Глава 89:Конец

После многочисленных оценок физического состояния Цзян Сюя и обсуждений с опытной хирургической бригадой Шэнь Фанъю назначил дату операции на 1 апреля, ранее рассчитанный срок – День смеха.

Цзян Сюй также переехал в резиденцию, подготовленную Чжэн Ци для них за неделю вперед.

Каждый день Шэнь Фанъю выделял время, чтобы попрактиковаться в хирургических навыках в Цзихуа и посещать встречи с хирургической бригадой. В остальное время он оставался дома с Цзян Сюй.

Итак, Цзян Сюй и Шэнь Фанъюй неоднократно анализировали видео операции доктора Кенна и первую половину видео доктора Альберта вместе. Они были настолько знакомы с процедурой, что почти знали ее наизусть.

После ряда соображений и обсуждений предоперационная подготовка и план операции были в основном основаны на документе доктора Кенна с некоторыми корректировками в некоторых деталях.

Дом в пригороде был намного просторнее городского, а место было чистым и тихим. Они вдвоем либо читали документы, либо обсуждали их в кабинете, либо пересматривали видео, которое чуть не досмотрели до смерти.

Иногда Шен Фанъю не мог удержаться от нескольких комментариев: "Прошло более десяти лет с момента вступительных экзаменов в колледж, но я чувствую, что снова вернулся на третий курс средней школы".

Задаю вопросы снова и снова, сдаю несколько экзаменов, постоянно пересматриваю, анализирую, обобщаю и размышляю, и вижу, как красные цифры на часах обратного отсчета становятся все меньше и меньше.

Цзян Сюй опустил голову, чтобы посмотреть на табличку, тусклый закат падал на его боковое лицо. Шэнь Фанъюй оглянулся, и у него даже возникла галлюцинация, что Цзян Сюй учится с ним в классе средней школы.

День операции приближался день ото дня. В последний вечер, когда они в последний раз закончили просмотр видео, Шэнь Фанъю выключил проектор и забрал планшет Цзян Сюя.

"Я больше не хочу смотреть. Сегодня вечером мы должны хорошо отдохнуть". Он встал и потянул Цзян Сюя за руки. "Пойдем, я приготовлю тебе немного острого зеленого перца из тигровой шкуры".

Вращающееся кресло Цзян Сюя последовало за движением Шэнь Фанъюя и повернулось на девяносто градусов, заставив его повернуться к нему лицом.

Он сидел на стуле с некоторой беспомощностью, позволяя Шэнь Фанъю держать его за руки и смотреть на него снизу вверх, когда тот критиковал: "Ты не хочешь учиться, значит, ты решил не позволять учиться и другим?"

Шэнь Фанъю захотелось рассмеяться: "Тебе следует перестать быть академическим тираном, Цзян Сюй первым. Я полностью готов, и мне просто нужно повторить это один раз. Я знаю это наизусть, ничто не может пойти не так."

"Ты вполне уверен в себе". Цзян Сюй улыбнулся, схватил руку Шэнь Фанъю и пожал ее. "Помогите мне подняться".

Шэнь Фанъю применил немного силы, и он последовал за силой, чтобы встать. Затем он отпустил руки Шэнь Фанъю и поддержал его за талию, взволнованно вздыхая: "Я становлюсь все тяжелее и тяжелее".

"Действительно, позволь мне взвесить тебя".

С этими словами Шэнь Фанъю внезапно поднял Цзян Сюя, который не был удивлен и знал, что Шэнь Фанъю не мог уронить его, поэтому он не сопротивлялся и позволил ему обнять себя.

"Почему ты сегодня в таком хорошем настроении?" Воскликнул Шен Фанъю.

Цзян Сюй обхватил его рукой за шею и оперся на его плечо, сказав: "Я к этому привык".

Было все еще довольно сложно каждый день переносить вес ребенка, поэтому Шэнь Фанъюй пронес Цзян Сюя через гостиную в столовую, где он положил для него мягкую подушку на стул и медленно опустил его.

Пока мыл овощи, Шэнь Фанъюй непринужденно болтал.

"Привет, Цзян Сюй, что ты делал ночью перед вступительными экзаменами в колледж? У тебя была бессонница?"

"Перед вступительными экзаменами в колледж? Дай мне подумать..."

Цзян Сюй оперся на одну руку, наблюдая за Шэнь Фанъю, серьезно одетым в фартук и выглядящим как шеф-повар. "Я помню, что в то время мне очень хотелось съесть лапшу быстрого приготовления, " сказал он, " но мои родители никогда не разрешали мне ее есть, поэтому после школы я пошел в супермаркет, чтобы купить пачку. Когда мои родители заснули, я тайком приготовил и съел ее. Она была восхитительна. "

"Я заснул после того, как съел лапшу, и у меня не было особых проблем со сном".

