Глава 37

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Нога отрывается от бетона. Она была готова морально. Готова полностью распрощаться с жизнью, ведь она больше не имела для неё никаких красок. Всё потеряло смысл.

Ангелина делает шаг. Всего секунда и она тянется всем телом в эту пропасть, зажмурив глаза.

«Я люблю тебя, Даня. Прости меня...».

Ей казалось, что это конец, и сейчас она полетит вниз, все её страдания закончатся, но не тут то было. Если бы парень задержался всего на одну секунду, ситуация была бы не обратима. Он быстро хватает девушку за руку и тянет на себя, тем самым оба падают на бетон.

— Ты совсем головой тронулась?! — хватая её за плечи, прокричал. Лина ничего не поняла сразу, ей понадобилось несколько секунд чтобы осознать, кто сейчас находился рядом с ней, и не кажется ли ей.

— М-Макс? — и всё же она не до конца верила.

— Ты зачем прыгать собралась?!

— Господи... Макс! — на её лице впервые появилась по настоящему искренняя улыбка. Она кинулась обнимать брата. Парень не решался делать это в ответ, но руки его дрогнули.

— Совсем больная? А если бы я не пошёл за тобой, что тогда? — он был действительно зол на неё в этот момент.

— Ты помнишь меня, да? Ты же помнишь? — с надеждой спрашивала та.

Макс просто смотрел в её глаза, а после отрицательно покачал головой.

— Я не знаю тебя.

Вытерев слезы, Лина встала на ноги. Он сделал так же.

— Как это возможно? Что ты тут делаешь? Как ты вообще тут оказался?

— Проследил за тобой. Я поговорить хотел, — парень неловко опустил глаза, сев обратно. — Ты назвала меня тогда своим братом. Это правда так?

Шмыгнув носом, девушка села рядом с ним и посмотрела на него. Сейчас она была готова сидеть так вечность с братом, смотреть на него и понимать, что он просто рядом. Он сильно изменился. Возмужал. И это было ему к лицу.

— Что они сделали с тобой?

— Кто?

— Ты понимаешь о ком я.

— Они — ничего. А вот этот Громов... — усмешка.

— Что Громов?

— Мне промыли мозги у него.

— То есть?

— То есть стерли память, А... — парень запнулся. — Ангелина же? — чуть сморщился в лице, пытаясь вспомнить имя девушки.

Слабо усмехнувшись, Лина качнула головой. Как интересно получается, что родной брат уточняет у сестры её имя. Все же внутри, не смотря на смех, ей было больно и обидно.

— Лина, — поправила.

— Лина. Мне слабо верилось, что ты действительно моя сестра. Я не помню из своей жизни ни черта, лишь какие-то обрывки. А недавно видел тебя. Видел тебя с какой-то женщиной. Ну, как видел, я это вспомнил, однако все расплывчато. Даже лица не помню уже, но знаю точно, что это была ты. Расскажи что ты знаешь обо мне. Расскажи обо всём. Кто я такой и как так вышло.

— Поверить не могу, что всё это правда. Что всё это с нами произошло...

— Всё настолько плохо?

— В каком плане?

— Ты суициднуться зачем хотела? Из-за наших ребят? Ты прости, я был там груб сильно, просто был не в себе, так ещё и ты там лезла в объятья, — Макс рассмеялся после последних слов, но так же сразу принял серьезный вид. — Я и не понял сразу ничего.

— Я сама не понимаю даже как пришла сюда... И нет, это не из-за твоих дружков. Макс... — помедлила та, вновь посмотрев на парня. — Ты единственный, кто у меня остался. У нас никого больше нет, — сдерживать слезы было крайне сложно, но она очень хотела скрыть их. — Прошу тебя, вернись...

Марченко немного поменялся в лице. И хоть он совсем не помнил своей семьи, своих родителей, у него была надежда, что она у него есть и он её найдет.

— Умерли?

— Да. Всё так быстро навалилось. Сначала ты исчез из моей жизни, потом папа, а затем и мама. И все так в одно время... Макс, прошу тебя, не бросай меня больше. Я умоляю, не оставляй, — истерика накатила, девушка схватила брата за руку и крепко сжала.

— Тише, тише, успокойся, — слегка подвинувшись к ней, он осторожно прижал её к себе за плечи. Лина уткнулась носом в грудь парня и завыла ещё сильнее. Ему стало очень жаль её. В голове было множество вопросов, собрать все в кучу было не просто.

— Я прошу тебя, не уходи. Просто не бросай... Не бросай как в тот день. Я не выдержу.

Макс посмотрел в сторону и как-то задумался. Эти слова он где-то как будто уже слышал.

