Глава 8 - Гость из Лондона

Весна медленно, но упрямо отвоевывала пространство, проникая даже в самые холодные, обдуваемые ветром углы флигеля Блэквуд-Холла.

По утрам в старом саду, раскинувшемся прямо под окнами пристройки, всё отчетливее слышалось робкое пение птиц, а на ветках берез едва заметно проступала первая нежная дымка. Апрельское солнце теперь дольше задерживалось на скромных, побеленных стенах коридоров, обнажая каждую пылинку. Но сам дом, вопреки пробуждающейся природе, упрямо хранил гнетущую тишину - словно слепота его хозяина погрузила старое родовое гнездо в вечное, мрачное оцепенение.

Через несколько дней после странного письма Анна вновь разбирала почту, принесённую мистером Хортоном.

Среди привычных деловых бумаг и счетов лежал уже знакомый плотный конверт. На дорогой бумаге не было ни имени адресата, ни оттиска личной монограммы, по которой обычно узнают благородных отправителей.

Лишь короткая строчка, выведенная золотистыми чернилами прямо на бумаге:

«Мне почудился едва уловимый аромат первоцветов».

Анна нахмурилась.

В этой строчке не было ни вопроса, ни явного смысла. Скорее, это было простой человеческой мыслью, случайно облеченной в слова.

Она осторожно провела пальцами по краю листа и вдруг замерла. Часть золотистых чернил слегка расплылась, но главное - сама плотная, дорогая бумага в этом месте пошла едва заметной волной. Она подсохла и сморщилась, став шершавой под подушечками пальцев, словно на неё упала большая тяжелая капля.

Девушка сперва подумала о дожде. Но дождя не было уже несколько дней.

Некоторое время она просто стояла у окна, силясь унять внезапное волнение. За стеклом резкий ветер лениво колыхал молодые ветви яблоней, уже подернутые первой, едва заметной зеленой дымкой. Анна присмотрелась к узловатой коре: вопреки затянувшимся холодам, среди крошечных проклюнувшихся листьев вовсю налились и округлились первые тугие бутоны. А земля внизу, у кованых ворот, уже пестрела желтыми чашечками ранних нарциссов.

Поддавшись необъяснимому, чисто человеческому порыву, она вернулась к секретеру, обмакнула перо в чернильницу и на откидной деревянной доске медленно вывела:

«Да, на деревьях уже завязались первые бутоны...»

Она перечитала написанное и почувствовала тревогу.

Граф никогда не ответил бы так.

Но письмо всё равно было отправлено.

---

Так продолжалось некоторое время.

Письма приходили через несколько дней, а иногда почти ежедневно. Если Анна задерживалась с ответом, то следующим утром обнаруживала новое письмо с теми же словами, что и прошлое.

Словно человек по ту сторону боялся остаться без ответа.

Сперва Анна страшилась каждого письма. Она подолгу обдумывала ответы, внимательно прислушивалась к речи графа в моменты, когда была рядом, стараясь уловить его манеру говорить и выражать мысли.

Ей всё казалось, что однажды неизвестный отправитель поймёт: отвечает вовсе не Эдвард Блэквуд.

И тогда непременно разразится скандал.

Но ничего подобного не происходило.

Наоборот - постепенно письма начали меняться.

Однажды короткая фраза оказалась уже не на самом конверте. Анна взяла в руки бумагу и удивленно нахмурилась: снаружи конверт оставался абсолютно чистым, без единого слова, адресата или оттиска. Но внутри него лежал аккуратно сложенный лист.

Потом письма стали длиннее.

Их автор будто бы начал осторожно наблюдать со стороны. Не спрашивал прямо, но иногда в его строках появлялось что-то странное, словно он пытался нащупать душу человека, находящегося рядом с графом.

«Мне удивительно, что вы теперь находите время для моих скромных записок».

Или:

«Рад, что мои весенние наблюдения больше не наводят на вас былую скуку».

Иногда Анне казалось, что этот человек уже обо всём догадался. Но почему-то продолжает молчать.

Именно это беспокоило её сильнее всего.

Но вместе с тем девушка всё чаще ловила себя на том, что ждёт этих писем.

В них не было высокомерия или пустой светской вежливости. Напротив - строки дышали одиночеством человека, который давно лишился возможности говорить открыто.

Иногда незнакомец писал о старом поместье, о ветре в галереях дома, о библиотеке, где слишком тихо по вечерам. Порой - о книгах, природе или воспоминаниях детства.

Анне было удивительно, что эта странная переписка длится уже столько времени и никто ни разу не упрекнул её за неё.

