Глава 3: «Начало пути»

Глава 3: «Начало пути»

Как Ларс и говорил, группа вышла к обеду. Солнечный свет не пропускал смог и пепел, кружащий в атмосфере до сих пор. Светало только к двенадцати часам дня, темнело в седьмом. Снег лежал грязным ковром по всей территории станции и за ее пределами. Ларс знал, что примерно через пятьдесят миль — два-три дня пути с учетом привалов — погода сменится. Снега и холода не будет, но кислотные дожди там льют практически каждый день. Никто из группы, кроме Ларса и Сэма, не сталкивался с кислотными дождями и Ларс планировал рассказать о мерах предосторожности на одном из привалов. А сейчас они выходили в ворота и вслед им молились, чтобы все вернулись живыми.

Долгое время группа шла молча. Каждый тонул в своих мыслях. Ния шмыгала носом, переживая за оставленную мать, но Сэм не отходил ни на шаг, успокаивая, что с ней остался Ник и в случае чего он сделает все возможное, чтобы сохранить жизнь.
Когда показалась опустевшая дорога за лесом, группа оживилась. Одну преграду они прошли. В лесу всегда более опасно. Дикие звери все еще водились, пусть их и можно было встретить очень редко. Озверевшие от голода, они нападали не раздумывая и бились до последнего.

Дорога тянулась вперед и казалась бесконечной. По обочинам все так же тянулся лес. Замерзшие ветки деревьев торчали в разные стороны, как пальцы старой ведьмы. От ветра они раскачивались в разные стороны, стряхивая на путь группы пепел и иней. Переодически попадались ржавые, разбитые машины, в которой сидели скелеты, обгоревшие в дни пожаров. Искать в машинах провизию уже не было смысла. Ларс был здесь пару месяцев назад и забрал все, что оставалось после таких же искателей как он.

— Еще видно макушку станции. Через час исчезнет совсем, — сказала Джун, оглядываясь назад.

На ее спине висел арбалет, без которого она уже не представляла жизни. Из-под шапки выглядывала длинная, плотно заплетенная коса. Джун была невысокого роста, юркая и внимательная, что позволяло ей быть хорошим разведчиком.

— Если не собьемся с пути. Этот поворот не отмечен, — ткнул в карту Эрик.

Ларс кивнул.

— Я помню. Будем держать направление на север, а там пойдем вдоль высохшего русла.

Эрик только пожал плечами и убрал карту обратно в карман куртки. Он доверял Ларсу и уверенно шел за ним.

— Как романтично. Пять голодных выживальщиков в поисках запрятанного рая, — хохотнул он.

Джун недовольно закатила глаза и собиралась что-то ответить, но Ларс остановил их, всматриваясь в лес. Ветви деревьев дрогнули.

— Тише. Слышали?

— Просто ветер. Или... зверь? — прошептала Ния.

— Тут давно не было диких животных, — покачал головой Сэм, все еще вглядываясь в глубь леса. — Кай часто убегает, пытаясь встретить добычу. Пришлось объяснять, что он станет ужином быстрее, чем успеет достать свое копье.

Ларс от упоминания о Кае фыркнул. У него с самого утра было плохое предчувствие.

— Двигаемся, — он указал рукой вперед. — Через два часа привал. Там заброшенная заправка, если оставшийся фундамент можно так назвать. Джун, ты первая идешь. Ищи свежие следы, чтобы нас не ждали сюрпризы.

— Люблю, когда день начинается с паранойи, — тяжело вздохнула Джун, продолжая путь.

Время приближалось к сумеркам. В потемках с трудом можно было разглядеть дорогу, а опасность практически невозможно. Группа поторопилась и добралась до заправки даже раньше предполагаемого времени. Ларс был прав. От заправки после взрыва остался только битый фундамент, обломки стен и колонок, и две ржавые консервные банки, которые раньше были машинами известных марок.

— Останемся здесь до утра. Как толко начнет светать, снова в путь, — сказал Ларс, сбросив с плеча рюкзак и походный коврик.

Группа была только рада. Животы урчали от голода, ноги и руки замерзли. Эрик и Сэм тут же пошли на поиски дерева и тряпок для костра. Джун и Ния рылись в рюкзаках, рассчитывая что и в каких порциях можно съесть, чтобы еды хватило, если не на весь путь, то хотя бы на длительное время. Ларс внимательно огляделся еще раз, чтобы убедиться в том, что они здесь одни.

Как только Эрик разжег костер, группа окружила его, вытянув ноги поближе к огню. Ния поставила на раскаленный кирпич четыре маленькие банки консерв с мясом.

— Я помню, как мы с отцом поехали из Бергена в Осло, — раздался в тишине голос Сэма. — Мне было около десяти. Мы заехали на заправку по трассе. Я с восторгом смотрел на витрины с шоколадом. Упаковки были цветными, красивыми и ужасно привлекательными. Отец набрал мне кучу разных сладостей и мы снова двинулись в путь. Кажется, это последний раз, когда я был так счастлив. Мы летели по трассе, кругом были зеленые деревья, синее летнее небо и яркое солнце. Отец шутил: «Благо мы черные и сильнее не загорим, иначе стали бы красными как все белые». Я смеялся от такого количества цветов в одном предложении. А теперь до смерти мы останемся в этом холодном мире, где солнца не видно, а лета не существует.

Здесь все еще помнили отголоски прошлой жизни. Кому-то было девять, кому-то двенадцать, но с каждым годом воспоминания меркли, а надежда на счастливое будущее угасала.

