Глава 11. Предзнаменующий пепел (3)
- Назови свое имя.
Раздался грозный рев на тренировочной площадке, а из тени дерева вышло несколько мужчин. Впереди всех шагал выдающегося телосложения Генерал, сверяя раухтопазовыми очами растерянных юнцов. Сзади него неторопливо плелись четверо легионеров, сразу помахавшие Амеле. Принцесса и слова сказать не успела, как ее спрятали за широкую спину и оставили темнокожего юношу одного. Алхимик был готов сдаться, видя, как мужские руки легли на ножны. Этой встречи совсем не ожидала пара, отправившиеся на полигон после завтрака.
- Отвечай.
- Я - рекомендованный Царицей страж, проходящий подготовку владения оружием к банкету.
- Имя.
Алхимик сглотнул, бешено бегая глазами с Амелы на незнакомца. Все его естество сопротивлялось давать самому себе именование и принцесса это заметила, ответив на перебой:
- Сабэ... просто Саб.
Как только карие глаза направились на младшую сестру, они стали в разы теплее и трепетнее.
- А, вот значит как.
Улыбнулся мужчина, а после смущённо приподнял бровь на ладони девушки. Она специально положила их сверху его руки, дабы генерал не вытащил оружие.
- Медв... Агафодор, все в порядке.
- Он ведь хочет войти в твою свиту? Тогда обязан владеть соответствующими навыками.
- Но ведь не нужно сражаться настоящим мечом!
Бородач вдумчиво уставился на парня, оценивая его внешние характеристики. Высокий, крепкий и хорошо физически подготовлен. Руки перевязаны бинтами скорее всего от скольжения, на видных участках кожи шрамов нет, взгляд чистый и сказать - невинный. Чуйка воевавшего кричала о совершенной неподготовленности к службе этого юнца, годившегося лишь для поступления в рядовые. Ладно, Амела права, это может быть опасно.
- Хорошо.
Меч Агафодора полетел прямо брюнету в ладонь, который с ловкостью его поймал, провожая Генерала лукавыми фиолетовыми зеницами. Каштановолосый дождался деревянного оружия от девушки и вышел вперёд, вставая в стойку. Алхимику ничего не оставалось как согласиться на вызов и постараться не ударить в грязь лицом. Подчинённые бородача собрались возле отошедшей в сторону розоволосой, с искренним волнением наблюдавшей за разворачивающимся поединком.
В глазах мужчин сразу загорелся интерес к новичку, что вызывал у их принцессы столь нежные чувства. Она не щадила новобранцев, с особым озорством проверяя их на навыки, но здесь боялась за какого-то незнакомца. Первым из четверки подал голос рыжеволосый парень, с игривыми янтарными очами и рассыпанными веснушками на всем лице:
- Где познакомились?
- Мы... Царица нас друг другу представила.
Медлила Амела, не отводящая зениц от решительных ударов Карагианиса. Лишь увёртливость и реакция парня спасало его от моментального поражения.
- Сильный?
Подключился блондин с цитриновыми глазами, из-за смазливой внешности смахивающий на юного принца, но по его многочисленным шрамам и авторитету среди четверки сразу ясно - командир данного отряда и самый старший из всех.
- Не сказала бы... но очень обучаемый. Второй раз держит меч.
Все парни сразу же навострили уши, а после бросили взгляд на поле боя, где Алхимика уже нещадно поджимают.
- Да ну, его то к тебе в рыцари?
Воспрянул бордоволосый с серпентиновыми очами, пока не увидел побледневшее лицо Амелы. Юноша оказался на земле, раскинул руки и ноги, и тяжело дышал. Ему дали под дых, выбив из игры одним из самых лёгких приемов. По виду Агафодора было ясно - он совершенно не одобряет его кандидатуру, а учитывая, что именно Второй генерал и отвечает за охрану принцессы... девушка смиренно закрыла глаза.
- М-да...
Вздохнул бородач, потирая затылок.
- Зелёный ещё для такой должности.
- Мой первый поединок хотя бы не был таким ужасным...
