Глава 5

Прошло чуть больше месяца.
Всё это время Лиам был занят работой так, что не смог снова приехать в гости к Ясеру, хотя мужчина постоянно звал его.
Само собой, они созванивались частенько и, подолгу болтая, обсуждали свои жизни. По крайней мере, Лиам по-настоящему радовался тому, что у него есть хотя бы один друг с которым можно поговорить по душам. В будни Пейн был занят работой, а все свободное время проводил с родителями или же спал.
С тех пор, как его семья погибла, он долгие годы так и оставался одиноким, это существование и самобичевание вымучило как тело, так и его душу. Видимо, все что, было завязанно на Джо действовало именно так, покойный муж не отпускал и даже частенько снился до поры до времени. Все дело в том, что в день похорон Лиам мысленно раз и навсегда для себя решил, что больше не коснется ни одного омеги, чтобы таким образом не предавать память любимого. Тягучее и плачущее время в его судьбе продолжалось много лет и не заканчивалось, пока он не решил вернуться домой.
И до недавнего времени у него получалось идти по нужному пути. Альфа совершенно не интересоваться никем, а хорошие и сильные подавители были нужным дополнением. Желание ушло навсегда, в этом мужчине был уверен. Главным было то, что он даже не возбуждался, а если это и происходило, то перед глазами вставал Джо и эрекция спадала на нет тут же. Нежный, ранимый, излишне болезненный парень с яркой улыбкой. Беременность мужа Лиама была адом для обоих, постоянные больничные койки с начала и до самого рождения малыша. И они справились, преодолели все. А потом все закончилось, так и не начавшись. День за днём Лиам корил себя за ту поездку к океану. Они с Джо были уверены, что так будет лучше, малыш родился очень хилым и со слабым иммунитетом. Это и был выход, но только, как оказалось, к смерти Джо и их сына. Знай это Лиам за ранее, ни отпустил бы свою семью одних, а поехал бы с ними. Возможно, они были бы сейчас вместе там...
Но шли годы и боль ослабевала, а Лиам потихоньку остывал.
Нужно сказать, что на сегодня его собственные чувства к погибшему мужу притупились и более того, метка, которую ставил Джо, теперь уже полностью исчезла. Лишь только внутри шатена осталась та самая ноющая боль потери и почему-то ни грамма любви к его омеге. Ничего больше..
Новый глоток, а точнее встреча с Зейном сбила с ног альфу и заставила волноваться вновь.
Все эти дни для него были какой-то сущей пыткой или, лучше сказать, катаргой после той горячей встречи с младшим Маликом. В этом хрупком и невероятно сильном создании было что-то особенное. Лиам усердно пытался забыть свою непонятную мощную тягу к этому юному существу. Но всякий раз просыпаясь и засыпая, альфа думал только о брюнете.
В силу своей профессии, Лиам очень много перевидал омег и не чувствовал их, так же и его собственный слегка древесный аромат был незаметным.
В последний год он вообще не проявлялся до, опять же, этой встречи.
И тут, ни с того ни с сего, всего одна встреча и пару прикосновений рвут мозг, а при воображении лица Зейна, член очень бурно реагирует и тут же наливается желанием. Как и насыщенный запах сандала сразу же проявляется с дикой силой в присутствии этого омежки. Даже ночью, пару раз он снился мужчине и соблазнял во сне, звал предлагая коснуться, и альфа вскакивал весь мокрый и с мощным стояком.
Возбужденный и лишенный нормального сна альфа злился на себя. Ему не нравилось, что реагирует он будто бы неоперившийся юнец и от одного упоминания готов кончить.
А ведь этому состоянию есть объяснение - истинная пара.
Пейн никогда в них не верил, как специалист, как врач он понимал, что это возможно, но это редкость. Можно сказать, это всего лишь легенда, переданная в детстве всем альфам и омегам родителями, которые рассказывали подобные любовные присказки о негласной совместимости и неподдельной силы любви.
За всю свою врачебную деятельность Лиам редко встречал такие пары. А свой брак он считал истинным со стороны жизни. А тут действительно он на себе прочувствовал все, что описывается в научной литературе: горячие импульсы, усиливающийся аромат обоих при контакте и сильная сексуальная тяга к омеге.
Возможно, будь этот малыш кем-то другим, а не сыном его друга, Лиам поддался бы зову. Зейн слишком молод, восемнадцатилетний парень в самом соку, его тело наверняка самое приятное и нежное. Всем существом Лиам понимал, что он слишком взрослый для этого сокровища.
И, вроде бы, в таких делах возраст не должен иметь значение, но шатен уверял себя, они просто не могут быть истинными. Сложно было понять и разобраться во всем этом самому. Правильнее всего будет обратиться к кому-то знающему получше эту тему.
Для себя мужчина подметил, что как только сможет, то увидится с одним стареньким профессором и поговорит.
Встреча с Маликом младшим просто в один миг перевернула привычный ритм жизни мужчины с ног на голову. Девять лет одиночества и воздержания от секса сейчас ничего не значили. Все, что по-настоящему важно, так это увидеть снова этого красивого омежку, поговорить или лучше всего почувствовать вкус тех маленьких губ.
День за днём Пейн мечтал. Ему безумно хотелось коснуться парня вновь и, более того, почувствовать этот головокружительный аромат цветов с сладковатыми нотками жимолости и пурпурных роз, а заодно насладиться бархатной кожей.