Шэнь Фанъю, казалось, наконец понял, почему у Цзян Сюя дома была такая огромная башня с лапшой быстрого приготовления.

"А как насчет тебя?" Цзян Сюй спросил его.

"Я пошел в кинотеатр рядом со своим домом и посмотрел фильм. В то время кинотеатр был не так переполнен, как сейчас, и в городе Б было мало людей. Кинотеатр не был заполнен даже на одну пятую. У меня был родственник, который работал там и показывал фильмы. В тот день никого не было дома, и когда мне не захотелось читать после школы, я решил просто пойти туда."

"Ты помнишь, что ты смотрел?"

"Я не помню, " твердо сказал Шен Фанъю, " но это определенно был не фильм ужасов".

Цзян Сюй не смог удержаться от смеха. Через некоторое время он внезапно встал, подошел к Шэнь Фанъю и развязал его фартук.

"Что ты делаешь?" Шен Фанъю поддразнил его: "Мы играем в кухонные игры?"

Цзян Сюй искоса взглянула на него и сняла фартук. "Хватит готовить. Пойдем купим лапшу быстрого приготовления".

"Что?"

"Может быть..." Цзян Сюй сделал паузу и тихо сказал: "Если мы сделаем то, что делали перед вступительными экзаменами в колледж сегодня вечером, завтра все пройдет так же гладко, как и вступительные экзамены в колледж".

Шен Фанъю был ошеломлен его словами, и его ресницы слегка задрожали.

Через мгновение он вытер руки и взял Цзян Сюя за руку. "Ладно, давай разок побудем суеверными и пойдем покупать лапшу быстрого приготовления".

Два врача, которые должны были быть в операционной на следующий день, сделали перерыв и сели вместе съесть два пакета лапши быстрого приготовления. Они также посмотрели комедийный фильм среди ароматных приправ к лапше.

Возможно, из-за того, что давление было слишком велико, или из-за того, что они все это время смотрели фильмы ужасов, просмотр комедийного фильма показался им особенно необычным. Они от души рассмеялись и расслабились, чувствуя себя очень комфортно.

Когда они закончили уборку и легли спать, Шэнь Фанъюй погладил Цзян Сюя по челке и вспомнил: "Я впервые вижу, чтобы ты так много улыбался".

Цзян Сюй просто слегка приподнял уголок рта и ничего не сказал.

Шэнь Фанъю посмотрел на него и увидел, что он молчит, поэтому снова поцеловал кончики его пальцев и спросил: "О чем ты думаешь?"

Рука Цзян Сюя лежала у него на животе, и он ответил не сразу. Спустя долгое время он сказал Шэнь Фанъю: "Скажи ей 'увидимся завтра"".

"Хорошо", - Шэнь Фанъю быстро сел и поцеловал выпуклый живот Цзян Сюй, сказав нежным тоном: "Увидимся завтра".

Возможно, именно это предложение заставило маленькую девочку, которая все время была суетливой, с нетерпением ждать его. В ту ночь она была необычайно понимающей и не потревожила сон Цзян Сюя.

Цзян Сюй думал, что сегодня он определенно будет страдать от бессонницы, но он спал спокойнее, чем в любую другую ночь за последний месяц. Он заснул слишком быстро и слишком глубоко, даже не осознавая, что Шэнь Фанъю не мог уснуть до поздней ночи.

Машина, которая была назначена на раннее утро, довезла его до больницы. Из-за предоперационного голодания и ограничения воды Цзян Сюй почувствовал небольшую слабость.

После прохождения предоперационного обследования он сменил одежду и обувь и впервые вошел в операционную в качестве пациента, только чтобы обнаружить, что внутри был только Шэнь Фанъю.

"Где остальные?" Спросил Цзян Сюй.

"Они придут позже", - сказал Шен Фанъю. "Ты можешь сначала прилечь".

Он помог Цзян Сюю отрегулировать перегородку, которую он установил заранее, а также небольшой видеопроигрыватель над его головой. Это была просьба Цзян Сюя. Он надеялся наблюдать за всем хирургическим процессом.

Шэнь Фанъюй беспокоился, что у него может возникнуть реакция стресса при просмотре такой сцены, но Цзян Сюй просто сказал: "Если ты осмелишься посмотреть, я осмелюсь посмотреть".

"Этот угол подходит?" спросил он.

Цзян Сюй кивнул.