Бровь мужчины дернулась. Тут раухтопазовые глаза поднялись на принцессу, что аж дрогнула от его взгляда. В нем было такое недопонимание и смятение, от которого брюнет в голос рассмеялся.
- Мы никогда не поймём фараона.
Хохотал мужчина, пока рыжеволосый постукивал его по спине.
- Ну не так же откровенно, Вениамин.
- Омирос, да он ни черта ведь не умеет!
Амела подошла к лежащему Алхимику, увидев на его лице такое разочарование, что ей страшно стало. Рубиновые очи не смели смотреть на девушку, а тело не собиралось подниматься с земли. Казалось, вся надежда на службу была растоптана этим сражением. Но ведь юношу берут не за его физическую силу, а за магические способности... он единственный, кто может ее защитить от иной опасности. И от невозможности сказать это сейчас юноше напрямую, принцесса поджала алые губы.
- Александрос, у вас же работы сейчас нет?
- Так точно.
Кивнул длинноволосый блондин, уже понимая, к чему клонит Генерал.
- Займитесь его обучением.
Смех Вениамина оборвался, а на лицо опустилась тень разочарования. Тут уже Омирос глухо захихикал, обняв товарища за шею.
- Зачем?
Сложил руки на груди зеленоглазый.
- Раз Царица выбрала его, то есть причина, Эрмис. Давайте поможем, всё-таки...
Строгость каштановолосого сменилась на доброжелательность и он протянул ладонь, помогая подняться растерявшемуся Алхимику.
- Для первого раза ты был слишком хорош. Выстоял более двух минут, молодчина!
Бородач встряхнул руку юноши в рукопожатии, вселяя новую искру в рубиновые глаза.
- А ты отдыхай больше, Амела, после стресса нужен долгий перерыв.
Розовые локоны спутали активными поглаживаниями, пока щеки юнцов одновременно запылали, всё-таки причина слов Агафодора стояла прямо перед ним.
- Удачи!
Попрощавшись со всеми и забрав свой меч, Карагианис удалился, а на поле боя разразилась гогота. Парни сразу прильнули с расспросами к Алхимику, с неким смущением поочередно отвечающего на все. Лазурные зеницы провожали его трепетным взглядом, пока веки расслабленно их не накрыли. У нее и вправду отзывчивая «семья».
Парни перезнакомились и быстро сдружились. Темноволосый все время недовольно вздыхал и ворчал, отказываясь участвовать в тренировке, но его хитро заманивал веснушчатый. Самыми активными был старший по званию и шумный бордоволосый, занимая юношу теорией, планами на дальнейшие тренировки и практикой. Принцессу не подпускали, оправдываясь ее недавним похищением и соответственно нуждой в покое.
Солнце постепенно уносило с собой жару, уходя с зенита. Амела безмятежно шла через кошачьи сады, наслаждаясь прохладным ветром. Девушку выгнали с тренировочного стадиона под предлогом обеда и с просьбой отправить служанок к ним с едой. Она была в край недовольна, что ее вот так разлучили с Алхимиком, но слыша шуршание травы и видя игривых котят, все недовольство розоволосой улетело в лету. Безмятежность - это слово, способное описать владения Эсры.
В момент воздух стал тяжелее, а приятное тепло превратилось в кусачий холод, как только лазурные глаза увидели мужскую фигуру. Отец. Он смотрел на нее, стоя без свитков и секретарей. Весь взъерошенный и без официальной одежды, словно только вышел из покоев. С таким выражением лица, что сердце принцессы ушло в пяты. Она лишь единожды видела его обеспокоенным и вновь сумела узреть это сейчас.
- Я хочу поговорить.
Амела насторожилась, не сводя очей с Императора. Неужто чрезвычайная ситуация, раз он ее искал? Опустив взгляд, она с неожиданностью увидела протянутую руку. Зовет прогуляться? Принцесса секунду колебалась, пока не сделала пару шагов на встречу, робко взяв Акиса под локоть. Лицо мужчины стало в разы спокойнее, словно она развеяла часть его сомнений. И медленным шагом они направились вглубь малого сада, скрываясь от взора редких слуг.
