•11•

«Ты не мой boy, ты не мой парень.
Ты не моя пара.
Пожара нет, только остатки пара,
как у бара.
С айкосом стою, туплю и
правда пытаюсь забыться.
А сердце так искриться»

По дороге ему угодило встретить однокурсника и уже друга, Сынмина. Тот пригласил Ли в клуб, под предлогом отдохнуть, оторваться, повеселиться и подцепить каких-нибудь шлюх на ночь. Нет, ну а что? Девственностью в наше время никто не дорожит. Феликс просто напросто не мог отказаться.
Музыка сносит крышу. Крепкие, алкогольные напитки отбирают полный контроль над собой и своим разумом, одолевая и парализовывая тело. Разум улетучился в воздухе, вместе с принятием ситуаций, и в принципе внешнего мира. Сердце колотилось в ритм музыке, вылетая из груди, почти так же, как и желание уехать отсюда. Подышать свежим воздухом и вновь почувствовать себя трезвым. Феликсу явно не нравилось его опьяневшее состояние.
Эти двое сидят где-то в темном, отдаленном от лишних глаз углу, удобно устроившись на кожаном диванчике. Общались о том, как их всё и все заколебали. Как этот мир безразличен и несовершен, как и само население. Там выяснилось, что Сынмин встречается в преподавателем по французскому—господин Со. Но тот совсем не уделяет младшему внимания, отговариваясь бездоходной, тяжкой работой или же семейными обстоятельствами. По этому Сынмин обиделся и решил навестить клуб. И что только не взбредёт на пьяную голову...

Взяв с собой бутылку черничного тоника, Феликс вышел с заведения. Громкая, ритмичная музыка прекратилась, а вместе с ней сошла тяжесть с души и тревога с сердца. Феликс и клубы—все равно, что Млечный Путь и Шоколадный Путь. То есть, абсолютная противоречивость.
Одолжив у друга айкос, впервые закурил.
И что же он решил сделать на пьяную, заболевшую голову? Конечно же поразмышлять о своих чувствах. Он сам не понимал, что чувствует к людям вокруг. Сам того не осознавая, в основном все его мысли были ограничены Хёнджином. Да, этим придурком в факультета. Чем-то этот он сумел задел Феликса, что его мысли буквально кружляли вокруг этого человека. И все же, что это? Непризнанная любовь? Привязанность? Лёгкая влюбленность?Ненависть, в конце концов? «Может что-то попробовать с ним?»,—пролетали мысли в его голове, но тут же улетали обратно, откуда взялись. Это ведь полный бред. Он принял решение, что для начала разберётся в своих чувствах, а потом будет подпускать к себе такие мысли.
Закрыв эти глупые раздумья, он вспомнил, что прогулял урок вокала. «Хотя что мне мешает позаниматься без препода?». Только он вспомнил понравившуюся песню и уже хотел начать распеваться, как тут около обочины притормозил чёрный джип. Феликс встал на дороге, наблюдая за дальнейшими действиями водителя. Окно машины открылось. Показалось знакомое лицо. Феликс сею же секунду, резко отвернулся и направился гулять по бордюру, около этого самого заведения, будто даже не заметив чёрный автомобиль. Дорогу ему освещал мутный свет машинных фар и яркая вывеска клуба «Nouveau monde». Понятия не имел, что это значит, ведь уроки французского всегда у него проходили в общежитии, за просмотром дорам. Прогул стал обыденным делом для него. Да и зачем вообще знать перевод? Это не жизненно не обходимо.

Хёнджин следовал за ним, все ещё пребывая в автомобиле.

Х-Феликс..,—еле еле послышалось, ведь ветер, что дул прямо на ангельски-дьявольское личико старшего, пытался его перекрикнуть.

Ф-Ohh la, Ohh la la, скажи, кто тебе я..?,—полностью проигнорировав обращение старшего, начал распев.

Х-Ликс, я понимаю, обиделся, и все такое, но это не значит, что нужно...

Ф-Ohh la, Ohh la la, уж точно не друзья..

Х-остановись и сядь в машину,—понимая, что упрямый характер светловолосого не позволит ему его слушаться, сдался. А уж тем более гордость младшего, которая объявилась совсем не давно, буквально пол года назад, предохраняла Феликса от прошлых его грешников, которые до сих пор не дают ему покоя, говоря, что Феликс, якобы, должен поплатиться за всё. За каждое его неправильное, оскорбительное словечко, что прозвучало из его уст. Об этом знал только Хенджин, а в нынешнем состоянии, Феликс не в силах даже догадываться об этом.

