Глава 2. Лопнувшая шина.
Глава 2. Лопнувшая шина.
Башня и Центр управления подходом. Международный аэропорт Дасин, Пекин.
Аэропорт Дасин, который был построен относительно недавно, имел семь взлётно-посадочных полос с ежегодной пропускной способностью семьсот тысяч рейсов. Во время пиковой нагрузки десятки диспетчеров воздушного движения в небольшой башне координировали до восьмисот перемещений воздушных судов в час. Каждую минуту диспетчеры командовали движением более десятка самолётов, которые совершали взлёт и посадку.
Сентябрь в Пекине был не очень жарким, к тому же кондиционер в башне всегда был включён. Однако Ван Чжаньбо, диспетчер подхода, всё равно был покрыт тонким слоем пота. Он закончил учебу всего два года назад и перевёлся в Пекин из небольшого аэропорта провинции Цзилинь, но всё никак не мог привыкнуть к большому транспортному потоку. Пятница, из-за множества людей, отправляющихся путешествовать на выходные, была самым загруженным днём недели. Это время, когда проще всего допустить ошибки, поэтому Ван Чжаньбо помнил уроки своего наставника и отдавал каждую команду как можно более точно и быстро. К счастью, сегодня его наставник был рядом, отчего Ван Чжаньбо чувствовал себя немного спокойнее.
И вот в таком напряжении и волнении долгая дневная смена прошла довольно быстро.
Наставником Ван Чжаньбо был Фан Хао. На первый взгляд он был примерно того же возраста, что и Ван Чжаньбо, и даже изредка возникали ситуации, когда люди путали их, думая, что это Ван Чжаньбо наставник Фан Хао. Возможно, из-за того, что за последние два года тот очень коротко стригся, это придавало ему студенческий вид, хотя на самом деле Фан Хао было уже двадцать девять. Он был старшим диспетчером в аэропорту Дасин в Пекине и одним из первым, кто перевёлся из главного аэропорта Пекина* в аэропорт Дасин. Сегодня он не работал за микрофоном, а просто наблюдал за действиями Ван Чжаньбо, но внимание Фан Хао не расслаблялось ни на мгновение.
Примечание переводчика:
* В Пекине два аэропорта. Главный аэропорт Пекина – Шоуду. Буквально: «Международный аэропорт «Пекин Столичный». Второй по пассажиропотоку в мире. До открытия аэропорта Дасин в 2019 году, он был крупнейшим аэропортом как Пекина, так и всего Китая.
Видя, что количество вечерних рейсов увеличивается, Ван Чжаньбо немного занервничал. Он выдавал инструкции, но умоляющим взглядом посмотрел на Фан Хао, который всё понял без слов. Он кивнул в знак согласия, а затем занял место Ван Чжаньбо, взяв у него микрофон.
— Egret 237, Пекин, радаром обнаружен, вылет ETUDE-10, продолжайте подниматься до высоты 2200, поддерживайте, корректируя, давление на 998.
— Eastern 3488, набирайте высоту на 3600, стандартное давление.
— Sacred deer 157, свяжитесь с башней, частота 123,5. До свидания.
Два рейса вылетели, но было также много прибывающих самолётов. Рейс авиакомпании Delta приветствовал с подхода:
— Beijing Approach, good evening, Delta 230, with you. (Подход к Пекину, Delta 230, добрый вечер.)
Фан Хао бросил взгляд на радар и ответил на английском:
— Delta 230, radar contact, right turn heading 090 to JVN, descend and maintain at 2400m. (Delta 230, радаром обнаружен, правый поворот по курсу 090 на JVN, снижение и поддержание давления на высоте 2400.)
— Heading 090 to JVN, descend and maintain at 2400m, Delta 230. (Курс 090 на JVN, снижение и поддержание на высоте 2400 метров, Дельта 230.) — повторил капитан Delta 230.
Ван Чжаньбо посмотрел на него, как на идола. Английский язык был его слабым местом. На самом деле, пока другая сторона могла тебя понять и верно повторить, было неважно, есть ли акцент. Но произношение у Фан Хао было настолько безупречным, что напоминало речь героев, которых он слышал в американских телесериалах.
