Глава 122

В строке чата появился один единственный иероглиф — «Я». Чжань на секунду крепко зажмурился, открыл глаза и ещё раз посмотрел. Иероглиф никуда не исчез, и смысл его не поменялся. Ибо ответил — я. То есть, вот тот мотоцикл… То есть…

— Думаешь, он не шутит, он действительно приехал к тебе? — скептически поинтересовался УСянь.

Чжань вскочил с табурета, постоял, плюхнулся обратно. В прихожей ЧжоЧэн обнимался с собаками. Они громко возились и, кажется, что-то уронили.

О чём, по мнению А-Чэна, нужно было ему рассказать? Чжань подозревал, что речь об участии в «Школе айдолов», но вдруг он имел в виду другое? Собственно, ни о том, ни о другом разговаривать не хотелось.

Да и вообще — где-то на улице ждал Ван Ибо! Чжань снова подорвался, заметался по кухне, не зная, куда бежать, и за что хвататься. Отодвинув занавеску, выглянул в окно, ничего, конечно, в темноте не увидел. Бросился было к дверям, но ЧжоЧэн уже входил в кухню с пакетом из супермаркета в руках.

— Алкоголь! — радостно воскликнул Вей Ин.

Он уже достаточно освоился в новом для себя мире, чтобы безошибочно узнавать бутылки с байцзю по торчащим из кулька горлышкам. Сяо Чжань не так уж часто позволял себе выпить, а вот УСянь, дай ему волю, пьянствовал бы каждый день. Поэтому сейчас он обрадовался ЧжоЧэну как родному.

Чжань, конечно, тоже был рад видеть друга, но в данный момент он явился ужасно не вовремя. Предоставив А-Чэну самому распоряжаться, Чжань снова открыл вичат и написал: «Дай мне полчаса! Пожалуйста! Только не уезжай!»

— Что это ты задумал? — насторожился УСянь.

— Доставай посуду ещё на одного, — небрежным тоном сказал Чжань вслух.

— Ты серьёзно? Хочешь позвать своего Бо-ди выпить втроём? — удивился Вей Ин. — Считаешь, это хорошая идея?

— Слушай, не отвлекай меня пока, — мысленно проворчал Чжань. — Я собираюсь отделаться от А-Чэна. Знаю, это некрасиво, но Ибо впервые приехал ко мне! Я даже не представляю, откуда и как он узнал мой адрес, но, если он здесь, с ЧжоЧэном можно выпить в другой раз.

— Какой ещё другой раз?! — принялся возмущаться УСянь, только Чжань перестал его слушать.

— Кого мы ждём? — ЧжоЧэн тоже был не в восторге, но полез в шкафчик за третьей чашкой. — Ты кого-то пригласил в гости?

— Не приглашал, он сам пригласился, — хохотнул Чжань. — Ци ПейСинь сегодня переночует у меня. Он опять с отцом поругался.

— Этот мальчишка! — А-Чэн скривился как от зубной боли.

С отпрыском директора Ци он не очень-то хотел столкнуться в неформальной обстановке. ЧжоЧэн старался разделять рабочие отношения и личные, а сын директора — всё-таки сын директора, пусть и в ссоре с отцом. Мало ли, что можно брякнуть в подпитии, а пацан возьмёт и разболтает папаше. А если ещё и присочинит что-то? От такого балбеса, как мелкий Ци, всего можно ожидать…

На лице А-Чэна ясно отразились все эти мысли, тайно радуя Чжаня. Именно на такую реакцию он и рассчитывал.

— Да ладно, чего ты взъелся на мальчика? — притворно удивился он. — Посидим, выпьем…

— Выпьем?! Ему сколько лет? Тебе-то что, а мне потом директор Ци всю печень выклюет!

— Может, тогда позвонишь директору Ци, пусть пришлёт кого-то за сыном? — решил усугубить Чжань.

— Ох, нет! Вмешиваться в их семейные дрязги я не хочу. А, может, я в другой раз заеду? — с несчастным видом спросил А-Чэн.

Чжань почувствовал угрызения совести, однако не дал себе размякнуть.

— Ну хорошо, давай тогда перенесём… — «грустно» согласился он с ЧжоЧэном. — Завтра?

— Завтра я не смогу, — покачал головой друг. — И ты не сможешь.

— Откуда ты знаешь?

Завтра вечером по расписанию, выданному организаторами, была репетиция для «Школы айдолов».

— Да уж знаю, — обвиняющим тоном заявил ЧжоЧэн, обуваясь. — И об этом нам надо поговорить! Но это в следующий раз. И я не забуду, не надейся.

Фух, так всё-таки это о шоу, а не о Ван Ибо. Можно было выдохнуть. Дождавшись, пока за А-Чэном закроется дверь, Чжань поспешил на балкон.

