубым.

- Ахх, - Драко мотнул головой из стороны в сторону, напрягая при этом сухожилия и открывая шею.

Жест подчинения, если Гарри правильно понимал. Не переставая толкаться бедрами в лихорадочном темпе, он опустился, чтобы полностью лежать на партнере: кожа к коже от сосков до пальцев ног, потом наклонил голову и прикусил это сухожилие.

- Мне нужно... нужно...

Гарри сильнее прикусил шею Малфоя, настолько грубо, чтобы остался синяк, и тихо засмеялся ему на ухо.

- Да, тебе нужно. В этом-то и весь смысл. Где заложники?

Драко извивался в своих путах, он было открыл рот, чтобы выдать тайну, но потом снова плотно сомкнул губы.

- Ооо, очень хорошо, - сказал Гарри, немного злобно. – Как я понимаю, ты хочешь кончить. Что ж, подожди, может, я поверю тебе. А лучше привыкай к этому, Малфой, - быть возбужденным и ждать. Ты здесь вовсе не для того, чтобы кончить. Ты здесь для моего удовольствия.

С этими словами Гарри начал тереться сильнее, намереваясь получить удовольствие, а не разделить его. Не то, чтобы он не хотел делиться, просто знал, что Драко нравилась каждая секунда этой фантазии.

Да, Малфою нравилось это, но он буквально не мог кончить до тех пор, пока Гарри ему не разрешит и это придавало фантазии сильное сходство с реальностью. Драко не был ни заключенным, ни пленником, но он на самом деле был рабом Гарри, и это знание давало почти такое же наслаждение, как секс.

И оно напоминало Поттеру, что какими бы горячими ни были фантазии, он не должен чересчур увлекаться ими. Ему приходилось считаться с потребностями Драко так же, как со своими.

Впрочем, учитывая, что главной потребностью Малфоя в данный момент было подчиняться... это ему вполне подходило.

К этому времени Драко тяжело дышал, широко открыв рот, его взгляд был почти безумным. Он то сжимал, то разжимал пальцы – ему хотелось ласкать Гарри, а из-за невозможности осуществить свое желание, приходилось делать хоть какое-то движение ими.

А потом Драко начал метаться, неистово подаваясь навстречу Гарри, все его тело дрожало. Он запрокинул голову и закричал.

Если бы Поттер не знал наверняка, то подумал бы, что Драко действительно кончает. А именно это, судя по всему, его тело пыталось сделать, но ему мешало Рес меа эс.

А потом Малфой вдруг замер, прерывистый стон прозвучал так, будто вырвался из глубины его души.

- Гарри... пожалуйста, пожалуйста, Гарри, скажи, что я могу кончить!

- Нет, - ответил Поттер, начиная тереться о Драко чуть медленнее. – Тут не ты командуешь, Малфой, а я. И я говорю, что ты можешь выдержать дольше, чем тебе кажется.

- Мне нужно...

- Мне нужно, - тихо прорычал Гарри. – И мои потребности на первом месте.

Потом последовал еще один грубый толчок и Гарри кончил, его член конвульсивно подергивался, вместо горячего тела он почувствовал теплую скользкую сперму, выплескивающуюся из него. Он вцепился в Драко, обхватывая его плечи и впиваясь в них ногтями.

Драко тяжело дышал и тихонько всхлипнул от острого желания кончить.

Гарри еще немного полежал на Драко, наслаждаясь ощущением его тела под собой. Потом он скатился с любовника и сел, поджав ноги, на кровать рядом ним.

- Немного грубости, чтобы удовлетворить меня и не дать кончить тебе, так, Малфой?

Драко захлопал глазами, выражение его лица в этот момент говорило, что он забыл об игре.

- Хозяин Гарри?

- Для тебя – аврор Поттер! – рявкнул тот. – Мы еще не закончили. Отнюдь нет. А теперь, как я говорил...

- Я хочу кончить, - резко объявил Драко, сощурив глаза.

- Ммм, я знаю, - мягко сказал Гарри, на минуточку выходя из образа. – Но я хочу продолжить игру, а ты хочешь доставить мне удовольствие, да, Драко? Играй по правилам.

- Я так возбужден, что больно, - прошептал Малфой, слегка всхлипывая, а потом его глаза заблестели, как будто до него только сейчас дошло, что сказал Гарри. Тот подождал, чтобы увидеть, подчинится ли Драко приказу. Если нет, то это было бы сигналом, что он, Гарри, перегнул палку, попросил слишком многого.

Но Драко подчинился. Его открытое умоляющее выражение лица превратилось во что-то более похожее на злобную усмешку.

- Какой ты, к черту, аврор, если так обращаешься с заключенными? Ты практически изнасиловал меня! Я требую встречи с адвокатом! Я подам на тебя в суд и получу такую огромную компенсацию, что смогу купить все Министерство...

Вот так-то было лучше. Гарри ухмыльнулся, а потом изобразил точно такую же усмешку, как у Драко.

- Министр потребует подтвердить свидетельские показания просмотром воспоминаний в думосбросе, - сказал он, пощипывая соски Драко, сначала один, потом другой. – Ты думаешь, он заплатит тебе хоть кнат за обвинение в изнасиловании, когда увидит, как ты умолял меня трахнуть тебя? И как я благородно сопротивлялся тебе, помнишь?

Гарри пожал плечами.

- С твоей стороны было глупо угрожать мне, Малфой, когда у меня на руках все козыри. Акцио, хлопалка!

- Ты не сделаешь этого! Не посмеешь!

- Ты в этом уверен? – Гарри засмеялся. – Иди, покажи следы от ударов и рубцы министру, Малфой. Я только скажу, что заложники важней, чем твоя идеальная белоснежная задница.

- Идеальная, да?

- В данный момент, - Гарри снова злобно ухмыльнулся. – Придется ее немного раскрасить. Но если ты не скажешь, где заложники, мне не останется ничего другого.

Драко открыл рот от шока, поскольку не мог сказать, что хотел кончить больше, чем избежать порки. Но с другой стороны, Гарри точно знал, что Малфой хочет, чтобы его отшлепали, так что шок, скорее всего, был притворным. Частью игры.

И Драко в любом случае жаждал наказания. Если Гарри хотел быть ему хорошим любовником, в каком тот нуждался, не говоря уж о том, чтобы быть хорошим хозяином, то должен был удовлетворить эту потребность так же, как и любую другую. Но сначала...

- Хочешь пить, Малфой? – тихо и проникновенно спросил Гарри, откладывая хлопалку в сторону. Он не упустил взгляда, которым Драко проследил это движение, и страстного желания, читавшегося в его глазах.

Поттер ударил его, так же сильно, как и в прошлый раз, но по другой щеке.

- Слушай меня, когда я говорю с тобой!

- Да, Гарри хоз... - Драко кашлянул, чуть поджал губы и поправил себя: - То есть я хочу сказать, пошел к черту, аврор Поттер!

- Я спрашивал, хочешь ли ты, - спокойно произнес Гарри, погладив пальцами свежий след от пощечины. – В конце концов, мы не можем допустить, чтобы говорили, будто в министерской камере когда-либо с арестованными обращаются жестоко. Ты не хочешь чего-нибудь, так, несколько капель, только для того, чтобы смягчить горло? Ты неплохо постарался, все эти крики и стоны от желания, пока я имел тебя.

Драко сдвинул брови. Было понятно, что он ищет подвох, и, не найдя, сказал:

- Не думаю, что тут есть что-нибудь кроме воды из-под крана. Ха. Желаю удачи в поисках стакана, хотя ты можешь его трансфигурировать.

В Вороньем утесе отсутствовали подобные удобства, как и все признаки того, что в доме кто-то жил. Даже постель Драко была заправлена одной-единственной простыней и то только для того, чтобы прикрыть матрас, одеял здесь нигде не было видно.

Да, конечно, Гарри мог трансфигурировать такую простую вещь, как стакан. Только это незачем было делать. Он ухмыльнулся, довольный тем, что хорошо знает Драко.

- О, по-моему, тебе не понадобится стакан.

Он провел пальцем по сперме, которая лужицей натекла на живот Драко, и поднес этот палец к его губам.

- Амброзия, Малфой? Я слышал, это тебе нравится.

Рядом с бедром Гарри заметно дернулся член Драко. Гарри свободной рукой поласкал его немного, поглаживая пульсирующую вену у основания. По реакции Драко легко можно было понять (больше чем по любым словам и действиям), как сильно тому нравится вкус спермы.
Но, все еще пытаясь играть в игру, о которой просил Гарри, Драко отвернулся.

- И где ты это слышал?

- У меня свои источники.

- Вот как. Я настолько знаменит?

Гарри понизил голос до тихого мурлыканья.

- Думаю, это что-то вроде рассказа о любовной связи со звездой, Малфой. По-видимому, ты очень... искушен... в некоторых вещах. И, судя по тому, что я слышал, ты ненасытен. Ну, как? Амброзия?

Драко презрительно фыркнул.

- Нет, я так не думаю. У тебя...

Он замолк, главным образом потому, что Гарри сунул палец ему в рот.

- Аааххх...

Драко не удержался и начал сосать этот палец, вылизывая его начисто, собирая языком каждую каплю.

- Я так и думал, - самодовольно произнес Гарри. – Ты не можешь отказаться. Вот только... Прости, Малфой, но я не уверен, что правильно понял тебя. Ты пытаешься предложить мне такую же амброзию? Знаешь, я никогда не пробовал, но думаю, что самое время начать к этому привыкать.

Без дальнейших проволочек, Гарри наклонился, широко открыл рот и обхватил губами головку набухшего члена Драко.

- Аааххх!

Когда Малфой закричал, Гарри вытащил палец из его рта, и сосредоточился на минете. Он решил, что ласкать член Драко языком и губами было действительно очень приятно. У него был вкус соли, пота и мускуса, что не удивительно, учитывая, что Гарри, только что терся об него.

- Ммм, - промычал Поттер, проводя языком по члену любовника. Он старался не взять его слишком глубоко и не только потому, что хотел избежать рвотного рефлекса, но и чтобы не мучить Драко.

Полноценный минет, когда не имеешь возможности кончить, был бы суровым наказанием, - думал он. Кто знает, может быть, они когда-нибудь придут к этому, но сейчас у Гарри было на уме другое. Он вытащил изо рта член Драко.

- О, нет, пожалуйста, пожалуйста, продолжай, - простонал Малфой, заерзав в своих узах и выгибаясь так, чтобы как можно ближе придвинуть свой член ко рту Гарри. – Ты великолепен, я никогда не испытывал ничего подобного...

Эта похвала мало что значила, поскольку Драко забыл других своих любовников, но Гарри все равно почувствовал себя польщенным. Тем не менее, он придал своему лицу выражение сурового презрения и привстал с кровати, чтобы посмотреть на Драко с более близкого расстояния.

- Да, может быть, я сделаю это еще раз, а может, нет. Где заложники?

Поттер видел, что Драко обдумывает план действий. Он достаточно долго сопротивлялся? Гарри позволит ему кончить, когда он назовет место, или его сговорчивость будет означать слишком быстрый финал игры и наказанием может стать продление пытки?

- Я... я...

- Намекаю, - протянул Гарри и наклонился к Драко, чтобы укусить его за нижнюю губу. – Я хочу, чтобы ты раскололся, Малфой. Ты мой. И если ты перестанешь размышлять пора или нет колоться, ну тогда, ты еще не скоро кончишь, понятно?

- Твою мать.

- Ну, не надо быть грубым. Давай я закончу поить тебя амброзией, отшлепаю твою задницу до тех пор, пока не почувствую, что хватит, а потом еще раз наслажусь тобой. И тогда посмотрим, готов ли ты расколоться. Гмм?

Гарри не дал Драко ответить. Он снова начал спокойно собирать указательным пальцем сперму и отправлять ее в рот Драко, как будто всерьез кормил его.

Драко больше не стонал, но и не протестовал, а послушно раскрывал губы каждый раз, когда Гарри подносил к ним палец.

- Очень хорошо, - сказал Поттер, закончив. – Если бы ты не был связан, то я наверно смог бы убедиться, что ты очень гибкий и можешь вылизать свой живот. Впрочем, полагаю, я должен внести свою лепту в это дело.

Наклонившись, он слизал остатки теплой спермы с живота Драко, сжимая при этом его стоящий член. Пару раз Гарри двинул рукой вниз и один раз даже обхватил член любовника у основания, но это было всего лишь поддразнивание.

Если Малфой это и понимал, то не подал вида. Он громко стонал и извивался, как будто пытался найти способ сунуть свой член в рот Гарри.

Но для этого он был слишком крепко привязан. Гарри хотел, чтобы Драко был беспомощным и чувствовал это. Кажется, он достиг обеих целей.

- Чтоб тебе гореть в аду, - наконец, выдавил Драко, прекращая свои попытки.

- О, думаю, что это тебе подобная участь предназначена тебе, - весело парировал Поттер. – Если конечно... ты не хочешь невзначай рассказать мне, где заложники?

- Пошел на х**.

- Как банально, - Гарри быстро отвязал лодыжки Драко от изножья, оставив их связанными вместе. Встав на кровать, он привязал веревку к металлическому крюку, укрепленному в потолке. На нем висел чугунный канделябр, но оставалось достаточно места и для веревки.

- Вот это другое дело, - одобрительно сказал Гарри, дергая за веревку, та натянулась, и лодыжки Драко поднялись вверх. Поттер тянул веревку до тех пор, пока на обозрении не появилась задница Драко. Тот сейчас опирался на плечи и спину, хотя руки его по-прежнему были распростерты и крепко привязаны к изголовью. Гарри привязал веревку к кольцу для канделябра. – У тебя действительно очень симпатичная задница, Малфой. Она так и просится, чтобы ее выпороли. Округлая, дерзкая и просто умоляющая о том, чтобы ее немного разукрасили. Ммм...

Драко тяжело дышал – толи от неудобной позы, толи от слов любовника. Однако не было никаких сомнений в том, что он хочет, чтобы его выпороли. Иначе зачем бы он подстрекал к этому Гарри?

- Ой, да ладно тебе! Ты думаешь, что у тебя хватит мужества избить меня, Поттер? Могу поспорить, что у тебя нет яиц. Да, эти хилые причиндалы, которые висят под твоим обмякшим маленьким членом, трудно так назвать...

Гарри схватил хлыст и ударил Драко по левой ягодице пять раз подряд, каждый раз сильнее, чем в предыдущий.

- Так что там насчет моих яиц? – вежливо поинтересовался он после паузы.

- Размером с горох, - задыхался Драко, – и такие же зеленые. Вялые, жалкие...

На этот раз Гарри всыпал ему десять ударов. По левой ягодице, по правой, снова по левой... При этом он смотрел, как кожа Драко становится розовой, потом красной, а потом делается еще темнее, практически кирпичного цвета. Зрелище было захватывающим и не только из-за приобретаемого оттенка кожи. Под каждым ударом плоть Драко подавалась как желе, а потом снова принимала прежнюю форму, дрожащая, жаждущая... будто умоляющая о большем.

Гарри снова остановился, ему захотелось пить. Когда порешь кого-то, настолько наслаждающегося процессом как Драко, поневоле начинает мучить жажда.

- Что ты теперь скажешь про мои яйца?

Драко захрипел, как будто пытался обрести второе дыхание, а потом пришел в себя. Поразительно... Гарри был восхищен этим, хотя всего несколько часов назад был убежден, что не сможет понять что-то подобное тому, как Малфой принимает порку. Все же это было... чертовски возбуждающе.

Член Гарри, кажется, считал так же. До этого момента, после бурного оргазма, он был обмякшим, но сейчас... да, он определенно снова оживал.

- Твои яйца? – задыхаясь, переспросил Драко, изгибаясь так, чтобы Гарри увидел его ухмылку. – Не могу сказать, что я когда-нибудь замечал их у тебя. Если тебе нужно связывать своих любовников и избивать их, чтобы кончить...

- О, это надо не мне, а тебе, - спокойно сказал Гарри. – Ты нуждаешься в этом больше, чем в воздухе, а когда насытишься, то могу с уверенностью сказать, что ты заговоришь. Итак... я бы приказал тебе собраться, но ты не сможешь, так ведь?

На этот раз Поттер ударил его двадцать раз непрерывно, пока Драко не начал на каждом ударе издавать нечленораздельные крики, поразившие Гарри тем, что в них звучали боль и похоть в равной степени.

Гарри быстро опустил ноги любовника и потер его бедра, чтобы восстановить циркуляцию крови. Потом он ослабил узлы на лодыжках и запястьях Драко, хотя и оставил его связанным.

- Кажется, теперь я разгадал твои намерения, - сказал Гарри, подвинувшись так, чтобы говорить прямо в ухо Малфою. – Тебе нравится сила и насилие, но ты хотел бы получать это от любовника, да? Вот почему ты был недоволен перед тем, как я практически изнасиловал тебя.

Он опустил руку на пах Драко, но не обхватил его член, а опустил ладонь ниже и ласково погладил сначала одно бедро, а потом второе, медленно и чувственно вычерчивая пальцами на кожу круги. Драко всхлипнул.

- О, да, я понимаю тебя, - прошептал Гарри. – Ты хочешь быть беспомощным, а еще ты хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью, да? Впрочем... именно это я и собираюсь сделать.
Драко поднял связанные вместе ноги и ударил ими по кровати. Гарри сел на него верхом.

- Это тебя сильно пугает, Малфой? Ну, такова твоя горькая доля. Я хочу заняться с тобой любовью, выдержишь ты это или нет. И даже лучше будет, если не выдержишь. Тогда ты расколешься.

Драко замер и пристально посмотрел на Гарри. Его глаза блестели. Тут он, кажется, пришел в себя и вспомнил про игру.

- Как будто ты знаешь, как заниматься любовью с парнями. Ты уже продемонстрировал это, Поттер. Ты умеешь только применять грубую силу.

- Ооо, это мы еще посмотрим, - протянул Поттер, играя с сосками Драко пока они не затвердели. – Но ты прав, я был несколько резок. И я уверен, что натер тебе кожу. Итак... не знаю, есть ли у тебя приличное масло в этом сундуке, а?

- Я не видел, - ответил Драко, отворачиваясь.

- Лжец, - мягко укорил его Гарри, поднимая палочку. – Акцио, масла!

Ничего не прилетело, и Драко усмехнулся, продолжая старательно смотреть в другую сторону, не на Гарри. Но тот сообразил.

- Акцио, масло, - тщательно выговорил Поттер, выжидательно подняв руку.

Бутылка из темного стекла влетела ему в ладонь. Бутылка была без этикетки. Но Гарри не просто так занимал должность Главного аврора. Он не был чересчур доверчив. Особенно учитывая, насколько опасно было в этом доме все принимать на веру, ведь Драко ничего не помнил и, следовательно, не мог предупредить. Гарри тщательно осмотрел бутылку, проверил на охранные чары и остаточную магию, но ничего не выявил.

- Гарри Поттер – победитель Волдеморта, - насмешливо произнес Драко. – Как тебе только это удалось?

Гарри хотел сказать, чтобы Малфой заткнулся, но решил, что такой приказ обязательно испортит настроение. Он не мог представить себе, как оставаться в образе во время подобного разговора, который наверняка был провокацией.

- Лучше подумай о том, что я собираюсь сделать с тобой, - парировал Гарри. Он положил палочку в сторону, откупорил бутылку и понюхал содержимое. – О, вот это уже интересно. Пахнет маслом. Я знал, что в глубине души ты романтик. Что это за аромат... папайя и манго?

Драко мог бы сказать, что не помнит, но вместо этого он сощурил глаза.

- Возможно, запах фруктов, способствующих возбуждению.

- Может, и так, - пробормотал Гарри, наливая немного масла на ладонь. Он потер ладони друг о друга, чтобы они стали теплыми и скользкими, а потом начал втирать масло в тело Драко от сосков до бедер.

На этот раз Гарри не обходил член, а уделял ему то внимание, которого он заслуживал.
Драк сначала стонал, но к тому времени, когда Гарри закончил подготавливать его, он уже практически отключился. Поттер не удивился. Драко был измучен и довольно долго держался на грани оргазма. Не говоря уж о том, что он был основательно отшлепан.

Улыбнувшись, Гарри лег на Малфоя и взял его лицо в ладони, чтобы не спеша поцеловать, а потом начал двигаться. Один ленивый толчок следовал за другим. Сейчас они занимались любовью. Как он и обещал.

- Гарри...

Звук, который издал Драко мало чем отличался от молящего тяжелого хрипа.

- Чшш, Малфой, - тихо сказал Гарри, скользя членом о член. – Ты ведь хотел любовника, помнишь? А я – хороший любовник. Я позабочусь о тебе, как только ты скажешь то, что мне нужно, понятно? Но не раньше, чем я поверю тебе.

После этого больше не было слов, и не было язвительных замечаний. Гарри сосредоточился на прикосновении и ощущении, на том, чтобы при помощи секса рассказать Драко о своей любви, потому что не смел сказать это вслух. Он поцеловал Малфоя, исследуя языком его рот, а потом опустился к шее и стал ласкать ее губами, языком и зубами.

Тем временем он начал двигать бедрами так же, как в предыдущий раз, скользя всей длиной возбужденного члена о член Драко.

Ритм был прежним, а все остальное отличалось. Если раньше Гарри пытался получить как можно больше удовольствия от беспомощности Драко и его связанного тела, то сейчас он хотел доставить как можно больше удовольствия не только себе, но и любовнику. И если Драко не сможет кончить без его разрешения... ну, тогда он, скорее всего, изменит свое решение и закончит игру.

Гарри скользил ладонями по телу Драко. Масло начало благоухать и их окутало ароматное тепло. Драко извивался, пытаясь ласкать Гарри в ответ, двигаться, чтобы доставить ему удовольствие, как будто не понимал, что именно его беспомощность доставляет любовнику особое удовольствие.

Гарри решил, что конечно, Драко знал это, поэтому все его попытки освободиться были продиктованы неудовлетворенным желанием.

Я люблю тебя, Драко, - подумал он, и он кончил во второй раз за этот день, выплескивая сперму на тело Малфоя. Заявляя на него права, метя так, как давно хотел. Драко тяжело дышал, широко открыв рот как бы в беззвучном крике.

Но потом он начал задыхаться, как будто желание протекало через него, и его член не мог выдержать такое напряжение, слишком сильное, чтобы ему можно было сопротивляться.
Ну, возможно так оно и было. Гарри не льстил себе и не считал себя наилучшим в мире любовником, но он собирался довести Драко до предела терпения и выяснил, что ему это удалось.

Гарри наклонился и поцеловал его, выдохнув ему в рот. В данный момент это было лучше, чем давать пощечину. Тем более что состояние Драко не было связано с заклинанием. Просто он слегка запаниковал. Под любящим прикосновением Гарри Драко успокоился.

- Ну, и где заложники? – очень спокойно спросил Поттер.

- В Ис... Ис... Ислингтоне, - выдавил Драко, прижимаясь к нему бедрами. – Я клянусь. Клянусь. Ты должен поверить мне. Я готов умереть, если ты мне не веришь...

- О, этого нам не надо, - ответил Гарри, целуя Драко в уголок рта. – Заключенный умер в министерской камере? Это было бы очень большой проблемой. Думаю, что теперь ты можешь кончить.

Не успел Поттер произнести эти слова, как Драко начал шумно дышать и резко толкаться бедрами, прижимаясь к его обмякшему члену. Он издал высокий плачущий звук, сухожилия на его коже напряглись, отчего казалось, что у него под кожей палочки. Но потом его яростные толчки стали затихать и веревки провисли.

- Ммм, - сонно промычал Драко. – О, боже. Ты великолепен, Гарри. Это было... ммм.

Гарри развязал его запястья, потер их и залечил небольшие синяки, которые остались от веревок. Потом он поцеловал зеленые линии. Когда-то они ужасали его, но сейчас он к ним привык. Они означали, что Драко принадлежит ему.

- Может, ты развяжешь и лодыжки? – надменно произнес Малфой. – Знаешь, мне не очень удобно так. Еще неплохо было бы наложить согревающие чары. И трансфигурируй одеяло, ладно? Я хочу, чтобы было уютно.

- Ты мог бы наколдовать одеяло...

- Я не могу дотянуться до палочки. Ты спросишь почему? Потому что, как я уже говорил, мои лодыжки связаны.

- Задница, - с нежностью сказал Гарри и с еще большей нежностью сделал то, о чем его попросили.
Много позже, когда они оба лежали, прижавшись друг к другу под одеялом, Драко снова заговорил.

- На самом деле никаких заложников и Ислингтоне нет, - кажется, он был чрезвычайно горд. – Я никогда не скажу тебе, где они. Гмм?

Гарри не мог с уверенностью сказать, было ли это приглашение продолжить игру или Драко просто решил подразнить его. В любом случае, он был слишком сонным, чтобы думать об этом.

- Спи, - сказал он, обнимая Драко. – Я устал.

- Представляю себе, - протянул тот и погладил его по волосам.

Так, обнявшись, они проспали несколько часов. Гарри проснулся, почувствовав, что Драко сосет его член.

Он глянул за окно. Небо уже было усыпано звездами.

Три оргазма за день... Когда они с Драко вернулись домой, Гарри подумал, что ему придется взять выходной, чтобы восстановиться после уикенда. Впрочем, Драко кончил только один раз и играл свою роль очень хорошо. Гарри решил, что тот заслуживает большей награды.

После ужина, когда они были в душе, он сделал Малфою минет. Вода стекала по их телам, он опустился на колени и компенсировал Драко проявленное днем терпение, взяв его член в рот и начав старательно работать языком. Конечно, он сосал небезупречно. Энтузиазм не мог заменить опыт, но Драко, кажется, очень обрадовался, особенно когда Гарри, не выпуская изо рта члена, пробормотал разрешение кончить.

- Ммм, - сказал Малфой потом, помогая любовнику подняться. – Знаешь, ты просто потрясающий. Это я твой раб, а не наоборот. Это мне полагается стоять перед тобой на коленях.

- Но я ведь хороший хозяин, помнишь?

- Очень хороший хозяин, - Драко поцеловал его, а потом сделал равнодушное лицо и заметил: – Твоя амброзия лучше.

Остаток ночи они проспали в постели Драко, и утром лениво мастурбировали друг друга. Гарри чуть не заснул потом, но в последний момент глянул на часы, висевшие на стене, и поморщился. Он уже опоздал, как бы это ему ни было неприятно признать. Гарри спрыгнул с кровати, бросился в свою комнату, быстро натянул на себя одежду и снова побежал в комнату Драко за своей палочкой.

Он чуть снова не задержался. Драко сидел на кровати, голый, набросив на бедра одеяло, но когда Гарри вошел, он пошевелился, и оно съехало, полностью открывая его.

- Что ты хочешь на завтрак? Я...

- Нет времени, - сказал Гарри, наклоняясь, чтобы быстро поцеловать его. – Увидимся вечером.

- Приходи домой обедать, - выдохнул Драко, обнимая его за шею. – Это несложно, ведь камин соединен с твоим кабинетом. Я приготовлю то, что ты любишь и постараюсь сделать так, чтобы путешествие домой стоило затраченных времени и усилий. Представь себе, ты возвращаешься на работу, напевая себе под нос, с улыбкой на губах...

Да, предложение было заманчивым.

- У меня сегодня много дел, - вздохнул Гарри. – В том числе и обед с министром...

- Сбеги. Побудь плохим хоть раз в жизни, а? Или еще лучше – скажи министру, что ты разрабатываешь просто великолепную новую технику допроса, - Драко подмигнул ему. – Как ты думаешь, ему понравится личная демонстрация?

Гарри ущипнул его за задницу.

- Веди себя хорошо!

Драко отпустил его.

- Только если пообещаешь в скором времени снова поиграть со мной в аврора и преступника.

- Сколько пожелаешь, - ухмыльнулся Гарри. – До вечера, Драко.

Он ухмылялся весь день, хотя пытался контролировать себя во время встречи с Кингсли, на которой они обсуждали бюджет на следующий квартал.

Но его радостное настроение сразу исчезло около четырех часов дня, когда в его кабинет решительно вошла Гермиона. На этот раз она не прислала заранее записку.

Она плотно закрыла за собой дверь и установила заглушающие чары, прежде чем приступить к разговору.

- Что-то случилось? – спокойно спросил Гарри до того, как она начала говорить.

- На этот вопрос должен ответить ты, - Гермиона раздувала ноздри. – Гарри, Малфой тебе соврал.

С этими словами она положила на стол, стоящий между ними, свиток пергамента.

Гарри посмотрел на свиток и у него упало сердце.

Глава 36.

бета Mellu

Гарри не хотел брать пергамент, но ему нужно было знать правду. Какой бы она ни была.

Пока он разворачивал свиток, его воображение рисовало дикие картины. Боже, что удалось раскопать Гермионе? Наконец, появилась какая-то информация о Рес меа эс? Доказательство того, что Люциус Малфой солгал?

Сердце Гарри бешено заколотилось в груди. Она сказала Малфой. Это могло означать Люциуса, так ведь? Так было бы лучше, - подумал он.

Так точно было бы лучше. Но нет, она имела в виду Драко. Гарри сразу это понял, потому что он держал в руках письмо Драко Гермионе, датированное сегодняшним днем.

Поттер прочитал письмо, что не заняло много времени, поскольку оно было коротким. Потом прочитал его еще раз. Он не мог понять, почему это письмо заставило ее обвинить Драко во лжи. Наконец, Гарри поднял на нее взгляд.

- Тебя расстроило то, что Драко извинился за разбитое пианино и предложил заплатить за него, как только он найдет для этого средства? Он не врал, Гермиона. Он действительно не знает, есть ли у него собственные деньги. Ведь его дом реагирует на меня так, будто принадлежит мне...

- Я расстроена тем, - перебила его Гермиона, - что он убедил тебя в том, что будто бы не может писать письма. Совершенно очевидно, что он может это делать!

Говоря это, она притопывала ногой.

- Он сказал, что перья в его руках отказываются писать письма, если это не заполнение бланков на заказ!

О!

- Но это правда. Я сам видел.

Теперь Гарри должен был перейти к самой трудной части. Гермиона достаточно умна, чтобы понять, что он чего-то не договаривает. Ну что тут поделаешь?

- Эээ... просто с тех пор много чего произошло.

- С вечера пятницы? Но прошло всего два дня!

- Да, но к сегодняшнему дню заклинание адаптировалось, - Гарри пожал плечами. – И почти сразу же изменились условия его рабства. Ну, некоторые из них. Драко все еще не может ни есть, ни пить, если я не скажу ему, что хочу этого. Но заклинание теперь позволяет другим людям контактировать с ним, поэтому я не удивлен тем, что он решил написать тебе. Ему позволено двумя способами иметь... эээ, внешние контакты.

Гермиона села.

- Понятно. Ну, тогда, думаю, я должна на него ответить. Это действительно очень любезное письмо, просто я удивилась тому, что он написал его. Я даже задалась вопросом, не значит ли это...

- Значит что? – Гарри наклонился ближе, желая, чтобы между ними не было этого стола. О, черт, он плюнул на служебную субординацию, вышел из-за стола и сел напротив Гермионы. Если бы кто-то вошел, то это выглядело бы странно, но войти никто не мог. Чары, возведенные Гермионой, гарантировали это. – Что он нечестен во всем? Что он вовсе не раб, а просто притворяется?

- Такая мысль приходила мне в голову, - сдавленно пробормотала Гермиона.

- Это очевидно, раз ты снова начала называть его Малфоем.

- Ну, я решила, что он не заслуживает моего сочувствия, если на самом деле не находится в таком положении. Письмо возбудило мои подозрения. И не только из-за того, что он говорил, будто не может писать письма, Гарри. А еще из-за того... - Ее горло дважды дернулось, когда она сглотнула. – Он слишком внимательно слушал меня и очень любезно разговаривал со мной - магглорожденной, Гарри.

- Сейчас для него происхождение не имеет значения. Он знает, что это неважно.

Гермиона поморщилась.

- Я знаю. Но об этом было легко помнить, когда он сидел напротив и вел себя непривычно. Но иногда в это трудно поверить.

- Понимаю, - сказал Гарри, радуясь тому, что пересел, потому что теперь он находился достаточно близко и мог похлопать ее по руке. Он не хотел, чтобы Гермиона расстраивалась из-за того, что сделала неправильные выводы, но спустя минуту до него дошел весь юмор ситуации. – Но разве все это может быть ложью, Гермиона? Это обязательно... проявилось бы как-нибудь. Я никогда не отрицал, что Драко был мерзким засранцем, в тот год, когда погиб Дамблдор, и того хуже, но он никогда не казался мне выдающимся криминальным умом. И что это должна быть за цель, чтобы ради нее пойти на что-то подобное.

- Он не преступный элемент, но был распределен в Слизерин.

Гарри улыбнулся.

- Вот именно, был.

Взгляд Гермионы стал просто пронизывающим.

- Я могла ошибиться насчет письма, но я точно знаю это выражение, Гарри. Поэтому расскажи мне, что такого произошло, из-за чего заклинание адаптировалось, гм-м?

Смысла лгать не было, тем более Гермионе. Она слишком хорошо его знала. Черт, она все знала и без рассказа о том, что Драко привлекал его физически. Но он не собирался посвящать ее в подробности.

- Достаточно, - коротко сказал Поттер и приготовился выслушать ее упреки.

- Гарри, - покачала головой Гермиона. – Мы говорили об этом. Как ты мог? Он сейчас очень уязвим! Он не понимает, что делает и, вполне возможно, это заклинание заставляет его говорить, думать и чувствовать то, что ему несвойственно! Как ты мог воспользоваться своим преимуществом?

- Потому что я не воспользовался преимуществом, - возразил Гарри так спокойно, как только смог. – Послушай, я ждал, понятно? До тех пор, пока не стало ясно, что дело не в заклинании. Он предпочитал мужчинами и до того, как все это случилось.

- И что с того? Ты правда думаешь, что он заинтересовался бы тобой, если бы заклинание не ожило?

Проклятье. Она была абсолютно права. Гарри нахмурился.

- Может быть, и заинтересовался бы. Разве не ты говорила, что в школе я был немного одержим Малфоем? Ну, может, постепенно и он стал одержим мной, а?

- Это тебя не извиняет. Он не в себе и ты это знаешь. – Гермиона повысила голос. – Драко Малфой не стал бы писать мне вежливое письмо с извинениями, без единого упоминания о происхождении, если бы он хоть немного был в своем уме.

- Минуту назад, по твоему мнению, он был собой и, тем не менее, написал это письмо по каким-то своим гнусным мотивам! – парировал Гарри.

Гермиона не ответила. Она сделала несколько медленных вдохов. Казалось, что она про себя читает какое-то стихотворение. Потом положила руки на колени и спокойно сказала:

- Ну, подумать так меня вынудило письмо. Тут я согласна. Но это не означает, что то, что ты делаешь, правильно, Гарри.

- Но и не означает, что я делаю что-то плохое.

- Теперь ты споришь из-за этого. Просто скажи мне, что ты подумал бы о том, кто... - она ненадолго замолкла. – О том, кто приказывает эльфу заниматься с ним сексом?

- Я ему не приказывал! – крикнул Гарри, стараясь не обращать внимания на безобразную картину, возникшую в сознании. Это было трудно игнорировать из-за той параллели, которую он сам провел между Рес меа эс и тем, как порой ведут себя домашние эльфы. – Я ничего не приказывал ему, Гермиона!

Только кончить, - напомнила совесть.

- Это совсем иное, - продолжил Гарри, разговаривая и с Гермионой и со своей совестью. – Он сам хотел, понятно? Он хотел так сильно, что ему было больно. Это правда. Я неумышленно был жесток, когда отказал в том, что ему было нужно. А ему нужно заботиться обо мне, Гермиона, именно в этом смысле. Тебе не понять, ведь ты не живешь с тем, кто находится под подобного рода заклинанием!

- Так, значит, это заклинание.

Вот дерьмо. Гарри трудно было это отрицать после того, что он сказал.

- Послушай, вполне вероятно, что он мог бы захотеть меня. Но это не меняет того факта, что у него уже сейчас есть определенные потребности.

- И ты согласился только из-за того, что ему это нужно. Какой альтруизм!

- Да? А может, я заработал право побыть немного эгоистичным! – Гарри взъерошил волосы. – О, черт. Я не то имел в виду...

Гермиона повернулась, чтобы лучше его видеть.

- Гарри Поттер, ты заслужил полное право быть эгоистом. После всего того, что ты пережил и сделал, ты заслуживаешь иметь то, что хочешь.

- Теперь ты говоришь так, как пишут в этих подхалимских статьях.

- Дай мне закончить. Я хочу сказать... Гарри, если Драко – то, чего ты хочешь, это твой выбор. Но, возможно, он однажды все вспомнит, и когда этот день наступит... ты будешь тем, кого захочет он?

Гарри не хотел отвечать на этот вопрос, но Гермиона пристально смотрела на него. Он тоже не хотел отводить взгляд.

- Нет, - сказал он натянутым голосом.

- Значит, ты понимаешь, - с грустной улыбкой произнесла Гермиона. – Если Драко нужны такие отношения с тобой, то, как ты сказал, ему это нужно. Ты никогда не был жестким и раз его желания совпадают с твоими... - Она вздохнула. – Но я прошу тебя быть осторожнее, Гарри. Я не хочу, чтобы ты страдал потом, когда он все вспомнит. И я не хочу, чтобы Драко тоже страдал, но я могу переменить свое мнение, когда он снова станет заносчивым эгоистом.

- Как я, черт возьми, могу быть осторожным? – простонал Гарри, глядя на свои ботинки. На душе у него было паршиво. – Я в любом случае причиню ему боль!

- Ты можешь уберечься тем, что не станешь дальше развивать эти отношения, - голос Гермионы оставался тщательно нейтральным. – Я не знаю, как далеко ты зашел, Гарри, но...

Поттер больше не мог этого выдержать, может быть, потому, что отчаянно хотел сказать эти слова Драко, но не смел. Он должен сказать их хоть кому-нибудь.

- Я уже думал об этом, Гермиона. Я люблю его.

- О, боже, - Гермиона накрыла ладонью его руку. – Прости, Гарри, прости, я не думала, что все так закончится.

Тем больше причин наслаждаться этими отношениями, пока они есть, - с отчаянием подумал Гарри.

- Я не знаю, что делать, - хрипло сказал он. – Я правда не могу прекратить... эээ, прикасаться к нему, Гермиона. Даже если он потом возненавидит меня, нам... сейчас нам обоим это нужно.

- Просто будь осторожен, - повторила она. – Если ты любишь его...

- Я его очень люблю.

- Тогда ты сделаешь все, что в твоих силах, чтобы уравновесить его нынешние потребности и те, которые у него появятся позже, - сказала Гермиона, пожимая его руку. – Я знаю, ты сможешь. Ты хороший человек. И сделаешь все... о чем тебя попросят, Гарри. Ты оказался в трудном положении.

- Я почти хочу, чтобы он солгал, - прошептал Поттер, глядя на письмо, лежащее на столе. – Тогда я смог бы сказать себе, что он не стоит любви. Черт, я мог бы опять не любить его.

- Ты ведь все равно не разлюбишь Малфоя даже, когда он все вспомнит?

Гарри покачал головой.

- Нет, вряд ли.

- Но он станет другим. Тем, кто был...

Она замолкла, но не потому что не хотела говорить о том, каким когда-то был Драко.

Очевидно, она подумала о чувствах Гарри и постаралась не задевать их.

- Тем, кто был совершенно лишен магии, - с горечью сказал Гарри. Он вспомнил, как говорил это Люциусу Малфою месяц назад, но сейчас казалось, что с тех пор прошли годы.

Годы с Драко, и как только тот все вспомнит, то окажется, что этих лет будто никогда и не было.

Только не для Гарри. Он всегда будет помнить о том, что произошло между ними, даже если Драко предпочтет, чтобы они об этом забыли.
------------------------------------------------------

- Надеюсь, ты любишь утку? - спросил Драко, когда Гарри вечером вошел в кухню. – Я приготовил утку в апельсиновом соусе с рисом. Какие овощи ты предпочитаешь с этим блюдом?

Обсуждение ужина не входило у Гарри в список обязательных дел, но было облегчением вести такой малосодержательный разговор после мучительно трудной беседы с Гермионой.

- Сам выбери. Мне все равно. А что касается утки... кажется, я как-то пробовал такую на каком-то официальном приеме в Министерстве. Мне понравилось.

- Сколько энтузиазма, - протянул Драко. – И это благодарность за мой рабский труд...

Гарри поморщился.

- Не говори так. Я предпочел бы, чтобы ты был свободным.

- А я думал, что тебе нравится быть моим господином.

- Да, но... - Гарри вздохнул. – То, что ты раб – неправильно, Драко.

- Ты чересчур об этом беспокоишься. Я счастлив и ты счастлив. Во всяком случае, был, - Драко сощурил глаза. – Что случилось?

- Просто размышляю, - сказал Гарри. Он не хотел давать Драко повод обижаться на Гермиону. Обид и так будет достаточно. Потом, когда он все вспомнит. – Когда-нибудь к тебе вернется память, и вряд ли ты будешь доволен, когда узнаешь, что спал со мной.

- Я такой болван?

Гарри подавил смех.

- Нет, но я тебе очень не нравился в прошлом. Давай не будем об этом. Совсем. Ты знаешь это. Я тебе говорил.

- Но я также должен буду вспомнить и хорошее? Хорошие воспоминания смягчат плохие, - сказал Драко, опуская руку на плечо Гарри. – Неужели все станет по-прежнему? Я уверен, что все равно буду любить того аврора, каким ты был вчера.

- Вряд ли ты захочешь играть со мной.

Драко слегка вздрогнул, как будто он начал возбуждаться от одного лишь воспоминания о вчерашнем дне. Ну, возможно, так и было. Это питало его фантазии, порожденные не только Рес меа эс, но и созданные настоящим Драко.

И в следующий момент Малфой стал очень похож на того, кем он был всегда.

- Насколько я понимаю, - сказал он, в упор глядя на Гарри, - ты – очень выгодная партия. Герой, который спас мир от Темного Лорда. И то, что ты рассказывал о моем прошлом... разве не ты говорил, что я предпочитаю быть на стороне победителя? И что с того, что мы не нравились друг другу несколько лет назад? Если я вспомню это, то я вспомню и то, как закончилась война, не так ли? И вспомню, что мне пришлось пережить. Или ты считаешь, что я никогда не дорасту до этого?

Поскольку выяснилось, что Драко работал на Министерство, несмотря на Темную метку, казалось очевидным, что он должен был измениться. Если бы он продолжал ненавидеть всех и вся и возмущаться по каждому поводу, то разве Невыразимцы захотели бы с ним работать? Не говоря уж о том, что в Отделе Тайн наверняка работали и магглорожденные и полукровки.

Как минимум, Драко должен был научиться помалкивать о своих предубеждениях. Но лично Гарри считал, что Малфой преодолел свои предубеждения. Трудно было поверить, что его дружеское отношение к Гермионе объяснялось одной лишь амнезией.

Конечно, это могло быть Рес меа эс. Оно могло заставить Драко так говорить и вести себя, чтобы доставить удовольствие хозяину. Но в тоже время Драко мог не соглашаться с ним по многим вопросам.

Так... не стоит думать об этом, решил Гарри. Он не знал, когда к Малфою вернется память.

- Знаешь, это может никогда не произойти, - тихо сказал Драко, будто читал мысли Поттера, а может, выражение его лица. – Я могу никогда не вспомнить свое прошлое.

- Может, и так. Я думал, что это случится, когда заклинание адаптируется. Так что не о чем говорить, - Гарри прочистил горло. – Я не думал, что ты умеешь готовить утку в апельсиновом соусе.

- Всего лишь надо правильно выполнять инструкции. Это легче, чем варить зелья. Единственная сложность – приспособить рецепт к магическому исполнению.

- Ты мог бы научиться пользоваться печью и духовкой.

- Мне не хотелось бы устроить в твоем доме пожар, - сухо ответил Драко. – Не пойми меня превратно, но я не счел магглов очень умными, когда узнал обо всех этих окольных путях, чтобы получить нужный результат без магии, к тому же их способы кажутся такими неуправляемыми по сравнению с добрым надежным заклинанием.

Гарри подумал, что это зависит от того в какой среде вырос. Он считал, что для приготовления идеально поджаристого хлеба тостер более надежен, чем заклинание, но Драко, насколько ему было известно, немного побаивался этого процесса.

- Итак, чем еще ты сегодня занимался?

