~13~

Было то время суток, что Виталик назвал утром. Мальчик жарил яичницу, напевая себе что-то под нос. Волосы постоянно спадали ему на лицо, он попправлял их грациозным движением руки. Футболка была явно велика Виталику, держалась только на одном плече, открывая Барону вид на другое плечо, покрытое многочисленными засосами.

За этим наблюдал Юлий, облокотившись на косяк и застёгивая пуговицы рубашки.

— Ты хочешь к родителям? — Юлий сел за барную стойку, не спуская с мальчика глаз. Виталик вздрогнул от неожиданности.

— Нет.

— Ты разве не хочешь встретиться с родителями? Не верю! Неужто тебе так хорошо здесь живётся, что ты даже не хочешь вернуться к прошлой жизни? — спросил Юлий, ухмыляясь, но при этом в груди теплилась надежда, ничтожно маленькая, но невероятно яркая и сильная, способная на мгновения затмить разум и логику.

— Зачем Вы спрашиваете? Поиздеваться? — спросил Виталик спокойно, но в душе уже бушевала буря.

— Быть может и да, — раздражённо ответил мужчина. Искра надежды угасла, осталась только приввчная злоба. — Так хочешь?

— Нет. Они предали меня, отдали на издевательства Вам.

— Что ж, прекрасно! Если ты забудешь своё прошлое, то откроешь дорогу в светлое будущее.

— Нельзя жить одним днём.

— Почему же?

— Потому что... — Виталик задумался, действительно не зная, что ответить, но быстро вспомнил фразы, котопые вдалбливали в его голову учителя и родители. Он верил в эти слова когда-то, теперь они просто всплыли в памяти. — Потому что следует помнить историю, чтобы не повторять ошибок.

Виталик сел за стол и начал есть. Юлий смотрел на него, налив себе вино.

— И ты веришь в это?

— Да.

— Что ж, с такими принципами тебе будет трудно жить. — Юлий подвинул к себе поближе маленькое деревце в горшке. Виталик громко хмыкнул.

— Пойми, — продолжил Юлий, легко касаясь пальцами коры дерева, — я не отпущу тебя никогда, так что тебе будет легче не вспоминать, что было вчера.

— Жизнь всегда была для меня мучением, я же терпел! Я даже резал себе вены в двенадцать, — Виталик ненадолго замолчал, — но не мог глубоко. Больно.

Барон задумчиво отломил сучок. Бурая жидкость, похожая на кровь, закапала, впитываясь в землю. Мальчику на мгновенье показалось, что он слышит чей-то очень тихий стон, молящий о помощи. Уродливое деревце легонько колыхнулось, когда Барон взялся за ещё один сучок.

— Души суицидников в Аду превращаются в такие деревца, — улыбнулся Юлий, надламывая ветку. — Их терзают Гарпии, разрывая кору или, если хочешь, кожу. Им нужна кровь. Знаешь, — Барон взглянул в глаза Виталику, — эта душа заслуживает снисхождения, поэтому она здесь.

Виталик поморщился. Он почувствовал запах крови, она текла по стволу, скапливаясь в маленькую лужицу.

— Ты тоже мог бы быть одним из них.

— Может, это было бы намного лучше, чем быть у Вас, — ядовито усмехнулся Виталик.

Юлий со злости надломил ветвь дерева прчти у самого ствола, теперь мальчик явно услышал крик. Виталику стало не по себе, всё по-прежднему казалось дурным сном, но кровь вполне реально растекалась по столу, в ней отражались лампочки, Юлий и само деревце, до ужаса реальное.

Он неловко слез со стула, направившись мыть посуду, лишь бы снова не видеть кровь и не чувствовать её отвратительный запах.

— Разве тебе не интересна судьба этой души, что так немилосердно заточена в этом деревце? — издеваясь спросил Барон.

— Очень, — так же издевательски ответил Виталик. — Какое мне до неё дело?

— Может, чуть позже я расскажу тебе её историю, — проигнорировав ответ мальчика, начал Юлий, — но пока тебе нужно сейчас переодеться, а потом в Академию. — Юлий подошёл к Виталику сзади, как будто бы с интересом наблюдая за его работой.

— Веди себя хорошо, не то...

Рука недвусмысленно легла на бедро мальчика.

— Ладно, — недовольно буркнул Виталик.

— Одежда на диване.

Виталик взял одежду и хотел пойти к себе переодеться, но его грубо схватили за руку.

— Куда? Переодевайся здесь.

— Нет! Какого хрена Вы вообще мне что-то запрещаете?! Вы не имеете права! — Виталик вырвал руку, но его тут же заключили в объятия. Юлий, к счастью для мальчика, был в прекрасном настроении, поэтому даже особо не обратил внимание на грубые слова.

— Когда это ты стал таким смелым?

Юлий запустил руки под футболку мальчика, Виталик тут же сжался.

— Боишься? Правильно. Будешь так со мной говорить — накажу.

Виталик поморщился, но продолжал терпеть ладони, жадно ощупывающие его тело.

— Может, Вы прекратите? — Наконец взмолился мальчик.

— Ладно. Но ты всё равно переоденешься при мне, — всё равно настоял на своём Юлий. Виталик сдался, переодевшись, не забывая шёпотом проклинать Хозяина на чём свет стоит. Обычная белая рубашка, чёрные брюки и чёрные классические ботинки — всё было выдержано в сторогом деловом стиле. Вся одежда была немного велика Виталику, но, несмотря на недовольства мальчика, Юлий всё равно был доволен, рассматривая его со всех сторон.

— Теперь в Академию. Мы переместимся туда, а всё необходимое тебе дадут уже там.

Юлий поцеловал мальчика в губы, закрыл ему глаза рукой, и они переместились в школу.