Арка VII - 5 курс, Пророки. Глава 43. Злая Жаба, Акромантулы и СОВ

Лонгботтом вытер глаза и широко улыбнулся.

— Мои родители...они вылечились!

Не все знали, что случилось с родителями Невилла, поэтому, когда он немного успокоился — рассказал всем о своих родителях. Беллатриса, Родольфус, Рабастан Лестрейндж и Барти Крауч-младший пытали его родителей, чтобы узнать — что случилось с Волан-де-Мортом, почему они считали, что Лонгботтомы что-то знают? Ни Невилл, ни его бабушка не знали. В конечном итоге Фрэнк и Алиса повредились рассудком и все это время жили в Мунго под присмотром лекарей.

— Я... я никогда с ними не разговаривал, — сбивчиво рассказывал Невилл, когда все сидели вокруг него. У Гермионы и Джинни были красные глаза, они плакали, пока Невилл рассказывал о случившемся с его матерью и отцом. Остальные внимательно слушали, иногда сжимая плечи Невилла, чтобы поддержать друга.

— Мама при каждой встрече давала мне фантик от какой-нибудь конфеты, — улыбнулся Невилл. — Я их все собирал. Бабушка не понимала. Но я хотел, хотел сохранить то, что мне дарила мама. И неделю назад, бабушке пришло письмо от Сириуса Блэка, твоего крестного, — Невилл посмотрел на Гарри, — он написал, что кое-кто готов помочь папе и маме, и ничего не попросит взамен. Бабушка не поверила и пошла на встречу с Блэком, и встретила там Беллатрису Лестрейндж.

— Что?! — закричали все в унисон, даже Гарри.

— Разве Лестрейндж не в Азкабане? — спросила Джинни.

— Нет, — покачал головой Гарри, и все посмотрели на него, ожидая когда он продолжил. Гарри вздохнул и коротко рассказал им о том, что бывшие Пожиратели Смерти и Орден Феникса подписали мирный договор. И Фадж отпустил их, надев на них браслеты-ограничители.

— Зачем вообще было их отпускать? — спросил Джордж.

— Им денег не хватало? — разозлилась Джинни.

— Нет, там другая причина, — ответил Гарри и глянул на Невилла, тот кивнул.

"Невилл знает".

— Это из-за него? — спросил Фред. — Из-за Того-Кого-Нельзя-Называть?

— Да, — вздохнула Гермиона. — Я тоже недавно узнала. Об этом мы и хотели поговорить с вами недавно, но когда Невилл исчез, совсем об этом забыли.

— Он подписал мирный договор с Орденом Феникса и со мной, — сказал Гарри. — Министерство не знает о его возрождении, и лучше если не будет знать.

Молчание длилось несколько минут, когда Луна чихнула и все вздрогнули. Девушка как ни в чем не бывало посмотрела на Невилла и спросила:

— Как же Беллатриса Лестрейндж вылечила твоих родителей?

— А... — пришел в себя Невилл. — Она использовала какое-то старое зелье, которое передавалось по наследству и старый обряд. А так как, разные обряды не приветствуется Министерством, бабушка забрала родителей домой и они провели его у нас дома.

— Это хорошо, — улыбнулась Гермиона.

— Если самая ненормальная ведьма из круга Того самого пошла на такой шаг, — быстро проговорил Рон, обращая на себя внимание, — то может... и другие что-то сделают? Как-то будут заглаживать свою вину?

В таких делах нельзя было быть уверенным, поэтому все предпочли молчать. И начали поздравлять Невилла.

***

Только апрель закончился, и казалось бы — что еще? Какие новости могут взбудоражить всю школу?

Но Ронвальд Леандрос всегда что-то придумывал.

— Через неделю пройдет мой личный тест, те кто пройдут его с высшими оценками, смогут поучаствовать в рейде на акромантулов, заполонивших Запретный лес, — шокировал всех Ронвальд на завтраке.

— Какой еще рейд?! — взвизгнула Амбридж.

