46 глава

Прошла неделя, но Стелла до сих пор понятия не имела, что предпринять по части соблазнения Вани. Он казался счастливым – насчет себя она не сомневалась, – но первый их совместный месяц приближался к концу, и она не была уверена в том, что он согласится подписаться на еще один.

Тем вечером его мама снова пригласила Стеллу на ужин. Стелла голову сломала, придумывая хитрые способы, как бы получить от его семьи советы по поводу Вани. Если кто его и знает, так это они. Но как спросить, не вызвав подозрений, что между ней и Ваней что-то не так? Все ведь думают, что они встречаются по-настоящему.
Следуя его инструкциям, Стелла вошла в дом его мамы и поставила свою обувь рядом с обувью Вант. Ее черные туфли на высоком каблуке возле его конверсов казались крошечными, но ей нравилось видеть их вместе. Это доставляло ей удовольствие на фундаментальном уровне.

Она поставила коробку с грушами на столик перед бронзовым Буддой, и вдруг ее внимание привлекло ворчание и тяжелое дыхание из гостиной справа. Она пошла туда и перед ее взглядом предстал крендель из рук и ног на ковре под фортепиано. Похоже, это был Ваня и какая-то девушка. Стелла испытала бы ревность, если бы по ним не было видно, как им неудобно.

– Просто сдавайся и скажи это вслух, – процедил Ваня сквозь зубы.
– Нет, мой болевой прием сработал. Ты выбрался только потому, что сидишь на стероидах.
– Я не принимаю стероиды, а прием твой сработал только потому, что я не хотел попасть тебе по сиськам.
– Тогда в следующий раз буду метить тебе по яйцам.

Приглядевшись, Стелла увидела, что они оба держат друг друга за горло. Как анаконды в смертельной схватке, ни один не хотел отпускать другого.

– Может, объявим ничью? – предложила Стелла.
– Привет, Стелла, – прозвенел голос.

Лицо сестры Вани было скрыто под завесой темных волос, и Стелла понятия не имела, которая это сестра. Их было слишком много.

-Ваня твоя девушка пришла. Сдавайся.
– Ужин будет готов через десять минут- прокричала мама с соседней комнаты.

Краснота на лице Вани довольно настораживала, но, насколько Стелла видела, он сам это спровоцировал. – Погоди секунду, я сейчас освобожусь.
– Только если сдашься. Ну, кто твой папочка? – сказала его сестра, сгибая внушительную руку, которая обхватывала его шею.
– Точно не ты, мелкая засранка.

Они покатились по ковру, пинаясь и молотя ногами.

– Тогда я пойду поздороваюсь с вашими мамой и бабушкой, – сказала Стелла.

Она предпочла бы сделать это в компании Вани но, похоже, то, что происходило между ним и его сестрой, должно было занять еще какое-то время.

Никто не ответил. Видимо, они не могли расходовать кислород на разговоры.
Стелла прошла по коридорам дома, который оказался огромным – снаружи он выглядел меньше. Мама и бабушка Вани сидели в гостиной и чистили дольки грейпфрута от кожицы, мелодично разговаривая на немецком. На экране телевизора мельтешили двое мужчин в костюмах обезьяны и свиньи.

– Здравствуйте...? – Она неуклюже склонила голову. Язык Стеллы не поворачивался произнести слово «бабушка» по- немецки «Oma»

Бабушка Вани улыбнулась и жестом пригласила ее сесть на свободное место на старом кожаном диванчике. Как обычно, шарф был повязан вокруг ее головы и обернут под подбородком. Очаровательная бабушка. Держалась ли она в последнее время подальше от садовых ножниц?

– Здравствуйте, Натали

Стелла кивнула маме Вани и села на указанное место, чувствуя, как в животе затягивается узел, а мышцы напрягаются. Несмотря на то что она уже не раз встречалась с мамой Вани она по-прежнему ужасно нервничала рядом с этой женщиной. Прежде чем сказать что-то, Стелле приходилось тщательно взвешивать каждое слово, обдумывать каждое движение. Она не хотела снова все испортить. Это была мама Вани самая важная женщина в его жизни, ведь настоящей девушки у него не было. Все мысли о том, чтобы спросить у нее совета насчет Вани испарились из-за тревоги.

Мама Вани протянула ей чашу с идеально очищенными желто-зелеными дольками грейпфрута. Стелла никогда раньше не видела, чтобы кто-то так чистил грейпфруты, и поэтому взяла кусочек со смесью любопытства и страха обидеть хозяйку. Она вонзила в него зубы – и на ее языке растеклась сладость, не испорченная привычной горечью от кожицы.
Стелла удивленно прикрыла рот ладонью.

– Очень вкусно.
– Возьми еще.

Мама Вани улыбнулась и поставила чашу на колени Стеллы. Сегодня на ней была розовая полосатая рубашка и джинсы с цветочным принтом. Очки под безумным углом балансировали на макушке.

– Если хочешь, возьми соль. Ив любит есть грейпфрут с солью.
– Нет, спасибо.

Стелла съела еще дольку, а затем еще, и только тогда заставила себя остановиться. Наверняка им пришлось сильно потрудиться, чтобы так почистить грейпфруты. В попытке чем-то занять руки Стелла взяла половинку фрукта и попыталась повторить движения за мамой Вани. Тишина в комнате давила на нее.
Мама Вани посмотрела, как Стелла чистит фрукт, и едва заметно кивнула.

