Глава 5
За обеденным столом всё закончилось не очень хорошо, и супруги Ян отправились в компанию. В доме остались только Чэнь Мо и Ян Шу Ле. Ян Шу Ле, устроивший утром сцену, обедал у себя в комнате — еду ему подали слуги, и он даже не показался.
В полдень солнце стояло в зените. Чэнь Мо полулежал в зоне отдыха на первом этаже, погруженный в легкую дрему.
На газоне неподалеку, за поворотом, несколько домработниц использовали обеденный перерыв, чтобы полить клумбы. Время от времени доносились обрывки их разговоров.
— Как сегодня выглядит младший молодой господин?
— Ты про какого младшего молодого господина?
— Да брось, конечно про господина Шу Ле. Он так долго болеет, совсем исхудал, в школу не ходит. Завтрашняя встреча с одноклассниками — идея господина и госпожи, чтобы он развеялся и поднял себе настроение.
— На моем месте я бы точно не обрадовалась. Ведь причина, по которой он не ходит в школу, не только в болезни, но и в том, что он, наверное, не знает, как смотреть в глаза своим бывшим одноклассникам. Раньше он был таким популярным, ярким, а теперь вокруг столько сплетен и слухов.
— Если только тот не устроит скандал, я думаю, всё пройдет гладко.
На этом разговор стал тише, словно они боялись продолжать.
— Но знаешь, это странно. Раньше он устраивал такие скандалы в доме Ян, а сегодня утром вдруг успокоился. И мне от этого даже немного жутко.
— Я правда боюсь, что завтра он нарочно всё испортит.
Что же произойдет завтра?
Чэнь Мо, лежа с книгой, прикрывающей лицо, на самом деле обдумывал это.
В прошлой жизни действительно было нечто подобное.
Тогда Чэнь Мо и не знал, что Ян семья только что отозвала иск и уже с радостью организует встречу для Шу Ле с его одноклассниками. Этот контраст был сродни пощечине.
Тем более что среди гостей оказались несколько его самых близких друзей, которые говорили довольно неприятные вещи.
И всё закончилось скандалом.
Потому что Чэнь Мо выбросил всех в бассейн, включая самого Шу Ле.
Сентябрьская жара была невыносимой, но после падения в воду Шу Ле дрожал, как будто его бросили в ледяную воду.
Осуждающие взгляды.
Расспросы родителей и Ян Чжи.
После этого в школе ситуация для Шу Ле стала ещё более сложной. Теперь, оглядываясь назад, Чэнь Мо понимал, насколько это всё было пустой тратой нервов.
Разговоры домработниц всё продолжались, пока их не прервало кашляющее старческое покашливание. Вслед за ним раздался голос управляющего Сюя:
— Вам больше нечем заняться?!
Чэнь Мо убрал книгу с лица и, подняв голову, заметил фигуру пожилого мужчины в белой рубашке с воротником-стойкой и с тростью. Это был Ян Цунсянь, которого поддерживал Сюй.
На лице старика сложно было разобрать выражение.
Домработницы застыли от страха.
Но пугало их не только то, что Чэнь Мо, о котором они только что сплетничали, всё это время был неподалеку.
Главное — появился сам старший глава семьи Ян.
История успеха Ян Цунсяня была легендарной. Ему почти восемьдесят, но он всё ещё был в полном рассудке.
Он был неоспоримой опорой всего рода Ян.
В прошлой жизни Чэнь Мо считал его слишком строгим и не мог сблизиться. Но три года спустя, когда здоровье старика резко ухудшилось и он умер, Чэнь Мо понял, что этот человек был единственным, кто поддерживал его.
Кто понимал его желание отомстить.
Кто говорил ему: «Ты ничего не сделал неправильно».
Чэнь Мо поднялся с лежака.
Солнце пробивалось через зонт, отбрасывая тени на плитку. Чэнь Мо встретился взглядом с пожилым мужчиной. Через пару секунд он сказал:
— Дедушка.
— Угу, — Ян Цунсянь наконец пошевелился.
Он сел в плетеное кресло рядом с Чэнь Мо, опираясь на трость. Его глаза, уже затянутые катарактой, но всё ещё ясные, окинули взглядом выстроившихся в ряд домработниц.
— Что ты об этом думаешь? — спросил он.
— О чём? — не понял Чэнь Мо.
Ян Цунсянь посмотрел на слуг:
— Уволить их?
Домработницы тут же напряглись. Одна из молодых девушек сразу покраснела, её глаза наполнились слезами.
