Глава 7. Точка невозврата

Прапаю очень повезло, что калитка была открыта, и он легко прошёл к входной двери. Иначе без ключа он мог бы куковать и названивать ещё очень долго. Как же невовремя Сайфа отобрал у него связку! Прокрался бы себе тихо в дом, организовал бы всё по высшему разряду, и ни у кого не хватило бы сил сопротивляться его обаянию, но куда там…

Нет, чисто теоретически, можно было бы попробовать перелезть через забор, размышлял настойчивый поклонник, пока палец время от времени жал на дверной звонок. Но не в этом костюме, и не с «дарами», которые были призваны растопить холодное сердце вредного Пи. Положим, он мог взять цветы в зубы, но ещё пакеты там бы не поместились…

Если бы в доме не горел свет, можно было бы подумать, что там никого. А так либо хозяин чем-то или кем-то занят – последнее вообще не допускалось даже в мыслях – либо он игнорирует настойчиво трезвонящий звонок.

Наконец, за дверью послышались очень недовольные звуки, – шарканье и бубнёж на повышенных тонах –  и Сайфа распахнул её, озверело уставившись на незваного гостя:

– Да что тебе неймётся-то? Я же написал комментарий при заказе: оставить посылку на крыльце! – тут он увидел, что всё это время ему названивал никакой не курьер, и вызверился, – опять ты?! Ну, что тебе снова надо, а? Сколько раз мне ещё выставлять тебя из своего дома? Подать прошение о запрете на приближение, может?

Хороший был вопрос, на который можно было дать столько ответов: свести всё к флирту, шутке, да к чему угодно, вывернув ситуацию в свою пользу… Но вот именно в этот момент собеседник из Пая был вообще никакущий: все усилия мозговой активности были направлены на то, чтоб не накинуться на хозяина дома. Из последних сил держался, между прочим, но никто ж не оценит!

Сайфу он явно выдернул из душа, потому что дверь тот открыл в одном полотенце – и Прапай был благодарен Будде и всем остальным богам, что на этот раз полотенце было размером побольше, прикрывая частично ещё и бёдра, –  и с мокрой головой, так что капли воды срывались с кончиков растрёпанных волос и красивыми, очень  вкусными дорожками устремлялись по груди туда, под полотенце, по траектории косых мышц пресса. Обалдеть, у Сайфы был просто шикарный пресс, его на картинках в интернете печатать можно на радость всем, просто-таки стиральная доска, а не пресс!

Во рту у Прапая пересохло как в Сахаре в жаркий полдень, руки разжались, и все покупки выпали прямо на порог ни разу не гостеприимного дома.

Громкий "чавк" привёл незадачливого ухажёра в чувство.

– Блин, мой торт! – завопил он, наклоняясь за пакетами.

– Какой торт? – Сайфа недоуменно окинул взглядом вновь прижатые к груди гостя сумки, – зачем это всё?

– Приехал проведать пострадавшего, которого вчера лечил! – отрапортовал Пай и бочком протиснулся мимо соблазнительных форм от греха подальше.

На кухне он развязал коробку от торта и с опасением поднял крышку. Мда… торт было не спасти: он некрасиво треснул, и часть застывшего мусса сползла набок. Не так он себе представлял процесс охмурения...

– Ты его со свадьбы какой украл, что ли? – раздался вопрос из-за спины.

– Почему со свадьбы?

– Ну, веник у тебя под мышкой – вылитый букет невесты. И это единственное объяснение, откуда ты у меня на пороге с этим продуктовым набором.

Сайфа проследил взглядом за тем, куда опять уставился гость, и скрестил руки. Лучше б он этого не делал: мышцы груди и пресса ещё больше обозначились, и Пай непроизвольно слишком громко сглотнул в наступившей тишине. Сайфа побуравил его взглядом и снова поинтересовался:

– Слышь, сталкер, тебе чего надо-то?

Прапай судорожно подбирал слова. В его голове эта встреча должна была пойти по совершенно другому сценарию.

– Ясно… – Сайфа устало выдохнул, – стой здесь, никуда не уходи, я оденусь и вернусь. И ничего не трогай своими лапами, приду – проверю!

Сайфа ушёл, а Пай упал на диван, плюхнув рядом с собой букет, и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. В дурацком претенциозном костюме внезапно стало очень жарко. И вообще сейчас казалось, что оделся он совершенно не к месту. Вскочив, он снял пиджак и кинул его на диванчик рядом, оставшись в рубашке и брюках. Потом подхватил неоценённый букет, положил на стол и стал искать подходящую вазу. Цветы ни в чём не виноваты, не хотелось бы, чтобы они так бесславно погибли.

Он как раз рылся в одном из шкафчиков, как сзади раздался строгий голос:

- Я же сказал, ничего не трогай!

Прапай вздрогнул и обернулся, а ваза, которую он всё-таки отыскал, чуть не вылетела из рук, он удержал её в самый последний момент. Да что с ним творится?! Такой неуклюжести он за собой давно не замечал.

Сайфа явно был того же мнения. Он подскочил и на всякий случай придержал вазу с другой стороны, на мгновение коснувшись пальцев Прапая и внезапно оказавшись так близко, что Пай смог разглядеть морщинку между бровями и проклевывающуюся щетину.

От легчайшего невесомого прикосновения окатило огнём всё тело. Спасибо, Сайфа действительно оделся, но на рубашке был такой вырез, что при желании можно было рассмотреть соски. Пай судорожно вцепился в вазу, потеряв дар речи.

Сайфа всё-таки вырвал её у него и буквально озвучил мысли:

– Да что с тобой происходит?!

