Глава 21

Первая ночь в 413-й прошла в атмосфере,
где вечный молчун Сюэ Пин едва не умер от злости.

Глубокой ночью, во сне, Чэнь Мо и вправду решал задачи. Будто снова оказался в экзаменационном зале, где вокруг раздавался шелест ручек по бумаге. Перед ним было последнее уравнение, которое никак не поддавалось решению. Сердце сжалось от напряжения, словно кто-то крепко сжал его пальцами, а звук тиканья часов на стене становился всё отчётливее.

Тик-так, тик-так.

Наверное, на свете нет звука страшнее.

Экзаменатор начал объявлять о завершении времени, торопя всех сдавать бланки.

Чэнь Мо в панике подумал: Всё пропало.

Последняя задача так и осталась нерешённой,
надо срочно что-то написать. Он перевернул лист, чтобы взглянуть... И увидел чистый бланк.

Он не просто не решил последнюю задачу.
Он не написал ни единого ответа.

Бах!

— Бля!

Чэнь Мо резко схватился за голову, словно всё ещё ощущая звонкий удар лбом о железную перекладину кровати. Он раскрыл глаза в темноте, и только тогда почувствовал, что весь в холодном поту.

— Кошмар приснился?

Соседняя кровать отозвалась вопросом. Голос звучал очень чётко и близко, будто прямо у уха.

Их кровати стояли рядом, поэтому, из уважения,
оба развернулись в разные стороны, но их головы разделяло всего два железных прута.

Чэнь Мо сделал глубокий вдох, позволяя своему телу снова расслабиться и утонуть в матрасе. Он уставился в потолок и расслабленно пробормотал:
— Я раньше думал, что в мире есть только два самых страшных кошмара: жить не по своей воле
и умирать, не имея выхода. Кто бы, блин, знал,
что есть ещё один вариант — экзамен, который нужно сдать, а твоя тетрадь пуста. Разве не безумие? Чуть сердце не остановилось.

Сосед замолчал на мгновение, а потом кажется, даже хмыкнул.

— Я-то думал, что, даже если бы ты ничего не написал, то хотя бы с чистой совестью
влепил бы этот пустой лист экзаменатору в лицо.

Чэнь Мо измученно простонал:
— Не знаю. Почему-то не влепил.

Прошло несколько секунд.

Когда сознание немного прояснилось, Чэнь Мо потянулся за телефоном и посмотрел на экран. На дисплее светилось два часа ночи. Сегодня луна, должно быть, яркая, потому что даже сквозь плотно занавешенные окна всё равно просачивался бледный свет.

Чэнь Мо откинулся назад и спросил:
— Я разбудил тебя? Или ты вообще не спал?

— Не спал.

Сосед перевернулся на другой бок. Чэнь Мо приподнял брови:
— Не привык к новому месту?

Как только он это сказал, тут же сам себе ответил: А что удивительного? Наверняка в голове у семьи Си даже не существует такого понятия, как "жить в общежитии".

Он вспомнил, что и в прошлый раз, в больнице, Си Сы Янь тоже спал на крохотной койке. Так или иначе, оба раза были связаны с ним.

Чэнь Мо только собрался почувствовать угрызения совести, как услышал голос Си Сы Яня:
— Только что закончил дела, ещё не успел заснуть.

Чэнь Мо вспомнил, как перед тем, как он уснул, Си Сы Янь сидел на кровати, а у него на коленях лежал ноутбук — он что-то печатал.

Чэнь Мо на автомате спросил:
— Так рано работать — это у вас семейное?

— Ты о чём?

Си Сы Янь спокойно ответил:
— Лао Сян попросил меня написать черновик соглашения для партнёрства между школой и предприятием. Завтра утром нужно передать ему.

Чэнь Мо замолчал.

Из-за кошмара его мозг соображал плохо, и он по привычке перепутал взрослого Си Сы Яня
и этого, ещё школьника. Но старшая школа не была такой сложной.

Чэнь Мо повернулся на бок,
собираясь уснуть. Но как только закрыл глаза,
на его лицо легло что-то прохладное.

В темноте голос Си Сы Яня
прозвучал ниже обычного, мягче и глубже:
— Выпей воды перед сном. Она свежая.