Фонари довольно скудно освещали улицу, сколько он ни всматривался в тени, не смог разглядеть ни мотоцикла, ни Ибо. Ван ЧжоЧэн вышел на крыльцо, обернулся и взмахнул рукой, прощаясь. Чжань тоже сделал прощальный жест.

В этот момент с противоположной стороны улицы показался человек. Если бы Чжань не ждал его, он в жизни бы не узнал в этом статном парне своего Бо-ди. И то, после первого мгновения узнавания Чжань вдруг засомневался: вроде бы движения, походка, то, как он поворачивал голову, глядя по сторонам при переходе дороги, всё это принадлежало Ибо, но широкая, более массивная фигура уж слишком отличалась.

Ночная темнота и плохое зрение не позволяли присмотреться пристальнее, и Чжань взволнованно схватился за телефон. А ЧжоЧэн вдруг, словно что-то почувствовал, оглянулся и смерил взглядом незнакомца. Они оба несколько секунд пялились друг на друга, прежде, чем разойтись, и Чжань не знал, понял А-Чэн, кто перед ним или нет.

«Бо-ди?» — быстро набрал он в чате.

Парень внизу развернул засветившийся экран. Чжань облегченно выдохнул — Ибо!

«Я открыл, входи» — напечатал он, нажимая кнопку домофона в прихожей. На экранчике можно было видеть только отблески на тёмных очках и тычущийся в камеру козырёк кепки. Пританцовывая у приотворённых дверей, Чжань слушал шаги на скрипучей лестнице и коленом отпихивал морду А-Нина, пытавшегося высунуться в подъезд.

Когда Ибо остановился на лестничной площадке и закрутил головой, определяя, в какую квартиру ему нужно, Чжань не выдержал, распахнул дверь и, цапнув его за грудки, втащил внутрь.

Сердце колотилось как сумасшедшее, хотелось наконец увидеть лицо Ибо.

— Ну и маскарад, — хмыкнул Вей УСянь. — Вот ведь вырядился.

— Ой, заткнись, — мысленно проворчал Чжань, как загипнотизированный, не отводя глаз от своего отражения в чёрных стёклах очков.

Ибо привалился спиной к закрытой двери и не двигался.

— Что вы застыли, как два придурка? — снова подал голос УСянь. — Будто первый раз встретились!

Чжань протянул руки и аккуратно снял с носа Ибо очки. Карие глаза моргнули и чуть прищурились от света лампы. Словно жест Чжаня был каким-то сигналом, Ибо принялся разоблачаться: стащил с лица маску, не глядя сунул в карман, сдвинул за спину капюшон и снял кепку, проведя пятернёй по волосам. Чжань следил с замиранием сердца, как он расстёгивает молнию на бомбере. Толстые рукава худи застряли в рукавах куртки, и Ибо раздражённо задергал руками.

Расхохотавшись, Чжань бросился на помощь. Но Ибо, взятый в плен курткой, выглядел так соблазнительно-беспомощно, что он не удержался — толкнул его к дверям, прижался грудью и поцеловал.

Ибо ответил, жадно, с готовностью, будто только этого и ждал. Впрочем, может как раз ждал! Он ведь приехал сюда! И уж точно не для того, чтобы под окном постоять. И от осознания, что Ибо ради него проделал весь этот путь, хотя ему бы сейчас отдыхать после перелёта, Чжаня накрыло такой эйфорией, что захотелось радостно рассмеяться. Но он не мог — рот был занят.

Горячие ладони крепко обхватили его талию. Чжань удивлённо опустил глаза и всё-таки расхохотался. Не справившись с рукавами, Ибо попросту вытащил из них руки, благо широкая одежда позволяла, и высунул их из-под низа худи.

— Хватит ржать, давай дальше целоваться, — поторопил УСянь.

И Чжань понял, что совсем про него забыл. Он даже смеяться перестал. Только секс втроём устроить ещё не доставало!

— Ладно, ладно, я тихонечко! Я не буду мешать, ты меня и не заметишь! — зачастил УСянь, уразумев, что зря «вышел из засады».

— Вей Ин! — безмолвно завопил Чжань, уткнувшись лицом в шею Ибо, и надеясь, что тот не догадается о происходящем сейчас в его голове.

— Хорошо, я уйду, — сдался Вей Ин. — Но ты мне будешь должен. Попробуй только не согласиться, когда мне потребуется почитать или поиграть на флейте.

— Я заранее на всё согласен, а теперь пока-пока.

— Не больно-то мне было интересно, как вы тут будете миловаться…

Фраза прозвучала, будто кто-то прикручивал громкость, и конец был уже едва слышен. Неужели Вей УСянь послушался и действительно ушёл «на глубину»? Впрочем, Сяо Чжаню некогда было об этом размышлять — в его объятиях ждал и жаждал внимания горячий и нетерпеливый Ван Ибо.