Арка XVIII. Глава 122. Первый крестраж - Дневник Тома Реддла

Шестнадцатилетний Том Реддл продолжал раздражать Гарри Поттера. Масштаб его самодовольства и юношеского максимализма был сравним с тем же у молодых Рыцарей. Если тем хотелось "поиграть" в "королей", создавая тайное общество, пугая школу и придумывая гениальные планы по завоеванию всего волшебного мира, то Том Реддл, казалось, записывал все глупые идеи учеников и воплощал половину из них в реальность.

Может отсюда и пришло то уважение и невероятная преданность Рыцарей, а после и Пожирателей Смерти к Волан-де-Морту?

Да даже если и так! Гарри Поттер знать об этом не хотел — если знания приправляются присутствием этого невыносимого подростка — он отказывается знать все аспекты прошлого Волан-де-Морта!

— Да заткнись ты! — заорал Гарри.

Том Реддл обиженно насупился и посмотрел на него со всей злобой, на которую был способен шестнадцатилетний Реддл — а он был очень способен!

— Ты смеешь затыкать меня? Да кем ты себя возомнил, Гарри Поттер?! Я — Лорд Волан-де-Морт!

— Нет! Ты раздражающая версия настоящего Волан-де-Морта! Пиявка в моих мозгах — вот ты кто! У меня уши скоро завянут от твоего самовосхваления и оскорблений по отношению к своим же людям. Не забывай! Этот "тупой" по твоим словам Рафаэль Лестрейндж — сейчас твой самый преданный последователь. А ты, между прочим, крестный отец его единственного внука!

— И что? Он должен быть рад такой чести.

— Аргх!

— А ты у нас тогда кто? — парировал Том, явно возмущенный отношением Гарри к его высокой персоне. — Ты сам выбрал пойти со мной. Что? Думал я окажусь пай-мальчиком?

— Боже упаси так думать! Ты и пай-мальчик — несовместимые вещи. Ходячая язва!

— Занудный лицемер!

— Самодовольный болван!

— Недоделанный герой!

— А ты — недоделанный Темный Лорд!

Когда встречаются два упрямых подростка — всегда происходит что-то ужасное.

Гарри и Том продолжили бы обмениваться оскорблениями, а после задействовали кулаки — если бы не неожиданное обстоятельство. Каменная дорога закончилась. А перед ними как мираж появилась знакомая обоим раковина из женского туалета.

Гарри обернулся — прямо на его глазах все зеркала обратились в песок. Как и каменная дорога. Обратного пути не было. Только вперед.

Песчаная буря стихла.

Том и Гарри уставились на вход в Тайную комнату.

— Выглядит очень помпезно, — сказал Гарри. — Не хватает таблички "Тут первый крестраж".

— Откройся, — прошипел Том на парселтанге, глядя на один из медных кранов, на котором была нацарапана крохотная змейка.

Кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться. Еще мгновение — умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев широкой трубы.

Том и Гарри приблизились к зияющей дыре.

— Навевает воспоминания... — прошептал Гарри. — Первым тогда пошел Локонс.

— Какой еще Локонс?

— Учитель защиты от темных искусств. Он сейчас в Мунго. Пытался околдовать Рона заклятием забвения, но попало в него. Все-все о себе забыл. Поделом ему.

— Какой ты злобный.

— Вообще-то! — повернулся к нему Гарри. — Он был злодеем. Использовал заклинание забвения на настоящих героев, а сам забирал себе их подвиги. Отпетый мошенник!

— Оу! — усмехнулся Том, вспомнив что-то забавное, его лицо приобрело знакомое выражение лица, какое бывало у Волан-де-Морта, когда он хотел посмеяться над всем миром. — А меня вот приписывают некоторые злодеяния, которых я даже не совершал.

— Это какие же? — заинтересовался Гарри.

— Все считают, что это я убил Боунсов, — хихикнул Том, возвращаясь к своему подростковому поведению.

