31

Проснувшись, Чжань Шаонин уже забыл, что сказал прошлой ночью. Когда он узнал, что Юань Ли поручил ему задание, он очень обрадовался. Это позволило ему доказать свои способности и выстоять, когда его забрали другие.

Он был полон энергии и страстно желал доказать, что он здесь не только для того, чтобы халявничать и бесплатно поесть. В тот же день он взял Сяо Цэ и вышел.

Лю Цзисинь и Ву Кай, естественно, сопровождали их.

Чжан Шаонин хорошо разбирался в людях. Менее чем за десять дней он уже установил братские отношения со многими влиятельными землевладельцами Цзисяня. Имея меньше денег, чем планировал Юань Ли, он успешно купил достаточно лекарств и отлично выполнил инструкции Юань Ли.

В то же время обо всем, что они делали и говорили ежедневно, докладывали Юань Ли.

Как и предполагали худшие подозрения Юань Ли, хотя казалось, что Чжан Шаонин контролировал ситуацию, на самом деле бразды правления держал Сяо Цэ.

Всякий раз, когда Чжан Шаонин принимал решение, Сяо Цэ мягко спрашивал: «Вы уверены, что хотите это сделать, молодой мастер?»

Как только его спросили об этом, Чжан Шаонин начал сомневаться в себе, колебался и искал совета у Сяо Цэ: «Дядя Сяо, если бы вы были на моем месте, что бы вы сделали?»

Настоящий главный советник не стал бы обращаться с Чжан Шаонином как с марионеткой.

Чжао Ин также сообщил подчиненным Чжан Шаонина новости, полученные за взятки.

Эти оставшиеся пятьдесят или около того подчиненных изначально были рядовыми солдатами семьи Чжан. Однако во время побега гениальные планы Сяо Цэ помогали им снова и снова избегать кризисов, постепенно завоевывая их лояльность. По сравнению с выполнением приказов Чжан Шаонина, они сочли слова Сяо Цэ более убедительными.

В воспоминаниях подчиненных, во время первоначального побега Сяо Цэ неоднократно подвергал сомнению и отвергал суждения Чжан Шаонина, что делало Чжан Шаонина нерешительным. Потеряв десятки человек в кризисной ситуации, Чжань Шаонин больше не принимал решения в одиночку и полностью подчинялся словам Сяо Цэ.

Узнав об этом, Юань Ли мгновенно принял решение.

Сяо Цэ действительно был опасен. Было бы хорошо, если бы он не остался на территории Юань Ли, но сейчас он намеревался остаться в Цзисяне с Чжан Шаонином. Такому амбициозному и экстремистскому индивидууму, который хотел контролировать хозяина и действовать экстремистски, нельзя было позволить остаться.

Однако Юань Ли собирался покинуть Цзисянь, и у него не было времени, чтобы аккуратно и тихо разобраться с Сяо Цэ, и было неуместно напрямую противостоять ему через Чжан Шаонина. У него также не было времени объяснять Чжан Шаонину. Чжан Шаонин пробыл в Цзисяне всего десять дней и теперь доверял Сяо Цэ, полагаясь на него даже больше, чем на Юань Ли. Безрассудное выражение своих опасений Чжан Шаонину не принесло бы хороших результатов.

Поэтому, прежде чем покинуть Цзисянь, Юань Ли планировал предупредить Сяо Цэ, чтобы тот не устроил неприятностей в тылу.

В ночь перед тем, как отправиться на поле битвы, Юань Ли устроил банкет в особняке Чу Ван, чтобы выразить благодарность Чжан Шаонину за его прибытие и за приобретение лекарственных материалов.

Во время банкета все пели и танцевали, получая удовольствие.

В середине банкета Юань Ли внезапно поднял свою чашку и громко поблагодарил Сяо Цэ: «Я благодарю господина Сяо за сопровождение Чжан Шаонина в Ючжоу. Благодаря вашим усилиям Чжан Шаонин, такой талантливый человек, не погиб от несчастья и пришел мне на помощь. Это моя удача и удача Ючжоу».

Лицо Чжан Шаонина покраснело, когда его похвалили, и он почувствовал себя немного смущенным, почесав затылок.

Сяо Цэ поднял свою чашку и встал, уверенно говоря: «Сопровождение молодого мастера, чтобы избежать несчастья, действительно является моим долгом. Хотя молодой господин временами может быть импульсивным, он талантлив и обязательно станет великим полководцем в будущем! Я благодарен Молодому Мастеру Юаню за то, что он не бросил его. Я прошу молодого мастера Юаня направить молодого мастера. Спасибо, молодой мастер Юань.

