1.19

1.19

Чехёк без колебаний фыркнул на эти слова, которые на первый взгляд прозвучали серьёзно. Ли Увон тоже самоуничижительно рассмеялся. И Чэхёк медленно добавил.

— Тогда ты сможешь хоть немного отдохнуть с комфортом.

На самом деле, Увон тоже хотел больше отдыхать, если это возможно. Однако, как только волна беспокойства по каким-то причинам утихла, он поспешил уйти. И, как и ожидалось, ситуация дошла до этой точки. Это было настолько абсурдно, что он даже почувствовал себя обиженным. Просто потому, что он вышел немного позже обычного, произошли неожиданные врата.

То ли он пропустил предзнаменование, то ли предзнаменования не было, что бы оно ни было, но это была головная боль. Просто потому, что это было впервые, нет никакой гарантии, что он мог контролировать или предотвратить это, но У Вон чувствовал, что это была его вина. Однако у него совершенно не было желания, чтобы это было последнее предположение.

Непредвиденные ворота. Это настолько ужасная катастрофа, что у него перехватывает дыхание, просто подумав об этом.

В любом случае, ему нужно было узнать точную правду. Для этого приоритетом было разрешение ситуации. Увон вздохнул и потер ладонями усталое лицо.

— Я не собираюсь просить тебя сделать за меня мою работу, так что сдавай отчет вовремя. Вот почему я пришел сюда. Почему ты не ответил на звонок?

— Занятый.

У Вон тупо посмотрел на Чэхёка, услышав его неискренний ответ. С того момента, как он вошел в комнату, и до сих пор, за исключением момента, когда он посмотрел на него с жалостью, Чехёк просто смотрел на планшет. Он даже не мог догадаться, на что он так пристально смотрит.

— Чем ты так занят?

— Я что-то ищу. Если это не срочно, поговорим позже.

Чэхёк был не из тех, кому комфортно работать с документами. Кроме Увона, никто не осмелился попросить заместителя командира оформить документы. Итак, он говорит, что делает это, потому что хочет.

Однако он не собирался спрашивать конкретно. Правило между ними заключалось в том, чтобы сначала поделиться с другим человеком вещами, которые им нужно было знать, и не вмешиваться в то, о чем другой человек не рассказал им первым.

— Это срочно, но...

Увон неопределенно замолчал. Что-то вдруг пришло ему в голову.

— Теперь, когда я думаю об этом, ты сделал что-то бесполезное.

— Бесполезное?

Чехёк поднял голову и неодобрительно поднял одну бровь.

— Зачем ты это сделал? — спросил Увон с улыбкой на губах.

— Что?

— Я была так тронут, что чуть не заплакал.

Только услышав саркастические замечания, Чэхёк понял, о чем говорит Увон. Это относится к тому факту, что стрелы репортеров, направленные на У-вона, были тонко направлены на слухи о разногласиях. Конечно, Увон спрашивал, потому что ему действительно было интересно узнать причину.

— Думаю, репортеры набросились на меня, как стая собак, потому что меня не было рядом. Даже если это так, почему ты сделал это так грубо?

Чэхёк снова посмотрел на планшет и прямо ответил:

— Меня раздражало, что они постоянно спрашивали о человеке, которого там не было.

Увон глубоко вздохнул и слегка постучал рукой по спинке сиденья.

— Правда? Нет. Я думал, что вас беспокоит моя должность. Я много думал об этом с тех пор, как приехал сюда, и задавался вопросом, стоит ли мне держать в качестве руководителя группы "Сигма" человека, у которого нет ни малейшей головы на плечах.

Чэхёк нахмурился, услышав откровенный тон аргументации, который противоречил его спокойному тону. Обычно он бы просто проигнорировал это, но это начало действовать ему на нервы. Было еще хуже, потому что лицо гида, которого он искал, не появлялось, сколько бы страниц он ни перелистывал.

Чэхёк положил планшет на глубокий подоконник и посмотрел на Увона, скрестив руки на груди. Выражение его лица было холодным, как лед.