Гарри задал этот вопрос между прочим, ожидая, что Драко будет говорить. Не то, чтобы он перестал ему доверять после визита Гермионы. Просто... хотелось услышать, что он скажет.

Драко спросил его немного удивленно:

- Ты не читал записку, которую я отправил тебе после обеда?

Это была повседневная практика: Гарри по камину отправлял Драко распоряжения, когда было пора поесть, а тот отправлял в ответ короткие отчеты о том, что он ел и как проводил время. Возможно, теперь в этих отчетах не было необходимости. Гарри считал, что Драко будет есть после получения напоминания.

- Я имею в виду после того.

- Ааа. Ну, гм. Занимался подготовкой к сдаче ТРИТОНов, но теперь мне трудно делать это с полной отдачей, когда я знаю, что сдал несколько экзаменов. О, я вот о чем хотел спросить тебя. Что такое «страховка»? Кажется, это маггловский термин?

Гарри недоуменно посмотрел на него.

- Гм, ну, это когда ты платишь деньги вперед, на тот случай, если тебе будет причинен какой-то ущерб. Люди платят для того, чтобы обеспечить себе, в зависимости от того, что потребуется, ремонт или замену поврежденного имущества. Как-то так.

Он почувствовал себя идиотом, потому что не смог толком ничего объяснить. Однако Малфой улыбнулся.

- Ааа, ну это разумно. Я сказал твоей подруге Гермионе, что оплачу ей покупку нового пианино, если мне позволят финансы. Но она ответила, что не нужно об этом беспокоиться, потому что пианино было застраховано.

- О, она заходила?

Говоря это, Гарри чувствовал себя мерзавцем. Он пытался поймать Драко на лжи? Ему захотелось ударить себя.

- Нет, я неправильно выразился. Она сказала все это в письме.

- А что это она вдруг написала тебе об этом?

На этот раз Гарри и впрямь чуть не ударил себя. Что с ним такое творится?

- Я ей первый написал, - признался Драко, пожимая плечами и взмахом палочки призывая из холодильника цуккини. – Я вспомнил, как дурно вел себя в пятницу вечером. Даже если я не мог контролировать себя, все равно мне следовало извиниться. Представь себе мое удивление, когда выяснилось, что перо снова меня слушается, и камин пропускает письмо. Я уже начал было думать, что больше никогда не смогу отправлять письма камином за исключением заказов в магазины и переписки с тобой.

Судя по этим словам, Драко ничего не утаивал, так ведь? Он охотно признался Гарри в том, что тот и так уже знал. Но Гарри не мог понять одну вещь.

- Но почему ты вдруг решил, что можешь написать ей?

Драко странно посмотрел на него, сведя брови вместе.

- Потому что заклинание адаптировалось. Почему же еще? О... прости, хозяин Гарри. Я слишком много себе позволил? Ты хотел бы, чтобы я спросил разрешения, прежде чем писать кому-то? Только скажи и я...

- Нет, конечно, я не возражаю, чтобы ты писал Гермионе. Пиши ей, сколько пожелаешь.

Можешь писать кому угодно, Драко.

- Хорошо, хозяин, - сказал Драко, кивая. – Ты действительно замечательный. О, наверно, нужно упомянуть вот о чем: получив ответ от Гермионы, я был очень взволнован тем, что могу писать письма, и попытался написать моим родителям.

Гарри старался, чтобы его эмоции не отразились на лице. После случая с Нарциссой, он неохотно позволял Драко общаться с родителями, когда его самого не было рядом.

- Попытался?

- Да, перо меня слушалось, но камин не пропустил это письмо. – Драко пошел добавить в жюльен цуккини, его руки двигались с той уверенностью, которая приобретается годами практики. – Думаю, что родители – особый случай, поскольку у них есть потенциальное чувство, что они имеют на меня первоочередное право, как-то так. Я предполагаю, что нужно получить у тебя одобрение письма. – Голос Драко зазвучал несколько неуверенно. – Может быть, ты посмотришь, что я написал и примешь решение?

Гарри с облегчением выдохнул. Вряд ли он мог ждать от Драко большей открытости, не так ли? Ведь тот мог легко утаить попытку написать родителям, если бы был нечестен и хотел сделать это за спиной у Гарри. Или мог бы попросить его отправить письмо, не давая посмотреть.

Но Драко попросил Гарри прочитать его.

- Где оно? – спросил Поттер, стыдясь за себя.

Чувство стыда усилилось после того, как он увидел, что написал Драко. Тот хотел знать есть ли у него собственные средства, и если есть, то где они могут быть. Более того, Драко объяснил причину, по которой он обратился с подобной просьбой: Видите ли, я нечаянно повредил вещь, принадлежащую Гермионе Грейнджер, и хотел бы компенсировать ущерб. Не знаю, известно ли вам ее имя, но она подруга Гарри и очень приятный человек. Вообще-то она уже сказала, чтобы я не беспокоился о замене ее пианино, но я уверен, что при помощи Репаро невозможно вернуть такой деликатный инструмент в первозданное состояние. Я думаю, что должен компенсировать его стоимость. Не могли бы вы быть так добры и передать мне информацию о моем финансовом состоянии, когда вам будет удобно, через Гарри, конечно?

Гарри свернул пергамент и перевязал лентой, прежде чем отправить его по каминной сети.

- Спасибо, - сказал Драко, когда принес с кухни тарелки. Он поставил их на стол, налил в бокалы вино и оставил его «подышать».

- Опять двадцать пять, - пробормотал Гарри, когда они сели за стол. – Пожалуйста, Драко, ешь и пей вино. Боже, как бы я хотел, чтобы мне не нужно было не говорить тебе это.

Драко улыбнулся.

- Ну, знаешь, как говорят. Если бы желания были галеонами, то даже магглы разбогатели бы... о как. Звучит ужасно, да? Я даже не знаю, откуда пошло это выражение.

- Это поговорка, как ты понял, - сказал Гарри, у него немного перехватило горло. Не было никаких сомнений – к Драко понемногу возвращалась память. Гарри чуть не застонал. Он понял, что дело шло к концу. Но это должно было закончиться, потому что он не хотел, чтобы Драко оставался рабом. Когда Гарри мог мыслить рационально, он понимал, что возбуждение и удовлетворение от секса, как и последующее отрезвление, – неправильно.

Он хотел, чтобы Драко был свободным. Он просто не хотел, чтобы тот вспомнил все.

Да, разве это было бы не лучше всего? Если бы заклинание могло быть снято так, чтобы Драко стал свободным, но никогда не вспомнил бы, как сильно когда-то ненавидел Гарри, тогда он не стал бы возмущаться Рес меа эс и всем, к чему оно привело. И они могли бы быть вместе и по-прежнему играли в эти обжигающе горячие игры. Уединившись в своем доме, они могли бы заниматься, чем пожелают. Если бы Драко захотел так «поиграть», то это было бы почти так же, как если бы действие заклинания не закончилось.

Но если Драко вспомнит, что Гарри был на победившей стороне, а он нет, то никогда не захочет снова играть в эти игры, так ведь?

- Ну, я считаю, что это звучит несколько расистски, - сказал Драко, делая глоток вина.

- И глупо, - добавил Гарри. – Среди магглов немало богатых людей.

- Это само собой разумеется, - голос Драко стал задумчивым. – Возможно, это ужасно звучит, но я хотел бы знать о состоянии моих дел. Как ты думаешь, Гарри, сколько у меня денег?

- Не ужасно, потому что ты хочешь выяснить, можешь ли исправить ситуацию с пианино.

Драко хохотнул и бросил на Гарри веселый взгляд.

- Это движет моим любопытством, но не является единственным мотивом. Просто я действительно хотел бы знать.

- Я полагаю, что у тебя есть несколько отдельных вложений, - кивнул Гарри, припоминая что-то такое. – Да, я не думаю, что Вороний Утес тебе купили родители, значит, у тебя должны быть собственные деньги. Не знаю, сколько получают невыразимцы, но должно быть прилично.

Драко подчеркнуто внимательно обвел взглядом столовую.

- Ты – Главный Аврор, но я рискну предположить, что твое жалование «не прилично». Если бы у меня были такие деньги, на которые все указывает в Вороньем Утесе, то я вряд ли стал бы работать в Министерстве.

- Может, ты разбогател в России, - пошутил Гарри, пытаясь игнорировать боль, которую почувствовал, когда Драко намекнул, очень вежливо конечно, что он не так богат, как Малфои. Гарри хотел сказать, что получил много денег от родителей... что груда золота почти не уменьшилась с тех пор, как он впервые увидел ее. Но он не хотел хвастаться этим или пытаться произвести на Драко впечатление рассказами о своих деньгах.

Во-первых, потому, что его состояние не шло ни в какое сравнение с богатством Малфоев. А во-вторых, Гарри не хотел, чтобы хорошее мнение Драко о нем основывалось на деньгах.

- Если я правильно ориентируюсь во временной последовательности, то я приобрел Вороний Утес до того, как уехал в Россию, - сказал Драко, покачав головой и взмахивая при этом длинными волосами. – Но хватит об этом. Как прошел твой день, Гарри? Встреча с министром была успешной? О, и вот что я хотел спросить. Кто у нас нынче министр? Все еще Скримджер? Я пытался выяснить это самостоятельно, но здесь у меня нет никаких книг, в которых рассказывалось бы, что произошло после окончания войны.

Конечно, их у Гарри не было. Ему не нравилось то, как его превозносили в этих книгах. Даже в самых достоверных из них было нескрываемое преклонение перед героем. По сути, он видел только одну книгу, в которой был изображен таким, какой он есть. Эту книгу написала Рита Скиттер. Но он не собирался покупать ее книги. Там было полно грязных домыслов о том, что происходило в их палатке по ночам, когда они с Роном и Гермионой были в бегах.

- Или каких-нибудь ежедневных газет, - добавил Драко, подняв бровь.

- Эээ, мне не нравятся те глупости, которые там пишут обо мне.

- Но, по-моему, тебе нужно быть в курсе новостей, особенно учитывая, какую должность ты занимаешь.

- Я в курсе, - скривился Гарри. – Министерство выписывает массу периодики и я читаю то, что мне нужно для работы...

- Я не сомневаюсь в этом, - пробормотал Драко.

- Но это несправедливо по отношению к тебе, - добавил Гарри. – Я подпишусь. И что касается твоего вопроса. Скримджер был убит во время войны. Нынешний министр – Кингсли Шеклболт. Мой старый друг.

- Надо же, у тебя такие высокопоставленные друзья, - беспечно сказал Драко, поглаживая Гарри по руке. Точнее, по рукаву. Гарри вздрогнул от этого прикосновения, и ему захотелось большего. – Не говоря уж о том, что твое положение само по себе уважаемо. Тебе не о чем беспокоиться, Гарри. Если моя память вернется в полном объеме, я буду знать, что мне посчастливилось заполучить такого мужчину, как ты, хотя для того, чтобы свести нас понадобилось заклинание порабощения.

- Гермиона ищет причину, почему заклинание пробудилось, - проговорился Гарри. Он не знал, что ненавидит больше: мысль о том, что Драко с ним из-за того, что его к этому вынуждает ожившее заклинание или то, что Драко, как слизеринец, хочет его, Гарри, из-за его связей в магическом мире. Из-за его славы. – Я надеюсь, что в результате будет найден способ снять чары. Я не хочу держать тебя в рабстве.

- А я подумал, что ты начал получать от этого удовольствие.

Это обвинение почти попадало в точку. Вытащив свою руку из-под руки Драко, Гарри взял бокал с вином и сделал глоток, пока думал, что ответить.

- Да, это так. Думаю, тут нет никаких сомнений. Но, Драко... наслаждаться твоим подчинением, потому что это очень возбуждающе, пока мы в постели и наслаждаться им в другое время – разные вещи.

Малфой покосился на него.

- Мы можем делать вид, будто я притворяюсь рабом. По-видимому, я когда-то так делал, во всяком случае, если судить по содержимому сундука. Не говоря уж о том, как легко я себя чувствую в подчиняющейся роли.

- А как тебе такой вариант: мы найдем способ освободить тебя и потом ты, если захочешь, можешь притворяться моим рабом.

- А, но может и не быть способа освободить меня.

- Конечно, он есть, - Гарри поставил бокал и поморщился, поняв, что жест получился немного властным. – Рес меа эс однажды было сломано, и твоя семья освободилась от него. На несколько столетий. Мы просто должны узнать, что тогда произошло и сделать это еще раз.

- О, - тихим серьезным тоном произнес Драко, - перестань беспокоиться об этом. Расслабься, Гарри. Наслаждайся жизнью. Все больше и больше я начинаю думать, что ты не умеешь этого делать. Ты прирожденный лидер и, насколько я понимаю, ты никогда не потакал своему желанию обладать и управлять. То есть до тех пор, пока не заявил на меня права.

- До этого я и не знал, что во мне есть такие наклонности.

- Что только подтверждает мою правоту. Наслаждайся жизнью, хозяин Гарри. Наслаждайся мной и перестань все время говорить о свободе. Я не хочу ее. Я хочу только тебя.

Гарри кивнул и снова взял в руки вилку, но на самом деле он был не согласен. Он просто не хотел спорить, но в душе остался при том же мнении, которое озвучил раньше. Ты хочешь только меня, но, зная, кто я есть и кем мы были, я понимаю, что это говорит заклинание. Я должен снять его. Должен. Но если мои предположения верны и в результате к тебе вернется память, то твоя свобода будет означать, что ты больше никогда не будешь со мной.

И как я смогу наслаждаться жизнью после этого? Но как я могу поступать нечестно и держать тебя в рабстве, если есть способ дать тебе свободу?

Глава 37.

Бета Mellu

Письмо от мистера Малфоя прибыло следующим утром.

Дорогой мистер Поттер.
Прилагаю к письму ключ от сейфа №152, в котором находится собственные средства Драко. Впрочем, сейчас правильней будет говорить – Ваши. Не могу не сказать, что данная ситуация, насколько мне известно, уникальна в истории рода Малфоев.

Гарри полагал, что знает, о чем идет речь. В прежние времена Малфой, предназначенный быть рабом, рос в семье Поттеров, а у тех не было причин позволять ему иметь собственное хранилище. Рес меа эс могло быть достаточно проницательным и магически перенести средства Драко в хранилище Гарри. Возможно, именно таким образом были отрегулированы охранные чары на Вороньем Утесе... но, возможно, Гарри ошибался.

Он надеялся на последнее. Ему были не нужны деньги Драко. Гарри снова переключился на письмо.

Возможно, я подошел бы к настоящему делу по-другому, если бы не то, что случилось в субботу утром. Произошедшие события убедили меня и мою жену в необходимости быть абсолютно и безоговорочно честными с Вами. Именно поэтому я хочу объяснить, что не передал этот ключ раньше в надежде, что мой сын никогда не скажет Вам о нем. Вы правильно предположили – я не рад тому, что часть собственности Драко перешла в Ваши руки. С моей точки зрения более чем достаточно того, что Вы контролируете самого Драко.
Как бы то ни было, Драко потребовал ключ, а это означает, что Вы теперь знаете о существовании хранилища. Следовательно, утаить его невозможно. Что бы Вы ни думали о моем прошлом поведении, мистер Поттер, для меня забота о единственном сыне - не пустячное дело. Его благополучие и безопасность имеют первостепенное значение для меня и моей жены.

Я готов признать, что благодаря Вашей заботе, но без прямого использования его Вами, он, кажется, чувствует себя хорошо, и предположу, что Вы не считаете его удовлетворение такой простой вещью, которую легко выполнить. Мистер Поттер, как я уже говорил, по возвращении из России Драко очень изменился. Более того, он казался подавленным. Вообще-то, я вначале предположил, что его болезнь относится к сокрушительному разочарованию, которое, кажется, постигло его за границей.

Все это и стало причиной, по которой я не отдал ключ от хранилища Драко раньше. Он передал мне его перед отъездом в Россию, сказав, что за границей может сделать с ним лишь одно – потерять.

Почему он просто не оставил ключ у себя дома, я не знаю.

Люциус Малфой.

- Боюсь, что немного передержал поджаривающие чары на твоей яичнице, - сказал Драко, выходя из кухни с тарелками в руках. – Может, выбросить ее и сделать новую?

Гарри покачал головой еще до того, как вопрос был закончен. Яичница хрустела по краям немного сильнее, чем он любил, но это было неважно.

- Не хочешь сегодня вечером прогуляться в Гринготтс? – спросил он, подталкивая письмо к Драко. – Оно пришло, когда ты был на кухне.

Драко немедленно прочитал его, так и не сдвинувшись с места. Потом покачал головой. Гарри поднял бровь.

- Ты не хочешь посмотреть свое хранилище?

- Хочу. Спасибо, Гарри. Но еще больше я хочу, чтобы мой отец выказывал тебе больше уважения.

Гарри пожал плечами.

- Это неплохое письмо.

- По его мнению, это ужасно, что я твой раб!

- Ну, он честен и я это ценю, - сказал Поттер. – И я прекрасно знаю, что он не допустил бы этого, если бы мог.

- Он должен быть умнее. Ты изумительный...

- Я понимаю его точку зрения, - сказал Гарри, покачав головой, и приступил к завтраку.
Минуту спустя, когда он понял, что Драко сел рядом, но не прикоснулся к еде, Гарри вздохнул. Было не трудно говорить Драко, чтобы он ел, но Поттеру не нравилось то, что это означало. Беспомощность. Зависимость. В постели это, может, и было эротично, но там они играли. А здесь была реальная жизнь, и Гарри не нравилось то, что Драко так сильно зависит от него.

- Ешь, - сказал он, пододвигая тарелку к Драко. – И пей чай. Дай я добавлю тебе молока, как ты любишь.

Драко улыбнулся, ничего не сказав, но в его глазах появился удовлетворенный блеск. Он начал резать сосиску на кружочки, поедая каждый с явным наслаждением.

- Что ты хотел бы сегодня на ужин?

- Раз уж мы все равно собираемся на Диагон Аллею, то не надо ничего готовить, мы поужинаем где-нибудь там.

У Драко рука с вилкой замерла в воздухе.

- Я правильно понял, что ты говоришь про ресторан, где можно заказать еду с собой?

- Нет, я имею в виду нормальный ужин в ресторане. Мы аппарируем в Брайтон или куда-нибудь еще сразу после того, как разберемся с твоими финансами.

Драко засиял, как будто с его плеч свалилась огромная тяжесть.

- Гарри, это звучит прекрасно. Но... эээ... - его улыбка угасла. – Я полагаю, что это, скорее всего, твои финансы.

- Мы не знаем этого наверняка. Так сказал твой отец. Раньше никто, находившийся в твоем положении, не имел хранилища в банке. По моему мнению, Рес меа эс не знает, что с этим делать.

- Заклинание добавило тебя к тем, кто может проходить сквозь охранные чары моего дома.

- Получение доступа это не передача в собственность, - настаивал Гарри. – Заклинание просто не хотело, чтобы у тебя было уединенное убежище.

- Как будто я могу убежать от тебя, - Драко взмахнул рукой, показывая куда-то в сторону заднего двора, за границу которого он не мог выйти. Но в то же время его голос смягчился. – И как будто я когда-нибудь этого захочу.

Гарри надеялся, что Драко никогда не захочет, даже после того, как все вспомнит... но он запрещал себе думать об этом до того, как будущее начнет выглядеть слишком унылым.
--------------------------------------------------------------------

- О, это не может быть правдой, - сказал Драко позже, вечером, когда оказался в хранилище и смотрел на горы галеонов, окружавшие их. – Трудно поверить, что невыразимцам так хорошо платят.

- Может быть, это твое наследство.

Драко усмехнулся.

- Ты же читал письмо моего отца. Если бы он хоть что-то положил в мое хранилище, то забрал бы эти деньги до того, как ты заявил на меня права. Я уверен в этом.

- Но что если он не смог...

- Он кажется человеком, который может дать мне кучу денег без возможности забрать их назад, когда пожелает?

- Гм, нет, но...

Драко щелкнул пальцами.

- Есть только один способ выяснить.

Он подошел к двери хранилища и начал разговаривать с гоблином, который ждал их снаружи. Гарри позволил ему идти одному: банковские работники, как он и ожидал, считали владельцем хранилища № 152 одного Драко.

- Я хотел бы увидеть подробную выписку с указанием источников всех последних поступлений средств.

Гоблин оскалился, показав такие острые зубы, что они казались шипами.

- Владельцам хранилищ высылаются выписки один раз в год по умолчанию...

- И чаще – по требованию, - перебил его Драко, высокомерно наклонив голову. Его глаза блестели металлическим блеском, что выглядело захватывающе. По крайней мере, когда этот взгляд не был обращен на него, Гарри считал его захватывающим.

Гоблин оскалился сильнее, показав еще большее количество зловещих зубов, но Драко просто смотрел на него в ответ, не двигаясь, его осанка излучала холодное снисхождение.

С приглушенным рычанием гоблин вытащил из кармана свиток пергамента с бланком и, прижав его к двери, накрывая номер хранилища. Он что-то пробормотал и сделал несколько резких взмахов. Глупое размахивание палочкой, как сказал бы Снейп, - подумал Гарри. Ну, в том случае, если бы гоблин воспользовался палочкой.

Гоблин сунул свиток Драко, а потом отошел назад и уселся в тележку, стоявшую в нескольких футах от них. Драко заперся в хранилище вместе с Гарри.

- Впечатляющее шоу, - сказал Гарри, у него вырвался нервный смех. – Я никогда не мог добиться от них сотрудничества по оценке максимального правдоподобия расследований. И это при том, что за мной стояло Министерство. Эээ... впрочем, я полагаю, что их отношение может быть связано с моим незаконным вторжением в банк во время войны.

- Сюда? Ты шутишь.

- Нет, это правда.

Драко одарил Гарри слабой улыбкой.

- Не думаю, что они к тебе испытывают симпатию после этого. Подумать только, а я-то полагал, я полагаю, что худшим проступком клиента может быть угроза перевести счет в другой банк! – Он хохотнул, тряхнув головой. – Отец предупреждал, чтобы я старался никогда не упоминать об этой возможности. Гоблины начнут говорить тебе, как это сделать, а потом выставят такой итоговый счет за пользование хранилищем, что уму непостижимо. Гоблинам очень не нравится конкуренция.

Потом Драко, пожав плечами, протянул выписку Гарри.

- Это твой счет, - мягко сказал Поттер, - а не мой.

- Я знаю. По крайней мере, теперь. Отчасти это кажется нереальным. – Посмотрев на выписку, Драко сощурил глаза. – Гмм. Это не имеет смысла... Насколько я понимаю, в записях все правильно. Начало положил мой отец, ежегодно переводя мне определенную сумму с тех пор, как мне исполнилось одиннадцать. Из выписки ясно, что я время от времени окунался сюда. Полагаю, он не мог забрать деньги, когда ты заявил на меня права. Либо это, либо у него не было причины беспокоиться, поскольку сумма в итоге получилась небольшая...

- Небольшая? – Гарри подчеркнуто поглядел по сторонам. – Наши с тобой представления о том, что такое много денег, не совпадают.

Драко засмеялся.

- Ежегодно перечисляемые суммы действительно были небольшими, - подойдя к Гарри ближе, он показал ряд чисел на пергаменте.

- О! – На какой-то момент Гарри удивился скромности сумм, но потом вспомнил, Люциус Малфой верил, что деньги – сила. Вполне логично, что он хотел, чтобы Драко оставался зависимым от семьи. Возможно, Рес меа эс раздражало его главным образом по этой причине.

- А что это такое? – спросил Гарри, показывая на перечень вкладов, которые начали поступать вскоре после того, как закончился домашний арест Драко. – Каждый месяц, без исключения, и если я не ошибаюсь, за каждым перечислением видна эмблема Министерства. Должно быть, это твоя зарплата, да?

- Думаю, я и правда был Невыразимцем, - казалось, что Драко восхищен этим, но потом он начал немного дуться. – Только посмотрите на эти суммы! Ну в самом деле! Министерство мало платит. За практически рабский труд, это... о... я не хотел обидеть.

- Не бери в голову, - беспечно ответил Гарри. – Конечно, я работаю там не ради денег.

Драко наклонил голову набок.

- А ради чего тогда?

- Потому что это нужно делать, - пожимая плечами, ответил Поттер. – Итак, если в хранилище перечисления твоего отца и твоя зарплата составляют лишь малую часть денег, то откуда взялось остальное?

Драко, нахмурив брови, просмотрел список.

- Здесь нет ответа на этот вопрос. – Он быстро подошел к двери и открыл ее. – Эта выписка неполная. Где остальное?

Гоблин посмотрел на него сердито, показав все зубы сразу.

- Он говорит: «Неполная». Неполная! Хотите опорочить доброе имя Гринготтса, да?

- Нет, но я хочу полную выписку. Вот, посмотрите сами, - Драко взмахом руки показал на груды золота, лежавшие в хранилище, а потом ткнул пальцем в число, написанное в отдельной строке в самом низу пергамента. – Разве похоже, что эти суммы совпадают?

У гоблина глаза полезли на лоб, и когда он заговорил, его голос звучал более уважительно.

- Нет, мистер Малфой. Будьте добры, подождите минуточку, я разберусь, в чем дело.

Когда гоблин поспешно удалился в тележке, Гарри спросил, подняв бровь:

- Как ты думаешь, что происходит?

- Понятия не имею, - сказал Драко, проводя пальцами по монетам в одной из груд золота. – Надеюсь, в результате не окажется, что большая часть этих денег на самом деле мне не принадлежит.

- Это неважно, - усмехнулся Гарри. – В конце концов, я заявил на тебя права не ради денег.

Драко не улыбнулся. Он был очень серьезен.

- А почему ты сделал это? Только потому, что так было нужно?

Гарри знал, что Драко однажды задаст этот вопрос и у него был давно приготовлен ответ, но теперь он понял, что это не тот ответ, который он хотел бы дать.

Но что еще он мог сказать? Конечно не то, что он любит Драко. Заклинание может заставить того думать, что он должен любить Гарри в ответ. Черт, заклинание действительно могло заставить его влюбиться! Это невозможно. Если любовь Драко возникла не по доброй воле, не свободно предложена, то Гарри не хотел ее вовсе.

- Вначале для того, чтобы спасти тебе жизнь. Ты знаешь это. Мы не были друзьями... но мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что наши разногласия остались в прошлом и мне может действительно понравиться жить с тобой.

Драко криво улыбнулся.

- Вряд ли я стал бы спасать врага ради этого.

- О, но ты тогда не был моим врагом. Война закончилась, и я хотел все забыть. Я... я считал, что тебе должны были вынести более суровый приговор, но я не зацикливался на этом, и ни на чем другом. Может, я и ненавидел тебя раньше, а может, и нет, судя по тому, что в конце войны я спас тебе жизнь. Но в любом случае, когда я пришел заявить на тебя права, все это было в прошлом, и я больше не ненавидел тебя.

Взгляд Драко был пронизывающим, но на удивление, он ухватился за то, чего Гарри не ожидал.

- Ты не считал меня достаточно значимым, чтобы ненавидеть?

Когда Гарри поразмыслил над этими словами, то понял, что в них много правды.

- Да... может быть, и так.

- Гарри, я...

Поттеру не суждено было узнать, что собирался ответить Драко.

- Мистер Малфой, сэр, - тяжело дыша, окликнул его гоблин, приоткрывая дверь в хранилище. – Я нашел несоответствие. На ваш счет пришел перевод из России, но в выписках это поступление пока еще не отражено. Эти россияне немного необязательны в бумажных делах, но мы разберемся.

С этими словами он вытащил другой свиток пергамента, который, судя по виду, только что был написан.

- Исправленная выписка? – спросил Гарри, когда гоблин замолчал.

- Типа того, - медленно произнес Драко. – Я... я не могу толком разобраться. Здесь нет никакой информации об отправителе этого перевода... только запись о том, что мой счет не так давно пополнился семьюдесятью пятью тысячами галеонов. Как раз перед тем, как ты... гм...

Не похоже, чтобы Драко вдруг снова начал бессвязно бормотать... по крайней мере не теперь, когда заклинание адаптировалось, поэтому Гарри решил, что Малфой не хочет упоминать о своем рабском положении в присутствии гоблина. Или может, он подумал, что Гарри не хочет этого. Но было очевидно – Драко хотел сказать, что деньги пришли незадолго до того, как Гарри заявил на него права.

- Откуда пришли эти деньги?

- Из России, - ответил гоблин, взмахнув руками.

- Не могли бы вы сказать конкретней? – спросил Драко на этот раз ледяным тоном.

- Я не располагаю более подробной информацией...

- Тогда отведите меня к тому, кто располагает.

- Таковых не имеется, - ответил гоблин, показывая на светящийся черный знак, стоявший внизу листа. – Гриф «Совершенно секретно», мистер Малфой. Даже гоблины в России ничего не знают об отправителе. Им заплатили за перевод денег от неизвестного источника и в частности за то, чтобы не осталось никаких записей.

Драко погрузился в молчание и начал более внимательно изучать пергамент.

- Заклинание можно снять?

- Такие заклинания не снимаются. Это вам не Обливиэйт. О них очень мало известно. А гриф «Совершенно секретно» означает, что нам заплатили за то, чтобы мы не занимались расследованием.

- Значит, вы не можете, - спокойно сказал Драко. – Ладно. Так что насчет документов? Ведь они должны были поступить в хранилище в одно время с деньгами?

- Стандартные заклинания маскировки, - ответил гоблин, скрещивая руки на груди.

- О, - Драко слегка покраснел, как будто он должен был знать об этом. Это подсказало Гарри, что делать.

- Не могли бы вы подождать нас в тележке, пожалуйста? – спросил он, пытаясь одновременно выпроводить гоблина за тяжелую дверь хранилища.

Кажется, гоблин мог настоять на том, чтобы остаться, но он осклабился, еще раз показав им зубы, и ушел. Гарри закрыл за ним дверь.

- Я... я не могу вспомнить контрзаклинание, - признался Драко, когда Гарри снова подошел к нему.

Поскольку Гарри уже думал об этом, то не удивился. Право неограниченно распоряжаться счетом Драко получил только после совершеннолетия, а воспоминания об этом заклинании оказались в том период, который выпал из его памяти. Адаптация Рес меа эс этого не изменила.

Конечно, Драко быстро вспоминал те заклинания, которые знал когда-то, например, Эванеско сперма, не говоря уж о хозяйственных чарах. Но возможно, это потому, что их он чаще использовал в прошлом. Поттер нахмурился, подумав об этом. Насколько опытным был Драко?

- Гарри?

Поттер сумел пересилить себя и перестать думать о возможных любовниках Драко.

- Взмахни палочкой вот так, - сказал он, тщательно выверенным движением опуская руку, прежде чем произнести заклинание. Если у него была какая-то власть над деньгами Драко, то он не хотел об этом знать. – А потом скажи: Ноло Окултаре.

Драко кивнул и повторил заклинание. На вершине самой большой кучи золота появился свиток пергамента. Рука Драко дрожала, когда он потянулся за ним. К тому времени, когда он закончил читать, что там написано, его голос тоже дрожал.

- Кажется, Вороний Утес не всегда был моим, - сказал он, протягивая Гарри то, что оказалось договором дарения. На дом, на землю вокруг него... - А с того момента, как я обзавелся грудой этого золота. Полагаю, что Вороний Утес я тоже получил оттуда, откуда и деньги.

- Россия?

Конечно же, Россия. Документы были составлены в Санкт-Петербурге. Драко встретил пристальный взгляд Гарри, сам он тоже выглядел глубоко озадаченным.

- Может, я правда поехал туда, чтобы сколотить себе состояние. Может, я следовал за своими самыми дикими мечтами. Может, поэтому Вороний Утес такой необжитой. Просто я владел им недолго.

- Но достаточно долго для того, чтобы завести там сундук.

Драко улыбнулся, хоть и натянуто.

- Возможно, он был моим самым ценным имуществом, а?

Гарри покачал головой.

- Может, и так, но ты определенно владел Вороньим Утесом больше времени, чем это следует из документов. Я не могу объяснить, почему он кажется нежилым, но твой отец говорил, что они с твоей матерью навещали тебя там. Это было до твоего отъезда за границу. И, судя по его словам, задолго до того.

Глаза Драко начали блестеть, но нехорошим блеском. Кажется, сейчас он был ближе к слезам, чем в тот вечер, когда Гарри безуспешно пытался заставить его сыграть на пианино.

- Но зачем мне было нужно притворяться, что я владелец Вороньего Утеса, если это неправда? Что я мог скрывать?

- Не знаю...

- Гриф строжайшей секретности, - усмехнулся Драко, стукнув по черной блестящей эмблеме на документе. – Гоблины не скажут нам ни одного словечка. Может, тебе нужно просто арестовать меня и покончить с этим? Все очень просто. Я так хорошо заметал следы, потому что был замешан в чем-то очень дурном. Учитывая все обстоятельства, это было что-то очень опасное. – Драко резко завернул рукава мантии и рубашки и открыл Темную метку.
– Возможно, я не могу отличить правильное от неправильного. Черт, Гарри, я, может, не могу даже отличить белое от черного!

Гарри не нравилась неуверенность в голосе Драко, поэтому он притянул любовника к себе и обнял обеими руками.

- Ты знаешь отличие, - сказал он, с каждым словом прижимая Драко все крепче. – Человек, который не может отличить белое от черного, не стал бы страдать от мысли, что он не в состоянии сделать этого. Кроме того, Драко, - настойчиво добавил Гарри, когда тот всхлипнул, – я знаю тебя. Ты не сделал ничего ужасного. Я не лгу. Но ты боишься этого, даже сейчас. Я... я должен найти способ помочь тебе. Я видел, что ты нуждаешься в этом, что ты боишься и чувствуешь себя одиноким, что тебе кажется, будто у тебя нет никаких хороших вариантов...

Драко сглотнул.

- Ты мог помочь и не сделал этого? Почему, хозяин Гарри?

Гарри потер Драко спину.

- Я до недавнего времени не понимал, какое отчаяние ты испытывал. И... гм, ты мне не нравился, Драко. Так что было очень легко предположить самое худшее.

- Потому что я был плохим, - тупо произнес Драко.

- Если бы ты когда-нибудь действительно был плохим, то убил бы Дамблдора, когда у тебя появилась такая возможность. Но ты не сделал этого, Драко. Ты не убийца.

Драко содрогался, издавая приглушенные всхлипывающие звуки, которые Гарри слушал с облегчением. Прошло немало времени прежде чем Малфой смог говорить. Впрочем, его голос звучал неуверенно.

- Кто... кто такой Дамблдор?

Гарри слегка отодвинулся и поцеловал Драко в наморщенный лоб. Иногда он забывал, как много выпало из памяти Драко. Тот помнил Хогвартс лишь по заклинаниям, которые выучил там, но почти не помнил людей, которых знал когда-то. Драко даже не помнил декана своего факультета.

- Был. Он погиб на войне, но не от твоей руки. Он был директором Хогвартса.

Гарри охватили былые чувства и он чуть было не поддался им. Среди них, как и всегда, была злость на Снейпа. Не свежая злость, потому что сейчас Гарри знал, в каком положении оказался Снейп. Дамблдор той ночью просил смерти, и он уже умирал от как яда, который в него влил Гарри, так и от проклятья, которое медленно иссушало его руку. Но все же, что бы ни знал Поттер о той ночи, он чувствовал отголосок ярости, которую испытывал тогда.
Возможно, если бы у него была подходящая возможность поговорить потом со Снейпом обо всем этом... черт, хоть о чем-нибудь, он смог бы закрыть эту страницу своей жизни. Но вместо этого он получил незаживающую рану.

- Мне жаль, что ты скучаешь по нему, - тихо сказал Драко из утешаемого становясь утешающим.

Гарри выдавил приглушенный смешок. Да, он скучал по Дамблдору. Но в целом то, что он испытывал, было сложнее. Почему Дамблдор не рассказал ему больше, когда это могло помочь, имело значение? Стоило Гарри вспомнить тот последний, ужасный, год войны, как ему на ум приходил язвительный критицизм Аберфорда по отношению к своему брату.
Но что имело значение сейчас, было связано не с его чувствами к Снейпу или Дамблдору, а только к одному лишь Драко.

- Дамблдор видел в тебе хорошее, - решительно сказал Поттер, дергая вниз рукав Драко, чтобы закрыть Темную метку.

- Но что если я сделал что-то ужасное в России? Что если это... состояние приобретено нечестным путем?

- Ты точно так же беспокоился из-за содержимого сундука, а все оказалось просто прекрасно.

- Окажи мне любезность – ответь на вопрос, - сказал Драко, его глаза блестели от раздражения. Гарри был рад видеть это. В конце концов, покорный Драко не был похож на себя, а Гарри любил его такого, какой он есть, со всеми недостатками. – Если бы все это имело криминальное происхождение, ты бы посмотрел на метку на моей руке и никогда не стал бы заявлять на меня права?

Гарри снова поднял рукав мантии Драко, но лишь на несколько дюймов, чтобы открыть цепочку зеленых линий, украшавших его запястье.

- Это – единственная метка, какую я буду видеть, - пообещал он, поднося запястье Драко к губам и нежно целуя линии, звено за звеном, пока продолжал говорить. – Это – единственное, что имеет значение, Драко. Ты мой. Ты принадлежишь мне и никто не причинит тебе вреда.

- Даже Министерство? Ты – Главный аврор, ты не можешь смотреть сквозь пальцы...

Разве они уже не говорили об этом? Гарри решил, что Драко нуждается в еще одном уверении. Точнее, страстно его желает.

- Если вопрос встанет таким образом, я подам в отставку, Драко. Эта работа... ну, в конечном счете, это просто работа. Есть другие вещи, более важные, чем она, например... - Тот, кого ты любишь. – Например, семья, - закончил Гарри.

Драко посмотрел на Гарри сквозь ресницы. В этом взгляде были одновременно и облегчение и озорство.

- Ну, если до этого дойдет дело, ты всегда сможешь сам наказать меня, гмм? Ты умеешь быть строгим, когда этого требуют обстоятельства.

- Ты предлагаешь наградить тебя, - сухо заметил Гарри.

- О, нет. Я уверен, что ты сможешь по-настоящему меня наказать.

- Я буду иметь это в виду, - сказал Гарри, еще раз целуя запястье Драко. – Ну, все в порядке? Пойдем отсюда?

- Одну минуту. – Повернувшись к грудам золота, Драко сощурил глаза, будто подсчитывал что-то. Но потом, кажется, отказался от этой затеи. – Не думаю, что ты знаешь, сколько стоит пианино?

- К сожалению, понятия не имею.

- А, ладно, - Драко зачерпнул горсть монет и, прежде чем опустить в карман, пересчитал их. – Если я могу свободно тратить эти деньги, то полагаю, что в первую очередь мне нужно купить себе приличный кошелек.

Гарри кивнул.

- Теперь готов?

- Еще одна вещь, - развернув выписку, Драко убедился, что теперь депозит из российского отделения Гринготтса занесен правильно, и что те деньги, которые он только что взял тоже были записаны точно. – Вот теперь все в порядке.

Гарри улыбнулся собственной наивности.

- Я никогда не делал этого – не проверял счета подобным образом.

Драко поднял бесцветную бровь, он выглядел таким спокойным, каким Гарри никогда не видел его.

- Правда? Кажется, это моя привычка, хотя когда я думаю об этом, то, кажется, могу припомнить несколько приправленных язвительными замечаниями лекций относительно того, как распоряжаться деньгами. Думаю, что первая из них была услышана мной лет этак в пять.

Гарри рассмеялся. Он без труда представил себе Люциуса Малфоя в роли лектора.

- Гмм, и все финансовое образование, какое я получил, сводилось к одному: Ты ведь не думаешь, что твои родители не обеспечили тебя? У тебя есть свое хранилище и вот ключ от него.

Драко провел пальцем по руке Гарри, это прикосновение обещало гораздо больше, чем его последующие осторожные слова:

- Я могу помочь тебе, если хочешь.

- Управлять моими деньгами?

- Я бы не осмелился предложить, если бы ты совершенно недвусмысленно не выразил желание, но я был бы рад научить тебя всему, что знаю сам о банковском деле, хранилищах и прочем. Все, чтобы сделать твою жизнь легче, мой хозяин Гарри.

- Я думал, что ты специализируешься на том, чтобы усиливать напряжение, - сказал Поттер, слегка усмехаясь, чтобы Драко не понял его неправильно. – Особенно в одном месте.

- Ммм, с утра прошло уже несколько часов, - Гарри подумал, что усмешка Драко была намного благородней, чем его собственная. – Может, нам повременить с ужином. Если ты хочешь меня, то совершенно очевидно, что это важнее.

- Нет, давай насладимся предвкушением. Посмотрим, до какой степени возбуждения мы сможем довести друг друга только лишь при помощи слов.

- Ну, если это игра, то хочу честно предупредить тебя, что я весьма красноречив, - протянул Драко. – Я доведу тебя до дрожи раньше, чем ты сможешь выговорить слово «амброзия».

- Может, в таком случае, нам пропустить ужин? – спросил Гарри. Он уже так был возбужден, что охотно сдался бы без боя.

- О, нет. Как бы ни было романтично заявить, что я жажду лишь тебя, но я действительно хочу есть. А ты можешь не сомневаться в том, что я говорю тебе обо всех моих потребностях.

- Да, я очень рад этому. Тогда идем ужинать. Но не в Брайтон. Теперь мне кажется, что там несколько многолюдно. Я знаю одно уютное местечко в Борнмуте. Как насчет того, чтобы поужинать там при свечах? Но маги туда не ходят, так что нам нужно заскочить домой и переодеться, хорошо?

- Как пожелаешь, - сказал Драко, молитвенно складывая руки.

Но, судя по его тону, ему не хотелось этого.

- Ты бы предпочел отправиться в Брайтон.

- А я бы предпочел делать то, что больше всего нравится тебе.

Кажется, грусть в глазах Драко исчезла, но Гарри чувствовал, что это произошло благодаря усилию воли.

- Что-то не так?

- Борнмут звучит красиво, - решительно сказал Драко. – Идем?

Гарри невольно подумал, что он что-то пропустил, но было очевидно, что Драко не хотел вступать в дискуссию, поэтому и он выбросил это из головы.

Глава 38.

бета Mellu

Гарри издал горловой стон, когда Драко провел пальцами по его обнаженному бедру соблазнительно близко от члена.

- Ты еще не насытился?

- Ты спрашиваешь это только потому, что после великолепного секса не прошло и часа?

- И час еще после одного, второго за эту ночь, или третьего, не помню, и вчера утром, и утром, в результате чего я снова по твоей милости опоздал на работу, и...

Драко тихо засмеялся. Его голос был хриплым и таким глубоким, что Гарри захотелось чуть подвинуться, чтобы толкнуться в ищущие пальцы Драко.

- Гарри, я слишком... требователен?

Конечно, это было не так. Все, чего Драко хотел в постели, Гарри хотел тоже. Порой это шокировало его. Нет, не сам секс и не то, что он спал с мужчиной. Гарри нисколько не заморачивался по этому поводу. Нет, Гарри удивляла их с Драко абсолютная совместимость. У него никогда раньше не было ничего подобного, и он представить себе не мог, что такое может быть. Секс с Джинни был... ну, не то, чтобы рутинным занятием. Это слово тут не подходило. Хотя бы потому, что это было чертовки горячо. Впрочем, до Джинни Гарри был девственником, и это могло влиять на его восприятие. Но даже когда они с Джинни только начали встречаться, это не было так естественно и не доставляло столько удовольствия.

Правда, порой его поражало, сколько приходилось потрудиться, чтобы выяснить, чего хочет Джинни и попытаться дать ей это. Он полагал, что у нее были какие-то заморочки на этот счет. Она не была готова просто сказать, чего ждет от него в постели.

А вот с Драко казалось, что все происходит само собой. Они великолепно понимали друг друга и в постели и вне ее, впрочем, пару недель после посещения банка они большую часть времени провели либо занимаясь сексом, либо наслаждаясь посторгазменным состоянием. Ха... в эти дни Гарри редко спал в своей постели, так что его собственную спальню можно было бы смело закрыть на замок. Большую часть ночей все равно он проводил в постели Драко.

Может, потому, что в своей комнате он когда-то спал с Джинни. Да, наверно, так оно и было. Гарри чувствовал, что между ним и Малфоем стояло много прошлых событий, чтобы добавлять что-то еще.