Гарри не успел узнать подробности, как Том вдруг прыгнул в трубу и исчез с криком:

— Поехали, Поттер!

— Подожди...! Я еще... Да чтоб тебя!

Гарри осторожно влез в трубу, держась за ее край, и разжал пальцы. Когда он полетел по трубе вниз, он вспомнил, как же мерзко было спускаться по ней в первый раз. Просто двенадцатилетний Гарри тогда беспокоился о Джинни. А сейчас, он летел по бесконечной, темной, покрытой слизью трубе. Гарри вспомнил про поворот, и вот — труба вдруг изогнулась под прямым углом, выпрямилась и оборвалась. Гарри выбросило из нее с влажным чмоканьем, и он приземлился на мокрый пол во тьму каменного тоннеля высотой в человеческий рост.

Том уже стоял и ждал его — на его лице играла лукавая, самодовольная улыбка. Его мантия была безупречно чистой и аккуратной. Редкий красавец выползший из книг про древнегреческих богов. Чтоб его!

В отличии от него Гарри был весь покрыт в грязи и тяжело дышал после неприятного полета. Летать он любил больше, чем спускаться по грязной трубе и падать, как выпущенный из рогатки камешек.

— Как тебе спуск, Гарри? — спросил Том, и его голос эхом прокатился в темноте тоннеля.

— Так себе, — фыркнул Гарри, достал палочку и очистил свою одежду, проверяя как там его мантия невидимка. Она по-прежнему была невидима, как и прежде, и лежала на его плечах, как верный друг.

— Пошли, — буркнул Гарри, поднял палочку. — Люмос, — и пошел вперед.

Том посмеялся и пошел следом, лениво вертя в руках свою тисовую палочку. Ему казалось свет был без надобности. Но Гарри старался не обращать на него внимания — руки так и чесались начистить эту красивую мордашку.

Том казалось чувствовал паршивое настроение Гарри, и это его весьма позабавило. Из-за чего он открыл свой рот и начал рассказывать ему истории про великого Салазара Слизерина.

— ...предок чтил традиции магического общества и воссоздал...

— Где кожа? — перебил его Гарри, оглядываясь по сторонам.

— Что? — недовольно спросил Том.

— Где сброшенная кожа василиска? — повторил Гарри.

— Вероятно, Поттер, не все За Гранью повторяет сцены из мира смертных, что вполне логично. Но до тебя это конечно не дошло, — надменно произнес Том.

Гарри резко обернулся, из-за влажности, его волосы прилипли ко лбу и лицу, Гарри раздраженно поднял волосы, невольно открывая шрам на лбу. Том уставился на этот шрам алчным взглядом, не обращая внимания на недовольного Поттера.

— Ты можешь хотя бы час помолчать? Я устал!

— Тогда уходи, — Том элегантно выставил перед собой руки, и указал себе за спину. — Уходи.

— Мерзавец! — закричал Гарри, обида вдруг заклокотала в его груди, он задрожал, крепче выхватывая свою палочку. — Я делаю это ради Волан-де-Морта!

— А что не так со мной? — насмешливо спросил Том, еще раз глянув на шрам Гарри. — Это ведь мой крестраж?

— Ты вместе с благоразумием потерял и память? — зарычал Гарри, откидывая волосы обратно на лоб. — Не смотри!

— Я бы с удовольствием зашил твой рот, Поттер, — расплылся в широкой улыбке Том.

— Взаимно.

Гарри отвернулся и пошел дальше. Том благоразумно замолчал, не действуя Гарри на нервы. И вскоре они дошли до гладкой стене, на которой были вырезаны две свившиеся в кольца змеи с поднятыми головками, вместо глаз у них блистали огромные изумруды.

— Откройся, — прошипел Гарри быстрее Тома, не желая больше терять времени.

В стене появилась щель, разделившая змей, и образовавшиеся половины стен плавно скользнули в стороны.

— Не используй парселтанг, — прошипел Том, лицо его потемнело.

