Эпилог
На город опустилась ночь. Смех и громкие разговоры веселых шумных компаний разносились с разных сторон улиц. Алекс бесцельно брел, смотря себе под ноги. Поздоровался с парой знакомых, перекинулся несколькими словами. Трава под ногами была еще влажной – вечером прошел долгожданный дождь, остудив жаркое и раскаленное на солнце побережье. В темном небе ни облака. Гроза ушла в сторону океана, оставив город свежим и остывшим, с чистым бескрайним черным небом, усыпанным мириадами далеких звезд. Он присел на скамейку, и во все глаза смотрел в пугающую завораживающую бездну мироздания.
Сегодня был крайне тяжелый и долгий день для Алекса. Кэролайн, кажется, съела ему весь мозг своими бабскими закидонами и вечными проблемами на ровном месте. Она была красивой, умной девочкой из хорошей, приличной семьи – лучшая партия для Алекса, во всяком случае, все так говорят. Безупречная картинка будущего брезжила на краю сознания всем известной американской мечтой. Шикарный дом в пригороде с белым кольчатым забором, бассейн и качели на заднем дворе, новый Escalade возле гаража на две машины, Кэролайн с жемчужной улыбкой в желтом легком платье последней коллекции Versace и с увесистым бриллиантом на безымянном пальце.
Сегодня отец Алекса сообщил, что ему не обязательно проходить стажировку и быть младшим консультантом, что он может сразу занять приличную должность в конторе – образование Алекса может с легкостью это позволить. Зря Алекс поделился этим с Кэролайн – та вцепилась в новость как акула в свою жертву, настаивая на том, чтобы Алекс даже не думал и соглашался. У Алекса на это была иная точка зрения. Он не любил блат и все что с ним связано. Сам купил себе первую машину, своими силами и мозгами поступил в приличный Колледж, почему он должен поступаться своими жизненными принципами и подтасовывать неминуемо приближающееся будущее. С Кэролайн все понятно - в её ежедневнике уже был составлен подробный план на ближайшие пару десятков лет, она уже дала имена их будущим детям, знает от какого Кутюрье будет на ней свадебное платье и в какой цветовой гамме будет украшен банкетный зал. Наверное, Алекс поторопился, познакомив её с родителями. С Кэролайн они встречались лишь несколько месяцев, Алекс даже опомниться не успел, как все вокруг их давно поженили. Нет, он не готов к этому. Пока не готов. Может чуть позже. Наверное, все же стоит снять для них двоих квартиру, чтобы успокоить её на время. Погрязнув с головой в бытовые дела и каждодневные проблемы, он разучился смотреть на себя со стороны. Подумать о чем-то большем, значительном и высоком. Как это небо над его головой. Когда-то давно, в детстве, он это умел – смотреть на все со стороны, подмечать незначительные детали, проводить анализ того, что увидел за целый день, втайне считая это умение своей суперсилой. Что стало с тем Алексом?
Алекс повернулся на звук шаркающих шагов, доносившихся слева от него, и в полумраке разглядел парня, еле переступающего ногами. Ничего удивительного – вечер пятницы. Кампус полон гуляющей молодежи. Кто-то пьян, кто-то под веселящей травой, а кто вообще под чем потяжелее. Парень прошел мимо и двинулся в центр футбольного поля, хотя Алекс сомневался, что тот знал куда шёл – траектория его движения была крайне нестабильной. На пути этого парня была компания, что-то оживленно обсуждающая, видимо, это их кореш, что выбился из строя. Алекс снова задрал голову наверх, погружаясь в свои мысли. Он поморщился, когда компания оживилась еще больше, дикий ржач бесил и отвлекал от мыслей о высоком и прекрасном небе. Он видел, как кто-то толкнул шатающегося парня, тот чуть не клюнул носом в землю, но каким-то чудом устоял в вертикальном положении.
- Да я серьезно, это он! Я видел его с Эшли! Чёртов сёрфер всех нормальных телочек заграбастал, а теперь и на мою нацелился! Э! Слышь? Я к тебе обращаюсь! Если еще раз увижу рядом с Эшли, я тебе всю твою смазливую рожу разукрашу. Ты понял?
- Здоров, пацаны.
- О, Алекс, какими судьбами? – Алекс подошел к компании, в надежде разогнать эту шоблу, обеспечив тем самым для себя приятное и тихое времяпрепровождение на остаток вечера.
- Да, вот только с вечеринки. Вы в курсе, что у Рика пляжное пати?
- У Рика? Серьезно? Сейчас? Да ты, должно быть, шутишь? – загалдели в один голос.
Алекс усмехнулся про себя. Конечно, они не слышали о ней, ведь вечеринки Рика строго закрытого характера и только для особо приглашенных.
-Да, у меня башка разболелась, вот я и свалил. А вы давайте дуйте туда. Там очень горячо, поверьте мне на слово! Скажете, что от меня.
- Да мы и не сомневаемся. Спасибо, брат, должны будем! Валим, чуваки!
-А с этим чё?