Сказав это, Сяо Цэ поднял свою чашку и выпил всю сразу.

Услышав это, раскрасневшееся лицо Чжан Шаонина снова побледнело.

Юань Ли тихонько усмехнулся и сказал: «Вы, стратег, весьма своеобразны. Судя по твоему тону, кажется, что Чжань Шаонин не твой хозяин, а твой племянник.

Чжань Шаонин невольно кивнул и сказал: «У нас с Юань Ли, Сяо Цэ всегда были хорошие отношения. Я считаю его членом семьи».

«Это нехорошо, нехорошо», — Лю Цзисинь встал, от души рассмеявшись и качая головой. «Молодой мастер Чжань Шаонин, вы не понимаете! Как советники, мы не смеем позиционировать себя старшими в семье. Наше самое большое стремление — не быть вашими старшими, а быть доверенными подчиненными, которые заслуживают вашего уважения».

Лю Цзисинь посмотрел на Сяо Цэ рядом с ним и сказал: «Брат Ли Моу, я прав?»

В глазах Сяо Цэ вспыхнул проблеск, и он ответил: «Слова брата Чан Юэ резонируют с моими мыслями».

Чжан Шаонин был ошеломлен, а затем задумался.

Воспользовавшись случаем, Юань Ли спросил: «Чжань Шаонин, как ты собираешься организовать своих подчиненных?»

Чжань Шаонин инстинктивно посмотрел на Сяо Цэ, но Юань Ли вовремя заговорила, сказав: «Эти люди усердно работали, чтобы сопровождать вас всю дорогу. Чжан Шаонин, как их повелитель, вы должны должным образом их устроить.

После напоминания Чжан Шаонин не мог вспомнить, как смотрел на Сяо Цэ. Прошло много времени с тех пор, как он принимал решения самостоятельно, и он нервно облизнул губы, неуверенно сказав: «Юань Ли, я хочу, чтобы они присоединились к вашим силам и тренировались вместе с вашими войсками. Что вы думаете?"

— Конечно, это можно устроить, — согласно кивнул Юань Ли. «Чжань Шаонин, если вы хотите, чтобы они как можно скорее ознакомились с Цзисянем, могу ли я разогнать их и назначить на разные должности? В противном случае, если они будут держаться вместе слишком долго, это может привести к конфликтам».

Чжань Шаонин неоднократно кивал, благодарно глядя на Юань Ли. — Юань Ли, ты очень добр.

Юань Ли слабо улыбнулся, его взгляд переместился на Сяо Цэ.

Прежде чем Сяо Цэ успел что-то сказать, Чжань Шаонин и Юань Ли уже приняли решение. Брови Сяо Цэ нахмурились, но он быстро скрыл любые следы эмоций, из-за чего было трудно сказать, доволен он или расстроен.

В течение остальной части банкета Лю Цзисинь уговаривала Сяо Цэ выпить, декламируя различные стихи и литературные аллюзии, перед которыми было трудно устоять. После того, как банкет закончился, Сяо Цэ был уже сильно пьян, и у него кружилась голова.

Он попрощался с Юань Ли и Чжан Шаонином вместе с остальными, потирая висок и направляясь к своей комнате. Однако его зрение становилось все более размытым, из-за чего Сяо Цэ было трудно видеть дорогу.

Сомнения промелькнули в голове Сяо Цэ.

Могло ли вино иметь такое сильное последействие?

Но прежде чем он успел подумать дальше, его разум стал еще более запутанным. Сяо Цэ споткнулся и пошатнулся, неосознанно наступив на полуразрушенный мост. Было ощущение, будто он наступил на что-то под ногой или его толкнули сзади, в результате чего он упал прямо с моста.

Его пронзила сильная боль, и Сяо Цэ мгновенно потерял сознание.

На следующий день.

Чжан Шаонин попрощался с Юань Ли возле особняка с красными глазами.

Юань Ли похлопал его по плечу, вздохнул и заверил его: «Не волнуйтесь, мистер Сяо поправится».

Прошлой ночью Сяо Цэ в пьяном виде прошел мимо полуразрушенного моста, возвращаясь в свою комнату. К сожалению, он случайно споткнулся и упал с моста в сухую грязь внизу, сломав ногу. Его обнаружили только слуги, подметавшие ранним утром, и отнесли обратно в его комнату.