*****
С самого утра день для омежки выдался тяжёлый и, можно сказать, неблагоприятный.
В этот час Зейн возвращался из колледжа. Какая-то дикая усталость сбивала парня с ног и так сильно угнетала. Силы будто бы покинули тело, поэтому парень, войдя в дом, пошел сразу же в свою комнату, искупался и отзвонился отцу, после чего лег спать. Два дня назад Ясер по работе улетел в командировку в Японию и его не будет пару недель. Мужчина строго-настрого приказал сыну звонить каждый вечер, чтобы Малик старший мог убедиться, что с его любимым отпрыском все впорядке.
Такая обеспокоенность была вполне уместной, ведь Зейн подросток в период полового созревания, кто знает, что взбредёт ему в голову, пока он один дома.
Опасения были вполне уместны, ведь в последнее время парень часто истерил, злился и психовал, всякий раз показывая родителю характер.
Обычно Малик старший уезжал всего на несколько дней и впервые отправился на такое долгое время.
Неплохо бы было наоборот быть рядом с сыном, а тут эта чертова командировка так не кстати.

Глубокая и отчего-ьо туманная ночь уже завладела своими правами, и Зейн, сильно ворочаясь и испытывая дрожь во всем теле, проснулся. Парень сонно потёр глаза, выглянул в окно, смотря на затянутое тучами небо. Так странно.. Дождя не было очень много дней, какого черта погода так быстро начала портиться. И он отчётливо помнил, как засыпая смотрел в окно, где виднелось звёздное небо, яркое, сияющее и переливающееся тысячей огоньков. Видимо, у погоды появились свои планы. Пытаясь встать, омежка внезапно почувствовал боль.
Голова сильно болела и тело очень ныло, казалось, что каждая клеточка скована болью. Медленно двигаясь, парень нашел обезболивающее и выпил, после чего снова вернулся в постель.
Следующим утром, а точнее, почти днем Зейн еле заставил себя встать, ситуация вновь повторилась и теперь вместо общей боли появилась острая и режущая боль в животе.
Парень принял освежающий душ, после чего стало чуточку легче, боль ушла и с новыми силами омежка приготовил и съел вкуснейший обед, легкое овощное рагу. Утолив голод, организм волшебным образом вроде бы затих и даже успокоился.
Поскольку сегодня выходной день, омежка выделил его для того, чтобы заняться домашними заданиями, но не тут-то было. Стоило парню лишь войти в свою комнату, как вновь пришедшая сонливость не дала планам сбыться. Именно поэтому вторая половина дня прошла снова во сне и к позднему вечеру Зейн встал от той же дрожи и боли в животе и даже спине. Превозмогая боль и неоткуда взявшуюся слабость, парень кое-как встал и спустился на кухню, перекусил бутербродом вместо ужина, потому как аппетита не было, а желудок урчал в призывах пищи.
Только сейчас омежка задумался.

" Боль? Чтобы это могло быть? Простуда? Болезнь? Усталость?"

Предыдущим днём в колледже они много занимались физическими упражнениями на природе, Зейн списал боль и сильную ломоту во всем теле на то, что это все неразработанные мышцы ноют. Приняв снова горячий душ, парню внезапно стало легче, более того, он даже почувствовал лёгкое возбуждение и странные мурашки. Вернувшись в комнату, брюнет надел чистые боксеры и широкую футболку, позвонил отцу по видеосвязи, поделился с ним лживым рассказом о том, как прошел его день весь в занятиях и уборке. Так же, он расспросил как обстоят дела у мужчины. Казалось бы, все нормально и уставший Зейн вновь улегся, засыпая под кучей одеял.