Или может реальная проблема заключалась в том, что кровать Гарри была чертовски огромной. Он никогда не замечал этого, пока спал рядом с Джинни – они обычно откатывались на разные стороны кровати, но с Драко все было совершенно по-другому. Гарри всегда его не хватало, и дело было не только в чисто сексуальном ощущении. Ему нравилось спать, прижавшись грудью к спине Драко.

Спать в кровати, где было достаточно места, чтобы между ними уложить трех взрослых человек... это было не то. Нет, узкая кровать Драко идеально подходила им. Когда Гарри понял, что размышляет об этом, ему стало плохо. По-настоящему плохо.

Возможно, когда-нибудь - все это рухнет у него на глазах, но сейчас Гарри было очень хорошо, и он не хотел думать о том, что будет. Гораздо приятнее получать удовольствие, пока у них было время. Гарри быстро, без предупреждения, смахнул руку Малфоя со своего бедра, опрокинул его на спину и лег сверху, прижимаясь к нему всем телом.

Проклятье, но Поттеру нравилось, когда под ним лежал мужчина. Мужчина приблизительно одного с ним роста. Не надо было беспокоиться о том, что он может сделать больно Драко, которому и это тоже понравилось бы, учитывая его пристрастия.

- Да, ты немного требователен, - тихо прорычал Гарри, накрывая ладонью щеку Драко. Он слегка надавил пальцами только для того, чтобы оставить слабые следы на коже. – Разве не ты всегда умоляешь разрешить тебе кончить? Это практически первое, что я слышу по утрам, не считая стонов, которые ты издаешь, когда отсасываешь мне.

Драко начал тяжело дышать, его глаза остекленели и стали светло-серыми.

- Да, да. Это плохо с моей стороны, я знаю. Я проснулся таким возбужденным, а ты... твой член по утрам такой горячий и твердый, что готов взорваться... Ты же не думаешь, что я могу устоять, тем более, когда мой хозяин нуждается в удовлетворении.

- Я хочу, чтобы ты максимально удовлетворил меня, - строго сказал Гарри. – Думаю, что мне нужно поставить тебя на место, Малфой.

- Пожалуйста, - простонал Драко. – О, избейте меня, хозяин Гарри. Бейте меня до тех пор, пока я не начну просить вас остановиться...

- Но ты должен заслужить это, - вкрадчиво произнес Гарри, наклоняясь будто бы поцеловать Драко, но вместо этого слегка куснул его губы. – Разве ты не усвоил это в пятницу, когда мы были в Вороньем Утесе? Я не стану пороть твою прелестную задницу, пока ты действительно не заслужишь эту награду. Итак, что ты можешь сделать для меня, Малфой? Гмм?

Драко облизал губы, явно наслаждаясь крошечными вмятинками, оставшимися от зубов Гарри.

- Я... я могу взять тебя в рот до основания и сосать, пока ты не кончишь, выкрикивая мое имя...

- Разве не это ты делаешь дважды в день? – спросил Гарри, качая головой. – Вижу, ты не помнишь пятницу. Прояви творческую смекалку.

Глаза Драко засияли.

- Я буду весь день ходить по дому голым – ни клочка одежды, на мне не будет ничего, кроме этого, - он вывернул запястья так, чтобы стало видно метки от Рес меа эс. – Я знаю, тебе понравится мой вид. Я сведу тебя с ума, мой хозяин Гарри...

- Гмм. Заманчивое предложение, - протянул Гарри. – Но...

- А еще я буду ходить возбужденным весь день! – выпалил Драко.

- Весь день? – Гарри наклонился и поцеловал крошечные метки, которые облизывал Драко. – И не будешь прикасаться к себе, да? Ты сделаешь это для меня, Драко? Ты будешь ходить весь день голым, твои руки будут зачарованы так, что ты не сможешь прикоснуться к своему члену, а возможно, даже связаны...

- Связаны, - задохнулся от эмоций Драко. – О, пожалуйста, связаны. Весь день, да, я хочу этого, очень сильно хочу, хочу тебя...

- Но ты сможешь оставаться возбужденным, как обещал? Без какой-либо... помощи?

Драко спокойно встретил его взгляд.

- Ты не знаешь, как этого добиться? Я всего-навсего должен думать о тебе.

Неспособный долее сопротивляться, Гарри поцеловал его, лениво двигая бедрами и потираясь членом о член Драко, а потом он ускорил темп. Через минуту они оба кончили.
Гарри упал на спину, не беспокоясь о том, что его ухмылка была совершенно идиотской. Одно из преимуществ того, что Драко требовалось разрешение, чтобы кончить, заключалось в том, что Гарри всегда мог сделать так, чтобы они кончили вместе.

Порой это было именно то, чего он хотел, точнее, то, что ему было нужно. Хотя иногда ему нравилось быть властным и не позволять Драко кончать до тех пор, пока тот не впадал в полное отчаяние.

- Итак, весь день мои руки буду связаны, а член возбужден, да? – спросил Драко, прикрывая ладонью зевок. – Возможно, мы сможем начать через час, потому что после второго раунда мне надо вздремнуть.

Как бы ни было велико искушение, Гарри покачал головой.

- Боюсь, нам придется выбрать другой день для игр и забав. Сегодня я должен идти на работу.

- Но... но ты никогда не работал по воскресеньям.

- Знаю, но Кингсли завтра в первой половине дня хочет еще раз просмотреть вместе со мной отчеты по расходам отдела, а у меня еще не все готово.

Казалось, что взгляд Драко заострился.

- Может, я пойду помогу тебе? Я хорошо разбираюсь в цифрах.

- Ты без труда разобрался с банковской выпиской, - согласился Гарри. – Но... гм, по воскресеньям мало кто работает, это правда, но кое-кто там все же есть. Что я им скажу, Драко?

С минуту тот молчал. Потом, рискнул произнести безразличным тоном:

- Например, что я пришел помочь тебе?

- Вряд ли это хорошо скажется на моей репутации. Ну, сам посуди, я все-таки глава отдела, - Гарри покачал головой. – Нет, оставайся дома и отдыхай. Поваляйся в постели, прими горячую ванну.

Драко лишь пристально посмотрел на него. Вздохнув, Гарри перевернулся и поцеловал его в щеку.

- Прости, я должен работать. Мне нужно было сказать об этом заранее, да? Но не беспокойся, я буду дома задолго до ужина с твоими родителями.

Драко слегка вздрогнул.

- Я совсем забыл.

А Гарри - нет. Перспектива принимать Малфоев здесь, в своем доме, была не настолько привлекательной, чтобы забыть о ней. И конечно, это было значительное событие. Нет, пригласить Люциуса и Нарциссу на ужин предложил Драко. Он видел взгляд Гарри, когда получил письмо по каминной сети с приглашением для них обоих в Мэнор.

- Может быть, - предложил он ненавязчиво, но в его глазах появился какой-то непонятный блеск, - будет лучше, если ты позволишь мне увидеться с ними здесь, в твоем доме, где у тебя будет преимущество? Я... я не думаю, что тебя пугает Мэнор, но ты там чувствуешь себя скованно.

Но Гарри в последнюю очередь хотел чувствовать себя легко в присутствии родителей Драко, поэтому покачал головой.

- Кроме того, - продолжал Драко, - думаю, что мне хотелось бы, чтобы они увидели дом, где я живу. И человека, с которым я живу. Понимаю, что это нелогично, потому что они прекрасно знают, что я живу с тобой, но... но... почему-то для меня это важно, чтобы они увидели нас здесь.

Хорошо, значит, Драко по какой-то причине это было нужно. Гарри понятия не имел почему, но он согласился.

- Итак, что мне приготовить? – спросил Драко. Он уже перестал дуться из-за того, что Поттер не захотел взять его с собой в Министерство.

Гарри пожал плечами.

- Не готовь сегодня вообще ничего. Я думаю, что нам нужно заказать по каминной сети все необходимое у кого-нибудь из поставщиков готовой еды. Именно так я сделал, когда переехал сюда и отмечал новоселье. Ты определись с меню, но заказ лучше отправить до полудня. Я разрешаю тебе отдавать распоряжения по каминной сети...

Драко сел и скрестил руки на груди.

- Если ты не прикажешь мне стать постоянным клиентом фирм, доставляющих готовую еду на дом, я не стану этого делать, Гарри.

- Но почему? Мы же часто заказываем еду...

- Один-два раза в неделю - это не все время, - нахмурился Драко. – Как правило, я готовлю сам, и ты это знаешь.

Гарри покраснел. Он предложил это из самых лучших намерений, подумав, что можно было бы не возиться с готовкой, но как только Драко изучил его расписание, то начал все чаще и чаще готовить ужин к тому времени, когда Гарри возвращался домой с работы. А поскольку Гарри никогда не любил заниматься стряпней после долгого дня в Министерстве, то ничего не говорил. Ну, кроме «Спасибо».

- Прости, - сказал он. – Впредь я буду честно выполнять свою часть...

- Нет, нет, нет, - сказал Драко, слегка повышая голос. – Я не то имел в виду, и я не этого хочу. Просто... я не хочу притворяться перед моими родителями. Я не могу этого делать, понятно? Я... я не знаю почему, но от этой мысли мне чуть не становится плохо. Нет, не так. Мне становится плохо.

Гарри взял руку Драко в свою и слегка похлопал по ней.

- Ну, я не думаю, что мы должны объявлять им, что каждый вечер заказываем еду на дом. Просто я подумал, что они едят довольно претенциозную еду, и...

- Изысканную, - перебил Драко.

Гарри не закатил глаза, но был близок к этому.

- Хорошо, изысканную.

- Ты думаешь, что я не смогу приготовить ничего, что бы удовлетворило их вкусу?

К этому моменту Гарри уже сам не знал, что он хочет сказать. Он просто хотел проявить деликатность, вот и все. Впрочем, Драко не дал ему ответить.

- Хозяин Гарри, когда мы знали друг друга раньше, меня очень заботило, что обо мне подумают родители?

- Можно сказать, что да, - сухо ответил тот.

- Ну, сейчас-то это меня не волнует, - помрачневшим голосом сказал Драко. Он заметно злился, но Гарри чувствовал, что большая часть этой злости была направлена на самого себя. – Они тоже могут съесть то, что я приготовлю, и пусть знают, что именно я приготовил это, а если их что-то не устраивает, то это не мои проблемы. – Он окинул взглядом комнату, будто оценивал ее. – То же самое относится к нашему дому. Это не поместье, но я не стыжусь того, что живу здесь с тобой и я не хочу притворяться.

Гарри сел на кровати и посмотрел через плечо на Драко.

- Поэтому ты хочешь пригласить их сюда? Чтобы показать им все это?

- Гмм. Может, и так. Но главным образом мне надоело смотреть, как мой отец ведет себя с тобой. Будто едва выносит твое присутствие в своем доме. Думаю, ему неплохо было бы прийти сюда, если он хочет повидаться со мной.

Гарри лишь надеялся, что все пройдет без каких-либо проблем.

- Ладно. Ну, мне надо уходить. Обещаю, что вернусь не позже четырех.

- Ты не позавтракал...

Гарри встал с кровати и наложил на себя очищающие чары, удостоверяясь, что заклинание уделило особое внимание его члену и яйцам. Не хватало еще появиться в Министерстве, распространяя запах секса.

- Нет времени, я даже не успеваю принять душ. Как только я приду на работу, попрошу какого-нибудь эльфа принести мне сэндвич и поем, пока буду заниматься делами.

- Как хочешь.

- Но ты должен поесть, - строго сказал Гарри. – Не забудь сначала позавтракать, а позже - пообедать. Если мое распоряжение к обеду утратит силу, ты сообщишь мне об этом запиской, которую пришлешь по каминной сети, хорошо? Это приказ.

- Да, Гарри.

- Тогда все в порядке, - Поттер выскочил за дверь и побежал в свою комнату одеваться.
----------------------------------------------------------------

Гарри уже несколько часов с головой сидел в гроссбухах ОМП, когда услышал, что камин ожил. Сначала он подумал, что это у Драко возникли какие-то проблемы с тем, чтобы поесть (и от этой мысли ему стало дурно). Они уже выяснили, что общие, без особых оговорок, приказы не работают, но, черт побери, заклинание уже адаптировалось, и сегодняшнее распоряжение насчет завтрака и обеда должно было сработать!

Но это вовсе не была записка от Драко. В пламени появился Рон и вошел в его кабинет. Поттер был удивлен.

- О, выходит, мне тут не рады? – спросил Рон суховато. Но потом, противореча собственным словам, он без разрешения подвинул себе стул и уселся на него.

- Просто... ну, конечно, я тебе рад, но около трех месяцев назад я менял охранные чары на этом камине, и твой дом не был соединен с моим кабинетом напрямую.

Рон улыбнулся, но выражение его лица было угрюмым.

- Но я полагаю, что твой дом был соединен с ним.

Гарри захлопал глазами, его первой мыслью было что-то вроде: «О, боже. Надеюсь, что Драко не сделал ничего из того, что мы планировали с ним...».

Это было то, на что Малфой вполне мог решиться. Маленький сюрприз для него. Когда Гарри он придет с работы, то обнаружит, что Драко весь день был голым и возбужденным...
Впрочем, вряд ли, поскольку вечером должны были прийти его родители и Драко готовил ужин. А раз так, то он должен был надеть что-нибудь, да? Хотя бы передник?

Гарри пытался не покраснеть, когда на минуту представил себе Драко, одетого лишь в крошечный передник на тонких веревочках, который едва прикрывал его член...

- Ты был у меня дома? – наконец выдавил Поттер.

Рон барабанил пальцами по деревянному подлокотнику кресла.

- Да. Я подумал, что это затянулось и нам лучше сесть и поговорить, поскольку не похоже, чтобы все прошло само собой.

Если он видел Драко голым, то уже сказал бы что-нибудь на этот счет, - решил Гарри.

- Что длится достаточно долго? Ты о чем?

- Обнадеживающий вопрос, - усмехнулся Рон. – Когда-то мы ужинали вместе по пятницам, Гарри. Каждую неделю без исключений. Ты, я, Гермиона и Джинни. Ладно, я понимаю, почему присутствие Джинни сейчас было бы неуместным. Возможно, вы с ней еще долго не сможете нормально общаться. Но разве это причина избегать нас с Гермионой? Сколько недель прошло с нашей последней встречи, а?

Гарри действительно не мог вспомнить. Сначала он беспокоился о Драко, а потом... ну, потом дни и недели слились воедино в угаре занятий любовью.

- Эээ...

- Вот и я о том же, - сказал Рон, но без особого раздражения.

- Я вижусь с Гермионой на работе, по крайней мере, пару раз в неделю...

- Это очень утешает, - протянул Рон, качая головой. – Давай, Гарри. Ты сейчас разговариваешь со своим лучшим другом. Мы с Гермионой хотим видеться с тобой, я имею в виду - не на работе. Как насчет сегодняшнего вечера? Да, я знаю, что тебе придется взять с собой Малфоя. Не отказывай мне хоть в малой доле разума.

Гарри чувствовал себя ужасно из-за того, что ему придется ответить на это предложение.

- Прости, Рон, но у нас с Драко уже есть планы на сегодняшний вечер.

Рон внезапно нахмурился.

- Мы будем этого делать, Гарри. Только не после того, через что мы прошли вместе. Мы не отбросим все это только из-за того, как ты обращался с моей сестрой! Ты можешь попытаться отмахнуться от меня. Но я не позволю тебе...

- Я не отмахиваюсь от тебя! – воскликнул Гарри. – У нас действительно планы...

- Так отмени их, - тут же парировал Рон. – Я вижу, ответа у тебя нет. Потому что на самом деле нет никаких планов, ты...

- Сегодня ко мне домой на ужин придут Малфои, - выпалил Гарри, - и я с ужасом думаю об этом вот уже несколько дней. Если ты полагаешь, что я отменю этот ужин, чтобы пройти через все это еще раз, то...

Рон фыркнул.

- Хорошо, у тебя действительно есть планы. Я не думаю, что ты стал бы лгать, ссылаясь на подобные обязательства. Может, ты расскажешь мне, почему пригласил Люциуса и Нарциссу Малфоев на чай?

- Не на чай, а на ужин, - пробормотал Гарри.

- Ответь, черт возьми, на вопрос!

Что ж, Гарри поднял глаза и встретил взгляд Рона.

- Это нужно Драко.

- Значит, ты делаешь это ради Драко.

- Да, он... ну, для нас с тобой они, может, и ужасные люди, но для него они родители, знаешь ли, и ему нужно иногда видеться с ними.

Рон сощурил глаза.

- Ты не хочешь принимать их в своем доме.

- Не очень. Но я не хочу, чтобы Драко встречался с ними без меня. Его мать... о, боже. Порой она говорит то, что не следует и глупое заклинание наказывает за это Драко. Если меня там не будет... - Гарри содрогнулся.

- Ты же тогда был в этом их жутком имении.

- Да, - наступила самая трудная часть разговора. – Но, гм, Драко хочет, чтобы они увидели, где он живет, а поскольку в прошлый раз приглашали они... да.

Рон начал качать головой.

- Хорошо, я признаюсь. Это единственная вещь, которая не приходила мне ум, когда ты порвал с Джинни. То есть она говорила мне об этом пару раз, но я считал, что она просто выпускает пар. Знаешь, типа «нет в аду такой фурии».

- Она порвала со мной...

- О, черта с два. Я знаю свою сестру. Она много лет назад вбила себе в голову, что влюблена в тебя. Она никогда не бросила бы тебя, если бы ты не сказал ей прямым текстом, что у нее нет надежды, но она настойчиво говорили бы всем, что это было ее решение! И учитывая, почему ты бросил ее, я не знаю, то ли врезать тебе по морде, то ли благодарить за то, что ты, по крайней мере, не стал изменять ей!

- Что? Я... я... - У Гарри сорвался голос. – Я не позволил бы себе так обращаться с Джинни. И что ты имеешь в виду, когда говоришь о причине, по которой я порвал с ней? Просто я больше не люблю ее и...

Рон фыркнул.

- Да, я так и полагал. Иначе ты не спутался бы с Малфоем, да?

Гарри покраснел, но пытался сохранить самообладание. Одно дело сказать правду Гермионе, другое – Рону, который был готов в любую минуту взорваться (и не только из-за Джинни). Он всегда был вспыльчивым и легко обижался.

- Я не...

- Послушай, я пришел сюда, чтобы наладить нашу дружбу, ведь, насколько я могу судить, в последние несколько недель наши отношения разладились. Но если ты будешь продолжать лгать мне в лицо, то будет очень трудно все исправить!

Гарри ссутулился. Он обнаружил, что с трудом верит другу, кроме того...

- Тебе сказала Гермиона...

- Ну конечно, Рон Уизли не имеет собственных мозгов, - сказал тот. Он сидел прямо, а потом тоже наклонился вперед. – Вы с ней всегда никогда не придавали значения умению играть в шахматы. Я действительно могу увидеть всю проблему целиком!

- Тогда... как ты узнал? – Гарри сглотнул. – Эээ... когда ты узнал? О, боже. Не тогда, когда я сказал, что тебе рассказала Гермиона?

- Вообще-то, за пару минут до того, - Рон пристально посмотрел на него. – Первым звоночком была жалоба Джинни на то, что ей не нравится, как ты смотришь на Малфоя. Джинни не вдавалась в подробности, и я тогда не понял, что именно она имела в виду, но потом вспомнил и... сообразил. И потом, сегодня, когда я пришел к тебе домой, Малфой был... взъерошенным, что совершенно не похоже на него, - Рон покраснел и резко добавил: - И от него пахло сексом, понятно?

- О.

Рон снова фыркнул.

- Но даже этого оказалось недостаточно, чтобы заставить меня посмотреть на дело под таким углом, Гарри. Я просто решил, что он дрочил. Ну, кто мог его захотеть? Не обижайся. Но окончательно все стало понятно, когда ты сказал, что пригласил Малфоев, потому что это нужно Драко. Меня его потребности не волнуют, но я знаю, что никогда бы не пустил этих людей в свой дом, если бы не был хоть немного влюблен в Малфоя. Закрыли тему.

Гарри прикрыл глаза, чувствуя, как его трясет. Он лишь надеялся, что это не заметно.

- Я думал, ты сильнее разозлишься.

- О, разве я говорил не сердито? – Гарри показалось, что Рон успокоился. – Как я уже говорил, я не знаю, то ли врезать тебе, то ли благодарить. То есть, я не могу одобрить того, что ты так долго встречался с моей сестрой, когда твои симпатии сместились в другом направлении. Вряд ли это справедливо по отношению к Джин, но, в то же время, я хорошо тебя знаю и считаю порядочным человеком. Я абсолютно уверен, что ты порвал с ней до того, как начал путаться с Малфоем...

- Да, конечно!

- Ладно. Черт, трудно винить тебя за то, что ты толком не знал, нравятся тебе оба пола или все же больше мужчины больше. Ведь я был рядом с тобой все эти годы и мне прекрасно известно, что порой у тебя практически не было шансов остаться в живых. А как эти ублюдки растили тебя? Я понимаю, что тебе нужно было время, чтобы разобраться в такого рода вещах. Гм, в плане эмоций.

Гарри не думал о происходящем в таком свете, но это было логично, поэтому он кивнул.

- А Джинни... черт. Думаю, хватит говорить о Джинни. Но боже правый, Гарри, Малфой? Разве ты не помнишь, каким сопляком он всегда был. Конечно, он хорошо выглядит. Я не слепой. Но ты же знаешь, что он не более, чем смазливая мордашка...

- Но сейчас он не такой, - сказал Гарри и покачал головой – получалось как-то неправильно. – Он не тот человек, каким всегда был, Рон. Больше нет.

- Я сам это вижу, но ради Мерлина, Гарри! У него амнезия! В любую минуту он может стать все тем же эгоистом, нет, он станет все тем же эгоистом! Неужели ты этого хочешь?

Гарри сгорбился, он почувствовал себя несчастным.

- Я просто живу.

Рон закатил глаза.

- Ну, по крайней мере, я уверен в одном. Ты бросил мою сестру не ради Драко Малфоя. Это просто секс и я считаю, что если тебе нужно потрахаться, ты можешь позволить ему удовлетворить твои желания. Он не заслуживает ничего лучшего...

- Это не просто секс, Рон.

Рон встал, его глаза блестели от смеха.

- Я уверен в своей правоте, но если ты этого еще не знаешь, ну... это просто потому, что ты есть ты. Ты не хочешь считать, что используешь его, иначе окажется, что люди могут быть твоими вещами. Но черт, ты такой же человек, как и все мы, а он рядом и ты хочешь его, точнее, хочешь получить его вопреки твоим принципам. Что ж, отлично. Я не собираюсь отказываться от нашей дружбы из-за ничего не стоящей кучи дерьма по имени Драко Малфой. Я приглашаю вас обоих к себе в следующую пятницу. На ужин. Вы приносите салат.

- Рон...

- Я сейчас больше ничего не могу сказать, Гарри, - Рон посмотрел на него и Поттер был поражен тем, какой усталый был у его друга взгляд. – Я, может быть, не так зол, как ты ожидал, но на меня свалилось слишком много всего сразу. Давай оставим это, а? Увидимся в пятницу. Часов в семь.

Не успел Гарри ответить, как Рон зачерпнул дымолетный порошок и назвал адрес:

- Дырявый котел.

Гарри стало тягостно, потому что это означало, что Рону нужно выпить, прежде чем он сочтет себя готовым пойти домой, чтобы рассказать Гермионе о Гарри и Драко. Впрочем, Гарри тоже было нужно выпить, чтобы быть в состоянии встретиться с Люциусом и Нарциссой Малфоями.

Гарри не колебался: к этому моменту отчеты были практически приведены в порядок и он мог закончить их завтра рано утром. Решительно подойдя к камину, Гарри шагнул на угли, все еще тлевшие после ухода Рона, тоже зачерпнул дымолетный порошок и громко произнес:

- Дырявый котел!

Глава 39.

Бета Mellu

- Значит, в четыре? – с недовольством спросил Драко, когда Гарри вошел в кухню.

Тот посмотрел на свои часы.

- О. Извини. Кажется, я потерял ощущение времени.

- И здравый смысл впридачу.

- Что-что?

Драко даже не смотрел на него, он не отрывал взгляда от плиты, пытаясь отрегулировать нагревающие чары под каким-то соусом, но при этом вопросе резко поднял голову, его глаза сверкали.

- Ты говорил, твоя работа и твоя репутация очень важны для тебя, что ты стараешься, чтобы министр не разочаровался в том, как ты управляешь отделом. Но получается, что ты на работе пил виски? И не просто виски, а дешевое пойло.

Гарри захлопал глазами.

- Как ты...

- Я чувствую запах, - Драко отвернулся и сделал вид, что ищет что-то в холодильнике. – От тебя воняет.

- Нет, не воняет, - возразил Гарри, смеясь, хотя отчасти был озадачен поведением Драко. – И я не пил на работе. Последний час я провел в «Дырявом котле» с Роном.

Драко захлопнул дверцу холодильника.

- Ясно.

Гарри пожал плечами и провел руками по волосам.

- Что с тобой? Ты же знаешь, что он отсюда направился в мой офис.

- Думаю, я не ожидал, что мне придется общаться с ним наедине, - натянуто произнес Драко.

Гарри пришел в замешательство.

- Эээ... Он что-то сделал или сказал?

Драко поморщился.

- Ну, давай подумаем. Ты считаешь, что он пришел сюда и ни словечка не произнес? Конечно, нет.

- Что-то тебя расстроило!

- Нет.

- Я тебе не верю.

- Прими к сведению тот факт, что если бы я тебе солгал, то уже сейчас корчился бы от боли.

- Этого мы не знаем, - медленно произнес Гарри. – Ты не лгал мне с тех пор, как заклинание установилось, а теперь... возможно, можешь. Почему бы тебе не попытаться, тогда мы это узнаем?

- Я даже думать не хочу о том, чтобы ради эксперимента довести себя до состояния, близкого к сердечному приступу, перед самым приходом моих родителей.

Слабая дрожь в голосе Драко выдала его.

- Вот! – воскликнул Гарри, вдруг все стало кристально. – Ты нервничаешь! Ты нервничаешь от того, что твои родители увидят тебя в такой обстановке! Но почему, Драко? Ведь это именно ты хотел их визита, и я думал, что ты не стыдишься того, как мы живем... - Гарри обвел взглядом кухню, пытаясь увидеть ее глазами Люциуса Малфоя.

- Нет, я нисколько не стыжусь.

- Тогда в чем дело?

- Просто пойди и прими душ, ладно? Ты дерьмово выглядишь.

Гарри кивнул, но обернулся, когда до него кое-что дошло.

- Судя по твоему виду, ты только что из душа.

- И что?

- Рон сказал, что когда он увидел тебя, ты еще был взъерошенным, - Гарри немного покраснел. – Он сказал, что от тебя пахло сексом. Э-э-э... почему ты не привел себя в порядок сразу после того, как я ушел на работу?

- Я подумал, что не должен выглядеть презентабельно круглосуточно. Кроме того, мне нравится пахнуть тобой, но если мое поведение оскорбляет тебя или твоих драгоценных друзей, я, конечно, могу...

- Хватит. Я просто удивился. Обычно ты так брезглив.

- Вовсе нет. Я просто за собой слежу, вот как это называется!

Колко. Гарри не мог взять в толк, почему Драко так остро реагирует на совершенно невинный вопрос. Но все же решил, что это связано со скорым прибытием четы Малфой, и приложил максимум усилий, чтобы сгладить напряженность.

- Послушай, просто с Роном получилось немного неловко...

- Я в этом не сомневаюсь, - холодно произнес Драко, его палочка быстро порхала в воздухе, когда он накладывал серию заклинаний. Из стола появилась солонка и соль через дозатор посыпалась в соус, который тут же начал сам собой помешиваться, хотя ложки не было видно.

Что за пустая трата магии.

Пустая трата магии.

Так Гарри называл Драко, но его утверждение не соответствовало истине. Он теперь знал об этом, пусть даже Драко использовал магию для того, что легче было сделать маггловским способом.

- Но я все уладил. Все нормально, Драко. И визит твоих родителей тоже пройдет нормально. Не нервничай.

- Я и не нервничаю, - ответил Драко, окидывая его взглядом с головы до ног. – Прими душ, ладно? И почисти зубы.

- Иду, иду, - сказал Поттер, поднимая руки в притворной капитуляции.

Он заметил, что Драко улыбнулся.
----------------------------------------------------------

- Какой у вас прелестный дом, мистер Поттер, - пропела Нарцисса Малфой, едва переступив порог. Ее светло-серебристая мантия слегка колыхалась. В ее тоне были приятность и легкость, казалось, что старательно искала способ сделать комплимент дому. Любым способом. – Такой... уютный. И район такой...

- Маггловский, - оборвал ее Драко, закрывая дверь за отцом, лицо которого было даже более невозмутимым, чем обычно. – Конечно, вас это возмущает?

- О, нет, что ты, - прощебетала Нарцисса тем же беспечным тоном, какой она использовала, когда пыталась выведать, к кому на свидание отправлялся Драко. Хотя Драко в то время ходил вовсе не на свидания.

Впрочем, Гарри ее раскусил. Нарцисса Малфой умела прекрасно лгать, голос ее был приятен, внешне она держалась расслабленно, но теперь Гарри знал ее немножко лучше и понимал, что так она пытается что-то выведать.

Конечно, это он в любом случае понял бы. Да, ее беспокоило то, что Драко жил в маггловском районе.

- Вот как? - протянул Драко, даже не пытаясь скрыть свое недоверие. – Знаешь, я прекрасно помню мое детство. В мельчайших подробностях. Помнишь, как ты, бывало, обсуждала нашу родословную на восточной лужайке по воскресеньям после обеда?

Нарцисса напряглась.

- Это же история семьи. Ты обвиняешь меня в том, что я хотела, чтобы ты знал свою родословную?

- Я должен был запоминать не только родословные Малфоев и Блэков, - возразил Драко.

- Драко... - со вздохом произнесла Нарцисса.

Внезапно мистер Малфой подошел к сыну почти вплотную.

- Твоя мать всего лишь хотела для тебя добра. И я тоже. Иначе, зачем бы мы говорили тебе, чтобы ты подружился с ним, несмотря на то, что он полукровка? – Малфой бросил на Гарри высокомерный взгляд, а потом снова повернулся к Драко. – Мы думали о тебе, о том, что будет, если заклятье пробудится.

Драко сузил глаза.

- А о чем вы думали, когда не позволяли мне играть с теми детьми, которые не были чистокровными, отец? Как это могло помочь мне впоследствии подружиться с Гарри? Ты знаешь, что я обидел его сразу же, как только заговорил с ним?

- Я думал, что лучше всего подготовить тебя к любой возможности, - отрывисто сказал Люциус. – Ради Мерлина, Драко! Предполагалось, что это несчастное Рес меа эс не пробудится, как это было в моем случае, а до меня – с моим отцом и так далее. Мы с твоей матерью хотели, чтобы ты жил в мире, в котором господствуют настоящие маги, и мы хотели, чтобы ты был готов к этому и мог занять подобающее место в таком мире!

- Ты понимаешь, что каждое слово, которое ты произносишь, отвратительней предыдущего?
Люциус Малфой развернулся лицом к Гарри.

- Что вы с ним сделали, Поттер?

Гарри нервно засмеялся. Последний вопрос Драко испугал его.

- Я ему не промывал мозги, если вы об этом. Вообще-то, мы с Драко даже не обсуждали эти вещи.

- Все в порядке, Люциус, - мягко сказала Нарцисса, подходя ближе и опуская руку на его рукав. – Драко с ним связан. Связан с полукровкой. Он реагирует на этот факт соответствующим образом и, учитывая обстоятельства, это тоже хорошо.

- Хорошо? – скривил губы Люциус. – Я не таким его воспитывал!

- Да, ты растил его, чтобы жить в мире, где чистокровные обладают всеми привилегиями, - слабо улыбнулась Нарцисса. – Точно так же растили тебя и меня. Но, Люциус, мы сейчас живем в совершенно другом мире. – Она выдержала небольшую паузу. – Г-м-м?

Малфой не ответил, и Гарри посчитал, что это к лучшему. Возможно, Люциус сказал бы что-то о том, как лучше было бы жить, если бы Волдеморт победил. А Драко, учитывая его настроение, снова завелся бы.

Впрочем, это настроение казалось Гарри странным. Он не мог точно сказать, что является его причиной. Да, Рес меа эс вынуждало Драко защищать его. Но что заставляло Драко спорить с родителями насчет того, как они его растили?

- Могу я забрать ваши верхние мантии? – спросил Гарри, надеясь сломать напряжение в комнате. Кто-то должен был сделать это. А Драко все еще сердито смотрел на отца.

- Люциус, - окликнула мужа Нарцисса. Драгоценные камни в ее браслете сверкнули, когда она протянула руку, чтобы отдать мантию Гарри.

- Да, конечно, - отозвался Малфой-старший, тоже снимая мантию. Он неловко сунул ее в руки Гарри. – Это мне кое-что напомнило, Поттер. Я тут подумал, что у вас, наверно, нет эльфа. Мне показалось, что эльфийские заклинания, наложенные на мой бильярдный стол, не оказывают на Драко враждебного воздействия, я хотел бы предложить вам домашнего эльфа для ведения вашего хозяйства.

Гарри сразу же подумал о Добби и покачал головой.

- Если бы я хотел иметь домашнего эльфа, я попросил бы Кричера перебраться сюда с Гриммаулд Плейс. Но... там его дом, даже если я не хочу, чтобы он был моим.

- О, как очаровательно, - сказала Нарцисса, ее голос звучал так, будто она с трудом нашла подходящее слово. – У вас несколько имений.

- Я бы не назвал ни один из моих домов имением...

- Дело в том, Поттер, что вы жили один, когда переехали сюда, и у вас, по-видимому, было меньше разных работ, связанных с хозяйством и содержанием дома, - перебил его Малфой. – Теперь здесь живут два человека, и поскольку Драко не имеет ни малейшего представления о хозяйственных чарах...

- Вы шутите, да? – спросил Гарри, крайне пораженный тем, как мало знал Люциус Малфой о своем собственном сыне. – Драко знает очень много хозяйственных заклинаний. Он, наверно, мог бы преподавать этот предмет!

Минутой раньше лицо Люциуса было багровым от злости, но сейчас оно побелело, отчего он стал выглядеть несколько нездоровым. Люциус повернулся к сыну и резко произнес:

- Драко?

Тот сощурил глаза и всем своим видом напомнил Гарри акулу, почувствовавшую запах крови.

- Да, я знаю, какие заклинания используются для готовки и уборки. Совершенно очевидно, что я знал их еще до того, как Гарри привел меня в свой дом и могу представить себе, что ты думаешь об этом. Для чистокровного мага неприемлемо таким образом проводить время, да?

Люциус прочистил горло и спросил:

- Но где ты научился подобным вещам?

- Не помню, ясно? – злобно ухмыльнулся Драко. – Но это не трудно выяснить. По-видимому, в течение какого-то времени у меня была аллергия на магию домашних эльфов. Как ты думаешь, кто готовил и убирал в Вороньем Утесе?

- Я не думал об этом...

- Ну, это твоя проблема, не так ли? – спросил Драко, практически прошипев эти слова. – Ты никогда не думаешь, отец. Ни о чем. Твой отец привил тебе нетерпимость к полукровкам и магглорожденным и ты никогда не считал, что это просто стереотип! Неважно, что самый лучшие, самые могущественные маги – полукровки. Как Гарри! Ты заставил меня сражаться в войне не за ту сторону, но я не хочу тебя обидеть, потому что ты проиграл! Ты с самого начала ошибался, и я рад, что ты проиграл Гарри! О, я еще не упоминал, что ты проиграл Гарри?

- Я хотел для тебя самого лучшего, - резко сказал Малфой. – Только этого!

- О, это компенсирует все, - парировал Драко. – Я тогда простил тебя за то, что ты разрушил мою жизнь, да? За то, что ты был никудышным отцом?

- Драко, - сказал Гарри, стараясь не наорать на него, - можно тебя на минуточку? Поднимемся?

Лицо Драко, искаженное от бешенства, сразу же стало спокойным. Он тут же покинул комнату и направился к лестнице.

- Конечно, Гарри.

Гарри никогда не видел Люциуса настолько потрясенным. И Гарри предположил, что Драко никогда раньше не перечил отцу. По крайней мере, так рьяно.

- Послушайте, мне нужно несколько минут, - сказал Гарри. Поняв, что все еще держит их мантии, он поспешил повесить их на вешалку. – Почему бы вам... эээ, чувствуйте себя, как дома... эээ, хорошо? – Он провел их в маленькую гостиную.

Малфой скривил губы, возможно, из-за меблировки. А может из-за предложения чувствовать себя непринужденно в доме полукровки. Но потом это выражение исчезло.

- Что вы с ним сделали, Поттер? Это не Драко.

- Это он, - ответил Гарри, пожимая плечами. – По крайней мере, сейчас. Я не знаю, что вы имеете в виду, то, что он так разозлился? Мне кажется, что он долго сдерживал свою злость.

Нарцисса подошла к мужу.

- Вы пригласили нас сюда, чтобы он нам нагрубил?

- Нет, - Гарри провел руками по волосам. – Это Драко позвал вас сюда, не я. Идея была его целиком и полностью.

- Он ненавидит нас, - устало сказала Нарцисса, опустив голову.

- Я так не думаю, - возразил Гарри. – Он радовался тому, что вы придете. Я в этом уверен. Он с нетерпением ждал этого и приготовил для вас изысканные блюда.

- Он занимался готовкой, - прошипел Малфой сердито.

- Не надо опять предлагать эльфов, - предупредил Гарри. – Это почти то же самое, что указывать мне, как обращаться с Драко, мистер Малфой. Вы пытаетесь дать мне понять, я не должен ему позволять готовить. Почему вам не приходит в голову, что ему нравится этим заниматься? Другими словами, я буду поступать по-своему.

- Я не стану больше предлагать эльфов, - сказал Малфой, делая вид, что смотрит в окно, хотя Гарри не мог представить себе, чтобы тот наслаждался созерцанием его соседей магглов.

- Присаживайтесь, - сказал Гарри, показывая рукой на кресла. – Я пойду поговорю с Драко.

Выходя из гостиной, Гарри заметил, что они не стали садиться.
--------------------------------------------------------------

Войдя в комнату Драко, Гарри наложил заглушающее заклинание на тот случай, если кто-нибудь сорвется на крик. Вообще-то он не думал, что дело дойдет до этого, но не хотел рисковать. Старших Малфоев не касалось, о чем они будут разговаривать.

Драко сидел на краю кровати, но поднялся, как только Гарри закрыл дверь.

- Ты сердишься?

Гарри ненавидел этот тон – тихий и неуверенный.

- Нет. Эээ... ты хотел накричать на своих родителей? Вот почему ты просил пригласить их?

- Нет... я всего лишь хотел, чтобы они увидели, что у нас с тобой все в порядке, - выдавил Драко, подходя ближе к Поттеру. – Можно мне... не мог бы ты меня обнять, Гарри? Пожалуйста?

- Конечно, - ответил тот, обнимая Драко. Они постояли так несколько минут. Потом Гарри подтолкнул его к кровати, и они сели рядом. – Ну и... почему ты так разозлился?

- Не знаю. Просто... так получилось, - сказал Драко, едва заметно дрожа.

- Ты что-то вспомнил? – давил Гарри, но очень мягко. – Кроме занятий на восточной лужайке?

- Нет, ничего из... эээ, забытых лет, - ответил Драко. – Я хотел, чтобы они увидели нас с тобой, чтобы поняли, как мне здесь нравится... а потом, они пришли и... думаю, на меня что-то накатило.

- Как в случае с пианино?

Драко фыркнул.

- Если ты имеешь в виду, что мне захотелось выбросить отца в окно, то ответ «да».

Конечно, Гарри совсем не то имел в виду.

- Гм, тогда может быть мне попросить их уйти?

- Я за, - кивнул Драко, отодвигаясь от Поттера и скрещивая руки на груди.

- Хорошо, - сказал Гарри и пошел к лестнице. По правде говоря, он испытывал облегчение. Он с самого начала не хотел принимать Малфоев в своем доме. Они здесь были только из-за Драко.

Из-за Драко.

Гарри поморщился. Влюбленность порой причиняет столько неудобств. Это означает, что ты должен думать о том, что нужно любимому человеку, даже если это не всегда совпадает с твоими желаниями.

Драко не хотел, чтобы его родители остались на ужин, но хотел, чтобы они увидели, что ему хорошо в новой жизни. Это было важно для него вне зависимости от того, насколько он был зол в данный момент.

Кроме того, разве хорошо было попросить их уйти сразу после такого ожесточенного спора? Это создало бы отчуждение между Драко и его родителями.

Драко это было не нужно. Для него были важны родители, даже если они когда-то совершили ужасные ошибки.

- Давай пригласим их за стол, - сказал Гарри. – Думаю, так будет лучше всего, да?

Драко посмотрел на него, сощурив глаза.

- Почему? Ты же ненавидишь моих родителей.

- Ну, вообще-то, мы больше не враги. Война давно закончилась. И к тому же твоя мать спасла мне жизнь перед последней битвой.

- Правда?

Гарри кивнул.

- Да, правда.

- О... ну, это другое дело, - сказал Драко более теплым голосом. – А отец? Он тоже искупил свою вину?

- Нет, вообще-то, нет, - Гарри пожал плечами. – Но это не значит, что я хочу, чтобы ты с ним враждовал, Драко. Не делай этого для того, чтобы показать свою преданность мне. Они твои родители и какова ни была их вина, они тебя любят, и... - Гарри пришлось перевести дух, прежде чем он смог продолжить. – Я никогда не знал моих родителей, Драко. Я не хочу видеть, как ты отказываешься от своих, ведь я знаю, что они действительно много значат для тебя.

- Ну, ладно, они могут остаться на ужин, - недовольно произнес Драко. – Оба.

Гарри чуть не поморщился, но он должен был сказать что-то важное.

- Эээ... но ты должен постараться не пререкаться с отцом. Конечно, нужно говорить им, что ты чувствуешь. Но внизу мне показалось, что ты давил и давил на него, пытался вывести его из себя. Это плохо.

- Я был очень зол, - признался Драко. Когда он поднял голову, его лицо было искривлено от боли. – Хотел бы я знать, почему, Гарри. Это из-за заклинания? Только чтобы доказать тебе свою преданность? Потому что... они всегда презрительно усмехаются, когда произносят слово «полукровка» и я хочу...

- Хочешь чего?

Драко закрыл глаза.

- Проклясть его.

- Мне плевать на его усмешки, - Гарри улыбнулся, хоть Драко этого и не видел. – Я горжусь моей мамой, понятно? И я в состоянии сам защитить себя, Драко. Не нужно делать этого ради меня, хорошо?

- Хорошо, - ответил Драко, но таким напряженным голосом, что у Гарри появились плохие предчувствия.

Гарри не верил, что поставил перед ним невыполнимую задачу. Он считал, что поступил правильно. В конце концов, семья, родители, – это очень важно. Он бы все отдал, чтобы вернуть их.

- Тебе станет легче быть вежливым с отцом, если я... прикажу это?

Драко нахмурился.

- Возможно. Но лучше мне от этого не станет. Я знаю, что это неправильно. Я должен быть доволен тем, что могу оказать тебе услугу, чувствовать себя польщенным и испытывать благодарность.

Гарри считал, что это очень вдохновляющим.

- Может, мне поощрить тебя? – задумчиво произнес он.

Драко воодушевился.

- Награда. Только за то, чтобы я был вежливым?

Что-то во взгляде Драко заставило Гарри помедлить с ответом.

- Ну, не чрезмерно вежливым. Так, что если ты собираешься убить его любезностью, то...

- Надо попробовать.

Гарри улыбнулся и, взяв Драко за руки, поднял его с кровати.

- Просто будь вежливым, ладно? Твой отец сделал чудовищные ошибки, но и ты тоже.

- И ты простил меня, - вздохнул Драко. – Из этого не следует, что я должен простить его, Гарри. Во-первых, я не такой хороший человек, как ты. А во-вторых... - Еще один долгий вздох. – Это несколько иное дело. Мне не полагалось любить тебя и заботиться о тебе. Тогда, во всяком случае...

Гарри почувствовал, что его сердце начало биться сильнее. Драко только что сказал, что любит его? Или он имел в виду только то, что ему полагается любить его, Гарри, или...

- Но он должен был любить меня и заботиться обо мне, - сказал Драко, беспокойно шевеля пальцами. – Должен был. Но ничего этого не было. И...