Короткие строки постепенно становились длиннее, живее.

И девушка неожиданно для себя начала наслаждаться письмами этого неизвестного, образованного человека.

---

Однажды вечером граф уснул раньше обычного.

Анна некоторое время постояла возле кровати, убеждаясь, что он действительно спит, затем тихо поправила край одеяла и вышла.

Во флигеле стояла привычная вечерняя тишина.

Лишь где-то внизу уныло потрескивала масляная лампа.

Девушка направилась к лестнице, намереваясь спуститься на кухню и наконец поужинать, но вдруг замерла на площадке.

Снизу доносились приглушенные голоса.

Анна осторожно выглянула между перил.

У входной двери стояли двое мужчин. В сгущающихся сумерках и тусклом свете фитиля девушка различила высокую фигуру мистера Хортона и незнакомца в тяжелом дорожном пальто.

В этот момент из темноты коридора к ним вышла миссис Бёртон.

По её лицу сразу стало понятно, что она рада видеть гостя. Но вместе с тем в строгой осанке читалось явное недовольство.

- Мистер Хортон! - тихо, но укоризненно произнесла управляющая, бросив строгий взгляд на дворецкого.

Затем она повернулась к гостю, и её тон заметно смягчился.

- Дорогой лорд Адриан, я искренне рада видеть вас. Но вынуждена огорчить: его сиятельство строго приказал пока не принимать гостей. Милорду необходимо время, чтобы восстановиться.

Мужчина устало улыбнулся.

- Агнес, не выгоняйте меня. Я только вернулся из Лондона и спешил сюда, едва покончив с делами.

Он осторожно взял женщину за руки.

- Позвольте хотя бы переночевать здесь до завтра. Обещаю, я не стану врываться к Блэквуду без позволения.

Миссис Бёртон тяжело вздохнула, но ладоней не отняла.

- Хорошо, лорд Адриан. Утром я сообщу его сиятельству о вашем приезде и передам вам его решение.

На лице мужчины появилась тёплая, почти мальчишеская улыбка. Он поспешил коснуться губами руки управляющей, и Анна с изумлением увидела, как суровая миссис Бёртон слегка смутилась.

От этого зрелища девушке стало неловко, словно она подсмотрела чужую, слишком личную тайну.

Она быстро отступила назад и бесшумно поднялась обратно наверх.

Живот сводило от голода, но меньше всего ей сейчас хотелось снова столкнуться с кем-либо из них.

---

Утром флигель выглядел почти так же, как всегда.

Анна спустилась на кухню раньше остальных служанок и наскоро перекусила, пока повар заканчивал готовить для графа.
Затем поднялась наверх.

Граф Блэквуд в этот день был на удивление спокоен. Он съел почти всё, что принесла девушка, и даже не раздражался, когда она раздвинула шторы чуть шире обычного.
Анна с теплом наблюдала, как постепенно смягчается его характер. Граф всё ещё не желал выходить за пределы комнаты, всё ещё сторонился людей, но рядом с ней стал гораздо спокойнее, чем прежде.

После завтрака, по пути обратно на кухню, девушку остановила миссис Бёртон.

- Доброе утро, Анна.

- Доброе утро, миссис Бёртон.

Управляющая сложила руки перед собой.

- У меня есть важная новость. В поместье приехал гость. Лорд Адриан Рейнольдс, давний друг его сиятельства.

Анна изобразила удивление.

- О... это ведь чудесная новость. Думаю, милорд будет рад увидеть старого друга.
Миссис Бёртон тяжело вздохнула и покачала головой.

- Боюсь, всё не так просто.

На мгновение она отвела взгляд.

- Я знаю лорда Адриана очень давно. Он хороший и честный человек. Но за ним нужен глаз да глаз.

Анна растерянно моргнула.

- Прошу тебя, не позволяй ему приближаться к комнате графа.

Девушка растерялась от такой странной просьбы, но спорить не стала. Она понимала, насколько тяжело милорд переносит любые волнения, и потому лишь молча кивнула.

---

Немногим позже миссис Бёртон вошла к графу.

Анна как раз закончила уборку и теперь ожидала за дверью в коридоре, невольно прислушиваясь.

Сначала стояла тишина.

Потом голос графа резко изменился.

- Нет.

Сквозь закрытую дверь донесся тихий, оправдывающийся голос управляющей.

- Я сказал - нет, Агнес.

В его голосе слышались раздражение и... тревога.

Анна нахмурилась.

