Глава 2

Чэнь Мо снял куртку, бросил её на широкий стул в углу, затем опустился в него. Он молча зажёг сигарету.

Дым от сигареты, проходя через лёгкие, пробудил его притупившиеся мысли. Спустя долгое молчание он, наконец, осознал, что вернулся в свои школьные годы.

Вокруг него доносились грубые голоса подростков, полные брани. Запах пота, дешёвых сигарет, лапши быстрого приготовления и других закусок создавал удушливую атмосферу.

В этот момент его телефон завибрировал. Пришло сообщение.

Контакт, записанный как "Старший брат", написал:
[Где ты?]

Чэнь Мо проигнорировал сообщение.

Через две минуты пришло ещё одно:
[Водитель дядя Ли сказал, что не нашёл тебя после школы. Ты ведь злишься из-за того, что мама и папа отозвали иск и не выгнали Шу Ле? Думаешь, это поможет? Шу Ле останется в семье Ян, нравится тебе это или нет. Советую тебе не создавать проблем.]

Ещё через две минуты:
[Ответь. Или ты даже не знаешь, как пользоваться телефоном?]

Терпение отправителя явно истощалось.

Ян Чжи, которому было 25 лет, уже был признан официальным наследником семьи Ян.

Отец Чэнь Мо, Ян Циань, смог возглавить компанию Ян благодаря своему браку с дочерью семьи Чжоу, семьи с сопоставимым статусом. Этот брак был больше политическим союзом и держался только на взаимной выгоде.

Когда родились Чэнь Мо и Ян Шу Ле, отношения между родителями уже находились на грани разрыва.

Поэтому обе стороны старших поколений души не чаяли в Ян Шу Ле.

Ян Чжи, старший брат, который был на восемь лет старше его, с самого детства воспитывался как серьёзный и педантичный человек, но в отношении Ян Шу Ле он был искренне любящим и заботливым, защищал его долгие годы.

С Чэнь Мо всё было иначе.

Он появился внезапно, и у него не было никаких эмоциональных связей с семьёй Ян.

Только небольшое чувство вины и незначительное осознание долга.

Они отправили его в лучшую старшую школу, в лучший класс.
Дали ему неограниченные карманные деньги.

Поэтому они не понимали, а даже удивлялись: что его ещё не устраивает?

Чэнь Мо прекрасно помнил ситуацию, о которой говорил Ян Чжи в своих сообщениях.

Её причиной стало то, что информация о поиске потерянного сына случайно просочилась в общественность, что вызвало колебания акций группы компаний.

В то же время Ян Шу Ле заболел и провёл две недели в постели. Родители, обеспокоенные его состоянием, поспешно отозвали иск против Ли Юньжу и публично заявили:
«Это была ошибка медсестры в больнице, а не подмена детей».

Более того, в своих разъяснениях семье Ян удалось представить Чэнь Мо как вдохновляющий пример для сельской молодёжи.

Трудолюбивый, понимающий, хотя и вырос в бедности, но в счастливой семье. Родители изо всех сил старались дать ему образование, надеясь, что он станет успешным, а он, в свою очередь, был благодарным. История его происхождения лишь добавила ему ещё одну семью.

В прошлой жизни из-за этого Чэнь Мо устроил скандал в семье Ян.

Он заявил, что если семья Ян хочет отозвать иск, то Ян Шу Ле должен уйти из семьи Ян.

Это было его детское желание отомстить Ли Юньжу.

Ведь с момента, когда семья Ян его нашла, Чэнь Мо наконец понял: Ли Юньжу никогда не любила его. Той крохотной, дешёвой любви, что у неё была, даже этого он не заслуживал.

Но почему-то слух о том, что он собирался выгнать Ян Шу Ле из семьи Ян, дошёл до школы.

Тогда Ли Жуй со своей компанией загнали его в интернет-кафе.

