Глава 8. Лунный блеск (2)

    Глубокая ночь. Амела и вправду состояла из невероятных сочетаний. Принцесса, что, тем не менее, обучена искусством боя. И буйное море, успокаивающее каждого туда входящего. Алхимик потерял бдительность, как только девичьи руки обвили его и позволили забыться. Двое юнцов уснули в обнимку, лежа на толстом ковре среди напольных подушек.

Парень и забыл, как ему что-то снилось. Блуждая по темноте, он осматривал настоящий лабиринт, состоящий из тёмно-синего песка. Заворачивая в очередной раз за поворот, боковым зрением юноша уловил золотистый узор. Как вспышка появилась и исчезла, зовя за собой. Ноги сами побежали по свежему следу, ловя каждую искру, пока не врезался в зеркало.

Алхимик вскинул очи, вглядываясь в отражающийся силуэт. Но вместо юноши, там виднелся рыцарь в черных доспехах, приклоняющий колено. Огромный, рассыпающийся на тень, с горящими двумя золотыми огнями в шлеме вместо глаз. А сзади него стояли волки, намного больше и с другими глазами. Это юноша так представляет себя с гончими в будущем?

Перед лицом вспыхнуло пламя, такого же цвета, как и очи в отражении. Оно проникло в грудь парня, вызывая сильную боль. Алхимик пал на колени, сжимая свою грудную клетку и пытаясь отдышаться, пока все внутри сгорало дотла.

    «Прошу, помогите, не надо...!»

Кричал на округу юноша, но его не отпускало. Конечности сводило, из глаз текли слезы, а золотые символы его магии бежали по телу.

    «...Загляни в себя.»

Прозвучал незнакомый голос без пола, прежде чем Алхимик резко открыл влажные зеницы. Утро, воробьи щебечут, а девушка носится по комнате. Когда юноша проморгался, он осознал, что все это время сжимал свою безрукавку. Боль во сне оказалась такой реальной...

— Ты в порядке?

    Юношу взяли за щеки, заставив задрать голову и посмотреть Амеле прямо в ее обезумевшие глаза.

— Ты разбудил меня своим скулежом!

    Алхимик густо покраснел, стыдливо поджимая губы.

— Я переживала. А ещё сильнее волнуюсь, потому что вставай скорее, чтобы тебя не увидели!

    Принцесса подпрыгнула на ноги и попыталась его поднять, но увы, какой бы сильной девушкой не была — против веса парня бессильна. Он далеко не дрыщавого телосложения и явно любит поесть.

— Погоди...

    Парень наконец-то сообразил, где он, в какой ситуации оказался и что в принципе случилось вчера. Встреча с Царицей, решение стать личным стражей и... рубиновые очи заблестели, нежно беря ладони Амелы в свои и устанавливая с ней зрительный контакт. Девушка от такого напряглась сильнее, а ее уши моментально вспыхнули. Мило, что только после этого краснеют щеки.

— Так, значит... я могу назвать тебя своей?

    Дыхание подперло, а принцесса разинула рот, смотря на юношу в немом шоке.

— Ты... дурак?

    Алхимик сглотнул, вскидывая высоко брови.

— Но поцелуй... разве он для тебя ничего не значил?

    Девушка прикусила губы, пытаясь вытащить свои руки из его хватки, но Алхимик не отпускал.

— Я... не могу. Ты же знаешь мое положение, тебе никогда не стать Императором хотя бы из-за твоей крови!

    Парень не отступил, наоборот сделал шаг вперёд и попытался уловить бегающие очи Амелы, что на месте сгорала со стыда.

— Тебе правда важна власть?

— Я хочу помочь отцу!

— Как?

— Заключить мирный договор благодаря моей женитьбы с принцем, или... или построить новые связи! Я правда... ни на что более и не годна...