- Я... прости, что не был рядом.
Данные слова были произнесены глухо, хрипящим голосом, пока Амадей глядел в даль. Девушка удивленно вскинула брови, поднимая на него неверующий взгляд. Все это время, казалось, он был занят только работой.
- Все хорошо.
Ответила кратко принцесса и нервно улыбнулась. Флоракис многозначительно промолчал, поджимая губы и видя, насколько Амеле некомфортно. Его очи забегали, а все тело напряглось в разы. Акиса потянуло вновь повесить на себя маску сильного Императора и быстро уйти, оставив дочь в покое. Но собрав силы в кулак, Флоракис проговорил сквозь ком в горле:
- Я очень переживаю за тебя.
У девушки глаза на лоб полезли, ведь отец никогда не излагал свои эмоции. Долгое время Амела старалась подражать Амадею, держа все под маской спокойствия, но срывалась. А Акис ни разу при ней. Неужели Император и правду совершеннее обычного человека? Только сейчас вглядываясь в лицо мужчины, девушка поняла, что нет. Афанасьева шмыгнула и осознала, что ее глаза намокли. Вчера она в открытую призналась, что подозревает папу в отсутствии к ней любви, а сегодня он это опровергает.
Сглотнув вязкость во рту, принцесса отвела лицо, делая вид, что ее заинтересовали наблюдающие за ними кошки. Император все это время терпеливо наблюдал за ее реакцией, ужаснувшись, когда заметил покрасневшие глаза. Все только хуже. Аквамариновые зеницы беспокойно осматривали дочь сверху вниз, пока голова активно гудела, придумывая план спасения ситуации. Ей больно от его слов? Может, Эсра ошибалась насчёт того, что с дочкой нужно поговорить откровенно.
- Пап...
В Амадея как молния ударила. Он и забыл, какого когда Амела не обращается к нему официально «отец».
- Да?
Сразу отозвался мужчина, а дрогнувший голос выдал его беспокойство.
- Ты правда...
Слова застряли в горле и принцесса не решилась поднять на Акиса глаза. Разве не будет по-детскому глупо напрямую спросить, питает ли он нежных родительских чувств к ней? Не будет ли наивно думать, что она просто так заслуживает его признания? Розоволосая поджала губы, инстинктивно крепче сжав руку Амадея и прильнув ближе. Император сдержанно вскинул брови, осознав, что она не оттолкнула его после всего этого.
- Я правда тебе нужна?
Аквамариновые очи расширились также, как и лазурные, заглядывая друг другу в глаза. Настолько сильное удивление показалось на лице вечно стойкого правителя, что принцесса аж растерялась, не находя больше слов.
- Да.
Поспешно слетел ответ с персиковых губ, что продолжали дрожать, словно мужчина хотел сказать намного больше. Но этого хватило, чтобы девушка кинулась ему в объятья. Ее тело словно с цепи сорвалось, поступив также, как и Алхимик: честно с собой и с другими. Ее ресницы намокли, а спина подрагивала от редких сдерживаемых хныкав. Акис терялся, пытаясь понять, куда деть ему руки. Пока просто не обнял в ответ, прислушиваясь к дочери.
Столько слов застряло в горле, сколько всего язык хотел рассказать. Амадей не догадывался о том, что принцесса сомневалась в его чувствах. Просто считал, что она сама не испытывает к нему особой привязанности и часто навещает лишь из интереса заниматься его делами. Но сейчас, трепетно прижимая к себе, мужчина словно слышал рыдания ее души. Такая же маленькая и нуждающаяся в любви, как и он сам в детстве, молчаливо жаждущий внимания отца.
- Прости. Я не хотел... не желал тебе такого же несчастья.
Шептал император смято, путаясь в словах. Но принцесса слышала его настоящие мысли, откликаясь на честность.
- И прости, что был так груб. Я не хочу, чтобы ты лезла в военные дела, потому что... боюсь потерять.