Гарри проигнорировал его и вошел в тускло освещенный зал, уходящие вверх колонны были обвиты каменными змеями, они поднимались до теряющегося во мраке потолка и отбрасывали длинные тени сквозь странный зеленоватый сумрак. Они шли мимо колонн со змеями, а те казалось следили за ними темными глазницами. Гарри все время мерещилось какое-то слабое шевеление. За последней парой колонн высилась громадная статуя Салазара Слизерина. Лицо старца с бородой навевало неприятные ощущения.

— Салазар Слизерин, — с благоговением прошептал сзади Том.

"Какая же эта статуя уродливая", — подумал Гарри, когда каменные змеи вдруг зашевелились. Они поползли вниз по колоннам, не отрывая от них взгляда.

— Черт! — крикнули Том и Гарри, взявшись за палочки, когда каменные змеи напали на них.

Что Гарри, что Том уже давно овладели невербальной магией — огненные стрелы вылетали из их палочек, головы каменных змей разлетались на части, словно в них кинули невидимыми бомбами, каменная плита наполнилась останками змей. Но они все лезли и лезли к ним. Пока новая партия каменных змей ползла с мрачного, бесконечного потолка, издавая неприятный скрежет и утробное шипение.

— Дневник! — воскликнул Гарри, заметив у подножия статуи Салазара Слизерина черный, целый дневник.

— Вода! — в ужасе воскликнул Том.

Гарри с ужасом наблюдал, как вода стремительно заполняет пространство вокруг. Грязная жидкость коснулась дневника, и тот поплыл по полу, словно маленькая лодка. Однако вскоре он полностью промокнет и исчезнет в пугающе быстро прибывающей воде.

Каменные змеи продолжали их атаковать.

— Беги за дневником! — Гарри толкнул Тома в сторону статуи, выставляя перед ними щит — пасть каменной змеи сомкнулась у невидимой стены, оттолкнулась и ударила треугольной головой по щиту Гарри. — Вот неугомонные!

Том прижался к его спине своей, Гарри не успел спросить, что с ним. Каменный рот Слизерина раскрылся — наружу выползла исполинская змея с блестящей, ядовито-зеленой кожей.

Гарри в страхе зажмурился, окружив их щитом.

— Не бойся. Его взгляд потерял силы За Гранью. Мы — живые души, — холодный голос Тома прозвучал за его спиной.

Гарри открыл глаза и точным ударом выпустил десятки зеленых молний в окруживших их каменных змей, те разлетелись на кусочки, как разбитые игрушки.

Василиск повернул к нему огромные желтые глаза и быстро пополз к ним, раскрывая жуткую пасть с длинными блестящими и ядовитыми клыками.

— Но укус будет болючим! — заорал Гарри, когда Том схватил его за плечо и отбежал от василиска.

Тот не успел затормозить, и накинулся на стайку каменных змей, сминая их как бульдозер, и яростно зашипел, оборачиваясь к ним.

— Я задержу ее, — лицо Гарри приняло решительный вид, он покрепче обхватил свою палочку, и глаза его загорелись потусторонним цветом. — А ты беги за дневником. Быстрее!

Том бросился к статуе. Вода уже добралась до его колен, намочив подол мантии и утяжелив его. Скоро она затопит весь зал. И искать дневник в компании каменных змей и ядовитого василиска — будет очень трудно.

Том протянул руки под воду и начал шарить в холодной воде, пытаясь отыскать дневник.

— Акцио Дневник! Акцио Крестраж!

Магия не помогла и Тому пришлось опуститься на колени, по самые локти и опустить голову в воду. Но тут зал затрясся. Том поднял из воды голову, и быстро убирая влагу с лица, посмотрел в сторону Гарри.

Это василиск ударил своим хвостом по стене, в метре от Поттера, и накинулся на него, широко раскрыв пасть. Зеленые молнии вылетали из палочки Поттера, также как и огонь с ветром. Магия ревела вокруг Гарри, пока он с горящими глазами нападал на василиска, защищался, уворачивался, не только от василиска, но и от все прибывающих каменных змей.