    Зеницы девушки наполнились влагой, которую она старалась скрыть частым морганием. Юноша отступил, с ужасом осознав, как сильно на нее давил. Даже если они друг другу и понравились, Алхимик никто в этом мире, чтобы посметь заявить права на принцессу. Но... это не повод сдаться.

— Я не зову тебя замуж.

    Амела подняла на него сверкающие от печали лазурные очи.

— Тогда что?

— Я просто хочу любить тебя.

    Парень встал на одно колено, смотря такими искренними очами, что принцесса вспыхнула от такого жеста с ног до головы.

— Почему ты так говоришь всего лишь из-за одного поцелуя?

— Я поцеловал тебя, потому что полюбил.

    Амела сильнее покраснела, сходя с ума от переполняющих чувств. Его действия были совершенно иррациональными, тем не менее... сердце бешено стучало, подталкивая девушку к настолько же необдуманному поступку.

— Просто любить... понимаешь, что с тобой я совершила грех?

    Принцесса сжала тунику на груди, заглушая зов души.

— Я уже стала бракованной дочерью!

    Слезы хлынули по щекам девушки, не в силах более их в себе удержать.

— Одно простое правило — быть чистой до свадьбы. И даже с этим я не справилась!

    Выдернула свою вторую ладонь из руки растерянного Алхимик, поворачиваясь к нему спиной.

— А самое ужасное — я тоже этого хочу!

    Плечи девушки задрожали и послышались всхлипы. Она отчаянно вытирала свое лицо, стыдясь за такую откровенность. Парень встал с колена и робко подошёл, не позволяя себе без разрешения коснутся. Но нависнув сверху, одно его присутствие отбило у принцессы тормоза. Она разревелась перед ним так, как не смела даже перед братом — именно это ее сводило с ума. Почему парень, которого девушка знает от силы четвертый день, вызывает такое огромное доверие. Она ведь никогда не велась на поводу у пылких страстей, никому из рыцарей не позволяла к себе неподобающе коснутся...

— Я не встану у тебя на пути, если ты решишь пойти под венец с другим.

    Тихо начал Алхимик, обходя Амелу и ловя пальцем ее слезы, почти не касаясь щек.

— Я не посмею прикоснуться без согласия, сохранив твою честь.

    Парень достал из сумки такой знакомый принцессе платок, протягивая и позволяя привести себя в порядок.

— Но раз ты сама этого хочешь... разреши мне быть рядом. В качестве стражи и того, кто всегда будет твоим крепким плечом.

    Рыдания принцессы стихли. Его слова не смогут унять боль и разочарование в самой себе, но свет надежды отдался теплом глубоко в груди. И приняв платок, девушка наконец-то отпустила душу.

— Хорошо...

    Рубиновые очи заблестели от необъятной радости и юноша подхватил Амелу на руки, крутясь на месте со смехом. Девушка ухватилась за его шею, растерянно оглядываясь и удивляясь радости парня. Почему же и он так сильно хочет с ней сблизиться?

— Вы шумные.

    Лица обоих юнцов побледнели и Алхимик сразу же опустил принцессу на ноги, после пряча руки за спиной. Девушка с безумно красным лицом отвела глаза от Царицы, что закрыла дверь за собой и со всей строгостью окинула их взглядом.

— Тебе нужно научится быть все время на чеку, если хочешь с ней остаться.

    Юноша сразу понял, что это уже требование к нему как к страже. Амела же с недопониманием вскинула брови, увидев, как сапфировые очи анализируют ее с ног до головы. Взъерошенная, в ночнушке, с красным носом и глазами. Эсра тихо усмехнулась, поняв что у них здесь происходило, а от такой реакции матушки по девушке пробежались мурашки.

— Оружием пользоваться умеешь?

    Давуд цокала по комнате своими сандалиями, переваливая бедрами как изящный сервал на охоте. Парень был готов честно заявить, что находится рядом с ней пугает его до самых чёртиков. А принцесса и не чувствует исходящую от наставницы мощь — Алхимик видит это по ее глазам, невинно смотрящие на матушку.