Родители подумали, что это всё из-за его ревности и злости. Ян Чжи тоже написал ему сообщение с предупреждением.

Смешно?

Прошло уже две жизни, а вспоминая это, он всё равно считал, что это было довольно иронично.

К тому же, до того как его загнали в интернет-кафе, у него уже была высокая температура. В конечном итоге он упал в обморок, и его доставил в больницу владелец интернет-кафе.

Целую ночь никто из семьи Ян не интересовался, где он находится.

И только на следующий день, вернувшись домой, он увидел, как Ян Шу Ле, также с температурой, собрал чемодан и собирался покинуть семью Ян.

Родители семьи Ян схватили его за руки, с болью в голосе говоря:
— Ты в таком состоянии, куда ты собираешься? Никуда не пойдёшь.

Старший брат Ян Чжи забрал чемодан из его рук, посмотрел на Чэнь Мо и с явным намёком сказал:
— Шу Ле, это твой дом. Никто не имеет права заставить тебя уйти отсюда.

Вокруг собрались водители и слуги, показывая на них пальцами.

— Почему должен уходить маленький Ле? Мне он всегда больше всего нравился.

— Верно. Какая разница, родной он или нет? Вернулся и сразу начал выживать других.

— Даже хочет отправить приёмную мать в тюрьму. Такой неблагодарный волчонок.

— Рос в деревне, что с него взять, конечно, будет жёстким.

Ян Шу Ле, всегда находившийся в центре внимания, был тем, кого Чэнь Мо ненавидел, но одновременно он был жертвой.

— Я уйду, — тихо сказал Ян Шу Ле. — Чэнь Мо, можешь больше не злить родителей и не ссориться со старшим братом?

Эти слова стали последней каплей, и весь подавляемый гнев Чэнь Мо внезапно вырвался наружу.

— Уйти? Отлично, — холодно усмехнулся Чэнь Мо. — Но не забудь относиться к своим настоящим родителям с такой же любовью и теплотой.

Но ушёл ли он в итоге?

Конечно, нет.

Наоборот, с того дня Чэнь Мо окончательно осознал своё положение.

Он не мог угнаться за программой городской школы и поэтому начал учиться с удвоенной энергией.

Всё, чего он хотел, что изначально принадлежало ему, он пытался отвоевать с огромной настойчивостью.

Огонь гнева, который копился в его груди, стал его одержимостью. Год за годом он разгорался всё сильнее, пока не уничтожил его изнутри.

К двадцати восьми годам многие ненавидели Чэнь Мо, но одновременно боялись его. Он обладал достаточной уверенностью, деньгами и положением. Но цена, которую он заплатил, была слишком высокой: его тело было истощено до предела.

Его желудок был в таком плохом состоянии, что диагноз «рак желудка» казался неизбежным.

Он часто страдал от инфекций дыхательных путей, которые вызывали у него жар каждые три-четыре недели.

Из-за того, что в детстве Чэнь Цзяньли заставил его стоять на коленях в снегу всю ночь, у него начались серьёзные проблемы с коленями. Даже после операции боль усиливалась в сырую погоду.

Знакомый врач, который лечил его много лет, в сердцах стучал по его медицинской карте и кричал:
— Если ты не бросишь курить и пить, готовься искать людей, которые займутся твоими похоронами!

Чэнь Мо, занятый делами, отвечал спокойно:
— Не нужно, я найду место, где меня не придётся хоронить.

— У тебя крыша поехала!

— Ты только сейчас это понял?

На самом деле, вскоре после этого разговора, его настигла расплата.

Владелец компании, которая была давним конкурентом Ян Групп, привёл с собой дюжину людей. Его взгляд был мрачным, и он сказал:
— Ян Чжи поступал слишком жестоко. Так что, вы разрушили мой бизнес? Думаешь, теперь твоя судьба лучше? Ты заслужил всё, что с тобой случится, как и семья Ян.