Когда миссис Бёртон вышла, её лицо выглядело усталым и расстроенным.
Но девушка всё же была рада тому, что граф хотя бы не начал швырять вещи, как бывало раньше.

---

- Вы уже говорили с ним? - неожиданно спросил граф, когда Анна принесла обед.

- С кем, милорд? - удивилась девушка.

И тут же поняла.

- Если вы спрашиваете о нашем госте... то нет. Мне ещё не представилось случая поговорить с ним.

Граф коротко хмыкнул.

В этом звуке чувствовались и недовольство, и какое-то внутреннее напряжение.

- Вот и хорошо, - тихо сказал он. - И не говорите с ним.

- Почему же, милорд? Неужели этот человек дурной?

Граф слегка замялся.

- Просто делайте, что я говорю, Анна. Этот человек... слишком любопытен. Он может начать расспрашивать вас обо мне.

Анна мягко улыбнулась.

- Что вы, милорд. Я умею держать язык за зубами. Как я могу предать доверие вашей милости?

Мужчина медленно вздохнул.- Хорошо.

Некоторое время он молча водил ложкой по тарелке.

- Я больше не хочу есть. Уберите.

Анна опустила взгляд на почти нетронутый обед, но спорить не стала.

Она взяла поднос и направилась к двери.

Открыв дверь, девушка тихо ахнула и едва не выронила посуду.

Прямо перед ней стоял лорд Адриан. Вблизи его лицо казалось серьезным, даже строгим, а серо-карие глаза внимательно смотрели на нее.

- Что случилось, Анна? - сразу раздался встревоженный голос графа из глубины комнаты.

- Всё хорошо, милорд, - поспешно ответила девушка, стараясь говорить спокойно. - Я просто была неосторожна и едва не споткнулась.

Лорд Адриан подался вперед, пытаясь заглянуть через её плечо, но Анна тут же рванула на себя ручку и закрыла тяжелую дубовую дверь.

- Прошу пройти со мной, сэр, - тихо сказала она и поспешила отвести гостя дальше по коридору, где их голоса уже не могли достигнуть слуха графа.

К её удивлению, лорд Адриан послушно пошел следом и молчал до тех пор, пока девушка не остановилась.

- Простите, милорд, - выдохнула Анна, неловко приседая в полуреверансе, всё ещё удерживая тяжёлый поднос.

- Что вы. Я всё понимаю, - спокойно ответил он.

Анна осторожно подняла взгляд. Теперь она могла лучше рассмотреть его лицо. Лорд Адриан был красив той живой, тёплой красотой, которая сразу располагала к себе. Но в его взгляде читалась глубокая усталость.
И проницательность - слишком пристальная, несоразмерная простому разговору со служанкой.

- Я прежде не видел вас здесь, - заметил мужчина.

- Да, лорд Адриан. Я служу графу не так давно.

- Вот как.

На губах мужчины появилась слабая улыбка.

- И вы уже знаете моё имя?

Анна слегка смутилась.

- Миссис Бёртон сказала, что вы давний друг его милости.

- Миссис Бёртон... - тихо повторил он.

Что-то мелькнуло на его лице - лёгкая грусть или разочарование. Но уже через секунду лорд Адриан вновь выглядел абсолютно спокойным.

- Значит, Блэквуд по-прежнему никого не подпускает к себе?

Анна растерялась.

- Простите, милорд... я не думаю, что имею право говорить о делах графа.

Мужчина посмотрел на неё еще внимательней. И вдруг тихо усмехнулся.

- Рад видеть, что покой Блэквуда охраняют столь надежные руки.

Анна не знала, было ли это похвалой.

---

Позже тем же вечером она подавала чай в небольшой гостиной флигеля (коттеджа).

В камине тихо потрескивали дрова.

Лорд Адриан сидел напротив миссис Бёртон и выглядел человеком, который изо всех сил старается сохранять спокойствие.

- Вы совсем не изменились, Агнес, - мягко произнёс он.

- А вы всё так же умеете красиво говорить, милорд, - спокойно ответила женщина.
На лице мужчины мелькнула улыбка, но быстро исчезла.

- Как он?

Миссис Бёртон осторожно поставила чашку.

- Врач настаивает на полном покое. Его сиятельство сейчас тяжело переносит любые волнения. Ему необходим период восстановления... как физического, так и душевного.

Лорд Адриан медленно опустил взгляд.

- Несколько месяцев назад Блэквуд перестал отвечать на мои письма. Я не находил себе места.

Он тяжело выдохнул.

