Глава 14

Крики раздавались по всему второму этажу. Кудрявый ругался и орал так, что боялся, что сорвёт голос. Хотелось убить омежку, наказать, быть может растерзать, замучить до смерти. Как он мог. С кем? Брэдли, этот неотёсанный деревенщина, неповоротливый столб, накачанный гормонами.
Гарри и сейчас вспоминал ноющую боль в сердце, от того, что пришлось лицезреть ему, когда он нашёл Малика висящем как коала на большом теле баскетболиста. Недостаток света скрывал этих двоих, в тот миг Стайлс был уверен, что они уже трахаются прямо стоя посреди коридора. На решение не было и секунды, именно поэтому его реакция была такой молниеносной.

Мечась около кровати, альфа ругался, высказывал, но в ответ ни слова или хотя бы вида раскаяние. Этот наглец не произнес даже простого:"Извини"

Омежка обиженный. Показывал явно особенности своего характера. А Гарри мучался, его тело боролось с мозгом в нелегкой борьбе. Как можно было пожалеть а заодно и всыпать другу за подобную недальновидность.
Нудно признать, насколько Зейн хитрый и умный.

Когда они вошли в комнату, он сразу же заскочил на большую постель и не слез больше ни на минуту. Брюнет сидел на кровати в позе лотоса и даже не смотрел в сторону друга. Игнорируя полностью и весь разговор и того кто был им недоволен.

Гарри умолк, выдохся, крыть больше не чем, он высказал все, что хотелось, что накипело.. Замолчал он только когда понял что этого было достаточно. А вот тело, молодого альфы, пробивало дрожью от злости и вновь появившегося ни с того ни с сего желания. Хотелось одного... Глупо бороться с самим собой, пора признаться, он желает своего друга. Этого потрясающей красоты омегу, всем естеством. Весь этот злаполучный вечер, был странным. И началось все с необычного наряда омежки и танцев, а закончилось тем, что сейчас он смотрит на него такого и не может удержаться.

По правде говоря такое впервые. Никогда кудрявый не рассматривал Зейна как особый объект. Они несколько месяцев дружат и Стайлс ни разу не испытывал даже лёгкого головокружения вблизи. А сегодня, будто бы какие то силы начали активно направлять альфью сущность к очаровательному омежке, своего рода толчки природы.

По началу он пытался спрятать все глубоко внутри, заставить утихнуть возбуждение, но ничего не помогло. Пусть все летит в пропасть, но сейчас Зейн рядом и важнее всего, что хочет он сам.
Альфа потянулся к кровати, омежка хоть и заметно боялся, но все ещё источал приятный аромат.

" Маленький ароматный букетик." - пронеслось в мыслях кудрявого.

Гарри молча подсел рядом, его взгляд блуждал по телу парня, смакуя, оценивая и наслаждаясь. Ещё когда они входили Малик откинул джинсовку и сейчас находился лишь в джинсах и майке. Открытые плечики, ровная спинка и шея переливались и отливали золотом в тусклом свете ночника, губки слегка припухлые и надутые. Невозможно отвести взгляд от этого зрелища.
О! Эта бархатная, бронзовая мерцающая будто бы в блеске кожа. Боги! Она вполне могла бы свести с ума кого угодно. Как же он великолепен, и ведь наверняка не понимает это. Уникальный шедевр, который не подозревает как влияет на остальных, одурманивая и играя с жизнями альф.

— Зи, посмотри на меня - хрипловато позвал Гарри.

—Чего тебе? - поднял взгляд коричневых глазок парень.

— Прости, за грубость - погладил альфа ручку, на которой уже утром разольётся синяк от недавней цепкой хватки.

— Ты все испортил - тут же поджал губы Зейн. — Я хотел с Брэдли!

— Хотел? - повысил голос Гарри. — Этот верзила разорвал бы тебя надвое, идиот. Думаешь, он бы позаботился о твоём удовольствие? Да ему совершенно наплевать, он таких как ты пачками за ночь трахает. О чем ты только думал, увлекая его?

