Пролог

Скука.

Густая, вязкая, почти осязаемая скука накрывает меня с головой. Я лежу на диване, лениво листая ленту в телефоне, и чувствую, как постепенно начинаю сходить с ума.

Вчера мне пришло приглашение на открытие нового модного бутика.  Обычно я начинала собираться на такие мероприятия еще до того, как дочитывала приглашение. Но почему-то именно сегодня отказалась. 

Почему? На самом деле ответ лежал на поверхности.  Мне все это просто надоело. Надоели вспышки камер, одинаковые скучные разговоры, знакомые пафосные лица, одни и те же темы для обсуждения. Уже не хочется претворяться, что все это вызывает восторг.

Я перевернулась на спину и уставилась в потолок.

Может, улететь к морю? Перед глазами сразу же возникли белоснежные пляжи, ослепительное солнце и лазурное море.

Скучно.

Может, улететь в Токио? Нет, я была там месяц назад. В Париж? Три месяца назад. В Милан? Полгода назад.

Кажется, я объездила столько мест, что перестала различать разницу между ними. Хотя, возможно, есть еще страна, в которой я не была.

Телефон завибрировал. Я посмотрела на экран телефона и, со вздохом, приняла вызов.

Звонил папа.

— Слушаю.

Разглядывая свой маникюр, я уже мысленно приготовилась к очередной лекции о поиске себя. Честно говоря, меня всегда удивляло стремление отца найти какое-то призвание для меня. Зачем? Разве отдыхать красиво — это не талант?

— Мери, — голос отца прозвучал без приветствия. — Ты долго собираешься валяться без дела?

Я усмехнулась. Даже по телефону чувствовалось его раздражение. Наверняка сейчас сидит в кабинете, сжимает переносицу и пытается не сорваться.

— Вообще-то на выходных я иду на вечеринку к Глории. Считается за занятие?

В трубке повисла тяжелая пауза.

— Тебе двадцать шесть лет.

— Спасибо, что напомнил, папочка.

— И что ты имеешь за эти двадцать шесть лет?

— Винтажную коллекцию сумок.

— Мери, — раздраженно проговорил отец.

— Ладно, еще прекрасное чувство стиля.

— В твоем возрасте у меня уже был бизнес.

Я приподняла брови.

— Бизнес? Ты про маленькую лавку с сувенирами ?

Удар попал прям в цель. Я поняла это сразу же, так как отец замолчал.

Если быть честной, он действительно заслуживал уважения. Все, что у нас было, он построил сам. Без связей, без богатых родителей. В отличие от меня. Но признавать это вслух я не хотела.

— Ты эгоистка, — наконец-то произнес он. — И я думаю, что твоя мать не хотела бы видеть тебя такой.

Улыбка мгновенно исчезла с моего лица. Упоминание матери до сих пор действовало на меня безотказно.  Прошло долгих шесть лет с момента, как она умерла. Но боль никуда не исчезла. Я до сих пор ловила себя на мысли, что хочу позвонить ей, рассказать какую-то глупость и услышать в ответ смех. Но звонить мне уже некому.

— Один – один, — хрипло произнесла я и включила громкую связь.

Подойдя к зеркалу, я машинально провела руками по волосам. Когда-то я ненавидела их. Слишком прямые, длинные и абсолютно не умеющие держать укладку.  Помню, как в детстве уговаривала маму разрешить мне отстричь их, но она только смеялась в ответ и говорила, что я скажу спасибо за то, что не сделала этого. Теперь я действительно хочу поблагодарить ее. Ведь мои волосы были точь-в-точь как у нее. И отрезать их означало потерять еще одну маленькую частицу мамы.

— Я не хотел тебя задеть, — вдруг спокойно сказал отец. — Но другого выбора у меня нет.

Ну ничего себе.

Я открыла шкаф и начала выбирать платье на вечер. Судя по тону отца, сейчас последует очередное наказание. Интересно, что он сделает. Заберет машину? Карту? Запретит пользоваться личным водителем?

Как-нибудь переживу. Главное, сделать жалостливый голос, и через пару дней все вернется обратно. Эта схема безотказно работала последние пять лет.

— Пока ты не научишься зарабатывать сама, я заберу у тебя все.

— Что именно?

Я достала белое платье и приложила к себе. Оно невероятно красивое.

— Все.

Я замерла.

— Машину.

Я отпустила платье на кровать.

— Банковские карты.

Я медленно нахмурилась.

— Дом.

Сердце покрылось ледяной коркой.

— Украшения, одежду. Все!

Теперь я уже смотрела на телефон.

— Чего?

— Я снял тебе студию в Боулдере. Билет придет на твою почту через несколько минут. Самолет сегодня в шесть вечера.

Несколько минут я просто молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Потом рассмеялась. Громко и немного истерично.

— Нет, серьезно, что ты забрешь на этот раз?

— Я серьезно.

Улыбка медленно сползла с моего лица.

— Пап...

— Мери, послушай меня внимательно.

Его голос стал жестким. Таким я слышала его крайне редко.

— Я предупредил всех сотрудников клуба. Никто не будет тебе помогать, не даст денег, не решит твои проблемы.

Внутри все неприятно похолодело.

— Ты не сможешь так поступить, — прошептала я.

— Могу.

— Но ведь это просто смешно, — мне хотелось кричать, но я сдерживала себя.

— Смешно было последние пять лет.

Мои пальцы сильнее сжали телефон.

— Ты отправляешь меня в какой-то Богом забытый город только потому, что тебе не нравится моя жизнь?

— Нет, Мери, — в трубке повисла небольшая пауза. — Я отправляю тебя туда, потому что однажды меня не станет. И тогда не будет никого, кто будет платить по твоим счетам.

На этот раз я не нашла что ответить.

— Найди наконец-то уже свое дело, найди саму себя. Докажи мне, что способна на что-то большее.

Я молчала.

— В четыре часа за тобой приедет водитель.

— А если я не выйду?

— Поедешь.

— Но ты не може...

— Поедешь, Мери, — в его голосе слышалось столько спокойной уверенности, что впервые за несколько лет мне стало тревожно.

— До встречи.

Связь оборвалась. Я продолжала смотреть на экран еще несколько минут. Потом перевела взгляд на огромное зеркало. На дорогую одежду. Украшения. На свою уютную комнату. И впервые в жизни почувствовала, что жизнь рушится.