VI. Ночь в горах.

В саду Элронда было очень красиво: ночные звезды тихо мерцали над широким кустарником, везде разносился аромат цветов, а густая листва скрывала от посторонних глаз того, кто не хотел быть замеченным. Тонкие ручейки орошали зелень каплями влаги, ажурные мостики изгибали спинки над ними, подобно дельфинам над океаном, высокие беседки вздымали свои шпили в темное небо, усыпанное точками звезд, а откуда-то издалека доносилось нежное пение эльфов.

Бильбо мог бы наслаждаться обстановкой — если бы, конечно, ему не было так паршиво. Обиженный до глубины души, он нервно приземлился на первую попавшуюся скамеечку и подпер подбородок руками, мрачно уставившись на крохотный пруд, в котором плавали золотистые рыбки.

— Вам хорошо, — сказал им хоббит. — За вами не охотятся два здоровенных гнома, пытаясь вас завоевать, как какую-то вещь.

Но чем больше он размышлял о сложившейся ситуации, тем больше сердился. Нет, вы только подумайте! Он — почтенный сквайр из Шира, владелец небольшого, но вполне прибыльного поместья, участник большого Приключения с вполне достойной конечной целью и друг могущественного волшебника Гэндальфа. А на него, понимаешь ли, спорят! Такое нельзя было спустить с рук ни в коем случае!

— Я им отомщу! — пообещал хоббит рыбкам. — Они у меня еще узнают, что такое спорить на жителя Хоббитона!

Сгоряча он хотел было попробовать продолжить их игру и поссорить двух друзей между собой, но потом представил конечный итог — и покачал головой. Нет, он ведь не настолько подлый! Такой ход впору какому-нибудь гоблину бесчестному...

Раздумывая, Бильбо опустил ногу в озерцо, и удивленные рыбки принялись пощипывать мягкими губами его босые пальцы — наверное, думали, что это лакомство.

Тихонько рассмеявшись от щекотки, хоббит кивнул своим мыслям. Да. Честность — самая лучшая политика сейчас.

Он решительно поднялся со скамеечки и отправился обратно к отряду. Вид у хоббита был такой деловитый, что встретившийся на его пути эльф удивленно вскинул брови и с легким поклоном уступил дорогу. Впрочем, Бильбо не обратил на это внимания. Его интересовали лишь господа спорщики.

Вернувшись в гостиную, он застал Торина сидевшим рядом с Двалином у камина. Король гномов задумчиво курил, глядя на языки пламени: наверное, в очередной раз вспоминал ужасного дракона, разрушившего его дом, а может, просто задумался о чем-то.

— Доброго вечера, — саркастично приветствовал его Бильбо, встав перед гномом и скрестив на груди руки. — Торин, пожалуйста, отдай Двалину свой кинжал — тот, красивый, с драгоценными камнями.

— Что, простите? — изумился тот, поднимая голову. — Зачем мне отдавать ему свое оружие?

— Ну, свое слово надо держать, Ваше Величество, — хоббит усмехнулся, глядя, как вытягиваются лица у обоих спорщиков. — Считайте, что Двалин выиграл, я принял решение в его пользу — так что тебе придется раскошелиться!

Он едва ли не силой выхватил кинжал из рук Торина — откуда только сила взялась?! — и протянул его воину.

— Держи, владей. Вполне достойная награда за мою скромную персону.

А затем он попытался удалиться, гордо вскинув подбородок. Впрочем, к этому моменту оба гнома достаточно пришли в себя от удивления, чтобы удержать его.

— Подождите, — Торин удержал его за локоть. — Мы действительно поспорили на вас, мистер Бэггинс, но это было довольно глупо и опрометчиво.

— Я тоже так считаю, — поджав губы, отозвался Бильбо.

— Ты славный парень и очень нам нравишься, — Двалин с грубоватой лаской коснулся кончика его уха. — Кинжал тут уже ни при чем, пойми.

— Свои добрые намерения гномы проявляют лишь на словах, об этом я уже догадался, — сухо откликнулся полурослик. — Отпустите меня! Когда мне понадобятся отношения, я и сам найду того, кто мне по сердцу, — и это точно не будут два здоровых болвана, один из которых по недоразумению напялил корону!

— Ого, да это бунт! — весело изумился Торин. — А ну-ка, держи его!

Они вдвоем ухватили хоббита за плечи и чуть не силой усадили между собой на ковер у камина. Бильбо осознал, что не сможет вырваться, и притих, рассерженно пыхтя.

— Пари было глупой идеей, — шепнул ему в самое ушко Торин, согрев жарким дыханием. — Но, быть может, вы предпочтете открытую игру, мистер Бэггинс? Мы не отступимся, так и знайте!

— Учту на будущее и буду ложиться спать рядом с кем-то другим, — подтвердил полурослик и все же улизнул, спихнув удерживающие его руки. Двалин тихо засмеялся.

— Экий привереда! Слышал, Торин, что излагала наша оскорбленная невинность? Мы с тобой оба его недостойны, видишь ли!

— Ну нет, — упрямо процедил король. — Я все равно добьюсь этого маленького хитреца, даже несмотря на потерю кинжала! Теперь это уже вопрос самолюбия.