— Вот такой, — Ронвальд показал пергамент с официальной печатью от Министерства и Аврората, с подписью директора Дамблдора. — У меня все схвачено, Долорес. Я получил согласие. С нами будут авроры, Профессор Макгонагалл и Флитвик, а также мои друзья — опытные мастера.

Ронвальд отвернулся от покрасневшей Долорес, и продолжил шокировать остальных:

— Участники рейда получат за это или деньги или части тел и яд Акромантула.

— Я не...! — начала Долорес, но Ронвальд перебил ее, широко улыбнулся, его глаза заблестели от озорства и он громко спросил:

— Что вы сказали? Вы тоже хотите к нам присоединиться? Так бы сразу и сказали! Зачем делать вид, что вам не нравится. Вы поучаствуете в настоящем освобождении нашего леса. Спасибо! Спасибо!

И быстро записал имя Долорес в пергаменте со списком участников.

— Я верю, что у вас все получится, — неожиданно сказал Профессор Ангирас, держа руки вместе. Его золотые глаза блестели. — Звезды предрекают вам полный успех.

Ронвальд поблагодарил Профессора прорицания и все начали аплодировать.

Многие уже захотели поучаствовать и возбужденно переговаривались, гадая — что за тест будет у Профессора Ронвальда. Поэтому, никто не заметил, как Профессор Ангирас на минуту нахмурился и посмотрел на Профессора Амбридж с беспокойством.

— Профессор Амбр... — хотел заговорить с ней Ангирас, но она недовольно фыркнула и ушла. Глядя ей вслед, мудрец закрыл глаза и что-то прошептал на своем языке. — Значит, это знание ей не нужно.

***

В мае их освободили от домашних работ, и обычные уроки превратились в бесконечные повторы. Раньше, сдающие СОВ становились чересчур нервными, но в этом году благодаря тесту Ронвальда и рейду, который проведут за два дня до СОВ — многие студенты (не только пятые курсы) улыбались и болтали о разных вещах.

Внутренний тест Профессора Леандроса занял пол дня, в нем могли участвовать студенты с 4 по 7 курсы. Кабинет Защиты превратили в полосу препятствий, а внутри их ждали разные создания и ловушки, которые нужно было пройти за определенное количество времени и без серьезных травм.

Орден Солнца тоже решил участвовать, и к счастью прошли все, даже Невилл и Луна. Невилл был немного помят, а Луна так вообще не пострадала.

— Поздравляю всех, кто прошел мой тест! Похлопаем! — улыбнулся Ронвальд, громко хлопая, те кто прошел, или просто пришел посмотреть и проигравшие — все вместе начали хлопать. — Отлично! Рейд пройдет 25 мая, в 6 часов утра. Перед этим я проведу проверку ваших палочек, одежды и защитных артефактов. У кого их нет — обращайтесь ко мне, я выдам их вам на время. Вместо мантий наденьте удобную одежду.

25 мая в 5:54, у опушки Запретного леса собралась разнообразная компания — возбужденные и энергичные студенты, спокойные преподаватели — Макгонагалл, Флитвик, Ронвальд и Урса, а также Адриан, Том, шесть авроров, и недовольная Долорес Амбридж в розовой мантии с отвратительным бантиком на голове. Даже в такой день она не отказывала своей слабости всяким девчачьим вещам (которые не подходили ей по возрасту и характеру). Ему вторил Хагрид, бедный лесничий громко шмыгал носом, сморкаясь в свой огромный носовой платок.

— Что с ним? — спросил кто-то из студентов, и некоторые студенты уставились на их лесничего.

— О, Хагрид, — подошла к другу Гермиона, — ты же понимаешь, что они очень опасны.

— Прекрати рыдать! — зарычал на него Ронвальд, и Хагрид мигом остановился, последний раз шмыгнув носом. — Ты уже забрал своего Арагога. Что тебе не нравится?

— Ну так... они ведь... — заикаясь не мог ответить Хагрид.

Гарри, Рон и Гермиона с жалостью посмотрели на друга, к ним подошла Урса и мягко положила руку на плечо мужа.