Слезы нескончаемым градом полились из глаз девушки, намочив одежду Императора. Она сильнее вжалась в папу, начиная несдержанно реветь и тереться об него лицом, ища ласки. От такого Амадей растаял, прижал ее крепче в объятья и нежно погладил по волосам, навострив уши когда Амела еле разборчиво залепетала:
- Я... я боялась, что разочаровываю тебя... что ни... ни на что... не годная принцесса...
- Тише, тише, это неправда.
Размеренно проговаривал ей в ответ Акис, пока его очи быстро заморгали, пытаясь сбросить с себя глубокую печаль.
- Ты моя дочь и я горжусь тобой.
Афанасьева ещё сильнее разрыдалась, уже не горестно, а счастливо, рассказывая о всех скрытых давно эмоций через слезы. Мужчина трепетно ее поддерживал, в какой-то момент начав слегка убаюкивать. Он редко держал принцессу на руках, когда она была малышкой, доверяя все служанкам. Но сейчас понимал, насколько же важно быть по настоящему рядом.
Спустя время, Амела успокоилась и смущённо начала вытирать лицо руками, жалея, что не взяла у Алхимика платок. На ее красный нос Акис лишь слабо улыбнулся, протягивая свою накидку вместо полотенца. Девушка сначала не приняла, смущаясь тому, что оголит отцу торс. Но в итоге сдалась, понимая, что не сможет куда-то деть сопли.
- Спасибо...
- Не за что.
Улыбнулся Амадей, чувствуя, как большой груз отлег от сердца. После того как принцесса закончила, они оба вышли из сада и девушка передала одеяние слуге для относа в стирку. Но никто уходить с прогулки не хотел, от чего отец и дочь вновь отправились разглядывать многочисленных котят в их обители.
- Насчёт нового стража...
Невзначай поинтересовался мужчина, ведя розоволосую под руку.
- Тебе он нравится?
Император спрашивал это каждый раз, когда ряды свиты Амелы пополнялись. Обычно просто слал письмо с рядом вопросов, дабы она ответила на них и подтвердила кандидатуру.
- Да.
Такой ответ удовлетворил Акиса, но что-то кольнуло под грудью. Встряхнув головой, остался ещё один вопрос, который все висел в его мыслях долгое время.
- Ты... ещё переживаешь по поводу похищения?
Афанасьева заглянула ему в глаза, а после наконец-то впервые за долгое время улыбнулась отцу. От такого Амадей расслабился и одновременно заинтересовался.
- Разве ты не волнуешься?
- Совсем нет.
- Почему?
Принцесса не сразу ответила, отведя глаза, а аквамариновые зеницы устремились на ее порозовевшие щеки. Холод пробежался по спине и в голове Императора сразу начал складываться пазл. Похитителем Амелы был Алхимик и вот, недолго после этого появился какой-то маг, что готов работать на благо его семьи. С учётом того, что все эти года они с Царицей так и не смогли подыскать подходящего специалиста в этой области.
- Ты помнишь лицо похитителя?
Амадей смотрел серьезно и принцесса напряглась, чувствуя, как ее анализируют с ног до головы. Этот взгляд всегда ее пугал и мешал соврать, ведь отец все равно поймет, что правда. Промедление девушки уже ответило на вопрос мужчины, сведущий брови к переносице и обеспокоено спросивший:
- Он приходил к тебе?
Принцесса из последних сил старалась держать спокойное лицо, но уже даже кивок не помог и в очах Императора полыхнула ярость.
- Этот новый страж - и есть Алхимик?
Амела активно замотала головой:
- Конечно нет, с чего ты взял!
- Откуда ты знаешь, что тебя украл именно «алхимик»?
Девушка замолкла, чувствуя, как все ее лицо окрашивается в красный. Ее очень глупо подловили, но это ещё ничего не доказывает.
- Он сам сказал.
- Зачем? Что вы вообще делали в пирамиде?
- Он...
Амела сомкнула губы, раздумывая, как ответить. Юноша выглядел так, словно его потеря души - сокровенный постыдный секрет, который он даже ей не сразу доверил. Но если сказать, что парень просто рыскал в поисках сокровищ, разве это не хуже более благого дела?
- Я своей магией смогла открыть все двери, а ему нужно было спуститься в самую глубь.