Чэнь Мо сжал бутылку, а затем увидел в лунном свете, как чья-то рука медленно убирается назад. На этот раз ночь погрузилась в полную тишину.

***
Ровно в шесть утра зазвенел будильник школы. Чэнь Мо оказался последним, кто встал.

Когда он слез с кровати, остальные либо уже чистили зубы, либо закончили умываться. Он засунул ноги в тапочки, взъерошил волосы, и тут услышал голос Ци Линя:
— Ты вчера ночью в кровать врезался?

Чэнь Мо поднял на него взгляд:
— Ты слышал?

— Кажется, слышал, — Ци Линь кивнул. — Ещё слышал, как ты с Лао-Си разговаривал, но не разобрал о чем.

Чэнь Мо направился к ванной комнате:
— Да ничего особенного. Сон про экзамен без ответов. Твой Янь-гэ сказал, что я бы с чистой совестью швырнул пустой бланк в лицо экзаменатору.

Ци Линь застыл:
— ...Лао Си наконец-то признал, что ты безнадёжен?

Чэнь Мо закрыл за собой дверь, оставляя позади обсуждение его перспектив. Он подошёл к раковине, но, взглянув внутрь, замер. Все его принадлежности для умывания валялись в стороне, скучно сложенные в пластиковый таз.

Чэнь Мо пару секунд смотрел на них, затем повернул голову:
— Это ты сделал?

— Да, я, — развернулся к нему Сюэ Пин, который с утра стирал одежду. В его взгляде читалось откровенное презрение.

— Надеюсь, ты поскорее осознаешь реальность. Этот общежитийный блок — не для тебя.

Чэнь Мо скрестил руки на груди и прислонился к раковине. В утренней сонливости его движения были ленивыми, да и голос звучал не слишком заинтересованно:
— Я тебе мешаю?

— Ты мне не мешаешь! — Сюэ Пин даже завёлся,
размахивая мокрыми руками так, что Чэнь Мо пришлось уклониться.

— С того момента, как ты пришёл в экспериментальный класс, атмосфера там рухнула! Ты хотел избавиться от учительницы математики Бай Сушоу, втягивал ребят в драки,
а теперь ещё и в общежитие заселился, чтобы Си Сы Янь лично тебя натаскивал! Ты просто... просто бедствие какое-то!

Чэнь Мо терпеливо дождался, пока тот закончит. Потом хлопнул его по плечу:
— Ты всю ночь обдумывал что мне сказать? Должно быть, тяжело тебе далось.

Сюэ Пин явно не ожидал такой реакции. Он даже растерялся:
— Почему ты не злишься?

— Разве ты сказал неправду? — Чэнь Мо выдавил пасту на щётку и сунул её в рот. Глядя на Сюэ Пина в зеркале, который тут же как-то сник, он невнятно добавил:
— Но ты не сдавайся, по крайней мере, твоя цель нерушима. На тебя ничто не повлияет.

В этот момент справа открылась дверь душевой. Оттуда, окружённый облаком горячего пара, вышел Си Сы Янь, в одних шортах и с полотенцем на шее.

Он неясно, слышал ли их разговор, но первым делом окинул взглядом вещи Чэнь Мо, забытые в тазу, а затем посмотрел на Сюэ Пина.

Чэнь Мо, в отличие от него, просто отметил про себя: О, у этого парня фигура неплохая.

Си Сы Янь был не из тех, у кого накачанные мышцы, но у него была отличная кожа, широкие плечи и длинные ноги. Рельеф пресса не бросался в глаза, но очертания выделялись. Особенно в тот момент, когда капли воды стекали с его волос, медленно скользили по ключицам, по груди, затем по животу, а потом исчезали под поясом чёрных шорт.

Всё это смотрелось довольно эстетично.

— На что уставился? — голос Си Сы Яня был чуть ниже обычного.

Чэнь Мо, с щёткой во рту, медленно поднял взгляд и честно ответил:
— На тебя.

— И как? — Си Сы Янь не отвёл глаз.

При этом он схватил футболку, что висела на двери, и натянул её на себя.

Чэнь Мо лениво наблюдал за его движениями
и кивнул:
— Признаю, с момента заселения в общежитие
я видел полураздетыми всех, кроме Сюэ Пина.
По сравнению с ними, ты выглядишь намного выгоднее.

