Глава 14

Мидория Изуку,

Это письмо было отправлено вам от имени приемной комиссии UA. Ваша заявка на участие в вступительном экзамене на курс Героя, который состоится 25 марта 2ххх, была принята. Дополнительные инструкции см. В разделе «Курс героя» Руководства по сдаче экзаменов. Если у вас возникнут вопросы или проблемы, свяжитесь с нами одним из предлагаемых нами способов связи. Мы желаем вам удачи на экзамене и с нетерпением ждем встречи с вами в кампусе.

Go Plus Ultra,

Приемная комиссия и персонал UA.

———————

Изуку держал письмо в руках, уверенный, что, если он отвернется, оно воспламенится или исчезнет в воздухе. Это почти не казалось реальным. Тот, кто отвечал за сканирование его анкет, должно быть, был либо слепым, либо неграмотным, потому что его беспричудный статус никак не мог остаться незамеченным. Даже его сфальсифицированный возраст не подвергался сомнению, если только его причудливость не была настолько шокирующей, что скрывала все остальные его детали, и в этом случае он не был уверен, было ли это благословением или нет.

Но это не имело значения, потому что он делал это. Изуку собирался сдать вступительный экзамен UA на курс героя, и независимо от того, провалил он это или нет, он мог, по крайней мере, сказать, что пытался.

У него было чуть меньше месяца, чтобы подготовиться к экзамену. К счастью, UA имел бесплатные практические тесты для письменной части экзамена, и у Изуку было много свободного времени, чтобы подготовиться к нему, так что его это не волновало. Его беспокоила физическая часть. Он понятия не имел, чего ожидать, но догадывался, что это было сделано, чтобы позволить претендентам продемонстрировать свои причуды. Ни для кого не секрет, что UA, как и большинство школ-героев, предпочитала учеников с яркими причудами. Это означало, что экзамен мог быть чем угодно, от полосы препятствий до имитации атаки злодея.

Какой бы ни была физическая часть экзамена, Изуку выложится на все сто. Что бы ни случилось потом, зависело от судьбы.

-----

Большинство людей полагали, что Настоящий Мик был шумным и легкомысленным героем, который полагался больше на харизму, чем на интеллект. Из-за его игривого образа ведущего радиошоу и яркой моды это было легко сделать. Но те, кто знал Хизаши, были хорошо осведомлены о его острых наблюдательных способностях, которые могли соперничать даже с Незу. Ямада Хизаши был хорошим другом, что было важнее его интеллекта.

Поэтому неудивительно, что он сразу обратил внимание на необычное поведение своего лучшего друга.

На выходных отсутствие общения с Айзавой Шотой не было таким значительным. Андеграундный герой не был самым общительным человеком, Хизаши был достаточно общительным для них обоих, однако Шота никогда не был из тех, кто полностью игнорировал текст Хизаши более суток. По крайней мере, Шота оставил бы его на прочтении.

Голосовой герой решил пока не паниковать. Он знал больше, чем кто-либо, что Шота был способным героем, с которым не нужно было суетиться. Поэтому, игнорируя легкое беспокойство, которое кружилось у него в животе, Хизаши планировал дождаться их следующей рабочей встречи в UA, чтобы проверить своего друга.

Но когда наступил вторник, а Шота не припарковался у кофеварки в гостиной для персонала, как обычно, беспокойство Хизаши по праву возросло. И перед началом встречи, когда Незу сообщил сотрудникам, что Шота взял отпуск с работы на следующие несколько дней, беспокойство Хизаши превратилось в панику.

Потому что Шота никогда не возьмёт с работы. Несмотря на то, что Шота жаловался на свою преподавательскую работу, этот человек относился к ней очень серьезно. Ни разу за всю свою педагогическую карьеру андеграундный герой не пропускал ни дня работы. Он мог быть в гипсе в полный рост и при этом успевать даже на самую скучную встречу.

Это могло означать только то, что что-то было очень, очень не так.

Сидя напротив него за столом для совещаний, Немури встретила его взгляд своим встревоженным взглядом. Он и Немури дружили с Шотой почти пятнадцать лет, и в то время как другие сотрудники могут быть менее обеспокоены его отсутствием, Хизаши не мог избавиться от чувства беспокойства, которое покрывалось под его кожей. Он был уверен, что Немури чувствовал то же самое.

Как бы он ни старался обратить внимание на речь Незу, что-то связанное с предстоящими вступительными экзаменами и новым преподавателем, Хизаши не мог удержать свой разум от разыгрывания всех возможных сценариев того, почему Шота необъяснимо пропал. Он мог, по крайней мере, отказаться от мысли о том, что его друг мертв, поскольку Незу сообщил им, что Шота был тем, кто взял отдых с работы, но все еще оставался миллион ужасных возможностей для выбора. Что, если он был серьезно ранен и боролся за свою жизнь? Что, если он был ужасно болен какой-нибудь неизлечимой болезнью?