Гарри слышал боль в голосе Драко, и у него разрывалось сердце, но он, по крайней мере, перестал думать о себе.

- Это не так, Драко. Послушай, он был насчет гребаной чистокровности и, конечно, взял на себя отвратительную миссию. Он делал ужасные вещи, за которые не раз оказывался в Азкабане. Но он любил тебя и сейчас любит, и делает ради тебя все, что в его силах. Как и твоя мама. Вообще-то, она спасла мне жизнь только потому, что беспокоилась о тебе.

- Не слишком безупречная рекомендация.

Гарри не мог с этим спорить, а потому лишь пожал плечами.

- Хорошо, я буду вежливым, - протянул Драко. – Хотя предпочел бы не прочь поточить об него язык. Удивляюсь, что тебя заботит, как я буду себя вести с ними. Разве твоя жизнь не стала бы проще, если бы я с ними не встречался?

- Вряд ли тебе стало лучше. Я знаю, что ты их любишь.

Лицо Драко окаменело.

- Это очень сложно. Да, я люблю их. Но хотел бы не любить. Просто... я даже не знаю, почему так. Правда. Я давно знал все то, что так взбесило меня. Но хватило одного взгляда на его лицо, чтобы я вышел из себя.

- Точно так же, как с пианино, - повторил Гарри. – Ты не знаешь, чем оно тебе не угодило.

- Да, именно. – Он сжал руку Поттера и спросил, слегка робея. – Награда действительно будет стоящей?

Гарри наклонился и поцеловал его. Всего лишь чмокнул в губы. Он не хотел, чтобы они спустились к гостям до крайности возбужденными.

- Да, по-настоящему стоящей.

- Ты выпорешь меня?

- Так сильно, как пожелаешь.

Дыхание Драко участилось.

- До крови? И не остановишься на этом?

- Лишь бы под рукой была заживляющая мазь.

- Ммм, - Драко обеими руками обхватил Гарри. Его поцелуй определенно не был чмоканьем. – Я хочу взять твой член в рот до самого основания и сосать, чувствуя на спине следы от твоей плети.

- Ты сможешь сделать это. Но сначала - побудь вежливым.

- О, конечно. Все что угодно за твою награду, Гарри. Ты – самый лучший.

Гарри поцеловал его еще раз, а потом снял заглушающие чары и пошел вслед за Драко вниз.
----------------------------------------------------------------------------

- Добрый вечер, мама, отец, - бодро поздоровался Драко, входя в гостиную. – Гарри убедил меня в том, что я должен постараться быть вежливым. В конце концов, вы гости в этом доме. Итак... вы еще ничего не пили, как я вижу. Налить вам по бокалу вина? Я заранее открыл его, чтобы оно «подышало».

Малфой выглядел так будто разрывался между облегчением от того, что Драко больше не смотрел на него сердито, и раздражением от того, что его сын намеревался сам подавать на стол. Но к его чести, он не высказал вслух своего неодобрения. Возможно, Люциус понял, что любые комментарии на этот счет могут быть приняты за попытку контролировать то, как Гарри «использует» Драко.

- Бокал вина было бы неплохо, - угрюмо сказал он.

Нарцисса эхом повторила его слова, но более искренним тоном.

Они, наконец, оба сели, но только после того, как Гарри настоял на этом.

- Итак, мы с Гарри несколько дней назад были в Гринготтсе, - сказал Драко, подвигая свой стул ближе к Поттеру. – Мы выяснили, что действие Рес меа эс не распространяется на мое хранилище. Гоблины все еще считают владельцем меня.

Малфой поднял брови, чтобы продемонстрировать свою заинтересованность и поднес к губам бокал. Но Драко не стал больше ничего говорить до тех пор, пока его отец не сделал глоток вина.

- Как ты думаешь, откуда у меня взялись семьсот пятьдесят тысяч галеонов?

Малфой закашлялся, чуть не захлебнувшись.

- О, боже, - произнес Драко с притворной заботой в голосе. – Позволь мне помочь тебе. – Он произнес целую серию очень эффективных чистящих заклинаний, чтобы убрать капли вина с подлокотников кресла, ковра, лежащего на полу и, в самую последнюю очередь, с отцовской рубашки.

Гарри чуть не засмеялся. Он был уверен, что Драко сделал это нарочно. Хотел ли он увидеть реакцию отца на такую большую сумму денег, или решил таким способом показать свое мастерство в хозяйственных чарах... трудно сказать.

- Семьсот пятьдесят тысяч? – наконец, спросил Малфой, отставляя бокал в сторону.

- Да, наличными. Горы золота.

- Ты потребовал выписку? – Малфой сдержанно и элегантно взмахнул рукой. – Тогда ты должен знать источник поступления.

- Там все очень секретно и загадочно. В деле замешано русское отделение Гринготтса, но больше неизвестно ничего. – Драко помолчал. – Вы не знаете, откуда могли взяться эти деньги?

Малфой нахмурился и покачал головой.

- Я тоже не знаю, дорогой, - мягко сказала Нарцисса. – Но это прекрасные новости. Должно быть, ты занимался каким-то очень успешным бизнесом.

- Или у этих денег криминальное происхождение.

Нарцисса сквозь ресницы бросила взгляд на Гарри.

- Нет, я не собираюсь арестовывать его, впрочем, лично я считаю, что для этого нет никаких оснований.

- Но происхождение семисот пятидесяти тысяч галеонов очень трудно объяснить, - продолжил Драко небрежным тоном. – Как ты думаешь, отец?

- Да, я согласен.

- Это больше, чем ты имеешь золотом, да?

Малфой поджал губы.

- Я больше не хочу говорить о финансах, Драко.

Гарри решил, что это должно быть означает «да».

- Я знаю, что об этом не принято говорить в присутствии посторонних, - усмехнулся Драко, - но Гарри вряд ли посторонний. Он теперь член семьи, не так ли? В некоторой степени? Ведь заклинание связало наши семьи на долгое время, да? И, в частности, Рес меа эс связало меня с ним.

- Думаю, нам всем это известно, - спокойно заметила Нарцисса, но чувствовалось, что ее терпение на исходе. – Нет необходимости дразнить отца.

- Я только хотел сказать, что ему не стоит отказываться обсуждать содержимое его хранилища. По крайней мере, в присутствии Гарри, - Драко приторно-сладко улыбнулся, хотя он, как и мать, был на грани срыва. – Не важно, отец. Имение стоит немалых денег, и я уверен, что ты богаче меня. Впрочем, наверно не слишком удобно, когда такое состояние вложено в землю. К тому же земля наследуется без права отчуждения земли. Какая жалость.

Малфой-старший сжал кулаки.

- Ужин, - вмешался Гарри, резко поднимаясь и направляясь в столовую. Стол уже был сервирован, и приборов на нем было столько, сколько нужно. Гарри не хотел даже думать о сцене, которая могла бы разыграться, если бы Драко исключил себя из числа едоков.

Впрочем, он не сделал ничего подобного потому, что заклинание установилось. Теперь он гораздо лучше понимал Гарри.

- Проходите, садитесь, - сказал Гарри, показывая гостям на стулья, стоявшие рядом по одну сторону стола. Они с Драко сели напротив.

Драко придется прекратить дразнить отца, или Гарри ущипнет его под столом. Впрочем... нет, это скорее всего поощрит его продолжить. Проклятье, - подумал Гарри. Нужно найти другой способ положить конец не слишком тонким насмешкам Драко.

- Мы с Драко будем подниматься, чтобы поменять тарелки, - пояснил Гарри.

- Конечно, речь идет, главным образом, обо мне, - сказал Драко, снова приторно улыбаясь. – Вас ждет настоящий пир. Я все приготовил сам. Я уже говорил, что Гарри обожает мою стряпню?

- Я уверена, что это будет очень вкусно, дорогой, - выдавила Нарцисса.

Малфой-старший что-то пробормотал себе под нос.

- Идем, - Гарри схватил Драко за руку и потащил его на кухню пока тот каким-нибудь «любезны» комментарием не уничтожил хрупкую атмосферу перемирия.

Как только они оказались наедине, Гарри установил такие сильные заглушающие чары, что они оказались видимой стеной, и объявил:

- Назначаю тебе испытательный срок.

К шоку Гарри, Драко отшатнулся от него и схватился за крышку стола.

- Что? – в отчаянии крикнул Гарри, бросаясь к нему. – Это не боль в груди? Хватит, Драко. Я же не рассердился на тебя по-настоящему. Я всего лишь хотел предупредить, что это случится, если ты продолжишь в том же духе. Ты достаточно посмеялся над состоянием отца, так? Хватит уже.

- Не в груди, - с трудом дыша, произнес Драко. Он прислонился к шкафу и крепко зажмурился. – Это не то. Все дело... в твоих словах. От них комната кружится.

Гарри положил ладонь на руку Драко и слегка потер ее.

- Все еще кружится?

- Сейчас медленнее... - Драко тяжело дышал, но, наконец, успокоился. Он открыл глаза и уткнулся носом в нос Гарри – так близко друг к другу они стояли. – Я в порядке.

Гарри продолжал тереть его руку.

- Ты уверен?

В ответ Драко поцеловал его, коснувшись языком языка Гарри.

- Да. Сейчас я в полном порядке.

- Что случилось? Почему эти слова...

- Думаю, я их слышал раньше, - Драко пожал плечами. – Во всяком случае, мне так показалось. Они... прозвучали очень знакомо. Даже не сами слова, а жесткость, с которой ты произнес их. Вероятно ты был тогда аврором.

Гарри кивнул, припоминая кое-что.

- Да, когда твой домашний арест закончился... я имею в виду шесть месяцев домашнего ареста... эээ, но когда они прошли, аврор пришел в Мэнор, чтобы снять заклинания и сказать, что ты свободен. Это был Чигуиген. Он должен был объявить, что тебе назначен испытательный срок и объяснить, что это значит...

- Ты не пришел сам, чтобы сказать мне это?

Гарри покачал головой, и Драко печально посмотрел на него.

- Чигуиген не превысил свои полномочия?

- Откуда я знаю? То, что пара фраз показались мне знакомыми, не значит, что я вспомнил все, - несколько кисло сказал Драко. – Если ты действительно считаешь, что этот Чигуиген может проклясть человека, которому назначен испытательный срок, то спроси мою маму, как он вел себя. Но если ты в нем сомневаешься, то зачем держать такого человека в Аврорате?

- Ну, вообще-то, его уволили, - поморщившись, сказал Гарри. – Он... эээ, был немного груб с подозреваемым в поджоге.

- Прекрасно.

- Я поговорю с твоей мамой.

- Нет! Я не хочу слышать об этом. Все прошло, в том числе и мой арест. Давай не будем ворошить это. – Подойдя ближе к Гарри, Драко положил голову ему на плечо и уткнулся носом в шею. – Испытательный срок, да? Это значит, что у меня все еще есть шанс на награду?

Гарри вздрогнул, прикосновение языка Драко произвело на него предсказуемый эффект. Как и на его член.

- Вообще-то я должен сказать нет. Ты делал все, чтобы оскорбить твоего отца.

- Ммм, но ты так не скажешь? Я знаю, ты хочешь выпороть меня. Но я должен заслужить это... да, я заслужу. Обязательно, Гарри. Скажи, что ты дашь мне сделать еще одну попытку, гмм? Пожалуйста. Мне нужен еще один шанс.

Опять это слово. Нужен. Гарри не думал, что сможет сопротивляться. Либо не может, либо просто не хочет. Не сейчас, ведь им осталось так недолго быть вместе.

Драко уже вспоминал. Понемногу...

Через какой промежуток времени он вспомнит все? Сколько осталось до того момента, когда он возненавидит Гарри и никогда больше не станет в нем нуждаться, даже если они будут связаны Рес меа эс?

- Да, - угрюмо сказал Гарри. – Я дам тебе еще один шанс.

И еще один, и еще, и еще, - думал он. До тех пор, пока ты не вспомнишь все и больше не захочешь иметь со мной ничего общего.

Глава 40
- Думаю, ужин произвел впечатление на твоих родителей, - сказал Гарри, едва Малфои дисаппарировали с дорожки перед домом. – Лично я впечатлен. Мне доводилось обедать в довольно-таки изысканных ресторанах после войны – казалось, весь Визенгамот хотел угостить меня ужином – но не думаю, что их меню могли бы соперничать сегодня с твоим.

Улыбка Драко вышла слегка натянутой.

- Ты, по крайней мере, готов это признать.

- Ну, им просто слегка не по себе от того, что ты все сам приготовил.

Драко вздернул бровь и искоса посмотрел на Гарри: - Ты тоже заметил, правда?

Гарри пожал плечами.

- Не то, чтобы они пытались это скрыть, хотя думаю, что твоя мама старалась свыкнуться с мыслью. В любом случае, им же хуже, если не могут по достоинству оценить искусство высокой кухни, когда ты ее создатель.

- Точно! Это искусство!

- Ну, давай посмотрим на это с позитивной стороны, - сказал Гарри, взяв Драко за руки. – Даже если твои родители тебя раздражают, по крайней мере, они у тебя есть.

- Не уверен, что наличие моего отца можно рассматривать с позитивной стороны, - язвительно заметил Драко.

С этим Гарри спорить не мог и поэтому ограничился «Но он действительно любит тебя».

- И это ему все извиняет? Все?

- А за что конкретно ему извиняться? – с любопытством поинтересовался Гарри. – У меня полно претензий к этому человеку, но что насчет тебя? Ты недоволен тем, как он растил тебя, и в результате ты оказался на проигравшей стороне? Потому что,... ну, знаешь, он это делал не для того, чтобы тебя ранить. Не стоит принимать это на личный счет. Кажется, что... что ты злишься на него из-за чего-то конкретного. Чего-то еще, - Гарри пожевал губу. Кажется он нащупал что-то, что-то действительно мерзкое... Тут он вспомнил про Чигвиггена. – Эмм,... когда ты был маленьким, твой отец когда-нибудь, ээ, ну знаешь, наказывал тебя – слишком жестко?

- Слишком жестко наказывал меня? – Драко явно не понял вопрос. – Что ты имеешь в виду?

- Он тебя порол? - в этот раз Гарри говорил не о порке ради развлечения.

Драко распахнул глаза – его лицо выражало глубокое недоумение: - Нет конечно! Как, во имя Мерлина, ты мог такое подумать? – и через мгновенье сам и ответил. – Ох, ну конечно. Из-за твоих родственничков, жалкой пародии на настоящую семью. Нет, Гарри. Мой отец... он всегда был чуть холоднее и отстраненнее, чем я бы хотел, но я твердо уверен, он никогда в жизни не поднял на меня руку.

Лично Гарри не стал бы полностью отрицать, Люциус на такое не способен. Он сам был свидетелем того, как Малфой старший набросился на отца Рона. В нем была склонность к насилию, и он никогда ее не скрывал,... но, может быть, он никогда не проявлял ее по отношению к собственному сыну. Единственному сыну, что должно было много значить для чистокровного семейства. Нечто большее, чем для семьи обычной.

Все же Гарри не мог избавиться от чувства, у Драко действительно была какая-то определенная причина для обиды на собственного отца. Личная причина... не связанная с идеологией или войной.

- Может быть, он совершил что-то, что ты сейчас не помнишь, но подсознательно ты знаешь об этом и поэтому злишься, - предположил он.

- Может быть, но это не имеет никакого отношения к тому, что он меня бил, могу тебя в этом уверить, - ноздри Драко затрепетали. – Только если он изменился настолько кардинально, что перестал быть тем человеком, которым я помнил его в детстве. А те годы я помню очень хорошо. Заметь, я не говорю о том, что ему не следовало измениться. Наоборот очень даже следовало, он лизал задницу расисту...

Гарри чуть сильнее сжал руку Драко, чувствуя неловкость от мысли о том, что собирался сказать. Но это нужно было сказать. Вера Драко или желание верить в то, что он всегда мог с такой готовностью отрекаться от точки зрения Люциуса, не принесет ничего хорошего.

- Но... ээ, и ты тоже.

Казалось, Драко это не смутило: - О, без сомнения. Я помню свои мысли в то время, сейчас гораздо лучше, чем... да, я помню. Я даже не знал, что такое маггл в те первые дни, когда ты сделал меня своим. Но видишь ли, Гарри..., - Драко повернулся к нему лицом, серые глаза потемнели от эмоций. – Самое странное в этом то, что я помню, как я думал и что я думал о разных вещах, но эти мысли теперь кажутся мне чужими... как будто это был кто-то другой – кто-то с отвратительным представлением о мире. Я понимаю, что в принципе это я так думал, но... ты не понимаешь, каково это, да? Быть совершенно не похожим не человека, которым все тебя считают.

- Ну, вообще-то я как раз знаю. Все считали меня героем магического мира, а я даже не предполагал, что волшебники на самом деле существуют.

- Но ты действительно герой волшебного мира.

- Нет, не совсем...

- Даже дважды герой, - серьезно заметил Драко. – Я читал о том, как ты в детстве победил Волдеморта. Ты ведь тогда был еще совсем крохой?

- Мои родители были героями. Я же? Мне просто повезло. Хотя не думаю, что расти сиротой – такое уж большое везение.

- Тебе должно быть тяжело пришлось, - сказал Драко, притягивая Гарри в объятья, а потом тихо произнес ему на ухо. – Разве было лучше, если бы вы все трое погибли, мм?

В этот миг Гарри пришла на ум мысль, которую он не мог не озвучить: - Но если бы я погиб в тот день, тогда бы линия Поттеров оборвалась, и ты был бы свободен, Драко. Проклятье Рэс меа эс исчезло бы навсегда.

- Кажется до тебя никак не дойдет, что мне нравится быть твоим рабом.

- Тебе это перестанет нравится, как только ты все вспомнишь.

- Ох, ну давай уже попробуй не быть законченным пессимистом, - протянул Драко. – Не ожидал такого от гриффиндорца. Я думал, вам свойственно бросаться туда, куда «отважится ступить лишь редкий чародей». Мне казалось, что для этого нужен позитивный настрой.

Гарри слегка отодвинулся, ошеломленный.

- Ты сейчас гораздо лучше помнишь систему факультетов.

- Нет, но сейчас я ее понимаю. Благодаря Гермионе. С тех пор как я отослал ей чек за пианино, мы регулярно переписываемся. Разве я не говорил? – Драко нахмурился. – Я не пытался это утаить от тебя, хотя и переживал, что ты можешь запретить...

- О нет, не беспокойся. Я буду рад, если вы с Гермионой подружитесь! Думаю, ты это знаешь.

- Нет, я неправильно выразился. Я имел в виду, что ты запретишь мне слать ей эти галеоны. Она продолжает от них отказываться. Я сказал ей: мы поняли, что я по-прежнему распоряжаюсь своими деньгами, и что тысяча галеонов – это сущая мелочь...

Тут Гарри понял, почему отец Драко ушел так рано.

- Тысяча галеонов – это не мелочь! Я думаю на них можно купить десять пианино!

- Ну, я хотел, чтобы она купила достойную замену старому, - Драко выглядел слегка расстроеным от того, что Гарри мог считать иначе. – Большое настоящее пианино, вместо миниатюрного, с клавишами, зачарованными так, что бы звук всегда был идеальным. Я подумал, что поскольку она, очевидно, хочет научиться играть, самое малое, что я могу сделать – это увериться - у нее будет первоклассный инструмент.

Гарри почувствовал, что едва сдерживает смех.

- Но она не хотела научиться играть на пианино! В тот вечер оно там было только потому, что она хотела посмотреть, сможешь ли ты играть – ведь она знала, что у тебя СОВа по музыке!

- А.

- Она все-таки приняла деньги? – с любопытством спросил Гарри.

- Только после того, как я пригрозил, что если она их не возьмет, я буду чувствовать, что наши отношения не изменились со школы.

- Но... ты ведь не помнишь, как относился к ней в школе. Ведь так?

- Учитывая те вещи, которые вы обсуждали между собой и мои собственные дедуктивные способности, думаю, я могу догадаться, - Драко пожал плечами. - Ты постоянно талдычишь о том, что у меня дыра в памяти. Ты в курсе?

Гарри почувствовал, что краснеет: - Ну я мм... э, я постоянно пытаюсь понять, что ты начинаешь вспоминать.

- Потому что по-прежнему ждешь, что я вспомню что-то такое, из-за чего оттолкну тебя.

Сглотнув, Гарри кивнул.

- Что мне сделать, чтобы ты больше не думал об этом? – спросил Драко, легонько улыбаясь – хотя было не похоже, что неуверенность Гарри его забавляет. В выражении его лица не было насмешки, лишь нежность.

Скажи, что ты любишь меня, сразу подумал Гарри. Но не мог попросить об этом. К черту все. Драко именно это и скажет, и даже постарается вести себя соответственно сказанному. Все что угодно, чтобы угодить Хозяину Гарри.

Кроме того, подумал Гарри с долей отчаянья, даже если это действительно так, он все равно бы переживал, что именно проклятье заставляет Драко испытывать эти чувства. Ну, проклятье вместе с отсутствующими в данный момент отвратительными воспоминаниями о том, как он ненавидел Гарри Поттера.

- Ничего, наверное, - Гарри постарался непринужденно улыбнуться. – Думаю, мне просто придется дождаться, когда это произойдет и увидеть, что будет.

- Кстати об ожиданиях...

Ни один человек не имел права мурлыкать так сексуально, подумал Гарри.

- Я заслужил награду, хмм?

Гарри сделал вид, что задумался.

- Ну, ты перестал грубить отцу: даже не оскорбил его за ужином. Ни разу.

- Я был само воплощение гостеприимности, - невозмутимо кивнул Драко.

- С другой стороны, ты все равно отыгрался, как мне кажется.

- Я не уверен, что понимаю, о чем ты...

- Ты почти весь вечер говорил о погоде! – Гарри почти рассмеялся, вспомнив выражение лица Люциуса Малфоя, когда Драко в шестой раз жизнерадостно спросил, считает ли он, что на следующей неделе будет дождь или нет. Но на самом деле шутки в сторону. В целом это означало, что Драко относится к родителям как к дальним знакомым, а не как... ну, не как к родителям.

Драко ответил не сразу. Потом натянуто произнес: - Я не знал, о чем еще с ними говорить.

- Это было очевидно – я как раз об этом и говорю. Ты явно показывал, что не хочешь иметь с ними ничего общего...

- О нет, дело было совершенно не в этом, - резко возразил Драко. – Если хочешь знать, единственное, о чем я хотел им сказать, ради чего их пригласил, было единственным, о чем я не мог рассказывать. Поэтому я в принципе не знал, о чем вообще с ними разговаривать.

- Я не понимаю.

- О, это должно меня шокировать?

Гарри нахмурился: - Нет нужды огрызаться, Драко. Просто скажи мне, что ты не мог им рассказать.

- А ты как думаешь? - Драко упал на кушетку и скрестил руки на груди, выглядел он при этом, как ребенок, у которого отняли конфетку. – О нас, конечно!

- О нас? – Гарри сел на стул напротив Драко и наклонился вперед, чтобы лучше видеть выражение его лица. – Но, эм, они и так уже знают о нас.

- О да, они ведь знают, что я отсасываю тебе два раза в день, правда?

Гарри открыл рот от изумления, но быстро вернул контроль над лицом. – Только не говори, что хотел об этом рассказать!

- Не в таких подробностях, конечно, - Драко встретился глазами с Гарри. – Но... я не знаю; это сложно объяснить. Но когда я в первый раз предложил пригласить их, я хотел... не знаю. Как-то показать, что мы вместе, и не только как «хозяин и раб». Я имею в виду, что мы вместе, как пара, Гарри.

Гарри поборол импульсное желание обнять Драко. Мысль об объятьях была замечательной, но Драко скорее всего не хотел отвлекаться, когда пытался с трудом излить душу.

- Да, я знаю, что мы вместе, - кивнул Гарри. – Очень даже вместе.

- И я просто хотел, чтобы они это знали; знали, что я счастлив с тобой... счастлив быть вместе с тобой, во всех смыслах этого слова. Вот и все.

- Ну, если честно, я думаю, что твои родители уже поняли, что мы любовники, - признался Гарри. – Ты хотел прижаться ко мне сразу после ритуала, и кроме того я с недавних пор начал задавать весьма личные вопросы о тебе. О вещах, которых мне не было нужды знать, если бы мы не были любовниками.

- Они могут понимать это, но без прямых доказательств, – сказал Драко, неотрывно смотря в окно так, что даже Гарри повернулся посмотреть, что он там увидел: всего лишь полную луну, которая всегда напоминала ему о Ремусе и Тонкс.

- Я хотел представить им доказательства, - продолжил Драко. – Хотел показать им, что ты полукровка, и что мы вместе, и что мне все равно. Хотел, чтобы они знали, что я принимаю это... что мы вместе, Гарри.

Гарри понял, но чувствовал все большее недоумение: - Тогда почему не сказал?

Драко резко повернулся к нему: - Потому что не смог, ведь я абсолютно уверен, что ты будешь против! Я не способен на такое... ну, полагаю, что способен, но ситуация похожа на еду без разрешения. Проклятье этого не допустит. И поэтому я вынужден был сидеть и мямлить о погоде, когда на самом деле хотел взять твою руку, переплести наши пальцы и объявить, что мы делим постель, и мне это нравится!

- Ты о чем? – спросил недоуменно Гарри. – Ты можешь рассказать им обо всем! Даже, если хочешь, о том, что любишь сосать мой член и весьма ненасытен в этом. В смысле – черт побери, Драко! Когда я это я говорил, что тебе нельзя говорить о нас – да о чем угодно вообще?

- Ты говоришь об этом снова и снова! – выплюнул Драко. – Только этим утром ты сказал, что не можешь взять меня на работу, чтобы я помог тебе с финансовыми отчетами, потому что, люди не поймут.

Гарри попытался вспомнить, о чем это он. Потом закусил губу.

- Я говорил о том, что не хочу, чтобы люди увидели, как мы вместе работаем над счетами – мне было бы неловко...

- Именно!

- Поскольку, - Гарри повысил голос, - Я должен сам справляться со своей работой, без привлечения посторонней помощи! В смысле – это унизительно, если люди будут думать, что я получил должность начальника отдела не благодаря моим способностям, а только благодаря имени! И это не имеет никакого отношения к тебе!

Драко моргнул.

- Правда?

- Да, правда, - едко ответил Гарри. Но потом, поскольку решил быть абсолютно честным, он добавил, - Ну, может быть, это имело некоторое отношение к тебе. Не с нашими отношениями, совсем нет. Но, ээ..., - Гарри поморщился.

- Если ты не против, чтобы люди знали, что мы любовники, тогда в чем дело?

- Твоя метка, – выпалил Гарри. – Ведение счетов подотчетно Министерству, а технически ты – не в штате, и люди могут неправильно понять. Никому с Темной Меткой нельзя работать на Министерство.

- Отдел Тайн, как я понимаю, является исключением?

- Вообще-то нет, но они всегда поступают, как хотят, и никто не может им запретить.

Драко скованно кивнул.

- Возвращаясь к твоим опасениям – ты серьезно полагаешь, что я планировал снимать мантию и закатывать рукава в твоем офисе? Неужели это так на меня похоже?

- Нет...

Тут Драко оскалился: - Тогда как бы они догадались, что выжжено у меня на руке?

- Драко..., - Гарри вздохнул. Судя по всему, чему быть, того не миновать. – Все и так знают. В смысле, твой отец довольно-таки известная фигура, по правде говоря, печально известная. Твое дело широко освещалось, большей частью из-за него же. Не говоря уже о том, что куча народу, который учился с тобой в Хогвартсе, сегодня работает в Министерстве. И не только аврорами, но секретарями и так далее. Они знают тебя и совершенно точно знают, что ты принимал метку, и, полагаю, я не хотел получить запрос, по какому праву я пригласил Пожирателя Смерти работать с министерскими отчетами!

- О, - Драко сглотнул, а потом неохотно признал: - Думаю, это я могу понять.

- Но если бы эти же самые люди увидели нас вместе за ужином, я бы не стал притворяться, что мы только друзья,- продолжил Гарри, желая, чтобы Драко понял его до конца. – Я говорил тебе – я не стыжусь того, что встречаюсь с мужчиной. Или, что встречаюсь с тобой. Независимо от того, кто и что об этом подумает.

По какой-то причине, к концу этой фразы Драко презрительно усмехнулся.

- Какое «милое» заявление, - протянул он. – Есть только одна проблемка, Хозяин Гарри! Никто так и не увидит нас вместе за ужином. «И почему?», спросите вы. Да потому, что ты отказываешь пойти ужинать со мной в любое место, где тебя могут узнать!

- О Боже, - Гарри внезапно почувствовал себя так, как будто проглотил грязные носки. Он вдруг вспомнил каждый раз, когда беспечно планировал пойти куда-нибудь, где точно не будет прессы. Каждый раз, когда он упоминал, что они не пересекутся в другими волшебниками, если сходят поужинать в маггловский ресторанчик неподалеку. Каждый раз, когда настаивал, чтобы они заказали еду с доставкой на дом, чтобы избежать толпы.

И каждый раз Драко думал... вот дерьмо, чертыхнулся про себя Гарри. Черт, черт, черт! Драко считал, что Гарри пытается его спрятать! Что Гарри его стыдится!

Гарри захотелось врезать себе по голове чем-то действительно тяжелым. Как он мог не заметить, как Драко реагирует на его желания? Почему он думал только о себе?

Как только он мог так обращаться с человеком, которого любил?

- Я ненавижу репортеров, - попытался объяснить Гарри. – Ненавижу их с тех пор, как мне исполнилось четырнадцать. Они подтасовывают факты, чтобы те подходили для их целей или же просто сочиняют подходящие сказки. Драко, каждый раз, когда я появляюсь на публике, это сразу попадает в газеты. Каждый чертов раз. Блин, да даже когда я работал аврором, они печатали обо всем, чем я занимался – даже если это могло уничтожить к чертовой матери расследование, над которым мы трудились несколько недель!

Если подумать, ситуация могла ухудшиться из-за того, что Кингсли попросил его стать главой отдела, неожиданно осознал Гарри.

- Как бы там ни было, может показаться, что я привык к публичности, но правда такова - я ненавижу, когда мое имя в очередной раз попадает в газеты, и организовал свою жизнь так, чтобы избегать этого любой ценой, - сказал Гарри, сжимая руки в кулаки. – Почему, как ты думаешь, я живу среди магглов, с кучей охранных заклинаний вокруг дома? Чтобы репортерам было меня не найти, а нашедшим усложнить задачу настолько, чтобы они поверили - оно того не стоит. Мне не стыдно появиться с тобой на публике. Я просто вообще не хочу на ней появляться, если ты понимаешь, о чем я.

Казалось, Драко слушал внимательно, но было видно, что он не верит ни единому слову.

- Вы с твоей невестой, Гермионой и Роном ходили в ресторан каждую пятницу!

- Она не была моей невестой – сколько раз мне это повторять? – уточнил Гарри. – Но, да. Мы часто бывали на публике, и я это ненавидел. Но Джинни любила ходить по ресторанам. Что тут поделать? Когда она росла, им всегда не хватало денег, и ей нравилось, что я могу сводить ее в шикарное место. Не то чтобы она сама не могла сходить, у нее достаточно своих денег, но в некоторых вещах она старомодна. Ее отцу было тяжело содержать семью, и ей нравилась мысль, что мне это легко.

- Ты мог бы приглашать ее в маггловские рестораны...

- Я и приглашал, иногда. Но все ее любимые рестораны были...

- А, - зубы Драко сверкнули почти в волчьем оскале. – Теперь я понял. Если ты ненавидел внимание прессы, то она им наслаждалась.

- Эм... - Гарри не хотел этого признавать, но... - Наверно что-то вроде того.

- Ты чересчур положительный! - Драко уже не скрещивал руки на груди, но по-прежнему был напряжен. – Тебе следовало настоять на своем, если было так важно не допускать прессу в личную жизнь.

- Ну, я как бы привык, что часто не получаю того, чего хочу, - Гарри вздохнул. – Потом, с тобой, я обрел что-то особенное. И просто не хотел, чтобы это кончалось, наверное. А оно закончиться, поверь мне. Газетные сплетни о том, поженимся мы с Джинни или нет, будут ничем по сравнению с тем, что они напишут, когда увидят нас вместе. Они раскопают всю грязь, которую смогут найти, о нашей учебе в Хогвартсе и выставят на потеху всему миру. Боже, вот уж Рита Скиттер повеселится!

Понурившись, Гарри плюхнулся на свое место.

- Ты, э, ты слил ей когда-то информацию обо мне, и она тогда напечатала отвратительные вещи. Она помнит, как мы тогда ненавидели друг друга, и, глядя на нас сейчас..., уверен - она выдумает что-нибудь о том, как мы стали любовниками еще в школе и... напридумывает какую-нибудь давнюю любовную ссору...

Гарри закрыл глаза и постарался не думать пере, плюющемся ядовито-зелеными чернилами.

- Кажется, тебе не помешает рюмка для бодрости, - внезапно сказал Драко, что заставило Гарри резко распахнуть глаза. Но не успел он запротестовать, как Драко уже наливал солидную порцию виски в бокал. Неразбавленный, как он и любил.

Гарри уселся поудобнее и проглотил жидкость в три больших глотка, не заметив, как Драко, едва подав стакан, изящно опустился на пол у его кресла. И сейчас тот смотрел на него, не отрываясь снизу вверх, и, казалось, не знал, что сказать, или что подумать.

Ну, по крайней это знал Гарри.

- Давай, одевай свой плащ – сходим куда-нибудь, я угощу тебя десертом.

Он попытался вспомнить самое людное место, и в то же время постарался не показать страха. Ему было плевать, что подумают люди. Он уже давно привык. Не такой уж у него большой выбор, если задуматься.

Однако, пара вещей заставили его поморщиться. Он представил, как репортеры начнут хихикать, когда поймут, что Драко – его раб, что было почти наверняка нелегально. И Гарри даже не сможет доказать, что это не его вина, ведь он сам наложил заклинание, сделавшее Драко его собственностью. Кингсли относился терпимо ко многим вещам, но даже он не потерпит, чтобы начальник отдела магического правопорядка держал волшебника в рабах!

А еще, когда все закончится, и Драко больше не захочет с ним иметь никаких дел, Гарри будет выглядеть как влюбленный идиот. Хуже прессы, которая глумилась над ним или боялась его, была пресса, которая ему сочувствовала. Он буквально видел их заголовки: Мальчик, Который Влюбился... и Потерял.

Но тут уж ничего не поделаешь, правда? Он не мог продолжать обижать Драко, заставляя его верить, будто он был маленькой постыдной тайной...

- Тебе не понравились мои огненные блинчики? – спросил Драко, улыбнувшись.

- Понравились, но...

- Думаю, мой отец слегка нервничал от столь близкого соседства пламени с его волосами.

- Думаю, оно оказалось там не случайно.

- Все может быть... - глаза Драко сверкнули, когда он поднял лицо к Гарри, сидя у его ног. – Думаю, десерт мы пропустим, но все равно спасибо.

- Нет, важно, чтобы тебя увидели со мной...

- Пожалуйста, Гарри. Я не она. Мне нет нужды видеть в газетах свое имя, и я совершенно точно не хочу, чтобы ты расстроился, увидев в них свое. Мне просто не нравилась мысль о том, что ты не хочешь, чтоб о нас узнали.

- Я не стыдился. Я никогда не стыдился этого, - поклялся Гарри.

- Так я мог рассказать родителям? Правда?

Разве они это уже не выяснили? Гарри кивнул.

- Именно поэтому ты так нервничал перед их приходом? Ты хотел рассказать им о нас, но заклинание тебе не давало? Ужасное наверное было ощущение.

- Ты даже представить не можешь, - пальцы Драко беспокойно теребили ткань брюк. – Я думал, что задохнусь. Не буквально, конечно, но ощущения были весьма реальными. Я должен был им рассказать... как будто держать тебя в секрете было чем-то мерзким и неправильным. В этом нет никакого смысла, правда? Я чувствовал себя ужасно виноватым. Наверное... наверно из-за обиды и злости, я был несколько резок.

Да, Гарри это заметил. Протянув руки, он потянул Драко вверх на колени. Позиция была не самой удобной, но Драко прижимался к нему, и это того стоило.

- Ты имел полное право злиться на меня, если ты думал, что я хочу тебя спрятать.

- Но я злился и на себя тоже. Даже не знаю... за то, что так сильно переживал? Ты тогда упомянул, что твои друзья жаловались, будто я пахну сексом, и я разозлился на себя, что не принял душ, потому что, если ты не хотел, чтобы твои друзья знали, я должен был тебе помогать...

- Но они уже знают о нас, - перебил Гарри. – Я сказал Гермионе несколько недель назад, и сегодня Рону.

- Ох, - голос Драко потеплел. Казалось, он растекся воском в руках Гарри, оперевшись о него всем телом, и, положив голову на плечо, принялся вылизывать место на шее, где бился пульс. – Это хорошо. Гораздо лучше. Но почему только сегодня?

- Эмм..., - Гарри не хотел говорить ничего, что бы заставило Драко отвлечься от вылизывания его шеи, но с другой стороны, он не хотел лгать. – Ну, я не говорил Рону, пока он сам не догадался. Но не потому, что хотел тебя спрятать, но, как ты уже сам заметил, ты ему не сильно нравишься, и кроме того, я боялся, что он обидится из-за сестры... понимаешь? Мне не хотелось ссориться с лучшим другом.

- А вы поссорились?

- На самом деле нет, хоть он и был не очень рад, - Гарри скривился, вспомнив о том, как они позже сидели в Котле и старательно избегали любых упоминаний о недавнем разговоре в его офисе. – Он пытался убедить меня, что это всего лишь секс и не слушал, когда я пытался доказать ему, что ты мне действительно нравишься.

- Что меня ничуть не удивляет, - слегка отодвинувшись, Драко поцеловал Гарри в губы. – Гермиона заслуживает десяти таких как он.

Это Гарри совсем не понравилось.

- Рон очень много для меня сделал, - сказал он твердо. – Он даже заехал ко мне сегодня и настаивал, чтобы мы опять начали куда-нибудь выбираться по пятницам. Сказал, что не хочет потерять нашу дружбу. На этой неделе мы идем к нему в гости, кстати говоря. Эмм... наверно тебе лучше не упоминать про тысячу галеонов при Роне. Я уверен, что он ничего об этом не знает.

- Что говорит многое про его отношения с женой.

- Она просто хочет сохранить мир. Ты явно не собирался сдаваться, и не было никакой возможности заставить Рона их принять. В школе ты его высмеивал за то, что он бедный. Пожалуйста, не используй эту информацию, чтобы подначивать его исподтишка, хорошо?

- Не буду. Он твой друг. Хотя, что это за друг, который утверждает, будто ты не понимаешь, что чувствуешь, когда речь заходит обо мне?

Гарри пожал плечами.

- Ну, он и худшее утверждал, если хочешь знать, и мы прошли через это. Теперь..., - Гарри остановился, чтобы подумать. – Скорее всего, Рон считает, что я думаю членом, хочу попробовать, каково это будет с мужчиной. Потому что тогда, он может сказать себе, что я не променял Джинни на тебя, понимаешь? Если все дело во мне и моих желаниях поэкспериментировать, тогда это не из-за нее.

- Полагаю, ты ей не сообщил, что мы теперь вместе?

- Я с ней не разговаривал с тех пор, как мы расстались.

Драко улыбнулся.

- Наверное нехорошо, но меня это радует.

- Ничего плохого, скорее по-человечески. Но она и так обо всем догадалась.

- Умная девочка, - прошептал Драко, опять зарываясь лицом в шею Гарри. – Но я честно не хотел навлекать неприятности. Гарри, честное слово. Я был бы рад быть просто дополнением на стороне, если б это было то, чего ты хотел. Не то, чтобы я этого особо ждал. Я не хотел тебя делить. Эгоистично, я знаю.

- Тебе бы не пришлось делиться, - сказал Гарри, притягивая Драко поближе. – Я бы точно не хотел тебя делить.

- В любом случае, как она догадалась? – спросил Драко, хотя и вздыхал от касаний Гарри. – Я хотел тебя уже тогда, но изо всех сил старался при ней этого не показывать. Я думал, вы поженитесь, и мне бы очень не повезло, если бы она видела во мне конкурента.

- Это не ты, - хмыкнул Гарри. – Дело во мне. По словам Рона, Джинни не понравилось, как я на тебя смотрел.

- А. Что ж, я обожаю, как ты на меня смотришь. Особенно, когда я совершенно обнажен и крепко привязан к кровати для твоего удовольствия. Или может быть, когда ты меня порешь? Я ведь хорошо себя вел, правда? Ты наградишь меня, как обещал?

К концу его голос явно сочился лестью.

- Да, ты получишь обещанную награду, - мягко произнес Гарри, размышляя, не рассказать ли об остальном. То, что он приготовил для Драко, было гораздо большим, чем обычная порка.

Нет, лучше пока об этом промолчать. Так гораздо увлекательнее для них обоих, решил он: позволить Драко узнать обо всем на практике.

41.

- Ну вот мы и здесь, - громко сказал Драко. – Кажется, это у нас входит в привычку.

- Что? Заявляться в Вороний Утес для наших игр? – Гарри скинул плащ и повесил его на крючок. – Но здесь твои игрушки.

- Что ж, ты прав, - на мгновенье показалось, Драко что-то гложет, но затем он взял себя в руки. – Итак, что у тебя на уме, мм?

Гарри чуть не признался. Но не смотря на то, что его буквально распирало изнутри, он каким-то образом сдержался. Гораздо лучше, если Драко ничего не будет знать заранее, и не в последнюю очередь потому, что Гарри опасался, что у него не получится. Кстати, говоря о вызове... нет, он был уверен, что справится, и тогда сюрприз будет гораздо приятней.

Кроме того, если ничего не выйдет, не хотелось бы знать, что он разочаровал Драко.

- Эмм, я подумал, что нам стоит заранее поговорить, - сказал Гарри, взмахом палочки призывая пару стульев. В доме по-прежнему не хватало мебели , но ее прибавлялось понемногу с каждым их посещением. Вороний Утес все больше походил на дом, чем... Гарри не был уверен, как лучше назвать прежнее опустошение.

Драко, как заметил Гарри, кинул страстный взгляд в сторону спальни, но, как всегда, послушный высказанному желанию Гарри, сел и слегка наклонился вперед, готовый слушать.

- В принципе, это необязательно, - сказал он, слегка задыхаясь – то ли от волнения, то ли от предвкушения. Гарри не был уверен, от чего больше.

- Нет, на самом деле обязательно...

- Но, Гарри, я понимаю. Я все понимаю. Мне не нужны ужины в ресторанах для волшебников, не теперь, когда я знаю, что тебе это никогда... - Драко замолчал. – Ты не поверил мне, когда я это сказал?

- Я хотел поговорить о другом, - предпочел сменить тему Гарри. Поверил ли он тогда Драко? Ну, он на самом деле поверил, что Драко теперь понимал причину его поступков. Но на каком-то уровне он совершенно не мог доверять словам Драко. Не мог. С таким же успехом это могло быть прямым влиянием чертовой Рес меа эс.

Как проклятие могло быть таким чувственным и, вместе с тем, таким страшным? Ему нравилось доминировать над Драко в спальне; ему нравилось, что Драко нуждается в нем, хочет его, хочет подчиняться ему. Возможно, это было не правильно, но, так или иначе, Гарри это нравилось. Здесь он ничего не мог с собой поделать, хотя знал – будь Гермиона рядом, она бы посоветовала ему тверже придерживаться принципов.

Ему не нравилось, что Драко стал его рабом. Конечно, нет!

Но то, чем они занимались в спальне – тут совсем другое дело. Как и то, чем они занимались на Вороньем Утесе, куда они приходили ради своих «игр».

А секс... что ж, это могло действовать заклинание – о, к черту, скорее всего так оно и было – но Гарри смирился. Возможно, дело было даже не в том, что Драко отчаянно в этом нуждался. Может быть, и сам Гарри нуждался в этом – ведь он любил этого человека – и нужды Драко были всего лишь удобным оправданием. Как бы там ни было. Дело сделано, и назад Гарри отступать не собирался.

Гораздо труднее было принять те вещи, о которых говорил Драко, и поверить, что это действительно его мысли. Особенно сегодня – то, как он оскорбительно отзывался о чистокровных предубеждениях отца. Что, кроме заклинания, могло заставить его чувствовать гордость за Гарри и за его убеждения?

Качая головой, Гарри сел.