Чэнь Мо наконец понял, что имеет в виду старик, и с улыбкой сказал:
— Дедушка, зачем такие радикальные меры? Всего лишь пара слов. Любопытство — это ведь человеческая природа.
— Твой отец слишком любит показывать себя, — Ян Цунсянь оглядел двор. — Дом большой, а нанимает кого попало. Слуги, которые обсуждают хозяев за их спинами, в главном доме давно бы уже выгнали.
Но это был не главный дом, подумал Чэнь Мо.
Те, кто только что говорил громче всех, ухаживали за Шу Ле. Их Шу Ле любил называть «старшими сестрами», поэтому их точно никто не уволит.
— Ты тоже часть этой семьи, и ты имеешь право решать, кто здесь остаётся, а кто уходит, — добавил Ян Цунсянь. — Сегодня я поддержу тебя. Твои родители ничего не смогут сказать.
Чэнь Мо стоял перед дедом.
— Спасибо вам.
— Но в этом нет необходимости.
Старик нахмурился:
— Ты что, совсем не злишься?
Чэнь Мо рассмеялся:
— Злиться — значит вредить печени.
Во второй половине дня Чэнь Мо сопровождал старика во время прогулки по территории особняка. У Ян Цунсяня был риск сердечного приступа, поэтому ему требовалось избегать стрессов. Чэнь Мо, желая немного развеять его, обсуждал самые нейтральные темы, чтобы поднять настроение.
Весь день особняк наполнял смех старика, что вызывало удивление у всех слуг.
Ведь, несмотря на то, что у Ян Цунсяня было четверо детей и множество внуков, он был суров и сдержан. Даже передав компанию Ян Цианю, своему сыну, он смотрел на него критично. Среди внуков он тоже никого особо не выделял, и даже популярный среди домочадцев Ян Шу Ле не мог снискать его расположения.
Услышав, что дедушка пришел в гости, Ян Шу Ле, наконец, вышел из своей комнаты, чтобы поприветствовать его.
В тот момент Чэнь Мо рассказывал старику о том, как в деревне сажают рис. Стоит лишь босиком ступить в поле, и через полчаса на ногах наверняка появятся пиявки. Старик в ответ заметил, что в молодости, когда он ездил в деревню, видел пиявок размером с мизинец.
Ян Шу Ле поздоровался, на что старик ответил холодно. После этого парень опустил голову и встал в сторонке.
Старик не любил его, и Ян Шу Ле это прекрасно знал. Раньше он, следуя советам родителей, пытался угодить деду, но сейчас давно махнул на это рукой.
Он перевёл взгляд на Чэнь Мо.
Тот ни разу не удостоил его взглядом. Это вызвало у Ян Шу Ле какое-то презрение.
Ну и что, что он угодил старику? Старик ведь старый, как долго он ещё сможет что-то решать?
Когда вечером остальные вернулись домой, Ян Циань отправился с отцом в кабинет, чтобы обсудить дела компании. Ян Чжи остался сопровождать их, а Чжоу Яоцюн занялась организацией ужина.
Чэнь Мо чётко чувствовал, что все старались вести себя осторожно.
Старик был для семьи Ян тем же, чем указатель для огромной горы. Пока он был жив, дети и внуки относились к нему с глубоким уважением. Особенно Ян Циань, который ради спасения компании пошёл даже на то, чтобы скрыть историю с подменой детей. Он делал всё, чтобы угодить старику. У старика был не только этот сын, но и множество внуков. В условиях напряжённой борьбы внутри компании он не мог позволить, чтобы кто-то нашёл хотя бы малейший повод для сплетен, и во многих вопросах ему требовалась поддержка отца.
Кто бы мог подумать, что в тот вечер Ян Циань получит от старика жёсткий нагоняй.
Стук трости старика звучал гулко. Словно изведённый, он воскликнул:
– Ну и что ты натворил? Подмена детей? Та женщина украла твоего сына! Это ведь твой родной ребёнок! В твоих глазах только деньги, только выгода! Твоя жена – глупая, и ты за ней следом, да? Я говорил, что она слишком балует детей! Ладно, она не может оставить своего воспитанника, это понятно. Но что вы сделали для Чэнь Мо?
Ян Циань вытер лицо рукой и нахмурился:
– Чэнь Мо пожаловался вам?
– Пожаловался? Лучше бы он пожаловался!
Старик сердито посмотрел на Яна Чжи, который тут же подошёл и начал осторожно похлопывать его по спине.