Хизаши заставил себя снизить пульс и ровно дышать. Он знал, что не следует делать поспешных выводов. Очевидно, отсутствию Шоты было разумное и нормальное объяснение. Может быть, у его агентства была миссия в последнюю минуту, в которой им нужна была его помощь, и он просто забыл кому-нибудь рассказать. Это определенно было возможно.

Это было возможно, но это не помешало Хизаши и Немури броситься с собрания, как только оно закончилось, и запрыгнуть в свою машину, чтобы отправиться в квартиру Шоты.

«Я уверен, что это ничего, Хизаши. В любом случае, в этом году у него не было уроков, так что, возможно, он решил взять несколько выходных, чтобы поспать, - вяло возразила Немури.

Хизаши покачал головой, но не сводил глаз с дороги. «Ты знаешь, что он не из тех, кто просто берет выходные на пустом месте. И сегодня встреча была о вступительных экзаменах, а не о героическом факультете. Кроме того, он не отвечал ни на одно из моих сообщений с пятницы! »

«Он ненавидит текстовые сообщения, ты это знаешь».

"Да, но все же!"

Немури вздохнула. «Послушай, я тоже волнуюсь, но уверен, что все в порядке. Когда мы доберемся туда, он, вероятно, откроет дверь в раздражении и накричит на нас за то, что мы помешали ему вздремнуть. Или, может быть, у него наконец кризис среднего возраста, кто знает? "

Хизаши бросил быстрый равнодушный взгляд на героя с рейтингом R. «Нэм, у него кризис среднего возраста с шестнадцати лет».

Немури пожала плечами. «Ладно, тогда, может быть, он, наконец, преодолеет это и решил взять отпуск на пляж или что-то в этом роде. Бог знает, что ему это нужно ».

"Неа. Его машина все еще здесь, смотри, - указал Хизаши, припарковав свою машину на гостевом участке жилого комплекса.

Он и Немури, не теряя времени, выбрались из машины и поднялись по лестнице на пятый этаж. Где бы ни жил Шота, он всегда предпочитал жить на верхнем этаже, объясняя это тем, что находил утешение в высоте. Хизаши не понимал. Он терпеть не мог лестницы, а лифт в этом конкретном комплексе по какой-то причине требовал ключа доступа. Ключ доступа, которого у Хизаши не было.

По крайней мере, он был благодарен за то, что в тот день они не были одеты в костюмы своих героев, поэтому ему не пришлось подниматься на пять этажей в кожаных штанах.

Когда они наконец достигли двери квартиры Шоты, Хизаши, возможно, стукнул сильнее и громче, чем хотел.

Он провел почти тридцать секунд, затаив дыхание, в ожидании, пока дверь квартиры 502 со скрипом не открылась. Его плечи облегченно опустились, когда он увидел недовольное лицо друга, появившееся из-за двери. Шота был жив и, по крайней мере, достаточно здоров, чтобы их приветствовать.

«Боже, Шоу, ты напугал нас до смерти! Когда ты не пришёл на работу, мы подумали… »Именно тогда Хизаши наконец заметил красные глаза Шоты. Хотя в этом не было ничего необычного из-за причуды мужчины, его застало врасплох то, что его глаза также были слегка опухшими и влажными.

Шота плакал.

Шота никогда не плачет. Так же, как он никогда не пропускает работу.

«Шоу? В чем дело? Что случилось?" - спросил Хизаши необычно тихим голосом. Немури, должно быть, не видел Шоту с того места, где она стояла, но как только она отошла от Хизаши, он услышал ее тихий вздох.

«Шота, милый, что случилось?» - потребовала ответа Немури, уже проталкиваясь мимо Хизаши и проводя Шоту обратно в его квартиру. Шота нахмурил брови и впился взглядом в них обоих, но настоящего тепла за этим не было.

«Ничего не произошло», - пробормотал он, скрестив руки на груди. «Почему вы двое здесь?»

Хизаши ткнул пальцем в грудь мужчине. «Потому что сегодня ты взял выходной!»

Шота приподнял бровь. "А также?"

"А также! Ты никогда не берёшь выходной! »

«Я не понимал, что мне нужно ваше разрешение», - усмехнулся Шота. Хизаши выпятил нижнюю губу и скрестил руки на груди, отражая защитную стойку Шоты.

«Что-то не так, и мы не уедем, пока ты не расскажешь нам, что произошло», - сухо заявил Хизаши.

Шота вздохнул и потер глаза. Его волосы были собраны в беспорядочный свободный пучок, пряди падали ему на лицо. Он выглядел более измученным, чем обычно. "Опять таки. Я повторяю. Ничего не произошло."

