23. весеннее утро, два тела в одной постели, "дом"

мягкие солнечные лучи своевольно проходили через тонкий тюль и падали на заставленные прозой и поэзией полки, освещая в воздухе непринуждённо летавшую пыль. солнце только-только успело встать и уже стало будить вечно уставший народ, чтобы те не опоздали на важную им всем работу.

чимин сидел на подоконнике у кровати и медленно курил, смотря в открытое окно на расцветающий город. он перевёл взгляд на спящего чонгука и долго всматривался в его мягкие черты расслабленного лица, вспоминая, как вчера, сразу после эмоционального разговора, они лениво танцевали на кухне в объятиях друг друга, даже не пытаясь сдерживать свои влюбленные улыбки.

чимину казалось, что он ещё был не готов к тому, чтобы с кем-то связывать свою жизнь.
он боялся неизбежности проблем и вероятности невозможности их разрешения.
он боялся, что из-за обстоятельств чонгук его оставит, даже если вчера он клялся, что был готов подарить ему весь мир.

но что если это не так и в итоге он разочаруется?

чимин понимал, что расставание не является чем-то смертельным: каждый человек хотя бы раз в своей жизни расставался с любимым.
можно было подумать, что он находил своему страху жалкие оправдания, но с другой стороны, помня о последствиях прошлого месяца, когда они всего лишь были друзьями, он всей душой осознавал, что не успеет восстановиться к расставанию, если оно произойдёт. он распадется на кусочки, такие мелкие, что собрать уже будет невозможно.

чонгук с трудом открыл глаза и заприметил курившего чимина, снова пропадавшего в своих мыслях. он бы хотел заглянуть и познакомиться с ними, уверить, что вреда он не причинит и будет с бережностью обращаться с их хозяином. но осознание того, что сделать так он не сможет, заставило его сонно застонать и придвинуться с подушкой к подоконнику - поближе к паку.

- доброе утро, - хриплым из-за больного горла голосом сказал чимин и сделал ещё одну затяжку.

чонгук промычал и слепо нашёл чужую руку, с которой сплел пальцы и разместил на своей груди, желая ещё немного полежать с закрытыми глазами и насладиться так давно желанным умиротворением.

чимин из-за неожиданности задержал во рту дым, слушая свое бешено стучавшее сердце.
он смотрел на сонную, еле заметную улыбку и сам невольно улыбнулся, не в силах совладать с шармом друга.

друга?

кто они друг другу?

он до сих пор не был уверен в статусе их отношений.

- у тебя такая удобная кровать, - пробубнил чонгук и повернулся на бок, обняв чиминову ладонь и прильнув к ней как ласковая кошка.

блондин тихо засмеялся, находя такое поведение по-детски невинным. положение было очень неудобным для обоих парней, поэтому чимин докурил и спустился на матрас, позволив парню обнять его руку поудобнее, уткнувшись лбом в плечо.

чонгук не был уверен, не перегибал ли он палку и не спешил ли, ведь всю ночь они провели порознь, на разных сторонах кровати, укрываясь одним одеялом, которое впоследствии забрал мерзнувший чонгук. пак же обнял подушку и уткнулся в стенку, впервые за долгое время засыпая без тревоги.

- все нормально? - тихо спросил чон.

- да, - прошептал пак.

все чувства ощущались в утроенной силе, кружа мир в сокрушительном вальсе.

раз-два-три, раз-два-три...

ощущение невесомости в груди было таким новым и удивительным, что их сердца продолжали стучаться в унисон быстрее обычного.

чонгук думал об осознании им понятия "дом". лёжа впритык к человеку, вызывавшему в нем бурю эмоций, обнимая его руку и утыкаясь ему в шею, он позволял своим мыслям вольно вылетать и залетать обратно в голову, совершенно не заботясь о том, что с ними станет. ему как можно дольше хотелось лежать в таком положении и чувствовать летавший в воздухе запах вишни и нежной любви.

- ты уже второй день пропускаешь лекции, - нарушил тишину чимин спустя время.

- ну и ладно... - пробубнил чонгук в полудреме.

- тебе же нравится эта специальность.

- да, но ты мне нравишься больше.

чимин сжал губы, чтобы ничего лишнего не ляпнуть, и выдержал паузу.
такое было для него в новинку, да и, честно, для чонгука тоже, последний просто не показывал этого так сильно, как первый.

- в прошлый раз ты так восторгался термоядерным синтезом, что я думал, ни к чему у тебя таких же сильных чувств, как к нему, никогда не будет. - хихикнул чимин, вспоминая восторженное лицо парня, который ворвался к нему в магазин с криками о том, как он любит этот синтез.

- эта и правда было очень интересно! - чонгук перевернулся на спину и так же, как и чимин, посмотрел в потолок, - человечество могло бы перейти на термоядерную энергию, потому что это в разы экологичнее и удобнее, но проблема в том, что создать сосуд, который бы удерживал плазму, очень и очень сложно, так как для этого нужно нереально стойкое вещество, да и плазма сама по себе очень загадочная и непредсказуемая субстанция, поэтому наука в этой теме стоит.

- а что такое плазма?

- ионизованный газ, который считается четвёртым состоянием вещества, которое сильно нагрели и молекулы которого распались на атомы, а те на ионы. северное сияние и разряды молний как раз являются источниками плазмы, которые мы можем наблюдать. но в космосе она практически повсюду: это и звезды, и межзвездная среда, и галактические туманности всякие.

- а почему она загадочная-то? - чимин заинтересованно слушал и смотрел на жестикуляцию чонгука, объяснение которого было понятным и в какой-то мере даже завораживающим.

- ученые не могут понять, как в плазме происходит перенос частицы тепла и как в ней вообще удерживается энергия. это все очень сложно и непонятно, информации не хватает, достойных теорий нет...

- ты бы хотел найти решение этой проблемы? - чимин посмотрел на него и увидел задумчивое лицо.

- наверное. я бы вывел человечество на новый уровень. но не думаю, что в ближайшие тридцать лет мы что-то придумаем.

настала неловкая тишина, во время которой чонгук анализировал свои слова и думал, понятно ли он все объяснил, а чимин пытался разобраться в том, что только что услышал.
он с улыбкой, появившейся из-за мысли о том, как забавно получалось, повернул голову к чону, встретился с ним глазами и сказал: "наука, конечно, безумно интересная и полезная, но я сейчас так рад, что закончил журналистику. ты и представить себе не можешь". на что чонгук громко засмеялся, своим заразным смехом сплетаясь в воздухе с паковским.

это казалось таким правильным: лежать в одной кровати, смеяться, глупо шутить и говорить ни о чем, пока лучи тёплого утра радостно разливались по небольшой светлой спальне.