– Майкл сегодня готовит стейк. Очень вкусно. Он тебя уже угощал?
Стелла помотала головой, не отрывая взгляда от грейпфрута.
– Нет, еще нет. – А знает ли мама Вани что он ночует у нее? Одобрит ли она это?
– Мамочка, когда уже будет готов стейк?

В комнату влетела Джейни, увидела Стеллу и улыбнулась. – Привет, Стелла.
Она улыбнулась в ответ.

– Привет. Ваня сказал еще десять минут.

Джейни плюхнулась в потертое кресло и закинула ногу в обтягивающих джинсах на подлокотник.

– Умираю с голоду. Обедала одними крекерами. С десяти утра сижу за домашкой.

Стелла молча протянула ей чашу с очищенным грейпфрутом, пока мама Вани пристально смотрела на дочь.

-Ты стала слишком бледная. – Повернувшись к Стелле, она спросила: – Ты тоже заметила?

Джейни схватила чашу и стала уплетать кусочек за кусочком. Стелла едва не разинула рот от удивления. Она хоть знает, как долго пришлось их чистить?

– Кажется, есть немного, – сказала Стелла.

Мама Вани сказала что-то бабушке по-немецки и та осуждающе покосилась на Джейни. Она заговорила, и Стелла не поняла ни слова, но прозвучало угрожающе.

– Спасибо, что бросила меня под автобус, Schwester Nummer zwei

Джейни подмигнула, и ее губы растянулись в кривой улыбке, так сильно напоминающей улыбку Вани что у Стеллы закружилась голова.

– А что значит Schwester Nummer zwei?

Мама Вани улыбнулась продолжая сосредоточенно очищать фрукт.
Джейни отправила в рот последнюю дольку.

– Это значит, сестра номер два. Ваня – мой Bruder Nummer zwei что значит, брат номер два.
Я иду в самом конце под номером шесть, потому что мне не повезло родиться пятой по счету. Кстати, да, отсчет начинается не с единицы. Думаю, первый номер отведен для родителей или что-то типа того.

Глупая улыбка заиграла на губах Стеллы, пока ее сердце неловко кувыркалось в груди. Ей понравилась идея получить номер Вани. Это делало их парой. Как обувь у входа или их руки над клавишами фортепиано.
Джейни рассмеялась и сказала что-то по-немецки маме с бабушкой. Они обе повернулись к Стелле и тоже засмеялись в знак согласия.

– Весь последний месяц Ваня был очень счастлив, – сказала Джейни. – Просто до неприличия. Мы пришли к общему согласию, что это из-за тебя.
У Стеллы перехватило дыхание.
– Он правда счастлив?
– Ага. Когда он счастлив, он становится невыносимым.

Стелла прикусила губу, пытаясь скрыть улыбку. От кипящих в груди эмоций ей казалось, будто ребра вот-вот разорвет, и изнутри хлынет радуга с блестками.

– Он не бывает невыносимым.
Джейни фыркнула.
– Зуб даю, что тебя он не заставляет нюхать свои носки.
Стелла закашлялась, чтобы подавить смех.
– Что тут у вас происходит? – спросил появившийся в дверях Ваня.

Его волосы были растрепаны и стояли дыбом, а на лице еще оставалась краснота после поединка с сестрой. Он был одет в черные спортивки и мятую белую рубашку поверх толстовки. Выглядел он потрясающе.

- Рассказываю ей про твои носки, придурок,

сказала Джейни с недоброй ухмылкой.
Мама внимательно посмотрела на нее, прищурив глаза, и Джейни вжалась в кресло.

– Я хотела сказать, Рассказываю ей про твои носки, придурок, – сказала Джейни с недоброй ухмылкой.

Мама внимательно посмотрела на нее, прищурив глаза, и Джейни вжалась в кресло.

– Я хотела сказать, Hallo Bruder Nummer zwei, – пробормотала она.
– Все верно. Мое почтение.

Его улыбка выказывала превосходство, высокомерие и... невыносимость. Стелле ужасно понравилось.

– Идемте, ужин готов.

На кухне мама Вани принялась раскладывать рисовую лапшу по огромным мискам, заливая поверх супом. Джейни взяла первую миску и поставила на стол перед бабушкой, которая нарезала все ножницами на мелкие кусочки, и только потом выжала сок лайма.
Ваня оттащил Стеллу в сторонку.

– Привет. – Он скользнул по ней взглядом и, опустив ладони на ее талию, притянул к себе. – Мне нравится твое платье. Швы не беспокоят?
– Нет, со швами все хорошо. Но есть проблема спереди.
– В чем проблема? Хочешь, я все поправлю? – Он расстегнул ее черный кардиган и, сдвинув брови, стал осматривать крой облегающего платья из лайкры. – Ничего такого не вижу.
– А ты мог бы вшить туда, м-м-м-м...

Она оглянулась на членов его семьи, которые накрывали на стол, и понизила голос. – Мог бы вшить чашечки?
На его лице заиграла коварная улыбка, и он распахнул кардиган шире, чтобы посмотреть на ее торчащие соски.

– Я бы мог, но не стану.

Он потянул ее за собой в столовую и прижал спиной к стене. Когда он опустил ладони на ее грудь и ущипнул соски, тело Стеллы словно пронзило молнией; она ахнула и обмякала