— Пожалуйста, Лина. Дай мне слово... Ты продолжишь жить, несмотря ни на что. Что бы не произошло, пообещай мне, что ты будешь в порядке. Пообещай.

— Почему это выглядит так, словно ты навсегда прощаешься со мной?

— Просто дай мне слово. Пообещай мне, Лина!

— Макс, только ты не бросай меня. Я не выдержу этого. Я не выдержу твоей потери, прошу тебя, просто останься...

Схватившись рукой за голову, Макс медленно отстранился от сестры. Всхлипывая, Лина посмотрела на него.

— Что? Что такое? — по его обеспокоенному виду она заметила неладное.

— Расскажи мне уже обо всём. Всё от самого начала.

•°• ✾ •°•

— В общем, теперь то и ты всё знаешь...

Варламов совсем не хотел ей ничего рассказывать. Однажды поставил Лину в известность, и вся её жизнь покатилась к чертям. Поэтому меньше всего ему сейчас хотелось ставить Лилю в подробности, чтобы хотя бы её уберечь.

Сама же Лиля слушала его почти не перебивая, лишь иногда задавая вопросы. Она даже не моргала, слушала, затаив дыхание. Сейчас этот рассказ ей напоминал какие фильмы с боевиком. В то, что весь этот ужас может происходить в жизни людей по настоящему, — было сложно верить. Больше всего, после брата, конечно же, ей было жаль Влада.

— Мы скрывали это лишь ради твоей же безопастности. Я пойму прекрасно, если ты не захочешь меня видеть рядом с собой, с Алексом, но поверь, я не врал о своих чувствах. Всегда понимал, что тебе со мной будет опасно, но ничего не мог с собой поделать в итоге...

Ребята сидели друг на против друга, просто глядя в пол. Дальше было трудно говорить обоим. Неловкое молчание. Лиля все ещё находилась в шоке, подобрать нужные слова было сложно.

— Смотря на тебя и не скажешь, что...

— Что я убийца?

— Нет, я не это хотела сказать. Смотря на тебя и не скажешь какая у тебя тяжелая жизнь. Это всё, конечно, ужасно, но я не считаю тебя виновным. Тебя заставили. Я уверена, что каждый бы так поступил, если бы его поставили перед таким выбором. Взять даже... — прикусила губу, — Взять даже Алекса. Я очень благодарна тебе за то, что ты пытался ему помочь. Да и мне тоже.

Влад смотрел на неё ошарашенными глазами. Он ожидал любой реакции, но точно не это спокойствие.

— Ты серьезно сейчас?

— А тут разве можно шутить?

— Я удивлен. Думал ты совершенно по-другому отреагируешь.

— Нет, я, конечно же, потрясена, если мягко сказать, но ведь это не твоя вина, чтобы мне срываться на тебе. Ты тоже жертва этого, как его там... Громова.

— Всё же я не ошибся в тебе, — парень и сам не ожидал, как это вырвалось. Как говорят, мысли вслух.

Блондинка осторожно подвинулась к нему и накрыла своей ладонью его руку. Варламов поднял взгляд и столкнулся с её глазами. Никто не хотел обрывать этот зрительный контакт.

— Видимо, я тоже, — улыбаясь, отвечает. — После этого я еще больше убедилась в том, какой ты уверенный и храбрый. Стоит попробовать, — шепотом.

— Попробовать что?

— Построить отношения.

— Погоди, ты сейчас серьезно? — никак не мог поверить он.

— У тебя привычка задавать один и тот же вопрос? — слегка усмехнулась та.

Влад расплылся в теплой улыбке и уверенно потянулся поцеловать девушку. Лиля этого не ожидала, но не долго думая, ответила. Поцелуй был медленный и нежный, ребята наслаждались от каждого касания их губ.

— Лиль, ты почему дверь не заперла? — послышался голос Алекса, а затем и хлопот двери.

Лиля тут же отпрянула от Влада, растерянно посмотрев на него. У неё совсем вылетело из головы, что брат ходил за лекарствами. Влад же был не растерялся, скорее был удивлен визиту парня, ведь о нем не было никакой вести несколько дней.

— Ну вроде всё купил, только... — войдя в гостиную, читая список препаратов, он заметил Варламова и замер. — Не понял... Ты че тут делаешь?

— А мы с Лилей как раз о тебе и говорили. Где ты пропадал?

— Не твое собачье дело. Проваливай отсюда, — тон парня сменился на грубый.

— Алекс... — единственное, что смогла выдать Вершинина.

Влад бы точно ответил ему пару ласковых слов, но сдержал себя перед Лилей.

