Открытие Тайн

Первым, что прорвалось сквозь сплошную тьму в его сознание — голоса.

Громкие и тихие, веселые и бесконечно серьезные.

— Нет, ну так, молодой господин, нельзя! Раз уж открыли, так покупайте!

— Вы предоставляете? Муж действительно вернулся! Я не верю, что те чары подействовали!

— Ну заходите, попробуйте нашего рыбного супа! Моя жена приготовила его сегодня утром!

Доносилось со всех сторон, сбивая с толку.

Где он? Что произошло?

Переборов себя, мужчина медленно приоткрыл глаз, пытаясь окончательно вернуть сознание, но яркий свет фонарей ослепил, вынуждая вновь плотно сомкнуть веки.

Вслед за разумом постепенно появлялись и другие органы чувств.

В нос ударил запах всевозможных специй.

Кто-то нес его на спине, уводя все дальше и дальше по оживлённым улицам в неизвестную сторону.

Шаги неизвестного были широкими и очень уверенными, словно не раз проходили этими дорогами, и знают каждый поворот.

Немного оклемавшись, мужчина слегка напрягся, судорожно соображая, что ему нужно делать.

Несущий совершенно не заботился о своей безопасности, открывая Чжоу Юханю свою спину и шею.

Задержав дыхание, мужчина решил было вырваться, воспользовавшись неожиданным маневром, но стоило взволнованному голосу спросить:

— Учитель, Вы в порядке?

Как вся напряжённость мигом улетучилась.

Как он мог не узнать своего ученика?

Но вслед за облегчением пришло и осознание произошедшего.

Обхватив шею главного героя руками, заклинатель быстро прислонился к его уху, взволнованно спрашивая:

— Юн Ксу, куда мы идём?! Где глава?! Почему мы ушли?!

Слегка отвернув голову, ученик тяжко выдохнул, прикусывая губы:

— Учитель, мне очень жаль... Но давайте вначале пройдем в безопасное место, и там все обсудим?

Юн Ксу говорил практически умоляющим тоном, что заставило мужчину немного умерить свой пыл.

Как бы ему ни хотелось разузнать все подробности как можно скорее, он понимал, что главный герой не стал бы так себя вести просто так.

В его сердце поселилась тревога, а желудок разъедало чувство вины, но несмотря на это, он не пытался начать разговор.

Наконец, достигнув ветхого, полуразвалившегося домика, находившегося на самой окраине города, в окружении ржавой ограды, ученик остановился, аккуратно спуская старейшину с плеч.

Не аккуратно потянув рукой, мужчина дернулся, чувствуя боль в раненом плече.

Ученик тут же осторожно взял его раненую конечность, поправляя ткань — вероятно, пока мужчина был без сознания, он перевязал его рану, хоть и не очень аккуратно.

И отошёл чуть в сторону, открывая обзор на место, куда они прибыли.

Мужчины остановились перед небольшим домом, выглядевшим очень обветшало и неприветливо.
И Юн Ксу, точно бывая здесь раньше, медленно наклонился, доставая рукой старый камень из земли, и вытащил ржавый ключ, которым поспешно отворил дверь.

— Что это за место? — удивлённо спросил заклинатель, неуверенно переступая через порог, и замирая, чуть ли не попав лицом в паутину, — выглядит нежилым...

Ученик грустно выдохнул, ладонью срывая паучий домик:

— Это место... Где я вырос.

Чжоу Юхань замер, удивлённо рассматривая дом.

В его воспоминаниях, главный герой жил на улице, так как же это возможно?

Или память опять его подводит?

Желая разрешить свою дилемму, мужчина неуверенно спросил:

— Но, разве у тебя был дом?

— Один хороший человек приютил меня здесь, а позднее оставил в наследство, — с грустной улыбкой прошептал мужчина, и уверенно прошел вперед.

Пол его сил не оценил, протяжно скрипнув, грозясь обвалиться.

Старейшина моментально подскочил к нему, спасая от возможной опасности, но поняв, что все в порядке, немного смущённо отступил:

— Я даже не знаю, что сказать...

Главный герой спокойно обернулся, мягко улыбаясь:

— Просто, расскажи обо всем по порядку, Се Юй.

