Глава 4

Тэхёна хватило только на два дня. Прошло целых два дня, то есть сорок восемь часов. Что сказать, он успел привыкнуть к тому, что мужчины обычно бегают за ним, падают штабелями, сражаются за его внимание и делают какие-то абсолютно нелепые вещи, чтобы заслужить хотя бы взгляд в их сторону. Вот почему Ким Тэхён был сбит с толку, когда его последний сексуальный партнёр не соизволил связаться с ним в течение двух дней.

Так что вместо того, чтобы сидеть на попе ровно, он решил сделать то, что считал нужным — отправился в известный боксёрский зал, расположенный по соседству с отелем, в котором они с Чимином остановились. И, быть может, в любой другой ситуации его гордость была бы уязвлена, если бы он подошёл к мужчине, который, вполне возможно, больше не имел желания контактировать с ним, но опять же, Ким Тэхён всегда был чересчур экстраординарной личностью и к тому же не знал определения слову «стыд».

Он зашёл внутрь с таким же видом, с каким входил в конференц-залы, чтобы познакомиться с новыми дизайнерами; в эксклюзивные рестораны, отмеченные звёздами Мишлен; и когда встречался с друзьями в местах, куда люди обычно приводят своих супругов. Что ж, если всё пройдёт по плану, ему придётся поменять свои привычки.

Возле стойки регистрации он, к счастью, увидел знакомое лицо с красивыми глазами и чёрными короткими волосами. Мин Юнги, одетый так, будто на улице была невыносимая летняя жара, вскинул брови, посылая ему одну из самых насмешливых улыбок.

— А я всё гадал, когда же ты придёшь.

И несмотря на то, что Тэхён демонстративно закатил глаза, решив, что это послужит идеальным ответом на вполне очевидное утверждение, он всё же наклонился, чтобы запечатлеть приветственный поцелуй на щеке Юнги.

— Да, я тоже безумно рад тебя видеть, — хоть это и было сказано довольно сухо, он заполучил приятный смешок в ответ. — Занят сегодня?

— Не больше, чем обычно, — Юнги пожал плечами, жестом передав что-то своему администратору, затем послал столь же неопределённый жест Тэхёну, возможно, предлагая следовать за ним, и направился вглубь спортивного зала.— Ты здесь, чтобы увидеть Гука, да?

Тэхён сначала не расслышал вопрос, слегка отвлечённый акцентом Юнги, явно приобретённым в родном городе своего отца, а затем увидел, насколько велик спортзал. Там находилось какое-то совершенно неимоверное количество различного оборудования, а в воздухе витало напряжение вперемешку с отчаянием.

А затем он увидел его. Чон Чонгука, одетого в одни лишь баскетбольные шорты без футболки, изо всех сил колотящего по боксёрской груше. По-видимому он не жалел себя даже на тренировках, вкладывая все силы в исправление своей формы, отрабатывая удары, да ещё и выглядя при этом абсолютно излишне привлекательным.

— Зачем мне это? — запоздало ответил Тэхён, несмотря на то, что Юнги, возможно, был прав в своём предположении. Тем не менее, он предпочёл бы не выставлять себя идиотом, признавшись в этом, вместо этого указывая на перекинутую через плечо сумку, которую взял для предлога. — Я пришёл в спортзал, чтобы потренироваться.

Боковым зрением он увидел, как брови Юнги снова выгнулись дугой.

— Сильно сомневаюсь, что твой взгляд говорит об этом, ну да ладно... — фыркнул тот, вытаскивая изо рта леденец и заменив его двумя пальцами. Свист привлёк внимание всех вокруг. — Гук-а, подойди сюда на секунду!

Через мгновение к ним подошёл высокий брюнет, на что Юнги цокнул языком.

— Не ты, Намджун, ради всего святого. Иди лучше, помоги Соку, он в соседнем зале, — бросил он. — Чон Чонгук, тащи сюда свою задницу сейчас же. Мне нужно, чтобы ты провёл экскурсию для новичка.

Люди вокруг бросали на них взгляды — от озадаченных до оценивающих. Тэхён прекрасно понимал, почему они это делали. Он супермодель и уж точно не входил в список людей, которые посещали спортивные залы в центре города во время отпуска в Пусане. Но где ещё можно было найти Чон Чонгука в таком состоянии, такого растрёпанного и великолепного, как в данный момент? Даже несмотря на то, что он, к великому сожалению, прикрыл свой отточенный пресс майкой по пути к ним.

