Глава 28

На следующее утро, в среду, Чэнь Мо проснулся не сам по себе, а потому что Гоу Иян отчаянно его тряс.

— Что такое? — сонно спросил Чэнь Мо, прикрыв глаза рукой.

Гоу Иян даже не стал разбираться, как это Чэнь Мо вчера ночью так бесшумно и с таким нахальством перебрался на соседнюю кровать к Си Сы Яню. Он только взволнованно выпалил:
— Ты ещё спишь? Скорее заходи в интернет! В семье Ян что-то случилось!

Но Чэнь Мо не проявил ни малейшего энтузиазма.

Гоу Иян не выдержал и просто сунул ему перед лицом свой телефон. Чэнь Мо приоткрыл глаза и увидел, что это новостное видео.

В этом коротком, всего в полминуты, ролике можно было ясно видеть, как Чэнь Цзяньли неизвестно откуда притащил компанию людей, похожих на него самого, и устроил потасовку с охраной у здания «Янши», обмениваясь с ней оскорблениями и толчками.

На поднятых ими плакатах чётко было написано: «Семья Ян, верните мне сына!»

На видео ясно доносились крики:

«Все посмотрите! Семья Ян прикидывается добропорядочной, но не даёт нам встретиться с родным сыном!»

«Мы вернули им их сына, а они теперь охраняют его телохранителями и даже нам с его матерью не позволяют увидеться! Янская семья что-то замышляет! Разве можно так притеснять простых людей, если у тебя есть деньги?!»

«Люди, подходите, рассудите! Сегодня семья Ян обязана выйти и дать нам объяснение!»

...

Несмотря на короткую продолжительность, видео быстро стало расходиться по всем возможным СМИ.

Заголовки становились всё громче, один другого громче:

«Скандал вокруг поисков сына семьи Ян разгорается с новой силой. Биологический отец устроил разборки у компании — что на самом деле стоит за этим?»

«„Прекрасная случайность", как называла её семья Ян, стала благословением или проклятием для обеих сторон?»

Чем больше становилось репостов, тем быстрее эта тема поднималась в топ городских сплетен. А уж если в заголовке витал ореол тайны, даже псы с тонким чутьём не могли не прийти понюхать и разобраться.

Эта история не успела разлететься и за два часа, как в эпоху стремительного распространения информации в интернете появились фотографии Чэнь Мо и Ян Шу Ле.

Фотография Чэнь Мо была самой обычной — его ученическое удостоверение, причём двухлетней давности. Тогда у него были очень коротко подстриженные волосы, лицо выглядело немного юным, а во взгляде сквозила некая резкость.

А вот фотографий Ян Шу Ле оказалось гораздо больше. У него был аккаунт на самой крупной социальной платформе в мире, который вскоре кто-то нашёл и раскопал. Там были его снимки с зимних каникул на горнолыжном курорте, с путешествий, с посещений концертов. Он часто выкладывал фотографии встреч с друзьями, а также хвастался подаренными ему родственниками люксовыми кроссовками и сумками.

Как назло, всего два дня назад он как раз выложил фото новой пары обуви.

Это была последняя модель известного международного бренда, а подпись гласила: «Лучший в мире брат подарил мне, очень нравится».

Интернет тут же взорвался.

[Тот, кто пошёл устраивать скандал в компании, даже не пытается скрыть, что ему нужны деньги. А его родному сыну, похоже, и так живётся слишком хорошо!]

[Вот именно! Будь я на его месте, тоже бы не захотел возвращаться в бедность.]

[Семья Ян ещё нормально себя ведёт, нашла сына и к тому, что был раньше, тоже хорошо относится.]

[Мне кажется, или с момента раскрытия правды этот подставной богач начал выкладывать фото гораздо чаще? Будто бы специально подчёркивает, что семья к нему хорошо относится.]

[Если смотреть с этой точки зрения, то да, похоже на то. Но в целом это неудивительно. Просто будь я на месте настоящего сына семьи Ян, мне бы, наверное, было очень неприятно.]

Так, шаг за шагом, обсуждение в сети начало смещаться в сторону Чэнь Мо.

Но, к сожалению для любителей покопаться в чужой жизни, сколько бы они ни пытались, больше информации об этом «настоящем наследнике» найти не удалось.

Он не пользовался публичными социальными сетями, а семья Ян, за исключением первых сообщений о его возвращении, больше ни разу не упоминала его в официальных заявлениях.

Последняя новость о нём, на которую удалось наткнуться, была та самая, где его называли «примером для подражания».

Когда те продолжали копаться дальше, то обнаружили, что этот самый «пример для подражания» только что занял девятое место в рейтинге успеваемости. А ведь это лучшая школа в Суйчэн, ежегодно поставляющая талантливых студентов в ведущие вузы страны.

