Глава 71. Военный обзор Военного департамента
Линь Синя с детства учили: солдат прежде всего остается солдатом. Независимо от рода войск и звания, пока он находится на поле боя, его главная обязанность — выполнение боевой миссии.
Товарищи — единственные люди, которым можно доверять и на которых можно положиться. Даже ценой собственной жизни нужно без колебаний защищать их.
Студенты военной академии отличаются от учащихся других колледжей. С момента поступления они становятся военнослужащими, и любые дисциплинарные нарушения рассматриваются военным трибуналом.
Раньше, когда он учился в Восточно-Китайской академии, хотя и не был особенно общительным, он не испытывал барьеров в общении с товарищами по команде. Во время командных тренировок они хорошо сотрудничали.
Однажды школьный инструктор сказал:
— Вы можете соревноваться друг с другом, можете испытывать ревность и сталкиваться с трениями, но вам не разрешается использовать приобретенную вами силу, чтобы нападать на одноклассников и причинять им вред.
Так было в Восточно-Китайской академии, и, вероятно, так же должно быть в академии Вэньтянь.
Спор между Цзун Юанем и студентами факультета логистики еще оставался в пределах допустимого, но бить людей баскетбольным мячом, наделенным ментальной силой, а тем более использовать агрессивные феромоны во время матча — это уже прямое нарушение кодекса воина.
Линь Синь презирал таких людей.
Когда он твердым голосом заявил, что Цзун Юань недостоин звания солдата, вся баскетбольная площадка замерла в шоке.
Молодой человек стоял прямо, словно вытянутая струна. Черные, как чернила, волосы прилипли к вискам, а белая, будто снег, рубашка была мокрой от пота. Полуденное солнце светило ему в лицо, капли влаги на коже отражали яркие блики.
Все Альфы смотрели на него, чувствуя, как бешено колотится сердце.
Цзун Юань, растерянный, сидел на земле. Встретившись с острым взглядом Линь Синя, он ощутил, как невольно дрожат руки.
Обычно он держался властно, тщательно подбирал слова и следовал правилам, не выходя за рамки дозволенного. Даже если бы кто-то захотел на него пожаловаться, дело все равно сошло бы ему с рук из-за отсутствия явных доказательств.
Но сегодня он был ослеплён гневом и совершил принципиальную ошибку!
На глазах у всех он использовал феромоны и ментальную силу, чтобы напасть на студента своей же академии. Доказательства были неопровержимы!
Гнев кипел в его груди, лицо побледнело и посинело, а по телу разлился холод, когда он почувствовал на себе столько странных, оценивающих взглядов.
«Бип, бип, бип…»
Как раз в тот момент, когда обстановка накалилась до предела, с неба на летательном аппарате спустился инструктор, отвечавший за поддержание порядка в академии. Он обвёл холодным взглядом большую яму на земле, затем — двух студентов, стоявших друг напротив друга, и бесстрастно произнёс:
— Вы двое, идите со мной в военный суд.
***
В конце концов, Линь Синь так и не смог пойти в больницу, чтобы навестить инструктора Лина.
Сейчас он сидел в комнате для допросов военного суда и спокойно смотрел на младшего лейтенанта, сидящего напротив него.
Резервная армия находилась под управлением военного ведомства, и любые ошибки её курсантов рассматривались военным судом.
Перед лейтенантом возник виртуальный экран, на котором отобразилась идентификационная информация Линь Синя. Когда его взгляд скользнул к колонке потенциальных партнёров, он моргнул, слегка приподнял уголки губ и посмотрел на сдержанного, маленького «О».
— Не нервничайте, — мягко сказал он. — Это просто рутинное расследование. Пожалуйста, опишите ситуацию подробно и правдиво.
— Да, — коротко ответил Линь Синь и выпрямился.
Он говорил очень объективно, без тени личных эмоций, описывая всё от начала до конца. Закончив, он первым взял на себя ответственность за случившееся:
— Извините, я разбил баскетбольную площадку.
— Кхм… — лейтенант прекратил запись и прочистил горло. — Это в принципе соответствует данным наблюдения.
Двадцать минут назад он уже просмотрел запись с камер наблюдения на баскетбольной площадке и ясно понимал, что произошло.
Причина, по которой он всё же попросил причастного к инциденту описать случившееся, была очевидна — он хотел понять, лжёт ли тот.
Чтобы уйти от ответственности, некоторые люди оправдывают себя и формулируют свои заявления так, чтобы они звучали безупречно. Они обладают сильными психологическими качествами, и без весомых доказательств их защиту трудно пробить.
«Динь-динь...».
