20 глава.

но это произошло только на одно мгновение. ровно до тех пор, пока я не открыла глаза и не увидела его лицо — красивое, доброе, порядочное. лицо человека, который никогда не держал ножа. который никогда не смотрел на кровь с улыбкой. который не целовал меня в полупустом автобусе под аккомпанемент собственного безумия.

я поняла, как ошибаюсь.

Итан красивый, добрый, порядочный. но нужен он мне? нет. сто процентов нет. я не заслуживаю такого. и он не заслуживает такой, как я. я слегка оттолкнула его — мягко и твердо одновременно, вытерев губы рукой.

— извини, мне пора домой, — сказала я, и, не дожидаясь ответа, вскочила со скамейки и побежала прочь.

кеды стучали по асфальту, ветер бил в лицо, и я слышала его крики позади себя. Итан звал меня по имени, просил остановиться, что-то объяснить. но я не останавливалась. я бежала, не оглядываясь, пока голос не затих где-то далеко за спиной, пока парк не остался позади, пока я не вылетела на знакомую улицу, ведущую к дому. слез не было, только пустота и стучащие в висках мысли: что со мной не так? почему я не могу быть с нормальным человеком? почему меня тянет к тому, от кого нужно бежать без оглядки?

я забежала домой. ключи дрожали в руках, и я едва попала в замочную скважину с первого раза. дверь со стуком захлопнулась за моей спиной, и я быстрым шагом направилась в ванную, даже не снимая кед. темный коридор, свет в ванной щелкнул резко, ударив по глазам. я взглянула на себя в зеркало и оперлась руками на умывальник, пальцы побелели от напряжения.

я смотрела на свое отражение — растрепанные волосы, сбившееся дыхание, расширенные зрачки. в голове гудело. я не хочу сходить с ума, но меня привлекает не обычный человек, не добрый, а психованный убийца. тот, кто убил мою лучшую подругу. тот, кто хочет видеть страх в глазах своих жертв. почему я не могу влюбиться в Итана? почему сбежала от его поцелуя, словно от огня, и при этом целовала Джеффа в автобусе, зная, кто он?

да, я была в детстве странненькой. рисовала всякую дичь — черные фигуры, искаженные лица, сцены, которых не могло быть в голове у нормального ребенка. от этого в младшей школе надо мной подшучивали. одноклассники шептались за спиной, девочки отодвигались от меня за партой. но это успокоилось, ведь я выросла и вела себя нормально. перестала рисовать, научилась улыбаться, научилась быть как все. так что сейчас не так? что пошло не по плану? я же не настолько свихнулась. не настолько, чтобы бежать от доброго парня и тянуться к ножу.

я включила холодную воду. ледяная струя ударила в раковину, я зачерпнула ладонями и окунула лицо. вода обожгла кожу, стекла по подбородку, капнула на футболку. волосы слегка намочились, темные пряди прилипли ко лбу. я подняла глаза на зеркало — и мир перестал существовать.

в зеркале вместо себя я увидела Джеффа. его отражение смотрело прямо на меня — с улыбкой. безумной улыбкой. эти разрезанные губы, растянутые почти до ушей, эти белоснежно-голубые глаза, горящие в свете ванной. я замерла, не в силах пошевелиться. сердце пропустило удар. я встряхнула головой — резко, отчаянно — и вновь взглянув на зеркало, увидела себя. только себя. бледную, мокрую, с каплями воды на ресницах.

я смотрела на свое отражение и не узнавала его. Мэд бы очень расстроилась, увидев меня в таком состоянии. она бы схватила меня за плечи, встряхнула и сказала вернуться в реальность. но я не плакала, только сухие, горящие глаза. я просто испуганно смотрела в зеркало, вглядываясь в собственное лицо, будто пыталась найти в нем ту Дженну, какой была раньше.

я не могу просто взять и сойти с ума только из-за общения с убийцей. это было бы слишком просто. слишком глупо. да и не думаю, что на это повлияла смерть подруги. внутри меня было что-то еще — что-то темное, что спало годами, а теперь проснулось. и оно тянуло меня туда, куда не следовало идти.

руки ужасно тряслись, я пыталась восстановить дыхание. грудь ходила ходуном, воздух вырывался с хрипом, будто я только что пробежала марафон. стук моего сердца, казалось, был слышен на другой улице — гулкий, тяжелый, бешеный.

я постояла еще пару минут около зеркала, опираясь на умывальник, пытаясь унять дрожь в руках. затем выпрямилась, выключила воду и пошла в коридор. я взяла ключи, не глядя, сунула в карман джинсов и вышла на улицу. дверь захлопнулась, уличная тишина проглотила меня.

не знаю, чего именно я хотела — просто прогуляться или же увидеть Джеффа. я сама себе боялась признаться в ответе на этот вопрос. я ходила по всем переулкам — знакомым и незнакомым, освещенным и темным, заглядывала в арки, обходила гаражи. но его не было. как назло, когда он нужен, его нет. я шла по очередному переулку, пиная камушки под собой, и думала о том, что, возможно, схожу с ума быстрее, чем предполагала.

внезапно позади послышался бег — быстрый, тяжелый, с глухим стуком кед по асфальту. я не успела обернуться. меня подхватили за талию — резко, грубо, — зажали рот ладонью и завели за угол, где был тупик. кирпичная стена уперлась мне в спину, я подняла глаза и увидела Джеффа.

его лицо было слегка в крови — свежей, еще блестящей, с капельками на скуле и подбородке. кофта тоже была в темных пятнах, которые расползались по белой ткани. он смотрел на меня, и в его глазах было всё сразу — и недоумение, и безумие, и какая-то пугающая радость. он дышал часто, но не тяжело, будто только что вышел из драки.

— что ты тут делаешь? — спросил он, и его голос был низким, напряженным.

я молча смотрела на него. в горле пересохло, слова застряли где-то глубоко, не желая выходить наружу. он не выдержал тишины.

— не молчи, сука! — крикнул он, и его глаза вспыхнули злобой.

— я искала тебя, — сказала я тихо, глядя ему прямо в глаза.

он слегка удивился — брови дернулись вверх, губы поджались, будто он не ожидал услышать такое. его голос смягчился, потеряв прежнюю жесткость.

— меня ищут копы, — сказал он, и в его тоне проскользнула какая-то странная, почти детская обида.

— я знаю, — ответила я.

— нет, ты не поняла, — он наклонился ближе, и я почувствовала запах крови. — прямо сейчас.

— так ты же мастер скрываться, — сказала я, не отводя взгляда.

он криво усмехнулся, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на гордость.

— даа, — протянул он, — но я напал на него прямо в парке, не подумав о лишних глазах.

— на кого напал? — спросила я, и мой голос прозвучал почти шепотом.