[Какой достойный юноша, стремящийся к успеху! Семья Ян, наверное, в прошлой жизни удачно обновила семейное захоронение? Потерянный сын вернулся и сразу принёс им такую славу.]

[Семья Ян тут вообще ни при чём. Парень и до возвращения был хорошим учеником, они сами это признавали.]

[Члены семьи Чэнь, похоже, сами себе злобные буратины. Лучше бы этого «ненастоящего сына» мне отдали, а то мой меня уже доводит до белого каления.]

Гоу Иян листал бесконечные комментарии и обсуждения о Чэнь Мо в интернете. Чем дальше, тем больше у него шевелились волосы на затылке.

Глядя на Чэнь Мо, который сидел на кровати Си Сы Яня, привалившись к стене, и вот-вот мог заснуть, он не выдержал:
— Мо-гэ, ну у тебя вообще никаких мыслей по этому поводу?

Чэнь Мо лениво повернул голову:
— А у меня должны быть?

Гоу Иян почесал подбородок:
— Ну, то, что ты хорошо учишься — это правда. Но если бы эти люди узнали, что ты куришь, пьёшь, дерёшься, ещё и огрызаешься с учителями, а на уроках спишь, интересно, что бы они тогда сказали?

— Эй, не наговаривай на меня. — Чэнь Мо отмахнулся. — Имидж образцового ученика с самого начала прочно закрепился за мной, и что самое важное — он полностью соответствует действительности.

Гоу Иян посмотрел на него так, будто хотел сказать: «Ты вообще слышишь, что говоришь?»

Чэнь Мо ответил невозмутимым взглядом: «А что не так?»

Семье Ян нужен был именно такой сын, и Чэнь Мо не возражал соответствовать этому образу.

Но был один нюанс.

Даже Гоу Иян задумался:
— Это, конечно, странно. Ведь если немного покопаться, легко можно узнать, что тебя предупреждали за драки, ты огрызался с учителями и даже читал перед всей школой объяснительную. А в интернете почему-то нет ни слова про это. Зато про Ян Шу Ле все написали, что он ушёл из экспериментального класса из-за того, что у него ухудшились оценки и он не выдержал давления.

Это действительно оказалось для Чэнь Мо неожиданностью. Он никогда не пытался манипулировать общественным мнением. Но как только поднялась волна обсуждений, совершенно не входивший в его планы Ян Шу Ле оказался под прицелом критики, что ещё больше подогрело интерес публики.

***
В это время, на верхнем этаже здания компании Ян.

Отец и сын Ян только что вышли из конференц-зала. Оба держались с одинаково хмурыми лицами.

— Что там внизу? — спросил Ян Циань у старшего сына.

— Мы уже велели охране задержать их, — ответил Ян Чжи, направляясь в кабинет. — Все СМИ тоже успокаиваем.

Ян Циань указал на него пальцем:
— Вот что с твоей самонадеянностью. Когда этот Чэнь впервые объявился, надо было сразу дать ему денег и отделаться. А теперь что? Он понял, что мы с самого начала не договаривали правду перед журналистами, и решил воспользоваться этим. Теперь нам остаётся только идти ва-банк и плясать под его дудку!

Ян Чжи зашёл вслед за отцом в кабинет и закрыл дверь.

— Папа, — признал он, — я недооценил его. Не ожидал, что он действительно осмелится прийти с разборками.

Ян Циань отмахнулся и нахмурился:
— Теперь остаётся только отправить Шу Ле всё объяснить и восстановить отношения с семьёй Чэнь, иначе пресса не оставит нас в покое.

Ян Чжи нахмурился:
— Разве не будет неуместно втягивать Шу Ле? Мама и так против любых контактов семьи с Чэнями.

Ян Циань с грохотом ударил ладонью по столу:
— А ты вообще осознаёшь, что сейчас происходит?! На этом совещании ты не видел, с какими лицами смотрели на нас твои дяди и тёти? Шу Ле... в конце концов, он их родной сын.

Возможно, дело было в том, что Чэнь Цзяньли появился так внезапно. А может, потому, что группа Ян оказалась в ещё худшем положении, чем прежде.

Но только сейчас глава семьи Ян, похоже, наконец осознал, что тот ребёнок, которого он позволил жене воспитывать в явной предвзятости и ради которого отозвал обвинения против человека, укравшего его настоящего сына, на самом деле должен носить фамилию Чэнь.

Его искал Чэнь Цзяньли.

А его родного сына звали Чэнь Мо.

Когда-то он с полной уверенностью говорил старику, что это ребёнок, которого он растил десять с лишним лет и действительно любит всем сердцем.

Но теперь вдруг понял, что его чувства... поутихли.

Глядя в окно, Ян Циань вдруг произнёс:
— Сегодня вечером на помолвке семьи Чжоу ты лично заедешь за Чэнь Мо в школу. Семья Чжоу с самого начала была против моего брака с твоей матерью, поэтому все эти годы наши отношения оставались натянутыми. Но связь между родственниками нельзя разрывать.