— В общем, прекращай, лучше останься у себя, — сказал Ронвальд и у Хагрида не было возможности что-то ему ответить, Ронвальд взял жену за руку и ушел к группе.

Ронвальд познакомил всех с аврорами, смотрителями и своими друзьями, кто будет помогать им.

— Мы гарантируем вам вашу безопасность, не бегайте куда попало, идите четко туда, куда мы говорим. Мы уже провели небольшую репетицию. Поэтому я не буду повторять правила. Вы все уже выучили. Сейчас должны подойти еще два человека... — Ронвальд спросил что-то у Урсы, Адриан похлопал его по плечу и указал на замок. Некоторые обернулись и увидели, как к ним идут два мага.

— Это же Профессор Люпин! — закричал Дин Томас, и те, кого учил Люпин быстро зашумели, и махали ему руками.

— Профессор Люпин вы пришли присоединиться к нашему рейду?

— Круто!

— О, это? Разве это не крестный Гарри Поттера?

— О, это Сириус Блэк!

— Успокоились, успокоились! — закричал Ронвальд, тихо поздоровавшись с прибывшими Сириусом и Римусом. — Я попросил еще двух моих друзей прийти к нам. Римуса Люпина знает большинство из вас, — гриффиндорцы и несколько ребят из других факультетов захлопали. Римус улыбнулся и помахал им. — А вот, Сириус Блэк, он работал аврором, и может нам помочь.

— Прошу прощения, — кашлянула Долорес, обращая на себя внимание, на ее лице была натянута милая улыбка, но так как улыбка не коснулась ее глаз, она выглядела просто ужасно. — Не думаю, что целесообразно принимать в наши ряды представителя...

— Что говорите?! — закричал Ронвальд с улыбкой, перебивая Амбридж. — Вы хотите идти последней?! Беспокоитесь о других?! Большое спасибо за вашу помощь, Профессор Амбридж. Вы настоящий профессионал! Я верю, что вас волнует только безопасность и благополучие наших прекрасных студентов! Это все таки будущее поколение!

Долорес снова не смогла ничего сказать, потому-что студенты и профессора быстро поняли уловку Ронвальда и громко захлопали.

— Профессор Амбридж лучшая!!!

— Юхуу!!! Наш тыл будет защищен таким великим человеком!!!

— Спасибо!!!

Гарри похлопывал по спине Рона, потому что он слишком сильно рассмеялся. Фред и Джордж уже ухахатывались, держась за животы. Гермиона довольно поправила свою тонкую куртку, и удобнее перехватила в руке волшебную палочку.

Каждому участнику рейда подарили держатель для палочки — который можно было надеть на правую или левую руку, и быстро вытаскивать палочку и также быстро прятать ее.

— Наш рейд похож на битву! Это не просто рейд! Это освобождение нашего леса! — закричал Ронвальд, бросая вверх кулак, и его поддержали громкими криками. — Но ни один бой не может проходить без музыки!

— Что? — поразилась Долорес.

— Ли! Начинай! — закричал Ронвальд, и из толпы студентов вперед вышли несколько мальчиков и девочек из разных факультетов, среди них было даже три слизеринца. Они достали разные музыкальные инструменты, и под командованием Ли Джордана, выступающего как дирижера, они начали играть Гимн Школы.

— О, я не слышал этот гимн с первого курса. Это его собственный мотив? — спросил Гарри.

— Не знаю, — ответил Фред. — Все уже забыли какая у него мелодия.

— Как приятно слышать эту песню, — заговорил кто-то за спиной Гарри и все повернули головы, глядя на улыбающееся, радостное лицо Альбуса Дамблдора. — Доброе утро.

— Доброе утро, — вторили ему студенты, которые увидели директора, с ним поздоровались еще несколько других ребят.