Хизаши отказался сдвинуться с места. «И я повторяю. Мы не уедем, пока ты не скажешь нам, что случилось ».

«Шота, мы не глупы. Очевидно, ты плакал, - отметила Немури, бродя по гостиной. «В этом нет ничего плохого, я рада, что ты наконец преодолел свой эмоциональный запор, но если вас что-то беспокоит, мы хотим помочь».

Шота ущипнул себя за переносицу. "Смотрите. Я ценю ваше необоснованное беспокойство, но ...

«Нет», - прервал его Хизаши суровым, но все же тихим голосом.

"Нет?"

«Нет, Шота». Хизаши схватил Шоту за рукав и потащил его к дивану, в то время как Хизаши сел напротив него на кофейном столике. «Я не позволю тебе сделать это снова».

"Что сделать?"

"Это! Отключить нас! » В комнате воцарилась напряженная тишина. Он заметил, как Шота напрягся, и увидел, как на его лице нарисовалось хмурое выражение. Хизаши это не остановило. «Не относись к нам как к идиотам, Шу. Мы знаем, что ты чем-то расстроен. Что-то важное для тебя. Но если ты снова отключишь нас, мы не сможем тебе помочь, и я не позволю тебе двигаться по спирали, как ты сделал с Обо ...

- Стой, - прорычал Шота.

"Стоп что? Беспокоиться о тебе ?! Потому что-"

"Что это?" Голос Немури раздался из-за кушетки, отрезая Хизаши, прежде чем он успел разразиться тирадой.

И Хизаши, и Шота повернулись и посмотрели на Немури, который указывал на что-то на книжной полке. С того места, где он сидел, он не мог разобрать, на что она смотрела, но что бы это ни было, Шота вскочила с дивана.

«Немури, не надо». Хизаши не пропустил небольшой перерыв в голосе Шоты. Интересно узнать, что заставило его друзей толпиться вокруг книжного шкафа, Хизаши встал и присоединился к ним, только чтобы увидеть, что объект интереса был… плюшевым котом?

"Что?" Немури сказал с притворной невинностью: «Это мило. Я не приняла тебя за коллекционера плюшевых игрушек, но ... Боже мой. На нем шарф для захвата? "

Хизаши выглянул из-за плеч Немури, чтобы лучше рассмотреть, и увидел, что да, на коте было что-то похожее на сшитое вручную оружие для захвата.

- взвизгнул Немури. «Это восхитительно! Где ты это взял?" Она потянулась за плюшем, но ее мгновенно перехватил Шота, осторожно схвативший ее за запястье.

«Не надо», - снова сказал Шота. Затем более мягким тоном: «Пожалуйста».

Шота отпустила запястье Немури, но она замерла, глядя на него с явным беспокойством. Хизаши был уверен, что смотрит на своего друга с таким же выражением лица. Он не мог вспомнить, когда в последний раз слышал такой огорченный голос Шоты.

«Эй, Шоу?» Хизаши нежно положил руку на плечо своего друга. «Пожалуйста, расскажите нам, что случилось». Хизаши наблюдал, как Шота прикусил его за щеку, его глаза смотрели на плюшевую игрушку с таким отстраненным взглядом, как будто маленькая кошка хранила свои секреты.

Шота снова потер глаза, глубоко вздохнул и начал рассказывать им историю.

Это была история о маленьком линчевателе не старше двенадцати. Маленький мальчик с глазами, полными боли, но с сердцем, таким полным любви, который нелегко доверял, но готов был рискнуть своей жизнью ради кого угодно. Кто любил кислые конфеты и сок, уличных кошек и похлопывать по головам, кто любил анализировать причуды и строить изобретения. Это была история о передаче записок и ночных разговорах в мягком свете торгового автомата.

Это была чудесная сказка о подпольном герое и робком мальчике, которые нашли друг друга в дружеских отношениях.

Это была душераздирающая история, которая закончилась тем, что жестокость мира была слишком велика для ребенка.

Это была история, которая не закончилась «долго и счастливо».

Не было «после», был только «конец».

Все время, пока Шота говорил мягким и далеким голосом, он ни разу не отвел взгляд от мягкой кошки, невинно сидящей на полке. За последним его словом последовала густая тишина, словно занавес упал после спектакля, но не было ни аплодисментов, ни оваций. Просто тяжелое горе, которое глубоко укоренилось в их костях.

Немури хотела нарушить молчание, она не собиралась нарушать своего друга. «Ты любила его, не так ли?» Она прошептала, ее голубые глаза искали водянистые ониксовые.

Именно тогда, впервые после школы, Немури и Хизаши увидели, как плачет их лучший друг. Он был безмолвен - трясущиеся плечи и тихие слезы, но для Шоты Айзавы это могло также быть плачущими рыданиями. Хизаши ничего не мог сделать, кроме как прижать друга к себе, когда он развалился.