— Ладно, я так и так уходил. Пока. — Посмотрев в последний раз на девушку, он удалился из гостиной, немного задев Алекса плечом. Парень погнал за ним и остановил у лестницы.

— Какого черта?! — схватил его.

— Воу, осторожнее, — скинул с себя его руки. — Что так взъелся?

— Я тебя уже предупреждал держаться от Лили подальше, нет?

— Я совершил какое-то преступление? Хотя, стой, это щас смешно звучало, — рассмеялся.

— Ты, я смотрю, на веселе прям. Совсем не переживаешь перед операцией?

— Я профессионал с большой буквы, чего мне переживать-то?

— Ты кретин? — посмотрел на Влада с полным презрением.

— Ладно, ладно. Ну переживаю, конечно, — садится на лестницу, вздыхая. Алекс присел рядом. — Макса помнишь? Рассказывал. Брат Лины.

— Ну.

— Громов поручил мне убрать его.

— Убьешь его?

— Я... — парень немного запнулся. — Да не знаю я. Как я это сделаю? Вот как? Он был моим другом, да он брат Ангелины, черт возьми. Она только потеряла родителей, только представь, что она переживает. Как мне потом смотреть в её глаза?

— Ей необязательно знать кто его убил.

— Что?

— Не выполнишь задание — он прикончит твою мать. А так, Ангелина хотя бы не будет знать в лицо убийцу родного брата, а ты не потеряешь свой авторитет перед ней, — с усмешкой отвечает парню.

— Да ты конченный на голову, Вершинин.

— У нас много общего. Кстати, когда нападаете?

— Должны были через три дня, но из-за мамы Лины Громов перенес ещё на одну неделю. Как бы я хотел, чтобы этот день не настал.

— Вы готовитесь?

— Остальные да, я отпал немного.

— Что по плану?

— Первые две бригады ворвутся на их базы, будут штурмовать. Я с Комлевым идем в одну из них, самую основную. Габела в это время должен будет быть на совещании, это организует уже Громов. Четверо наших придут в его офис под видом обычных людей и технично избавятся от его водителя и охранника, который будет сторожить машину. Это для того, чтобы когда он сядет в машину, думая, что это его обыкновенный шофёр, за рулем будет наш человек и привезет его куда нужно будет. Перед этим, конечно же, им придется убрать в здании камеры, снаружи тоже. Тяжелая работа будет на базах. За пару часов до этого нам с Никитой ещё нужно будет прийти и установить мины, взрывчатки, бомбы.

— А как вы проникните-то в здание незаметно?

— Туда пойду я, Комлев всё подготовит на улице.

— А если вас поймают?

— Ну, тогда операция провалена, а мы трупы.

— Что, если они вас рассекретят раньше времени? Может уже даже знают и сами ждут наготове.

— Я говорил им, когда они взяли в заложницы Ангелину, но...

— Стоп, вот об этом я не в курсе, — перебил парня.

— Ты о многом еще не в курсе. В общем, уверен, что он воспринял это как блеф и отвлекающий манёвр. Он никогда в жизни не подумает, что Громов пойдет на такое. Ведь начнется настоящая кровавая бойня.

— Я хочу помочь.

— Не обговаривается, — отрицательно покачал головой.

— Да почему? Я уже с опытом.

— Какая тут нахрен разница? В этот день даже в меня могут всадить пули.

Алекс промолчал. Стало даже как-то обидно, что он не может ничем помочь. И вроде бы Влад его раздражал, но он точно не хотел бы, чтобы с ним что-нибудь произошло.

— Вам известно сколько их будет?

— На базах примерно человек по двадцать. Как только мы ворвемся, они понятное дело вызовут ещё.

— А вас то достаточно?

— Вполне.

— Просто не понимаю для чего всё это. Не факт, что выиграете вы.

— А Громову плевать на нас. Его цель — это Дато.

— Тогда ведь можно оставить его людей и провернуть дело только с его водителем, нет?

— Он хочет развлечения, поэтому, нет.

— Вот же урод...

•°• ✾ •°•

Варламов уже подъезжал к своему дому. Он хотел переодеться и сразу же поехать на базу, а затем и поговорить с Громовым, узнать, что с мамой. Заехав во двор, Влад заметил прямо у своих дверей Данила.

— Как вы достали меня... — закатил глаза.

Облокотившись о свою машину, Миронов ожидал Влада. Он сразу его увидел. Парень быстро припарковал автомобиль и вышел из него.

— Я не намерен разговаривать, — не дав брюнету и рта открыть, выдает, направляясь к дому.