— Он хотя бы красивый, и я.. мне нужно было - закричал в ответ Зейн и напал на альфу, избивая его кулачками. — Ты все испортил. Я не смогу унять тягу к Лиаму. Ты.. ты, дикарь, ты сделал мне больно, кричал, тащил как куклу... Какого черта?! Ненавижу тебя, чёртов придурок.

Сильно толкнув, Зейн повалил альфу, насел на него сверху и тут же замер. Исходивший хвойный запах уже подхватил аромат гиацинта, смешиваясь, но гиацинт оттолкнул соперника, не уступая позиций и не давая смешать ароматы. Кажется, даже воздух в комнате нагрелся, когда Зейн распознал, в чем на самом деле проблема, и пошло ухмыльнулся.
Гарри сглотнул вязкую слюну, давясь правдой жизни.

— О Боже, так вот в чем дело - выдохнул Зейн, поерзал на друге.

Стайлсу ничего не оставалось, как согласно кивнуть и собраться с силами, попытавшись встать. Хуже уже не будет, попросту некуда. Вот он момент позора перед близким другом.

Но омежка не выпустил, откинув вновь альфу на спину. Вот он выход, нашёлся сам. С какой стати он должен отказываться. В порыве и нетерпении, омежка стащил с себя майку и зашвырнул ее подальше. Несколько движений длинных пальчиков и Малик, расстегнул свои джинсы и Гарри, пересев повыше. Наглый взгляд карих глаз душил, изумлял, пьянил покруче любого алкоголя. Внезапно захотелось заскулить, но Гарри держался, а вот Зейн улыбался, чувствуя стоящий колом член прямо под своей упругой попкой.

— Почему не сказал? - нападал Зейн, забираясь своими маленькими ладошками под футболку друга.

— Это сегодня случилось - томно выдохнул кудрявый.

— Хочешь меня? Сильно?

— Даа..

— В таком случае.. Давай, действуй!

Не смея терять не минуты, альфа подскачил и высвободил их обоих от остатков одежды, которая тут же полетела, кружась по комнате. Зейн уже лег, абсолютно не боясь собственной наготы, наблюдал за альфой. А Гарри, подхватив смазку и презервативы, вновь оказался на огромной кровати. Омежка выпустил тихий стон и жадно облизался, смотря на довольно внушительный член друга. Нельзя сказать, что он был большим, скорее средним, темный с сеточкой венок и истекающей головкой. Желание пустилось по венам ежесекундно. Хотелось взять в рот, но Зейн так был заведён тем, что Гарри его хочет для себя, прямо сейчас, что хотелось отдаться, лучше раствориться. Он чуть не закричал:- "вытрахай меня Гарри", но вовремя сдержался.

"Вначале секс. Сейчас ничего не важно." - тут же подметил брюнет.

Да, они друзья и это неправильно. Но назад пути нет, а желание росло с каждым движением альфы, и омега подчинялся как и положено, раскинув ножки, позволил себя трогать. Но вместо того, чтобы приступить, Гарри вновь стал пялиться, рассматривал превосходную фигурку и самую узкую талию. Он даже замер на секунду, приоткрыв рот, после потянулся к члену омежки, вылизывая головку. Главным сейчас было удовлетворить омегу. Кудрявый быстро рассчитал, что сможет дать кончить тому за какие то считанные секунды. Это уж он умел. Устроившись поудобнее, альфа вобрал чужой член полностью, жадно посасывая и чувствуя естественную смазку, которая отдавала цветами.
Стон вырвался из горла омеги в тот самый миг, когда альфа всосал его член. Весь мир перестал существовать и сузился это этих двоих. Гарри уверено наращивал темп, а Зейн приподнялся, вплел ладонь в кудри, нагло насаживая умелый рот в желание войти поглубже.

— О боже, Гарри - выстонал Зейн.