— Хён, — бросил Чонгук, снимая перчатки и засовывая их подмышку, хотя вместо этого Тэхён следил за линией мышц на его бицепсе. Когда их взгляды встретились, Чонгук быстро пригладил влажные от пота волосы. — Ким, — чуть тише поприветствовал он.

— Чон! — чуть ли не с восторгом протянул Тэхён, после чего усмехнулся, поправив украшенный камнями Сваровски ворот своей новенькой куртки от Givenchy. — Проводишь меня в раздевалку? Я же не могу тренироваться вот в этом, не так ли?

С левой стороны послышался смех Юнги, такой лёгкий и беззаботный, возможно, немного недоверчивый. Чонгук, однако, выглядел не совсем довольным.

— Да, будет обидно, если ты потеряешь какой-нибудь из этих камней. Как ещё люди узнали бы о твоём статусе, — с неприязнью проворчал он, но тут же развернулся, жестом указывая в сторону коридора. — Не отставай, принцесса.

Улыбка Тэхёна не дрогнула ни на йоту, когда он двинулся с места ― после, разумеется, короткого благодарного кивка в сторону Юнги, хотя в ответ он не получил ничего, кроме добродушного закатывания глаз.

— Довольно самонадеянно с твоей стороны предполагать, что я буду носить настолько дешёвую одежду, что от малейшего движения потеряю Сваровски, — заявил он, и Чонгук лишь рассмеялся, распахивая перед ним дверь, как истинный джентльмен.

— О, я могу придумать несколько способов заставить их оторваться во время упражнений, — парировал он голосом мягким, как масло, которое можно было разрезать острым лезвием тёплого ножа. Тэхён уловил, как взгляд Чонгука скользнул вдоль линии его тела как раз перед тем, как он добавил: — И в последний раз, когда мы виделись, на тебе была обычная одежда, разве нет?

В душевых пахло свежей, чистой мятой и мускусом. Поскольку внутри было абсолютно пусто, все движения и шаги эхом отдавались от голых стен, и звук брошенной Тэхёном сумки не стал исключением.

— Да-да, но мои джинсы теперь здорово потеряли в цене, — с притворным облегчением вздохнул он, скидывая куртку с плеч. — После того, как я испачкал колени, отсасывая тебе, я имею в виду.

Тэхён услышал прерывистый вздох ещё до того, как оглянулся. Его губы скривились в ухмылке, и он начал неторопливо расстёгивать пуговицы на своей дизайнерской рубашке.

— Это было неплохо, — подлил масла в огонь он, хотя их отношения — не что иное, как масло, подлитое в тёплую воду. — Да, Чон?

Чонгук, как мог, сопротивлялся, но все же опустил взгляд, прослеживая обнажённую плоскость лопаток, ведущих к узкой тонкой талии, которую можно было обхватить двумя руками (руками Чонгука), затем скользнул к изгибу его бёдер, скрытых под тёмно-синими джинсами.

Он прочистил горло, переводя взгляд на лицо Тэхёна, с горечью осознавая, что снова покраснел.

— В какую игру ты играешь, Ким?

Тэхён облизнул губы, позволяя рубашке соскользнуть до локтей, и сделал шаг, затем ещё один и ещё — пока их грудные клетки не оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга.

— А ты как думаешь, а? — пропел он, после чего потянулся к рукам Чонгука, направляя их к своему телу, под рубашку, прямо на задницу. — Как бы ты назвал такую ​​игру, Чон? — смотря прямо в глаза, добавил он.

Чонгук какое-то время с предельной сдержанностью изучал лицо Тэхёна, несмотря на то, что его руки находились на его заднице, как и два дня назад. Через мгновение он усмехнулся — или, возможно, с недоверием рассмеялся, судя по тому, как блестели его глаза, ― а затем совершенно неожиданно оторвал одну ладонь, выждав короткое мгновение, прежде чем со звонким шлепком опустить её на задницу.

Тэхён ахнул и чуть не упал вперёд, прямо на грудь Чонгука, от явного удивления и смущающего возбуждения, которое распространялось по телу, словно лесной пожар. Но все же ему удалось удержаться на месте, смотря на Чонгука с дрожащей выпяченной нижней губой:

— Ты...