— Понимаю, ты злишься, сам не хотел поступать так. Но, признай, иначе ты бы не пошел со мной.

— Ну естественно. Я, по-твоему, похож на идиота?

— Причем тут это?

— Да при том, — отворив ключами двери, поворачивается к парню. — Все проделки твоего дружка — самоубийство. Если Громов о нем узнает, не станет в первую очередь его, а затем тех, кто ему помогал. Ты хочешь этого? Всё бестолку. Как бы он не старался, он не посадит Громова в одиночку, — заходит в дом.

— Кто сказал, что в одиночку? — Даня проследовал за ним. — В одиночку может и да, но со своими людьми у него шансы есть. Единственное, что требуется от тебя, Влад, это достать нам такую же флешку, как когда-то Макс передал Лине. Тебе это будет сделать проще простого, согласись. Да хрен с этой флешкой, просто дай пару показаний и какие-то доказательства к ним, всё!

— У меня нет времени, будь добр покинуть мой дом, мне сейчас нужно будет уехать.

Данил хорошо понимал, что это бессмысленно. Хоть целая армия встанет перед ним, он все равно будет твёрдо стоять на своем. Задерживаться больше он не находил надобности.

— Понял тебя.

Миронов уже хотел направиться к выходу, но Влад внезапно заговорил:

— Кстати... — недолгая пауза, — Как там Лина?

— О-о-о, надо же, вспомнил. А навестить ты её не думал? Спросить лично как она. Ну, не знаю там, хотя бы из старой доброй дружбы.

— Я очень хочу это сделать, но пока не могу.

— И это к лучшему. Даже не пытайся встретиться с ней, тебя она точно не подпустит к себе.

— Где она?

— У себя, где ещё?

— Почему ты оставляешь её без присмотра? Черт, я доверил её тебе, а по итогу к ней приперлась эта мразь. Нам просто крупно повезло, что он ничего не сделал.

— Она не твоя собственность, чтобы ты распоряжался ей как хочешь, кому и когда доверять её, ясно? — гневно произнес брюнет.

На пару секунд повисло молчание. Парни молча смотрел друг другу в глаза, каждый был раздражен. И всё же эту тишину вскоре прервал Варламов.

— Дверь сам знаешь где.

Четыре дня спустя

А н г е л и н а

Вам знакомо такое состояние, когда тебе вроде бы хочется плакать, но ты не можешь. Нет сил даже на это. Полное чувство опустошения. Хочешь выплеснуть эмоции, отпустить скомканную боль, но ты как будто не можешь её отделить от себя. Словно она уже часть тебя, застряла и просто наслаждается этим местом. Мне вот знакомо. Я живу этим. Живу с момента, как прилетела в Питер. Хотя, нет. Я живу этим с момента, как рассталась с Владом, а то есть еще в Москве. Просто как? В какой же момент моя жизнь стала настолько никчемной? В какой момент все пошло не так? Где я допустила ошибку? Сколько же вопросов, но ответов на них мне никто никогда не даст.

— Солнце, будешь пить что-то? Чай, кофе? — Данил сел на край кровати и осторожно провел рукой по ее спине, поглаживая.

— Не хочу, — прижав к себе мамину кофту, ответила.

— Может есть хочешь?

— Нет.

— А может прогуляемся? Хотя бы немного, Лина, прошу... — в его голосе чувствовалось тревожность.

Я присела, облокотившись о спинку кровати, и посмотрела на него. Он слегка удивился, ведь за два дня, что он у меня, я всё лежала в кровати неподвижно. Мне звонили Лера, Кирилл, Рома, но я даже им не отвечала. Приезжали тоже, но Данил им давал понять, что я не хочу никого видеть. Что самое обидное, и, я бы даже сказала, неожиданное, что Влад ни разу не звонил, не писал и не приезжал. Вот это не было на него похоже. Может быть что-то случилось, но расспрашивать об этом я просто не в состоянии.

— Дань...

— Да, малыш? — трепетно взял за руку.

— Я тебя очень сильно люблю, безумно, — потянувшись, я прижалась к нему, крепко обняв, и уткнулась носом в его грудь. — Ты самое лучшее, что происходило в моей жизни. Я просто больше не хочу тратить время на злость и обиду. Мы и так многое упустили с тобой. И я очень благодарна тебе зато, что ты рядом. Правда, если бы не ты, я бы, наверное, совсем свихнулась.

— Ну что ты такое говоришь, маленькая? — сильнее обхватив меня руками, начал. — Я тебя тоже очень люблю, именно поэтому я никогда тебя не оставлю. Всегда буду рядом, слышишь? Что бы ни случилось, я с тобой, помни. И всё же, — немного отстранился, — Пойдём прогуляемся?