Ван Чжаньбо хотел похвалить своего наставника, но сейчас было действительно много работы. Всего за минуту Фан Хао выдал более двадцати инструкций.
— Egret 237, набирайте высоту 3500, стандартное давление.
— Eastern 3488, продолжайте подниматься до высоты 5000.
— South 898, Пекин, радаром обнаружен, VAK01, заходите на посадку, взлётно-посадочная полоса полоса 17L, снижение на 3600, стандартное давление.
После снижения этой волны Фан Хао вернул микрофон Ван Чжаньбо.
— Практикуйся больше, и у тебя будет получаться так же, — успокоил его Фан Хао.
Ван Чжаньбо кивнул с энтузиазмом, на что Фан Хао сказал:
— Если всё хорошо, то я пойду в башню.
Управление воздушным движением также подразделяется на различные специализации в зависимости от контролируемой зоны. Большие аэропорты имеют региональное управление, управление подходом и управление башни, каждое из которых отвечает за различное воздушное пространство.
Управление подходом охватывает область примерно пятьдесят-сто километров от аэропорта и отвечает за организацию движения самолётов от их маршрутов до подхода к взлётно-посадочным полосам, в то время как управление башни охватывает радиус всего около десяти километров и в основном отвечает за руление, взлёт и посадку. Только управление башни находилось на самом верху, и при хорошей видимости диспетчеры могли видеть все взлёты и посадки, в то время как диспетчеры подхода контролируют полёты по параметрам радара на более низких уровнях башни. Фан Хао изначально выбрал контроль подхода, потому что предпочитал управлять более широкой областью, чем смотреть вдаль.
Примечание переводчика:
Тут в тексте нет пояснения, но для полноты картины я все же напишу, что есть три вида диспетчеров: Региональные диспетчеры, диспетчеры подхода и башня. Чем занимаются диспетчеры подхода и башня выше описано. А вот региональные диспетчеры контролируют полет в зоне между аэропортами на большой высоте, до подхода в аэропорт. Фан Хао — диспетчер подхода.
В башне дежурила Чу Ижоу. Её голос был очень мягким и милым. Когда она впервые вышла на дежурство, многие пилоты тонко интересовались новым диспетчером башни.
В данный момент Чу Ижоу давала инструкции самолёту KML, движущемуся по взлетно-посадочной полосе:
— KLM 1237, runway 17L, cleared for take off. (KML 1237, взлётная полоса 17L, вылет разрешен.)
Фан Хао смотрел на красивую небесно-голубую расцветку самолёта KML, контрастирующую с менее голубым небом Пекина. Большой фюзеляж Airbus A330 вырисовывал изящную кривую подъёма в небе.
Внезапно Фан Хао услышал слабый хлопок. Инстинктивно он схватил бинокль, присмотрелся к поднимающемуся Airbus A330 компании KLM и почти сразу обнаружил проблему. Справа заднее колесо, казалось, лопнуло, резина болталась туда-сюда, но в этом не было стопроцентной уверенности.
Фан Хао не стал медлить — в таких ситуациях лучше ошибиться, чем иметь сомнения. Он сразу же подошел к своему рабочему месту и нажал кнопку связи.
— KLM 1237, Daxing Tower, looks like you had a tire burst... please confirm. (KML 1237, башня Дасин, кажется, у вас лопнула шина... подтвердите, пожалуйста.)
Через мгновение, возможно, после проверки приборов, раздался голос капитана.
— Affirmative. Had a tire burst... em, on the left side. KLM 1237. (Подтверждаю. У нас лопнула шина... эм, с левой стороны. KML 1237.)
Фан Хао сохранял спокойствие, он взял микрофон и сказал:
— Roger. Maintain heading 030 at 1500 height. Please confirm intentions. (Принято. Сохраняйте курс 030 на высоте 1500. Подтвердите намерения.)
— We're gonna return and land in Daxing. Maintain heading 030 at 1500 height, KLM 1237. (Мы собираемся вернуться и приземлиться в Дасин. Поддерживаем курс 030 на высоте 1500, KML 1237), — голос капитана с самолёта KML тоже не был напряжённым.
Фан Хао сразу же набрал экстренный вызов, чтобы уведомить о ситуации и сообщить подразделениям, обслуживающим самолёты на земле.