Пытка, сладострастный массаж или черт знает что. Горячая волна полетела от груди вниз и Зейн откинулся, выгнулся дугой и закричал, забившись в сладостных конвульсиях. Белесая жидкость наполнила чужой рот и Гарри, выпустив член, сел. Такой, полностью разрушенный Зейн возбуждал ещё сильнее. От нетерпения трясло все тело, каждая минута как приговор.
Обильно смазав палец смазкой, Гарри принялся растягивать парня.

Тем временем Зейн запалошно дышал, наслаждаясь вновь. Прекрасные мальчики стискивали простыни. Это правильная и открытая ласка не могла не порадовать. Пальцы друга двигались очень аккуратно, уверенно и там где нужно. От осторожного воздействия Зейн снова завелся. Очевидно, не прошло и пары минут, как его член вновь был в полной готовности.
Терпеть больше не хотелось, поэтому омежка открыл глаза и, резко сев, перевернулся, встав на четвереньки. Инстинктивно он зазывно крутнул задом, таким образом предлагая себя и дразнил друга, пока тот спешно  натягивал на себя защиту. Как только все было готово, Стайлс обхватил желанные бедра руками как в тиски. Разум затуманенный алкоголем, тело дрожит и просит, Зейну нужна разрядка, нужен другой, чужой альфа.

Осторожные движения и член Стайлса вошёл целиком. Горячее узкое нутро приняло в свой плен. Перетерпев пару секунд, альфа наяал размеренно и аккуратно двигаться, каждым толчком выбивая стоны из хрупкого тела. От таких манипуляций Зейн прогнулся, стиснул в зубах покрывало. На ум ничего не шло, он не мог элементарно отдаться этому чувству. Внутри все сковало, и вместо привычного удовольствия было все натянуто.
Что-то явно не так. Отчего он не может чувствовать Гарри внутри себя. Возможно тот слишком медленный, или это выпитое притупило омежье чутье и отключило либидо. Не ясно. Вместо того чтобы остановить не совсем приятный процесс Зейн решил помочь. Как мог он подмахивал бедрами в такт движениям альфы, до тех пор, пока тот не сбился изменив лёгкое проникновение на усиленный ритм. В какой то миг в глазах омеги потемнело от боли внизу живота. Ему хотелось вытолкнуть совершенно не то из себя. Мысленно, он дал себе пощечину и напомнил, что все это действо во благо. Перетерпеть лишь раз, только бы избавиться, от навязчивой мысли о Лиаме Пейне.
Стайлс уже наслаждался своей новой ролью и принялся не стесняясь долбиться, поскуливая. Но это был бы не Малик, если бы отдал всю власть жалкому альфьему роду. Много чести будет. Прервав все сам, он поменялся местами и оседлал чужие бедра. Намерено заявляя, кто здесь хозяин положения. Но кудрявый был только рад. Смотрел словно зачарованный на то, как пластично двигался на нем омега.

Прекрасная картина, которую так и хотелось бы отпечать в голове на вечность. Закатывая глаза, Малик сам вбивался на всю длину, волной изгибался, при этом громко стонал. Невероятные звуки ласкали слух и сводили с ума, хотелось слышать из снова и снова. Раствориться бы от того, как горячо и приятно внутри этого омежки. Время будто бы замерло, или наоборот неслось, пока они меняли позы и переплетались телами за окном уже задавался рассвет. Предчувствуя кульминацию, Гарри вновь взял лидерство и уложил на живот Зейна. Принялся мощно вытрахивать его в новой позе, вбивая член и пошло шлепая о попку парня своим телом.

В ответ Зейн закричал чуть ли не разрывая ткань подушки, взыграла подбирающаяся волна оргазма, вот вот готовая извергнуться, как лава из действующего вулкана.
В следующую секунду омега кончил, выгнув спину и закинув голову так, что, казалось, он сломает свой позвоночник.
Внутри нещадно сжалось до безумнейшей узости, секунда и Гарри кончил бы вслед за ним. Но Зейн хрипло взмолился.

— Пометь меня.