Идентификатор лейтенанта дважды пискнул. Он включил скрытый режим, посмотрел сообщение, поднял брови и сказал Линь Синю:
— У вас не будет больших проблем. Заплатите за ущерб баскетбольной площадке — и можете идти.
Лейтенант закрыл блокнот, взял его в руку, встал и открыл дверь комнаты для допросов.
— Здесь присутствуют члены вашей семьи.
"Члены семьи?"
Линь Синь вздрогнул, быстро поднялся и вышел. Достигнув двери, он остановился и нерешительно спросил:
— Как военные будут вести себя с другой стороной?
Младший лейтенант улыбнулся:
— Он не в моей юрисдикции. Я сообщу вам о наказании, когда узнаю.
Линь Синь кивнул, больше не задавая вопросов. Он вышел из комнаты для допросов и сделал всего несколько шагов, когда заметил седовласого мужчину в военной форме, сидящего на стуле в коридоре.
Мужчина держал книгу и тихо читал. Проходившие мимо солдаты отдавали ему честь.
Линь Синь расслабился, ускорил шаг и направился к нему.
Как будто почувствовав его приближение, мужчина закрыл книгу и повернул голову.
— Брат... — Линь Синь остановился рядом, чувствуя стыд при мысли о том, что ему придётся заплатить огромную сумму за порчу общественного имущества.
Ли Яо отложил книгу, встал, взял его за плечи и внимательно осмотрел.
— У тебя что нибудь болит?
Линь Синь прижался к нему и покачал головой.
— Нет.
Уровень ментальной мощи боевого отделения, как правило, не так высок, как у факультета-меха. Ментальная сила Цзун Юаня всего лишь четвертого уровня, так что он ему вообще не ровня.
— Я рад, что ты не пострадал. — Ли Яо скрыл холодный блеск в глазах и успокаивающе похлопал мальчика по спине. — Пойдем.
— Подожди. — Линь Синь схватил его за край одежды, его короткие волосы упали на лоб. Он прошептал: — Всё равно придется заплатить компенсацию.
Это была его вина. Он не сумел контролировать эмоции и пробил огромную дыру на баскетбольной площадке колледжа. Он даже не знал, сколько денег придется отдать.
Над его головой раздался тихий мужской смешок. Линь Синь в замешательстве поднял голову.
Ли Яо щёлкнул пальцем по лбу Линь Синя.
— Я уже заплатил.
Линь Синь был немного удивлен и в замешательстве спросил:
— Брат, ты разве не был занят? Почему ты вообще здесь?
Ли Яо взял его за руку, и они вместе вышли из здания военного суда.
— Я тут работал и получил уведомление из Военного суда. Как член семьи, я, естественно, должен приехать и забрать своего человека.
На самом деле никакого уведомления из Военного суда не поступало. Вместо этого, получив видеозапись от Ли Юя, он сам отдал приказ доставить Линь Синя в суд и строго следовать процедурам, чтобы никто не мог вмешаться.
— Мне жаль... — извинился Линь Синь.
— Глупый мальчик, ты не ошибся.
Ли Яо нежно ущипнул его за шею, словно котенка.
— Другая сторона неправа. Ты должен научиться отстаивать свои права. Когда в будущем пойдешь в армию, ты будешь белой вороной.
Они продолжали разговаривать, когда к ним подошёл мужчина средних лет в темно-зеленой военной форме. Судя по погонам, он был генералом.
Увидев Ли Яо, он удивился, остановился и отдал честь.
Ли Яо слегка кивнул, обнял Линь Синя за плечи и спокойно прошел мимо.
Адмирал средних лет остался стоять на месте. Он подождал, пока двое уйдут, затем опустил руку, нахмурился и с мрачным лицом направился в комнату для допросов.
***
В комнате для допросов Цзун Юань с недоверчивым выражением смотрел на сидевшего напротив офицера.
— Сколько раз я это говорил? Я не совершил субъективной ошибки! Это тот парень-О спровоцировал меня, и я так разозлился, что потерял контроль. Но я не причинил ему вреда! На самом деле пострадал я! Посмотрите на мое лицо, раны все еще кровоточат!
— Мы судим только на основе доказательств, — равнодушно ответил офицер, ведя запись и не обращая внимания на вспыльчивый характер Цзун Юаня.
Цзун Юань раздраженно сел, резко дернул себя за волосы и снова и снова повторял:
— Я никому не причинил вреда… Я никому не причинил вреда… Почему ты вынес мне неправильное решение?!
— Наблюдение показывает, что вы напали на кого-то первым, — холодно ответил офицер.
Он нажал кнопку, и в воздухе появилось виртуальное видео. Кадры замедлились, изображение увеличилось, четко показывая каждое движение Цзун Юаня, не упуская даже микровыражения.
Цзун Юань побледнел.