— Давай-ка зубы хорошо почисти.

Си Сы Янь бросил полотенце в сторону
и снова взглянул на таз. А затем, ничего не сказав, вышел. Чэнь Мо только тогда понял, что не заметил, когда ушёл Сюэ Пин.

Он едва уловил, как в комнате Си Сы Янь что-то сказал, и по смыслу догадывался, что это касалось его вещей.

И действительно.

Когда он закончил умываться и вернулся, Сюэ Пин сидел с опущенной головой и тихо сказал ему:
— Прости.

А потом первым покинул комнату.

Цзянь Сюй, наблюдавший за этим, прокомментировал:
— Ну и глупость он сморозил.

— Не обращай внимания, — сказал Бай Чэн, обращаясь к Чэнь Мо, — Он просто с причудами,
но за спиной гадостей не делает.

Чэнь Мо не особо впечатлился. Если бы он злился из-за таких мелочей, то ещё в прошлой жизни давно бы лопнул от ярости.

— Ладно, пошли, пора на утреннее занятие, —
Чэнь Мо снова зевнул, явно не выспавшись.

Но стоило ему это сказать...

— Сегодня понедельник.

— Утренняя самостоятельная отменяется.

— Да, мы сразу идём на стадион — на церемонию поднятия флага.

В этот момент кто-то осознал суть проблемы. Но голосом всех озвучил Ци Линь:
— Судя по твоей решимости идти в класс, позволь шёпотом спросить... Мо-гэ, а ты написал объяснительную?

Даже Си Сы Янь, который как раз пролистывал книги, поднял на него взгляд.

Чэнь Мо медленно повторил:
— Объяснительную?..

— Ага, всё ясно, не писал.

— Учитель Лай точно до инфаркта дойдет.

— Ты вообще про свою драку забыл? Готовься стоять перед всей школой и отчитываться. Жизнь коротка, потерпи немного.

***
Погода была ясная, небо без единого облачка. Типичный понедельник. К семи утра ученики уже выстроились на стадионе.

Но что-то было не так.

Когда директор школы вышел на сцену, он не раз поднимал руку, призывая к тишине. Но волнение среди учеников не утихало.

Спустившись со сцены, он обратился к учителю:
— Что происходит сегодня?

Учитель беспечно усмехнулся
и кивнул в сторону лестницы:
— Сегодня выступает представитель второго года.

В этот момент на сцену поднялся юноша. Как только он появился, оживление в толпе усилилось.

Ещё бы.

Ведь с первого взгляда он производил впечатление благородного и утончённого человека.

Белая рубашка, закатанные по локоть рукава,
изящные предплечья... Чистый, элегантный, к тому же с низким, приятным голосом. Даже его пальцы, которые он положил на кафедру, были длинными и утончёнными, словно из резного нефрита.

Он немного наклонился вперёд, чуть приблизившись к микрофону, и сказал:
— Уважаемые преподаватели, дорогие ученики,
доброе утро...

Слова сопровождались лёгкой улыбкой, а старшеклассницы из первого года сразу же начали шептаться и оборачиваться друг к другу.

Выступление Си Сы Яня стало самым оживлённым моментом этого скучного утра. Это был момент, когда ученическая аудитория достигла пика возбуждения.

После завершения речи Си Сы Яня, церемония подъёма флага подошла к концу. Но тут директор, как будто осознав его невероятную популярность, решил оставить его на сцене.

Он усмехнулся и сказал:
— Чтобы не задерживать вас перед уроками,
я не стану долго говорить. Займу ваше время всего на пару минут. Сейчас на сцену выйдут ученики, нарушившие дисциплину,
и зачитают свои объяснительные.

Он намеренно выдержал паузу, чтобы утихомирить толпу, а затем с усмешкой добавил:
— Человека я вам оставил. Смотрите на него сколько угодно, но не шумите.

Толпа взорвалась.

Шум постепенно улёгся, и вот на сцену по очереди вышли четыре-пять парней.

Как типичные нарушители, они небрежно носили школьную форму — кто-то расстегнул молнию, кто-то завязал куртку вокруг талии.