Ф-Ohh la, Ohh la la, зря не бросай слова. Ohh la, Ohh la la...

Х-Феликс!,—его гордость хотелось обломать, как и самого Феликса, но, как ему известно, Феликс понимает только взаимопониманием, лаской и нежностями. Хотя порой, чтоб до него дошло, не прочь и повышенного на несколько тонов голоса.

Ф-..попробуй меня, распробуй..,—старший на несколько секунд замолчал. Застыл. «Послышалось или нет?». Хёнджин кашлянул в кулак.

Х-угу, а теперь, будь добр, сядь.

Ф-да отвали ты от меня! Если ты все ещё не понял, я здесь из за тебя!,—Хван вышел из машины, а младший в это время успел пробежаться по его телу глазами. Аккуратно, старательно выглаженные брюки, немного прилегавшие в икрам, смотрелись на старшем сногсшибательно. Обтягивающая, темно-синяя водолазка, немного прикрывающая толстую шею подчёркивала его фигуру. А фигура у него завидная.
Хёнджин попытался взять Ли на руки, но тот был категорически против и не давал даже притронуться к себе. Все попытки заканчивались синяками и потоком оскорблений. Даже в не трезвом состоянии он не проронил ни одного мата, что действительно приводило в шок, но Феликс всегда получал за свою речь респекты и похвалу. «Воспитанный, сдержанный мальчишка. Такой миленький, хорошенький». И никто не догадывался, сколько на его счету грешников.
После многочисленных отказов младшего взять того на руки, Хёнджин решил следовать его плану, чтоб напасть неожиданно. Порой его поведение напоминало какого-то хищного, хитрого, дикого животного. Но это слишком громко сказано, не подумайте не так. С вашей-то фантазией.
Они вместе продолжили ночную прогулку, а Ликс всё не замолкал.

Ф-я не твой boy, я не твой парень. Ты не моя пара...,—ого, новая песенка. Прогресс, Феликс. Поаплодируем стоя.

Х-опять?,—закатив глаза, мучительно выдавил из себя старший.

Ф-..пожара нет, только остатки пара, как у бара...,—игнорируя каждое слово. Кроме своей песни и своего голоса они не слышал, и не хотел слышать ни-че-го.

Х-завались,—сказал он, будто угрожая. Будто это его последняя ниточка нервов, что вот-вот порвётся, а если она порвётся, то порвётся и вселенная.

Ф-..с айкосом стою, туплю и правда пытаюсь забыться...

Х-да закройся ты ужее,—жалобно простонал, протягивая. Обманывал сам себя. Ему действительно нравилось пение Феликса, что ласкало слух.

Ф-..а сердце так искрится..

Х-что это ты пьёшь? Дай сюда,—он выхватил из рук соседа бутылку и выбросил, пока тот не успевал реагировать. Мозг отключался, не хотел воспринимать происходящее, а слова буквально пролетели мимо его ушей. Он был захвачен своей песней и поглощён своим вокалом.

Ф-чем закончим в этот раз? Разбиваю зеркала. Отражение себя снова вызывает страх,—делая длительную затяжку, начал напевать новую песню.

Х-я тебе покурю!,—он забрал электронку из руки Ли и закинул себе в карман. Быстро, пока тот не успевает сообразить, поднял его на руки и закинул в машину, на заднее сиденье. Пристегнул ремнём и сам уселся на
переднее. Томно выдохнув, закинул руки на руль и упал на него головой. Прозвучал подобающий сигнал, от чего Феликс вздрогнул, а Хёнджин медленно поднялся и посмотрел на младшего через зеркало. Тот немного скрутил губы трубочкой и разглядывала машину, переодически заглядывая в окно и иногда поглядывая в это же зеркало, с заинтересованными, кошачьими глазками. Ловил на себе грозный взгляд и смущенно отворачивался к окошку. Хван выдохнул, издавая подобающий звук. На протяжении трёх минут в машине царила тишина. Каждый думал о чём-то своём, находясь в собственном мире.

Ф-какой же ты дурак, Хёнджин..

•
Спасибо за прочтение этой главы🖤
Я старалась..
Всем приятного чтения 🖤