— Жаль, что пришлось отказаться от этой традиции. Все преподаватели и даже Попечительский совет вынудили меня убрать пение гимна в первый день учебы. А как было весело, — с сожалением говорил Дамблдор, понуро покачав головой. — Но, мне нравится эта идея с оркестром. Думаю, стоит оставить оркестр и дать им какую-нибудь большую комнату с хорошей акустикой и открыть музыкальный клуб.

Дамблдор кивнул сам себе и поздоровавшись со взрослыми магами, пожелал всем удачи и ушел, напевая под нос гимн школы.

Оркестр продолжил играть, даже когда все зашагали к лесу.

— Остановите это! — закричала Амбридж с конца строя.

— Нет! — ответил Ронвальд. — Музыка поднимает боевой дух. Что мы, зря целый месяц репетировали что ли, — пробурчал недовольно Ронвальд.

Следующие три-четыре часа прошли в упорядоченном хаосе — одни студенты рвались в бой (в основном гриффиндорцы), другие убежали как только увидели маленьких акромантулов, кажется кто-то даже потерял сознание и Урса отправила их в школу. К счастью, Ронвальд все хорошо организовал, и любая непредвиденная на первый взгляд проблема решалась в считанные минуты.

Единственной проблемой (неожиданно, но вроде и нет) оказалась — Долорес Амбридж. Так как все следили за студентами, чтобы те не заблудились и не утопали в непонятные места; никто не стал бы заботиться о взрослой ведьме из Министерства.

Кто знает — что случилось, но Амбридж потерялась, забрела куда-то не туда, столкнулась с кентаврами, нагрубила им самыми невозможными словами, успела убежать, но наткнулась на маленького черного акромантула и ее отравили.

К счастью, авроры следили за местностью и быстро заметили лежащую на земле посиневшую ведьму. Долорес Амбридж была оперативно отправлена в больницу Мунго и ей ничего не угрожало.

Ронвальд показал большие пальцы близнецам Уизли, и те шуточно поклонились ему.

Дамблдор узнал о госпитализации Амбридж и грустно покачал головой, отправив от преподавательского состава красивые цветы и фрукты пострадавшей.

Рейд на акромантулов прошел успешно! В полной мере.

***

Только лес освободился от ужасных пауков, так наступил июнь и вместе с этим — Стандарты обучения волшебству.

Атмосфера СОВ была удушающей и жутко нервной. Самые невыносимые студенты-заучки превращались в жутких химер.

Эрни Макмиллан занимался каждый день от 7 до 9 часов, и раздражал всех расспросами — сколько другие тратят время на подготовку к экзаменам.

Гермиона похудела, так как нормально не ела — каждые пять минут она доставала книгу, чтобы перепроверить себя.

Драко Малфой был все таким же невыносимым, он нашел новый способ сеять панику.

— Разумеется, важно не то, сколько вы знаете, — громко поучал он Крэбба и Гойла перед уроком зельеварения за несколько дней до начала экзаменов. — Важно, кого вы знаете. Отец уже много лет на короткой ноге со старухой Гризельдой Марчбэнкс, председательницей Волшебной экзаменационной комиссии, — она и на званых ужинах у нас бывала, и вообще...

— Как по-вашему, это правда? — тревожно прошептала Гермиона Гарри и Рону.

— Если и так, мы все равно ничего не можем поделать, — угрюмо ответил Рон.

— Не думаю, что это правда, — спокойно произнес за их спинами Невилл Долгопупс. — Дело в том, что Гризельда Марчбэнкс дружит с моей бабушкой, и она никогда не упоминала о Малфоях.

— А какая она, Невилл? — тут же спросила Гермиона. — Строгая?

— Честно говоря, у них с бабушкой много общего, — подавленно признался Невилл.

— Ну, такое знакомство тебе уж во всяком случае не повредит, — ободряюще заметил Рон.

Невилл хотел было возразить, но вспомнив письмо матери и отца, промолчал.

— Не знаю. Поможет или нет. Меня СОВ уже не так сильно волнуют, — ответил Невилл и улыбнулся.