Шен Фанъю поднял руку и сделал жест большим пальцем вверх: "Этот жест означает паузу", - он сделал еще один жест большим пальцем вниз, - "Этот жест означает, что ты хочешь мне что-то сказать".

Чтобы предотвратить несчастные случаи, они готовились к вдыханию кислорода на протяжении всего процесса. Кислородная маска повлияла бы на речь Цзян Сюя, поэтому Шэнь Фанъюй придумал эти небольшие сигналы. "Если ты почувствуешь, что что-то не так во время операции, будь то состояние вашего тела, или ты заметишь какие-то детали, или ситуация станет особенной после лапаротомии, и тебе нужно обсудить со мной корректировку операции, ты можешь прервать меня в любое время ".

Цзян Сюй издал звук согласия. Он подождал некоторое время и обнаружил, что Шэнь Фанъю все еще стоит рядом с ним, бездельничая. Он протер спиртом видеоплеер у себя над головой, протирая его снова и снова, не зная, хочет ли он продезинфицировать его или наполнить свой нос запахом алкоголя.

Цзян Сюй дважды кашлянул. Колебания гормонов на поздних сроках беременности сделали его немного раздражительным. "Чего ты медлишь? Ты можешь это сделать или нет?"

Это было очень странно.

Это предложение, казалось, вернуло их к тем временам, когда они были в ссоре друг с другом, и нервозность, которая оставалась в сердце Шэнь Фанъю, внезапно исчезла. Он мог бы даже пошутить: "Не бойся. Я обещаю тебе, что с моим многолетним опытом работы в этой профессии, если ты не сойдешь с операционного стола живым, я потрачу деньги, чтобы купить тебе могилу ".

Цзян Сюй повернул голову в сторону. "Кто, черт возьми, боится—"

Пока ты говоришь, что не боишься... Я не буду бояться.

Кислородная маска, прикрепленная к лицу Цзян Сюя, приглушала его голос.

Перед тем, как включить камеру в операционной, все, что осталось в обычных беззаботных глазах доктора Шен, была глубокая любовь.

"Я не могу поцеловать тебя сейчас, но я всегда буду с тобой".

"Цзян Сюй, " сказал Шэнь Фанъю, - хотя этот ребенок родился в День дураков, поверь мне, я не шучу".

После выступления он глубоко вздохнул, нажал кнопки видео- и аудиозаписи, а затем повернулся и вышел из операционной.

"Приготовьтесь к дезинфекции и анестезии".

Когда он вернулся, хирургическая бригада уже была на месте, а лицо Шэнь Фанъюя ничего не выражало.

Его волосы были прикрыты синей хирургической шапочкой. Он поднял вымытые руки и под пристальным взглядом Цзян Сюя подождал, пока медсестра за его спиной завяжет стерильный хирургический халат.

Он надел белые латексные перчатки, завернул рукава и развязал поясной узел. Он передал медсестре правый пояс, повернул и завернул сзади, а затем медленно завязал узел перед грудью.

Движения, которые он выполнял бесчисленное количество раз, все еще казались искусными в этот момент, без видимых отличий от любого другого времени.

Шен Фанъю подошел к передней части операционного стола и посмотрел на место, где были продезинфицированы полотенца. Под прикрытием светло-голубой маски он сделал очень долгий глубокий вдох.

Площадь полотенец была очень широкой, поэтому он не мог видеть лицо Цзян Сюя под этим углом.

Поэтому он опустил глаза и должен был стать абсолютно спокойным хирургом, когда брал в руки скальпель.

Острый скальпель слой за слоем разрезал тело его возлюбленного, и инструкции продолжали выдаваться одна за другой.

"Приготовьтесь к удалению плода".

"Очистите амниотическую жидкость и остаточные оболочки".

"Подтверждаю укорочение матки".

"Приготовьтесь к исследованию брюшной полости".

"Все органы в хорошем состоянии, готовы к удалению".

Руки Шен Фанъю были очень твердыми.

Жизненные показатели Цзян Сюя также были очень стабильными.

Он спокойно наблюдал за знакомыми хирургическими изображениями на экране, неоднократно сравнивая их с операцией, проведенной доктором Кенном.

За исключением того момента, когда он услышал плач Сяосяо и его сердцебиение ускорилось, все его данные были довольно стабильными.

А доктор Шен, который принимал роды у многих детей, успел взглянуть на свою дочь только один раз, перерезал пуповину, а затем вновь сосредоточил свое внимание на Цзян Сюе.

Плач был очень громким. Ее волосы были очень черными и густыми, а цвет лица - очень красным и влажным.