Боль... пульсирующая и не прекращающаяся разбудила Зейна посреди глубокой ночи. Низ живота разрывало настолько сильно, будто бы на него накинули тяжёлые гири. Белье все промокло, а по телу пробегала прохладная дрожь. Ничего не понимающий брюнет сел в кровати и тут же набрал отца. Единственный человек, с кем можно было об этом поговорить находился так далеко, что Зейн, не контролируя себя, расплакался.

- Алло, да сынок,- послышался тревожный и заспанный голос мужчины в трубке.

- Пааап - рыдая почти пропел Зейн. Слёзы лились и всхлипы рвались из горла, именно поэтому связать речь просто не получалось.

- Лучик, что с тобой? Почему ты плачешь? - тут же потрясенно начал задавать вопросы мужчина.

- Мне больно...все жжется и внизу мокро - заикаясь подбирал слова омежка. - Я думаю.. Ааах... у меня течка, паа - всхлипнул парень, хныкая в трубку.

Слыша своего мальчика таким разбитым и плачущим, мужчина проклял наверное весь мир за секунду. Но нельзя было показать слабость, нужно помочь, защитить, что-то придумать. Тревога за сына заставляла ноющее сердце стучать с такой скоростью, будто бы оно собралось выпрыгнуть, пробивая грудную клетку. У его малыша первая течка, а он черт знает где на другом конце света и не знает, как помочь в этой ситуации.

"Нужно успокоить его. Срочно помочь, но как? Что делать? Думай Ясер! Думай" - подначивал себя мысленно Ясер.

А тихие рыдания и скулеж продолжались в трубке, и мужчина в эту минуту был готов сам заплакать, лишь бы унять боль любимого сынишки.

- Сынок, малыш, слушай меня, я сейчас же позвоню врачу, тебе помогут ты, сможешь спуститься, чтобы открыть дверь?

- Угу, попытаюсь - протянул слова Зейн.

- Нужно продержаться, немного, врач поможет и все пройдет. Ты только не плачь, я умоляю тебя. Так ты делаешь себе только хуже - уговаривал сына Ясер, а сам уже набирал смс, на тот самый номер. - Потерпи, малыш, сейчас спустись, открой дверь и я перезвоню тебе.

- Хорошо, паа - выдавил из себя слова парень, сбрасывая звонок.

Есть только один человек, кому Малик старший мог доверить такое щепетильное дело и благосостояние собственного ребенка.
Не дождавшись ответа, не думая Ясер набрал знакомый номер.

- Алло - тихий голос сразу же ответил, не прошло и минуты.

- Лиам, прости что разбудил, помоги мне - взмолился Ясер.

- Ясер? - тут же изменился тембр голоса. - Что с тобой? Где ты? Я сейчас приеду - последние слова Лиам почти прокричал, шурша на фоне вещами.

- Лиам, помощь нужна не мне. Зейну, у моего малыша первая течка, а я в Японии. Поезжай к нему, помоги, я умоляю тебя, сделай укол или что там в таких случаях делают. Он там совсем один, у него паника, ему больно, он плачет. Если ты не поможешь, я сойду с ума.

- Стоп! - взволнованно повысил голос Пейн. - Ясер, ты с ума сошел? Ты что забыл, кто я? В таких случаях не делают уколы, я же альфа, ты думаешь, что ты говоришь и куда меня посылаешь? Первая течка девственного омеги это не игрушки, никакой укол ему не поможет, ему нужен выплеск. Я могу вызвать скорую, но я не поеду к нему.

- Умоляю тебя, пожалуйста. Как ты не понимаешь, ему страшно, он совсем один, ему нужно тепло - продолжал уговаривать Ясер. - Если это и произойдет между вами, я даже буду рад, что это ты, а не кто-то другой. Таким образом я могу быть уверен, что ты поможешь.

- Ты явно сбрендил - нервно усмехнулся Лиам. - Я не могу, слышишь меня? Физически не должен это делать. Давай так, я поеду вызову помощь и побуду там, пока его не отправят в больницу.

- У тебя получится, Лиам, я верю в тебя, - ответил Ясер, выдохнув от счастья, что смог хоть что-то сделать.

- Позвони ему и скажи, что я приеду, заодно подготовь ко встрече с врачами, омеги такие агрессивные в этот период - добавил Пейн, а на заднем фоне уже рычал мотор мчащейся машины.

- Спасибо тебе, Лиам, я очень благодарен, обязательно позвоню, - только лишь и сказал Ясер, сбросив вызов.