Том замер.

Он был прекрасен.

Что-то неизвестное, непонятное, незнакомое, странное накатило на Тома и он вскочил с места. Взмах палочкой слева направо и в его руки падает тяжелый меч с серебристым эфесом.

Палочка в кармане.

В руке меч.

Том начал паниковать — но неясный холод в его сердце не давал ему останавливаться. Он бежал. И в один прыжок схватился за хвост василиска. И пока змей отвлекся на еще один выпад Гарри, он залез на его туловище, поднял меч и побежал по блестящей чешуе прекрасной змеи его предка.

Василиск высоко поднялся на хвосте, пытаясь сбросить с себя Тома, но он легко бежал по его скользкому телу, чувствуя как магия поддерживает его.

Гарри поднял голову и увидел Тома.

Шестнадцатилетний юноша с темными волосами, промокшими от воды, прилипшие к его лицу и шее. В струящейся, уже высохшей мантии (необычная мантия Волан-де-Морта поражала!) взбежал на голову василиска, как будто ничего не весил — поднял над своей головой меч и...

Гарри не забудет этот взгляд, вспыхнувший в красных глазах Тома. Решительный. Непоколебимый. Твердый. Казалось, Том спустился с небес, как карающий зло архангел.

Тяжелый меч руках Тома вошел в голову змеи, прямо между двумя большими желтыми глазами. Василиск задергался, пытаясь сбросить Тома в предсмертной агонии. Но Том держался за меч, встав на одно колено, сжав зубы и глядел прямо в глаза василиска.

Василиск дернулся, разбив хвостом нескольких каменных змей и с грохотом упал вниз, расплескав вокруг воду.

— Том! — закричал Гарри, побежав к голове змеи.

Реддл уже выбрался из под тела василиска, бросил в воду свой меч и поднял на Гарри красные глаза.

— Это было невероятно! — восхищенно закричал Гарри, подбегая к нему.

— Дневник... — прошептал Том, в его взгляде, обращенном на Гарри читалось недоумение, будто он не понимал, что делает и как с этим связан Гарри. — Я не знаю, где он.

— Будем искать! — Гарри попробовал "Акцио", также как и Том, но когда заклинание не принесло никакого результата, он начал искать дневник в воде, которая уже доходила ему выше колен.

— Мы его не найдем, — мрачно заключил Том, отворачиваясь от Гарри и схватился за волосы. — Что я делаю...?

— Почему не найдем? Что за пессимизм? Смотри, каменные змеи исчезли. Нам ничего не мешает...

Из открытого рта Салазара Слизерина вдруг хлынула вода, и их смыло волной. Вскоре они выплыли. Том схватил Гарри за руку, Поттер барахтался в воде как неумелая собака, и потянул к себе.

— Ты что не умеешь плавать? — прошипел Том.

— Нет... А! О! Не умею! — Гарри проглотил грязную воду и закашлялся, не зная куда деть руки и ноги.

Том залез на туловище василиска, помогая Гарри подняться.

Гарри зацепился за нос змеи, когда заметил что-то в пасти василиска.

— Подожди! — крикнул Гарри, отпуская руку Тома, и хватаясь ею за голову василиска, а другой рукой он достал из пасти змеи... — Дневник!!!

Том неверяще посмотрел на знакомый черный дневник в руках Поттера.

— Быстрее, держи его!

Том протянул руку, схватил дневник и все замерло.

Рот Слизерина закрылся. Вода перестала прибывать. Гарри залез на змею и застыл, глядя как дневник распадается на яркие огоньки, и влетает в тело Тома, растворяясь в нем. Рука Тома была пуста.

— Первый крестраж... твоя душа вернулась... То есть — снова у тебя, в тебе. Том, как ты? — спросил Гарри.

Том поднял на него глаза, полные ужаса и замешательства.

— Как ты меня терпел? Я бы убил себя!

Гарри засмеялся.

— Вернулся? — Гарри не знал, с каким облегчением он это произнес.

