Глава десятая
На свете нет зрелища прекраснее, чем лицо любимой, и нет музыки слаще, чем звук любимого голоса.
Ж. Лабрюйер.
POV Тай
- Ты, конечно, извини, что накричал, но больше так не поступай. Не дело это. Давай знакомиться? Меня зовут Тиррайшэль тер Касаррай, можно просто Тиршэль или как тебе удобно. А тебя, малышка, как зовут?
- Аррхаишэль тер Дейл. Можно просто Хира, а я тебя Тай буду звать.
У меня, наверное, глаз задергался в этот момент. Тер Дейл! Шон тер Дейл! Вот же брых вызгатый, величайший маг в Империи! К тому же придворный маг! Еще и герцог! Может, я ослышался? Все, мне конец! Я чуть не убил дочь Шона тер Дейла! Он же от меня и кучки пепла не оставит! Так, без паники, может, обойдется еще?
Да нет. Даже подтвердила...
Кажется, у Хиры с отцом не все ладно... Я, предчувствуя вторую мокрую рубашку, поспешил переключить тему разговора в менее сопливое русло. Спросил где живет...
Ну да, не удивила она меня тем, что в Галарэне живет. Разумеется, у придворного мага и герцога должна быть образованная дочь. Но, не рано ли? Будто в ответ на мои мысли Хира сказала, что уже взрослая... Взрослая она, ага. Ребенок еще совсем! О чем ее великий папаша-то думает?! И сколько же нам лет?
Двадцать четыре?! А магический возраст четырнадцать?!
Сколько?! Сколько-сколько?! Нет я, конечно, все понимаю, мы живем в мире магии и все такое, но, краш фэк, это как такое возможно? Кажется, я произнес вопрос вслух.
Похоже, она решила на меня обидеться и не стала отвечать. Кричу я на нее видите ли... Что ж, получил что заслужил... Прощения попросил и даже сказал, что больше не буду кричать.
Спрошу, пожалуй, может лучше в школу поступать с таким возрастом или уже выучилась? "Папа сказал", что ей нечего в школе делать, она де знает больше, чем половина выпускников Академии. И, тем не менее, идет в Академию учиться тому, чего еще не знает. Сдать все Академические дисциплины, говорите? А потом отдохнуть и в аспирантуру? Она еще и предполагает, что время на чтение всей библиотеки будет...
По мере того как Хира все это говорила, моя челюсть падала все ниже. А под конец так и вообще я в ступор впал. Двадцать четыре года, а выглядит на четырнадцать? Отец Шон тер Дейл? Я ее чуть не убил, наорал, отчитал. Кажется, я гарантированный труп. Как я умудрился во все это вляпаться? Это все твои шуточки, Мать? Как же так? Что мне теперь делать?
Из прострации меня вывел вой девушки (девушки ли? нет, пожалуй уже волчицы), я бросился к ней и, не обращая внимания на рычание, оскаленную пасть и клыки размером с палец, притронулся к крылу. Лучше бы я этого не делал, от боли она себя практически не контролировала и, когда волчья суть на мгновение высвободилась, руку и бок пронзила резкая боль, да такая, что я чуть сознание не потерял. Но мне было плевать, прижал ее к полу левым боком, стараясь не повредить еще больше правое крыло. Кажется, до волчицы дошло, что ничего плохого ей не сделают и она успокоилась и расслабилась, а я смог диагностировать повреждения.
Волчица меня отчитывала за неосторожность... Ее голос был словно рычание зверя, но до чего на сердце тепло от этого звука.
Кажется, я успокаивал ее и вновь просил прощения. Мой голос дрожал и слабость накатывала все с новой силой. Из ран по коже струилась кровь. Только бы успеть...
Волчица напомнила о щитах... И сам бы мог догадаться, идиот... А вот то, что ее не учили им, не дело...
Хоть и ворчит, но явно уже не сердится. Главное, успеть долечить...
Я говорил ей еще что-то, а у самого уже темнело перед глазами. Дышать трудно, фразы обрываются.
Еще немного, совсем чуть-чуть осталось. Но тело решило по-другому. Последняя мысль, что пронеслась в голове: "Я спас ее, это главное, а моя жизнь все равно оборвалась бы. Я умру?".
Очнулся от адской боли в руке. Будто ее отрывали от тела. Изо рта сам собой вырвался крик отчаянья и боли. Зато мигом в себя пришел и наложил из остатков резерва слабенькое обезболивание, стало немного легче. Оценив не шибко обширные познания девчонки в области целительства, стал направлять ее и страховать. Без руки остаться после дилетантского лечения не хотелось.
После меня знобило, явно была высокая температура. Едва добравшись до кровати, провалился в беспокойный сон. Сквозь забытье почувствовал, как волчица легла рядом, ее шерсть приятно грела многострадальные бок и руку. А ночью... Не проснулся, будто был на грани сна и реальности... Волчицы рядом уже не было, а я почувствовал, что она на лугу... И тут услышал это. Ее не вой, но песнь. И звуки будто складывались в стихи у меня в голове:
Не уведут меня мечты в Браселианский лес,
Не мил мне дальний Авалон, пленительный витраж,
Там, где безумный Ланселот скрывался от небес,
Где уладских героев парус побеждал ветра.
Не надо тайных мне земель, в которых сердце спит:
Земли под морем, где, вдали от солнца и луны,
Семь древних прях сплетают в прах какой-то жизни нить;
Разрушены ворота многобашенной страны.
И лес волшебный, где с рассветом вепрь был убит,
И гордых королев венцы склоняются над ним.
Они могли принять обличье ланей или выдр,
И фей лесных, и ястребов со взглядом голубым.
И где бы я не проходил в тех беспокойных снах,
По склонам гор, по берегам без света и тепла,
Хранит пустынная волна след княжьего челна,
И ветер арфою звенит, и слышен тихий плач.
Из-за того, что мне шепнул голодный рог
Охотничьей луны, повисшей между ночью и днем,
Мечты о девах, чья краса померкла от тревог,
Пусть даже в древней сказке, сердце разобьют мое. *
Помню, что слеза скатилась по щеке перед тем, как вновь кануть во мрак беспамятства. А утром я не обнаружил ее нигде. В душе поселился холод. Неужели все было сном? Неужели она мне приснилась? Исчезла, словно ее никогда и не было, а сердце будто перестало биться. Нет! Я не верю, что она была сном! Я найду ее, чего бы мне это не стоило!
-------------------------------------------------------------------------------
* Стихи Мельницы - Под Луной