Вместе с паникой возросла торговля различными средствами, способствующими повышению концентрации, живости ума и внимательности. Старосты еле успевали задерживать нарушителей и конфисковать эти "чудо-товары", когда кто-то в другой части замка продавал порошок из когтя дракона.

— На самом деле это сушеный помет докси, — сказала Гермиона другим старостам. — Я его рассмотрела. Никакой помощи он не окажет, только сделает хуже.

— Нужно поймать всех этих бессовестных торгашей! — воскликнул воинственно Эрни Макмиллан.

— Близнецы Уизли предложили свою помощь, — сказала Ханна Аббот, — благодаря им и Пивзу мы уже поймали пятерых.

Такие собрания между старостами-пятикурсниками проводились каждые три дня после обеда, Малфой и Паркинсон отказались и занимались своими делами.

От профессора Макгонагалл они получили расписание экзаменов и ознакомились с правилами их проведения.

— Как видите, — сказала профессор Макгонагалл, когда ученики переписали с доски даты и время всех экзаменов, — вы будете сдавать СОВ в течение двух недель. Утренние часы отведены под письменные работы, послеобеденные — под проверку практических навыков. Практический экзамен по астрономии, разумеется, будет проходить ночью. Далее, я должна предупредить вас, что на ваши экзаменационные принадлежности наложены исключительно жесткие Антиобманные заклятия. Использование напоминалок, а также самоотвечающих перьев, накладных манжет-шпаргалок и самоправящихся чернил запрещено. К сожалению, практически ежегодно в школе находится, как минимум, один ученик, считающий, что ему по силам обвести Волшебную экзаменационную комиссию вокруг пальца.

— Можно спросить, профессор? — подняла руку Гермиона. — Когда станут известны наши результаты?

— В июле каждому из вас отправят сову с оценками, — сказала Макгонагалл.

— Прекрасно, — отчетливым шепотом произнес Дин Томас. — Значит, до каникул можно не трепать себе нервы.

В первый день экзаменов в школу прибыла группа очень древних на вид магов и волшебниц. Их вышел встретить Директор Дамблдор и Профессор Макгонагалл, с большим уважением Дамблдор обращался с одной крошечной сутулой ведьме с морщинистым, словно затянутым паутиной лицом, она оказалась той самой — Гризельдой Марчбэнкс.

— О, Дамблдор! — радостно поприветствовала его старая ведьма. — Помню как принимала у тебя ЖАБА по трансфигурации и заклинаниям! — пустилась в воспоминания старая ведьма, и обратилась к остальным. — Что он вытворял своей палочкой — я такого в жизни не видела! Настоящий талант!

Дамблдор с улыбкой поблагодарил ее.

Экзамены начались также быстро, как и закончились.

Две недели прошли в постоянном ожидании. Гарри показал себя хорошо почти на всех экзаменах, особенно на Защите.

Профессор Тофти который экзаменовал Гарри на чарах и Защите, похлопал Гарри, когда он показал ему все Щитовые чары.

— Великолепно! Что ж, полагаю, это все, Поттер... если только... — Он чуть подался вперед. — Я слышал от своего близкого друга Тиберия Огдена, что вы можете вызвать Патронуса... Не угодно ли продемонстрировать? Конечно, за дополнительные баллы...

Гарри поднял палочку, представил как Волан-де-Морт признает ум и способности Гарри и взмахнул палочкой:

— Экспекто патронум!

Из его палочки вырвался серебряный олень и проскакал по залу из конца в конец. Все экзаменаторы проводили его глазами, а когда он обратился в серебристую дымку, профессор Тофти восторженно зааплодировал своими жилистыми, узловатыми ручками.

— Прекрасно! — сказал он. — Очень хорошо, Поттер, можете идти!

На экзамене по Истории магии, Гарри не успел ответить на один вопрос и ему пришлось отдать свой лист после окончания времени.

Гермиона возбужденно расспрашивала их — какие ответы они написали, и в подробностях пересказала каждый свой шаг и каждое написанное слово.