- Да хер на этого укурка. Может, это вообще не он был. Если увидишь точно, что это он, тогда другой разговор.
Компания свалила, оставив Алекса и укурыша в полной тишине. Алекс обернулся и увидел, что парень все же раскинулся звездой на траве. Он подошел ближе, убедиться, что с ним все в порядке, вдруг человеку плохо, а он уйдет и не поможет ему. Подойдя ближе, Алекс разглядел длинные светлые волосы и широко распахнутые глаза, пораженно взирающие прямо в открытое небо. Алекс чуть наклонился над ним и встретился с прояснившимся на секунду взглядом.
- Где ночью упал, там и планетарий? На самом деле хорошая идея, не пойму, как я сам до этого не догадался, угол обзора однозначно лучше, – Алекс посмеялся сам с собой, потом понял, что парень находится явно не здесь, не в этой вселенной, по крайней мере, и сам завалился на спину, сделав глубокий вдох.
- Ты тоже видишь это?
- Думаю, сейчас мы видим разные вещи, мужик.
- Вселенной неважно кто мы, ей плевать на наши проблемы, на то, что стоит у нас за душой, какие демоны скрываются в каждом из нас.
- Аминь, брат, - Алекс хмыкнул. Не один он, видимо, сегодня думает о вечном.
- Песок пересыпается - и снова
Земля грустит, и наступает вечер.
Я - мира твоего абсолютная основа,
Я - вечен.
Как первый снег, пройду, не умирая,
Вам тяжкое не оставляя бремя.
Я судьбами всецело управляю,
Я - время.
...Пересыпается песок столетий.
Земля грустит, и наступает вечер.
Я - то, что вам нужней всего на свете,
Я - вечен.
Алекс пораженно уставился на блондина, тот говорил абсолютно трезво и вменяемо, без единой запинки, с хорошей дикцией и с правильной расстановкой ударений и акцентов. Этот блондин настолько чётко попал в настроение Алекса, что он опасливо подумал, а не читает ли этот блондинчик мысли.
- Не знаю, кто это сказал, но однозначно это лучшее, что я слышал за последнее время, - Алекс опять повернулся к звездам.
- Их так много...слишком много...
- Конечно, это же бесконечное пространство, нам никогда не счесть их.
- Почему у созвездий такие странные названия?
- Думаю, у Древних Греков были на это причины.
- Уверен, для этого у них не нашлось названия, - парень ткнул пальцем вверх, показывая только ему сейчас доступное изображение.
- Можешь назвать, как твоей душе будет угодно, об этом все равно никто не узнает. Сегодня крайне странный день, - задумчиво добавил Алекс.
- Сегодня, да. Одиннадцатое октября. Хорошее название. Лучше, чем Волосы Вероники к примеру.
- А такое есть на самом деле? – Алекс прыснул, - Я тебе не советчик, знаю только Кассиопею и Орион.
- Да, есть, читал где-то.
- Слушай, полуночная поэзия — это, конечно, круто, безусловно, но, наверное, стоит подумать о том, как тебе добраться до дома, я не могу оставить тебя здесь, зная, что по округе всякий сброд шастает.
- Под звездами так хорошо. Я слышу их.
- Не сомневаюсь, мужик. Давай вот так, - Алекс, кряхтя, поднимал с травы расслабленное тело, - Ты здесь на кампусе живешь? Ооо чёрт, - он чуть обратно на землю не грохнулся - этот укуренный паралитик вообще на ногах не стоял.
- Да, тут. Комната тридцать...ой триста...два...двадцать...нет тридцать два.
- Твою мать, так триста двадцать или триста два или...тьфу, блин, сам запутался.
- Он слышит звезды! Знать, сошел с ума
А я отвечу вам: ночной порою
встаю; заслышав их окно открою -
Дрожу, как будто ночь поет сама.
- Да, чтоб тебя! – Алекс все же завалился на землю вместе со своей поэтичной ношей, - Нахрен звёзды, ногами давай переставляй! Ладно, прорвемся, и не ТАКОЕ приходилось тащить, - Алекс по новой повесил на себя не сопротивляющегося парня, - Ножками, топ-топ, вот так, сейчас я быстро тебя научу заново ходить.
- Или двести тридцать два... нет не так...двести два...
- Блин, да понял я. Сейчас отгрузим тебя, где побезопаснее, не волнуйся.
Вот уж повезло, так повезло этой ночью, ничего не скажешь. Блондин повис на его шее и постоянно читал стихи – его память конкретно в этой области отменно работала, в отличие от его ног. Алекс надорвался весь, таща на себе далеко не легкого парня. Шли по прямой, обходить еще не высохшие лужи у него просто сил не хватит, да и маневренность не та. Он скривился, чувствуя, как хлюпает в кедах – однозначно им хана.
- Давай ты заткнешься и сосредоточишься на том, чтобы ногами переставлять, ага? Бля буду, брошу в лужу. Из-за тебя я и так кеды нормальные испоганил, нарик недоделанный. Вот, смотри, цель прямо перед тобой. Иди на свет, пацан, слышишь?
- На свет? Да ну, нахер! Я еще жить хочу! – тело забуксовало на месте.