— Просто реши этот вопрос и уходи.

Наконец, когда хозяин комнаты решил поприветствовать гостя, Увон снова расплылся в довольной улыбке. А потом добрым голосом спросил, как бы спрашивая, когда он вел себя плохо.

— Ворота. Как тебе удалось закрыть его так быстро?

Время атаки в 14 часов было результатом, которого они никогда не могли достичь в настоящее время. Как бы он ни ломал голову, он не мог придумать веской причины. Если быть точным, он не мог с готовностью принять единственную причину, которая пришла ему в голову.

Чэхёк умело уловил отчаянное замешательство У Вона.

— Предположения?

Снисходительный тон его речи был почти игривым. Это было зрелище, которое каждый, кто знал Чэхёка, даже не мог себе представить. Но Увон не был удивлен. Это было не то, что он видел часто, но и не такое уж редкое зрелище.

На самом деле, у этих двоих была сторона, которую они показывали только друг другу. Это стало возможным не благодаря обмену секретами, а благодаря обмену несчастьями.

— Я не думаю, что это связано с мутационными вратами, поэтому монстры внутри них чрезвычайно слабы по сравнению с тем, как они выглядят, или мои дети, напуганные твоим грязным характером, выявили потенциалы, о которых даже я не знал. Я вижу, ты почему-то счастлив.

Чэхёк кивнул и больше не стал терять времени.

— Я нашел это.

— Что?

— Гид.

Спокойное лицо Увона внезапно стало пугающим.

Гиды были широко доступны в этом огромном здании штаб-квартиры, в филиалах, разбросанных по всей стране и по всему миру, но У Вон сразу понял, о каком гиде говорит Чэхёк. Ситуации Ли У Вона и Хан Чэхёка были слишком похожи, чтобы он мог их не понять.

Осторожно спросил Увон, который уже некоторое время облизывал губы.

— Ты уверен?

— Уверен.

— Насколько это возможно?

— Я не уверен точно, потому что делал это лишь в течение короткого времени.

Чэхёк какое-то время смотрел в никуда, а затем спокойно заговорил.

— По крайней мере, достаточно, чтобы можно было спокойно дышать.

- ...

Увон, который потерял дар речи и в оцепенении открыл рот, вскоре закусил губу.

Достаточно, чтобы дышать спокойно. Для них не могло быть более ясного выражения, чем это. Потому что он сейчас не могу нормально дышать.

— Гид... был.

Когда У Вон спокойно пробормотал, Чэхёк молча кивнул.

Была веская причина, по которой Чэхёк и Увон снова серьезно взялись за работу гидами.

С момента пробуждения эти двое ни разу не получили руководства.

Не совпадало ни с одним руководством. Это не означало, что эффективность была низкой. Это было совершенно невозможно. Если выражать численно, это был чистый 0 без единой десятичной точки. Это была совершенно секретная информация, известная лишь нескольким чиновникам и членам команды «Сигма» в заброшенном озерном офисе.

У Вон, который на какое-то время погрузился в свои мысли, вскоре посмотрел на Чэхёка с прерывистым смехом.

— Так ты так взволнован?

Чэхёк тоже посмотрел на Увона. Зрачки были темнее обычного. Пока Чэхёк держал рот на замке, Увон добавил, словно уточняя.

— Это глупо.

— Что?

— Что теперь может сделать один проводник?

— Что-нибудь сделает. Возможно, он сможешь сделать всё.

Это было несколько романтическое заявление, полное бесконечных возможностей. Увон резко рассмеялся.

— Не называй это сном. Дышать комфортно? Как вы думаете, если надеть респиратор на тощий труп, он станет похожим на человека? В лучшем случае мы можем выжить лишь в жалком состоянии. Это мало чем отличается от нынешнего».

— Вы должны попытаться это узнать.

— Что случилось, Хан Чэхёк? Разве быть холодным, как машина, не было твоей единственной силой?