Альфа подчинился и выполнил очередной приказ, вгрызаясь в хрукпую лопатку парня, сделал временную метку. Зубы лишь царапнули поверхность но сладкую, медовую, цветочную, кровь удалось смешать со своей слюной. В комнате поплыли феромоны обоих и только тогда  альфа кончил, громко крича омежье имя, прибывая в экстазе, вышел. В этот момент Зейна начало трясти крупной дрожью. Оргазм ушел в откат стремительно за секунды, подобно волне в океане. В глазах поплыло а низ живота скрутило, нещадно начало мутить. Альфа  только успел отодвинуться, как тот вскочил и побежал в ванную комнату. Белоснежная сантехника приняла в себя, всю выпивку и даже часть, задержавшегося, вечернего, ужина. Спустя несколько минут взволнованный стремительным побегом вошёл Стайлс. Он облачился в домашние штаны, а в руке была бутылочка чистой водой и чистый комплект пижамы. Все в тишине, они не говорили, Зейн взял бутылку отпил и прошел в душ. Спустя несколько секунд к нему присоединился и хозяин этого дома. Они мылись отдельно друг от друга, стояли спиной и были максимально далёкими. Когда пришло время вернуться, кровать уже была прибрана. Не понятно куда делосьвсе то что они изрядно измяли, и как Стайлс быстро успел все переодеть, но простынь и покрывало, а их было теперь два, были чистыми и совершенно другим.

Они легли по краям, даже не касаясь друг друга. Вскоре рот омеги расскрылся выдал тихое: —" Спасибо".

Стайлс тут же развернулся и поцеловал его ладонь, которую Зейн тут же отдёрнул. Он не собирался сейчас ничего объяснять другу, может быть потом. Как нибудь в другой раз. Определенно так будет куда правильнее.

На своей части постели Стайлс, выжатый и до боли счастливый, ярко улыбался. Его мысли то и дело скакали и радовались от того, что у них произошло. Это невозможно передать, какие яркие ощущения он испытал с брюнетом. Бог свидетель Малик редкостная омега, таких попросту нет. И совсем не зря, каждый, кто хоть раз пересекался с ним, считал его красивой хрупкой статуэткой. Конечно, Гарри не смел надеяться, что Зейн позволит ему вновь заняться сексом, но он точно был бы рад сделать это вновь. Да, между ними нет любви, нет тяги, даже симпатии, они больше как братья, но влечение было разрушительным. Такое он только лишь чувствовал к... Намерено Гарри прогнал образ красивого молодого мужчины из головы. Пара голубых глаз и рот с кривой улыбкой будто смеялся. Кажется этот образ проговорил: "Вот какова твоя любовь Гарри, трахаешь Малика, а любишь меня? Совершенно никудышный!"
Не смотря на то что это все в его собственном сознании, но кудрявый дале слышал голос. Чужой но такой родной и приятный.. Да, он был влюблен, но кажется эта любовь совершенно безответственная. С этими  грустными мыслям  он и погрузился в глубокий сон.

На своей половине, Зейн, слышал мерное дыхание друга наконец отпустил себя. Красивое лицо исказили бороздки ледянящих кожу слёз, они сбегали по щекам. И кажется он только сейчас понял, как же его тошнит, от самого себя. Трах со Стайлсом был хорош, он делал все правильно, но все было не так. Тело сопротивлялось, внутренний омега скулил, внутри все выкручивало от осознания. Не тот альфа, чужой, метка горела на верхушке лопатки будто тавро. Кажется будто на нем заживо кожу драли а не пометили временно. Абсурд до чего додумался он, в погоне забыть Лиама. И как поздно, понял что никто, в целом мире не один альфа не сможет затмить Пейна. Все потому-что они не он! В эту ночь он так и не сомкнул глаз. Спустя какое-то время, тихо встал и ушел в ванную комнату, где замкнулся, включил душ, уселся на пол, и под мерное шипение струй воды залился в рыданиях. Крупные капли лились и лились, нескончаемым потоком.