— А оно у тебя и так больное, — шепотом признал воин, с усмешкой глядя на рассерженного побратима. — Ладно. Значит, игра продолжается в новом качестве.

Из Ривенделла они уходили в такой спешке, что даже не удосужились попрощаться с хозяевами долины. Все до единого гномы были рады покинуть неприятное для них место, где, на их вкус, было слишком много остроухих. Мнения Бильбо традиционно никто не спросил, к чему хоббит уже почти привык. Он шагал по горной дороге вверх, опираясь на свой дорожный посох, и слушал голос Балина, который рассказывал о здешних местах. Старик знал множество легенд и сказаний — и внимать им точно было гораздо лучше, чем сосредотачиваться на двух заинтересованных взглядах, что сверлили его спину. Точнее, не совсем спину.

Туманные горы встретили их не очень-то приветливо. С утра поднялся густой туман, в котором легко было потеряться, если не знать, в какую сторону идти. Бильбо злорадно подумал, что Торин очень вовремя передал выбор пути Балину. Сам высочайший монарх наверняка заблудился бы тут в момент.

На пути то и дело встречались высокие валуны и коварные ущелья, в которые только чудом никто не свалился. Пони здесь легко переломали бы ноги, так что оставалось горько радоваться, что у них больше нет при себе лошадок.

Бильбо шагал рядом с Бофуром, который стал невольно причастен к провалившемуся спору и пытался утешить обиженного хоббита — с минимальным, впрочем, успехом.

— Никогда их не прощу! — сердился Бильбо. — Подумать только, я ведь поверил, что и в самом деле дорог им обоим! А оказалось, что я стою столько же, сколько несчастный кинжальчик!

— Между прочим, с продажи этого «несчастного кинжальчика» можно выручить столько, что хватит на покупку всего твоего городка с его жителями и домами, — доброжелательно сообщил мориец, хитро наблюдая за реакцией хоббита. Бильбо поперхнулся невысказанным возмущением и изумленно уставился на товарища, хлопая ресницами.

— Что, правда? — пробормотал он. — Вот как...

И притих, старательно обходя острые камни. Конечно, это немного льстило ему, но, по сути, ничего не меняло. Спор есть спор, а он не вещь, чтобы так с ним обращаться!

Ситуация несколько изменилась через пару дней, когда отряд миновал относительно безопасные предгорья и начал подниматься выше на коварные склоны. Здесь было столько неожиданных ловушек и спрятанных под снегом провалов и расселин, что гномам стало ни до чего. Все шли гуськом, первый непременно разведывал дорогу, прежде чем вести по своим следам остальных. Отряд продвигался черепашьим шагом, что очень беспокоило Торина. Этак они до дня Дурина тут просидят!

Впрочем, именно такие скрытые опасности неплохо сплачивали товарищей по несчастью. Как-то вечером, когда отряд наверстывал последние пару миль перед привалом, Ори не повезло все-таки угодить в расселину. Счастье, что провал был не особенно глубок, а на его дне располагался многофутовый слой снега, а то пареньку не поздоровилось бы!

— Надо слазить за ним, — решил Торин. Бильбо только хотел с сарказмом объявить, что теперь, должно быть, пришло время Взломщика отрабатывать свои харчи, как узбад, обвязавшись вокруг пояса веревкой, спрыгнул в расселину сам.

Охнув, хоббит невольно подался вперед, вглядываясь в темноту. Ночью легко промахнуться и угодить на острые обломки скал, что во множестве торчали по стенам расселины! В этот момент Бильбо позабыл про свою обиду и просто беспокоился за предводителя их отряда.

— Не волнуйся, — Двалин подмигнул ему, понемногу травя веревку и придерживая таким образом короля. — Торин знает, что делает. Мы с ним — птицы стреляные, не в одном походе побывали! Ори грозит разве что соскучиться, пока Торин за ним спустится.

И впрямь, узбад показался на поверхности через некоторое время, крепко ухватив за плечи молодого гнома. Ори ничуть не испугался и даже посмеялся над тем, что не заметил расселины рядом с собой!

— Поменьше в облаках витай, — посоветовал ему Дори, благодарно кивая Торину и слегка шлепнув братишку пониже спины, чтобы не отвлекался.

Ночью хоббит задумчиво смотрел на лицо короля, сидевшего у костра. Вид у Торина опять был до крайности задумчивый и неприветливый, но до Бильбо уже дошло, что это лишь маска. Спасенный Ори выглядел совершенно спокойным, как будто, раз уж его взялся выручать Торин, ничего плохого просто-напросто не могло произойти в принципе!

Это было немного странно, и Бильбо обещал самому себе обдумать эту мысль. За день он изрядно устал, поэтому уснул почти сразу, не успев додумать до конца.

Двалин подсел к побратиму и одобрительно кивнул.

— Ори просил передать спасибо — сотое за этот вечер. Но тебе, я так понимаю, восхищение Бэггинса куда важнее?

— Так и есть, — степенно подтвердил король. — Даже не старайся, дружище. Этот паренек все равно будет моим, я это сердцем чувствую.

— Посмотрим, — только и ответил Двалин — и отправился в караул. Сегодня ночью была его очередь.