— Нет, ваше высочество Фараон.

    Впервые заговорил в ее присутствии юноша, стыдливо осознав, как его страх выдает дрожащий голос. Эсра цыкнула, отрицательно водя головой.

— Ты уже знаешь об отъезде Амелы?

— Да.

— В конце девятой ночи будет банкет. На нем ты выступишь и покажешь свои силы от моего имени. Не ударь в грязь лицом. А тебе, Амела, доброе утро.

    Нежно улыбнулась Царица дочери, проходясь ладонью по ее волосам. Спутанные, но всё ещё мягкие. И как только женщина скрылась в коридоре дворца, юнцы выдохнули.

— Так... получается, слова про стать моим рыцарем — не бред?

— Никак нет, но... я ничего кроме разновидностей ножа в руках не держал.

— И времени мало...

    Принцесса глубоко задумалась, пока на ее лицо не вылезла подлинная улыбка.

— Получается... учить тебя буду я. И видеться теперь сможем легально. Представлю тебя как стража от матушки!

    Амела чуть на месте не запрыгала, радуясь, что не только сможет вновь приступить к своим излюбленным сражениям на мечах, так и друг... девушка с румяными щеками отвела взгляд в сторону. Боюсь, их чувства совсем не похожи на дружбу и все равно, как именно Алхимика воспринимать принцесса не знает. Юноша же глупо приулыбнулся, почесывая затылок. Ее радостная реакция на то, что они будут проводить время вместе, была слишком милой.

***

    ...В отличии от боевого нрава.

— Подъем!

    Снова его сбили с ног. Парень думал, что ему придется сдерживать силы, но техника в опытных руках оказалась куда смертоноснее. Принцесса сначала ввела его теоретически в курс дела, объяснила строение оружия и его особенности, а после приступила к практике. Это второй час и Алхимик может согласиться — Амела с мечом его б уже в пирамиде приструнила на раз два.

День продолжался таким же бурным, как началось утро. После ухода Бадави, девушка оставила его возле кровати и убежала приводить себя в порядок. Алхимик живёт в хорошей гостинице, но она ни в коем разе не идёт в сравнении с ее комнатой: большая площадь, собственная ванная и открытая терраса. Было интересно разглядывать многочисленные письменности на стенах дворца, до того момента, пока не вышла принцесса.

Заплетённые в длинную косу волосы и белоснежная туника, напоминающая длинную футболку. А под ней скрывалось подобие шорт, надёжно закреплённое на талии. Девушка выглядела бесподобно и ещё красивее, когда очередной удар по его деревянному мечу отдачей передалось в предплечья. Не будь он таким крепким, Амела бы ему руки все отбила.

— Удивительно! Такой уровень новобранцы даже за месяц не осиливают, а ты все на лету схватываешь!

— С...

    Алхимик не успел поблагодарить, как ему прилетело в бок и заставило отхаркиваясь встать на колени. Принцессы стыдливо почесала щеку, присаживаясь к юноше. Как заболтается — так сразу перестает себя сдерживать.

— По крайней мере, у тебя есть огромный минус — ты слишком самоуверен.

    Парень поднял на нее рубиновые очи, стараясь подняться на дрожащих ногах.

— Ты подсознательно считаешь себя неуязвимым, поэтому удары твои хоть и сильные, но открывающие все тело.

    Алхимик и хотел бы ответить, да только силы покинули его бренное и избитое тело, в итоге свалившиеся на землю. Амела испуганно его осмотрела, а как убедилась, что внутренних травм нет — пригласила на обед под тенью дерева.

