Гармония без покоя.

17:30. Звук каблуков отстукивал по сухому асфальту. Киото ещё не скрылся за горизонтом окончательно, но и не был таким оживлённым, как днём. Бант на шее слегка сдавливал, или мне так казалось.

Я забыла выпить нормотимики от «Кайган» утром. Вот блин… Я из-за этого так накричала на Куру? Говорил же доктор Сато: "Не пропускайте дозировку, у лекарства есть синдром отмены!" Открыв сумку, начала тут же искать знакомую упаковку: нежно-голубая с красным элегантным названием «Harmony». Рядом мелкий, почти декоративный иероглиф ハーモニー. «Гармония». Я выдавила капсулу из упаковки и, без воды (не было под рукой), положила под язык, сразу же ощутив сладко-химический привкус. Противные ощущения пыли во рту, но куда деваться, раз моя менталка так скачет.

До иностранца идти полчаса. У Куру день заканчивается в шесть ровно, к тому же он часто задерживается на полчаса, так что… успею. Я ускорила шаг, не обращая внимания на ноющую боль в ступнях, отдающую в икры. В голове всё также крутится этот «светлый» адрес, как будто самостоятельно направляя меня к нему.

«Опять твой Нобору, да?!» – я вздохнула. Да, да и да! Опять он! Опять я приехала раньше, чем предполагала. Да всё потому, что устала от его выходок! Устала от всех!

Шаг.

От Нобору.

Шаг.

От Куру.

Шаг.

От работы.

Шаг.

От ответственности.

Почему я снова должна за всех отвечать, пока они сидят и ничего не делают?… Зачем я вообще начала встречаться с ним?

Каори, ты его любишь.

Нет, не люблю!

Я замедлила шаг возле небольшого продуктового магазина, прислоняясь к стене спиной. А может, правда люблю его, и это всё накручиваю…? Если не любила, то бросила бы давно. Вот подруги же ходят с парнями, а я буду какой-то не такой… неполноценной.

Новое уведомление на телефоне, я включила экран. Два уведомления: один – лайк на моём обычном аккаунте, второй – просмотр профиля на втором, более личном. Без лишних раздумий я открыла второй, пальцы начали сами писать, постукивая ногтями по экрану.

“Устала быть ответственной за всех, кроме себя”, – и прикрепила относительно недавнее селфи, где скучающе смотрю в окно. Взгляд метнулся на время – 17:47. Вздохнув в последний момент и проводив глазами рядом проходящую пару, я оттолкнулась от стены. Последний поезд в Осаку отправляется в 23:32, времени полно.

Ул. Абура-коудзи, д. X-X. Апато «Хикари».

Я уже стояла перед домом.

Трехэтажный узкий апато цвета выцветшей глины прижимался к тротуару. Балконы, как дешевые полки, торчали из фасада, заваленные коробками и пустыми цветочными горшками. На третьем этаже из трубы над моей головой сочился пар, а на одном из балконов одиноко мигал синий светодиод – может, от роутера, а может, от аквариума. Окна были темными, кроме двух на втором этаже, за которыми колыхались желтые занавески.

Я подняла глаза, третий этаж. Угловая квартира. Балкон пуст, если не считать старой сушилки для белья, сложенной у перил. Окно – стандартное алюминиевое, матовое от пыли и городской влаги. За ним – ни движения, ни света. Только отражение угасающего неба и моё собственное бледное лицо, смотрящее снизу вверх.

Лестница внутри пахла старым линолеумом и жареным тофу из чьей-то кухни. Я медленно пошла наверх, прислушиваясь. Ступеньки скрипели разными голосами, а за тонкими дверьми слышались обрывки жизни: смех токийского комика из телевизора, шипение масла на сковороде, ссора на повышенных тонах. На третьем этаже коридор был уже и темнее. Полосы света из-под дверей ложились на потертый ковролин.

Его дверь. Табличка с его номером квартиры, а под ней обычная японская щеколда. Ни звука изнутри. Я замерла перед ней, сжав в руке телефон, на экране которого всё еще горел мой пост: «Устала быть ответственной за всех, кроме себя». Сладко-химический привкус «Гармонии» всё ещё стоял во рту, приглушая дрожь в кончиках пальцев.

Я подняла руку, сжимая её до лунных отметин на ладонях.

Три стука, не больше, за которыми сразу образовалась громкая тишина в ушах. Убрала телефон в сумку, нервно поглядывая на щеколду.

Резкий металлический звук. Дверь открылась.

Первое, что я увидела, – его рост, голова наклонена вниз, он смотрел прямо в глаза с едва серьёзным лицом, скорее в смятении.

– Добрый вечер! – я поклонилась. – Прошу прощения за моего брата Курумо, мне очень жаль, что произошло у вас. Вы не держите на него зла, он… с характером.