— ... собираюсь показать тебе спортзал? Да, — нагло перебил его Чонгук. Он слегка похлопал по ягодице, по которой минутой ранее отшлёпал его. — А теперь натяни на свою аппетитную задницу какую-нибудь тренировочную одежду. Я подожду тебя снаружи.

А потом просто взял и ушёл. Тэхён был сбит с толку, взбешён, унижен — и, что хуже всего, совершенно точно возбуждён. Сопротивляясь желанию насладиться тем, насколько восхитительным было прикосновение, он, чертыхаясь себе под нос, снял с себя повседневные дизайнерские вещи, заменяя их дизайнерскими вещами, подходящими для тренировок.

Как и обещал, Чонгук ожидал его у двери, прислонившись бедром к стене и скрестив руки на груди. Его волосы были собраны в хвост, как во время последнего боя. Он окинул Тэхёна оценивающим взглядом, задерживаясь чуть дольше положенного на довольно обнажённых ногах.

— Ну, не так уж и плохо, — выдавил он, быстро меняя тему. — Ладно, на каких тренажёрах ты обычно занимаешься? Я должен вернуться к своей тренировке после того, как закончу с тобой.

— Я думал, что сегодня ты в моём распоряжении, включая замену личного тренера.

— С чего бы? — хохотнул Чонгук, а затем на удивление нахально вскинул бровь. — У тебя проблемы с передвижением в одиночку, Ким?

— У меня нет никаких проблем, Чон. Я просто предположил, что поскольку твоего тренера нигде не видно, у тебя будет свободное время, — пояснил Тэхён, драматично вздыхая. — Ну ладно, думаю, найти более сговорчивого парня не составит особого труда. Я уже вижу нескольких заинтересованных... Думаешь, кто-нибудь из них проводит меня в отель после тренировки, если я достаточно вежливо попрошу?

Чонгук поджал губы. Скрещённые на груди руки на долю секунды напряглись, и он оттолкнулся от стены, уводя Тэхёна в другой конец спортзала.

— Не думал, что ты такой ревнивец, — пропел Тэхён, следуя за ним по пятам. — Что, не можешь смириться с мыслью, что ко мне будет прикасаться другой мужчина?

— Вряд ли кто-то сможет справиться с тобой, Ким, — Чонгук закатил глаза, пытаясь звучать как можно беспечнее. — Но с кем-то другим ты ничего не добился бы. И ты меня знаешь, я люблю заниматься благотворительностью.

Тэхён самодовольно усмехнулся, отказываясь поддаваться провокации и тем самым доставить ему такое удовольствие. С другой стороны, Чонгук не выглядел так, будто это было его основной целью.

— Что ж, есть упражнения, которые ты обычно выполняешь, или тебе достаточно нескольких подходов приседаний?

Он, несомненно, поддразнивал, намекая на его довольно роскошную, упругую, неотразимую (он сам об этом говорил) задницу. Тэхён преувеличенно надул губы, слегка приподнимая переднюю часть футболки и делая вид, что обмахивается веером. Чонгук невольно опустил глаза, в то время как взгляд Тэхёна был направлен только на него.

— Мой зад в полном порядке, без каких-либо упражнений, но спасибо, — фыркнул он, доставая свой телефон и открывая список заметок. Он бросил мобильный Чонгуку, чьи ― что неудивительно, невероятные ― рефлексы помогли ему поймать его без особых усилий. — Это то, что я делаю во время перерывов.

— Перерывов? — переспросил Чонгук, бегло пробегаясь глазами по выписанным упражнениям, количеству повторений с каждой стороны и дополнительным, выделенным жирным шрифтом напоминаниям о том, какое положение нужно поддерживать при этом.

— Да, перерывов, ― подчеркнул Тэхён, заправляя футболку за пояс шорт. ― Когда я не нахожусь в разгаре напряжённого сезона, как это обычно бывает, мне всё равно приходится работать. Ты можешь не поверить, но для того, чтобы так выглядеть, нужно прикладывать немалые усилия.

Чонгук неуверенно приподнял бровь, изогнув губы в небольшой, довольно удивлённой усмешке.