Услышав свое имя, мужчина даже не удивился.

Не было ничего поразительного в том, что, в конце концов, главный герой раскрыл его личность.

Наверное, не заметить подобное и не сложить очевидное, мог только самый глупый человек, к числу которых ученик ни в коем случае не относился.

И теперь, когда Чжоу Вейж и Юн Ксу узнали его страшный секрет, жизнь безусловно изменится.

И если за главного героя, мужчина не особо переживал, то за названного брата сердце болело нестерпимо.

Его глаза, наполненные недоверием и ужасающей болью от предательства и обмана, навсегда останутся в памяти заклинателя.

То, через что он заставил, пусть и не нарочно, не по своему желанию, своей воле, пройти главу ордена, тяжёлым камнем легло на его шею, утягивая в пучину страданий.

Хотелось забиться в угол, спрятаться от проблем, но, к сожалению, это было невозможным.

От того, что он так поступит, жизнь не наладится, и чувство вины тоже никуда не исчезнет, продолжая пожирать, точно огонь бумагу, душу изнутри, выворачивая ее наизнанку.

И только то, что Юн Ксу был рядом с ним, позволяло преуменьшить его страдания на самую малую толику.

При мысли о том, что Юн Ксу был рядом с ним, что он не предоставлен самому себе, становилось легче.

Не сдерживаясь, он растеряно посмотрел на ученика, чтобы затем, в следующий миг, медленно протянуть руку.

Главный герой понял его намерения, в тот же момент притягивая ближе к себе, пытаясь успокоить, приободрить.

Он ничего не говорил, позволяя заклинателю собраться с мыслями и начать трудное для него откровения.

И трудным оно было не потому, что он не хотел рассказать обо всем.

Выложить все под чистую, и оставить кого-то разбираться с этим вместо него.

Нет.

Дело было совсем в другом.

Ему было трудно начать, ведь с каждым словом, понимание своей роли в этом мире становилось все отчётливиее, а вред, нанесенный Чжоу Вейжу, очевиднее.

— Не называй меня этим именем. Оно относится к моему прошлому, в которое я не хотел бы вернуться. Сейчас у меня новая жизнь, где, думаю, нет места прошлым сожалениям, печалям и ошибкам. Я пришел из другого мира... И имя, которым ты сейчас назвал меня, принадлежало прошлому мне, — ученик кивнул, обнимая мужчину ещё крепче, готовясь принять любую правду.

Ему было абсолютно все равно на такие мелочи.

Какая разница откуда пришел его возлюбленный, если по итогу они вместе и любят друг друга?

Какая разница, как называть друг друга, если они все равно любят не имена, а души друг друга.

Да и разве мог он мешать Чжоу Юханю становится тем, кем он хотел быть?

Но, Чжоу Юхань, не знающий мыслей главного героя, ужасно нервничал, что доставил дискомфорт и ему:

— Я правда не хотел кого-то обманывать! Это свершилось совсем внезапно, без моего желания, после того, как я... — на миг он запнулся, не зная, стоит ли рассказывать такие подробности своей кончины, но сразу же приобрел уверенность, когда ученик обхватил его руку своей ладонью прижимая ее к своей груди, где ритмично билось сердце, — ...лишил себя жизни и очутился здесь.

Юн Ксу громко втянул воздух носом и промлонился к чужому виску щекой:

— Ты не должен стесняться этого или переживать, что я неправильно тебя пойму. Я знаю немногое, но могу с уверенностью сказать — чтобы не случилось, тебе не стоит винить себя за это. Каким бы глупым поступком ни было самоубийство, это дела минувших дней, которые уже не изменить.

Выдохнув, Чжоу Юхань прикрыл глаза, немого успокаиваясь, и продолжил:

— Это единственное, что я не рассказывал никому, и это все, что терзало меня все это время.

— Я никогда не отвернусь от тебя. Для меня совершенно неважно, откуда и кто ты, — тихо ответил Юн Ксу, поглаживая руку Се Юя, — Но, честно признаюсь, ты заставил меня волноваться, когда говорил свое имя. Я ревновал!

Чжоу Юхань невольно рассмеялася, крепче прижимаясь к чужому тёплому телу, позволяя себе немного расслабиться, и на секунду забыть обо всем, что уничтожало его раньше.