Когда Чжан Шаонин услышал об этом инциденте, он не только огорчился, но и позабавился.

Чжан Шаонин в прошлом слышал несколько шуток о людях, которые ломали ноги в пьяном виде, но он никогда не ожидал, что это случится с обычно умным и бдительным Сяо Цэ…

Такая ирония даже развеяла беспокойство Чжан Шаонина, заставив его чувствовать себя одновременно веселым и беспомощным.

Юань Ли подбодрила его: «Чжань Шаонин, теперь, когда господин Сяо сломал ногу, ты должен хорошо о нем позаботиться. Он серьезно ранен и нуждается в отдыхе. Вам будет трудно со всем справиться, поэтому постарайтесь не беспокоить господина Сяо, пока он выздоравливает.

Чжань Шаонин глубоко вздохнул и похлопал себя по груди, сказав: «Юань Ли, будь уверен, я хорошо позабочусь о дяде Сяо и позабочусь о том, чтобы не беспокоить его. Даже если Сяо Цэ не будет рядом со мной, я обязательно позабочусь об особняке Чу Ван для вас.

Юань Ли почувствовал огромное облегчение и поднял руку, чтобы ударить его кулаком. — Тогда решено!

С этими словами Юань Ли сел на лошадь, с улыбкой помахал Чжан Шаонину и постепенно уехал со своей свитой из пятисот человек.

Несколько дней спустя Юань Ли наконец прибыл в уезд Чжолу округа Шангу.

Разведчики уже заметили их передвижения и доложили Чу Хечао и остальным. Когда Юань Ли прибыл в военный лагерь, он увидел Ян Чжунфа и Хэ Лана, с нетерпением ожидающих снаружи лагеря.

Увидев фигуру Юань Ли и его окружение, глаза двух мужчин загорелись, и они с нетерпением побежали вперед. «Молодой господин Юань, вы наконец вернулись! Мы так по тебе соскучились!»

Юань Ли спешился с лошади, его одежда красиво развевалась. Он пошутил: «Ты скучаешь по нам, людям или вещам, которые мы привезли?»

Ян Чжунфа уверенно ответил: «Люди, конечно! Вы не представляете, сколько раз генерал упоминал вас за дни вашего отсутствия!

Юань Ли изобразил удивление, а затем огляделся, делая вид, что озадачен. — Тогда почему же генерал не пришел поприветствовать меня теперь, когда я вернулся?

Ян Чжунфа усмехнулся и сказал: «Генерал придет позже, он скоро будет здесь».

После разговора он осторожно спросил: «Случалось ли что-нибудь неприятное в вашем путешествии, молодой мастер Юань? Как настроение сегодня?"

Юань Ли был озадачен вопросом. «Ничего неприятного не произошло, и сегодня я чувствую себя неплохо. Лорд Ян, почему вы спрашиваете?»

Хэ Лан положил руку на плечо Юань Ли и сказал знакомым тоном: «Не беспокойтесь, господин Ян просто хотел узнать, почему вы пришли так поздно. Он был обеспокоен тем, что вы могли столкнуться с чем-то по пути. Кстати, молодой мастер Юань, как сейчас Цзисянь? С тех пор, как я прибыл на Северную границу, у меня не было возможности посетить вотчину генерала, я даже не ступил в особняк Чу Ван…»

Пока Хэ Лан и Юань Ли разговаривали, Ян Чжунфа быстро подозвал солдата и прошептал ему: «Иди и скажи генералу, что молодой мастер Юань сегодня в очень хорошем настроении».

Группа людей окружила Юань Ли и направилась к лагерю. Хэ Лан улыбнулся и сказал: «Увидев издалека фигуру конвоя молодого мастера Юаня, я понял, что после дневного пути вы, должно быть, проголодались. Армия приготовила для вас еду. Пожалуйста, наслаждайтесь этим в свое удовольствие».

Юань Ли полушутя сказал: «Разве вы сегодня не проявляете ко мне слишком большого энтузиазма?»

Ян Чжунфа быстро ответил: «Это просто приветственный жест для вас, чтобы расслабиться и освежиться».

Юань Ли с подозрением посмотрел на Ян Чжунфа, затем перевел взгляд на Хэ Лана. «Господи, что же вы все…»

Хэ Лан внезапно уткнулся головой в плечо Юань Ли и глубоко вдохнул, прервав слова Юань Ли. «Неудивительно, что я только сейчас чувствую запах аромата. Должно быть, это запах одежды молодого мастера Юаня. Вы стирали одежду этим ароматным мылом, молодой господин Юань? Я действительно люблю этот аромат. Пожалуйста, умоляю вас, молодой мастер Юань, не могли бы вы также дать мне кусок душистого мыла?»

