Там точно был город

(История пишется не по порядку, поэтому пока отсутствует несколько ее частей, но часть до Невзятых можно прочитать в главе "В одной банке" первой части "Hi from reality", а часть с Невзятых в главе "Ковры-самолеты")

Юная служанка протянула оленю небольшой кусочек белого хлеба. Ей так нравился этот красивый зверь с большими глазами, с переливающейся шерстью, с длинными ногами, такой сильный и такой грациозный. Он был таким светлым, веселым, он разгонял удушливый дух злобы этого замка. Она хотела бы его приласкать, но он был оленем Черного Принца, никто не мог прикасаться к собственности принца, только он сам и Волк. Но желание хотя бы на секундочку почувствовать светлое было таким огромным, что она украла кусок недоеденного Алером хлеба с разноса, который несла на кухню, посолила припрятанной заранее солью и завернула его в небольшой кусок чистой ткани. Буквально использовала все драгоценное, что у нее было, даже собственное тело, ведь и за такой небольшой украденный хлебный кусок она могла лишиться руки.

Олень остановился, посмотрел на девочку, спрятанную в тени, на ее протянутую слегка дрожащую руку, посмотрел на отошедшего уже далеко Алера, разговаривающего с Феоктистом, и все же решился, потянулся носом к соленому мякишу.

Девочка улыбнулась, так неловко, словно никогда в жизни не улыбалась. Улыбнулась от того, что олень ее заметил. Что медленно потянулся к ней, подходя. От того, что она почувствовала его теплое дыхание на своих пальцах. Еще немного и она почувствует его губы на своей ладони. Это не будет полноценной лаской, но хотя бы она будет знать, как это быть светлым.

- Ты же только что ел.

Голос Алера раздался неожиданно, прокатился по коридору холодом.

Олень смешно встряхнул головой и, как будто приплясывая, побежал к Принцу. Ткнулся в него пытаясь поддеть его руку.

- Подлиза, - усмехнулся Алер, прислонил оленя к себе за шею, и внимательно всмотревшись в девочку прижавшую кулачок со спрятанным там кусочком хлеба к груди.

- Красавец. Я думал, всех таких давно перебили, - Феоктист осмотрел оленя, специально встав так, чтобы закрыть собой юную служанку и дать ей сбежать из-под взгляда Алера.

- Здесь, может, и перебили, а у Медной горы вот один остался.

Алер взглянул в глаза подчиняющегося ему полковника, пытаясь в нем найти силы и подавить рвущийся из него гнев, рвущегося именно сейчас из него Лерку. Олень терся о бедро Принца, стараясь его успокоить.

- Вы знаете, от вас тут служанки бегут, теряя свои последние тапочки, - обнаженный Волк вынырнул из темноты коридора, на его теле все еще были видны следы от плети, которой игрался Алер, пока слушал доклады о том, что происходит в царстве не согласном со Свободой.

И Алер как очнулся, отбрасывая гнев того, кто принадлежит стороне Свободы из-за девочки, которая неспособна даже улыбнуться, такой неуместный для Черного Принца.

- Надеюсь, вы мне расскажите эту презабавнейшую историю.

- Волк, - протянул Алер, знакомо усмехаясь своему псу.

- Я здесь. Я уже здесь, - произнес Волк, подходя к Принцу.

Феоктист выдохнул. Даже сдерживаемый гнев Алера был сильным, он вибрировал так, что стены пошли небольшой волной. Феоктист прекрасно понимал, что у него не хватило бы сил сдержать взорвавшегося Алера, а сдержать его было необходимо, нельзя было разрушать этот замок, слишком рано, нельзя было лишать жизней тех кто в нем был, потому что тут были те, кто был уже на пути к Свободе и Он их ждал. Именно Он им дал время, чтобы они смогли дойти до него, и их нельзя было этого времени лишать. Поэтому появление Волка было счастьем. Он был как громоотвод. И поэтому Волка нужно было беречь. Феоктист верил в Валерку, верил, что тот сможет сдержаться, чтобы не произошло, но перестраховаться никогда не будет лишним.