- Ради золота?
- Он искал имя.
Это правда. По крайней мере, ее половина, которую поведал парень сначала. Амадей сложил руки на груди, жест, которым он выражал свою недоверчивость и настороженность. Амела сжала свое предплечье, тоже начиная «залезать в скорлупу» и терять связь с отцом, что они только приобрели. Осознав это, принцесса внезапно встряхнула плечами, после положив ладони на руки Императора.
- Прекрати его поиски.
- Откуда ты...
- Он не относился ко мне плохо, ни одного оскорбительного слова не сказал и насилия не применял, Алхимик очень добрый.
- Почему так рьяно его защищаешь? Влюбилась?
Принцесса застыла, а ее уши начали гореть. Но за смущением пришло возмущение, отбившее часть подозрений отца:
- Я точно также отзываюсь и о других рыцарях, но это ведь не значит, что я хочу за всех замуж!
- И о других? Всё-таки новый страж и вправду он...
- Да блин, папа!
Ее резкие всплески и алые щеки отозвались теплом в груди Акиса, узнавшего свою родную дочь. Такую яркую и неуправляемую, что порой казалось, не сожжёт ли она все вокруг до тла. Издав тихие смешки, Амадей горестно прикрыл глаза. Эсра ведь все знала.
- Хорошо... я собирался отозвать поиски, дабы подготовиться к отъезду. Но Амела... ты ведь знаешь, что если тебя обидят, я сделаю все для твоего счастья?
Очи девушки широко раскрылись и она с трепетом посмотрела на отца. А после расплылась в нежной и радостной улыбке, вновь обняв мужчину. Он в этот раз уверенно прижал к себе дочь, ответив на ее радость своей. Но...
- Если страж не справится с Агафодором, я не приму его на службу.
- Что?!
Амела растерянно вскинула голову, а Акис со всей серьёзностью на нее посмотрел.
- Алхимик совершил преступление, сравнимое со смертной казнью. Я просто так не допущу его в твои личные рыцари, будь он даже самым великим магом.
- Но... я этого хочу!
- Я отвечаю за твою безопасность.
- И все равно, папа, мне он нужен!
- Если ты хочешь иметь волшебника возле себя, я найду другого.
- Нет, именно Алхимик! Он... мне кое-что обещал.
Амадей глухо сглотнул, пока все его мышцы напряглись.
- И что же?
- Я...
Девушка сомневалась, отвечать или нет, пока не сдалась:
- Я спасла его в пирамиде.
Император шокировано раскрыл глаза, а после тихо и нервно рассмеялся. Бадави была во всем чертовски права...
- Сама ведь подтвердила, что страж и он - одна личность.
Амела обречено выдохнула. Нет, тут уже без шансов.
- Благодаря мне, проводник душ не убил его.
Решила продолжить свои объяснения принцесса, еле как осиливая смущение.
- Сам бог?
- Да. Алхимик поклялся, что будет меня защищать ценой своей жизнью, пока не отплатит весь долг. И даже если ты не примешь его, он не отстанет.
Амадей фыркнул. Вся эта ситуация его совершенно не устраивала. И даже так, принцесса говорила от сердца.
- Хорошо. Но тогда это от Алхимика зависит, войдёт ли он в твою личную стражу, или будет скитаться по углам.
Принцесса расстроено забухтела, тем не менее, ему и вправду нужно будет постараться. Взглянув на папу, она заметила, как на его лице повис ещё более мрачный оттенок.
- Что-то случилось?
- Пришло письмо и... я считаю верным спросить сначала тебя. Пройдешь со мной в кабинет?
Очи розоволосой заблестели и она кивнула, радостно последовав за полу оголенным отцом. От холода спасало лето, грея светлую до ужаса кожу. Словно не он приехал в Египет, в столицу солнца и жары.
***
- Пришел ответ от Императора, Генерал.
Секретарь с поклоном вошёл в кабинет, дожидаясь, когда брюнет разрешит говорить. Мужчина неторопливо снял с себя плащ, оголив широкую спину из груды мышц и вальяжно обернувшись на пришедшего.