Сказав это, Хэ Лан опустил голову, чтобы сделать еще один вдох, задаваясь вопросом про себя, это действительно странно, почему Юань Ли так хорошо пахнет, несмотря на то, что мы были в дороге вместе?

Юань Ли выглядел беспомощным.

Жарким летом после долгого пути от всей их группы ужасно пахло. Прошлой ночью им удалось грубо вымыться водой из соседнего места отдыха, а Юань Ли даже переоделась в чистую одежду.

Если бы не вчерашняя ночь, от Юань Ли, вероятно, воняло бы так плохо, что даже Хэ Лан не смог бы этого вынести.

«Аромат?»

Другой знакомый голос прозвучал холодно.

Хэ Лан был поражен и тут же поднял голову, отпустив Юань Ли и приняв праведное выражение лица. — Генерал, я ничего не говорил.

Юань Ли подавил смех и повернулся, чтобы посмотреть на Чу Хечао.

На Чу Хечао не было доспехов, вероятно, потому что было слишком жарко. На нем была только темная рубашка, длинные рукава были небрежно закатаны до локтей, обнажая хорошо сложенные загорелые руки. Его красивое лицо было слегка влажным от пота, и он выглядел несколько недовольным, когда взглянул на Хэ Ланга.

Юань Ли тоже был горячим, но когда он увидел Чу Хечао, он почувствовал, что Чу Хечао была еще горячее, чем он. Пот уже пропитал несколько участков одежды Чу Хечао, оставив более темные пятна.

Взгляд Чу Хечао быстро пробежался по телу Юань Ли, и Юань Ли улыбнулась ему. Своими розовыми губами и белыми зубами он выделялся среди чумазых генералов и солдат.

Увидев, что Чу Хечао хранит молчание, Хэ Лан неловко сказал: «Генерал, я просто пошутил с молодым мастером Юанем».

Чу Хечао не стал останавливаться на этом и повернулся, сказав: «Иди сюда».

Когда Чу Хечао обернулся, Юань Ли заметил, что задняя часть его одежды промокла еще сильнее. Ткань от его шеи до нижней части спины была пропитана потом, прилипая к его телу складками. Ниже его талии были длинные ноги и крепкие ягодицы, а сапоги плотно обтягивали икры, излучая устрашающую силу. Один удар от него, вероятно, мог мгновенно убить человека.

Чу Хечао внезапно обернулся, его взгляд остановился на Юань Ли. "На что ты смотришь?"

Юань Ли поднял голову, не в силах сказать это прямо. — Ничего, просто смотрю.

Чу Хечао какое-то время смотрел на него, а потом вдруг усмехнулся. Он неторопливо подошел к Юань Ли, лениво стоя на месте. Его высокая фигура казалась вылепленной, и появился намек на мошенническое обаяние. — Если невестке нравится смотреть, так и скажи. Я буду стоять на месте, а вы можете свободно смотреть в свое удовольствие».

Его челюсть напряглась, и капли пота закапали с его шеи, когда он дразнил: «В конце концов, я знаю, что невестка не может вырасти такой же красивой, как я, поэтому вполне естественно чувствовать намек на зависть».

Юань Ли поколебался, а затем честно сказал: «Генерал, ваши ботинки порвались».

Чу Хечао: «…»

Он инстинктивно посмотрел вниз и действительно увидел дырку в ботинках. Лицо Чу Хечао потемнело, и когда он снова поднял глаза, то увидел, как уголки рта Юань Ли скривились.

Чу Хечао: «…Это забавно, невестка?»

"Как это могло произойти?" Юань Ли закашлялся и подавил смех. «Генерал, вы живете скромной жизнью, посвящая себя стране и народу. Ваше скромное состояние достойно только моего восхищения. Как я мог найти это забавным?»

Выражение лица Чу Хечао менялось взад-вперед. Вероятно, он чувствовал себя немного смущенным, и Юань Ли наслаждалась каждым моментом меняющегося выражения его лица. Внезапно выражение лица Чу Хечао смягчилось, а его голос стал мягче. "Ничего. Если это сделает невестку немного счастливее, то мое смущение того стоит».