— ВПП* 17L, у KML 1237 лопнула шина, подготовьте экстренные транспортные средства. Полоса закрыта.
Примечание переводчика:
* ВПП – взлётно-посадочная полоса.
Чу Ижоу раньше никогда не сталкивалась с подобной ситуацией, и она только что направляла другие самолёты на посадку, поэтому она не увидела проблему с самолётом KML в воздухе. Сейчас ей оставалось только слушать инструкции Фан Хао.
— Они должны приземлиться, — Фан Хао продолжал давать указания. — Дай им взлётно-посадочную полосу 20R, а я пойду к радару подхода.
Даже если у самолёта случается неисправность во время взлёта, он не может мгновенно развернуться и вернуться для посадки. Ему нужно радарное сопровождение, чтобы выполнить стандартный круг, а затем вернуться на взлётно-посадочную полосу.
— Хорошо, — немедленно ответила Чу Ижоу.
Фан Хао повесил трубку и поспешил вниз, взяв микрофон у Ван Чжаньбо.
— Возникла непредвиденная ситуация, колесо KML лопнуло, я возьму на себя управление.
Ван Чжаньбо быстро освободил для него своё место.
Даже если на земле наступил хаос, другие самолёты в воздухе не могли ждать вечно. Теперь на подходе было ещё два рейса от авиакомпаний HNA и Sganghai Airlines, и Фан Хао распределил для них полосы. Но ВПП 17L использовать было больше нельзя. У самолёта KML лопнуло колесо — возможно, это случилось из-за давления в шинах, но, возможно, это было и из-за мусора на взлетно-посадочной полосе. Независимо от причины, необходимо было убедиться, что полоса была чистой и на ней не было ничего лишнего, прежде чем её можно было бы использовать снова. Это, несомненно, подливало масло в огонь. В пятницу около пяти часов вечера это было самое загруженное время. В такой напряженной обстановке нельзя было допускать ошибки.
Как только всё это было сделано, он проверил радар и увидел, что самолёт KML поднялся на высоту 2100 метров, поэтому он быстро дал указания:
— KLM 1237, can you climb to 3000？ You can use 20R. I have contacted emergency vehicles for landing. (KML 1237, вы можете подняться до 3000? Вы можете использовать ВПП 20R. Я связался с экстренными транспортными средствами для посадки.)
Ответ от KML пришел быстро.
— We are a full flight with... 221 passengers and fuel. We are climbing very slowly and we need to dump fuel. Confirm climbing to 3000 but give us some time. KLM 1237. (Мы полностью загружены... На борту 221 пассажир и полный бак топлива. Мы поднимаемся очень медленно и нам нужно сбросить топливо. Подтверждаю подъем до 3000, но дайте нам время. KML 1237.)
Для A330 с полной загрузкой пассажиров было необходимо подняться на определенную высоту, чтобы сбросить излишнее топливо и облегчить вес самолёта, чтобы гарантировать, что оставшиеся колеса смогут выдержать такую ударную нагрузку в момент приземления.
После подтверждения Фан Хао быстро выдал инструкции другим самолётам, которые ещё не вошли в воздушное пространство, выделив высоту 3000 метров для неисправного самолёта КЛМ:
— Elegant 3185, левый поворот по курсу 270, снижение высоты 4000.
— Левый поворот по курсу 270, снижение высоты 4000. Elegant 3185. — капитан Elegant подтвердил указания.
Далее был рейс авиакомпании South.
— South 287, уменьшите скорость до 240, вы можете начать спуск на 2500. Взлётно-посадочная полоса 10, поддерживайте давление 1014.
— Уменьшить скорость до 240, начать спуск на 2500, полоса 10. South 287.
В это время в радиусе радара подхода появился ещё один самолёт, CA 1332. Это был рейс авиакомпании Air China, и если Фан Хао правильно помнил, это был Boeing 737-800.
— Подход к Пекину, добрый вечер. Air China 1332, высота 4500. Скорость 300, запрашиваю посадку на полосу 17L, — голос капитана был глубоким, с хрипотцой, что немного поразило Фан Хао. Этот голос казался ему знакомым.
Визуализация к главе:
Фан Хао.
Башня аэропорта Дасин.