Офицер развернул перед ним документ и невозмутимо сказал:
— Наблюдавшие за происходящим студенты дали показания о том, что вы намеренно причиняли людям боль.
Цзун Юань чувствовал себя пойманным зверем, потерявшим когти.
— Что ты хочешь со мной сделать? — его голос слегка дрожал.
— После окончания срока заключения вас переведут в другую академию.
— Переведут меня в другую академию?.. — Цзун Юань застыл, его лицо не выражало ничего.
Перевод означал, что он больше никогда не станет солдатом.
— Нет! Я не могу перевестись в другую академию! — он покачал головой, его руки дрожали. — Я — дитя семьи Цзун! Семья Цзун — военная семья! Вы не можете выгнать меня из армии! Я не соглашусь! Мой отец никогда не согласится!
«Бац!...»
Дверь комнаты для допросов с силой распахнулась, и в проеме появилась фигура генерала средних лет.
Цзун Юань обернулся, увидел его и радостно воскликнул:
— Папа!..
Генерал вошел в комнату с холодным взглядом, его лицо было непроницаемым. Он поднял руку.
«Хлоп!...»
Цзун Юань с грохотом упал на пол. Он закрыл ладонью лицо и в неверии посмотрел на генерала.
"Отец, который всегда меня любил, действительно ударил меня?»
— Не называй меня папой! У меня нет такого бесполезного сына, как ты! — голос генерала был полон презрения.
Цзун Юань вспыхнул от стыда. Он сжал кулаки, потрясенный и испуганный.
Офицер спокойно взял ручку, постучал ею по столу и напомнил:
— Генерал Цзун, пожалуйста, учтите ситуацию. Это комната для допросов.
Цзун Фэн сказал:
— Пожалуйста, простите меня, лейтенант Чжоу. Мой сын натворил столько бед. Это моя вина, что я не наказал его строго.
Лейтенант Чжоу ответил:
— Ему девятнадцать лет, он взрослый. Он должен нести ответственность за свои ошибки. Курсанты военной академии относятся к резервной армии и имеют половину статуса солдат. Нарушения будут рассматриваться в соответствии с военными уставами. Генерал Цзун, пожалуйста, выйдите и ждите результата.
Глаза Цзун Фэна дернулись, и он молча посмотрел на лейтенанта Чжоу.
Хотя Чжоу был ниже его по званию, он без колебаний попросил мужчину уйти.
Цзун Фэн хорошо знал военные правила, поэтому лишь взглянул на сына и ушел.
Цзун Юань проводил взглядом отца, выходящего за дверь, и наконец понял, что на этот раз тот больше не сможет защитить его, как прежде.
Он начал бояться.
Лейтенант Чжоу закрыл дверь и холодно сказал молодому человеку, лежащему на земле:
— Давайте продолжим.
***
Линь Синь и Ли Яо покинули Военный суд и сели на судно на воздушной подушке.
— Брат, ты разве сейчас не занят?
— Я закончил свою работу, — ответил Ли Яо. — Мне нечего делать днем.
— Ой... — Линь Синь посмотрел на время на идентификаторе и поджал губы.
Ли Яо заметил его подавленное настроение и спросил:
— В чем дело?
— Сейчас десять минут второго, — нахмурился Линь Синь. — Изначально я хотел поехать в университетскую больницу, чтобы навестить инструктора Лина в полдень, а затем вернуться на виллу, чтобы вздремнуть. А теперь...
"Все планы пошли насмарку."
Ли Яо увидел, что волосы мальчика растрепались, и с улыбкой потрепал его по голове.
— Сейчас еще не поздно пойти в больницу.
— У меня занятия после обеда, — Линь Синь поднял глаза.
— Военные запросили для тебя отпуск, — сказал Ли Яо.
Продолжительность военного суда не фиксирована и может составлять от половины дня до нескольких дней. После оглашения приговора преступнику грозит заключение под стражу, а в серьезных случаях — увольнение из армии.
Линь Синь был настроен позитивно, сотрудничал со следствием и не допускал серьезных ошибок. После уплаты штрафа дело было закрыто.
Через пятнадцать минут судно на воздушной подушке остановилось перед больницей Хаотянь на территории колледжа Вэньтянь.
Хаотянь — одна из самых известных больниц на Сюйри-Стар. Она объединяет лучших врачей империи Сюаньу и в основном отвечает за лечение солдат. Некоторые тяжелобольные пациенты, которых невозможно вылечить в других больницах, также переводятся сюда для проведения исследований и терапии.
Поэтому неудивительно, что Линь Синь встретил Жун Фэй, личного телохранителя третьего принца.
— Привет, Сяо Поцзюнь, давно не виделись!