Разбитое зеркало

Последующие дни были похожи на долгий, сладкий выдох. Солнце вливалось в окна виллы уже не ослепительным, а ласковым светом, море шепталось с берегом под их балконом, их тела помнили язык такой глубокой близости, перед которой меркли все слова. Сабрина просыпалась в объятиях Константина, и ее первая мысль была не о страхах, а о том, как же ей повезло, что он нашел её и забрал с собой. Он был убежищем, домом, целым миром и безграничной Вселенной.
В один из таких прекрасных дней, когда они завтракали на террасе, а его нога под столом нежно касалась ее ноги, он неожиданно сказал:
— Собирай вещи, малыш. Самые необходимые и самые красивые. Мы вылетаем сегодня ночью.
Сабрина замерла с круассаном в руке.
— Куда?
— В Индию. У меня там срочные дела, — он улыбнулся, и в его глазах заплясали озорные огоньки. — А заодно я покажу тебе страну, где сливаются в танце боги и демоны. Джайпур, озера Удайпура. Это будет незабываемо.
Восторг, стремительный и всепоглощающий, захлестнул ее. Индия! Это было так же невероятно и сказочно, как и все, что с ней происходило с момента знакомства с ним. Все недавние подозрения, слезы, тревога — все это показалось ей дурным сном, который навсегда остался в прошлом. Он звал ее за собой, на край света, и ее сердце пело от счастья. Она была готова идти за ним куда угодно.
— Конечно! — воскликнула Сабрина, сияя. — Я так хочу посмотреть! Но мне нужно кое-что купить. Я с собой взяла совсем мало вещей. Да ты видел — один маленький чемоданчик.
Константин с одобрением кивнул.
— Разумно. Водитель будет к твоим услугам с машиной. И возьми это, — он достал из бумажника черную, матовую карту и протянул ей. — Без лимита. Купи все, что захочешь. Укрась себя для новых приключений.
Он поцеловал ее в лоб.
— Ты прости, я не смогу составить тебе компанию. Нужно срочно уладить кое-какие вопросы перед отлетом. Но я буду ждать тебя к ужину.
И вот она, сидя на мягком кожаном сиденье роскошного автомобиля, мчалась по живописному серпантину в ближайший крупный город. Никола — водитель, как всегда, был молчалив и сосредоточен. Сабрина же не могла сдержать улыбку, глядя на проплывающие за окном оливковые рощи и виноградники. Она чувствовала себя героиней романтического фильма: влюблена, желанна, ее ждет путешествие в экзотическую страну, а в сумочке лежит карта, способная оплатить любую ее прихоть.
Город встретил ее жарой и суматошным весельем. Сабрина, оставив Николу ждать в условленном месте, с головой окунулась в лабиринт узких, оживленных улочек. Она так увлеклась, рассматривая витрины и слушая уличных музыкантов, что вскоре с ужасом поняла, что заблудилась. Все переулки выглядели одинаково, а навигатор в телефоне запутался в старых кварталах, без подключения к интернету он не хотел обновлять маршрут. Сначала Сабрина запаниковала, но потом рассмеялась сама над собой. «Костя не поверит, — думала она, протискиваясь между стендами с сувенирами, — его Сабрина, которая собирается покорять Индию, потерялась в трех соснах итальянского городка». В конце концов, она просто вышла к шумной центральной площади и сориентировалась.
Затем провела несколько блаженных часов, бродя по прохладным залам бутиков. Примеряла струящиеся шелковые платья цвета специй и шафрана, легкие льняные брюки, расшитые бисером туфельки. В одном из магазинов, расплатившись за пару изящных сандалий, она уже вышла на улицу, как с ужасом обнаружила, что в сумочке нет ее нового кошелька. Сердце упало. Подарок Константина! Паника длилась ровно три минуты, пока она не ринулась обратно в бутик и не обнаружила симпатичную продавщицу, которая, улыбаясь, протягивала ей забытый на кассе кошелек.
— Ti auguro tutto il meglio! — крикнула та ей вслед.
— Ti auguro tutto il meglio! — мысленно повторила Сабрина, а вслух сказала единственное, что смогла выучить: — Grazie! Arrivederci!
Она представляла, как вечером, за ужином, будет рассказывать Константину обо всех этих смешных злоключениях. Как он будет смеяться над ее истории о пропавшем кошельке, а потом, может быть, нежно назовёт её «моя маленькая растеряша». Эти мысли согревали, делая реальность еще более сладкой.

Сабрина провела несколько блаженных часов, бродя по прохладным залам бутиков. Продавцы окружали ее вниманием, а ее отражение в зеркалах сияло абсолютным, безоговорочным счастьем. Она была поглощена этим процессом, этой игрой в прекрасную жизнь.
Именно в одной из таких примерочных, ожидая, когда консультант принесет ей платок другого оттенка, она взяла в руки свой новый телефон. Хотела сделать селфи в забавной шляпе и отправить Константину, чтобы немного его развеселить.
На экране горело уведомление о новом сообщении. От незнакомого номера. Сердце на секунду екнуло — мама? Но нет, международный формат был другим.
Она открыла сообщение. Там не было текста. Только одна-единственная фотография.

Сабрина замерла. Дыхание перехватило.

На снимке, сделанном, казалось, в каком-то ресторане, был Константин. Он сидел за столиком, его лицо было озарено той самой редкой, подлинной улыбкой, которую она так любила. Он смотрел не в объектив, а на свою спутницу. Девушку, сидевшую напротив него.
У нее были такие же, как у Сабрины, светло-русые волосы, уложенные в элегантную прическу. Такие же миндалевидные глаза и линия скул. Но в ее взгляде, устремленном на Константина, была не просто любовь, а какая-то болезненная, почти фанатичная одержимость. И она была ей до оскомины знакома. Сабрина узнала ее сразу. Это та самая девушка из папки. Та самая Изабель.
Сходство между ними казалось не просто сильным. Оно было пугающим, почти мистическим. Будто она смотрела на свое собственное искаженное отражение в кривом зеркале — такое же, но другое. Более хрупкое, более трагичное.
Сначала ее ударила в сердце острая, жгучая ревность. Он смотрел на ту девушку так, как сейчас смотрел на нее. Улыбался ей той же улыбкой. Значит, все, что было между ними, все эти нежности и страсть — не было уникальным? Она была всего лишь заменой? Репликой?
Пальцы сами потянулись к кнопке вызова. Сабрина набрала номер, с которого пришло сообщение. Звонок приняли практически мгновенно, после первого же гудка.
— Сабрина, — раздался в трубке знакомый, холодный голос с легким акцентом. Это был Майкл. — Я догадывался, что вы решите позвонить.
— Что это? — прошептала она, сжимая телефон так, что пальцы побелели. — Что это за фотография?
— Это правда, — его голос был спокоен и бесстрастен. — Правда, которую Константин тщательно скрывает. И я думаю, вам стоит ее узнать, прежде чем вы куда-то полетите. Пока еще не поздно.
У нее перехватило дыхание.
— Что вы имеете в виду?
— Я предлагаю вам встретиться. Прямо сейчас. Обсудить все, как взрослые люди. Но при одном условии: Константин не должен знать об этой встрече. Ни словом, ни намеком. От этого зависит... ваша безопасность.
Сабрина стояла в примерочной, залитой мягким светом, окруженная шелками и бархатами, которые секунду назад казались ей билетом в рай. А теперь она смотрела на свое бледное, искаженное страхом отражение в зеркале и понимала — рай был лишь искусной иллюзией, которую получилось так легко разрушить.