- Думаю, ты все понял насчет ресторанов. Просто..., - черт, Гарри не знал, как продолжить. Что было довольно странно, если вспомнить, чем они с Драко занимались последние несколько недель. Но так оно и было. – Эм-м-м-м... Я хотел сегодня попробовать что-то новое и довольно... уф, экстремальное, и до того, как мы начнем, я должен убедиться...

- Ооох, - Драко с нетерпеньем подался вперед. – Игра с ножами?

Гарри побледнел. Игра с чем? Он даже подумать не мог, чтобы забавляться с Драко ножами. Или забавляться ножами где-то рядом с Драко. Вообще, от самой мысли об этом его затошнило. Не удивительно, потому что сейчас все, о чем он думал – это страшное видение мальчика, истекающего кровью на полу в туалете, после использованного заклятья «против врагов».

Он не хотел ранить Драко.

Порка – это нечто иное. Даже порка до крови – это было... по-другому, хотя Гарри и не совсем уверен, почему.

- Игр с ножами не будет, как я понимаю? – сказал Драко со слегка разочарованным видом. – Прости. Мне не стоило предлагать то, что тебя расстроит.

- Ну, ты ведь не знал – ты же не помнишь...

- Только не говори, что мы любили устраивать дуэли на ножах.

Гарри отрицательно покачал головой.

- Тогда чего бы ты хотел? – голос Драко напомнил мурлыканье. – Гарри, Гарри. Ты уже должен знать, что нет ничего, что мне бы не понравилось в твоем исполнении. Мы идеально подходим друг другу.

Гарри почувствовал, что его сердце забилось, как будто пыталось что-то ему сказать. Ха, как будто в этом была необходимость. Он уже и так знал, что любит Драко. И знал очень хорошо.

- Ты ведь готов, наконец, сделать меня своим, так? – Драко потер руки, и его глаза зажглись от предвкушения. – О, ты не представляешь, сколько раз я хотел попросить об этом, но я и вправду стараюсь предупредить твои желания, поэтому никоим образом не собирался на тебя давить. Но Гарри, мой любимый хозяин, я до боли хочу внутри себя ощутить твой длинный твердый член, каждый день я мечтаю о нем, каждый день без исключения...

- Нет, я не это имел в виду, - выдавил Гарри. Он слышал, как Драко торопиться высказать свое согласие и видел, что его обычное спокойствие испаряется: Драко действительно безумно желал его. Но, черт побери, это ничего не значило! Даже то, что Гарри сам столь же безумно желал его в ответ!

Все их забавы – отсосать друг у друга, тереться друг о друга, лежа голыми в кровати... да, это был секс, и возможно, Драко впоследствии будет об этом сожалеть. Но все будет гораздо тяжелее, если Гарри на самом деле его возьмет – как Драко его просил.

О Боже. Если Гарри когда-нибудь трахнет Драко... тогда Драко, очнувшись от амнезии, будет чувствовать себя использованным. Как будто Гарри Поттер, тот враг, что запустил в него Сектумсемпрой, им попользовался. Он, скорее всего, будет уверен, что Гарри сделал это ради мести.

В этот момент Гарри пожалел, что когда-то заявлял о необходимости заключить Драко в Азкабан за его деяния в роли Упивающегося Смертью. Черт побери, то единственное интервью прессе, и теперь, когда Драко все вспомнит – его он вспомнит прежде всего! Он вспомнит слова Гарри о том, что наказание для Драко было слишком мягким...

Вспомнит, что Гарри использовал его в своих интересах самым страшным образом, когда он был не в силах сопротивляться. Когда он даже не помнил, что должен сопротивляться.

Для врагов...

Казалось, эта фраза прогремела у него в голове.

В это время Драко сник.

- Ох, - после долгой паузы сказал он так тихо, что Гарри едва его услышал. – Я... я думал, что ты готов. Прошу прощения. Я... я думал, что ты хочешь меня. Хм... таким образом.

- Я действительно хочу, - Гарри взъерошил волосы, не вполне понимая, когда разговор успел уйти в совсем другое русло. Наверное, ему и вправду стоило направиться с Драко прямиком в спальню, не тратя время на бесполезные беседы... но нет, он хотел все сделать правильно. Вначале им нужно поговорить. Ему и в самом деле уже давным-давно надо было решить этот вопрос.

Драко встрепенулся, и его пальцы дрогнули.

- Правда? Я знаю, ты никогда этого не делал, но уверен, у меня есть опыт, а также, я великолепен в постели, и сделаю все, чтобы тебе понравилось. Это ведь в моих интересах – чтобы ты захотел сделать это снова...

- Я подумал, что ты мне должен сказать свое стоп-слово! – выпалил Гарри. Произнести это оказалось совсем не сложно. Особенно, чтобы срочно остановить признания Драко. Если Гарри услышит еще хоть слово о том, насколько великолепен Драко в анальном сексе, его решимость поступить правильно рухнет.

А он не мог себе этого позволить, черт побери. Ради Драко, который даже не знал, что творит, когда просит Гарри Поттера трахнуть его!

- Стоп-слово, - тупо переспросил Драко.

- Ага, в смысле, то слово, которое ты сможешь использовать, чтобы остановить меня...

Ноздри Драко раздулись: - Я знаю, что это значит Гарри. И даже если не знал, то мог бы догадаться. Я просто поражен – почему ты считаешь, что оно мне нужно?

- Ну, если я собираюсь пороть тебя до крови... - или больше, подумал он, - тогда я должен буду знать, когда ты захочешь остановиться...

- Все, что тебе нужно – это сказать, что мне достаточно. Раньше это работало, насколько я помню.

Гарри поморщился, чувствуя, что делает что-то не так, даже пусть на самом деле все говорил правильно.

- Ну да, но... слушай, сегодня я хотел бы наградить тебя, понимаешь? И, возможно, выйти за привычные для тебя рамки – когда ты будешь кричать, или умолять, или что-то подобное, и я хочу... хочу...

- Ты хочешь знать, что можешь не обращать на это внимания, - тихо произнес Драко. – Как ты иногда делаешь, когда я умоляю позволить мне кончить, хм-м? Ты оттягиваешь конец... заставляешь меня ждать, пока сам не захочешь, чтобы я кончил. Но я тоже хочу этого, Гарри. Это то, что я люблю, понимаешь? Ублажать тебя. Полностью принадлежать тебе.

После «люблю» Гарри почти ничего не слышал. Пусть Драко говорил про то, как любит, чем они занимаются, а не про самого Гарри, тому все равно было сложно найти более-менее связанный ответ.

- Ты прав, я согласен. Но мы говорим про боль, а не про удовольствие. Возможно, в какой-то момент ты действительно захочешь остановить меня, когда я буду тебя пороть! Я не смогу игнорировать тебя!

- Тогда я не буду просить тебя остановиться, если в этом не будет крайней необходимости.

- Ты можешь сказать что-то, что на самом деле не имеешь в виду. Если боль будет слишком сильной.

- Звучит многообещающе, - мурлыкнул Драко, глаза его заблестели.

- Вопрос очень серьезный, - твердо напомнил Гарри. – Ситуация может выйти из-под контроля, если мы заранее не подумаем о безопасности. Все может очень плохо закончиться.

- Остановись, мое глупое сердце...

- Это серьезно, Драко!

И Драко внезапно послушался.

- Что ж, признаться есть в этом некий катарсис – умолять тебя позволить мне кончить и знать, что ты можешь мне отказать. Я люблю расширять свои границы. Так что, стоп-слово – хорошая идея. Как насчет «Ник»?

Гарри приподнял бровь: - Ник?

Драко замешкался.

- Это имя... не знаю. Просто всплыло. О, может быть, потому что Гермиона упоминала какого-то Ника в одном из своих писем?

- А. Почти Безголового Ника, я думаю. Ты сам его не помнишь?

- Я даже не помню того потрясающего волшебника, который снабдил комментариями твой учебник по зельям, - натянуто произнес Драко, - а по словам Гермионы, Северус Снейп был деканом моего факультета.

Гарри внутренне напрягся. Не хватало еще того, чтобы «заботливая» Гермиона рассказывала Драко обо всех забытых им вещах. Не то, чтобы Гарри переживал, когда речь шла о призраках, но разговоры о Снейпе были слишком близки к теме войны, а Драко и так расстраивался от того, что был на вражеской стороне. А еще хуже, если...

- А о нас с тобой она не рассказывала?

- Нет, в этом она очень упряма, - вздернул бровь Драко. – Хотя я пробовал все, чтобы вытянуть из нее информацию. Но она дьявольски умна и видит меня насквозь.

- Отлично.

Драко смерил Гарри расчетливым взглядом.

- Ты что-то скрываешь от меня, Гарри? Помниться, ты недавно переживал, что репортеры начнут строить предположения о нашей связи в школе. Может быть, она была? Мы встречались? Тайно. Но расстались далеко не друзьями – отсюда и вражда?

- Нет.

- Ой, да ладно? Совсем ничего? Не могу представить, что знал тебя и не чувствовал этого всепоглощающего притяжения, - Драко облизнул губы. – Может между нами искрила «любовь/ненависть»? Не говори, что я ни разу тебя не поцеловал. Вряд ли я смогу в это поверить...

- Мы никогда не целовались в школе.

- Хм-м. Серьезно? – Гарри отрицательно покачал головой и Драко нахмурился. – Я никогда до тебя не дотрагивался?

- Нет, если не считать тот раз, когда ты расквасил мне нос ботинком.

- Мы предпочитали грубые игры?

Гарри вздохнул. Он не хотел распространяться о том инциденте, но уж если упомянул...

- Между нами не было романтической связи, Драко. Ты поймал меня, когда я шпионил за тобой. В отместку ты меня проклял и сломал мне нос.

В место того, чтобы расстроится, Драко буквально просиял: - Ты следил за мной, Гарри? В душе, я полагаю?

- Ты был полностью одет и болтал с друзьями, и я хотел узнать, о чем...

- О-о-ох, ты надеялся застать меня за поэтическими признаниями в своей любви к тебе...

- Нет, я думал, что ты Упивающийся Смертью и хотел узнать, что ты замышляешь!

Это охладило пыл Драко.

- Понятно. И ты был прав?

- К сожалению.

- И что я хотел сделать?

- Нечто ужасное, но я не скажу больше ни слова – как и Гермиона. Ты сам вспомнишь, когда будешь готов.

Драко одарил его скептическим взглядом: - Гарри, ты по-прежнему веришь, что память ко мне вернется? Эти проблески воспоминаний... они бессвязны. Полная картинка не складывается.

- Но ты говорил, что с каждым разом все лучше и лучше вспоминаешь детство.

- Детство – да. Нас – нет. И ничего из «наших» общих лет, если не брать в расчет занятия на уроках, - пожал плечами Драко, словно потеря памяти его совсем не волновала. – Но я полагаю, что действительно знаком с понятием стоп-слов, пусть даже и не помню об этом. Чем больше я думаю об этом, тем... более знакомой кажется ситуация.

Лучше б оно так и было, - подумал Гарри. Игры, которыми Драко очевидно наслаждался с предыдущими любовниками... содержимое того сундука... если те, с кем он раньше спал не настаивали на том, чтобы у них было стоп-слово...

Тогда Гарри будет трудно удержаться от того, чтобы не выследить их и не прикончить.

Ну, не то, чтобы прикончить, но у него имелись для них в запасе пара ласковых!

Хотя, скорее всего, он будет держаться подальше от предыдущих любовников Драко, иначе те могли бы пожелать возобновления старого знакомства. С другой стороны, того же может пожелать сам Драко, когда вспомнит.

И что тогда делать Гарри?

Он не мог думать об этом. И не станет думать об этом, если на то не будет крайней необходимости.

А может ему и не придется, осторожно признался себе Гарри. Возможно, Драко был прав. Если его память до сих пор не вернулась, возможно, этого никогда и не произойдет. Он даже Снейпа еще не вспомнил... это что-то да значило, ведь так? Правда?

Определенно значило, решил Гарри.

Ведь что тогда сказал Люциус Малфой? Драко, скорее всего все вспомнит, когда заклятье полностью адаптируется. И когда он будет чувствовать себя рядом с Гарри в безопасности.

Все это уже произошло. Черт побери, Драко чувствовал себя рядом с ним настолько свободно, что не хотел использовать стоп-слово. Заклятье адаптировалась так, что куда уж дальше – это Гарри знал точно.

А Драко так ничего и не вспомнил.

Так что, скорее всего и не вспомнит.

Гарри знал, что неправильно испытывать облегчение, но ничего не мог с собой поделать. Все был просто – он не хотел терять Драко: ни отпускать к бывшим любовникам, ни из-за того, что Драко его вновь возненавидит, когда тот все вспомнит, или когда вспомнит о презрении к тем, чья кровь недостаточно «чистая».

И как бы там ни было, Драко ведь был счастлив с Гарри.

Не было ничего плохого в желании Гарри, продлить этот момент.
Гарри проигнорировал тихий внутренний голосок, шептавший ему, что так оно и было.

- Значит, Почти Безголовый Ник, - сказал он, выбрасывая из головы сторонние мысли. Сейчас главным было доставить Драко удовольствие. Он должен его наградить – и удостоверится, что Драко ничего подобного раньше не испытывал ни с одним своим любовником.

Гарри встал, прошел небольшое расстояние, отделяющее его от стула, на котором сидел Драко, и протянул руку: - Кончаем с этим?

Теплые пальцы Драко переплелись с его.

- Ммм, не думаю, что получил разрешение, хозяин Гарри.

Черт, Гарри любил его чувство юмора... любил его самого. Он притянул Драко к себе и поцеловал, а затем взял за руку и повел в комнату, где их ждал сундук – и его содержимое.

""""""

Гарри сел на край постели, широко расставив ноги, и оперся на руки, слегка откинувшись назад. Однако, едва Драко собрался опуститься перед ним на колени, он покачал головой: - Стань там... нет, чуть дальше. Хорошо. Теперь разденься. Медленно.

- Хочешь немного развлечься? – Драко неторопливо поднес пальцы к верхней пуговице мантии и демонстративно-медленно ее расстегнул. – Я не против. Смысл моей жизни – служить тебе, как ты и сам знаешь. Но у меня сложилось впечатления, что сегодня меня должны награждать, а не наоборот. – С этими словами, он скинул мантию и встал в позу, выгодно подчеркивающую его бедра.

- Отрадно видеть столь чрезмерное самомнение, - сказал Гарри, стараясь не улыбаться.

Что было очень сложно, особенно, когда Драко ответил: - Это не самомнение, а констатация факта. Ты обожаешь на меня смотреть. – Драко изящно избавился от рубашки: действо по чувственности граничило со стриптизом. – Что не удивительно, - продолжил он с улыбкой, опустив взгляд на свой торс. – Светлая кожа, без единого шрама и пятнышка.

Да, без единого шрама – Гарри знал об этом, как и о том, что благодарить за это нужно Снейпа. Снейпа, его зелья и быструю реакцию в тот день на шестом курсе. Если бы не Снейп, грудь Драко бы была вся исполосана шрамами от необдуманного заклятья Гарри.

- Ничего кроме этого, - Драко поднял левую руку, на которой виднелись блеклые остатки Черной Метки. – И этого..., - он согнул запястья и на мгновение показалось, что по перевязи, свидетельствующей о его положении раба, прошла рябь, хотя черно-зеленый цвет остался неизменным. Игра света, решил Гарри.

- О первой я сожалею, о других – нет, - тихо сказал Драко. – Мне жаль... но не думаю, что в моем сожалении есть смысл. Так, о чем это я. Ах, да, - длинные бледные пальцы прикоснулись к пуговице на серых брюках.

- Медленно, - напомнил ему Гарри. – Я действительно люблю на тебя смотреть.

Глаза Драко просияли от радости, и Гарри задумался, была ли бравада Драко результатом его самолюбия или же неуверенности.

– Твое желание для меня закон...

Драко расстегивал штаны с мучительной медлительностью, но в результате стащил их вниз одним махом с трусами, открыв взору Гарри почти полностью возбужденный член. Гарри с трудом сглотнул, чувствуя, как его рот наполнился слюной.

- Поиграй с собой, - прошептал он, не в силах оторвать взгляд от открывшегося вида.

Драко должен был выглядеть нелепо, когда по-прежнему обутый и со спущенными вокруг коленок штанами он взял в руку член и начал двигать ею вверх-вниз. Вместо этого он выглядел... обольстительным. Распутным. Воплощением наслаждения – но выставлял себя напоказ ради наслаждения своего хозяина...

- Ложись на кровать, - приказал Гарри.

Драко чуть не споткнулся, спеша выполнить приказ. Самокритично усмехнувшись, он, не наклоняясь, скинул ботинки и избавился от брюк и трусов – его возбужденный член все это время болтался из стороны в сторону.

И даже не смотря на это, он не выглядел нелепо – даже когда остался в одних носках... которые в следующее мгновенье были сдернуты и вот он уже забирался на кровать, как и приказал Гарри.

- Ляг на спину и раздвинь ноги, - пробормотал Гарри. – Акцио... Акцио наручники.

Из сундука вылетели четыре металлических кольца и Драко перекатился на сторону, словно боясь, что они пролетят мимо Гарри и попадут прямо в него. Но Гарри ловко поймал их и ухмыльнулся.

- Гермиона упоминала, что ты играл за ловца, - с благоговением прошептал Драко. – Должно быть, ты был великолепен на поле.

- Ну, ты пару раз заставил меня попотеть.

- Ты хочешь сказать...

- Ага, ты тоже был ловцом, - Гарри ловко застегнул наручники на запястьях и щиколотках Драко, ни чуть не удивившись, что те идеально подходят. Хотя ему не особо понравилось, что наручники скрыли метки рабства. В последние дни ему нравилось их видеть.

- Акцио цепь, - Гарри взмахнул палочкой. Хорошо, что во время учебы в Аврорате он выучил несколько заклинаний, которые могли сделать метал мягким и наоборот, думал Гарри, дотрагиваясь палочкой до свода цепи. Когда он закончил, руки и ноги Драко были надежно прикованы к столбикам кровати.

- Мммм, - простонал Драко, слегка подаваясь бедрами вверх. Глаза его были закрыты, а на губах играла легкая улыбка. Казалось, он пребывает в экстазе, хотя Гарри еще даже не начал.

- Может, добавим напряжения? – сказал Гарри, наблюдая за Драко, склонив голову. «Красивый» - единственное, что пришло на ум. Даже скорее ангельски-красивый, хотя как голый, возбужденный мужчина мог походить на ангела – был тот еще вопрос. Драко был далеко не невинным, тем более, если речь шла о сексе.

Но все же, распластанный на кровати, он походил на ангела: идеальная, такая светлая кожа, светлые волосы, отливающие золотом в волшебном свете, исходящем от висящих на стенах канделябров.

- Поверь, я уже достаточно напряжен, - пробормотал Драко, не открывая глаз.

- Я говорил об этом, - Гарри негромко произнес утягивающее заклинание, и в следующий момент кольца на цепях сжались.

Тело Драко натянулось словно лук, и он застонал.

Довольный открывшимся перед ним видом, Гарри присел на кровать рядом со своим пленником. Он провел пальцем вниз по груди Драко, легонько поглаживая мягкие редкие волоски, почти прозрачные на свету.

Как у ангела, - вновь подумал Гарри.

- Напряжен, значит? – невинно спросил он. – Интересно, почему, хм? Боишься, что я причиню тебе боль? Ох, но постой. Ты хочешь, чтобы я причинил тебе боль.

В ответ Драко простонал.

Гарри это не удовлетворило, и он сжал сосок. Сильно.

Драко не надо было объяснять, почему Гарри это сделал: он понимал его без слов. Поэтому он заговорил: - Я жажду этого, хозяин Гарри. Но в то же время, я... я...

- Тебя сжигает нетерпение? – предположил Гарри, наклонившись над Драко, и втянул сосок в рот.

Драко пытался толкнуться бедрами вверх, ища хоть какой-то контакт для своего члена, который пульсировал от возбуждения. Но Гарри сидел так, что все потуги Драко пропали втуне – что было не сложно. Драко был буквально распят и едва мог двигаться.

- Сжигает, да,- выдохнул Драко, слегка задыхаясь. – Сжигает нужда. И страсть... и страх.

- Но тебе нравится боль, - сказал Гарри на мгновенье оторвавшись от соска. – Так откуда же страх?

- Сладкий, сводящий с ума страх...

Гарри улыбнулся вокруг соска во рту и, куснув его в последний раз, отстранился.

- Ты мне не доверяешь?

Драко вздохнул: и в этом вздохе было поровну страсти и блаженства.

- Доверяю. Я верю в тебя, Гарри. Верю, что ты не будешь меня щадить. Я хочу этого, хочу тебя...

- Да, я знаю, чего ты хочешь, - протянул Гарри и в его голосе появились глубокие нотки. – И ты это получишь, - продолжил он честно, - не сомневайся. Каждый удар хлыста – столько, сколько сможешь выдержать. Нет, подожди, зачеркнем это. Столько, сколько я захочу, чтобы ты выдержал, Драко. Ты мой, и когда я закончу, ты будешь отмечен как мой, не только на запястьях.

По всему телу Драко пробежала дрожь, и от нетерпенья он поджал пальцы на ногах: - Ох, пожалуйста, пожалуйста...

- Ты так хорошо умоляешь, - Гарри провел ладонью по груди Драко, но в этот раз ладонь двинулась ниже – скользнула по животу, но за мгновенье до того, как коснуться члена, вдруг резко изменила направление и вместо этого легла на бедро.

- Пожалуйста...

- Никогда бы не подумал, - непринужденно заметил Гарри, не обращая внимания на нотки отчаянья в голосе Драко. – В школе ты казался таким гордым. Но возможно глубоко внутри ты всегда хотел подчиняться.

- Гарри...

- Молчи, раб, - Гарри почувствовал дрожь возбуждения при этих словах. Он уже понял, что ему было свойственно доминировать так же, как Драко подчиняться. Именно поэтому им так нравились эти игры.

Ха, это также многое объясняло о его отношениях с Джинни. Они были обречены с самого начала, поскольку она тоже любила доминировать. Гарри же нуждался в чем-то другом, в ком-то другом... пусть ему и понадобилось несколько лет, чтобы осознать это.

Драко послушно замолчал, его отчаянную нужду выдавало только учащенное дыхание.

- Итак, с чего мне начать? – подумал Гарри вслух, хотя, конечно, уже знал, что собирается сделать.

Когда Драко не ответил, он сильно шлепнул его по бедру, с удовольствием наблюдая, как дернулся член. – Я задал тебе вопрос. С чего мне начать?

- С... с кнута? – прошептал Драко, он открыл глаза, они казались серебряными озерами, в которых плескались страх и наслаждение.

- С кнута, - передразнил Гарри. – Высокого о себе мнения, не так ли? Почему ты думаешь, что заслужил кнут? За дерзость ты получишь хлыст.

Драко простонал и чувственно – как не мог не заметить Гарри – приоткрыл губы.

- Когда я решу, что пора, - добавил Гарри. – Что произойдет нескоро. Я начну с плетки. Представь, как ее концы ласкают, воспламеняют твою кожу, делая ее такой чувствительной. Представь, как после нее будет ощущаться хлыст.

Драко не ответил, но было видно, что он представляет ощущения, как их описывает Гарри. На кончике возбужденного члена показалась капля. Гарри ухмыльнулся, а затем, наклонившись, слизнул ее.

- Accio, плеть! Да, и Драко, мой раб, забудь про приказ молчать. Я хочу слышать тебя.

- Да, хозяин Гарри, - хрипло произнес Драко, и все его тело напряглось в ожидании первого удара.

- Ой, нет-нет-нет, - мягко пожурил его Гари, кладя плетку на кровать. – Мы не можем так это оставить. Но мне не понравилась кожаная повязка, которую мы использовали в прошлый раз. Слишком жесткая и грубая, – кроме того, Драко в ней выглядел как герой из комикса.

Гарри подошел к сундуку и стал перебирать содержимое. Наконец, он достал шелковый алый шарф. – Посмотри, что я нашел, - сказал он, снова подходя к Драко и обвивая шарф вокруг его члена. – Какой замечательный цвет. Только подумай... уже скоро ты весь будешь покрыт полосами такого же цвета. Они будут потрясающе смотреться на твоей коже. Жаль, однако, что ты их не видишь. А сейчас подними голову. Вот так, хорошо.

Гарри дважды обмотал шарф вокруг головы Драко и надежно его завязал, а потом просунул под него палец, чтобы убедиться, что тот не слишком давит Драко на глаза. Каждое его прикосновенье было нежным, любящим. Потому что именно этим они занимались. Прелюдией. Перед тем как заняться любовью. Вдвоем.

В действительности, Гарри хотел отхлестать Драко так сильно, именно потому что он его любил.

- Повязка должна остаться на месте, - предупредил Гарри. – Ты принадлежишь мне, а значит, только я решаю, когда ее снять. Если ослушаешься, порка тут же прекратиться. Предупреждаю на всякий случай.

- Мне нравиться, когда ты полностью держись ситуацию в своих руках.

Тут Гарри одарил член Драко выразительным взглядом, который, впрочем, пропал втуне, поскольку Драко ничего не видел.

- Это уж точно. Мне нравиться держать тебя в руках, - протянул он. – И тебе тоже.

Гарри снова взял плетку в руки и провел ею по телу своего пленника, едва касаясь кожи: сначала по груди, затем вниз до бедер. Двенадцать тонких кожаных лент... ими одинаково легко и дразнить, и мучить.

- Что ты чувствуешь, лежа здесь, понимая, что я могу сделать с тобой все, что захочу, когда ты не в силах мне помешать, не можешь защитить себя?

- Я никогда не захочу защищаться от тебя. Я хочу того же, что и ты. Нуждаюсь в том же, что и ты... Ааааагх! – Драко задохнулся криком, прервав свое пылкое признание, когда Гарри со всей силы опустил плеть на его грудь.

- Может, лучше ответишь на вопрос, хм? – мягко подначил Гарри и снова продолжил ласкать кожу Драко нежными касаниями плетей. Сегодня он не изображал аврора. Сегодня он был просто Гарри, любовником Драко.

Или скорее его любовником и хозяином. Но так и должно быть. Сейчас Гарри уже с трудом мог поверить, что мысль о том, чтобы владеть рабом, когда-то его ужасала. Он хмыкнул; он тогда совсем себя не знал.

- Это... это потрясающе, - простонал Драко. – И пугающе. Но в тоже время возбуждает. Это... почти чересчур. Гарри, ну выпори уже меня наконец!

- Когда пожелаю, - ответил Гарри и поднес к губам Драко кончик плетки. – Сначала ты должен показать мне, как сильно ты этого хочешь. Поцелуй ее, Драко.

Драко разомкнул губы и втянул кожаную ленту в рот, страстно ее посасывая.

Гарри улыбнулся. Кожаная повязка на лице Драко в прошлый раз выглядела глупо, но когда Драко целовал плетку, это было... красиво.

Поразительно, даже, и Гарри не хотел, чтобы это кончалось.

- Поцелуй ее так, словно это твой давно умерший возлюбленный, который чудесным образом воскрес, - прошептал Гарри, слегка наклонившись вперед, чтобы лучше видеть.

Рот Драко в прямом смысле занимался любовью с лентами плети, страстно их целуя, а сам он издавал стоны, как будто после бесконечного отчаянья вновь увидел шанс на счастье.

Член Гарри напрягся в штанах, и он хрипло потребовал: - Достаточно. Теперь поцелуй ее, как будто это мой член, и если ты не заставишь меня через две минуты кончить, то я продам тебя работорговцу, который не сводит с тебя глаз каждый раз, когда мы выходим на улицу.

С этими словами, он повернул плеть и поднес к губам Драко толстую рукоять.

Боже. Драко устроил целое шоу. Гарри едва на самом деле не кончил только от самого зрелища. Драко облизнул рукоять, а затем, сомкнув вокруг нее губы, всосал в рот, с каждым разом погружая все глубже и глубже, и издавая глубокие стоны, демонстрируя Гарри то, что можно было назвать лучшим минетом столетия.

Но следующее мгновенье он поперхнулся, что разрушило весь эффект. Гарри быстро вытащил плеть у него изо рта.

- Драко?

- Прости, - слегка задыхаясь ответил тот, - хотел заглотить ее до конца, но угол был неправильным.

- Ты в порядке? Мы можем прекратить...

- Даже думать не смей о том, чтобы освободить меня. Только, если действительно этого хочешь, - резко перебил Драко. – Я не называл имени дурацкого привидения, и, поверь мне, не собираюсь. Мне нравится то, что ты делаешь со мной. Я хочу еще. Все, что ты собираешься мне дать.

- Уверен, что ты в порядке? – Гарри покраснел, подумав, что наверно смотрел на представление Драко, открыв рот. – Я не хотел, чтобы ты заходил так далеко.

- Ну, ты пригрозил продать меня, - не смотря на сухой тон, уголки губ Драко дрожали. – Я, наверное, попробую заглотить все, что угодно, чтобы избежать такой судьбы. Но у меня получилось бы лучше, будь у меня развязаны руки. Чтобы направить под правильным углом.

- Я бы... с удовольствием на это посмотрел, - признался Гарри. Звучало чертовски сексуально. Драко на коленях, с рукояткой плети в руках, погружает ее все глубже себе в рот, и возбужденный член доказывает, что его это заводит также сильно, как и Гарри..., - Но не сегодня. Сегодня тебя ждет порка.

- Ммм, да. Я очень, очень хорошо себя вел.

Дерзкое замечание, но Гарри не стал обращать внимания.

- Именно так, - сказал он, и без каких-либо других предупреждения начал порку. Он бил плетью не так сильно, в отличие от самого первого, в начале. В этот раз удары были аккуратно рассчитаны на то, чтобы увеличить чувствительность Драко, усилить приток крови. Они оставляли за собой следы и отметины, но не повреждали кожу.

Гарри прошелся плеткой по всему телу Драко – от верха до низа, уверенно помечая его, и все это время Драко извивался под ударами плети настолько, насколько это ему позволяли оковы. Его стоны звучали музыкой для ушей Гарри – смесь боли и наслаждения, смешанные с поощрением. Или даже благодарностью. Гарри не был до конца уверен.

Драко явно нравилось подобное обращение.

Когда кожа Драко от плеч до кончиков пальцев на ногах стала ярко-розовой от ударов плети, Гарри слега увеличил силу и частоту ударов – так, что даже стали появляться рубцы. Несколько на плечах, один на груди и два на нежной внутренней коже бедер.

И эти два последних удара заставили Драко закричать.

- Каково это, – спросил Гарри, присев рядом с Драко, он мог провести пальцем по следам рубцов и вблизи увидеть реакцию Драко на прикосновения, - знать, что я могу пороть тебя столько, сколько захочу?

- Это рай на земле, - выдохнул Драко, слегка подвинувшись под прикосновениями Гарри, но не отпрянув. – Нет, не совсем так...

- Хмм?

- Я знаю, что ты продолжишь, и это и есть рай.

- А если я захочу остановиться ненадолго? Насладиться тобой немного, мм? – Гарри сжал яички Драко в одной руке, а член – в другой.

- Я твой, - просто и честно ответил Драко.

- Пожалуй, сначала нам нужно освежиться, - Гарри призвал бутылку вина, которую они принесли с собой несколько дней назад, и открыл ее заклинанием. Приподняв голову Драко, он поднес горлышко к его губам. – Пей.

Драко сделал глоток, и Гарри приказал: - Еще.

Так, понемногу, с помощью Гарри Драко осушил половину бутылки. И со вздохом снова опустился на кровать.

- Ты пожалеешь, когда я захочу в туалет.

- Думаешь? – Гарри сделал два глубоких глотка перед тем, как продолжить. – Я думаю, что ты сделаешь, все, что я тебе прикажу. Включая приказ пописать.

Пальцы Драко вслепую заскребли по покрывалу: - Ах! Ох! Ох, мой хозяин Гарри, ты мне нужен. Сейчас!

Гарри понял, что он говорит о члене. Но это могло подождать. Гарри наклонился и глубоко поцеловал Драко, обеими руками удерживая его голову не месте, пока брал, брал и брал, пытаясь через поцелуй показать Драко свои чувства.

- Ты совершенно потрясающий на вкус, - простонал Гарри, когда, в конце концов, поднял голову, - чертовки потрясающий, и я...

Я люблю тебя.

Но Гарри не мог этого сказать.

- Ты...

- Я хочу твой член.

- Он и так весь твой.

- Мой, - низким голосом повторил Гарри и подвинулся, осыпая тело Драко поцелуями и постепенно продвигаясь вниз. Ему нравилось, как Драко вздрагивал каждый раз, когда он прикасался губами к более темным рубцам. Добравшись до паха, Гарри взял бутылку вина и плеснул несколько капель на самую головку члена, а затем нагнулся, чтобы слизать все до капли.

- Ахххх...

- Ты и здесь совершенно потрясающий на вкус, - прорычал Гарри, и отстранился, чтобы поставить бутылку на пол. Из-за спешки бутылка упала на бок, разбившись от удара о каменный пол. Их тут же поглотил аромат пролитого вина: и его запах был гораздо более возбуждающим, чем от самых изысканных духов.

Гарри полностью взял член Драко в рот, сразу же позабыв о беспорядке на полу. Пятна от вина могли въесться настолько глубоко в гранитный пол, что их потом было не убрать никакой магией, но Гарри это совершенно не волновало. В тот момент не было ничего важнее Драко. Ничего важнее, чем доставить удовольствие Драко, любить Драко, заставить Драко кричать, когда он кончит и его наслаждение выплеснется жемчужными каплями.

Это я здесь раб, - осознал Гарри, ни на секунду не сбиваясь с ритма – вверх, вниз, вверх, вниз. Я - настоящий раб. Я сделаю все для него, все, что угодно...

Кроме того, чтобы позволить кончить слишком быстро. Гарри запланировал что-то совершенно особое. Запоминающееся.

- Гарри, мне нужно... нужно... пожалуйста, скажи, что я могу кончить!

- Нет.

Однако Гарри еще немного его помучил, перед тем как, наконец, оторваться от сладкого члена. Сегодня дело было не в отсрочке оргазма. По крайней мере, не совсем в ней.

- Хочу посмотреть на тебя на взводе

- На взводе? Зачем? – Драко проскулил последнее слово.

- Ты очарователен, когда вне себя от желания. Может именно поэтому.

- Гарри!

Гарри изобразил ярость.

- Повышаем голос на хозяина? Так, так. Полагаю, тебе нужно преподать урок, Драко. Думаю, пришло время для хлыста.

- Для хлыста?

- Я довел тебя до бессвязной речи. Замечательно.

Гарри достал хлыст и взмахнул им – тот со свистом разрезал воздух.

- Каково это: лежать передо мной обнаженным, когда я полностью одет? – спросил он. – Даже не разулся.

- Я чувствую, что это правильно: я принадлежу тебе.

- Ты – настоящая услада для глаз, вот что ты такое, - сказал Гарри, кончиком хлыста приподнимая светлый локон. Хмм, возможно это было взаимно. Хотя Гарри сомневался, что в сравнении с Драко у него было, на что полюбоваться. С другой стороны, возможность наблюдать за собственной поркой, наверняка возбудит Драко. Раньше, когда они этим занимались, Гарри уделял все внимание спине и заднице. В этом же положении, однако... да, определенно лучше позволить Драко все видеть.

Гарри аккуратно освободил Драко от повязки, и та изящно упала на пол.

- Смотри, - сказал Гарри и взмахнул хлыстом.

Глаза Драко распахнулись, но когда Гарри со свистом опустил хлыст, они едва не влезли из орбит.

- Айиии!

Гарри отступил, чтобы полюбоваться на ярко-алую полосу, появившуюся на бедрах Драко, всего в нескольких дюймах от его члена. Боль явно ничуть не повлияла на эрекцию. Гарри облегченно улыбнулся.

- Что? – спросил Драко. – Что ты собрался сделать?

- Что пожелаю, - без запинки ответил Гарри.

- Не уверен, что мне нравится твой взгляд...

- Ты его обожаешь. Тебе ведь не понравится хозяин, который не сможет держать тебя в руках, так?

Не дожидаясь ответа, Гарри вновь взмахнул хлыстом и принялся без всякой пощады пороть Драко. Уже скоро бледную кожу разукрасили ярко-красные полосы, и в тех местах, где они попадали друг на друга, из рубцов начала сочиться кровь.

Драко стонал, извиваясь всем телом – насколько ему позволяли цепи. Через несколько минут он уже кричал, а не стонал, потом его голос охрип, и он уже рыдал.

И все же Гарри опускал хлыст, не проявляя ни жалости, ни сомнения – и каждый следующий удар хлыста был так же силен, как и предыдущий. В конце концов, Драко в любой момент мог его остановить. Если хотел.

И для этого, ему не нужно было умолять, напомнил себе Гарри несколькими мгновениями позже.

Он только что почти идеально попал по вздутому рубцу и тот полностью вскрылся, из длинной раны тут же полилась кровь. Боль была такой, что Драко закричал, не смотря на охрипшее горло.

- Аааай, оууу! – взвыл он, и залепетал, когда из зажмуренных глаз потекли слезы. - Х-х-хватит, Гарри, достаточно, остановись, в-в-всё...

- Нет, - спокойно ответил Гарри, хотя это и потребовало усилий. Одна его часть хотела сдаться мольбе, ведь как он мог игнорировать просьбу Драко? Другая его часть, однако, хотела продолжать, и не только потому, что это нужно Драко; и не важно, о чем тот умолял. Гарри просто нравилась сама идея: о контроле, доминировании. Он даже подумал, что в тот момент с удовольствием бы проигнорировал стоп-слово.

Хотя, конечно, на самом деле, он бы никогда себе такого не позволил. Это было бы насилием, настоящим насилием, в то время как это, каким бы ужасным оно не казалось для постороннего, было их забавой, их развлечением.

- Пожалуйста, пожалуйста, прекрати...

- Нет, - как можно мягче ответил Гарри.

- Но, но...

Гарри ударил его хлыстом по бедру, не дав закончить мысль. Этот рубец, также почти полностью совпал с тем, что был оставлен ранее. Драко снова закричал, а кровь из раны закапала на простыни.

Гарри подождал, пока крики не стихли и ударил его снова – в этот раз, открыв тонкую рану на голени.

После этого он просто ждал, пока Драко снова не успокоится.

- Ты такой сильный, - наконец прошептал тот. Голос его был слаб, но полон восхищения.

- Аврорская школа, - просто ответил Гарри. – Там не только магии учат. Черт, жалко, что бутылка разбилась. Что-то я вымотался.

- Ты можешь аппарировать домой и взять еще...

- Нет, думаю, обойдусь, - сказал Гарри, сжимая в одной руке член Драко. – Хм?

Драко подался вперед бедрами.

- Тогда скажи, что я могу кончить, - выдохнул он и облизнул губы. Его глаза сияли от непролитых слез.

- Когда придет время. Не сейчас.

Вытянувшись рядом с Драко, Гарри сполз вниз по кровати, пока его голова не оказалась на одном уровне с членом последнего. Тот по-прежнему был напряжен, но уже не пульсировал от необходимости кончить. Гарри предположил, что хоть Драко и возбуждался от боли, она все-таки его отвлекала. Что ж, самое время это изменить. Широко открыв рот, Гарри с упоением принялся за член Драко, вновь доводя своего пленника до лихорадочного возбуждения: он лизал, сосал и легонько покусывал, пока Драко вновь чуть не вопил, но на этот раз совершенно по иной причине.

Гарри же никуда не торопился, готовый удовлетворять Драко хоть всю ночь. Его раб был восхитительным на вкус, а звуки, которые он издавал, звучали музыкой для ушей Гарри.

В конце концов, однако, он решил, что Драко был достаточно на грани, и он мог сделать свой следующий ход.

Он провел языком вокруг головки и подразнил кончиком чувствительную уздечку, и в тоже время ногтями провел по одному из им же оставленных рубцов.

Драко завопил и одновременно с этим подался бедрами вверх.

Гарри почувствовал сладкую каплю на языке.

Драко не мог кончить без разрешения, но его тело было на грани.

Гарри еще один раз медленно провел языком от основания к вершине, одновременно с этим проводя ногтями по соседнему рубцу, и наконец, решил, что время настало.

Он взял в руки хлыст, и, оторвавшись от сладкого члена, в следующую секунду со свистом опустил его на грудь Драко, попав прямо по соскам, и приказывая: - Кончи, Драко. Кончи для меня. Да, я хочу увидеть, как ты кончаешь...

С хриплым криком Драко выгнулся на кровати, содрогаясь в конвульсиях, насколько позволяли цепи, когда все его тело поглотил оргазм. И что это был за оргазм! Его семя выплескивалось вверх на несколько дюймов, дождем падая на единственные нетронутые части тела: его член и яички.

Когда последние конвульсии стихли, в комнате воцарилась мертвая тишина. Потом Драко вздохнул.

- Спасибо, Гарри. Ты... Мерлин милостивый, ты - само совершенство. Кончить не дотрагиваясь... Не думаю, что такое со мной когда-нибудь случалось.

Гарри открыл наручники и осторожно сгреб Драко в охапку.

- Не то, чтобы я до тебя вообще не дотрагивался.

- В тот самый момент – нет.

Драко, поерзав, прижался к Гарри еще ближе, слегка застонав от движения. Но беспокоился он не о боли: - Ох, нет. Я испачкаю твою одежду...

- Наплевать.

Драко провел ладонью по пуговицам на рубашке Гарри.

- Я просто пытался избавить тебя от одежды, - сказал он и зевнул. – Ты, наверное, хочешь кое-чего в данный момент, мм?

- Уснуть с тобой в руках – это все. Сегодняшний день был для тебя.

- Но я не против, в смысле, я хочу...

- Я против, - твердо сказал Гарри. – Ты был связан на протяжении двух часов, и многое испытал. Сейчас я хочу, чтобы ты отдохнул и поспал. Со мной.

- Звучит заманчиво, - признался Драко, в его голосе явно слышалось облегчение.

Гарри поцеловал его в лоб.

- Конечно, звучит. Ты полностью измотан. Я только принесу салфетку, чтобы стереть кровь с рубцов.

- Можно использовать магию...

- Нет, - твердо сказал Гарри. – Я порол тебя своей рукой, и своими руками о тебе позабочусь. Если конечно ты не передумал и не хочешь, чтобы я тебя исцелил?

- Нет, - Драко зевнул. – Я хочу уснуть с отметинами. Однако завтра, да.

- Хорошо, - Гарри был рад, что он отказался. Ему нравилась мысль о Драко, спящем в его руках, с отметинами, оставленными Гарри.

Аккуратно, чтобы не потревожить раны, Гарри соскользнул с кровати и отправился в ванную на поиски салфеток. Но на Вороньем утесе практически ничего не было из обстановки, и единственное, что он смог найти – это одно полотенце. Пожав плечами, Гарри намочил его кончик и вернулся в спальню. Драко уже почти засыпал, лежа обнаженным поверх покрывал. Он выглядел вымотанным, под глазами едва заметно темнели синяки.

И, не смотря на это, он предлагал позаботиться о нуждах Гарри.

Гарри затопила нежность. Его движенья были особенно ласковыми, когда он аккуратно стирал следы крови с ран Драко.

Тот иногда вздрагивал, но не жаловался и не протестовал. Вообще, казалось, что он словно губка впитывает в себя внимание Гарри, время от времени тихонько вздыхая от удовольствия.

Однако его член едва дернулся, когда Гарри провел по нему чистым концом полотенца. Он действительно был измотан.

Гарри еще раз намочил полотенце и быстро обтер всего Драко; тот отдохнет гораздо лучше, если не будет липким от пота. Потом Гарри подоткнул вокруг него покрывало, скинул собственную одежду и, погасив заклинанием свет, забрался на кровать рядом с Драко, нежно обнял, аккуратно прижав к себе.

- Ммм, - пробормотал Драко. Он выглядел пресыщенным и умиротворенным.

Гарри снова поцеловал его лоб.

- Уверен, что не хочешь... ничего? – спросил Драко, явно слишком сонный, чтобы говорить более членораздельно.

- Только, чтобы ты поспал.

Гарри слегка подвинулся, чтобы прижать Драко поближе к себе, и устроил его голову у себя на плече.

Драко тихонько замычал, почти засыпая. Но нашел в себе силы сказать: - Гарри?

- Ммм?

- Знаешь, я люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя, люблю...

Последнее слово превратилось в зевок, и в следующий момент Драко уже тихонько посапывал, прижавшись щекой в его предплечью.