Ароматный чай, фрукты и мясо — что может быть лучше для двух голодных юнцов. Набивая себе пузо принесенными закусками, принцесса продолжала инструктаж, нагружая умственно парня. А он молча кивал, откладывая полезные знания по полочкам в голове. Только увидев блеск бирюзового браслета на руке Амелы, Алхимик наконец-то опомнился, заворошившись в своей сумке. Девушка с интересом уставилась на его действия, раздумывая, что вообще юноша может постоянно носить с собой. Но вместо ответа ей протянули изящное украшение.

— Вау!

    Принцесса с особой осторожностью приняла дар, чуть-ли на месте от счастья не запрыгав. Белые камни, в середине переливающиеся от синего до жёлтого. Они ярко блестели под солнцем и из-за лучей прослеживались золотые узоры на верёвочке, скрепляющей многочисленные камни. Он даже ее зачаровал! Чтобы была крепкой, скорее всего.

— Спасибо!

    Сняв с правой руки браслет из бирюзы и отдав его Алхимику, Амела примерила искусное новое изделие в своей коллекции и радостно защебетала. Всё-таки какие бы сапфиры ей не дарили, лунные камни выглядят так необыкновенно! Юноша чуть-ли не плавился с улыбкой, видя радость девушки. Никогда не ожидал, что принцессу можно впечатлить чем-то таким обыкновенным. Но что-то в его руке запульсировало, привлекая внимание. Хм...

— И как долго ты его носила…

— Ты о чем?

    Обернулась Амела, натягивая украшение на левое запястье.

— О браслете из бирюзы. Кто его подарил?

— Группа мальчишек.

    Парень удивлённо вскинул бровь, предполагая откуда может так много детей взяться во дворце, так ещё с подобной вещью. Но девушка ему ответила наперед:

— Я так легионеров называю. Честно, парни ведут себя иногда совершенно как маленькие.

    Алхимик прыснул в руку, всецело соглашаясь с ней. Сколько бы эпох не прошло, люди все те же. Только не долго улыбка на нем держалась.

— На нем колдовство.

    Амела вскинула брови, наклоняясь к парню с неуверенностью в очах.

— Неужто кто-то среди них маг?

— Я не могу ответить на этот вопрос и никого обвинять не собираюсь, но сам факт: кто-то возжелал, чтобы ты была влюблена и верна только ему.

    Мурашки пробежались по коже принцессы. Не верить Алхимику смысла нет, он явно хорош в магии и просто так не пугает. Хотя и может подшучивать!

— Я заберу его и постараюсь снять чужую магию, а потом верну, договорились?

    Амела кивнула, а после вспыхнула, когда ее притянули за затылок и заставили соприкоснуться лбами. Юноша несколько секунд вглядывался в ее лазурные глаза, пока не отпустил с раздосадованным лицом.

— А ты сколько его носила?

— Со своего шестнадцатилетия, получается полтора года.

— На тебя он совсем не повлиял.

    Хотя и как парень вчера убедился, это скорее всего работа Эсры.

— Ну и отлично! Ты не восприимчива к чужому волшебству, поэтому тебя сложно обмануть.

    Амела засияла.

— А мне... тоже можно научится пользоваться магией?

— Конечно, у тебя есть к ней способности.

— Правда?

— Ага. Если я стану личным рыцарем, у нас будет полно времени на твое обучение.

    Принцесса радостно улыбнулась чуть-ли не во все зубы, беря Алхимика за руку и поднимая за собой.

— Тогда пошли! Я тебя таким силачом сделаю за оставшиеся восемь дней!

— Верю...

    Простонал юноша, понимая, что ее новый стимул хоть и хороший, но беспощадный.

***

    Римская Империя оставила неизгладимый след в истории. Она славится своими беспощадными завоеваниями, гениальными полководцами, неудержимыми творцами... и термами. Термы — отдушина для всех слоев общества, после долгого дня намывающиеся и греющиеся в них. И бани, частные заведения для более высокопоставленных лиц. В одной из таких, прямо в Императорском дворце, сидел мужчина. Очаровательные служанки обмывали его водой и били травяным веником по спине, а запарившийся секретарь читал отчет:

— Несколько гражданских и военных пострадали на севере границы. Одна группа варваров продвинулись и дальше, но разрушений не нанесли, это были разведчики.