Чэнь Мо стоял, опираясь на край недостроенного здания на четвёртом этаже, и его лицо оставалось удивительно спокойным. Ему было безразлично, что случится дальше.

Он спокойно сказал:
— Я не отрицаю, что сотрудничал с Ян Чжи. Кто в этом мире не любит деньги? Но в одном ты ошибаешься. Моя фамилия Чэнь. Если ты хочешь использовать меня для мести семье Ян, то ты разочаруешься.

Чэнь Мо так и не узнал, нашёл ли кто-то его тело.

Но он думал, что, вероятно, нашёл.

Через десять или двадцать дней кто-нибудь заметит его тело и сообщит в полицию. А семья Ян, ради сохранения репутации, не пожалеет средств на достойные похороны.

***
Телефон перестал вибрировать, больше никаких сообщений от Ян Чжи не приходило. Вместо этого поступил звонок.

Чэнь Мо позволил телефону продолжать звонить, не отвечая. Он лишь стряхнул пепел с сигареты, зажатой между пальцами, которые лежали на подлокотнике кресла.

Симптомы лихорадки становились всё более очевидными: слабость в конечностях, головокружение и помутнение сознания.

Рядом за соседним столом несколько подростков продолжали громко играть в компьютерные игры, выкрикивая ругательства и бурно обсуждая происходящее.

— Обходи сзади, сзади! — кричал один из них.

— Чёрт, опять умер. Перезапускаем.

Во время перерыва кто-то из них сказал:
— Вы видели сообщения в группе? Говорят, Ли Жуй с его компанией сегодня заблокировали кого-то в этом самом интернет-кафе.

— Кого?

— Из экспериментального класса, Чэнь Мо.

— Ого, это же твой одноклассник, староста и примерный ученик.

— Ну да, прямо трёхразрядный отличный ученик.

Они заговорили громче, их разговоры слились с общим шумом кафе.

Парень по имени Лао Гоу, сидевший как раз рядом с Чэнь Мо, выругался:
— Заткнись.

— Расскажи, что за человек? В последнее время все только и говорят о нём и о вашем однокласснике Ян Шу Ле. Я просто умираю от любопытства.

— Не знаком. Не помню. Если так любишь сплетни, иди купи на улице два арбуза, три юаня за пару килограммов, всё равно не обожрёшься.

После этого раздался взрыв смеха.

Кто-то другой добавил:
— Я слышал, его в школу запихнули за деньги. Но, может быть, и нет. В таких захолустных городках, где образование на низком уровне, все хорошие ученики одинаковые. Все они — заучки, которые умеют только зубрить.

Чэнь Мо, услышав это, слегка заскучал и спросил:
— И как выглядят эти заучки?

Гоу Иян, услышав, как кто-то говорит рядом с ним, вздрогнул от неожиданности.

Повернув голову, чтобы посмотреть, кто это, он подумал: «Кто этот парень? Выглядит так, будто сам с собой знаком».

Через пару секунд неловкость стала ещё сильнее.

Что может быть хуже, чем говорить о ком-то за спиной и быть пойманным этим человеком на месте?

Кто-то из друзей глупо спросил:
— Лао Гоу, кто это?

Гоу Иян нервно прочистил горло, откинулся назад, чтобы остальные могли увидеть, и представил:
— Чэнь Мо, мой одноклассник.

Остальные замерли:
— ...

Неужели этот длинноногий парень, который сидит, скрестив ноги, с глубокими тенями под глазами, как будто он провёл всю ночь без сна, и курит, окутывая себя облаком дыма, — это тот самый Чэнь Мо из слухов?

Гоу Иян тоже нервно дёрнул уголком рта.

Сказать, что он не знаком с Чэнь Мо, было правдой. Человек, о котором все говорят, перевёлся в экспериментальный класс чуть больше месяца назад. Впечатления Гоу Ияна о нём оставались с первого дня, когда он представился.