— Черт, — в сердцах произнес Том, хватаясь за волосы. — О, Мерлин! А второй я сделал всего через месяц! Неужели я опять пройду через этот ужас? За что? Мне семьдесят лет. Я итак потерял в пустую тринадцать лет жизни, пока не получил тело обратно. Я не хочу снова чувствовать себя шестнадцатилетним или семнадцатилетним подростком. Это ужасно!

Гарри захохотал, слишком счастливый после возвращения Волан-де-Морта.

— Эх. Бедняжка. А ты говорил, что сможешь без меня.

Но тут Том вдруг качнулся.

— Волан-де-Морт?

Гарри попытался его подхватить, но Том оказался слишком тяжелым, а сам Гарри не мог ни за что ухватиться. Они оба упали в воду, соскользнув со змеиного трупа.

Со шлепком они упали прямо в воду.

Гарри неудачно проглотил слишком много воды.

Глаза распахнулись, наполненные страхом.

Том очнулся, схватил его за талию, и выплыл вместе с ним из воды.

Но на этом все на закончилось.

Тайная комната начала реветь и греметь, как при землетрясении. Сверху упал кусок темного потолка, статуя пошла трещинами, голова Слизерина накренилась и упала прямо в воду, вызывая жуткую волну, что снова могла смыть Гарри и Тома. Но на этот раз, Том чуть слышно ухмыльнулся, обхватил Гарри за талию, поднял голову и они взлетели над водой.

— Держись, — послышался над головой холодный голос.

Гарри схватился за него.

И они полетели.

Том пролетал над водой, ловко уворачиваясь от падающих камней, частей зала, и влетел в тоннель, заполненный водой. Они почти касались грязной поверхности тоннеля, но Том только усмехнулся, и ускорился.

Лицо Гарри было прижато к груди Тома, он ощущал мягкую, шелковистую ткань черной мантии. Ветер и грохот разрушений казалось мог заложить ему уши.

Вскоре они влетели в трубу, и быстро оказались на поверхности.

Раковина исчезла.

Как и пустыня.

Вместо пустыни, все на поверхности было окружено водой.

Настоящее море. Бескрайнее. Беспощадное. Темное.

И злое.

В небе загремел гром.

Том и Гарри подняли головы, когда на них налетел жуткий ветер, их закружило.

Том вцепился в руку Гарри, но какая-то сила пыталась их разлучить, и в следующий момент они оказались порознь.

С криком, Гарри упал в море, и снова его затопило паникой и страхом. Он отчаянно пытался выбраться, выплыть, но волны накатывали одна за другой. Гарри задыхался и страх вцепился в него острыми когтями.

— Гарри!!!

Последний крик Тома прогремел над его головой и растаял в воздухе.

Гарри смыло невероятно сильной волной.

У него не было шанса взять в руки волшебную палочку и произнести заклинание. Перед лицом грозной стихии человек был беззащитен и беспомощен.

Но несмотря на это, Гарри все еще был жив — он был За Гранью. Теоретически, он был мертв, и казалось невозможным умереть еще раз из-за бушующего моря.

К счастью, вскоре его выбросило на берег.

Гарри разлепил тяжелые веки и закашлялся, выплевывая соленую воду. Горло болело. тело тряслось от холода и боли, вызванных сильными ударами морских волн. Он схватился за камни под руками и пополз, как можно дальше от моря. Не решаясь повернуть голову. Он схватился за ближайшее дерево, и поднялся. И только тогда он повернулся...

Моря не было.

Никакой воды.

Густой лес.

Он был окружен деревьями, солнечные лучи пробивались через их кроны и падали на бледное лицо Гарри. Растерянно озираясь по сторонам, он не мог понять, что происходит и открыл рот, чтобы закричать. Но начал сильно кашлять. Схватившись за горло, он услышал шорох за спиной. Повернулся...

Удар.

Голову прострелило тупой болью и его тело накренилось, падая на траву. Он терял сознание, когда услышал неприятный мужской голос:

— Живая душа...