Мясо в банках нагрелось. Парни взяли по целой, Джун и Ния поделили одну. Они ели в тишине, слушая треск дров и редкий гул ветра в дали. Но Ларс никак не мог отделаться от мысли, что рядом кто-то есть. Его тревожило это с тех пор, как на дороге послышался шорох. Он оставил банку и двинулся в сторону разбитой машины, поросшей рыжими пятнами и сажей. Стоило ему подойти к капоту, за машиной что-то хрустнуло. Ларс тут же выхватил нож из ножны, а Джун вцепилась в арбалет. Но Ларс не успел обойти машину, преследователь показался сам, подняв руки вверх.

— Не тычь в меня ножом, Ларс.

— Какого хрена ты тут забыл?! — прорычал Ларс, пытаясь в темноте разглядеть глаза Кая.

— Как грубо. Я, между прочем, вам в помощь пошел.

Ларс не стал церемониться. Схватил Кая за ворот и потащил к костру. Группа молча наблюдала за этим, не зная, что сказать. Джун готова была убить Кая взглядом и держалась из последних сил. Ния, Эрик и Сэм переглядывались, надеясь, что Кая первым не пришьет Ларс.

— Еще раз, что ты здесь делаешь? — спокойнее спросил Ларс.

— Я иду с вами. Я хочу и могу быть полезным.

— Нет, ты идешь домой, — встряла в разговор Джун. — Торвальд там уже с ума сошел наверное.

— Я написал ему письмо. Сказал, что пойду с Ларсом, это в разы уменьшит его тревогу.

— Письмо он написал, — усмехнулась Джун, — детский сад.

— С каких пор я стал твоим телохранителем, а? — Ларс сделал шаг ближе.

Кай замолчал, глядя Ларсу в глаза. Известно с каких пор. С тех самых, как спас его в лесу от диких. Торвальд с тех пор уверен, что Ларс никогда не даст Кая в обиду, только вот он не знает, что их отношения никогда не были близкими, а совсем наоборот — горели в костре ненависти. С тех пор как появился Ларс, а Кай начал взрослеть, он до кипения доходил от того, что отец позволяет Ларсу все: выходить ночью и днем, добывать провизию, прислушивался к его советам. Кай тоже хотел быть полезным. Хотел работать с Ларсом, быть его напарником, приносить еду в общину. Но ни Торвальд, ни Ларс не считали нужным брать его в дело. И со временем Кай окончательно взбесился на Ларса. С тех пор обходит его стороной и не просвещает отца в свои вылазки.

— Я не хочу ничего слышать. Ты не пойдешь с нами, — сказал Ларс.

Вся группа, за исключением Джун, уставилась на него.

— Но ты не можешь отправить его назад одного. Там может быть что угодно, — Эрик эмоционально махал руками, указывая на Кая и лес.

— Думаешь будет лучше взять на плечи мелкого выскочку? — со злостью бросила Джун. — Он не отходил от дома дальше чем на милю. Что он будет делать, если нападут? Нет, это просто бред!

Джун отмахнулась и отошла в сторону, чтобы перевести дыхание. Все внимание снова упало на Ларса. Он так и знал, что спокойно уйти не получится. Кай не тот, кто упустит возможность доставить проблем. Но в одном он был прав: Ларс никогда не позволит пострадать кому-то из его общины и Кай не исключение. В безмолвии он снова сел у костра и взял банку с мясом.

— Он идет с нами.

— Ларс, это глупо, — фыркнула Джун.

— Отправим домой и он погибнет. Хочет доказать папочке, что он может быть полезным и сильным — ради бога, пусть. А вам пора спать. В машинах все еще есть сиденья. Если уместитесь рядом будет тепло.

Уставшие и разморенные едой и теплом, никто не стал сопротивляться. Ушла даже Джун, махнув рукой на Кая и завтрашние проблемы. Ларс и Кай остались одни. Кай уселся рядом. Ларс не глядя отдал ему свой почти не тронутый ужин.

— Ешь и спать. Я буду на карауле.

— Я останусь с тобой.

— И завтра через час пути свалишься с ног. Не веди себя как ребенок, Кай.

Кай не ответил. Поковырялся в банке ложкой и снова посмотрел на Ларса. Тот смотрел на огонь, ломая в руках сухую сосновую ветку, с которой давно уже осыпались иголки.

— Я уверен, ты знал, что я приду.

— Знал, но надеялся, что не придешь.

Ларс все так же не смотрел на Кая, словно верил, что пока не смотрит, Кай остается плодом его воображения.

— Не хочешь брать меня, скажи в лицо, а не делай вид, что меня нет, — губ Кая коснулось усмешка.

— Ты идешь с нами только потому, что я не хочу причинять боль твоему отцу и вред общине, — выдохнул Ларс, все таки посмотрев на Кая. — Это ты плевать хотел, но если с тобой что-то случится, он не переживет и община останется без предводителя, а это несомненно паника и хаос. К тому же, я прислушиваюсь к своим людям. Сэм, Ния, Эрик — они просили за тебя.

— И ты просто подчинился их просьбе? Обычно ты не любишь, когда тебе указывают, Ларс.

— Я веду людей в неизвестность и должен быть с ними на волне. Но если ты станешь обузой — не жди снисхождения. Понятно?

Кай пристально посмотрел на Ларса.

— Я просто хочу понять, что на самом деле происходит там вдалеке. Хочу видеть все сам. Не из рассказов отца. Не из твоих. Сам.

— Это не экскурсия, Кай. Люди умирают. Иногда — те, кто рядом. Готов ли ты к этому?

— А ты?

— Весь день задаю себе тот же вопрос, — честно ответил Ларс.