— Есть вести от Акиса?

— Никак нет, Первый генерал.

— Свободен.

    Тощий мужчина с поклоном удалился, оставив второго человека в Империи наедине с красавицами. Мускулистые плечи аккуратно мяли нежные руки, музыканты ненавязчиво играли на лире и канонаки, а изумрудные очи все блуждали по телам юных дам. Пока не подозвав одну, он прогнал остальных, заполнив тишину лишь тихими девичьими стонами и своим низким рокотом:

— Амадей так печется о дочери, что ее украли прямо у него на глазах? Чушь собачья.

    Делал затяжку табака генерал, выдыхая прямо на лицо старательной служанки. Сегодня попалась умелая, берущая его по глубже и ласкающая головку об стенки своей влажной глотки.

— А потом вернули не тронутую, просто с температурой. Разве не ясно, что это план Эсры? Дрянная женщина.

    Густые черные брови делали взгляд тяжёлым, тем не менее, смешок выскочил из его уст когда глаза служанки заслезились.

— Будь благодарна, что удостоилась чести попробовать такой размер. У молодняка он намного меньше и вялее, совсем не в силах удовлетворить таких распутных девок.

    Мужчина закинул голову и поддал бедрами вперёд, с протяжным вздохом заполняя полость рта красавицы своим семенем. А после отпустил ее волосы, позволив девушке обессиленно пасть на колени.

— Хорошо постаралась. Убирайся.

    Сеанс «массажа» завершён. Встав с нагретого мрамора, брюнет повязал полотенце на бедрах и направился к выходу, где его уже ждал гость с фруктовым сетом. Лишь дым сигар и умывающаяся служанка были напоминанием о его былом присутствии.

Платон Кацулас — Первый генерал Римской Империи и правая рука Флоракиса. Его уважали все — сослуживцы, поданные и даже враги; его легион славился самыми выдающимися военными достижениями в истории Рима. Но у идеального военачальника была и другая сторона, более человечная — заядлый растлитель дам, ни разу не познавший супружеской жизни. Последнее у них с Акисом на пару, считай, братья по несчастью. Разница лишь в том, что Императору никак не удается достичь желаемого, а Платон ненавидит любое упоминание свадьбы. Багровый ястреб, ищущий лишь сражения.

— Ну и ну, ты такого мнения об Эсре? Она далеко не глупышка, чтобы развязывать с нами войну.

    Хмыкал седоволосый советник, отпивая вино из расписной килики.

— Не строй из себя ее защитника, ты первый был против этого брака и поездки.

— Да. Но ты видел Бадави? Она без ума от Афанасьевы.

    Изумрудные очи налились кровью, вызвав искру зодорства у фиолетовых.

— Не смей произносить эту фамилию, Влас.

— Почему? Это же ее девичья.

    Огромная ладонь, вся истерзанная шрамами, сжала до брызг гранат и полетевшим соком запятнала белую накидку. Высокопоставленный чин цокнул, раздосадованно смотря на испорченное одеяние.

— Каков грубиян! Я ждал тебя тут, пока ты служанку растлевал, а мне такая отплата?

— Не моя вина, что ты конченый вауйерист.

— Нахал!

    Пыхтел Влас сквозь зубы. А ведь только жена подарила!

— Как раз из-за того, что все подстроила эта мерзавка, принцесса и вернулась невредима.

— Или просто скрыли факт потерянной...

    Нож для резки фруктов оказался между бедрами Галатаса, с особой точностью вонзившийся в подушку кресла прямо возле паха. Ещё сантиметр и советник мог бы остаться без достоинства.

— Ты слишком предсказуем.

— Заткнись. Только подонки без достоинства позорят Империю брехней, что принцессу варвар обрюхатил.