Увон, сказавший это, фактически потерял хладнокровие. Чэхёк не удосужился указать на это. В любом случае это было бесполезно, поэтому это раздражало и бессмысленно.

Когда Чэхёк не ответил каким-либо конкретным образом, его гнев, которому некуда было деваться, создал тишину. В тишине Увон вскоре осознал свою неполноценность.

У Вон медленно начал раскрывать внезапно возникшие темные и горячие чувства. Однако непрекращающееся ощущение, которое он не мог смыть, продолжало оставаться липким во рту. он не мог этого вынести, не выплюнув.

— Не питайте странных надежд. Ты наивный или глупый...

Эти слова были близки к насмешке над собой.

— Полагаю, ты излишне пессимистичен.

Увон беспомощно рассмеялся. Он ответил слабым голосом, как будто давно спрашивал.

— Неужели?

— Ты слишком много думаешь.

— Хорошо...

Увон опустил глаза и уставился в пространство. Чэхёк, возможно, прав. Возможно, он излишне пессимистичен и слишком много думает.

Несмотря на это, ничего не меняется. Прошло слишком много времени. Теперь, когда он вспоминает прошлое, он слишком устал.

Увон вздохнул и передумал.

— В любом случае, что угодно. Я понимаю. Вот почему он так быстро закрылся».

Если бы Хан Чэхёк получил руководство хотя бы на мгновение, он смог бы набраться немало сил. В какой-то момент они даже сами закрыли ворота класса А. Хотя это было очень давно.

Единственной возможностью, которая пришла на ум, был в конечном итоге правильный ответ. Это было неприятно, но он все равно получил ответ. Увон встал без каких-либо сожалений.

Когда он медленно поднял голову, Чэхёк смотрел на Увона черными как смоль глазами, как будто что-то оценивая. Глаза двух людей встретились на одной высоте.

— Гид...хорошо. Если это правда, то это хорошо. Поздравляю.

Увон говорил со спокойным и безмятежным лицом, как будто он никогда не был взволнован. Затем лицо Чэхёка, которое всё это время было ничего не выражающим, сморщилось.

— Почему ты говоришь так, будто это чужое дело?

— Это потому, что это чужое дело. Это твой гид, а не мой.

— Ты трус.

Сказал Чэхёк тоном отвращения.

— Ты утомлял людей настолько, насколько мог, а потом внезапно изменил свою стратегию. Теперь не веди себя так, как будто ты не знаешь.

— Я...

Чэхёк безжалостно прервал слова Увона, которые явно были всего лишь оправданиями.

— По сути, нет никакой разницы в твоей энергии и моей. Если это работает для меня, это работает и для тебя.

У Вон тоже отреагировал с раздражением на решительный тон.

—Это всего лишь теория и идеал.

— Ли Увон

Чэхёк выкрикнул имя Увона, словно подстрекая его. Двое людей напряженно смотрели друг на друга, не сдаваясь. Когда Чэхёк снова попытался открыть рот, на этот раз Увон нанес удар.

— Хорошо. Потом верните его. Нет, я просто встречусь с ним лично. Недавно проснувшийся гид?

Информация о длине волны была зарегистрирована, но не было руководства, в котором бы не участвовали два человека, проводивших согласующую симуляцию. Таким образом, если вдруг появился подходящий проводник, существовала высокая вероятность того, что это был недавно проснувшийся проводник.

Не было ни одного гида с зарегистрированной информацией о длине волны, который не провел бы симуляцию соответствия с двумя людьми, поэтому если вдруг появлялся подходящий гид, то, скорее всего, это был недавно пробудившийся гид.

— А может быть, симуляция все-таки имела свои ограничения?

Это необыкновенная сила. Возможно, найти подходящее руководство с помощью моделирования данных изначально было невозможно. Когда он думал об этом таким образом, то не мог не сожалеть о потраченных времени и энергии. Хотя это было то, с чем ничего нельзя было поделать.

— Жди. Я ищу это прямо сейчас.

Чэхёк тихо вздохнул и взял отложенный планшет. Увон нахмурился.