— А я-то думал, что ты сам по себе красивый, — легкомысленно выдал он, как будто это ясно, как весеннее небо, и да, именно так и было. Тем не менее, получать комплименты от кого-то, кто в остальном не склонен признавать какие-либо другие твои качества, — это приятно... лучше, чем должно было быть.

Прокручивая между двумя пальцами чужой и наверняка безумно дорогой телефон, Чонгук продолжал оценивающе изучать тело Тэхёна.

— И по каким дням ты работаешь? — его голос не становился менее многозначительным, когда он подошёл ближе.

— С понедельника по субботу один выходной и так далее, снова и снова, — ответил Тэхён, внимательно наблюдая за Чонгуком, блеском в его глазах и изгибом языка, едва касающегося верхней губы. Что-то внутри него трепетало при виде этого зрелища. — Если не могу встретиться со своим личным тренером, то отправляюсь на пробежку. Или занимаюсь конным спортом ― оказывается, я неплохо езжу верхом.

Чонгук заметно сглотнул, но затем отшутился, ударяя Тэхёна по ноге.

— Я так и думал. Давай начнём с растяжки, — предложил он, подходя к нему сзади. Тэхён закатил глаза, но все же послушно начал разминаться. — Судя по плану твоих тренировок, ты в основном делаешь круговые упражнения и кардио. Не занимаешься с большими весами?

Честно сказать, Тэхён, делая выпад с поворотом туловища в каждую сторону, надеялся случайно пнуть Чон Чонгука за то, что тот говорил так официально, так профессионально, как будто он на самом деле его грёбаный тренер (и хотя Тэхён сам просил его об этом, они оба прекрасно понимали, что это было лишь прикрытием).

— Я должен быть худым, а не громоздким, Чон, — пояснил Тэхён, невнятно произнося последнее слово в попытке напомнить себе, с кем именно он разговаривал. Затем он поднял взгляд, заметив, что взгляд Чонгука прикован к его оголённым икрам. Кончики его ушей покраснели, когда он осознал, что его поймали за откровенным разглядыванием.

Тэхён вскинул брови, решив никак не комментировать это, и вместо этого перешёл к следующему упражнению.

— Видишь ли, я подиумная модель ― моя работа состоит в том, чтобы носить одежду, а не снимать её. Она должна эффектно смотреться на мне, — надменно заявил он, продолжая оставаться безупречным даже в такой момент. — Однако ты, возможно, будешь рад узнать, что я иногда занимаюсь и боксом. Хорошая тренировка для всего тела, не так ли?

— Ага, — выдохнул Чонгук и когда Тэхён выпрямился, неожиданно обнаружил, что тот находился довольно близко. Так близко, что чужое дыхание касалось чувствительного места прямо под ухом.

— Тогда я бы точно знал, что с тобой делать, — прохрипел Чонгук.

Тэхён судорожно втянул воздух, содрогаясь всем телом, от чего его язык развязался.

— Ты знал с самого начала, Чон. Но неужели ты снова убежишь от меня, как самый последний трус?

— Ты ушёл первым в ту ночь, — напомнил ему Чонгук и, убедившись, что никто не видит, грубо обхватил бедро Тэхёна, заставляя его вздрогнуть. — Я собирался прижать тебя к стене и трахать своим языком, пока ты не превратишься в мокрое месиво, Ким. Но ты предпочёл уйти.

Видит бог, один только образ — щедро предоставленный явно талантливым ртом Чонгука — напрочь смыл всякие сомнения, которые могли возникнуть у Тэхёна до всего этого.

— Тогда я дам тебе ещё один шанс, — так же тихо прошептал он в ответ, намекая на то, что именно он контролировал ситуацию, даже если и сам понимал, что бразды правления скоро ускользнут из его цепких рук. И боже, разве он не мог быть в большем восторге от этого?

Из горла Чонгука вырвался резкий звук, что-то вроде смешка, который мог показаться слишком сухим, слишком насмешливым, слишком восхитительным.

— Я подумаю об этом, блондинчик, — пообещал он, продолжая поглаживать Тэхёна по бедру. — Сначала потренируемся.

Тэхён бросил на него недоверчивый взгляд, и, несмотря на своё взволнованное состояние — учитывая красные пятна, хаотично разбросанные по его коже — он оставался таким же дерзким, вздыхая с едва скрываемой улыбкой.

— Хорошо, но не думай, что у меня не хватит выносливости.