- Я тоже люблю тебя, Драко, - прошептал Гарри в темноту, зарывшись носом в мягкие светлые волосы. – Я люблю тебя до боли.

42.

Гарри проснулся с таким чувством, будто забыл что-то важное. Возможно, это было связано с тем, что его мысли были по-прежнему заполнены вчерашним признанием Драко. Я люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя...

Гарри был уверен, что всю ночь во сне слышал эти слова; что ему снилось, как Драко повторяет их снова, и снова, и снова.

Повернувшись в кровати, он протянул руку, но нашел лишь измятые простыни.

Распахнув глаза, Гарри обвел взглядом пустую кровать. Его посетило ужасное чувство. Боже! Случилась беда. Драко проснулся раньше, вспомнил свое признание и, судя по всему, тут же ушел. Он теперь мог аппарировать самостоятельно, если хотел попасть к Гарри домой...

- Эй, - окликнул его тихий голос.

От облегчения сердце Гарри едва не остановилось. Повернувшись, он увидел как Драко выходит из ванной. С него капала вода, что могло бы выглядеть сексуально, если бы не россыпь страшных рубцов, раскрасивших бледную кожу с ног до головы. Они ничуть не выглядели соблазнительно при свете дня, льющемся из широких, выходящих на море окон.

Рубцы покраснели, некоторые потемнели до синяков, другие открылись и сочились кровью... Гарри побелел.

- Нет, я не забыл снова вытереться, - в глазах Драко плескался смех. – Ты просто-напросто умудрился испачкать единственное полотенце.

Гарри кивнул, но про себя поразился, насколько счастливым выглядел Драко. Его настроение сильно противоречило потрепанному внешнему виду. Но с другой стороны, Драко всегда любил дисциплину. Что могло распространяться и на более экстремальные ее формы.

- Эээ... ты мог наложить на полотенце очищающее заклинание, или трансфигурировать в него что-нибудь другое.

- Ммм, но, кажется, я забыл свою палочку дома.

Гарри заморгал.

- Ты оставил палочку дома?

- Да. Это не страшно? Мне сложно было представить, зачем она мне на время моей награды – кстати, это было нечто. Я тебя уже благодарил? Ты был потрясающим... в любом случае, я оставил ее в гостиной, и решил не ходить за ней, когда мы собрались аппарировать.

Он использовал ее для фламбе, вспомнил Гарри. (Фламбе— приготовление пищи в условиях естественного огня. Приём кулинарной обработки, при котором блюдо поливают коньяком, водкой или другим крепким алкогольным напитком и поджигают, при этом спирт выгорает, а у блюда появляются своеобразные вкус и аромат. Из wiki)

- Просто... это не похоже на тебя – ты всегда держал ее при себе. Всегда был на страже.

Драко пожал плечами.

- Зачем, если ты можешь наложить любое заклинание, которое нам потребуется. Кстати, говоря о заклинании..., - он показал на себя.

- Ох, да, конечно.

Выпрямившись во весь рост, чтобы лучше сконцентрироваться, Гарри принялся накладывать заживляющие чары.

Когда он закончил, Драко притянул его для поцелуя.

- Я имел в виду осушающее заклинание, но, полагаю, в этом я тоже нуждался.

- Выпьешь обезболивающее, чтобы полностью избавиться от последствий?

- Я в восторге от последствий, - пробормотал Драко ему в губы. – В любом случае, я тут придумал кое-что получше, чем поиск полотенца. Но Гарри, чего хочешь ты? Душ, потом кровать, или сразу кровать, чтобы я мог позаботиться о тебе, хмм?

«Сразу кровать» звучало весьма заманчиво, но также заманчиво звучал и душ. Все-таки Гарри не мылся предыдущим вечером.

- Почему бы нам не совместить задачи? Уверен, что ты можешь придумать способ позаботиться обо мне и в душе?

- На коленях на плитке, - хрипло пробормотал Драко, по прежнему не отрывая губ ото рта Гарри. Гарри всегда интересовало, знал ли Драко, насколько возбуждающе это звучит. Учитывая, что речь шла о Драко, скорее всего тот был в курсе.

- Мои губы на твоем члене, руки – на бердах, чтобы притянуть тебя еще ближе. Ммм, глотаю твой сладкий нектар, пока ты моешь свою голову...

- Пока я мою голову?

Драко ухмыльнулся.

- О да. Это вызов тебе, видишь ли. Я решительно настаиваю, чтобы ты продолжал мыться, как обычно, пока я услаждаю твой член. Если ты остановишься, я – тоже.

Гарри подумал обо всех случаях, когда он получал от Драко минет в душе: тот обычно умудрялся его довести до состояния бессвязного лепета за несколько секунд. Гарри тогда всем телом опирался на стену, ничего не соображая от наслаждения и держась на ногах на одной лишь силе воли. Иногда ему даже этого не удавалось, и все заканчивалось тем, что он сползал на пол, под струи воды. Хорошо, что у него дома вместительный душ.

Он знал, что на Вороньем утесе душ не меньше. Так что...

- Почему ты так хочешь, чтобы...

- Хочу увидеть, чтобы ты стал неуклюжим от страсти. И будет так приятно знать, что я сделал это с тобой.

Гарри хмыкнул.

- А то, как я начинаю говорить слова задом наперед, когда уже почти на грани – это недостаточное доказательство того, насколько ты меня сводишь с ума?

- Может быть, я просто не хочу, чтобы ты увидел, чем заняты мои руки.

- Я думал, ты их собирался держать у меня на бедрах.

Драко его нежно поцеловал.

- После прошлой ночи, Гарри, мой хозяин, я словно сучка в течке. Пара минут с твоим членом во рту и, скорее всего, я не удержусь и начну ласкать себя. Возможно, ты не забудешь приказать и мне кончить, когда будешь кончать сам. Думаю, это отлично сработает.

В этот раз уже Гарри поцеловал Драко, и совсем не нежно.

- И ты требуешь, чтобы я намыливал голову, вместо того, чтобы смотреть?

- Ммм, да. Хотя бы ради новизны. Ты ведь просил меня быть изобретательным, насколько я помню.

- Тут ты прав, - сказал Гарри и, схватив Драко за руку, потянул его в сторону ванны. Кто он был такой, чтобы спорить, когда Драко хочет устроить ему неподражаемый минет?

Закончилось тем, что Гарри залил шампунем глаза – настолько он потерял координацию. А когда открыл рот, чтобы застонать от удовольствия, то еще и наглотался.

И он забыл дать разрешение для Драко кончить, так что, едва смыв шампунь, Гарри сразу набросился на член Драко, чтобы загладить вину.

После этого, наконец, он наложил на них высушивающее заклинание.

И только когда они вернулись обратно в спальню, Гарри вспомнил о том навязчивом чувстве, с которым проснулся.

- Вот дерьмо! – воскликнул он, выхватывая палочку и накладывая заклинание времени. – Боже. Я на полчаса опаздываю на встречу с министром!

- Мне действительно нравится, что ты в хороших отношениях с самим министром магии, - вздохнул Драко, откидывая с лица волосы. – И что все члены Визенгамота приглашали тебя на ужин. Чтоб ты знал, ты – действительно выгодная партия.

- Ха, - ответил Гарри, прыгая на одной ноге и пытаясь надеть носок на другую. – Ты изменишь мнение, когда Кингсли надерет мне задницу за опоздание.

- Я буду с тобой, не смотря ни на что. Разве не знаешь? – покачал головой Драко. – Ой, да перестань ты прыгать по комнате, словно взбесившееся кенгуру.

Драко легонько толкнул Гарри на кровать, взял носок в руку и аккуратно одел его Гарри на ногу. Как этот жест мог выглядеть настолько эротичным, Гарри не мог понять, но он таким и был.

- Просто скажи министру, что у тебя было срочное дело, которое ты не мог отложить, - посоветовал Драко.

- Я не могу лгать Кингсли!

Драко вздернул бровь.

- Но ты и не соврешь. Не так ли?

Гарри рассмеялся.

- Полагаю, что так. Ладно. Придумаю что-нибудь. Значит договорились? Когда вернемся домой, мне сразу нужно будет бежать.

- Не позавтракаешь?

- Нет, но ты должен поесть. Хотя бы яичницу с тостами. О, и сок. И чай. С молоком, как ты любишь.

Драко кивнул: - У тебя хорошая память.

- Наверное, ты не осознаешь, что каждая моя третья мысль – о тебе, - сухо ответил Гарри.

- Только каждая третья? Должно быть, теряю сноровку.

- Каждая третья, когда я на работе. И каждая первая в оставшееся время.

- Думаю, я смогу с этим жить, - ухмыльнулся Драко – само воплощение дерзости и нахальства – и тесно прижался к Гарри, чтобы они смогли аппарировать вместе.

''''''''''''''''''

Когда позже вечером Гарри вернулся домой, то обнаружил Драко, лежащим на диване.

- Тяжелый день?

Гарри моргнул.

- Вообще-то нет. Скорее даже скучный.

Драко сел и отложил в сторону журнал. Ох нет... не журнал, а каталог мебели. Странно.

- С министром не возникло проблем?

- Он тоже опоздал, - Гарри ухмыльнулся, вспомнив выражение лица Кингсли, когда тот упомянул о задержавшем его срочном деле. Гарри, конечно же, не задавал вопросов, но был уверен, что срочное дело Кингсли не сильно отличалось от его собственного. В отделе по каминному надзору работала ведьма, у которой, казалось, находилась куча причин для вызова министра к себе...

- С финансовыми отчетами все гладко прошло?

Тут Гарри не мог не рассмеялся.

- Ага. Столько нервов, а он едва на них взглянул.

Драко встал и помог Гарри снять верхнюю одежду, потом нежно поцеловал в губы, ласково лаская своими мягкую плоть.

- Думаю, он просто посмотрел на последнюю цифру, хм? В самом конце?

Гарри кивнул, чувствуя легкое головокружение от поцелуя. Не то, чтобы Драко раньше его не целовал, но именно этот казался особенно... ну... любящим. Другого слова здесь было не подобрать. Или, может быть, он просто был под влиянием «я люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя», услышанных вечером ранее?

- Эээ, да, на самом деле, он именно ее и хотел увидеть.

Драко окинул его понимающим взглядом.

- Полагаю, твой департамент работает на бюджете. Зная тебя, я в этом уверен. Ты – само воплощение ответственности. Сложно представить, чтобы ты позволил Отделу магического правопорядка уйти в дефицит.

Гарри усмехнулся.

- Дефицита нет, но не могу понять, почему ты считаешь меня ответственным. Учитывая количество раз, когда я из-за тебя опаздывал на работу.

- Ну так прямо сразу из-за меня, - усмехнулся в ответ Драко.- Я что-то не припоминаю ни одной жалобы с твоей стороны, но зато помню весьма активное участие. Но если говорить о личностях, то да: ты до отвращения добросовестный. Судя по всему, я положительно на тебя влияю, - добавил он. В глазах его плясали бесенята.

- Здесь ты прав, - Гарри окинул взглядом комнату. Что-то в доме казалось другим, но он не мог понять, что конкретно. – Э-эм... чем ты сегодня занимался?

- То одним, то другим, - улыбнулся Драко. – Хочешь, чтобы я снова начал слать тебе отчеты по камину? По два раза в день?

- Нет, я не это имел ввиду, - Гарри до сих пор слал в полдень инструкции с тем, чтобы Драко поел, но он больше не переживал, что тот сделает что-то безрассудное, вроде стояния на одном месте без дела в ожидании прямого приказа. Казалось, заклятье полностью прижилось. Драко по-прежнему нуждался в том, чтобы ему говорили поесть и не мог кончить без разрешения, но во всем остальном они напоминали обычную влюбленную пару.

Влюбленную пару. Гарри не мог не насладиться мыслью, пусть даже Драко с того раза больше не повторил этих слов.

- Просто... ты ничего здесь не менял?

- Ох, - Драко слегка покраснел. – Интерьер был скуч... на самом деле, он был отвратительным, так что я избавился от этих ужасных вязаных салфеток, которые были разбросаны повсюду. И взамен заказал подставки из слоновой кости, но если тебе не нравится, я все отошлю обратно.

- Ты избавился от салфеток Молли Уизли, - Гарри с трудом подавил смех. Драко был прав – они и в самом деле были ужасными. Но для Гарри самым важным была эмоциональная составляющая подарка, и он едва обращал внимание на то, как они выглядели, до того, как Драко об этом упомянул.

- О, - Драко ненадолго замолчал. – Их связала сестра твоей подружки?

- Нет, ее мать, которая практически заменила мне мою собственную.

Драко напрягся.

- Понятно.

Гарри подумал, что, наверно, не стоило оставлять их после разрыва с Джинни.

- Послушай, они мне были дороги из-за Молли, вот и все.

- Матери, которой у тебя никогда не было, поскольку свою ты даже ее не помнишь, - Драко говорил так, как будто он его понимает, но голос звучал напряженно.

- Я помню маму.

Драко поднял бровь: - С годовалого возраста?

- Нет, я встретился с ней позже. Ее фантом появился из моей палочки – это долгая история – и потом, несколько лет спустя, когда у меня был Камень воскрешения, я снова ее увидел.

- Странная жизнь у тебя была, - вздохнул Драко. – Хорошо. Если они так много для тебя значит, я их верну назад.

- Я думал, что ты их уничтожил.

- Я никогда не позволю себе уничтожить твою собственность, Гарри, мой хозяин, - и когда Драко отвернулся, чтобы открыть нижний ящик комода, он тихо добавил. – Или почувствовать себя здесь дома, судя по всему.

- Прекрати, - воскликнул Гарри и дернул Драко за руку, чтобы тот встал. В его кулаке была зажата пара розовато-желтых салфеток. Гарри выхватил их и кинул на пол. – Ты можешь чувствовать себя здесь как дома. Боже, разве ты не знаешь, как я был рад, когда ты начал звать это место своим домом? Меняй все по своему вкусу, Драко. Я серьезно. В любом случае, я уверен, что вкуса у тебя в разы больше, чем у меня.

- Я тоже в этом уверен, - сказал Драко, окидывая взглядом комнату.

Гарри сглотнул и почувствовал, как в тревоге поджался желудок.

- Ох, ты говорил, что не стыдишься того, как мы живем, но тебе здесь некомфортно, правда? Тебе бы больше понравилось что-то наподобие вашего поместья? Я... наверное я бы мог это себе позволить, у меня достаточно..., но...

- Я не стыжусь твоего дома, Гарри, - твердо сказал Драко. – Мне очень нравится жить здесь с тобой. Просто на часть мебели без слез не взглянешь. Я не знаю, кто сказал тебе, что синий диван хорошо смотрится вместе с оранжевым ковром, но это не так.

Гарри мало обращал внимания на такие вещи.

- Эм..., ну, правда в том, что, когда я купил этот дом, мы с Джинни были гораздо ближе. Я тогда на самом деле думал, что мы поженимся. И я, вроде как, дал ей самой выбирать большую часть моих вещей, потому что - не так, чтобы их у меня было много – и я никогда не замечал, что они не подходят друг к другу, - тут он замолчал и постарался не скривиться. Даже ему самому объяснение показалось идиотским.

- Понятно. Значит это у нее явно отсутствует вкус, - в этот раз голос Драко прозвучал едко. – И ты бы предпочел оставить все, как есть, так? Как дорогие сердцу воспоминания?

- Нет! – воскликнул Гарри. – Теперь, когда я думаю об этом, выглядит все действительно слегка нескладно.

Драко скривил нос.

- Это мягко говоря. Она случаем не дальтоник?

Это, подумал Гарри, был довольно-таки ехидный выпад. Он не хотел защищать Джинни – его до сих пор злило ее отношение «ты все равно ко мне скоро вернешься», но и оставить выпад без ответа он не мог.

- Она выросла в небольшом доме с шестью братьями, и все вещи просто... ну, громоздились друг на дружке, и, думаю, ей нравится эта слегка беспорядочная обстановка, понимаешь? Напоминает ей о доме.

- Семь детей в крошечном доме? – Драко театрально вздрогнул. – Не могу себе этого представить.

- Э-э, я всегда думал, что было бы здорово иметь кучу братьев, - пожал плечами Гарри. – Продолжай все менять по своему вкусу, Драко. Хотя, не могу сказать, что буду чувствовать себя как дома, если все будет сиять от позолоты и брильянтов, как в доме твоих родителей.

- О нет, ничего броского, - пообещал Драко, удивив Гарри скрытой насмешкой над родным поместьем. Но с другой стороны, Вороний утес очень сильно отличался от поместья Малфоев, так что возможно вкус Драко сильно изменился с тех пор, как он учился в школе. В отличие от Джинни, не мог вдогонку не подумать он.

- Ну, так я все-таки их удалю? – спросил Драко, показывая на салфетки.

- Э-э... нет, лучше оставить их на случай, если Молли простит меня и когда-нибудь решит навестить.

На это Драко нахмурился, но послушно положил салфетки обратно в комод.

- Есть еще что-то неприкосновенное? – слегка язвительно спросил он.

Гарри осмотрелся по сторонам.

- Нет, не думаю, но поменьше статуэток из слоновой кости. Гермиона заметит их в ту же секунду и с пеной у рта начнет читать лекции об исчезающих видах.

- Исчезающих видах? – Драко повторил фразу, как будто в первый раз ее слышал. Но скорей всего так оно и было.

- Да... объясню за ужином.

Драко коротко кивнул, по-прежнему выглядя слегка расстроенным.

- Пойду приготовлю. Я так увлекся каталогом, что даже не придумал, что подать на ужин. Может, устроим вегетарианский вечер? Как насчет риса с овощами?

- Звучит заманчиво, но давай лучше за ним куда-нибудь сходим. Я знаю хороший индийский ресторан неподалеку от Косой аллеи.

- Неподалеку? – спросил осторожно, как показалось Гарри, Драко.

- Ну, он все равно в волшебной части Лондона, если ты об этом.

- Я говорил тебе, что, в отличие от нее, не нуждаюсь в публичности.

Гарри был рад это слышать.

- Да, но я забыл тебе сказать, что я – импульсивный гриффиндорец. Мы с тобой вместе, и мне плевать, кто об этом узнает.

- Даже на репортеров?

- Ну, вечно прятаться мы не сможем, так что здесь все опять сводится к импульсивности. Лучше сейчас, чем потом. Но... лучше ничего не упоминать по поводу рабства. Это скорее всего не пройдет на ура.

- А как порадует публику новость о том, что ты связан с таким неблагонадежным человеком, как я! Гарри, меня до финансовых отчетов министерства не допускают, думаешь, люди решат, что меня можно допустить до их героя?

- Ну, мне плавать, что они подумают, - ответил Гарри.

- Твердолобость – еще одна черта гриффиндорцев, так? – покачал головой Драко, но Гарри видел, что на самом деле он доволен. И даже очень.

- Кстати говоря, да. Так что иди наверх и надень лучшую мантию на выход. Я приму душ и присоединюсь к тебе через десять минут.

- Разве совместный душ не будет более приятен?

- Драко, я собираюсь взять тебя на ужин. Без всяких «если», «как» и «но», и даже самый сногсшибательный минет меня не переубедит.

- У тебя отвратительная дикция.

Гарри просиял.

- Знаешь, что я думаю? Я думаю, что некий Драко весьма излишне протестует.

- Определенно ужасная дикция.

- Иди, я хочу, чтобы ты выглядел сногсшибательно, - смеясь ответил Гарри. – Это приказ.

- Я, чтоб вы знали, всегда выгляжу сногсшибательно, - колко ответил Драко. – Но ко всему прочему я послушный.

Еще один поцелуй, и Драко крутанулся на месте и аппарировал наверх.

Гарри снова рассмеялся и поднялся на второй этаж обычным путем.

Глава 43
Переводчик – alary
Бета - nata-chayka. Mellu

- Не могу поверить! – сказал Гарри во вторник утром, просматривая «Ежедневный пророк» уже в третий раз. – Ни одного слова про нас. Даже просто обо мне... вообще ничего!
Драко спокойно закончил поливать сырным соусом рогалик и протянул тарелку Гарри, после чего занялся сервировкой для себя.

- Наверное, ты не такой знаменитый, как думал.

- Но...

Драко внезапно рассмеялся, вокруг его глаз появились веселые морщинки.

- Ты что, правда до сих пор не просек?

- Не просек чего?

Но это заставило Драко рассмеяться еще сильнее прежнего. Только когда Гарри начал уже выходить из себя, Малфою удалось немного успокоиться.

- Когда мы только подсели к столику, помнишь, я отошел ненадолго? Я почтил своим визитом их менеджера.

Ага. Гарри покачал головой, думая, что он должен был догадаться.

- И?

- Просто поразительно, чего можно добиться всего двумя-тремя угрозами, промелькнувшими в разговоре в нужное время!

Гарри отложил рогалик.

- Угрозами? О, нет, Драко! Мы вляпаемся в такое дерьмо, если у тебя начнутся проблемы с законом! Ты не должен грубить людям направо и налево... а кстати, чего ты ему наговорил?

- Твоя вера в меня окрыляет, – ответил Драко сухо. – Гарантирую: мне глубоко плевать на те мелочи, из которых состоит закон министерства, но я полагаю, что было легально заявить, что если Гарри Поттеру не предоставятся условия, согласно которым он имеет право на тайну личной жизни, то он, не раздумывая, выразит неудовольствие заведением, которое нарушило его право на конфиденциальность.

- Ты еще жалуешься, что я непонятно говорю? Ну-ка повтори.

- Я сказал им, что ты публично подашь жалобу на ресторан, если они заставят тебя пожалеть, что ты его выбрал.
Гарри моргнул.

- И это сработало?

- Ну, видимо, да, - произнес Драко, растягивая слова в своей любимой манере. Но тут же продолжил уже более нетерпеливо:

- Да ради Мерлина, Гарри, конечно, это сработало! Руководство увеличит клиентуру, помещая твое имя в прессе, но потеряет гораздо больше, если ты хоть раз заявишь, что они тебя достали!

Гарри хихикнул.

- Да не такое уж у меня влияние...

- Ты как ребенок, который не понимает, что происходит! - Драко прищелкнул языком. – Да, у тебя именно такое влияние, ты, очаровательный идиот! То, что ты не пользуешься, этим ставит тебя ... ну я не знаю... наверное, где-то посередине между бредящим имбециллом и кем-то поистине благородным. Но даже не осознавать, что ты имеешь такое влияние, Гарри? Это, по меньшей мере, непростительно!

- Честное слово, лучше бы не было никакой славы вообще, - пробормотал, наконец, Гарри после довольно продолжительного молчания.

Драко пристально посмотрел на него, а потом дотронулся до его руки. Он не сказал ни слова, только легонько сжал пальцы Гарри, как бы лаская их.

- Ну да, я знаю, - произнес Гарри после еще одной длинной паузы. – Но... блин, я думал, это пройдет со временем. Просто всего лишь одна мысль, что я могу разрушить бизнес человека одним словом... это ужасно.

- Нет, - поправил его Драко. Его голос был мягким, кончики его пальцев описывали плавные круги по ладони Гарри. – Сама сила не ужасна, но она может быть использована в плохом направлении. То, как ты ею управляешь – совершенно безопасно. Но тебе надо более спокойно все это воспринимать, потому что это никогда не пройдет. Это часть тебя.

Гарри неохотно кивнул.

- Но твои угрозы персоналу не объяснили, почему никто из посетителей не послал сову репортерам, извещая их, что я был там...

Драко потихоньку глотнул чаю. Его глаза блеснули то ли злобно, то ли торжествующе.

- Ну, галлеоны – действительно волшебная вещь! Обратил внимание, что ни одни столик около нас не был занят?

- Ты их что, подкупил?

- Не вижу в этом ничего плохого! – ответил Драко жизнерадостно. – Но нет. Я всего лишь потребовал создать нам некоторую приватность и заверил их, что они ничего не потеряют от пустых столиков.

- И как это называется, если не подкуп?

- Когда происходит подкуп, то люди чувствуют, что они делают что-то неправильное, - пожал плечами Драко. – А в том, что они отказывали людям вчера, не было ничего необычного. Они вполне способны создать вокруг нас пустое пространство. А вчера они поимели с этого даже больше, чем обычно.

Гарри обеспокоенно посмотрел на него.

- Но это стоило тебе кучу денег!

- Каждый кнат того стоил.

- Но тогда получается, что на этот ужин ты потратился больше, чем я!

- Ты прекрасно знаешь, что я могу себе это позволить.

- Да, но...

Драко покачал головой.

- Гарри, дорогой, выходить в люди без того, чтобы тебя осаждала пресса... на самом деле не так уж и сложно, как ты себе это представляешь! Первое, что надо сделать – завести хорошие отношения с несколькими ресторанами, которые будут уважать твое право на личную жизнь.- голос Драко стал плавным, хотя Гарри смог заметить оттенок нежности. – Я могу это уладить, если ты сам не знаешь, как это сделать.

- А что второе?

- Прекрати быть таким офигенно предсказуемым! Гарри, ты постоянно выходил в свет со своей подругой по вечерам в пятницу. Естественно, пресса знала, где и когда тебя искать! Они же практически шли по твои следам!

Гарри даже не думал об этом в таком ключе.

- Ну, мы с Джинни так привыкли к этому...

- Ты что, и любовью с ней по графику занимался?

Вопрос был полон сарказма и вообще ответ не имел к Драко никакого отношения....

Но прежде чем Поттер уже был готов заявить об этом, блондин покачал головой:

- И где же хваленое гриффиндорское безрассудство? Тебе кто-нибудь говорил, что твоя предсказуемость тебя до добра не доведет?

Да, подумал Гарри, Снейп.

- Я уже тебе говорил, что у нас много чего не ладилось задолго до того, как я заявил на тебя права! – быстро выпалил Гарри. – Все стало просто привычкой, да. И довольно давно, понял? Я это понимаю.

- А тогда ты это понимал? – спросил Драко уже гораздо мягче.

Но Гарри своего тона не смягчил.

- Частично. Но мне не хотелось иметь задние мысли. Мне не хотелось ее расстраивать. Поэтому я ничего не предпринимал, и все шло как-то... я не знаю...

- Ну, если ты хочешь знать, что я думаю...

- Хочешь сказать, что ты собирался это скрыть от меня?

- От моего Господина Гарри? Нет, конечно!

Гарри криво улыбнулся. Раздражение потихоньку отпускало.

- Ну и что ты действительно думаешь?

- Тебе это не понравится. – Блондин сделал небольшую паузу, проверяя, не захочет ли Гарри его остановить. – Я полагаю, что Джинни Уизли платила репортерам, чтобы они оказывались там, куда вы выходили. По крайней мере, иногда.

Гарри открыл от удивления рот. Он был настолько потрясен, что на несколько мгновений потерял дар речи.

- Нет, она не могла так поступить.

- Наверное, нет, - ответил спокойно Драко. – но, по-моему, это ничего не меняет.

- Ты не знаешь Джинни...

- Зато я знаю логику, Гарри! Это просто невероятно, чтобы репортеры всегда знали, куда ты идешь! Они могут быть пиявками, но никак не провидцами!

- Я всегда думал, что это другие посетители...

- Ты серьезно думал, что в каждом ресторане, куда вы более-менее регулярно заходили, оказывался какой-нибудь тип, который страстно желал помочь журналюгам влезть в то, что, совершенно очевидно являлось частным ужином? Согласен, иногда такое могло случиться. Но каждый раз без исключения, Гарри? Люди тебя гораздо больше уважают, поверь!

От всего этого еда не лезла в горло, поэтому Гарри отпихнул от себя тарелку.

- Это твое предположение... я не могу поверить, что Джинни могла так со мной поступить.

Драко пожал плечами и отпил чай.

- Ты знаешь ее лучше, чем я.

- Нет, ну подумай сам, зачем ей это? Джинни прекрасно знает, как я отношусь к репортерам. Она бы не опустилась до такой низости только ради того, чтобы увидеть свое имя рядом с моим в газете.

- А что если она думала, что если про вас постоянно пишут как о паре, то это подтолкнет тебя сделать ей, наконец, предложение?

Гарри вздохнул, потому что, как ему не было неприятно это осознавать, на этот раз Драко, скорее всего, был прав. С прессой действительно было что-то нечисто. И в течение года, что они с Джинни встречались, полагалось, что он уже должен был изнывать от желания задать вопрос, который сделает из нее «честную волшебницу» ... И Гарри ощущал это давление...

- Мне кажется, вас там в Аврорате должны были учить связывать события... - добавил Драко.

Гарри вспыхнул.

- На тот момент они не казались связанными!

- Ну да, теория о том, что какой-то тип взял на себя обязанность каждую неделю выводить репортеров на Избранного? Или совершенно случайный прохожий каждый раз организовывал эту фотографическую вакханалию?

Драко посмотрел на брюнета более внимательно.

- А когда ты со своими подчиненными ходишь в кафе на ленч, там что, творится то же самое?

- Нет, но они меня преследовали, когда я еще самостоятельно ходил на задания «в поле».

- Ладно, ладно! – Драко поднял обе руки, но от того, что в одной он держал рогалик, жест получился более комичным, чем примирительным. – Я не говорил, что она считала тебя идиотом. Я только высказал то, что пришло мне в голову. Мне что, нельзя иметь собственное мнение по этому вопросу?

- Можно, конечно, - уныло пробормотал Гарри, наливая еще молока в чай и размешивая его без особого энтузиазма. В глубине души у него было чувство, что Драко прав, но признаваться вслух в этом не хотелось. Это было несправедливо по отношению к Джинни. И даже если она его обманывала, он не хотел опускаться до того, чтобы отплатить ей той же монетой.

- Как бы то ни было, я думаю, мы могли бы ходить куда-нибудь без того, чтобы эти проблемы сыпались на нас, как снег на голову, - произнес Драко, глядя себе в чашку. – Рано или поздно нас, конечно, сфотографируют вместе. Но это будет не как с ней. Мы можем сохранять приватность и на публике. Вот то, что я хотел сказать.
Гарри сощурил глаза.

- Ты рад возможности полить Джинни грязью передо мной, не так ли?

- Я... Я.... – Драко взглянул на Гарри, всего на момент взглянул. Но в этот короткий миг Гарри показалось, что Драко пытается ему соврать. Но ему это не удалось.

- Я лучше не буду отвечать, - глухо произнес Драко.

Гарри вздохнул и взял обе руки Драко, его нежное пожатие давало надежду, подбадривало.

- Ну разве ты не знаешь? Разве ты не понимаешь? Тебе не нужно ревновать к Джинни, Драко. Я ее больше не хочу. Ты безраздельно завладел мною.

Драко слегка вздрогнул, так и продолжая сидеть и гипнотизировать чай.

- Но я не могу. Ты не представляешь, что значит для меня сознавать, что она была здесь до меня, знать, что ты любил ее, знать, что она может... - Драко осекся, его руки тряслись.

- Она не может, Драко. Она не может меня вернуть. Я теперь с тобой, - Гарри улыбнулся, поднес руки блондина к губам и нежно поцеловал его пальцы один за одним.- Я однозначно с тобой. Я люблю тебя.

Драко бросил на него взгляд мельком.

- Ты... меня - что?

- Я люблю тебя – повторил Гарри, на этот раз медленнее. Он запечатлел последний поцелуй на руке Драко, двигая губами соблазнительно медленно по коже. – Я же тебе говорил. Ты что, не помнишь? В воскресенье вечером, после твоей «награды», когда мы уже почти спали?

Драко до сих пор выглядел так, словно его шибануло бладжером.

- Я.... Нет, я не помню...

- Ты, наверное, уже заснул.... Ну извини. Я думал, что ты слышал.

- Ты не должен меня любить, - произнес Драко, смотря в сторону. – Я и так достаточно счастлив когда.. ну, ты понимаешь... короче, когда я прислуживаю тебе и делаю твою жизнь настолько приятной, насколько могу...

- Ну да, типа избавления от прессы, - пробормотал Гарри.

- Ну, вроде того. – Драко изогнул руки, пытаясь вырвать их из захвата аврора. Он начал задыхаться и в его голосе зазвучала истерика, когда он заговорил снова:

- Да, именно так! Я сделаю для тебя все, Гарри, абсолютно все. Я использую все свои финансы и таланты только для того, чтобы помочь тебе и служить тебе!

- Но ты не хочешь, чтобы я тебя любил?

Драко придушенно всхлипнул.

-Я... Я...

- Тшш, - прошептал Гарри, наклоняясь к нему ближе. – Ты не должен мне врать. Заклятье накажет тебя. Что бы то ни было, мы сможем преодолеть это вместе. Почему ты не хочешь, чтобы я тебя любил?

Драко перевел обеспокоенный взгляд на Гарри.

- Я этого не заслуживаю.

- Из-за этого? – Гарри проследил рукой дорожку по левому рукаву Драко, остановившись в том месте, где шелк прикрывал темную метку.

- Нет. Да.. Нет, я не знаю... Я... - взгляд Драко становился все более умоляющим. – Я причиняю боль тем, кого люблю. А я не хочу причинять боль тебе. Лучше умереть.

Гарри наклонился и поцеловал ткань над меткой.

- Нууу, если ты предпочитаешь умереть, нежели причинить мне боль, значит ты меня тоже любишь.

- Ты сам знаешь, что это так, - произнес Драко немного застенчиво. – Эту часть разговора я помню.

Гарри слегка отклонился.

- Ты помнишь, что говорил, что любишь меня, но ты не услышал, что я тебе ответил.... Ты вообще думал, что я не произнес этого в ответ? И тебя это не волновало?

Качая головой, Драко сполз на пол и низко склонил голову.

- Нет, потому что я не заслужил, чтобы кто-либо вообще любил меня...

Видеть его таким... слышать такой голос... сердце Гарри обливалось кровью. Резко оттолкнув стул, он рухнул на колени радом с Драко и заглянул ему в глаза. В следующую секунду брюнет сгреб его в объятья и неистово зашептал ему на ухо:

- Не смей говорить такое! И на этот раз это приказ, который ты не смеешь ослушаться! Мне теперь глубоко плевать, что ты сделал во время войны или, там, в школе... Я люблю тебя!

Драко дрожал в его руках, но не произнёс ни слова.

- Все будет хорошо, - произнес Гарри, успокаивая его. – Что бы тебя не тревожило, все будет хорошо. И, чтоб ты знал, ты не причиняешь боль тем, кого любишь. Ты остался предан своим родителям даже тогда, когда они меньше всего заслуживали этого.

Драко в ответ издал слабый смешок, полный горечи.

- Ну да, только позавчера я из кожи вон лез, лишь бы сделать им побольнее, Гарри. Как только они осмотрелись у тебя дома и начали издеваться, мое единственное желание было довести их до того, чтобы они завыли от боли!

- Это потому что ты не хотел, чтобы было больно мне. Или потому что они и тебе уже причинили достаточно боли своими дурацкими ожиданиями. Драко... - Гарри глубоко вдохнул. – Я действительно ничего не знал о тебе раньше. Но теперь знаю. Я считаю, что ты замечательный!

Драко только потряс головой, что снова отозвалось глубоко в сердце Гарри. Куда подевалось самоуважение блондина? Раньше Гарри был уверен, что это была его отличительная черта. А вдруг его самодовольство было только юношеской бравадой? В основном характер Драко не изменился. Гарри замечал всплески гордости, которые стали чаще проявляться, когда заклятие успокоилось. Эти всплески были уже осознанные и не помешанные на чистокровных бреднях, они являлись неотъемлемой частью Драко.

Да что же такое с ним должно было случиться, что он решил, что вообще не заслуживает любви??

Наверное, это заклинание – пришел к заключению Гарри. Вероятно, хозяин должен держать некую эмоциональную дистанцию, принимая услужение и не давая ничего взамен, кроме еды, одежды и крова. К черту все это!

И к черту сегодняшний рабочий день. Гарри должен был быть в Министерстве через несколько минут, но он ни за что на свете не оставил бы Драко одного в таком состоянии.

- Давай проведем сегодняшний день на берегу моря, - предложил он жизнерадостно, отстраняясь от Драко. – Погуляем босиком по прибою, поедим рыбу с картошкой, а после ленча можем пробросаться песком и...

Драко слегка фыркнул.

- Все это звучит так ужасно...

Вот это мой Драко, усмехнулся Гарри.

- Ну да. Зато здорово. И весело.

- А.. твоя работа?

- Ты значишь больше, чем моя работа.

Гарри действительно так считал. И он был готов повторять это снова и снова, пока Драко не поверит ему.

- Да не будет у меня проблем. Я просто сейчас предупрежу своих, что беру отгул.

- Только не упоминай про пляж, - предупредил Драко уже практически в своей манере. – То, что тебя находили репортеры во время заданий, вполне может быть из-за того, что кто-то в Аврорате имеет пару-тройку друзей из этой братии.

Гарри кивнул. Он сам это выяснит. Он уже начал смиряться с мыслью, что вся его жизнь будет освещена фотовспышками, но Драко был прав. Не всевидящие же они!

- Но мы все равно можем нарваться на кого-то по чистой случайности, - продолжил Драко. – Так что, если ты по этой причине решишь остаться дома или пойти на работу – все нормально, я пойму.

- Да ладно, - хмыкнул Гарри. – Если мы увидим этих пиявок, мы сможем аппарировать.

- На глазах у восхищенных магглов? Не думаю...

- А я знаю пляж для волшебников, - заявил Гарри весело. – Там клево! Рыба с картошкой там зачарованы так, чтобы оставались обжигающе горячими пока ты не откроешь обертку. А на воде заклинания, чтобы всякие морские тварюшки держались на расстоянии.

Драко моргнул.

- Как ты сказал? Морские тварюшки?

- Ну, некоторые из них, так сказать, предрасположены к волшебникам и стараются подобраться как можно ближе, – вскочив на ноги, Гарри подал руку Драко, чтобы помочь встать и ему. – Но заклинания отлично с этим справляются. Ты же не думаешь, что какому-нибудь русалу будет позволено выскочить на берег и утащить с собой того, кто ему, видите ли, приглянулся.

- Мне вообще такое в голову никогда в жизни не приходило!

- Ты никогда не был на пляже для волшебников?

Когда Драко ответил, его голос снова звучал задиристо. Годы назад это обязательно задело бы Гарри. Теперь он только улыбнулся, почувствовав что-то родное и правильное.

- Ты что, действительно считаешь, что купающаяся публика – это мое любимое развлечение?

- Я думаю, станет, - промурлыкал Гарри, притягивая его к себе для быстрого поцелуя. – Тебе понравится, обещаю. С океаном ничего не сравнится. Тебе, наверное, нужно плавки достать.

Драко усмехнулся.

- Вот именно поэтому я и предпочитаю купаться не на виду. Тогда и одежда не нужна. Я всегда любил купаться au naturel.

- Не может быть!

Драко заправил прядь волос за ухо, его бровь приподнялась, словно бросала вызов.

- Ты должен помнить трагический эффект, который получается, когда я тебя обманываю.

- И где же ты тогда плавал голым?

- В имении. У родителей было несколько замечательных бассейнов, и каждый был настроен на определенные условия. Тропический пруд, морское побережье с эффектом прибоя, река с таким течением, что можно было расслабиться, пока оно плавно покачивает тебя и несет вперед...

- Вперед – это куда?

Драко сделал элегантное движение, задействовав только кисть.

- Оно двигалось по кругу сквозь пещеру.

- И твои родители ничего не имели против всей этой развлекаловки голышом? – недоверчиво спросил Гарри.

Последовал еще один смешок, на этот раз удовлетворенный, как будто Драко испытывал истинное наслаждение, играя с аврором.

- Конечно я не мелькал там голышом, когда родители были дома. Я же не непредсказуемый гриффиндорец. Нет, все было прилично. Только эльфы могли меня видеть. Но они никогда не рискнуть распускать сплетни о единственном наследнике.

- Мне бы хотелось тебя увидеть, - сдавленно пробормотал Гарри. Его воображение рисовало картину за картиной, где Драко не был прикрыт ни чем, кроме капель воды, сверкающих на его бледной коже.

- Может, можно будет использовать отвлекающие чары на пляже?

- Это опрометчиво. Я не рискну.

- Тогда надо будет установить большой бассейн во дворе Вороньего Утеса или маленький бассейн внутри него.

- Однозначно внутри. – язвительно произнес Гарри. – Так как мы оба будем голые, я даже и помыслить не могу, что мы обойдемся только купанием!

- Ммм, секс в воде звучит заманчиво...

Гарри еще раз поцеловал его.

- Ладно. Я только поговорю со своими по работе и мы отчалим.

- Я тогда пойду приведу себя в более подобающий вид пикнику на побережье, ладно?

- Ну да, только имей в виду, что домой ты явишься с песком в волосах!

- Ты не посмеешь!

- Ты просто не представляешь, что я посмею сделать с человеком, которого люблю, - парировал Гарри, улыбаясь и делая перепуганное лицо.

- Внезапно, - растягивая слова произнес блондин, - перспектива песка в моих волосах становится более терпимой...

***
День на пляже был незабываемым. Ужин при свечах в среду был так же хорош, как обед во вторник, и прошел без помех, возможно потому, что Гарри позволил Драко провести все подготовительные работы, которые включали в себя, помимо прочего, и разговор с управляющим.

Сегодня, однако, была пятница, и вечером они должны были идти к Рону на ужин.

- Расслабься, - сказал Драко серьезно, протягивая дорожную мантию аврору. – Он же был твоим другом сколько лет? И он вляпался в неприятности, разыскивая тебя, когда ваша дружба дала трещину. И он хочет быть с тобой, даже если для этого требуется терпеть мое присутствие. Что же тут может случиться?

Гарри пришлось сосредоточиться, чтобы зубы не стучали.

- Он может заявить тебе, что ты мне нужен только для секса.

Драко занялся тем, что с помощью заклятий расправлял складки на мантии Гарри.

- Ерунда, он не может быть настолько груб, чтобы заявить такое гостю.

- Мы говорим о Роне. Роне Уизли. Ты называл его «Уизел*» и издевался над ним из-за его бедности.

- Тогда я был полным придурком. Если хочешь, буду чистить рот до тех пор, пока не усвою урок. Таким путем, естественно, друзей не заводят.

Тот прозаичный тон, которым говорил Драко, доказывал более чем его слова, что он совершенно не помнил, как он изводил Рона в школе.

- У меня еще есть то эльфийское вино, - безмятежно продолжил он. – Может, стоит захватить бутылку? Ужасно неудобно приходить в гости с пустыми руками.

- Это просто ужин с друзьями, - проговорил Гарри, стараясь расслабиться, как Драко ему советовал.- Такое вино было хорошо один раз. Но приносить его еще раз будет как-то претенциозно.

- Претенциозно? – Драко погрузился в раздумья. – Ужин с друзьями, хмм.... Ну, Гермиона, скажем, и моя, и твоя подруга. Что же она может оценить...

- Только, пожалуйста, не пианино. Она все равно играть не умеет, - сухо произнес Поттер.

- Тихо! Я думаю. Ага, знаю!

Драко произвел замысловатое движение палочкой, бормоча заклинание, которое Гарри никогда раньше не слышал. Букет ароматных роз наполовину желтых, наполовину розовых расцвел прямо в воздухе около кончика палочки Драко.

Гарри моргнул.

- Ну, Гермиона-то поймет правильно, но за мысли, которые придут в голову Рону, я не ручаюсь. Не слишком ли это... романтично?

- Розовое символизирует восхищение, а желтый – цвет настоящей дружбы. Хмм, - еще один взмах палочки, и желтые цветы сменились хрупкими бутонами. – Лучше и не придумаешь. Между мной и Гермионой дружба только зарождается, в конце концов.

- Послание из цветов. Это первое.

- О, только не для чистокровных. У нас, вообще-то, куча вариантов... - Драко видимо колебался. - Ты полагаешь, что она не поймет и подумает, что я опять выставляю свое происхождение напоказ, сравнивая ее и мое? Из всего того, что наговорил Рон, когда я в последний раз его видел, можно сделать вывод, что я раньше часто это делал...

Гарри попытался вспомнить, что именно Рон тогда сказал, но припомнилась только общая суть.

- Гермиона не так придирчива.

Драко кивнул, подхватил благоухающий букет и быстро наколдовал вазу.

- Агуаменти. Ну вот, полный порядок. Ну что, пошли?

Кивая, Гарри протянул руку, чтобы Драко мог ухватиться за нее. Один быстрый рывок – и они очутились в гостиной Рона и Гермионы.

Гарри знал, что нервничал он не просто так. Джинни Уизли сидела, устроившись на краешке цветастой софы, держа за руку Дина Томаса. Ее подбородок был решительно поднят, однозначно давая понять, что она настроена на серьезную битву.