– Дедушка, успокойтесь. Папа не только из-за компании переживает. Шуэлэ последние две недели болел, у него была температура, поэтому родители не хотели больше его тревожить. Иск отменили только временно, а не насовсем.
Старик холодно фыркнул.
– Всё из-за Ян Шу Ле.
– Отец, – вставил Ян Циань. – Я воспитывал этого ребёнка как родного сына уже больше десяти лет.
– А что насчёт Чэнь Мо? – старик сел в кресло, тяжело вздохнул и покачал головой. – Вы хоть раз думали о том, чтобы сменить ему фамилию? Один ребёнок болеет, а другого вы просто не замечаете?
– Он болеет? – Ян Циань растерялся. – Он мне ничего не сказал.
– Он молчит, а ты не видишь? Лицо белое, губы совсем бесцветные! – Старик только сильнее разозлился. Его вздохи стали ещё тяжелей. – Наверное, выпил лекарства и уснул, но даже так не перестал держать себя в руках, а после полдня провёл, беседуя со мной. Ни единого слова не сказал. Ах ты... Как же мне так повезло, что в семье Ян появились такие слепые идиоты, как ты!
Ян Циань опустил голову и молчал, словно наказанный ребёнок.
А Ян Чжи на этот раз ничего не сказал.
В его голове вновь всплыло воспоминание о следе от укола на руке Чэнь Мо и о его спокойном тоне.
Когда Чэнь Мо только вернулся, он был, как непрогибаемая стальная арматура. Его настороженность, нежелание уступать, выпрямленная спина – всё это отталкивало людей.
А теперь... казалось, что какая-то часть его словно исчезла.
Всё это делало мелкие детали слишком заметными, а его слова – неоспоримыми.
Неужели это новый способ Чэнь Мо добиться своего?
Вполне вероятно, что старик – его главная цель.
***
Чэнь Мо даже не догадывался о том, что происходило в кабинете.
Он сидел на диване в гостиной, закинув ногу на ногу, и читал сообщения на телефоне. На столе стояла тарелка с фруктами, нарезанными аккуратными кусочками – идеально для тех, кто не любит возиться с кожурой.
Включив телефон, он увидел, что днём ему пришёл запрос на добавление в друзья от пользователя с аватаркой хаски.
Чэнь Мо сразу понял, что это Гоу Иян.
Его предположения подтвердились, когда запрос был принят и сразу пришло сообщение.
«Что делаешь, брат Мо?»
«Хватит так говорить, зови меня просто Чэнь Мо»
«Ладно, брат Мо. Кто видит брата, тот десять гор не перепрыгнет»
Чэнь Мо покачал головой и написал:
«Ты об этом пожалеешь»
Он вспомнил, как через несколько лет Гоу Иян жаловался, что, если бы не он, Чэнь Мо уже давно бы где-нибудь сгинул.
Молодой Гоу тогда ещё был наивным.
«Ты же сам говорил, что у тебя денег столько, что девать некуда. С такими, как ты, только дружить»
«Давай ближе к делу. Зачем написал?»
«Это я извиниться за вчерашнее. Бросил тебя одного, переживал, вот решил поинтересоваться, как ты»
Чэнь Мо напомнил:
«Я был не один»
Гоу Иян:
«Ну да, именно потому, что ты был не один, я и волнуюсь. Ты только переехал, может, и не знаешь, но наш староста Си и Ян Шу Ле – это же наша школьная пара звезд. На школьных форумах их до сих пор сводят. Типа наследник престола и его маленький избранник. Представляю, каково тебе было вчера, когда тебя кинули в эту пасть тигра»
Чэнь Мо улыбнулся и написал:
«Теперь-то тебе не кажется, что предупреждать нужно было раньше?»
Гоу Иян ответил:
«Да я и не вспомнил. Просто, понимаешь, Си Сыян такой человек, что, когда смотришь на него, других уже не замечаешь. Это не враньё, что он мечта всех школьниц»
Гоу Иян тут же добавил:
«Кстати, а вчера тебя случайно не убили?»
Чэнь Мо ответил:
«Уже убили, не забудь поджечь свечку»
Гоу Иян:
«Тогда я обязательно завтра зайду на ваше мероприятие посмотреть на твоё последнее появление»
Чэнь Мо приподнял бровь:
«Ты тоже идёшь?»
Ответ последовал мгновенно:
«Клянусь, я всего лишь скромный зритель»