18 июня 1996 года пятикурсники сдали все экзамены по СОВ и в Гриффиндоре решили закатить громкую вечеринку, и Профессор Макгонагалл только поддержала своих львят. Поэтому никто не спал до 4 часов утра, кто-то решил встретить рассвет, а другие ушли в свои комнаты отсыпаться.

Когда Гарри вернулся к своей кровати ближе к 5 часам утра, он плюхнулся на кровать и с недовольством вытащил из под живота какой-то конверт с письмом.

— Что это? — прищурился Гарри, разглядывая конверт с письмом, но без каких-либо опознавательных знаков, печатей или с именем отправителя. Гарри громко зевнул, и встал на четвереньки, уткнувшись лбом в подушку. — Симус! — крикнул он.

Финниган резко проснулся.

— Что? Что случилось?

Симус пришел в комнату раньше Гарри, поэтому Гарри решил спросить его:

— Кто-то заходил в комнату?

— Неа, — ответил Финниган, зевнул и завернулся в одеяло.

— Приходил эльф или сова? — продолжал спрашивать Гарри, уже засыпая.

— Не...не-а-а-а, — широко зевнув, ирландец вырубился.

Гарри дернулся и со стоном сел на кровать, на автомате проверил конверт на разные чары, ничего не нашел и открыл. Из конверта упал лист бумаги и два колдо-фото. Гарри с трудом разлепил глаза и уставился на движущуюся фотографию, в темном помещении мутный свет от факелов освещал бледное, болезненное лицо...Сириуса?

***

18 июня, рано утром в Аврорат поступило несколько срочных сигналов в разных частях Британии, и Руфус Скримджер с Кингсли Шелкботтом отправляли своих людей. Руфус раздраженно убрал волосы с лица.

— Что за напасть! Все с ума словно посходили!

— Подозрительно это, — сказала Нимфадора Тонкс, исчезая в камине с другими своими сослуживцами.

А через два часа, в Министерство через камины прибыли странные личности в серых мантиях с глубокими капюшонами. Дежурный на входе не поднимая головы сказал:

— Палочку, пожалуйста.

Вилберт Фаррелл работал Дежурным уже больше шести лет, и он никак не мог ожидать, даже подумать, что самый обычное рабочее утро может стать его последним днем.

— Авада Кедавра, — прокряхтел старый женский голос, и Вилберт не успел поднять головы, как зеленый луч коснулся его головы и маг бездыханно лег на стойку. Весы упали на землю и разбились. А неизвестные личности в серых мантиях прошли дальше.

Несколько работников Министерства встали со своих рабочих мест, но никто не обратил на них внимания, и те успешно смогли уйти, и укрылись серыми мантиями. Друг за другом лифт заполнили неизвестные в серых мантиях и спустились на самый последний этаж.

— Девятый уровень, Отдел тайн, — произнес холодный голос.

Сегодня в отделе тайн проходило собрание, поэтому на дежурных местах остались только самые молодые. Из-за чего никто ничего не успел сделать, когда дверь в зале собраний заперли снаружи, а тела молодых Невыразимцев были помещено в какую-то кладовку.

Люди в серых мантиях рассредоточились и встали по два и три в разных комнатах, и целых шесть людей остались в Зале пророчеств. Кто-то вытащил из кармана маленький сундук, увеличил его и открыл седьмой уровень. Внутри лежал без сознания молодой человек. Его достали из сундука и грубо кинули на черный пол Зала Пророчеств.

— Энервейт!

Молодой человек проснулся и закашлялся, прижимая связанные руки к груди, и нахмурился от боли. Это был очень худой молодой маг, его запястья были такими тонкими, а темная одежда лежала на нем как мешок. Лицо было ужасно бледным, большие фиолетовые синяки под глазами указывали на проблемы со сном и здоровьем в целом. Его темные, грязные волосы длинными лоскутами лежали на его плечах. Он открыл свои серые глаза и с трудом осмотрелся, а потом уставился на скрытое капюшоном лицо.

— Где я? — хриплым, слабым голосом спросил он.

— Неважно. Зови брата, — ответил ему старческий женский голос.