– Н-нет, что вы, не стоило, – его акцент вибрировал в воздухе, пытаясь разрядить атмосферу. Фрилл положил забинтованную руку на шею. Под блондинистыми волосами проглядывал ещё один бинт, который он явно сам завязывал.

Господи, это Куру его так…? Вот только он попадётся мне, я его..

– Рана, – я указала пальцем на повязку, – сильная? Вы об-

– ТЫ ЧТО ЗДЕСЬ ЗАБЫЛА, ДУРА?! – высокий крик послышался с лестницы, он был настолько резким, что мне заложило уши. Голова резко повернулась. Куру?!

Брат, запыхавшись, стоял на лестнице, его косуха отражала едва легкий свет из соседнего окна. Резкие шаги направились в нашу сторону.

– Это что ТЫ здесь забыл?! – я неосознанно двинулась вперёд, тыкая пальцем в его грудь.

– Ты каким боком здесь оказалась, а?! Каори, блять, не лезь в моё дело хотя бы сегодня! – Куру резко раскрыл руки. – Быстро пошла отсюда, я дома ещё поговорю с тобой!

– Ты чё,издеваешься?! Совесть замучала, да? Раз после своих убедительных отрицаний ты удосужился притащить свою задницу сюда! – мой голос сорвался на высокий тон, пока рука вцепилась в его запястье. – Сука, сказал бы сразу, что пойдёшь сам, а то: Каори, пойди туда, Каори, пойди сюда! Знаешь, как меня это заебало!

– Идиотка?! Тебя никто не заставлял это делать!

– Вы оба! – резкий голос Фрилла заставил нас вздрогнуть. – Быстро вовнутрь. – Он странно поглядывал за плечо Куру, я последовала за его действиями; в соседней двери едва выглядывала старушка, щурясь на нас троих. Черт, я забыла, что мы не одни. Затем Фрилл прошёл внутрь, жестом указывая нам повторить. Первой вошла я, сразу же осмотрев квартиру: вход был соединен с кухней, на столе которой стоял ноутбук и пара его личных вещей. А чуть дальше виднелась сама гостиная, но её закрывал Фрилл. Брат, смотря в пол, закрыл за собой дверь.

Молчание. Холодильник нагнетающе гудел где-то рядом, а часы тиканьем дополняли атмосферу.

Фрилл молча прислонился боком к стене, скрестив руки, а Куру не выходил из гэнкана (прихожая), сметив свой взгляд на стену напротив. Я стояла посреди них.

Они смотрели по сторонам, только не друг на друга.

– Вы так и будете дуться, как дети малые? – резким движением я потянула Куру за ухо.

– Ай-яй-яй, отпусти, дура! – он пытался вырваться из моей хватки, которую я благополучно игнорировала. Стук каблуков пронзал воздух, пока я шла к Фриллу, тянув идиота за ухо.

– И ты тоже извинись перед ним, – вторая рука тоже потянула ухо, но уже иностранца. Оба сквозь раздражение не хотели даже давать намёка на прощение.

– Да отпусти ты уже… ай! – я надавила ещё сильнее. – Понял! Понял! Извини меня, Фрилл! Только отпусти уже, Каори!

– Ты тоже извини меня, Курумо! – того я сразу отпустила, он и так натерпелся. Он сразу же взялся за ухо, нежно массируя уголок раковины.

Брат сам вырвался из хватки, хватаясь за ухо. По крайней мере, я осталась довольной.

Смотря на Фрилла, мне было жаль его по-человечески: он словно мумия, забинтованная в несколько метров бинта. На затылке виднелось уже засохшее пятно крови, больно прилипая к волосам, а на руках сквозь ткань пробивались всё так же незажившие раны.

– Фрилл, вы обращались в больницу? – я присела на стул рядом. – Просто, смотря на ваши раны, мне даже самой не по себе…
Он неловко посмотрел на нас двоих, сжимая кулаки.
– Нет.

– Чё, реально? – вырвалось у Куру.

– Мгм.

– Серьёзно? – и минуты не прошло, как я снова встала, подойдя ближе. – Вы уверены, что вам не нужна медицинская помощь?

– У меня нет медицинской карты.

– Как это нет?! – я переглянулась с Куру, понимая его реакцию. – Вы либо бесстрашный человек, либо полный идиот, господи! Куру, сколько времени? – мы снова встретились взглядами.

– Мда, на часы посмотри над головой, – он закатил глаза.

– Да не понимаю я в таких часах.

Цокнув языком, Куру достал телефон, показывая экран. 18:55.

Решение пришло моментально.

– Мы идем в ближайшую больницу, – я уже повернулась к выходу, встав рядом с братом.