* "Уизел" можно перевести как крыса или ласка.

Глава 44
Переводчик – Baster4
Бета - nurgul, Mellu

- Джинни,- едва слышно произнёс Гарри, всё ещё испытывая головокружение после аппарации. Что она тут делает? О Господи, если Рон пригласил её, чтобы она устроила Гарри неприятности, то Гарри собирался как следует отметелить лучшего друга.
- Привет, Гарри, - приветливо сказала Джинни, хотя её глаза выражали непонятный для Гарри вызов. - Добрый вечер, Малфой.
- Драко, - поправил Гарри. - Его зовут Драко, и ты знаешь это. Привет, Дин.
- Рад тебя видеть, Гарри, - ответил Дин, встав на ноги и увлекая Джинни за собой. После секундного колебания он отпустил руку Джинни и протянул свою Драко. - Как твои дела?
«Джинни, должно быть, не упоминала о том, что нельзя трогать Драко», - подумал Гарри.
Это означает, что она, скорее всего, ничего не упоминала о его рабстве.
Это было облегчением. Дин вряд ли побежит в редакцию первой попавшейся желтой газетёнки, но чем меньше людей знают об этой ситуации, тем лучше.
Джинни пристально проследила взглядом, как свободная рука Драко потянулась к протянутой ладони Дина. Она чуть дёрнулась, её глаза с ужасом распахнулись.
- Нет...
Гарри знал, что она не настолько подлая, чтобы желать сейчас мелкого реванша, независимо от того, кем Драко был для Гарри. Он никогда не говорил ей, что конкретно случится, если кто-нибудь ещё, кроме него, прикоснётся к Драко, но она определенно поняла, что ничего хорошего сейчас не произойдёт. Конечно, опасность прошла, когда заклятие адаптировалось.
- Всё в порядке, - успокоил её Гарри.
Дин выглядел сбитым с толку, и Гарри подумал, что надо срочно придумать хоть какое-то объяснение.
- У Драко было заболевание кожи. Ничего серьёзного. Заразное, вы понимаете, но, похоже, все уже прошло. О, я думаю, что должен вас представить. Драко Малфой, Дин Томас. Дин учился на нашем курсе в Хогвартсе, Драко, но со мной, в Гриффиндоре.
В то время, как мужчины пожали друг другу руки, Джинни подошла вплотную к Гарри и спросила так тихо, что ее едва можно было услышать:
- Заболевание кожи?
Гарри повернулся к ней и одними губами ответил: «Я объясню всё позже». Джинни сжала губы, но не стала продолжать допытываться. Тем временем Дин, нахмурившись, снова обратился к Гарри:
- Я знаю, я не так выделялся в свое время, Гарри, но я не думаю, что тебе надо было представлять меня кому-то, с кем я учился на протяжении шести лет кряду.
Гарри знал, что Джинни не рассказала про Рэс Меа Эс Дину. Чёрт, она, должно быть, даже не знала, что Гарри и Драко были приглашены. В целом, всё это значило, что это была первая настоящая возможность для Гарри вывести в свет Драко, по-настоящему вывести, показать, что Гарри не стыдился сказать своим друзьям о том, как обстоят дела с их отношениями.
- Ты точно выделялся, - сказал Гарри, про себя усмехаясь тому, что он держал Драко за руку точно так же, как Дин – руку Джинни перед этим. - Это просто потому, что Драко не помнит никого со времен Хогвартса. После войны ему тяжело пришлось, и он страдает от частичной амнезии. Ах да! Я не знаю, упоминала ли Джинни, но Драко и я живём сейчас вместе.
Дин смотрел на него широко открытыми глазами, и Гарри догадался, что Джинни при нем не упоминала о причине их расставания.
- Живёте вместе... - повторил он, выделяя каждое слово. - Эээ... ты помогаешь ему справляться с амнезией?
- Ну, я на это надеюсь, - сказал Гарри. Он не хотел недопонимания между ними, поэтому продолжил притягивать Драко ближе к себе, приобняв его за талию. Его ладонь собственнически легла на бедро Драко. - Но это не единственная причина, по которой мы живём вместе. Мы любим друг друга.
И только когда Джинни тихо всхлипнула от ужаса, Гарри понял, что он должен был сначала сказать ей об этом наедине. Но, проклятье, если бы она догадалась об этом раньше, она бы навела и Рона на эту мысль. И разве намёков для Джинни было недостаточно?
«Потому что ты никогда не хотел её обидеть», - добавило его сознание.
То, что он сделал, было черной неблагодарностью... Единственным, о чём Гарри мог думать, это ощущение, что досада на неё берёт над ним верх. Её уловки, которые она использовала для «случайных» встреч с так ненавистными ему репортёрами... она не имела права даже на один раз, не говоря уже обо всех остальных.
И Гарри не должен был объявлять о своей любви к Драко настолько вызывающим способом.
Он должен был хотя бы как-то смягчить это для неё, но Джинни достаточно быстро взяла себя в руки, и её голос прозвучал довольно ядовито.
- Кстати говоря, Дин и я встречаемся. Рон уже упоминал это?
- Эхм... нет.
- Гарри! - Гермиона стремительно влетела в гостиную, Рон следовал за ней тенью. - Мы пытались связаться с тобой через камин в спальне...
Гарри было достаточно взглянуть на лицо Рона, чтобы понять продолжение.
- Дай мне угадать. Вы собирались....
«Отговорить от визита» звучало несколько грубо, особенно учитывая присутствие рядом Джинни.
- Предупредить, что твоя сестра неожиданно решила заскочить к вам?
- Именно, - подтвердил Рон, его решительный кивок напомнил Гарри игривого щенка. Рон явно боялся, что Гарри подумает самое худшее о появлении Джинни в их доме. Гарри тут же выкинул из головы эту мысль. Как будто он мог подумать, что Рон способен устроить ему подобную ловушку. Или что Гермиона принимала бы в этом участие.
Рон всё ещё кивал головой.
- Да, она прибыла десять минут назад, и мы потратили большую часть этого времени, пытаясь объяснить ей, что ситуация может стать неловкой....
- В то время пока я убеждала их не быть парой идиотов, - перебила Джинни. - Мы оба взрослые люди, не так ли?
- И это просто совпадение, что ты пришла сюда сегодня вечером? – поинтересовался Гарри.
- Я встречаюсь с родственниками на этой неделе, - беспечно ответила Джинни. - С Дином. Вчера мы были у Билла, а позавчера - у Перси. Я думаю, ты помнишь, сколько у меня братьев.
Драко заметно напрягся, и Гарри понял, что это был сигнал отпустить его. Хотя Драко и чувствовал себя немного неуверенно в эти дни, но он однозначно не хотел демонстрировать этот факт ближайшим друзьям Гарри.
- Или забыл? - добавила Джинни, и её глаза засверкали.
- Я ненавижу то, что он умер, но Драко не был к этому причастен, - озлобленно ответил Гарри.
Драко повернулся к Джинни.
- Ты потеряла своего брата во время войны? Мне очень жаль.
Голос Джинни почти сорвался на крик.
- Я не теряла его! Твои дружки его убили! Конечно, ты сожалеешь! Ты когда-нибудь терял кого-то любимого?
Гарри показалось, что она спрашивала о чём-то большем, чем потеря Фреда.
Драко повернулся так, чтобы его мантия колыхнулась волнистыми линиями от плеч до пола.
- Я мог бы рассказать тебе истории, наполненные такой мукой, что они заставили бы плакать даже твоё сердце, - ответил он едким тоном. - Если бы не одна маленькая проблемка - мои воспоминания стёрты.
- Что ты имеешь в виду, говоря «даже моё сердце»? - ощетинилась Джинни.
- Пожалуйста, Джин, хватит уже, - сказал Рон, вставая между ней и Драко.
- Нет, я жду его объяснений. Я хочу, чтобы он сказал мне, что он имел в виду!
- Ты знаешь, что он имел в виду, - сказал Дин. - Ты перешла границы.
- Верно, - подтвердил Гарри. - Драко не убил никого во время войны, даже когда его пытались заставить сделать это. Когда в последний раз ТЕБЕ было приказано убить кого-либо и сказано, что твои родители умрут, если ты этого не сделаешь?
Джинни беззвучно открывала и закрывала рот, но это продолжалось недолго.
- Как ты смеешь? КАК ТЫ СМЕЕШЬ? Я могу принять много вещей, но не уважение Драко Малфоя!
- Похоже, ты пропустила ту часть, где я говорил, что люблю его, - саркастически усмехнулся Гарри. - Конечно, я его уважаю!
- Я думаю, нам лучше уйти, - тихо сказал Дин.
Ответом Джинни был резкий кивок головы, и она величественно вышла. Ветер из открытой двери напоследок взметнул её волосы.
- Прости, - сказал Дин, вздрогнув, когда дверь захлопнулась. - Рон и Гермиона пытались предупредить нас, что это было бы не лучшее время, но Джинни просто упёрлась. Хотя она и была тогда нормальной. Она вела себя, как будто порвала с тобой окончательно, и всё будет в порядке. Она даже рассмеялась, когда Рон и Гермиона попробовали выставить её. Из-за этого они и пропустили ваш приход. Я не думаю, что кто-нибудь хотел скандала.
- Я пытался убедить Гарри прийти с аристократическим опозданием, - растягивая слова, произнёс Драко. - но вы его знаете... Или, по крайней мере, я думаю, что вы его хорошо знаете. Он не соблюдает официальный стиль, особенно с друзьями.
Дин выглядел немного испуганным. Или это просто была соответствующая реакция на нотки нежности в голосе Драко, Гарри не знал.
- Я должен был успеть заткнуть её раньше, - прошептал Дин. - Малфой, ты выглядишь великолепно, мы все были бы счастливее, если бы смогли забыть об этой войне. Гарри... Я хочу поболтать с тобой как-нибудь. Столько всего произошло. Но сейчас не лучшее время для этого. Позже я пришлю тебе сову.
Гарри постарался не реагировать на это, но друзья знали о его боли. Если Дин не понимал этого, то у Гарри не было никакого желания поддерживать отношения с ним.
- Ну, это было то ещё шоу, - сказал Драко, когда дверь тихо закрылась за Дином.
- Сдержанное высказывание, если я не ослышался, - пробормотал Рон. - Мне очень жаль. Мы пытались выставить её отсюда до вас.
- Посещение всех братьев по очереди, вот дрянь, - раздражённо сказала Гермиона. - Она знала, где ты будешь в пятницу вечером
Гарри улыбнулся немного грустно.
- Всё равно, хорошо иметь столько братьев для визитов.
- Ох, Гарри... - Гермиона, не зная, что сказать, повернулась и взяла вазу у Драко. - Они прелестны. Спасибо вам. Я поставлю их на стол.
Она вернулась так быстро, что Гарри подумал, будто она беспокоится, как бы Рон что-нибудь не выкинул. Это не было лишено смысла. Рону не понравилось упрямое продолжение вражды Джинни, но и открытое объявление отношений с Драко напрягло его не меньше. Хотя он и ничего не сказал по этому поводу. В комнате повисла неловкая пауза, пока Гермиона не примчалась обратно и не заставила гостей снять мантии.
- Гмм... Я планировала начать с чего-то легкого. А сейчас я бы выпила чего-нибудь покрепче. Рон, не обслужишь нас? Виски со льдом.
- Звучит заманчиво, - ответил Гарри, плюхаясь на стул и зарываясь лицом в руки. - Господи, я когда-нибудь научусь слушать Драко. Всего лишь три минуты, и всего этого кошмара можно было бы избежать.
- Вряд ли, - успокоил Рон, принеся позвякивающие бокалы из бара. - Ты же знаешь Джин. Если она хочет стычки, она её устроит раньше или позже.
- Драко, пожалуйста, чувствуй себя как дома, - мягко сказала Гермиона.
Гарри взглянул на него сквозь пальцы и выругался опять, когда увидел потерянного Драко на том же месте. Блондин явно не знал, как реагировать на предложение чувствовать себя как дома.
Гермиона поняла это сразу же.
- Иди сюда, - сказала она, похлопывая подушку рядом с собой. - Я подвинусь, так что ты не заденешь меня.
Гарри едва сдержался от стона. Это было похоже на то, что сказал бы настоящий Драко, но Гермиона говорила про другое.
- Не надо. Всё в порядке. Я тебе говорил, что заклятие адаптировалось. Сейчас уже нет проблем с прикосновениями. Без тебя Дин пожал ему руку.
- Здорово! - глаза Гермионы засветились тёплым коричневым светом, когда она подогнула под себя ногу, садясь лицом к присевшему Драко. Она улыбнулась мужу, протянувшему ей напиток, а потом повернулась к Драко. - Ты предпочитаешь виски, или что-то ещё?
- Виски звучит здорово, разумеется, если Гарри разрешит мне выпить, - ответил Драко, пожимая плечами. - Но я предпочитаю неразбавленный.
- Разумеется. Мы хотим, чтобы ты чувствовал себя комфортно здесь, и вы приходили бы чаще. Правда, Рон?
В её голосе было столько давления, что Гарри снова едва удержался от стона. Гермиона наверняка несколько раз проинструктировала Рона о том, как тот должен себя вести с влюблёнными Гарри и Драко. Во всяком случае, когда он об этом узнал.
- Да, конечно, - угрюмо ответил Рон, пытаясь скрыть недовольство. - Все друзья Гарри наши друзья тоже... кто-то Гарри будет кем-то... ох, чёрт. Ну, вы меня поняли. Я жду тебя выпить.
Рон повернулся спиной, но Гарри усел заметить его красное лицо. Не тратя больше времени, Гарри вскочил на ноги и присоединился к нему у бара.
- Хорошо держишься, - сказал он достаточно тихо, чтобы его никто больше не услышал.
- Это должно быть лучше, - прошептал Рон. - Я делаю всё, что могу. Но не думай, что это легко для меня. Я не отгорожусь от тебя, только потому, что не одобряю твоей страсти к мужчинам.
- Спасибо.
Рон неумело попытался положить себе льда щипцами, но потом сдался и переместил кубики в бокал при помощи магии. Виски плеснулось, когда он впихнул напиток Гарри тому в руки и начал готовить ещё один для Драко.
- Я понял, что это бессмысленно. Ты устанешь от новизны Хорька достаточно быстро, и будет позором разрушить нашу дружбу из-за такого ничтожества как Малфой...
- Заткнись сейчас же, - прошипел Гарри, - просто остановись. Я понял, что ты хочешь сказать, ок? Я не хочу это слышать.
Вздохнув, Рон чуть наклонил голову набок.
- Да, я знаю. Прости. Я не хотел ссориться с тобой. Ни по какому поводу. Но о чём ты собираешься говорить за ужином? О погоде?
- Это было бы замечательно, - Гарри взял протянутый стакан и пошёл отнести его Драко самостоятельно, чтобы незаметно дать разрешение выпить. Чёрт, он надеялся, что Драко не услышал ничего из их разговора.
Но он мог и не беспокоиться: Драко и Гермиона были увлечены беседой о всевозможных вопросах астрономии. И Драко был весьма начитан в этом вопросе. Неудивительно, ведь его комната была постоянно наполнена книгами по собственному вкусу, и он мог заказывать любые вещи через камин, не беспокоясь об их стоимости.
Беседа за ужином не сильно отличалась от беседы за напитками. Драко и Гермиона активно обсуждали общие интересы, а Рон в основном разговаривал с Гарри. По крайней мере, он не был оскорблён этим. Он действительно время от времени предпринимал не очень эффективные попытки включить Драко в их разговор.
У Гарри было такое чувство, что Драко наслаждался явным дискомфортом Рона. По большому счёту, это было самым лучшим, чего можно было ожидать. В свете того, что Драко более чем оправдал ожидания, сойдясь с Гермионой.
- Ты ведь любишь играть на пианино? - услышал Гарри его вопрос между делом.
Гермиона очень мило покраснела.
- Я надеялась, что ты не будешь спрашивать. Я пыталась объяснить тебе, что не использовала то...
- А, ты не сохранила его, - Драко улыбнулся так, что стало понятно, что он ни капельки не обиделся. - Ну, тогда ты должна обещать использовать эти деньги для чего-нибудь, что бы ты на самом деле хотела иметь дома.
Гермиона положила себе ещё салата, жестом спрашивая Драко о добавке, но он покачал головой.
- Я не продала пианино. Я пожертвовала его для детского дома, сиротам, оставшимся после войны.
- Да, тем более что мы уже получили страховку за пианино, которое ты разрушил, - добавил Рон.
Лицо Драко стало больше походить на маску, как будто он заподозрил насмешку, скрытую в этих последних словах.
- Да, Гермиона упоминала страховку. Я не знал, что это такое, пока Гарри не объяснил мне. Что ты имела в виду по поводу военных сирот?
- Ну, Малфой, много людей умерло, и, в общем, если ты убиваешь группу людей, у некоторых из них есть дети, и...
- Хватит, Рон! - вскричала Гермиона, - Это не то, что он имел в виду. Правда, Драко?
- Пожиратели Смерти убили их родителей, разве нет? - спросил Драко, стуча зубами.
- Обе стороны убили много людей, - твёрдо ответил Гарри, - это была война. Люди намеренно набрасывались друг на друга.
Драко казался ещё более шокированным после фразы Гарри.
- Так много детей-сирот, что не для всех могут быть найдены хорошие семьи?
- Не совсем, - сказала Гермиона, резко откладывая свою вилку. - Многие из них дети Пожирателей Смерти, и волшебное сообщество сделало катастрофически мало выводов из предыдущих ошибок. Господи, честные граждане ещё продолжают судить детей по их родителям.
- Это уже не так, как раньше...
- Какая разница, если судить только по крови? - спросила Гермиона, повышая голос. - Какая, Рон?
- Люди беспокоятся, что это сделает их похожими на сочувствующих Пожирателям Смерти и приведёт к тому, что они, к примеру, лишатся порядочной работы.
- Должна сказать, - Гермиона скрестила руки на своей высокой груди, - не то, чтобы я хотела усыновить одного из этих детей. Сейчас я не могу заботиться о ребёнке, если всё ещё хочу продолжать бороться за права домовых эльфов. Рон и я не хотим расширять семью в течение пары ближайших лет.
В её голосе было столько вины, что Гарри почувствовал, как в нём поднимается сострадание.
- Подожди, никто в этом не виноват, - произнёс он, хотя он вряд ли был хорошим примером, принимая во внимание его чувство вины за ужасающее количество смертей в течение войны. - И я могу сказать тебе по собственному опыту, что это не самая лучшая идея помещать ребёнка в семью, которая будет обижать или даже бояться его. Я был воспитан таким путём. И, конечно, вы ещё не готовы. И я тоже. Когда я думал о свадьбе с Джинни, я не планировал иметь детей пару лет.
- Я знаю. Честно, я не планировала поднимать тему войны, - Гермиона тихонько вздохнула. - Кому-нибудь десерта? Я заскочила в булочную по дороге домой и выбрала несколько замечательных кремовых слоек.
- Я помогу тебе с сервировкой, - сказал Драко, вставая вместе с ней.
Рон выпучил глаза, как только Драко вышел из комнаты.
- Я знаю, что он немного не в себе, но, даже учитывая это, желание помочь не укладывается ни в какие рамки.
- Не только амнезия заставляет его помогать, - сказал Гарри, когда поставил свой стакан с водой. - Он знает кучу хозяйственных заклятий. И он явно достиг в них мастерства. Я не знаю, почему точно, но думаю, что это имеет отношение к нежеланию иметь рядом с собой домовых эльфов.
- Объясни.
Гарри улыбнулся.
- Я не заметил, чтобы он когда-нибудь упоминал об их освобождении. Это больше похоже на непринятие их магии рядом с собой. Ну, ты понимаешь.
Рон странно на него посмотрел.
- Малфои питают отвращение к эльфам? Нет, я не понимаю.
Когда Гарри раньше обсуждал это с Гермионой, Рон принимал душ наверху.
- Это правда. Или было таковой. Смотри, когда мы навещали его родителей впервые, они заставили эльфов обслуживать при помощи рук, на случай если у Драко всё ещё аллергия на их магию или что-то в этом роде. Но потом он играл в снукер на зачарованном эльфами столе без всяких проблем, поэтому я думаю, что их магия его больше не беспокоит... Что?
Рон покачал головой.
- Ну, я буду племянником обезьяны, если Хорёк не был невыразимцем.
Гарри прищурил глаза.
- И с чего бы это?
- Пустячок, называемый браком, - ответил Рон с торжеством в голосе. - Жена и я часто обмениваемся парой слов о том, что у неё на уме, и...
- Идиот.
Рон ухмыльнулся.
- Ну, давай предположим, что она не невыразимец, поэтому может говорить всё, что пожелает. И делать. Поверь мне в этом.
- Я всё слышала, - смеясь, с кухни отозвалась Гермиона.
Ухмылка Рона стала ещё шире.
- Невыразимец? - напомнил Гарри.
- Ну, она подозревает, что он один из них. Я знаю, она уже обсуждала это с тобой. Но тогда у меня не было достаточного количества фактов, чтобы поверить в её правоту. Но, когда ты упомянул про ситуации с эльфами, всё встало на свои места. Знаешь, пара парней с работы может многое сказать о волшебниках, которые не хотят окружать себя тем, что они называют «чужеродная магия».
Гарри подался вперёд, кивая, чтобы показать, что он заинтересован.
- Немагическое волшебство.
- Ага. Сейчас считается, что никто не знает точно, кто работает в Отделе тайн, но если ты знаешь на что обращать внимание... Невыразимцы - некоторые из них, по крайней мере, - становятся беспокойными рядом с гоблинами и обязательно требуют, чтобы кто-нибудь забрал их обратно в подвалы, и я слышал, как некоторые из них проговорились, что они также не очень любят эльфов.
Гарри откинулся назад, чтобы обдумать услышанное, и пожал плечами. Он уже догадывался, что Драко был невыразимцем.
- Эта антипатия, - продолжил Рон, обводя большим пальцем край бокала с виски. - Я уверен в том, что это имеет отношение к той группе исследований, которую они проводят. Невыразимцы должны поддерживать себя незапятнанными, что-то в этом роде. Чистая волшебная магия... может быть, они изучают пределы того, что это может сделать, и любые контакты с эльфийской или гоблинской магией могут исказить результаты.
Это определённо имело смысл. Такой явный, что Гарри подумал, он должен был понять это самостоятельно.
Рон фыркнул.
- Сколько раз я должен говорить тебе, что ты недооцениваешь шахматную практику?
Гарри прищурился.
- Что??
- Посмотри на своё лицо, приятель. Гермиона не единственный человек, который способен рассуждать...
- Я просто не могу поверить, что сам не догадался.
- Ох, - Рон поднял бокал, как будто хотел произнести речь. - Ну, в этом весь ты, приятель.
- Скотина.
Рон за это выпил, как и Гарри.
- Мы вернулись, - радостным голосом объявила Гермиона, придерживая кухонную дверь для Драко с четырьмя тарелками с кремовыми слойками в руках. - Десерт готов.
- И ты съешь это, - тихо Гарри сказал садящемуся Драко.
Рон откусил кусочек от своего десерта, и его лицо приняло шокированное выражение.
- Ох, святой Мерлин! Это что-то невероятное. Что ты положила в шоколадный соус, Гермиона? Это совершенно не похоже на всю ту дрянь, что ты любишь покупать...
- Драко занимался соусом, - ответила Гермиона, свирепо глядя на мужа. Гарри догадался, что она была задета подобной оценкой.
- Я готовлю для Гарри большинство ужинов, - сказал Драко. Он улучил момент, чтобы деликатно пополировать зубцы своей вилки. И этот получилось более чем провокационным для Гарри. Он заёрзал на стуле, брюки неожиданно стали тесны ему в весьма определённом месте.
- Драко пришлось одолжить мою палочку, - критикующе продолжила Гермиона. - Это ты сказал ему оставить его волшебную палочку дома?
Гарри взвился.
- Конечно, нет. У него уже просто вошло в привычку не брать с собой палочку, когда мы выходим куда-нибудь.
- Зачем она мне? - спокойно спросил Драко. - Я всегда с Гарри.
Ноздри Гермионы встрепенулись.
- А если вы окажетесь разделёнными? Ты достаточно узнаваем, Гарри упоминал это? Министерство сделало всё возможное, чтобы предотвратить самосуд, но нет никаких гарантий, Драко!
- Но не здесь, я уверен...
Рон загоготал.
- Ну, это только доказывает, что ты и в самом деле полностью потерял память!
Глаза Драко стали холодными кристаллами льда, когда он встретился взглядом с Роном.
- Ты намекаешь на то, что кто-то из сидящих за этим столом захотел бы причинить мне вред?
- Нет, я намекаю на то, каким слизеринским сукиным сыном ты был в своё время, и что ты скорее вскроешь себе вены, чем поверишь в доброту и порядочность других, - парировал Рон, - и никому лучше не спорить со мной по причине того, что все здесь присутствующие знают, что это правда.
- Подожди, Слизерин не имеет ничего общего с существование сукиных сынов, - сказал Гарри, задетый употреблением этих двух фраз вместе. - Снейп был слизеринцем.
- И он был сукиным сыном, что верно так же, как то, что я сижу за этим столом.
- Он заплатил за это, - тихо заметила Гермиона.
- Да, конечно. Но он был слизеринцем до кончиков ногтей.
Гарри решил, что пришло время сказать им. Не то, чтобы он думал, что Рон разрушит их дружбу после этого. Чёрт, если Рон смог принять разрыв Гарри с Джинни и его отношения с Драко, то тогда он, несомненно, доказал, что сможет принять и эту новость тоже.
- Я мог быть распределён в Слизерин.
- Не может быть!
Гермиона посмотрела на Гарри, наклонив голову и убирая прядь за ухо.
- Ну, парочка слизеринских черт в тебе есть. Но ты больше похож на гриффиндорца.
- Только потому, что я выбрал быть им.
- Только в кровавом аду кто-нибудь выберет быть чёртовым слизеринцем. И я был уже уверен, что мы четверо никогда не будем приятелями в школе.
- Что делает это несколько....
- Достаточно, Рон.
- Ладно, ладно.
- Никогда больше не выходи из дома без своей палочки, - сказала Гермиона твёрдо, повернувшись к Драко. - Неизвестно, когда она может тебе понадобится. Гарри, скажи ему.
- Я хочу, чтобы ты брал с собой волшебную палочку каждый раз, когда мы куда-либо идём, - произнёс он. - Даже если мы собираемся только в Вороний Утёс. Рон прав... Ситуация не та, чтобы оставлять палочку лежать где-то.
- Это не похоже ни на одного волшебника, о котором я знаю, - добавил Рон. - Может быть, это какая-то привычка, которую он подхватил, когда был невыразимцем, как ты думаешь? Хотя те парни всегда держали палочки при себе, когда они ходили в банк, так что... может быть и нет.
- Я уверена, что это очень сбивает с толку: быть одновременно рабом и волшебником, - очень аккуратно сказала Гермиона.
- Ох, нет. Для меня естественно и приятно. Я люблю обслуживать Гарри.
- Да, но ты можешь обслуживать меня всегда, ВСЕГДА имея при себе свою волшебную палочку, когда мы покидаем дом, - ответил Гарри сурово.
- Я не идиот, чтобы повторять мне дважды. Ты знаешь, я в твоем полном распоряжении.
Гарри заметил, что Гермионе стало немного неприятно слышать Драко, говорящего в такой манере. Но, чёрт, Гарри тоже поначалу ненавидел это. Но потом понял, что просто так сложилась ситуация.
И он был счастлив, так же как и Драко. И не Гермионе их судить.
Гарри проигнорировал надоедливое маленькое напоминание на краю сознания, которое твердило, что Драко был счастлив только потому, что не знал ничего другого, что его воспоминания были стёрты и что Рэс Меа Эс заставляет его думать так о Гарри.
К счастью для Гарри, Рон начал обсуждать квиддич, хотя он и избегал любого упоминания о команде Джинни. Ему было достаточно проблем для одного вечера.
Он ещё ничего не знал о том, что будет позже. Примерно через час Гарри и Драко отправились домой. Практически сразу, оказавшись дома, Гарри вспомнил про их мантии.
- Я вернусь за ними, - немедленно предложил готовый служить Драко.
- Ты не можешь аппарировать в одиночку, если только ты не возвращаешься сюда, - ответил Гарри, удивлённый, что Драко забыл об этом.
- Может быть, я могу. Мы ведь не проверяли это специально после того, как Рэс Меа Эс адаптировалось? Может быть, оно поняло, что я не сбегу от тебя?
- Мы проверим в следующий раз, когда соберёмся в Вороний утёс, - решил Гарри, - в любом случае, я не думаю, что охранные чары пропустят тебя одного. Я покончу с этим, метнувшись туда и обратно.
- Покончишь, сейчас это звучит обещающе, - подкравшись ближе, Драко обхватил рукой шею Гарри сзади и притянул его ближе, говоря прямо ему в губы в своей обычной манере. Это безотказно заставляло Гарри терять голову от желания. - Как насчёт того, чтобы забыть про мантии до завтра, и ты покончишь со мной, ммм? Прямо здесь, прямо сейчас, на полу гостиной, обнажённый как в день появления на свет....
Гарри заткнул его поцелуем, потом мягко отпихнул его от себя.
- Ты идёшь наверх и ждёшь меня, - прохрипел он.
- Голым?
- Нет, - Гарри почувствовал наслаждение от власти над ним. - Я хочу тебя раздеть. Зубами.
- Может быть, если мне повезёт, то ты меня укусишь... - Драко облизнул губы.
- Я тебя укушу и поставлю свою метку, - пообещал Гарри. - А теперь иди. Наверх.
Драко немедленно повиновался.
Гарри закончил аппарировать во время довольно страстной сцены, застав Рона и Гермиону в объятиях друг друга. Блузка Гермионы была полностью расстёгнута, и рука Рона сжимала её грудь под кружевным персиковым лифчиком.
- Простите, - с трудом выдохнул Гарри, хватая то, зачем он явился. - Забыл наши мантии. Я уже ухожу!
- Стучись в следующий раз! - проорал Рон, когда он закрутился, чтобы аппарировать.
Гарри появился прямо в затенённой спальне Драко, и, не тратя зря время, набросился на другого мужчину. Мммм.... Драко действительно был вкусным. Гарри погрузился глубже в поцелуй, думая о том, что он мог бы делать это вечно, просто целовать, целовать и целовать... Пронзительный отчаянный вопль разрушил всё его удовольствие.
- Проклятие, - сказал Гарри, откидываясь назад и убирая чёлку с глаз. - Я думал, что навсегда избавился от этого идиотского кота!
- Вороний Утёс всегда открыт для нас....
Эти слова заставили мысли Гарри вернуться к разговору за ужином.
- Без твоей волшебной палочки мы не пойдём. Кстати говоря, почему бы тебе не высунуться из окна и не сотворить Aguamenti, Драко? Это заставит, наконец, этого тупого кота убраться.
Драко опустил глаза вниз на свои сцепленные ладони.
- Я... эмм, моя палочка всё ещё внизу, где я оставил, закончив готовить цветы для Гермионы.
Гарри одарил его раздражённым взглядом.
- Ты всегда должен иметь её под руками. Ты знаешь это, Драко. Или знал.
Вздохнув, Гарри вытянул свою палочку и повелительно взмахнул ею.
- Accio палочка Драко Малфоя!
Дверь, ведущая в гостиную с треском распахнулась. Гарри поймал прилетевшую к нему палочку и впихнул её в руки Драко.
- И никогда не оставляй её лежащей где попало снова. Если ты выходишь из комнаты, бери её с собой.
Драко замолчал на мгновение.
- Это... это не моя палочка. Она чужая.
Озадаченный Гарри сотворил Lumos. Как только он смог что-то разглядеть, он понял.
- О-о, это боярышниковая палочка. Та, которую ты использовал до этого.
Драко перекладывал её из руки в руку, и внезапно, без какого-либо предупреждения его глаза широко раскрылись, черты лица исказились, и низкий крик боли с шипением прорвался сквозь его зубы.
- Что случилось? - с трудом выдавил Гарри. Может быть, волшебная палочка, усовершенствованная другим волшебником, каким-то образом причинила боль исконному владельцу? - Драко, в чём дело? Что с тобой?
Драко упал на колени, закрыв лицо руками и пронзительно крича. Его крик заглушил вопли кота, который всё ещё орал снаружи.
Мелкие предметы в комнате начали дрожать на своих местах, хотя Драко не творил никаких заклинаний. Сознательно, во всяком случае.
Какая-то книга взорвалась, повсюду летали обрывки пергаментных страниц. Один из них расцарапал щёку Гарри.
Гарри стремительно бросился к Драко и притянул его в свои объятия, пытаясь успокоить. Как и с пианино, Драко мучила невыносимая боль, его магия стала неуправляемой, и он кричал, и кричал, и кричал.
- Всё в порядке, Драко! - прокричал Гарри. - Всё в порядке!
Казалось, что это вырвало Драко из его состояния. Он перестал кричать и вместо этого рассмеялся низким отчаянным смехом, который окружил Гарри. Пергаментные обрывки неожиданно прекратили летать и упали на пол.
- Нет, не всё в порядке, - твёрдо выговорил Драко каждое слово. - Ничего не в порядке. Ничто уже не будет в порядке.
Гарри притянул его ближе.
- Я сделаю это лучше. Я сделаю, всё, что тебе нужно...
Драко вывернулся из объятий Гарри и отпрянул назад, всё ещё оставаясь на коленях.
- Ты не можешь сделать это лучше.
- Я могу попытаться...
Глаза Драко широко открылись, и их выражение было... пугающим. Никакого другого слова для этого. Они блестели тяжёлым ненавидящим серебром. Гарри прочитал правду в этом взгляде до того, как услышал слова.
- Ты такой же самоуверенный придурок, каким всегда был, Поттер.
Поттер. Гарри вздрогнул.
- Ты вспомнил.
Драко сглотнул, его палочка всё ещё была зажата между пальцами, когда он обхватил себя руками и задрожал.
- Да, - сказал он после долгой паузы. - Чёрт, чёрт! Я хотел бы быть мёртвым.
- Не говори так, - убеждал Гарри. Он хотел пододвинуться ближе и взять Драко в свои объятия снова, но не посмел. Он не был уверен в реакции Драко.
После взгляда на перекошенное и огорчённое лицо Драко, Гарри решил, что Драко отпрянет от него или что еще хуже...
- Не говори мне, что говорить, - резко оборвал Драко, - Хотя, если ты на самом деле этого желаешь, тогда я, конечно, подчинюсь тебе, Хозяин.
- Нет, - несчастно произнёс Гарри. - Говори всё, что хочешь.
- Огромное тебе за это спасибо, - растягивая слова, произнёс Драко, обнажая зубы. Когда казалось, что его злость погасла, глаза Драко мгновенно наполнились слезами прежде, чем он успел отвернуться от Гарри.
О Господи. Гарри не мог выносить этого. Видеть Драко, мучающегося от такой боли и не облегчить её... это была агония, и, что хуже всего, Гарри всё ещё боялся сдвинуться с места и прикоснуться к Драко. Не было никаких шансов даже попытаться сделать это. Драко не будет чувствовать себя лучше рядом с ним. Не рядом с Поттером.
- Ты хочешь воды или... - Гарри замолчал, чтобы не сказать что-нибудь ещё более глупое. Как вода могла помочь сейчас? Драко был его рабом, и никто ничего не мог с этим сделать. Драко ненавидел Гарри и одновременно был обязан быть вместе с ним. Драко предпочёл бы смерть.
- Мне жаль, - наконец произнес Гарри. Это казалось неправильным, говорить так, не прижимая Драко к себе, но Гарри всё равно сделал это. - Я не хотел всего этого. Я действительно не хотел. Ты, может быть, не помнишь своей болезни, но у тебя был ужасный жар и ты собирался умереть, и твои родители подумали, что единственным способом спасти тебя было это рабство... Господи, Драко, мне так жаль.
- Едва ли... Едва ли... - слова Драко были так заглушены плачем, что Гарри с трудом мог их разобрать. - Едва ли... Я не могу думать ни о чём из этого. Чёрт, ты думаешь это важно?
- Разве нет? - беспомощно спросил Гарри. Он не знал, когда потерял нить разговора, но это определённо произошло. - Ты не хочешь быть моим рабом...
Драко дёрнулся назад, обеими руками сжав в свою палочку. Он выглядел так, как будто мог сломать её в любую секунду.
- Почему бы мне не хотеть этого сейчас? - прорычал он. - После того, как я сам сделал это с собой!
После этого голова у Гарри совершенно пошла кругом.
- Ты сам активировал Рэс Меа Эс?
- Да, - сказал Драко холодно, и каждый слог был пропитан ненавистью. - И сейчас, если ты не возражаешь, Хозяин, я хотел бы побыть один.
- Но зачем...
- Убирайся, убирайся, УБИРАЙСЯ! - заорал Драко, неожиданно вскидывая руки, помахивая палочкой в манере, которую Гарри знал слишком хорошо. - Убирайся до того, как я прокляну тебя, потому что прямо сейчас сердечный приступ самая желанная вещь в мире. Ради всего святого, оставь меня одного!
Гарри не хотел уходить, он хотел помочь. Но сейчас он не мог ничего сделать.
- Вон!! - пронзительно крикнул Драко, вскакивая на ноги. От его потери контроля взорвалась ещё одна книга.
Гарри повернулся и пошёл к двери, на выходе он сказал:
- Сразу же зови меня, если тебе будет что-нибудь нужно. Я... Я всегда рядом, Драко. Чтобы тебе ни понадобилось.
Драко вздрогнул, смотря холодно, с направленной палочкой, пока Гарри не развернулся и не пошёл вниз в гостиную.
Дверь захлопнулась за ним со страшным грохотом.
Секунды тянулись как вечность, но Гарри не слышал ничего, кроме тишины. Затем до него донеслись звуки всхлипывающего плача Драко.
Гарри спустился вниз в гостиную, прислонился к стене, прижав ладони к штукатурке. Господи, как же он хотел просочиться сквозь стену и быть с Драко. Они не должны быть разделены сейчас. Он должен быть там, обнимая Драко, прижимая его крепче, помогая ему. Но он не мог ничего сделать. Драко этого не хотел. Всё, что Гарри мог сделать, это сидеть в коридоре. Его сердце разбилось на множество маленьких кусочков, когда он услышал полные боли рыдания Драко.

Глава 45
Переводчик – Baster4
Бета - Mad Tease, Mellu

Гарри не помнил, сколько он просидел на полу, когда вопли застрявшего кота вернули его к действительности. С трудом поднявшись, он потащился вниз. Освободив в который раз застрявшее животное, поплёлся обратно. Подойдя к лестнице, он почувствовал себя стариком. Измученным, с болью при каждом движении. Господи, у него ныли даже волосы. Он остановился, тупо пялясь в никуда долгое время. Наконец, решил не рисковать подниматься наверх. Один полузадушенный всхлип, ТОЛЬКО ОДИН, и он бросится в комнату Драко, независимо от последствий. И это не принесёт им ничего хорошего.

Вздохнув, Гарри рухнул на диван. К его удивлению, это был уже новый диван, который Драко заказал через камин. И хотя он и смотрелся гораздо лучше, но был далеко не так удобен. Гарри раздраженно ткнул в него палочкой, произнося несколько трансформирующих заклинаний, прежде чем улёгся удобно. Два последовавших Accio обеспечили его одеялом и подушкой. От взгляда на дверь кабинета Гарри захотелось заскрежетать зубами.
Конечно, гостиная вела в кабинет. Чёртовы призывающие заклинания были слишком удобны, чтобы покинуть кровать для чего-либо. Проклятье! Если бы он только знал, что призывание другой палочки будет иметь столь драматичный результат с Драко! Что это заставит блондина мечтать о смерти! Гарри должен был быть уверен, что призывает берёзовую палочку, а не просто "палочку Драко Малфоя".
Потому что сейчас, глядя на то, что воспоминания сделали с Драко, Гарри больше всего на свете желал, чтобы воспоминания никогда не возвращались. Зная о последствиях возврата воспоминаний, Гарри уничтожил бы эту проклятую боярышниковую палочку.

Но уже было слишком поздно что-либо менять.

Сон долго не шёл к нему, но, в конце концов, темнота и тишина окутали его и унесли прочь из реальности.

Гарри проснулся от запаха яиц и бекона. Моргая со сна, он потянулся и огляделся. Потребовалась пара секунд на понимание где он, так как никогда не спал внизу, кроме того раза с Драко.

Драко!

Гарри вскочил и бросился на запах еды. Драко сидел за маленьким кофейным столиком, гипнотизируя нетронутую тарелку с завтраком. На эту картину сердце Гарри отозвалось ещё большей болью. Разве Драко не знал, что он мог разбудить Гарри и спросить разрешения поесть?
- Ешь, - сказал Гарри, махнув рукой в сторону еды, и сел на стул напротив Драко. На самый дальний от него... чтобы не рисковать забыться и попытаться его коснуться.

- Я не голоден, - произнёс Драко глухо. И, хотя он не поднимал головы и светлые волосы закрывали его лицо, Гарри заметил, насколько ужасно блондин выглядел, и понял, что в душе ему ещё хуже. - Не думаю, что ещё когда-нибудь буду голодным.

Даже не будучи психологом, Гарри знал достаточно о депрессии и ясно видел её очевидные признаки. Он поколебался, пытаясь продумать ответ.
- Зачем же тогда готовить, если не голоден?

Драко бросил на него пронзительный взгляд.

- Может быть, ты не настолько эгоцентричен, как я думал. На самом деле, думаю, что вовсе и нет. Сам понимаешь, я теперь помню всё. Мою жизнь прежде, и после... ты всегда был таким порядочным со мной.

Гарри не понял большую часть из сказанного, но слабо обрадовался, что, по крайней мере, Драко разговаривал, а не кричал или рыдал.
- Эгоцентричен?
- Тот Поттер, которого я знал, подумал бы, что я готовил для него.

Эта фраза доказала Гарри, что Драко смотрел на Гарри через призму предубеждений, но брюнет не собирался спорить. Он не мог расстроить Драко ещё больше, если было возможно этого избежать.
- Ты думал, что всё-таки голоден, - Гарри на это надеялся, это было бы хорошим знаком.

Драко резко отпихнул тарелку.
- Я знал, что нет.
- Я тебя не понимаю.
- Странно, но меня это не удивляет.

Такое общение совсем не доставляло удовольствия Гарри. Фактически, у него появилось чувство разговора ни о чём.
- Не потрудишься объяснить.

В ответ он почему-то получил злобный взгляд.
- Я даже не знаю, Хозяин. Ты мне приказываешь...
- Нет,- мягко ответил Гарри. Он предпочитал злобные взгляды полумёртвому уставившемуся куда-то зомби за столом.

- Невероятно, как всё переплетено, - тяжело вздохнул Драко. - Слушай, Поттер, я знаю, ты уверен, что хорошо меня знаешь, но это не так. Ты знал какого-то полоумного идиота, который даже не понимал, что он должен вытираться. И я откровенно унижен тем, что из всех людей на земле именно ты должен был увидеть меня в таком виде. Ты, как всегда, был великолепен. Не говоря уже... впрочем, не важно.

Ну и ладно, если Драко не хочет говорить, заставлять не будет. Хотя Гарри был готов поспорить, что это связано с сексом.

"Не думать об этом, не думать об этом" - лихорадочно твердил себе Гарри. Он не должен был даже целовать его, не говоря уже о большем. И это была вина его проклятой слабости, что Драко воспринимает реальность настолько тяжело сейчас.

- Я знал, что ты был ненастоящим, - согласился Гарри, стараясь говорить мягко. Он интуитивно понял, что любой другой вариант поведения будет ещё больше нервировать Драко. - Какая-то часть тебя была настоящей. Выбор вина, твоё чувство стиля....

- Как понимаю, ты выбираешь наиболее поверхностные черты из всех, что во мне есть, - Дрока вздохнул снова, его руки двинулись будто обнять колени. - Полагаю, что ты можешь съесть завтрак. Я приготовил, потому что хотел проверить, смогу ли я это съесть без твоего разрешения... не смог. На самом деле я даже не был голоден. Всё равно мне будет плохо.

- Может, какое зелье?

- Ничто из зелий не поможет.