— Ну знаешь. Моя жена болтает всякое, а я ей лишь поддакиваю.

— Ты такой же петух, как и твоя курица.

    Мужчина возмущённо вытащил кинжал из испачканного и порванного подола, встал и топнул, смотря как на лице брюнета расползается злая ухмылка.

— Когда-нибудь я перестану брать твои слова в расчёт. А сейчас, позволь обидеться и уйти.

    Влас с пыхтением удалился, оставив Генерала наедине с собой. Нельзя назвать их друзьями, но среди всей знати, только Галатас знал о Платоне больше всего. И это его не очень радовало. Кацулас стержень армии, тот, кто поддерживает мир в Империи и завоевывает новые территории. Ему не нужны близкие, только единомышленники, солдаты и слуги. Но все равно, оперевшись подбородком на кулак, в голове всплывал лишь один единственный образ: розовые волосы и золотые глаза. Агидель...

***

— Раз-два, раз-два...

    Тренировка не спеша продолжалось у молодняка. Благодаря регулярным перерывам и еде, Алхимик смог продержаться до самого заката, но тело ныло навзрыд. Все мышцы гудели, силы покидали робко стоящие ноги и один удар — юноша сломается. Амела, в отличие от него, была все ещё с огнем в глазах и бурлящей кровью. Ежедневные тренировки с детства развили в девушке такую выносливость, что парню было страшно представить, как он в принципе сможет ее победить. И размявшись, Алхимик выдохнул, чувствуя постукивания по спине.

— Ну все, отлично отработал, за день результаты нереально велики. Я горжусь тобой.

    Задорно улыбнулась принцесса, вызывая румянец на щеках юноши.

— Спасибо большое... благодаря тебе, может, я и вправду смогу стать твоей стражей.

— Обязательно.

    Закивала Амела со сверкающими бирюзовыми очами. Как же она хочет заниматься магией...

— Ха-ха...

    Прохрипел парень с усталой улыбкой, понимая, что из него все соки выжмут, но рыцарем сделают.

— Что такое?

— Хочешь сходить со мной на свидание?

    Принцесса вскинула недоуменно брови, чувствуя, как начинают краснеть уши. Романтика, как у обычных людей? Девушка мялась на месте, ощущая, как рубиновые очи с нежностью на нее глядят.

— А что... ты хочешь на нем делать?

— Ты столько сил отдала на мое обучение, наверняка проголодалась по настоящей питательной еде, вместо фруктов.

    Амела смущённо улыбнулась и кивнула, слыша, как урчит ее живот от одной лишь мысли о мясе.

— У меня хоть и не императорские повара в гостинице, но готовят они с душой.

— Ты... хочешь меня отвести прямо к себе домой?

    Принцесса вспыхнула, представляя себе совсем не обычный вечер, на что Алхимик задорно рассмеялся:

— Я был в твоей комнате уже столько раз, а ты боишься прийти ко мне? Я ведь обещал, что не трону.

    Девушка ещё сильнее покраснела, смущаясь собственных мыслей. А ведь он даже не намекал...

— Может, ещё вино попрошу. Ты когда-нибудь пила алкоголь?

— На последнее день рождение, но я всего один глоток сделала.

— В любом случае, я смогу тебя в безопасности довести обратно до дома и уложить спать. Просто расслабься и наслаждайся, хорошо?

    Парень протянул руку, зазывая своей искренне доброй улыбкой. Амела никогда не видела, чтобы ей улыбались именно с такими чувствами, настолько пылкими и одновременно трепетными... приняв ладонь, под ними появился Брэм, что немного погодя наконец-то бросился в бег. Было страшно снова рассекать на нем, но юношеское тело сзади оберегало принцессу от падения, вызывая доверие. Первое романтическое свидание... девушка робко улыбнулась, чувствуя, как стыд за свое распутное поведение вспыхивает глубоко внутри. Она и вправду совсем не умеет слушаться...