— О чем ты говоришь. Ты сказала, что нашел его.

— Он убежал.

— Что?

У Вон захихикал. Помимо того, что он не приветствовала появление гида, его впервые разочаровало то, как Чэхёк повел себя в этой ситуации.

— Ты, должно быть, что-то упустил. Ты хочешь сказать, что не получил удостоверение личности?

— Я ясно видел лицо. Скоро найду.

Увон медленно моргнул, глядя на Чэхёка, который снова смотрел на планшет.

— На что ты сейчас смотришь? Это весь список гидов?

— Хм.

Чэхёк не хотел брать на себя никакой ответственности, кроме ответственности бойца, поэтому его положение было статусом рядового члена. У него не было полномочий просматривать такие критически важные для безопасности документы.

— Ты украл это у Сохён.

— Твой помощник.

— Его зовут Нам Сохён.

— Верно.

Чэхёк ответил неискренне. Увон был уверен, что даже если бы он это сказал, он все равно больше об этом не вспомнит. Прошло уже более пяти лет с тех пор, как Нам Сохён работал его помощником. Если это займет так много времени, разве вы не сможете запомнить это, даже если просто посидите неподвижно? Это было поистине крайнее безразличие.

Другими словами, этот парень сейчас просматривает этот огромный объем данных в надежде найти одного человека. Существование гида действительно удивительно.

— Ты даже не знаешь имени и его принадлежности. Ты уверен, что это гид, зарегистрированный в системе? Он может не знать, что является проводником.

— Я встретил его возле ворот. По тому, как он говорит, видно, что он гид, принадлежащий правительству, но не думаю, что он из класса А, потому что он не захотел сам вести меня, когда я, похоже, был в плохом состоянии, и собирался поручить это другому гиду.

В данный момент не имело значения, какого ранга он был, даже если это был проводник ранга D, самого низкого ранга в классификации Пробудителей, он не мог скрыться. Но в этом была и темная сторона. Увон посмотрел в воздух и осторожно произнес.

— Гид, который даже не входит в состав группы "Альфа" на объекте якобы класса "А"...? Это странно. Может быть, он не имеет официального задания. Может быть, он просто случайно оказался в этом районе и лично зашел на объект.

Чэхёк ответил спокойно, как будто он тоже имел это в виду.

— Неважно, что происходит. Я буду все проверять, пока не найду.

При этих словах У-вон перевел взгляд и посмотрел на эспера. Хан Чэхёк был поглощен чем-то, зрелищем, которого даже он никогда раньше не видел.

— Ты смотрел реестр гидов, которые входили в зону?

— Там его не было.

— Неужели он отсутствует... Стоит сообщить, чтобы он добровольно вышел.

— Бесполезно. Он всё равно сам не появится.

Увон на мгновение остановился, услышав многозначительные слова.

— Почему?

— Так получилось.

— ...

У Вон тупо посмотрел на Чэхека. Вскоре из-под красивых губ вырвался звук смешка или вырывающегося ветра.

— Это имеет смысл.

Он заподозрил это с того момента, как когда Чэхёк сказала, что гид сбежал. Он бы не отнесся к этому нормально.

— Гид наконец появился, и тебе следовало обращаться с ним более вежливо.

По привычке Чэхёк сузил глаза, глядя на список. Увону не составило труда истолковать это выражение. Он не обиделся на его слова и не пожалел о содеянном. Он просто не понимал, что значит быть вежливым.

На самом деле. Есть ли какое-нибудь другое слово, которое не подходит Хан Чэхёк больше, чем вежливость?

— Как скажешь, ладно, делай работу и позвони мне, когда найдешь.

— Тогда иди и больше ничего не говори.

— Это мои мысли.

У Вон холодно проговорил, затем повернулся и без промедления вышел из комнаты. Между ними не было дружеского приветствия, как это было, когда он вошел.

Когда дверь закрылась, в просторном кабинете снова воцарилась тишина. Прижав ладонь к виску, Чэхёк долго искал лицо Ынгёма.