Гарри кивнул, взмахнув палочкой, чтобы убрать завтрак прочь. Он также не был голоден - слишком сильным было беспокойство о Драко. И даже умирая от голода, он вряд ли смог бы есть, пока любимый человек сидел рядом в отчаянии.
- Ты знал, что не можешь съесть что-либо без разрешения. Тогда зачем пытался? - спросил Поттер, надеясь заставить Драко разговаривать снова. Хоть о чём-нибудь. Гарри ждал ответа, но не собирался давить на Драко.

- Потому что я никогда по-настоящему даже и не пытался. Не на самом деле. Но сейчас я попробовал, и... - Драко сглотнул, его горло выглядело таким напряженным, что Гарри начал волноваться, что заклятие собиралось наказать его за попытку есть без разрешения. - Я не смог.
- Всё в порядке. Я никогда не позволю тебе быть голодным и не буду использовать еду как средство контроля, - Гарри поколебался и добавил. - Ты... Ты знаешь это... Я надеюсь.

- После последних месяцев, да. Я в этом уверен. Я уже сказал про твою порядочность. И что ты теперь хочешь? Ещё один орден Мерлина в свою коллекцию?

- Я хочу, чтобы ты был счастлив.
- Но я охренительно точно никогда не буду!! - взорвался Драко.

Гарри знал, что сейчас это выглядит именно так для блондина, но ему хотелось успокоить и переубедить Драко. Если бы он только мог...

- Я могу поклясться, что жизнь в качестве моего раба вовсе не так уж и плоха, и, возможно, мы найдём способ освободить тебя от заклятья и....

- Поттер, ты болван. Ничто из этого ни на кант не облегчит мои страдания. Ты думаешь, что рабство не давало мне уснуть всю ночь? Ха. Если бы это было моей худшей проблемой, я был бы только счастлив. Я бы танцевал джигу на столе, и ты можешь быть уверен, что я съел бы свой завтрак!!

- Я не понимаю тебя, - ответил Гарри, чувствую себя всё более и более потерянным. - Пожалуйста, Драко. Объясни мне, в чём дело. Расскажи, почему ты был так расстроен, когда вспомнил.

- Причина в том, ЧТО я вспомнил, - простонал Драко, опустив голову на сложенные на столе руки.
Гарри ждал, но Драко не двигался.

- Что ты вспомнил? - спросил он наконец, хотя и обещал себе не давить.

- О, только то, что мой муж умер, - ядовито огрызнулся Драко, садясь прямо снова.

Гарри почувствовал, что его сердце замерло, а потом медленно стало биться опять.
- М-м-муж??! Твои родители не упоминали...
- Ох, конечно нет, - язвительно ответил Драко злым голосом. - Понимаешь ли, Потер, Я НИКОГДА НЕ ГОВОРИЛ ИМ! Как ты заметил, эгоизм является моей отличительной характеристикой. Они не хотели знать, а я не хотел бороться с этим, поэтому не сказал им ни слова. Делал вид, что я собственник Вороньего Утёса, когда они приезжали ко мне. Разве это не мило? Я сказал собственному мужу не показываться, пока они не уйдут. Как благородно всё это было!
Гарри сглотнул. Ситуация была действительно дрянная, но Драко и без этого имел вины на десяток людей, и Гарри даже думать не хотел добавить ещё критики.
- М-м-м... ну-у, если вы любили друг друга, я уверен, он понимал...

- Ты всегда пытаешься успокоить себя, тебе кто-нибудь об этом говорил? - Драко сверкнул на него глазами. - Да, Поттер, он, конечно, ПОНЯЛ. И как это помогло?! Николай умер, веря, что я стыжусь его. Я причинил боль любимому человеку. Единственному в мире, которого я любил, и, прежде, чем я смог это исправить, он умер у меня на руках. После этого ты по-прежнему думаешь, что я расстроен из-за рабства?
- Николай, - тупо произнёс Гарри. Хоть бы он никогда не знал этого имени. Мгновение назад это был просто "муж", но сейчас он становился реальным человеком, стоящим прямо между ним и Драко. После слов Драко у Гарри не осталось никакой надежды на их совместное будущее. Николай был единственным любимым мужчиной Драко, что означало... Малфой никогда не любил его. Это было просто влияния заклятия на его раба. Или потеря памяти повлияла. Или рок. Судьба никогда не была особо милостива к Гарри.
- Разве не смешно, что я выбрал "Ник" своим стоп-словом, - губы Драко скривились.- Почти-Безголовый-Ник... Я не уверен. Очевидно, я всё время пытался восстановить воспоминания о Нике. Помнишь пианино? Он играл. Он был виртуозом, ребёнок-вундеркинд, который жил музыкой. Помнишь пианино, я отправил Грейнджер? Точно такой же инструмент, Поттер. У нас дома был точно такой.

Бессвязность речи Драко ясно показывала, насколько тот был расстроен. Но хотя бы он говорил, и в конце концов он высказался, и Гарри начал понимать ситуацию, как обычно причиняющую боль.
- Что с ним стало? - спросил он тихо, с трудом подавляя желание вскочить и заключить блондина в объятия.

- С пианино? - Драко шевельнулся будто пожимая плечами. - Мы взяли его с собой в Россию.
Неожиданно он побледнел, его руки начали судорожно сжиматься и разжиматься, горло спазматически сжалось снова.

- Когда я... когда я... повёз Ника домой. Умирать.

Гарри не успел остановить порыв. Он протянул руку через маленький стол, чтобы, по крайней мере, сжать руку Драко. Малфой шарахнулся от него и ответил раздражённым голосом:
- Поттер, я действительно не могу говорить об этом. Я иду к себе освободить желудок и мечтать, чтобы я умер вместе с любимым. И не смей следовать за мной.
С этими словами Драко покинул кухню.
Гарри дёрнулся было за ним, но потом, выругавшись, опустился на стул. Он молил Бога о знании, что делать сейчас.
Но он ничего не мог сделать со смертью этого Николая, и, похоже, ничем не мог помочь сейчас Драко, кроме как дав ему побыть одному, как тот просил.

Глава 46

Ответа на его стук не последовало, и Гарри постучал снова.

Но ему так и не ответили.

- Драко? - наконец спросил Гарри, повысив голос настолько, чтобы его наверняка было слышно даже через закрытую дверь. - У меня готов ланч, если вдруг ты хочешь есть.

Драко ответил не сразу, и его ответ в конце-концов прозвучал лишь потому, что Гарри начал дергать дверную ручку.

- Убирайся, Поттер.

Гарри глубоко вздохнул.

- Я знаю, что ты расстроен, но все-таки не стоит устраивать голодовку...

Драко рванул дверь на себя и уставился на Гарри. Боже, он выглядел хуже, чем за завтраком. Его глаза опухли и покраснели, как будто он плакал все утро напролет.

Ну, если он и правда плакал, Гарри не мог его за это винить. Он явно очень сильно любил этого Николая, и ему очень его не хватало. Гарри было знакомо это чувство... но, разумеется, когда он потерял Сириуса, он не потерял спутника жизни. Гарри даже представить себе не мог, каково это было.

То есть, он мог, но Драко, по крайней мере, был все еще жив.

Он доказал это пронзительным криком. Громким.

- Расстроен, Поттер? Расстроен? Ты чертовски херово подбираешь слова, ты в курсе? В следующий раз, когда ты пробудишься от волшебного сна и узнаешь, что твой муж умер, отправь мне сову, и мы обсудим, как ты расстроен!

- Хорошо. Опустошен, так лучше? И прости меня. Я бы хотел, чтобы тебе не было так больно.

- Ну да, потому что ты всеобщий спаситель, я помню, - сказал Драко, скрестив руки на груди. - Если не считать того, что когда я тонул, от тебя не было никакой пользы, не так ли?

- Это когда это ты тонул?

- Это метафора. Да, ты наверное думал, что слизеринский-сукин-сын не знает ни одной метафоры! Ну, по крайней мере, я могу считать себя счастливчиком — в этот раз, когда ты увидел, как я плачу, ты не решил перерезать меня напополам...

Гарри вздрогнул. Он надеялся, что Драко никогда не вспомнит об этом инциденте. Даже учитывая то, что Драко пытался наложить Круциатус, действиям Гарри не было оправданий.

- Мне жаль, что так получилось, больше, чем ты можешь себе представить...

- Потому что я ничего не смыслю в сожалениях, так ведь? - Драко оскалил зубы. - Отъебись от меня.

- Я думаю, что ты понимаешь, что такое сожаление. Но Драко, мне жаль говорить это, честно, но твой му-му-муж, его нет уже несколько месяцев, и...

- Его не просто нет. Он мертв, - огрызнулся Драко. - А ты идиот. Прошло вовсе не несколько месяцев — только не для меня. Что касается меня, то для меня он умер на прошлой неделе, потому что до этого я не помнил его, я не горевал по нему, и теперь у меня такое чувство, будто мои кишки вырвали наружу и разложили по полу у меня на виду. И благодаря тебе я точно знаю, каково это!

Драко захлопнул дверь у Гарри перед носом с такой силой, что затрясся весь коридор.

Гарри не решился переспросить, не хочет ли Драко спуститься вниз и поесть.

* * *

Когда пришло время обеда, Гарри честно не знал, что делать. Будет ли правильным снова подняться наверх, попробовать еще раз поговорить с Драко, возможно, поупрашивать его, уговорить его поесть?

Или Гарри стоит просто приказать ему, потому что к этому времени ему необходимо было съесть хоть что-то?

Гарри сильнее схватился за сервант, когда его поразила другая мысль. Господи, Драко же не выпил ни капли за последние двадцать четыре часа. В этом не было ничего хорошего.

К черту все, он не мог уважать желания Драко и оставить его одного еще немного, только не в том случае, если это означало, что скоро Драко станет очень, очень плохо, если Гарри ничего не сделает...

- Поттер.

Пораженный, Гарри обернулся. Драко стоял у подножия лестницы. Он все еще выглядел ужасно, но он причесался, что означало... Гарри не имел ни малейшего понятия, что именно. Он был уверен, что цепляется за соломинку, пытаясь найти хоть что-нибудь, что даст ему хотя бы малейшую надежду.

Надежду на что именно — он не был уверен, но он просто не мог видеть Драко таким жалким.

- Как ты? - спросил Гарри таким нейтральным тоном, каким только мог. Он не был уверен, но все его прежнее сочувствие могло быть абсолютно неправильной линией поведения. Драко явно не очень хорошо на него реагировал. Возможно, он просто не мог перенести сочувствие человека, которого он считал врагом.

Хотя Гарри хотелось бы думать, что они уже прошли через это.

- Мне жаль.

Наверное, именно эти два слова Гарри меньше всего ожидал услышать, но ему удалось скрыть изумление.

- Все в порядке, - сказал он, пытаясь выдавить из себя дружескую улыбку. Он был уверен,что она получилась весьма жалкой.

- Не в порядке, - сказал Драко тяжелым голосом, сделав один-единственный шаг вперед. - Ты не заметил, что я... что я нуждался в помощи, в тот ужасный год, но ты спас мою жизнь год спустя. А потом снова, сейчас.

- Я бы хотел, чтобы я знал, что тебе нужна была моя помощь на шестом курсе, - прошептал Гарри, сжав руками стоявший за его спиной сервант. - Господи, Драко! Если бы я знал, я бы сделал что...

- Но ты не мог знать, только не тогда, когда я говорил о своей «миссии» с такой бравадой, прямо перед тобой. Но все это было напоказ, Поттер.

Гарри кивнул. Он сам это понял.

- Ты волновался, что можешь утратить свою позицию лидера в Слизерине, теперь, когда твоего отца забрали в Азкабан, и тебе пришлось вести себя так, будто у тебя все было под контролем.

- Не только это, - Драко прочистил горло. - Работать на Темного Лорда, Поттер... Я хотел, чтобы это было эффектным и захватывающим. Но все было не так. Это было дешево. И безвкусно. И... пугающе.

Гарри кивнул, чтобы показать, что он понял.

- Теперь ты можешь называть его Волдеморт, знаешь. Это безопасно... и ты можешь называть меня Гарри. Я имею в виду, мы теперь друзья... правда ведь?

Драко не ответил на вопрос. Не напрямую.

- Если бы я подружился с тобой тогда, когда мой отец сказал мне сделать это, у меня было бы, к кому пойти, когда... когда... - Драко закрыл глаза, черты его лица исказились от боли. - Но у меня не было никого, кому я мог бы доверять.

- Снейп...

- Который, как я был уверен, был так же верен и фанатичен, как мой собственный отец, - Драко сглотнул. - Если бы я только знал... но я не мог знать. Он был слишком хорош в том, что делал.

- Да, - хрипло сказал Гарри, вспомнив, как Снейп играл свою роль до конца. До самого конца.

Драко вздрогнул, его лицо приобрело болезненный оттенок.

- Я пришел обсуждать с тобой не это, Поттер.

Поттер. Что ж, это было гнетуще. Впрочем, это была не худшая вещь, которую Драко собирался ему сказать.

- И что же ты хотел мне сказать? - спросил Гарри очень осторожно.

Драко снова вздрогнул; ему явно было нехорошо.

- Если я злюсь и набрасываюсь на тебя, то это потому...

Когда голос Драко оборвался, Гарри прикусил себе кончик языка, чтобы не ляпнуть свою догадку. Он просто ждал, пока Драко сам скажет то, зачем пришел, что бы это ни было.

Но опять же, Гарри и подумать не мог, что Драко скажет это.

- Понимаешь, это твоя вина.

- Что моя вина?

Драко медленно поднял взгляд.

- Это твоя вина, что Николай мертв.

47 глава

Гарри почувствовал вспышку головной боли в висках. Он знал, что горе может неузнаваемо менять людей, но помутнение рассудка?.. Может, Драко просто нужен козёл отпущения? Это хоть как-то объясняло его поведение. Гарри почти хотел оставить Драко это заблуждение, если бы оно помогло ему пережить потерю мужа, но блондин всё равно рано или поздно должен будет встретиться лицом к лицу с реальностью.
- Драко... я никогда никого не убивал, оставь свои...
- Это всё переплетено... - Драко поднял руку, будто хотел что-то показать, но тут же её уронил. - Родовая магия.
Гарри глубоко вздохнул.
- Может, тебе следует объяснить.
Лицо Драко снова перекосилось.
- Ты убил Тёмного Лорда. Но он успел заклясть отца Николая, что тот умрёт вместе с ним. А так как в семье была очень сильна родовая магия, то заклятие передалось дальше. Если бы Тёмный Лорд все еще был жив, то и Николай тоже.
Какое-то время Гарри был настолько шокирован, что не знал, как отреагировать, а затем его реакция проявилась в совершенно неуместной озвучке наименее важной из роившихся в его голове мысли:
- М-м-м, это не настолько уж и запутанно.
Драко одарил его достаточно красноречивым взглядом. Злость, раздражение, презрение... так много всего в одном взгляде.
- Поверь мне, Поттер, всё гораздо сложнее. Я рассказал тебе упрощённую версию.
- Ох, - Гарри проглотил комок в горле, и сказал, наконец, то, что должен был сказать сначала: - Господи, мне действительно жаль. Я никогда не хотел... имею в виду, я даже и не мог знать обо всём... этом.
- Ну еще бы. Никто не знал. Даже Ник, и, уж конечно, не я. Мы ещё не встретились, и я был немного занят тем, что пытался сохранить себя и своих родителей живыми, пока... этот сумасшедший командовал нами в нашем собственном доме, - к концу голос Драко начал дрожать. Был ли это гнев или горе, Гарри так и не понял.
- Мне очень жаль. - Гарри снова сглотнул. - Знаю, это не поможет, но я сожалею. Я бы не...
- Что? Ты не убил бы Тёмного Лорда, если бы знал? Ну, и что бы тогда сделал? - Драко покачал головой. - Я едва ли хочу, чтобы Тёмный Лорд снова ожил. На самом деле, если бы он не умер, я бы никогда не встретил Ника! Все это только подтверждает то, что я сказал раньше. Это, ВСЁ это... чертовски запутанно.
- Ну да, - невнятно отозвался Гарри, - но знаешь, может быть, ты и встретил бы его. Может быть, ты нашёл бы способ сбежать из своего дома...
- А метка на моей руке? Как я смог бы сбежать от неё?
Гарри содрогнулся.
- Ну... я просто хотел сказать, что тогда мог бы существовать способ... хоть какой-нибудь способ твоего освобождения и встречи с Николаем...
- Какой смысл в этом? Какой чёртов смысл?
- Я просто подумал... - Гарри не смог закончить фразу. Это всё было слишком нереальным. Он даже не мог представить мир, в котором Волдеморт продолжал бы хозяйничать. Это было слишком ужасно. И в любом случае, Драко никогда не был бы свободным в таком мире. - Я просто хотел тебе помочь, - наконец выдал он, борясь с желанием надавать самому себе оплеух за то, что ведёт себя так, как его назвал Драко. Как придурок.
- В любом случае, ты не можешь, - резко оборвал Драко. - И все эти... фантазии, Поттер... Они бесполезны. Хуже, чем бесполезны. Я точно никогда бы не встретил Ника, если бы Тёмный Лорд не умер, и вовсе не потому, что я был ЕГО рабом, прежде чем стать твоим. Я бы не встретил его, потому что наша первая встреча состоялась только благодаря тому, что ты сделал.
- Что я... что ты имеешь в виду, что я сделал?
Драко открыл рот, но только чтобы быстро его закрыть и покачать головой.
- Я не хочу говорить об этом.
Это был намек, который Гарри не мог не уловить, и он отрывисто кивнул.
- Хорошо.
Блондин настороженно уставился на Гарри.
- Хорошо? Это всё, что ты собираешься сказать?
- Да.
- Слава Мерлину за это маленькое одолжение, - проворчал Драко, массируя левый висок и постанывая при каждом надавливании.
- Голова болит? Могу принести что-нибудь из зелий.
- Они мне не помогут.
Гарри сделал было пару шагов вперёд, думая обнять блондина или хотя бы погладить по щеке, или... НЕТ. Драко явно нуждался в утешении, но он его не примет. По крайней мере, от Гарри. Может, его родители? Тоже нет, это была очень плохая идея, учитывая, насколько блондин был зол на них. И на себя за утаивание Николая. «Господи», - подумал Гарри. Не удивительно, что Драко настолько обезумел от идеи Гарри попытаться сохранить их отношения в тайне. Кругом плохие ассоциации. И Драко знал... по крайней мере, подсознательно. Драко шарахнулся в сторону, будто хотел сохранить дистанцию между ними. Это движение заставило Гарри замереть на месте и попытаться выдавить из себя подбадривающую улыбку.
- Это зелье от головной боли самого высокого качества. Ты сам его варил. Уверен, оно мгновенно поставит тебя на ноги.
- Я... нет, я имею в виду... чёрт, - Драко зажмурил глаза. Его головная боль явно обострилась. - Похоже, я не могу сейчас нормально разговаривать. Мне также нужно немного воды. Или через десять минут голова опять начнёт раскалываться.
- Сейчас принесу, - Гарри почувствовал облегчение, так как волновался из-за возможного обезвоживания Драко. - Как насчёт чего-нибудь перекусить?
- Может быть, завтра, - ответил Драко безжизненным голосом. - А может, и нет.
Гарри нахмурился.
- Драко, ты действительно должен что-нибудь съесть.
- У меня кусок в горло не лезет, - мантия Драко всколыхнулась, когда он резко отодвинулся глубже в тень.
- Хорошо, - медленно сказал Гарри, когда был уже на полпути вниз. - Я сейчас вернусь.
Когда он вернулся, Драко уже не стоял у подножья лестницы. Гарри нашёл его сидящим за обеденным столом. Блондин выглядел так, будто в любой момент мог потерять сознание.
- Вот, выпей это, - сказал Гарри, наливая ему щедрую дозу зелья от головной боли.
Драко выпил его без каких-либо комментариев, а потом безразлично смотрел, как Гарри наливает ему воду из графина на столе. Хотя пить он начал только после того, как получил разрешение от Гарри. Проклятое Рес Меа Эс. Гарри хотя бы иногда мог отдохнуть от этого и не мог даже представить, как себя должен был чувствовать Драко.
- Ещё? - спросил он, когда Драко допил этот стакан.
- Может, чуть позже, - блондин поколебался, - не беспокойся и съешь свой ужин, Поттер. Ты не должен страдать только потому, что я не выношу одного вида еды.
- Я не настолько голоден.
- Ты что-нибудь ел сегодня?
- Немного фруктов на обед, - признался Гарри. Но даже это заставило его чувствовать себя виноватым. Это было настолько неправильно: есть, когда Драко настолько сломлен и Гарри не знал, как ему помочь.
- Поешь, Поттер, - Драко поднял обе руки и начал кругами массировать свои виски. До него не сразу дошло, что Гарри так и не двинулся с места. Его лицо было безжизненным, когда он поднял голову к Гарри. Хотя глаза Драко и были наполовину закрыты, в них явно сквозила настороженность. - Поттер... пожалуйста. Съешь что-нибудь.
- А ты... - Гарри не был уверен, следует ли ему спрашивать. Он не слишком желал слышать ответ. - Э-э...
- Похоже, не только я имею проблемы с построением связных предложений.
Хотя бы это было подобием прежнего Драко, хотя и прозвучало больше безжизненно, чем едко.
- Ты хочешь, чтобы я поел из-за заклятия? - выдавил Гарри. - Потому что ты... должен служить мне? Или... Или ты...
Всё ещё любишь меня, хоть чуть-чуть.
Драко пристально посмотрел на него, серебро в его глазах выглядело странно застывшим, словно его могло разрушить малейшее дуновение, оставив глаза безупречно белыми.
- Не имею ни малейшего представления. И даже не хочу думать об этом. Просто поешь уже.
Кивнув, Гарри опустился на стул за дальним краем обеденного стола и призвал тарелку с остатками обеда из холодильника. Бездумно вгрызаясь в чёрствый сэндвич, он пытался найти выход из сложившейся ситуации.
- Я удивлён, что ты заботишься, поел ли я. Особенно учитывая, что ты обвинил меня в... - Гарри быстро перестроил концовку, - во всём.
- Может, меня и не волнует, - голос Драко звучал изнурённо, очень изнурённо. - Может быть, ты и прав, и это заклятие заставляет меня заботиться о твоих нуждах.
- Да, это может быть, - мрачно ответил Гарри. Он получил по заслугам, поднимая эту тему, особенно учитывая, что Драко не мог ему лгать. Если Гарри не хотел знать, ему не стоило спрашивать. Или намекать.
Он клятвенно пообещал себе, что больше никогда не будет этого делать. В любом случае было достаточно эгоистично давить на Драко. По любому вопросу. Мало того, что тот был выбит из колеи смертью мужа, так ещё и Рес Меа Эс заставляло его исполнять любую прихоть Гарри.
- Гм-м, - изо всех сил пытаясь изменить тему разговора на что-нибудь более нейтральное. - Я положил слишком много солёных огурцов в свой сэндвич с яйцом.
И это было правдой. Кроме того, Гарри практически не уделял внимания готовке или чему-нибудь ещё. Весь день все его мысли были наверху. С Драко. Чёрт, он едва не забыл послать сообщение в Министерство, что берёт выходной на сегодня.
- Поэтому не можешь есть? - Драко поморщился, вставая на ноги. - Я приготовлю что-нибудь более подходящее для тебя...
- Сядь обратно.
Естественно, Драко сел. Немедленно.
- А сейчас ты собираешься быть трогательно благородным, да? Полагаю, ты запретишь мне готовить для тебя. Даже не спрашивая, что я об этом думаю.
Даже такие слова Драко дали передышку Гарри.
- И что же ты тогда думаешь?
- Это не тяжёлая повинность, - пожал плечами Драко. - Как ты знаешь, у нас с Ником не было домовых эльфов. И я должен был начать готовить, а потом просто полюбил это. Процесс очень похож на приготовление зелий, но результат гораздо вкуснее.
- И тебя не напрягает готовить для меня?
- А разве английский не твой родной язык? Я же сказал, что нет.
Гарри криво улыбнулся.
- Ну... ты в принципе можешь готовить и для двоих, если тебе не сложно готовить для одного, как насчёт такого варианта? Просто... я думал, что ты, скорее всего, не захочешь делать что-либо для меня, понимаешь, в свете твоего обвинения в...
- Если быть точным, то я тебя не обвинял. - Драко плотнее запахнул полы мантии на груди. - По крайней мере, когда в состоянии думать здраво. Просто, я потерял его, Поттер. А потом я разозлился: ты был здесь, а он нет, а потом... - голос Драко перешёл в шёпот.- Ты причина того, почему... это случилось.
- Мне жаль...
- Наверное, тебе пора прекратить говорить это каждые пять минут, - пальцы Драко сжались в кулак. - Я уже понял, ОК? Когда ты убивал Тёмного Лорда, ты не думал, что кто-нибудь ещё умрёт.
- Я не убивал Тёмного Лорда. Всё, что я сделал – обезоружил его. Его собственное убийственное заклятие...
- Господи, это была просто фигура речи, - огрызнулся Драко, но уже без злобы. - Ты покончил с его жизнью, так лучше? То же самое сделал и с жизнью Николая.
То, что Гарри поверил в это сейчас, не означало, что он что-либо понял.
- Но... как? Я имею в виду, почему между их смертью был период в три года?
- Отголосок, помнишь? Я тебе говорил, что это всё очень запутанно. Тебе нужно слушать, когда люди говорят.
- Я буду, - тихо сказал Гарри, - что бы ты ни хотел мне сказать.
Слабая, едва заметная улыбка промелькнула в глазах Драко.
- Я не очень настроен на разговор.
- Это нормально. Мы просто посидим здесь вместе.
- И будем смотреть, как скапливается мусор?
Гарри пожал плечами.
Драко долго сидел неподвижно, полностью погрузившись в свои мысли. Гарри слушал тиканье часов за спиной, а когда надоело, начал считать свои вдохи. Он почти дошёл до двух сотен, когда Драко пошевелился, чтобы налить себе ещё воды из графина на столе. Но вместо того, чтобы пить, вопросительно уставился на Гарри.
- Я уже дал тебе разрешение пить столько сколько хочешь.
Драко покачал головой.
- Думаю, что я уже не знаю, чего ожидать. Я совершенно точно чувствую, что заклятие адаптировалось, это не изменилось. Но... я не знаю, чего ожидать от тебя.
- Ну, я тоже не изменился, - мрачно ответил Гарри.
- Ты другой. По крайней мере, для меня.
Гарри постарался не показать, насколько глубоко его ранили эти слова.
- Почему?
Драко отвернулся от него.
- Ты будешь смеяться.
- Не буду. Обещаю, что не буду.
Драко тяжело повернулся.
- Нет, скорее всего, не будешь. Это не очень забавно. То, каким я тебя видел в течение последних двух месяцев... ты был самим совершенством, Поттер. Как порождение чистейшей магии.
Чистейшая магия? Гарри хотел уже спросить, что это значит, но Драко продолжил говорить. Однако его голос прерывался, как будто он терял нить разговора.
- Я пришёл в себя после лихорадки, и мои родители сказали мне, что я твой, но это было нормальным. Потому что с тех пор, как я привык к этой идее, мой мир состоял только из тебя. Я просто не мог думать о чём-то ещё в это время. Что я могу для тебя сделать, как я могу доставить тебе удовольствие... И ты... ты не просто выносил меня. Ты был терпелив и предупредителен, хотя это и не было нужно. Я понимал тогда, что заклятие не налагает на тебя никаких обязательств, что ты мне ничего не должен. - Драко бросил на него пронзительный взгляд. - Каждый раз, когда ты ко мне прикасался, это было как благословление ангела.
- Я не ангел, - потрясенно прошептал Гарри. Более чем потрясенно. Он ненавидел быть Мальчиком-который-выжил, а быть Избранным было ещё хуже, но Богом? Если Драко действительно представлял его так, то неудивительно, откуда он взял идею про амброзию и умолял о сексе, и...
- Конечно, нет, Поттер. Поэтому я и сказал, что ты изменился. - Драко крепче обнял себя. - Сейчас ты... кто-то другой.
Гарри не очень хотел задавать следующий вопрос:
- Кто?
- Может, кипящая смесь воспоминаний? Одни о многих годах в школе, другие о моей жизни в твоём доме. И... они не стыкуются между собой, в этом вся проблема.
Разговор постепенно начинал проясняться.
- Уверен, что нет.
В уголках глаз Драко собрались морщинки, как знак молчаливого согласия.
- Точно. В одно мгновение я ловлю себя на мысли, что могу верить тебе, а в следующее понимаю, что мне нужен психиатр, потому что я не верю тебе или не верил, и... - Драко начал немного вздрагивать, по его спине прошла дрожь. - Всё это очень выбивает из колеи.
- Могу представить.
- Не думаю. - Драко потянулся за водой, но дрожал так сильно, что перевернул стакан. Он покатился по столу, упал на пол и разбился, разлетевшись мелкими осколками. Лицо Драко стало совершенно белым. Гарри постарался не выдать эмоций, когда убрал беспорядок.
- Вот и всё. Как будто ничего и не случилось. Возьми мой. - Гарри подтолкнул свой стакан к блондину.
Драко слабо кивнул, но отпил от силы пару глотков. Гарри с трудом удержался от вздоха.
- Ну, пожалуйста. Ты же не думаешь, что я переживаю из-за какого-то разбитого стакана? Меня не волнует, насколько ты доверяешь мне сейчас, когда твоя память вернулась, ты должен понимать, что это ничего не значит.
- Это просто напомнило мне кое о чём. Практически самым первым, что я сделал как твой... твой раб, это разбить стакан.
- Да, и я совершенно об этом не переживаю, - улыбнулся Гарри.
- Он не был твоим.
- Хорошо, хорошо.
Драко отодвинул стакан Гарри прочь.
- Ничего не хорошо. У меня такое чувство, что это не может быть правдой, не может быть настоящим. Всё это - просто ужасный сон, и я проснусь завтра в Вороньем Утёсе, Ник будет со мной, и мы вместе будем готовить завтрак и кормить друг друга домашними лепёшками, и он размажет чуть растаявшего масла здесь... - Драко прикоснулся к уголку рта, его глаза наполнились слезами. - И он уберёт его поцелуями, как он всегда делает.
Слушая это, Гарри захотелось выпить чего-нибудь покрепче воды. Господи, он так запутался. Ревновать к мёртвому человеку. Новый удар, казалось, что его жизнь состоит из одних только ударов и боли.
- Не смотри на меня так, - неожиданно сказал Драко. - Я не сумасшедший. Я понимаю, где реальность, а где нет. Я просто... просто... не могу поверить, что он на самом деле... Я держал его в объятиях, когда он вдохнул в последний раз, но я до сих пор не могу заставить себя принять то, что я никогда не увижу его снова.
Гарри понимал его чувства, он чувствовал то же самое после падения Сириуса в Арку. Как кто-то может быть таким живым в одно мгновение, и мёртвым в следующее? Человеческое сознание не могло вместить обе эти идеи. Это было недоступно для понимания, и никакие объяснения или рассуждения не могли помочь понять.
- Думаю... - чёрт, Гарри едва ли знал, что он думает. Кроме того, будет весьма ошибочно утверждать, что он это понимает. - Ты был прав прежде. У тебя не было времени оплакать утрату, и сейчас это навалилось на тебя... н-да.
- У меня было несколько дней, - горько заметил Драко, уставившись на поверхность стола. Наверное, на своё отражение в отполированной поверхности. Гарри гадал, что блондин там видит. - Я потратил их впустую.
Гарри попробовал укусить свой сэндвич ещё раз, но тот был на вкус как картон, поэтому он отослал прочь тарелку с остатками. А потом он просто ждал. Если Драко захочет поговорить, он будет готов его выслушать.
- Я похоронил его.
В памяти Гарри возникла сцена похорон Добби, а затем всех остальных похорон после войны. Одних за другими... Его горло перехватил спазм, но ради Драко Гарри заставил себя говорить:
- Это... это не пустая трата времени.
- Это нет. Но затем я вернулся из России и ушёл в запой. На два-три дня... Не знаю, на сколько, -Драко сделал движение рукой, как будто творя заклинание, но не держа палочку в руках. - Я растерянно бродил по Вороньему Утёсу, уничтожая вещи направо и налево. Его вещи, мои вещи, наши вещи... Я не мог нормально думать, я просто продолжал кричать, что он не должен был умирать и оставлять меня одного.
Драко снова был готов заплакать, поэтому Гарри не спросил, почему некоторые вещи были спрятаны, а не уничтожены. Сертификаты о сдаче ПАУК. Сундук в спальне...
О господи, сундук! Гарри прошиб холодный пот только от одной мысли об этом. Предметы в сундуке, которые они уже использовали... они принадлежали Николаю и Драко. Гарри почувствовал тошноту, словно сделал что-то очень неправильное, когда порол блондина и играл с ним, доводя его до грани оргазма, отказывая ему в облегчении снова и снова... Тогда это не казалось странным, но сейчас всё это оставило горький привкус во рту. Драко не скорбел об умершем муже, но даже если бы и так, то было не лучшей идеей использовать те же игрушки.
- Что ты сделал, когда протрезвел? - спросил Гарри скорее для того, чтобы перестать думать о сундуке.
- Я решил сделать великий и бессмысленный поступок, - ответил Драко, закрыв глаза. - То, что я должен был сделать, пока Ник был жив, когда это могло бы что-то изменить.
К ужасу Гарри с ресниц Драко соскользнула пара слезинок и скатилась вниз по его щеке.
- Ты не должен мне ничего рассказывать, - сказал он быстро. - Ничего из этого. Я понимаю твоё нежелание говорить об этом.
Ещё одна пара слезинок последовала за первой, а затем следующая. Драко попытался вытереть слезы, оставив на лице мокрые дорожки.
- Я должен тебе рассказать, потому что это причина всего, что случилось позже. Всего... этого. -
Драко повёл рукой, а затем уронил её с глухим стуком на стол.
- Рес Меа Эс?
Блондин вздохнул, будто собираясь с силами.
- Я поехал в Уилтшир. Я собирался всё рассказать моим родителям о Николае. Я был сам себе противен из-за того, что так долго скрывал Николая, что я заставил его думать, будто стыжусь его, хотя это не так. Я был просто... эгоистичен. Не хотел расстраивать своих родителей.
- Но почему они были бы расстроены? - нахмурился Гарри. - Они едва ли сказали что-либо о нас, я имею в виду, что мы оба мужчины...
Он оборвал свою мысль, думая, что лучше не упоминать о том, что он спит с Драко. Будет лучше вообще не поднимать эту тему, решил он. Драко сам начнёт говорить об этом, когда будет готов.
- Ох... я думал, что я уже говорил про это. - Драко закрыл глаза рукой. - Ник... чёрт. Ник был полукровкой. Моя мать... ну, если бы я смог её убедить, что не могу быть счастливым без Ника... Она, скорее всего, согласилась бы поддержать меня. Но мой отец совершенно точно выгнал бы меня из семьи.
Гарри не был в этом уверен. Раньше он тоже так думал, но вид Люциуса Малфоя, стоящего на коленях, изменил представление Гарри об аристократе.
- Он любит тебя...
- Не жалей меня. Всё, что он видит, - это чистота крови. И я подумал, пусть. Чёрт с ним. Но после смерти Ника, я больше не мог этого выносить. Я решил, что если у меня не хватило мужества уважать своего мужа, пока тот был жив, я просто обязан сделать это после его смерти и разгребать последствия. Я заслужил это. После той боли, которую причинил Нику, я заслужил самое страшное из того, что мог сотворить мой отец.
Гарри почти застонал.
- Ты... ты наслал это проклятие рабства сам на себя? Специально, чтобы страдать?
- Я даже не знал, что заклятие существует.
Правда. Конечно. Малфой-старший никогда не говорил сыну о Рес Меа Эс.
- Но ты как-то его спровоцировал?
Губы Драко вытянулись в тонкую линию.
- О, да.
- Как?
Выражение лица Драко стало ещё более мрачным.
- Тебе это не понравится.
- Мне уже это не нравится.
- Я имею в виду... - Драко сглотнул. - То, что случилось, как это случилось... это не только моя вина.
Гарри кивнул в знак того, что понимает. Что бы ни послужило причиной этой ситуации, они будут разбираться вместе.
- Расскажи мне, Драко.
Блондин поколебался ещё пару секунд, но прямое указание разрушило те остатки сомнений, которые не поддались терпеливому ожиданию.
- Я провёл весь день в поместье, пытаясь подготовить себя к встрече с родителями, - начал Драко. - Я хотел всё им рассказать, действительно хотел. Но это было настолько трудно обдумать, и не только из-за их очевидной реакции. Я... я не хотел сломаться перед ними. И Ник был всего несколько дней в... в земле... - лицо Драко исказилось, но он собрался и продолжил. - Поэтому я откладывал и откладывал. И когда уже наступила ночь, я пообещал себе, что утром сделаю это первым делом. Когда я спустился к завтраку, там никого не было. Я должен был пойти поискать их, должен был покончить со всем сразу же!.. Но нет, я опять отложил. Я сказал себе, что только прочитаю утреннюю газету, а потом поговорю с ними. И что? У меня никогда больше не было второго шанса.
История была слишком бессвязной для Гарри, но он решил, что Драко должен рассказывать, как тому больше удобно.
- Почему?
- ТЫ был в статьях. Страница два, фотография тебя и Уизли-младшей, улыбающиеся друг другу, как пара идиотов, за стейком и шампанским, и в заголовке было что-то о вашей готовящейся свадьбе, и... я просто... Я настолько разозлился, что потерял над собой контроль.
- Готовящаяся свадьба, - медленно повторил Гарри. Он смутно помнил эту статью. Кто-то из авроров показал ему эту газету и спросил, правда ли это. - А ты только что потерял своего мужа, - заметил он, постепенно понимая, как развивалась ситуация. - Конечно, мысль о чьей-то свадьбе заставила тебя потерять над собой контроль.
- Не совсем. Я не смог вынести мысль о ТВОЕЙ свадьбе. Ты всегда получал то, что хотел. И сейчас ты собирался отправиться на солнечное побережье с любовью всей твоей жизни, в то время как я только что потерял свою, и это была твоя вина! - задохнулся Драко. – У меня перед глазами поплыли красные круги, настолько я был зол. Я ненавидел тебя так, как никогда раньше. Я часто ненавидел тебя в Хогвартсе, но в сравнении с этим, то чувство было ничем. Это... я хотел убить тебя и думаю, что в этой ситуации действительно сделал бы это.
- Убить меня, - повторил Гарри, стискивая зубы. Драко был прав, Гарри это совсем не понравилось. Ненависть вызвала заклятие рабства?
Драко кивнул.
- Я взмахнул палочкой, и меня захлестнула испытываемая мною ярость. Я погрузился в неё, как в воду. И я стал закручиваться, чтобы аппарировать прямиком в Министерство и прибить тебя прямо там...
- Ты не можешь аппарировать в Министерство напрямую...
- Я знаю это! - заорал Драко. - Чёрт, Поттер, какие ещё доказательства того, что я совсем потерял голову от горя, тебе ещё нужны? Всё, о чём я думал, - это не правильно, что ты можешь жить, когда Ник мёртв. И тогда, прежде чем я успел завершить вращение... в это время всё и случилось.
- Рэс Меа Эс, - в ужасе прошептал Гарри.
Драко слабо кивнул.
- Этот ужасный зелёный свет начал кружиться вокруг меня. Секунду я думал, что сотворил убийственное заклятие слишком рано, и так как тебя не было рядом, оно не знало куда деться. Но... но потом это свет как бы... осел и стал густым туманом. Я подумал, что моё собственное заклятие обернулось против меня. Помню, что кричал и кричал. Странно...
- Странно?
- Я думал, что собираюсь умереть, - объяснил Драко, его глаза были наполнены ужасом, - и хотел быть с Николаем, но в тоже время мне было страшно.
- Любой бы испугался. Это как раз таки и не странно.
Драко неестественно кивнул.
- Это не была Авада Кедавра. Совершенно точно. Вокруг меня клубился туман, формируя в воздухе символы. Эти символы.
Завернув рукав, Драко уставился на стилизованные линии, обвивавшие оба его запястья. Гарри вздрогнул, его сердце рвалось утешить блондина.
- Должно быть, ужасно, видеть это и знать...
- Но я ещё не знал, - Драко с совершенно непроницаемым лицом опустил рукав. Гарри не мог понять, насколько блондина беспокоило рабство. Тот вёл себя так, будто его совершенно не волновало, что он должен получать разрешение даже на то, чтобы выпить стакан воды. Похоже, что смерть Николая - единственное, что сейчас занимало Драко.
- Нет, ты не мог знать, - Гарри мягко согласился.
- А затем, пока я стоял там и кричал, зелёный туман втянулся вниз в моё горло. Следующее, что я помню, - это моё пробуждение. Моё сознание было абсолютно пусто, хотя я сразу же узнал своих родителей. Остальная часть моей жизни? Всего лишь отрывки и куски.
- Мне очень жаль, - сказал Гарри, - это звучит ужасно.
- Ты опять меня не слушал. Я сам в этом виноват.
- Представляю себе, - с сомнением ответил Гарри.
- Ты мне не веришь?
- Я верю, что я не понимаю.
- Ты вообще меня слушал? Я собирался тебя убить!
- Ну да, собирался, - коротко ответил Гарри. - Но почему этого хватило, чтобы пробудить заклятие?
- Потому что я не должен был пытаться убить тебя, - ответил Драко так, словно считал Гарри немного недоразвитым. - Не тогда, когда единственная цель моего существования - служить тебе и ублажать...
Гарри полагал, что это больше не было правдой, но они могли обсудить это и позже.
- В этом то вся идея. Целью твоей жизни тогда был не я. Этого просто не могло быть. Когда ты собирался в Министерство, заклятия ещё не было.
Драко закатил глаза.
- Этого было достаточно, чтобы задеть магию и закончить как я, в рабстве.
Гарри это не убедило. Тем более, что было чертовски важно понять ситуацию правильно и полностью. Иначе как они собираются найти способ освободить Драко от заклятия рабства?
- Если планирования моего убийства было достаточно, чтобы активировать заклятие, то почему этого не произошло в Выручай-комнате?
- Где?
Гарри нервно взмахнул рукой.
- Потайная комната, где ты пытался поймать меня для Волдеморта. Это должно было скорее активировать заклятие, чем злоба из-за моей предполагаемой женитьбы.
Лицо Драко вспыхнуло.
- То, что я сказал, что собираюсь сделать в той комнате... эм-м... неважно.
Гарри подумал, что позже они должны будут поговорить об этом. А сейчас «Я тебя прощаю» прозвучало бы неуместно торжественно, поэтому он просто кивнул.
- Там ты спас мне жизнь, - протянул Драко после долгой паузы. - Я бы совершенно точно умер в огне, вариантов спастись у меня не было. Я... о, чёрт. Я задолжал тебе жизнь, Поттер. Неудивительно, что заклятие активировалось.
- Повтори?..
- Долг жизни даёт огромное магическое влияние. С этим можно делать... практически всё что угодно.
Гарри внезапно вспомнил ужасную картину, как серебряная рука душит тонкую шею.
- Петтигрю...
Драко кивнул, его лицо помрачнело.
- В тот момент, когда я решил убить тебя, долг жизни пробудился и стал своего рода защитной магией, пытающейся найти способ остановить меня от попытки твоего убийства.
- И нашел такой способ в виде заклинания рабства, которое преследовало ваш род, - шокировано прошептал Гарри.
- Это был самый лёгкий путь устранить меня как угрозу твоей жизни. Или ты отказался бы признать меня своим рабом, и я бы умер, или бы ты принял моё служение, и тогда я совершенно точно не смог бы поддаться очередному... порыву, - Драко отвернулся от Гарри, глядя куда-то в пространство. - Прошлой ночью я понял, что с самого начала я мог винить во всём произошедшем только себя, но сейчас... Я не могу поверить, что был настолько глуп. Любой другой волшебник в мире знал бы наперёд последствия игры с долгом жизни.
- Ты не глупый. Ты просто... не мог думать о чем-либо...
- Кроме одного, - пробормотал Драко, - умри, Поттер, умри.
Гарри сглотнул. Он чувствовал себя ужасно из-за Николая и от всего сердца желал, чтобы Драко был свободным человеком, а не рабом. Но сейчас всё это казалось ничтожным. Несомненно, позже это изменится. Но в настоящий момент в голове Гарри была только одна мысль, мысль, которая, разрастаясь, поглотила весь его разум... чёрт, и не только разум... всё было наполнено болью. Огромной невыносимой болью.
«Мне жаль, что ты меня так ненавидишь, Драко. Мне жаль, жаль, жаль».