- Мне пришлось задержаться из-за дел семьи, но я прибыл сюда сразу, как только смог освободиться.

Миссис Бёртон молча слушала.

- Я не собираюсь заставлять его встречаться со мной, - продолжил мужчина. - Но хочу остаться здесь хотя бы на несколько дней. Даже если он не пожелает меня видеть... пусть знает, что рядом есть человек, готовый протянуть ему руку.

После этих слов в комнате повисла тишина.

Анна молча наливала чай, но почему-то чувствовала странную тяжесть в груди. В словах лорда Адриана было столько искреннего беспокойства, что ей становилось всё труднее понимать тревогу графа.

И всё же... что-то в этом человеке заставляло её настораживаться.

Не потому, что он казался дурным. Напротив. Он слишком проницательно замечал всё вокруг. Слишком легко располагал к себе людей.

И Анна начинала понимать, почему граф не желал этой встречи.

---

За ужином граф первым нарушил тишину.

- Он уехал?

Анна невольно растерялась.

- Нет, милорд. Лорд Адриан решил остаться здесь на несколько дней.

Только сказав это, она поняла, что, вероятно, не должна была сообщать подобное раньше миссис Бёртон.

Но что она могла ответить, когда сам граф задал вопрос?

Мужчина медленно отодвинул тарелку.

- Уберите.

- Но вы почти ничего не съели...- Анна.

Девушка сразу замолчала.

В его голосе не было раздражения.

Лишь усталость.

Она уже собиралась уйти, когда всё же тихо спросила:

- Почему вы не хотите встретиться с ним? Он выглядит искренне обеспокоенным вашим состоянием.

Некоторое время граф молчал.

Потом медленно отвернул лицо к окну.

- Адриан... всегда был слишком упрям.

Анна не перебивала.

- Если ему покажется, что происходит что-то дурное... он не остановится, пока не доберётся до истины.

В голосе графа впервые прозвучала настоящая тревога.

- А некоторые тайны лучше оставить погребёнными.

Анна почувствовала, как по спине пробежал холод.

Она больше ничего не спросила.

---

Ночь выдалась необычайно тихой.

Даже ветер за окнами будто утих, и старый флигель погрузился в тяжёлое, сонное безмолвие. Анна долго не могла уснуть. Слова графа продолжали звучать у неё в голове, смешиваясь с образом лорда Адриана - его внимательного взгляда, спокойного голоса и той странной тревоги, которую он, казалось, старательно скрывал.

Наконец усталость всё же взяла верх.

Но спала девушка недолго.

Её разбудил глухой шум.

Сначала Анна не поняла, что именно услышала. Она резко открыла глаза и несколько секунд лежала неподвижно, прислушиваясь к темноте.

Тишина.

А затем - тяжёлый кашель, глухой удар и какой-то сдавленный звук, от которого по коже мгновенно пробежал холод.

Анна тут же вскочила с постели, сбрасывая с себя одеяло и выбежала в коридор.

Навстречу ей, распахивая дверь соседней комнаты, выскочил лорд Адриан. Без сюртука, в одной рубашке и с зажженной свечой в руке.

- Что случилось? - сразу спросил он.

- Милорд... - только и выдохнула Анна.

Они одновременно бросились к комнате графа. Лорд Адриан первым толкнул тяжелую дубовую дверь, и они ворвались внутрь.

Граф лежал возле кровати, тяжело опираясь рукой о пол. Видимо, он пытался подняться, но силы покинули его прежде, чем ему удалось сделать хотя бы шаг.

Анна тут же опустилась рядом.

- Милорд!..

Мужчина едва слышно, хрипло застонал. Его лоб горел от иссушающего жара, дыхание было рваным, а руки крупно, неудержимо дрожали. Его снова сотряс пустой, изнуряющий рвотный позыв.

- Нужно позвать доктора, - быстро сказала девушка, пытаясь помочь графу приподняться.

Лорд Адриан замер рядом, высоко подняв свечу.

И этого мимолетного мгновения Анне хватило, чтобы увидеть выражение его лица. На нем застыл неподвижный, парализующий страх. Настоящий. Безмолвный. Будто человек внезапно увидел перед собой то, чего смертельно боялся уже очень давно.

Анна не стала ждать, пока он придет в себя.

- Лорд Адриан! - резко, непривычно громко для служанки прикрикнула она, заставив его вздрогнуть. - Пожалуйста! Скорее!

Её голос подействовал как пощечина. Он словно очнулся.

- Да... да, конечно. Доктор... я сейчас.