На тот момент Чэнь Мо стоял за трибуной. Он не выглядел робким, но и не был полон гордости, как герой, который «перепрыгнул через дракона».

Взгляд его глаз был холодным, когда он смотрел на людей. Однозначно, это был человек, к которому трудно подойти.

Поэтому, когда Чэнь Мо первым заговорил с ним, первая реакция Гоу Ияна была: он ищет проблем.

Не желая ввязываться в неприятности, Гоу Иян решил, что, возможно, Чэнь Мо сегодня в плохом настроении после неприятностей. Поэтому он попробовал смягчить ситуацию:
— Не обижайся, они ничего плохого не имели в виду.

— А если я захочу обидеться? — Чэнь Мо приподнял бровь и посмотрел на него.

Гоу Иян растерялся, отпустил мышку и ответил:
— Тогда вымещай всё на мне.

Чэнь Мо отвёл взгляд и неожиданно улыбнулся:
— Ладно, забудь.

Этот парень с именем, которое звучало почти как «собака», на самом деле стал близким другом Чэнь Мо уже после окончания университета. А не в школьные годы.

Тот самый доктор Гоу, которого он вспоминал как человека с мрачным взглядом, но иногда умеющего пошутить, в школьные годы, как оказалось, был совсем другим.

Однако в то время Чэнь Мо вообще не думал о таких вещах.

В этот момент от входа вдруг раздался чей-то громкий крик:
— Лай Лысый пришёл!

— Чёрт возьми!

— Быстрее! Бежим!

В интернет-кафе началась суматоха.

Чэнь Мо поднял взгляд и посмотрел в сторону входа.

В следующую секунду кто-то резко дёрнул его вверх.

Он услышал, как одноклассник Лао Гоу сказал:
— Брат, пока забудь про обиды, давай спасать свою шкуру.

Чэнь Мо медленно потянулся за курткой и лениво спросил:
— Вы так его боитесь?

— А ты не боишься? Это же Лай Сяньфу, куратор второго года! — Гоу Иян посмотрел на него так, будто хотел сказать: «Посмотрим, сколько ты ещё будешь выделываться», а затем шагнул вперёд, взял куртку Чэнь Мо и добавил:
— Побежали! Экспериментальный класс для него — главная цель. Если он поймает нас в интернет-кафе, нам обоим солнца завтра не увидеть.

Так Чэнь Мо оказался втянут в бегство вместе с группой ребят через заднюю дверь кафе.

На улице уже стемнело.

На узкой задней аллее почти не было прохожих. Несколько редких магазинчиков светились тусклым светом, а испуганная уличная кошка внезапно выскочила из мусорной кучи.

Чэнь Мо пробежал небольшой отрезок, чувствуя, как его сердце бьётся слишком быстро.

Он взял куртку и, естественно, прислонился к стене.

Кто-то, держась за колени, задыхаясь, спросил:
— Лысый Лай нас не преследует?

— Кажется, нет.

— Сегодня никакого удовольствия от игры. Ужасный день!

— Может, пойдём?

— Как насчёт шашлыков?

— Пойдём вместе? — вдруг спросили у Чэнь Мо.

Отношения между парнями иногда бывали простыми. Эти ребята отличались от банды Ли Жуя, настоящих хулиганов. Они знали о Чэнь Мо только по слухам, но реальных конфликтов с ним у них не было.

Чэнь Мо покачал головой. Из-за высокой температуры его спина уже насквозь пропиталась холодным потом.

Прохладный ночной ветер в переулке пробирал до костей.

— Идите сами, — его голос звучал хрипло.

Гоу Иян, возможно, по природе будущий врач, поразительно интуитивно посмотрел на него и спросил:
— С тобой всё в порядке? Я ещё в кафе заметил, что у тебя был странный цвет лица.

После этих слов все остальные тоже начали смотреть на Чэнь Мо.