— Я тоже ревновал, — ученик удивлённо посмотрел на него, а потом, казалось бы понял, и ужасно покраснел, но не перебивал, даже когда мочки его ушей стали краснее раскаленных углей, — Однажды во сне ты шептал о любви... Тогда, я решил, что тебе снится какая-то женщина, и мне стало так плохо от этого...

Юн Ксу быстро поднял взгляд, и в свою защиту выпалил:

— Мне всегда снился только ты! — и вновь, совершенно несвойственно ему, покраснел.

Се Юй, услышав это, тоже внезапно смутился, но быстро взял себя в руки, наконец решаясь узнать о произошедшем.

Нет сил бегать от проблем.

И какими бы ни были эти бессмысленные разговоры, прятаться в них от действительности вечно — невозможно.

Юн Ксу замолчал на долгое время, прежде чем ответить:

— Глава очень сильно разозлился... И в пылу гнева уничтожил вершину нашего пика, желая убить и тебя, но я успел унести тебя оттуда. Теперь адепты ищут нас, но не думаю, что смогут найти это место. Эта та ещё дыра.

Чжоу Юхань тяжело дышал, отрешенно смотря в пыльное окно.

Ну почему все сложилось именно так?!

Почему Система решила разрушить все?!

— А где та женщина? Кажется, вы были знакомы? — ломающимся голосом спросил заклинатель, прикрывая глаза, и, пытаясь найти поддержку, положил голову на грудь ученика, слушая сердце.

— Она умерла, ее убил глава сразу же после того, как напал на нас. С ней мы познакомились, когда ты находился в принудительной медитации. В поиске возможности усовершенствовать свои навыки, вывести их на новый уровень, я наткнулся на нее, — Се Юй внимательно слушал, открывая для себя все больше и больше нового о своем возлюбленном, — Изначально, она просто помогала мне практиковаться, но потом, рассказала о новой возможности совершенствоваться. В заклинательском мире запрещены темные тактики, но меня это не остановило. В обмен на обучение, я согласился взять в жены девушку, ты ее знаешь, Нин Минджу, но в последствие я отказался от брака, чем, вероятно, и спровоцировал все это.

Се Юй медленно кивнул, переваривая услышанное.

Постепенно все становилось понятным, и вопросы, которые ранее возникали, находили ответы.

Внезапно ему вспомнилось нечто, что его заинтересовало некоторое время назад, но из-за недостатка времени и силы обстоятельств, не было возможности спросить:

— А что это за татуировка?

Юн Ксу медленно поднял руку, неосознанно сжимая пальцы, и, с небольшим опасением, закатал рукав, обножая практически черные линии.

Чжоу Юхань удивлённо выдохнул, аккуратно прикасаясь к ним пальцами:

— Она почернела?

Когда он поднял взгляд на лицо своего ученика, мужчина понял, что произошло что-то непоправимое, способное принести вред.

— Почему это произошло, Юн Ксу? Это можно изменить?

Ученик аккуратно притянул его к себе, опуская руки на чужие плечи, и сказал очень твердо:

— Это из-за того, что я использовал слишком много темных сил. Через некоторое время все вернётся на свои места, — но заклинатель, несмотря на достаточно спокойный тон возлюбленного, не смог так просто не принимать во внимание этот факт.

Через силу отстранившись, он внимательно посмотрел в черные глаза главного героя, ищя там ответы на не высказанные опасения, и Юн Ксу, видя его чрезмерное беспокойство, помедлив, решился ответить честно:

— Если я не буду использовать эти силы, со мной больше ничего не случится. Поэтому, пока я восстанавливаюсь, мы можем остановится здесь, а потом податься к моему отцу, если здесь не получится обжиться...

— А что произойдет, если ты всё-таки используешь их?.. — все не унимался мужчина, пытаясь выявить как можно больше потайных камней.

— Я сойду с ума, — безэмоционально ответил ученик, задумчиво отводя взгляд в сторону.

Они посидели в молчании некоторое время, после чего, Юн Ксу, видя хмурую задумчивость возлюбленного, и вновь начинающиеся внутренние терзания, самобичевание, решил проявить инициативу:

— Давай осмотрим дом?