Отец о чём-то задумался — и Ян Чжи это прекрасно понимал.

Все эти годы он пытался наладить отношения с семьёй Чжоу и теперь хотел воспользоваться случаем, чтобы представить им Чэнь Мо. Тем самым он надеялся вернуть их расположение и укрепить своё положение в компании.

Как сын, Ян Чжи унаследовал от отца немало черт. Например, его холодность, свойственную людям из больших семей. Его рациональность, когда речь заходила о выгоде и убытках. Или же привычку смотреть на окружающих с позиции человека, стоящего выше других.

Но всё же в одном Ян Чжи отличался от Ян Цианя: он знал, что тот, скорее всего, просчитался.

Причина крылась не только в его многолетнем браке, который существовал лишь на бумаге.

Главное — мать уже давно видела в Шу Ле свою единственную опору и спасение для их брака. Она никогда не станет по-настоящему признавать Чэнь Мо и тем более не станет всерьёз представлять его семье Чжоу.

Но самое важное — это сам Чэнь Мо.

Если бы он действительно считал себя частью семьи Ян, то не проводил бы всё своё время в школе, избегая возвращения домой. Этот «брат» медленно, но верно ускользал из-под контроля семьи Ян.

Ян Чжи, пожалуй, был единственным в семье, кто видел это ясно.

Когда он вернулся в свой кабинет, за ним вошёл помощник.

— Что-то случилось? — спросил Ян Чжи.

Помощник слегка склонил голову и ответил:
— Господин Ян, вы просили подготовить подарки за успехи на недавнем месячном экзамене для обоих сыновей семьи Ян. Но на тот момент мы отправили только один. Сегодня утром та пара обуви, которую мы передали, уже разошлась по интернету и вызвала ажиотаж. Поэтому я хотел бы уточнить: не стоит ли заменить второй подарок?

Ян Чжи задумался. А затем ответил:
— Не надо.

— Не заменять?

— Не надо отправлять вовсе.

Он, скорее всего, даже не наденет это.

А может, и вовсе не взглянет.

Шу Ле своими постами и показушными фотографиями мог разве что порадовать мать. Чэнь Мо таким заниматься не станет, да и, скорее всего, просто не умеет.

Ян Чжи вынужден признать, что этот брат становится для него всё большей загадкой.

Когда он давал помощнику указание подготовить подарки, то машинально сказал приготовить две одинаковые коробки — и только сейчас осознал, насколько это было нелогично.

***
Когда Ян Шу Ле пришёл в компанию, Ян Чжи только что пообедал.

— Брат. — Юноша, наклонив голову, вошёл внутрь и улыбнулся.

Ян Чжи отбросил всю утреннюю усталость, улыбнулся в ответ и спросил:
— Пришёл. Ты уже ел?

— Да. — Ян Шу Ле без лишних церемоний зашёл и устроился на диване. — Ты меня зачем-то звал?

Чаще всего Ян Чжи нравилась эта его «наивность». Но иногда она казалась слишком уж показной, отчего рождалось смутное чувство отстранённости.

— Ле-Ле. — Ян Чжи сел рядом и подвинул к нему заранее приготовленный десерт. — Ты ведь уже видел новости. Что думаешь по этому поводу?

Ресницы Ян Шу Ле дрогнули, но голос остался спокойным:
— Я понимаю, что всё это из-за меня.

Сказав это, он поднял голову и улыбнулся:
— Брат, вы тогда уже поступили несправедливо по отношению к другому сыну семьи Ян. А теперь сами на себе ощутили, каково это. Раньше я был слишком упрям. Даже тот переход в другой класс — и то был моей ошибкой, а потом ещё и отца пришлось просить вмешаться... В этот раз я соглашусь с любым вашим решением.

Ян Чжи потрепал его по волосам и сказал:
— Всего лишь нужно сделать вид, что мы идём на примирение с семьёй Чэнь ради прессы. Не переживай.

— Я понимаю. — Ян Шу Ле кивнул.

А после этого его глаза покраснели. Красные, словно распахнутая настежь рана, такие, что хочется поскорее закрыть глаза, чтобы не видеть.

После того, как Ян Шу Ле ушёл, помощник осторожно спросил:
— Господин Ян, может, мне стоит обсудить с младшим господином Шу Ле, что именно он скажет? Чтобы не было ошибок.

— Не нужно. — Ян Чжи отвёл взгляд от подлокотника дивана, на котором остались явные следы от ногтей, и посмотрел на дверь. — Чтобы быть сыном семьи Ян, не нужно особо разбираться в ситуации. Он уже вырос и прекрасно знает, что говорить.

Этот день казался бесконечно хаотичным.