Большинство новорожденных покрыты морщинами и всевозможными грязными вещами, но Сяосяо, похоже, такой не была. Шэнь Фанъю даже задавалась вопросом, не было ли это из-за того, что Цзян Сюй передал ей свою одержимость чистотой.

Но с первого взгляда Шен Фанъю поняла, что она очень здоровый ребенок.

Чтобы не мешать продолжающейся операции, врачи отделения новорожденных перевели маленькую девочку в другую палату. Подготовленный инкубатор не использовался, и маленькая девочка наслаждалась своим появлением на свет в окружении врачей, в то время как ее отцы все еще были сосредоточены на операции в операционной.

Возможно, с рождением этого счастливого маленького ребенка она подарила своим двум отцам супер-удачу.

Ко всеобщему удивлению, операция прошла очень гладко. Во внутренних органах Цзян Сюя не было спаек, и состояние его органов было почти идентичным состоянию пациента на видео доктора Кенна.

На протяжении всей операции практически не было изменений в заранее подготовленном хирургическом плане. Все шло по плану. Это происходило шаг за шагом и с большой уверенностью. Можно сказать, что операция была идеальным повторением операции доктора Кенна.

Поскольку ситуация прошла гладко, а движения Шен Фанъю были достаточно быстрыми, вся операция была даже короче, чем у доктора Кенна.

Это была ситуация, которую никто не смел представить или ожидать до операции.

Но это стало реальностью.

Долго подвешенное сердце, наконец, немного расслабилось. Накладывая последние швы, Шэнь Фанъю внезапно вспомнил свой разговор с Цзян Сюй о вступительных экзаменах в колледж прошлой ночью.

За полгода до вступительных экзаменов в колледж он действительно находился под большим давлением.

Он сказал себе, что должен быть лучшим бомбардиром и выступать не хуже своего брата. По этой причине он усердно работал день и ночь, прошел несколько экзаменационных вопросов для средней школы и бесчисленное количество конкурсных вопросов повышенной сложности.

И как одна из двух сильнейших средних школ в городе Б, средняя школа № 4 повысила уровень сложности пробных экзаменов, заставляя учеников жаловаться и испытывать беспокойство весь день напролет.

В то время, чтобы "мотивировать студентов", на экзаменах продолжительностью в два или два с половиной часа задавалось бесчисленное количество сложных вопросов. Вам приходилось писать непрерывно, как будто от этого зависела ваша жизнь, и даже минутное отвлечение могло привести к незавершенному экзамену.

Однако, когда Шен Фанъю сидел в комнате для вступительных экзаменов в колледж и просматривал экзаменационную работу, он обнаружил, что уровень сложности был довольно средним, а все вопросы были обычными, которые он отрабатывал тысячи раз.

Перед экзаменом у него было бесчисленное количество мыслей. Что, если он не наберет наивысший балл, что, если он неправильно прочитает вопрос, что, если он пропустит десятичную точку, что, если он столкнется с задачей, за которую даже не смог взяться, что, если общая сложность была слишком высока и экзамен не удастся сдать. Что бы он сделал?

Но на самом деле ни одной из этих ситуаций не произошло.

Часто в жизни это, вероятно, похоже на вступительный экзамен в колледж. Часто самой сложной частью является процесс подготовки, и самое важное, что нужно проверить, - это менталитет во время экзамена.

И когда подготовка достаточна, а мышление достаточно стабильно, когда дело действительно доходит до трудного момента, это не так сложно, как представлялось.

Возможности предоставляются тем, кто подготовлен.

После стольких приготовлений и воображения бесчисленных захватывающих ситуаций, даже тысячу раз думая о жизни и смерти, он, наконец, обнаружил, что, поскольку все было слишком гладко и просто, ни одна из этих приготовлений не понадобилась.

Это была удача, а также дар небес, когда они иногда благоволили смелым людям, которые не боялись трудностей.

Точно так же, как Цзян Сюй и он сам сейчас.

Он все еще помнил последний экзамен. После двойной проверки до конца экзамена оставалось еще десять минут.

Скучающий Шен Фанъю выглянул в окно. В тот летний день солнце ярко светило над пышной зеленью

Когда прозвенел звонок для сдачи экзаменационной работы, он вышел из экзаменационной комнаты с прозрачным пакетом канцелярских принадлежностей и входным билетом, и его встретил ослепительный солнечный свет.

Он стоял в коридоре и лениво потягивался, не замечая, что так же, как и он, ученик средней школы № 6 прислонился к стене коридора неподалеку, греясь на солнце и наблюдая за прекрасными вспышками света и теней на верхушках деревьев снаружи.