Пай прерывисто выдохнул и невпопад ляпнул:

– Надо выпить.

Брови Сайфы взлетели вверх. Он отступил со злополучной вазой на шаг и окинул взглядом нежданного собеседника, получше присмотревшись. Раскрасневшийся, в слегка расстёгнутой рубашке, смазливый до чёртиков и сахарного сиропа на зубах... И дышит так, словно его сейчас удар хватит. Ага, а потом доказывай Пхаю, что он здесь ни при чём.

– Так, садись, – Сай кивнул на диван и подхватил веник со стола. Цветы были вообще-то действительно красивые, – я сам поставлю букет в воду.

Прапай упал обратно на диван и застыл. Сайфа расправился с цветами, глянул на Пая, подумал и открыл холодильник. Задумчиво оглядел содержимое, а потом дотянулся и вынул одну из бутылок.

– Вино Cloudy Bay, Sauvignon Blanc, Marlborough, 2019 года подойдёт? Лёгкое, приятное и ароматное.

Прапаю сейчас подошло бы всё на свете. Он неотрывно следил за всеми действиями Сайфы, а по телу всполохами пламени прокатывалось возбуждение. И никакие уговоры, что это всего лишь старший брат Пхаю, которого он видел тыщу раз за прошедшие годы, не действовали. Он его хотел. Прямо сейчас! И изо всех сил сдерживался, вцепившись пальцами в диван.

– Да, – еле выдавил он из себя.

Сайфа снова взглянул на него и чуть прищурился. Что-то с этим Казановой было точно не так, но пока непонятно, что именно. Пожав плечами, Сай вынул два бокала, открыл вино и налил на 3 пальца в каждый, а затем протянул один гостю.

– Оно отлично подойдёт... – Сайфа не договорил, изумлённо смотря, как Прапай вырвал вино и, не слушая, залпом выпил, а потом протянул бокал обратно.

– Ещё.

Хозяин дома поморщился и пожалел, что вообще открыл это вино. Бутылка не то, чтобы коллекционная, но всё равно достаточно дорогая. А если Прапай задался целью напиться, то с тем же успехом мог хлестать самый дешёвый виски. Но вино он всё-таки налил, протянул бокал обратно и пригубил свой. На этот раз Пай выпил медленнее, но явно не чувствуя вкуса, ещё и глаз с него не спускал, как какая-то исполинская змея. Сайфа внутренне закипел. А паршивец снова протянул бокал.

– Ещё.

И Сайфа взбеленился. Выхватил бокал, поставил его в мойку и в два шага убрал вино обратно в холодильник, а потом зло уставился на посетителя, всё так же сидящего на диванчике и провожающего взглядом каждое его действие.

– Хочешь напиться – скатертью дорога! Любой бар в твоём распоряжении, – Сайфа махнул рукой куда-то в сторону входной двери, и припечатал, – но не в моём доме!

Вот она, точка невозврата. У Прапая сорвало стоп-кран, и куда-то уехала крыша. Ничем другим он не смог бы объяснить то, что произошло дальше.

Злобный окрик Сайфы резанул по нервам, ещё больше возбуждая, и остатки мозга испарились.

Прапай взвился с дивана, мгновенно сократил разделяющее их расстояние, схватил вредного Пи за затылок и впился в губы, застонав на всю кухню.

Сайфа потрясённо застыл, от шока приоткрыв рот. Туда тут же проник юркий язык, исследуя влажную глубину, а к телу прижалось другое, почему-то идеально ему подходящее, недвусмысленно уткнувшись стояком в бедро. В вырез рубашки скользнула чужая горячая ладонь и спустилась ниже, нежно мазнув по соску...

Интимное прикосновение наконец-то вывело из шока, и Сайфа отмер, мгновенно со всей силы отшвырнул от себя ненормального и брезгливо отёр рот.

– Ты рехнулся?!!

Прапай от неожиданности чувствительно врезался спиной в стол, но, то ли выпитое играло в крови, подстёгивая бушующее желание, то ли мозг так и не хотел возвращаться, но он шагнул обратно, приблизившись вплотную, и улыбнулся шальной улыбкой во весь рот.

– Да! Рехнулся! Из-за тебя! – он снова потянулся рукой к желанному телу, наплевав на всё и вся.

Сайфа рассвирепел и схватил его руку, останавливая на полпути и больно сжимая запястье. К лицу приблизились злющие глаза глубокого серого оттенка.

– Тебе мало твоих шлюх, Казанова?! – Сайфа не говорил, а шипел.

Его колотило от злости. Прапая тоже колотило, но совсем по другой причине. Он с восторгом смотрел на разъярённую "кобру", даже не думая отступать и теряя все инстинкты самосохранения.

– Давай переспим! – вырвалось само собой.

Всё! Остатки терпения Сайфы лопнули как воздушный шарик, кулак взлетел в воздух и проехался по скуле этого потаскуна. Прапай снова отлетел, но уже не удержался на ногах и свалился на пол.

– Пошёл ВОН!! – заорал Сайфа, сжимая кулаки, вне себя от бешенства.

А потом настиг валяющегося Прапая, вздёрнул его на ноги, протащил до выхода и вышвырнул на улицу, с грохотом захлопнув дверь.

В бешенстве оглядел кухню, тяжело дыша. Взгляд уткнулся в ярко-синий пиджак, валяющийся на диване, и смятый торт на столе. В мгновение ока он схватил и то, и другое, открыл дверь и швырнул следом к так и сидящему на земле Прапаю.

– Чтобы ноги твоей не было ближе, чем за километр отсюда, понял?!

И дверь снова захлопнулась, чуть не слетев с петель.