Мужчина, едва не выронив свечу, бросился прочь из комнаты, его шаги стремительно удалялись по лестнице вниз.

Анна тем временем осторожно помогла стонущему графу приподняться и сесть, облокотив его спиной о край кровати.

Эдвард что-то бессвязно, в бреду прошептал, но девушка не смогла разобрать слов.

- Всё хорошо, милорд. Доктор уже едет. Пожалуйста, постарайтесь дышать спокойно...

Она сама не знала, кого сейчас пытается успокоить больше - графа или себя.

---

Оставшаяся часть ночи прошла словно в тумане.

Доктор Харрис прибыл ещё до рассвета.

К тому времени графа уже сильно знобило. Его мучили надрывные приступы кашля, а иссушающий жар становился всё сильнее. В какой-то момент мужчине снова стало дурно, и Анна, не обращая внимания ни на усталость, ни на испачканную одежду, молча помогала ему, стараясь сохранять хладнокровие.

Доктор работал быстро и сосредоточенно. Миссис Бёртон приносила горячую воду и необходимые снадобья. Анна почти не отходила от постели.

А лорд Адриан всё это время находился в комнате. Но теперь он казался совсем другим человеком. Тихим. Подавленным.

Он почти не заговаривал и словно старался занимать как можно меньше места, будто боялся даже своим присутствием причинить другу вред.

Лишь однажды он подошёл ближе, когда Эдвард в бреду попытался резко подняться.

- Нет... не нужно... - хрипло прошептал граф, прерывисто дыша.

Анна попыталась удержать его, но мужчина оказался сильнее, чем казалось в таком состоянии.

Тогда рядом мгновенно оказался лорд Адриан.

Он осторожно взял друга за плечи.

- Эдвард... это я. Успокойся.

Граф внезапно замер.

На несколько мгновений в спальне воцарилась такая тишина, что слышно было лишь потрескивание свечи.

Казалось, даже сквозь болезненный бред Эдвард узнал этот голос.

Затем силы вновь покинули его, и он тяжело опустился обратно на подушки.

После этого лорд Адриан медленно отошёл к креслу у окна и больше не двигался.

Анна лишь однажды украдкой посмотрела в его сторону.

Мужчина сидел, опустив голову и сцепив руки так сильно, что побелели пальцы.

В полумраке девушке на миг показалось, будто он тайком вытер глаза.

Но она сразу отвела взгляд.

---

К утренним часам лихорадка наконец начала понемногу отступать.

Жар всё ещё держался, но дыхание графа стало ровнее, а тяжелый бред постепенно проходил.

Доктор Харрис велел оставить больного в покое и ненадолго вышел в коридор, чтобы поговорить с миссис Бёртон.

В спальне воцарилась тишина.

Только напольные часы глухо отсчитывали минуты да чадила догоравшая свеча, чей бледный огонек уже терялся в сером рассветном свете.

Анна осторожно меняла воду в тазу, стараясь не греметь фарфором, когда услышала слабый, прерывистый голос:

- Анна...

Она тут же оставила кувшин и подошла ближе.

- Я здесь, милорд.

Граф долго молчал, словно собираясь с последними силами.

- Мне показалось... - тихо произнёс он наконец. - Я слышал Адриана.

Анна нерешительно взглянула в сторону дальнего окна.

Лорд Адриан всё ещё сидел там, в глубоком кресле. Усталый. Бледный. Словно совсем обессилевший.

- Вам не показалось, милорд, - осторожно ответила девушка. - Лорд Адриан был здесь всю ночь. Он и до сих пор тут.

После этих слов граф надолго замолчал.
Анна уже подумала, что он снова забылся сном, когда мужчина едва слышно выдохнул:

- Пусть подойдёт.

Девушка тихо отступила назад.

Лорд Адриан поднялся не сразу.
Некоторое время он просто стоял неподвижно, глядя на осунувшееся лицо друга. Затем медленно пересёк комнату и сел на стул рядом с кроватью.

Эдвард не повернул головы к нему.

Адриан тоже молчал.

Но в этой тишине было столько невысказанного, что Анне вдруг стало неловко находиться рядом. Она чувствовала себя лишней в этой комнате.

И всё же уйти без приказа она не смела.

Поэтому девушка бесшумно отошла к дальнему углу и замерла там, стараясь даже не смотреть в сторону постели.

За стеклом лениво качались молодые ветви деревьев.

Наступало холодное апрельское утро.

А в комнате стояла тяжёлая, давящая тишина двух людей, которых связывало слишком многое, чтобы всё можно было выразить словами.