Каждый шаг выдавал упрямство. Они старались держать голову опущенной, но в их позах сквозило вызов. Атмосфера оставалась подавленной, пока на сцену не вышел последний человек.

Настроение мгновенно изменилось.

Парень был одет в чёрную свободную футболку,
его школьная куртка также была расстёгнута,
но выглядел он не растрёпанным,
а небрежно стильным. Шёл он медленно, словно до конца не проснулся. Взлохмаченные волосы, рукава закатаны до локтей, и под солнечным светом его светлая кожа казалась почти ослепительной.

— Кто это?

— Какой красивый.

— Вы все второкурсники, да? Вы что, не сидите в школьном форуме? Это Чэнь Мо. Говорят, он в одиночку избил десяток человек. Или ты думал, что он просто так объяснительную читает?

— А, это тот перепутанный наследник?

— Да, настоящий.

— А ложный где?

— Должно быть, стыдно появляться. Я слышал, что на выходных...

Неважно, что болтала толпа, Чэнь Мо спокойно стоял на сцене, слушая, как остальные по очереди зачитывают свои объяснительные. Наконец, микрофон оказался у него.

На глазах у сотен учеников он не спеша вытащил А4-лист. Его чистый, но чуть хрипловатый голос
разнёсся по всему стадиону:
— Уважаемое руководство... После долгой ночи размышлений, стоящих у стены, я глубоко осознал, что впредь буду.... Тц!

Этот маленький звук разнёсся через микрофон,
отчётливо ударяя в уши каждого присутствующего. То ли раздражение, то ли недоумение. А затем все увидели, как Чэнь Мо сложил бумагу, спрятал её обратно в карман, и, глядя прямо в толпу, просто заявил:
— Я раскаиваюсь. Я не должен был драться. Я глубоко осознал свою ошибку. Я проанализировал своё поведение...... Чэнь Мо, 2-й класс, 11-й год обучения.

На первый взгляд, всё звучало нормально. Но буквально через мгновение каждый в толпе осознал подвох. Чэнь Мо не зачитывал текст,
а просто скомпоновал разные фразы из объяснительных тех, кто выступал до него. Получилось настолько абсурдно, что и придраться вроде не к чему.

На этом церемония подошла к концу.

Пока директор произносил заключительное слово, нарушители дисциплины инстинктивно отступили назад, встав рядом с Си Сы Янем.

Директор вдохновенно вещал:
— Время не ждёт, будущее в ваших руках! Мы должны...

Но все взгляды
были устремлены на сцену. Там, плечом к плечу,
стояли два самых видных парня.

Очевидно, они что-то обсуждали, и тон беседы явно был недружелюбным.

— Этот Ци Линь ненадёжный! Это не объяснительная, это чёртова любовная записка, — Чэнь Мо хмурился.

Си Сы Янь скользнул по нему взглядом:
— Я говорил, напечатай сам. Ты меня слушал?

— Ну, мне надо было позавтракать.

— На те десять минут, что ты валялся в постели,
ты бы давно успел поесть.

— Ну, не будь таким жестоким с утра пораньше.

— С завтрашнего дня встаёшь на двадцать минут раньше, чтобы повторять материал за день.

— Ты человек вообще?

В этот момент раздался голос директора:
— Разойтись!

Толпа начала расходиться, но многие глаз не сводили с той самой сцены, где небезызвестный школьный хулиган едва не свалился вниз. К счастью, его кто-то успел схватить за воротник
и удержать на месте.

Это был Си Сы Янь. Но его обычное безупречное спокойствие на этот раз было нарушено. Его взгляд, который он бросил на того, кто его спровоцировал. Взгляд был ледяным и убийственным.

Несколько проходивших мимо учеников были свидетелями сцены.

Чэнь Мо вытянул уголки губ, глазами смотря снизу вверх:
— Прям так ненавидишь весь мир? Из-за какого-то объяснительного, слепленного из кусков статей с "Байду"?

— Заткнись.

Си Сы Янь молниеносно потянул его за воротник, предупреждающе посмотрел на всех вокруг, а затем спокойно стащил его со сцены.

Уже на ступеньках тихо бросил:
— Ты даже в "Байду" не удосужился заглянуть. Ты мне должен.

Толпа: «...Так эти двое дружат или нет?»