- Продолжай.
Прогремел низкий голос, после чего подчинённый раскрыл свиток и отчётливо, проговаривая каждую букву, прочитал:
- «Платон Кацулас, о ситуации я осведомлен. Мы выдвинемся в путь второго Июля и вероятнее всего прибудем во дворец к середине Августа. Помолвка с Эсрой VII Бадави Давуд откладывается на неопределенный срок, принцесса в порядке и я вернусь вместе с ней. До нашего приезда сдерживай варварские войска и не наступай в открытую, все остальное на твое усмотрение. Его величество Император Римской Империи, Акис Амадей Флоракис.»
- Акис, Флоракис. Отец явно не старался над его именем, взяв просто окончание рода.
Язвительно хмыкнул Генерал, изумрудными очами прожигая отчитавшегося рабочего. Похоже, легат был в хорошем настроении.
- Какая ситуация в совете?
- Они покровительствуют вашим планам.
- Неудивительно.
Ехидство так и веяло от Платона, разминающего свой таз от явно долгой верховой езды. Мужчина сложил письмо и сглотнул, не смея раскрывать без надобности рта. Но вопросов было много. Что это за женщины, которых недавно привезли офицеры первого легиона и кинули в темницу? Почему Кацуласу так важно знать, вернётся ли Афанасьева обратно? И отчего он так часто заходит в ее пока пустующий дворец?
- Август, значит... у принцессы тогда день рождение.
Мужчина гортанно рассмеялся, насторожив советника.
- Грустно его праздновать, когда война в самом разгаре. Особенно если отец сгинет в этом пламени...
Слуга сглотнул, отведя глаза. Он этого не слышал и не знает, что задумал Платон. Молчание сбережёт его от гибели и чужая жизнь не так важна. Но все равно... Император и принцесса, пусть вам сопутствует удача при возвращении «домой»...
***
- Спасибочки!
Радостно поблагодарил слуг бордоволосый, накидываясь на еду словно голодный зверь. По просьбе принцессы рыцарям принесли обед на поляну, устроив тем самым им перерыв и пикник. Мужчины расселись в круг, Омирос разливал всем пива по бокалам, а Вениамин с недоверием разглядывал принесенные блюда. Курица, овощи и фрукты - что ещё нужно для счастья работягам. Только Алхимик не сел, подойдя к служанке с вопросом:
- Знаете, где принцесса?
- Да. Она предупредила, что ушла с отцом в его кабинет.
- Понял, спасибо. Хорошего дня.
Поблагодарил юноша, почувствовав, как ему постучали по плечу. Это оказался командир отряда.
- Ты хорошо разговариваешь на нашем и их языке. Где обучился латинскому?
- Меня готовили на поступление к вам на службу.
- Правда? Не в обиду, но твои навыки сражения совсем хилые.
Улыбка Александроса не была ядовитой, наоборот, доброй. Он лишь констатировал факт, объяснение которому юноше было сложно придумать. Многие веруют в бога, но не в магов и последним нужно скрываться от «охотников». Поэтому пожав плечами, парень отмахнулся:
- Спросите Царицу, она распоряжается мною.
Такой ответ удовлетворил светловолосого, качнувшего головой и обнявшего Алхимика за шею.
- Значит, причина, по которой ты хочешь защищать Амелу заключается лишь в работе?
- Ну... Ага.
- Врешь. По одному твоему взгляду можно сказать, что юный конь уже посвятил жизнь своему наезднику.
Юноша смущённо закрыл глаза, опирая руки на бока. Неужто это настолько заметно?
- Но поверь мне, если влюбишься в принцессу - придется несладко.
Парень вскинул брови и глянул на Александроса, что с улыбкой ответил на его заинтересованный взгляд:
- Знаешь что делают с рыцарями признавшиеся ей в любви, у которых нет ни статуса, ни богатой семьи?
- Что же?
- Кастрируют.
У Алхимика инстинктивно метнулись руки к паху, а со стороны мужчин раздался смех. Похоже, они часто любили так разыгрывать тех, кто проявлял малейший интерес к сестре их Генерала. Неужто все рыцари такие?
