Кожа

В знакомом клубе пахло незнакомой едой. Максим старался не морщиться, не воротить нос. Протискивался через обтянутые в латекс и перевязанные кожей тела, шел напролом. На него шикали. Спрашивали, «чей». Он с мстительной радостью отвечал про себя: «Ничей». И шел дальше.

— Макс? — спросил Крис. Удивился, разозлился, успокоился. На все ушла секунда. Держать себя в руках мужик научился мастерски — это Макс понял еще с их первой встречи.

— Здрасьте, — ответил он, протягивая руку.

— И тебе не болеть, — сказал Крис, но руку не подал. Спросил: — Ты с долгами пришел разобраться?

— Да, — кивнул Максим, продолжая держать руку.

— Хорошо, — согласился Крис, пожал руку, показал на столик.

Сидели неизвестные. Максим видел пару из них мельком, а еще четырех — ни разу. Все равно лучше было зайти сразу. Не хватало еще, чтоб Крис или, еще хуже, Игорь узнали про его возвращение от знакомых.

— Надолго? — спросил Крис, подзывая официанта. Мальчик пришел быстро, принял у Макса нехитрый заказ — виски-колу, и ушел.

— Надеюсь, да, — ответил Максим.

— Игорь на тебя злился.

— Да, я знаю.

— Ты с деньгами?

— Да, с деньгами. И за деньгами.

— Нагулялся?

— Вроде того. Налетался, в основном.

Крис представил Максима сидящим за столом людям, что уже было хорошим знаком, а потом ненадолго отстал. На сцене пороли — это Макс не любил. С первого раза, как увидел. Порка для него была приветом из детства, когда мать пыталась выбить дурь. У нее, конечно, ничего не вышло — не то из-за характера, не то из-за малой физической силы. Макс не вдумывался. Он злился на нее за те неудачные разы. Даже наказать нормально не могла. Теперь даже та детская злость казалась глупостью. Он улыбнулся виски-коле и проглотил немного.

— Сам позвонишь? — спросил Крис, когда экшн закончился и люди потянулись к барной стойке.

— Я скинул сообщение, он пока молчит. Позвоню завтра в обед. Зачем людей беспокоить?

— Ты как-то... поумнел, — сказал Крис.

— Нет, просто соскучился. Мне тогда не хотелось, чтобы все так закончилось. Просто нужен был... свежий воздух.

— И беспроцентный кредит?

— Нет. Беспроцентный кредит — это для ребят. Я себе ничего не взял. Он бы... он бы сам предложил. Он хороший. Я мудак, а он хороший.

— У него теперь есть другой хороший, Макс. Не лезь.

— Нет, — ответил Макс, усмехаясь. — Я даже не думал. У нас все уже сказано и сделано. Осталось расплатиться. Да и ребята уже взрослые.

— Вы как муж с женой, которые детей вырастили, — заметил Крис.

— Наверное, так и было. Кому-то надо было. Давай замнем, а? Тебе секретарь не нужен?

Крис долго смотрел на него, оценивал, отворачивался, поворачивался. Потом сходил к барной стойке, приложив к уху телефон. Звонил. Вернулся, сел, улыбаясь.

— У меня теперь униформа. Согласишься — место твое.

— Униформа? Дай угадаю, Виктор Степаныч хочет, чтоб я разгуливал в латексе?

— Нет, Максим. В коже. В узких кожаных штанишках и жилетке. Будешь раскручивать бренд.

Максим засмеялся, допил виски-колу и кивнул. Незнакомый запах постепенно становился родным.