Только в мире Чэнь Мо сохранялось спокойствие.

Даже момент воссоединения Ян Шу Ле с его «отцом» Чэнь Цзяньли, быстро попавший в заголовки новостей, не вызвал у него и тени эмоций.

Чэнь Мо лишь вспомнил, как наутро после пробуждения в этом мире он столкнулся у ворот дома семьи Ян с Ян Шу Ле. Тот тогда собирал вещи, хотел переехать, но его отговаривали.

А теперь в новостях его лицо сияло на фоне заголовка о «тёплой семейной встрече».

Если честно, в прошлой жизни семья Ян всё же казалась ему чуточку более похожей на настоящую семью.

Но на деле...

***
Шесть вечера.

Машина семьи Ян прибыла к школьным воротам точно по расписанию.

Чэнь Мо, одетый в школьную форму и с сумкой через плечо, вышел из здания и сел в автомобиль.

— Брат. — Чэнь Мо поприветствовал Ян Чжи.

Ян Чжи в деловом костюме сидел на заднем сиденье и недовольно нахмурился:
— Почему ты не переоделся?

— Разве брат не подготовил для меня одежду? — Чэнь Мо сказал: — Я всего лишь ученик, у меня нет опыта посещения таких мероприятий. Откуда мне знать, что надеть?

Ян Чжи замер. После чего велел помощнику на переднем сиденье:
— Подготовьте ему костюм.

— Хорошо. — Помощник кивнул.

Машина покинула школьную территорию и влилась в поток.

Ян Чжи взглянул на Чэнь Мо:
— Ты выглядишь довольным.

— Ну ещё бы. — Чэнь Мо облокотился на спинку кресла и посмотрел на Ян Чжи, улыбаясь. — Перед выходом из общежития я наблюдал отличное зрелище: собачью свару. Забавно получилось.

Мышцы на скулах Ян Чжи сжались в две глубокие полосы. Он стиснул зубы:
— Чэнь Мо!

— Брат, ты чего? — Чэнь Мо был совершенно расслаблен, он даже вопросительно приподнял бровь. — Это была всего лишь драка бродячих псов. Если ты так на это реагируешь, может, и тебя сегодня укусили?

Помощник на переднем сиденье как раз доставал телефон, чтобы заказать костюм.

Но почему-то в этот момент у него дрогнула рука, телефон выскользнул и со звоном провалился в щель между сиденьями. Помощник тут же наклонился, чтобы его достать, и буквально попытался просунуть голову вслед за рукой.

Голос Ян Чжи был ледяным:
— Если не достанешь сейчас же, можешь вылетать из машины и идти покупать новый.

Помощник весь сжался.

— Ц-ц...

Чэнь Мо с сочувствием посмотрел на Хао-помощника. В этой жизни он, наверное, ещё совсем новичок в компании. А вот в прошлой — был проверенным человеком, который долгое время оставался при Ян Чжи.

Тогда Чэнь Мо тайно восхищался его надёжностью, умением держать язык за зубами и чётким подходом к делу.

К сожалению, сколько раз ни пытался переманить человека — не получилось.

Чэнь Мо слегка наклонился вперёд, с серьёзным видом:
— Помощник Хао, работать под таким начальством — сплошное давление. Уходите. Когда я устроюсь в компанию, приходите ко мне, буду платить в три раза больше.

Помощник медленно поднял голову. Увидев, как чернеет лицо его нынешнего босса, он чуть не заплакал:
— Второй молодой господин, не подставляйте меня...

— Ну и трус ты. — Чэнь Мо рассмеялся и снова откинулся на спинку сиденья.

Ян Чжи вдруг сказал:
— Захочешь забрать у меня людей — приходи, когда сможешь прочно встать на ноги в компании.

— Отлично. — В глазах Чэнь Мо, отражающих блики уличного света, появился стеклянный блеск. Он слегка вытянул шею и лениво вздохнул: — Подожди.

В этот момент Ян Чжи внезапно ощутил нехорошее предчувствие.

И тогда, и сейчас — всё, что он говорил про работу в компании, про получение дивидендов, про то, как будет забирать сотрудников, — каждое слово было ложью.

С самого начала он даже не думал приходить в компанию семьи Ян.

Это было так абсурдно, что Ян Чжи хотелось спросить его напрямую: «Почему ты не придёшь? Давай, бориcь со мной, разве не этого ты добивался, возвращаясь в семью Ян?!»

Но в реальности...

Человек рядом, чуть не доведя его помощника до слёз, спокойно скрестил руки на груди, лёг на бок и задремал.

Не открывая глаз, он ещё и пнул переднее сиденье:
— Подвиньте его, ноги не вытянуть.

Настолько невозмутимый тон, что ни водитель, ни помощник ни секунды не сомневались: этот второй молодой господин действительно воспринимает всех вокруг как пустое место.