***
- Не думаю, что дополнительная стража нам нужна. Особенно от парфян.
Рассуждала принцесса, сидя на краю большого стола. Акис передал ей письмо с предложением от Царя Кохмена, вдумчиво глядя в лицо девушки. Не редкость, когда Амела помогала ему разбираться с письмами и решать государственные проблемы, но впервые именно Император проявил инициативу обсудить с ней дело.
- Я того же мнения, но... ты помнишь Ороза?
Амела сразу напряглась, переводя взгляд с папируса на отца.
- Мне птицы нашептали о его желании вновь свататься. И в этот раз я... не буду против.
- Не хочу.
Выпалила девушка, своим ответом обескуражив отца.
- Ты ведь так горевала, когда я разорвал эту помолвку.
- Ты хочешь увезти меня из Рима?
Флоракис понимал, к чему принцесса клонит, но от правды не убежать.
- Да.
- Я не поеду.
- Я хочу уберечь тебя от войны.
- А если с тобой что-то случится?
- Платон позаботиться.
- Но папа... Парфяне ещё хуже, чем беспокойство в Империи! Они могут предать в любой момент и в итоге мы вместе пострадаем!
Акис сдержанно выдохнул, тем не менее, со слабой улыбкой на лице. Его дочь, ранее бившееся за этот брак до истерик, наконец-то поняла насколько он безнадёжен. Но...
- Если я умру, некому будет тебя защитить.
Такие слова аж ножом по сердцу прошлись и девушка положила свои руки отцу на плечи.
- Не говори так. Если что-то случится... я отвезу тебя к маме и уеду сама.
Амадей поднял на нее аквамариновые очи, наполненные глубоким беспокойством. Настоящие чувства постепенно начали просачиваться наружу и это радовало Амелу, что наконец-то его понимала. Тяжело вздохнул мужчина и откинулся на спинку стула, тем самым утвердил ее слова. Принцесса радостно заболтала ногами, вселяя малую надежду отцу.
- Я в любом случае не хотел соглашаться на их предложение.
- И то верно.
- Но даже так, враги могут поджидать нас где угодно.
- Без боя не сдамся! Я ведь дочь великого человека, не так ли?
Зеницы мужчины дрогнули и взгляд стал печальнее. Кивнув, Император ответил на ее улыбку своей, а ловкие руки отодвинули ящик стола. Достав оттуда ларец из красного дерева, на котором были высочены изящные узоры, Акис протянул его принцессе.
- Подарок в честь банкета, открой когда будешь в комнате.
Амела приняла дар и с особым интересом разглядывала его со всех сторон, пока тихо не прошептала:
- Спасибо.
Девушка обняла отца за шею, что от непривычки не успел среагировать. Когда его дочь стала настолько тактильной? Принцесса хотела уже встать, как тонкие светлые пальцы аккуратно взяли ее локон.
- Они сильно отрасли. Привести мастера?
Амела зависла на секунду, отмеряя длину. И вправду. Добираться до матушки им месяц полтора, перед отъездом девушка постригла волосы до ключиц, а сейчас они до талии. У нее всегда были с шевелюрой натянутые отношения, любила короткие прически, чтобы росли дольше. К счастью благодаря тому, что она девушка, на руках и ногах их контролируемое количество. А вот подмышки и снизу... по крайней мере, сейчас совсем не хотелось кардинально обновлять образ. То, как Алхимик ластился к локонам с первой встречи...
- Только если подравнять концы.
Амадей словно видел перед собой совсем другого человека. Многое поменялось, от ее поведения до выбора. Может, выросла? Акис сдержанно выдохнул. Ему всегда нравились эти как оболочка волосы, пушистые и мягкие, но такие непослушные. Они полностью описывали его дочь. Чем старше она становилась и волосы росли, тем сильнее походила на свою мать. Но ни у Агидель, ни у него, не было кудрей и лазурных глаз. Аквамариновые очи блеснули. Дочь великого человека... без сомнений, она и вправду желанное дитя, родившееся из настоящей любви двух воинов.