Сказав это, улыбка Юань Ли застыла, чувствуя себя несколько жутко, и он больше не мог смеяться.

Группа подошла к палатке. Когда они вошли, солнце снаружи закрылось, что принесло некоторое облегчение от палящего зноя и беспокойства.

Еда была уже приготовлена ​​в палатке. Еда в армии была грубой и лишенной изыска, но к ней все привыкли. Они сели и взяли палочки для еды, чтобы поесть.

У Юань Ли не было особого аппетита, и она перестала есть после нескольких укусов.

Как только он остановился, Чу Хечао тоже остановился, а затем все остальные положили палочки для еды.

Веко Юань Ли дернулось, почувствовав, что что-то не так.

«Генерал, я немного устал и хотел бы отдохнуть…» Юань Ли начала толкать стол и вставать.

— Невестка, — тихо произнесла Чу Хечао, тут же остановив его. — Я хочу с тобой кое-что обсудить.

Юань Ли глубоко вздохнул и снова сел, повернувшись, чтобы посмотреть на него. "Что это такое?"

Выражение лица Чу Хечао стало тонким, как будто ему было трудно подобрать нужные слова. Он взглянул на Ян Чжунфа и Хэ Ланга.

Пока Ян Чжунфа обдумывал, как заговорить, Хэ Лан заговорил: «Молодой господин Юань, в нашей армии заканчиваются припасы».

Юань Ли был сильно потрясен. «Как это возможно? Продовольствия, которое привезли сюда ранее, должно хватить нашим 20-тысячным солдатам еще на два месяца!»

Хэ Лан выпалил всю историю под суровым взглядом Юань Ли. «Погода становится все более жаркой, и если солдаты получают ранения, их шансы на выживание невелики. Генерал заметил, что запасы риса в уезде Чжолу почти истощились, поэтому он использовал нехватку провизии как причину, чтобы убедить армию Чжолу сдаться. Некоторые члены армии Чжолу не выдержали и действительно открыли для нас городские ворота. Однако ситуация в округе Чжолу крайне ужасна. Помимо армии Чжолу, простые люди уже в большом количестве умерли от голода. Генерал использовал провизию армии, чтобы оказать помощь этим людям. В данный момент они все еще раздают кашу в уезде Чжолу».

Хэ Лан служил под началом Чу Хечао два года. Они были свидетелями не только голодной смерти двух третей населения, но и полного уничтожения целых городов. Однако они никогда не брали для себя ни зёрнышка еды.

Причина была проста — у них не было достаточно провизии для себя.

В отличие от других армий, в армии Чу Хэчао были строгие военные уставы. Другие армии будут захватывать военные трофеи и грабить целые города, чтобы прокормить себя. Но они никогда не грабили города или их жителей. Их запасы для военных операций были скудными, они полагались исключительно на финансирование имперской армии, не говоря уже об оказании помощи другим.

Однако на этот раз Хэ Лан стал свидетелем того, как Чу Хэчао уверенно принес большое количество еды, чтобы сдаться врагу и оказать помощь людям. Вид телег с провизией, отправляемых в уезд Чжолу, заставил сердце Хэ Лана затрепетать.

Боже мой, что толкнуло генерала на такой иррациональный поступок?

Он понял только тогда, когда увидел возвращение Юань Ли.

О, это было потому, что у генерала был «Бог богатства» в качестве его невестки, поддерживающей его.

Юань Ли слушал спокойно, не показывая никаких эмоций на лице, но почувствовал огромный вздох облегчения в своем сердце. Округ Чжуолу находился в Ючжоу, и его жители также были жителями Ючжоу. Ради стабилизации Ючжоу, даже если бы Чу Хечао не сделал этого, Юань Ли позаботился бы о людях, пострадавших от армии Чжолу.

Он думал, что это что-то плохое, а оказалось вот что. Этот метод, который позволил избежать потерь с их стороны и принес облегчение людям, успокоил Юань Ли. Отношение этих людей почти поразило его.

«Итак, сколько еды раздал генерал? Сколько осталось?» Юань Ли расслабился, поднял чашку с водой, сделал глоток и небрежно спросил:

Выражение лица Чу Хечао не изменилось, но его взгляд на мгновение мелькнул. Он лаконично ответил: «Осталось провизии на полмесяца».

Юань Ли выплюнула полный рот воды со звуком «пфф».

«…»

Пол месяца?!

Он недоверчиво посмотрел на Чу Хечао.

Чу Хечао, ты действительно «расточитель»!

****"**"********