Привыкший к взрослому доктору Гоу, Чэнь Мо машинально ответил:
— Не умру.

В этот момент телефон снова завибрировал от нового сообщения.

Это снова был Ян Чжи.

Ян Чжи:
«Ты вообще понимаешь, который сейчас час? Чэнь Мо, ты можешь сколько угодно злиться, но всему есть предел».

Чэнь Мо подумал, было ли такое в прошлой жизни, чтобы Ян Чжи отправил ему столько сообщений.

Он ответил:
«Ты беспокоишься за меня?»

Ответ, должно быть, вызвал у Ян Чжи такую отвращение, что тот замолчал окончательно.

Достигнув цели, Чэнь Мо закрыл диалог. После небольшой паузы он открыл пустую заметку и написал:
"На пенсии, прошу не беспокоить."

Затем он отключил телефон.

Его пальцы бессознательно коснулись пачки сигарет в кармане, и ему захотелось закурить ещё одну.

Но тут он вспомнил, что оставил зажигалку в интернет-кафе, и передумал.

Когда он поднял голову, он обнаружил, что группа всё ещё не ушла.

— Разве вы не собирались идти на шашлыки? — Чэнь Мо на мгновение задумался, а затем поменял решение:
— Я угощаю.

— Не нужно.

— Серьёзно.

— Пусть угощает Лао Гоу!

— Иди к чёрту, почему не ты?

— Тогда давайте скинемся.

Атмосфера среди подростков была оживлённой.

В какой-то момент Чэнь Мо вдруг почувствовал, что эта жизнь не такая уж и невыносимая, а людям вовсе не обязательно разбираться во всём до мельчайших деталей.

Чэнь Мо оттолкнулся от стены:
— Пошли, я угощаю. Всё равно деньги девать некуда.

— Чёрт, ну ты и заносчивый.

— Не ожидал, что ты такой, Чэнь Мо.

— Молодец, щедрый парень.

В этой шумной, но не злобной болтовне Чэнь Мо только начал подниматься, как почувствовал внезапное головокружение.

Стоящий рядом одноклассник Лао Гоу поддержал его за запястье и воскликнул:
— Чёрт! У тебя такая температура, а ты даже не замечаешь?

Чэнь Мо, используя его помощь, выпрямился и взглянул на молодое лицо Лао Гоу, ещё полное коллагена:
— Ты так переполошился, что даже здорового человека до смерти напугаешь.

— Ты только попробуй умереть.

— Прости, пока не получится.

— Ты ненормальный.

Чэнь Мо засмеялся так, что плечи задрожали.

Молодой Лао Гоу почувствовал себя неловко:
— Заткнись. Что тут смешного?

В этом месте поймать такси было сложно.

К тому же, у входа их всё ещё караулил куратор Лай Сяньфу.

Лао Гоу, проявляя редкую заботу о сокурснике, поручил другим поддерживать Чэнь Мо, а сам взял телефон, чтобы позвонить и попросить кого-нибудь приехать за ними.

Через десять минут у входа в переулок подъехала неприметная машина. Задняя дверь открылась, и оттуда сначала показалась длинная нога.

Все сразу закричали:

— Брат Янь, сюда!

— Староста, ну ты и быстрый!

— Обалдеть, брат, приехал на "Майбахе", так показательно. Боишься, что Лай Лысый нас не заметит?

Человек, который вышел, был в кепке. Его тёмные глаза быстро пробежались по стоящим в переулке. Его низкий, приятный голос спросил:
— Где тут этот наш больной одноклассник, который не может идти?

Чэнь Мо, стоящий в тени, увидел высокий силуэт и тихо выругался.

Лао Гоу, ненадёжный тип, вернувшись, сразу подложил ему свинью.

Он вызвал сюда старосту экспериментального класса, лучшего ученика школы и того самого, в кого Ян Шу Ле был влюблён долгие годы — Си Сы Яня.