— У меня правда нет желания...

— Совсем немного, — перебил меня. — Тебе нужно подышать свежим воздухом.

— Ну хорошо, — сама того не ожидая, я согласилась. По его глазам было видно, как он обрадовался. Видеть искренние эмоции близких людей действительно приятно, сразу понимаешь, что ты им не безразличен.

— Тогда ты собирайся, я оставлю тебя, — поцеловав меня в лоб, он покинул комнату, закрыв за собой дверь.

Мой взгляд упал на черную кофту на моих коленях. Три дня назад ходила снова к Громову забрать мамины вещи. Большинство из них по-прежнему пахнут ею... Я чувствую мамин запах, мамины духи, чувствую, и словно переношусь во время, когда нам всем было хорошо, когда все были вместе. Чувствую её запах и внутри все ещё сильнее начинает ныть. И я просто не могу убрать её вещи куда-либо. Я положила их на кровать и засыпаю, прижимая к себе. До ужаса невыносимо. Чувствовать родной запах, но не видеть человека, не иметь возможности прикоснуться к нему, обнять.

Но всё же одним событием на душе мне чуточку стало легче, совсем немного, но боль она, конечно же, не забрала. В тот день, когда я поехала за мамиными вещами, я проникла в комнату, которую Громов всегда держал под замком. Я знала точно, что это та самая, о которой Кристина рассказывала, где он хранит фотографии своей умершей жены и прочее, связанное только с ней и с ним. Ну, а дальше...

Вечер. Мужчина находился дома с дочерью. Ангелина забрала чемодан с вещами, но это было далеко не всё.

Запах гари. Дым. Двое мужчин, охраняющие особняк, чуют и слышат, как что-то горит. Немедля врываются в участок, застав довольно яркую картину: Лина стояла у разведённого огня, бросая туда части фотографий, которые сама же рвала. Брюнетка, увидев данное зрелище с окна, в панике начинает звать отца. Как только мужчина взглянул в окно, убедившись своими глазами, они оба вылетели из дома.

— Какого черта, Марченко?! — не громко, но злым тоном обратился к девушке.

Та стояла без единых эмоций. Мужчина всмотрелся в фотографии, которые летели в пекло. Его лицо тут же сменило выражение, а глаза загорелись, так, как у самого дикаря.

— Ты спятела?! Что вы встали, — поворачивается к своим людям. — Тушите, идиоты! — махнул рукой.

Ангелина посмотрела ему в глаза и слабо улыбнулась. Ей было приятно в этот момент. Было приятно, что она вывела его, взяв за самое больное, за самое дорогое, что у него было. У неё вышло то, чего она хотела.

Охранники прибежали с огнетушителями и принялись за дело. Кристина молча наблюдала за всем, её охватил шок.

— Мелкая, паршивая дрянь, я прикончу тебя! — прошипел Алексей, налетя на девочку. Он схватил её за горло, начиная давить.

— Папа! — всё же найдя в себе силы, прокричала. — Пап, ты что делаешь? Отпусти, ты же задушишь её сейчас!

— Я это и делаю, Кристина, не лезь, — он продолжал держать её за шею, не ослабляя хватки. Воздуха совсем перестало хватать, лицо Ангелины начало медленно бледнеть.

— Папа, отпусти! Это всего лишь фотографии, прекрати! — продолжала кричать со слезами. — Ну сделайте же что-нибудь, он убьет её, — обратилась к работникам, но те даже и с места не сдвинулись.

Послышался хлопот дверцы машины, и в следующее мгновение появляется Миронов. Его удивлению не было предела, однако он не растерялся и принялся отцеплять мужчину от своей девушки. Получилось это не сразу, но всё же рука Громова соскакивает и Данил за шкирку швыряет его в сторону. Один из охраны тут же набросился на парня, заломив его руки за спину, а другой к своему начальнику.

— Лина, господи, ты как? — подбежала к ней девушка. Ангелина просто упала на колени, жадно глотая кислород в легкие.

— Руки убери свои! — вырывался Данил, но тот не был намерен отпускать его без дальнейших указаний.

После этого мы с Даней поехали ко мне и я попросила его остаться со мной. Чудом он успел тогда приехать вовремя, иначе страшно даже представлять что произошло бы. Но я ничуть не жалею. Я избавилась от самых тяжелых, но при этом любимых воспоминаний Громова. Я сожгла всё, что принадлежало только ему и его жене, ни оставив ничего. Я уверена, что так больно ему не было давно, но даже этого для него было слишком мало.