Автобусы, которые забирали учеников из средней школы № 6 и средней школы № 4, были припаркованы на противоположных сторонах парковки, на одном был вывешен баннер с надписью "Средняя школа № 6 победит", а на другом - лозунг с надписью "Средняя школа № 4 победит".

Но это не имело значения.

Потому что в тот вечер он встретил ученика средней школы № 6 в интернет-кафе a не в городе B.

И эта встреча была на всю жизнь.

————-

"Вы усердно работали, доктор Шен".

"Спасибо, но вы тоже усердно работали".

"... и пациент тоже", - Шэнь Фанъю не смог назвать его имени, но ему пришлось включить это предложение: "Вы усердно работали".

Видео было поставлено на паузу, пока они обменивались любезностями. Анестезиолог сказал Шэнь Фанъю: "Сначала тебе следует отдохнуть. Ты занимаешься этим три или четыре часа подряд. Я здесь за всем присмотрю.

Шэнь Фанъю покачал головой и упрямо оставался с Цзян Сюем, пока не прошел наркоз, а затем сопроводил его в отделение интенсивной терапии.

На самом деле, состояние Цзян Сюя было очень хорошим, и все согласились, что ему не нужно было заходить, но на всякий случай они оставили его на ночь, чтобы предотвратить любые непредвиденные обстоятельства.

Цзян Сюй лежал на больничной койке и выглядел немного усталым. После того, как все разошлись, Шэнь Фанъюй сел у его кровати и держал руку с капельницей.

"Ты видел ее?" - спросил он. "Сяосяо такая хорошенькая".

Цзян Сюй не видел ее собственными глазами, но через экран, который приготовил для него Шэнь Фанъю, он увидел момент, когда Сяосяо появилась и покинула его тело.

На самом деле он хотел увидеть Сяосяо, но в данный момент это было не совсем уместно.

Заметив мимолетную грусть в глазах Цзян Сюя, Шэнь Фанъюй пошутил: "Твои внутренние органы тоже очень красивы".

"Тск", - Цзян Сюй поднял глаза к потолку. "Я никогда не слышал, чтобы кто-то хвалил так, как ты".

Заметив намек на улыбку в его глазах, Шэнь Фанъю взяла его за руку и потерла лицо. "Этим утром Чжан Чэн прислал мне сообщение, в котором сообщил, что домашние дела завершены. Когда у тебя появится энергия, мы можем начать рассматривать поэтажные планы."

Цзян Сюй издал тихий звук "мм".

В первый день апреля сладко пели птицы.

В два часа дня ярко светило солнце, и разноцветные золотые пятнышки освещали пышные верхушки деревьев.

"Еще через два месяца цветы лотоса будут в цвету", - сказал Шэнь Фанъю. "Мы можем сводить Сяосяо в ботанический сад, чтобы посмотреть на них. Когда наступит осень, мы отведем ее к гибискусам Медицинского университета, чтобы сфотографироваться, а зимой мы можем пойти в сливовый сад ... но, " поддразнил он, - давай не будем приводить Сяосяо в сливовый сад ".

Цзян Сюй одарил его легким взглядом, и Шэнь Фанъюй продолжил: "Когда следующей весной Сяосяо исполнится год, мы возьмем ее посмотреть на золотые поля с цветами рапса. Я отнесу оборудование, а ты сможешь ее сфотографировать. Они будут даже лучше, чем те, что сделаны в студии ".

"... Мы должны сделать много-много фотографий и развесить их дома или оформить в альбомы".

"И мы будем жить в еще большем и лучшем доме с Сяосяо, и заживем более счастливой и наполненной жизнью".

В году четыре времени года и четыре радости в жизни.

Прекрасный и величественный сон был наполнен бесконечной нежностью, и Цзян Сюй закрыл глаза и спросил: "Это рецепт, который выписал для меня доктор Шэнь?"

"Да", - голос Шен Фанъю был очень нежным. "Но в нем отсутствует самое важное предложение".

"Доктор Цзян, " сказал он, " я люблю вас".

!!КОНЕЦ!!

*******
Вот и конец основной истории. Я была рада прочитать её и сделать более читабельной для вас. Следующие главы-это экстра. А так же есть главы про Ян Лэя и Хо Ченчу. Надеюсь все кто прочёл эту новеллу остались довольны ей и у них остались положительные эмоции. Я так же буду рада прочитать ваши коментарии по поводу новеллы. Сама я хотела во многих местах вставить коментарии, но посчитала это излишним. Всем спасибо за прочтение