- Ой, бляяяя, - Алекс заржал на всю улицу, - Я про вывеску «Батти Бойз», придурок, блин, ой не могу, - отсмеявшись, Алекс потащил пацана дальше по улице.
- Воздух-воздух, я земля, как слышите, прием?
В кафе почти не было посетителей, Алекс усадил блондина за ближайший столик – тащить того на себе уже сил никаких не было. Парень с закрытыми глазами откинулся головой на спинку диванчика и сидел абсолютно неподвижно. Алекс пощелкал пальцами у его носа – ноль внимания, тогда он чуть похлопал по щеке, внимательно всматриваясь в лицо – блондин резко распахнул глаза невероятно зеленого цвета с расширившимися зрачками, поморгал, ошарашенно поглазел по сторонам, соображая, где находится.
- Ооо чёрт, никогда в жизни больше курить не буду. Где это мы?
- В Батти Бойз.
- В Батти Бойз?
- Ну да, забегаловка рядом с кампусом, не знаешь, что ли?
- А вон что, а я думаю, почему так вкусно пахнет. Как жрать-то охота. Я бы и слона сейчас съел.
- Побочка на лицо, - хмыкнул Алекс, - сейчас что-нибудь замутим, - Алекс подозвал вялую официантку и сделал заказ на двоих. Он по себе знал, что на «поесть» не хило так пробивает после косячка. Хоть Алекс и был противником всякого рода наркоты, но что уж греха таить, пару раз пробовал – угощали. Парень на наркомана явно не смахивал – прилично одет, длинные волосы чистые и ухоженные, ну только взъерошенные немного, но это и понятное дело почему.
- Филолог, что ли? Поэт блин – рот не затыкался.
- Позорище-то какое. На Ин.язе я, - блондин устало массировал переносицу, прикрыв глаза, - вообще ничего не соображаю.
- Скоро отпустит, не дрейфь.
- Спасибо тебе, не перевелись еще доблестные люди на земле, слава богу.
- Да брось, своих в беде не бросают. К тому же мне все равно нечем было заняться, да и тебя хоть послушал – поржал.
Им принесли еду, Алекс заказал и яичницу, и фирменные блинчики с кленовым сиропом, и кофе, разумеется. Блондин сметал съестное со сверхскоростью, Алексу даже пришлось поделиться своей порцией блинов. Он сидел и качал головой, смотря на это чревоугодие. В итоге пришлось заказать еще одну порцию блинов, так как блондин еще не наелся, хотя куда там помещалось, Алекс просто никак не мог понять.
- Надеюсь, отец ничего не узнает, не хочу, чтобы ему выговор делали из-за меня.
- А кто твой отец?
Парень напрягся, видимо сообразив, что ляпнул лишнего, и опасливо покосился на Алекса.
-Да ладно тебе, я не из болтливых. Хотя можешь не говорить, если не хочешь.
- Профессор Стайлз, знаешь такого? – подумав, ответил парень.
Алекс присвистнул. Конечно, Алекс его знал, хоть тот и не преподавал на их курсе. Слухи ходили, что на этого препода молилась добрая половина Колледжа. Алекс сам как-то был свидетелем его преподавания, когда тот заменял приболевшего профессора Английской литературы, тишина в аудитории стояла гробовая – все слушали профессора, буквально раскрыв свои рты. Их кампус одна большая социальная сеть, распространяющая слухи со скоростью один человек в минуту, поэтому Алекс был в курсе про то, что у профессора есть сын, который здесь учится. Буквально месяц назад он был на вечеринке, где девчонки очень бурно обсуждали этого самого отпрыска, охали и ахали, вздыхали и пищали. Они даже имя его назвали. То ли Тревор, то ли Тайлер. А нет, Трэвис, точно, да. А сейчас Алекс сидел напротив этого самого Трэвиса – интересное дело – случай.
- Да, знаю его, но он не преподает на моем курсе. Тяжело учиться там, где работает твой отец?
- Ты даже представить себе не можешь, как тяжело, - Трэвис покачал головой. Его волосы сейчас занавешивали лицо наполовину. Он тяжко вздохнул, отправив еще один кусочек блина себе в рот, прожевал и добавил, - Надо было поступать в другой Колледж, как я и хотел изначально, тогда бы никто не знал, кто мой отец, оценивали бы исключительно мои умственные способности, и не смотрели бы на меня так, будто меня окружает аура блата моего отца.
- Понимаю тебя, у самого похожая ситуация намечается. Знаешь, ты сделал мой день, серьезно. Чёрт, не верю в судьбу, но хорошо, что я тебя подобрал, теперь я знаю, какое решение должен принять для себя.
- И какое?
- Не совершить той же ошибки, которую совершил ты.
- Всегда пожалуйста, обращайтесь, если что. Моя жизнь как пособие для всех нормальных, предостерегающее о том, как не надо поступать, - хмыкнул Трэвис, - Хоть в глазах проясняться начало, слава богу, - он потер ладонями лицо и поморгал, фокусируя взгляд на своем собеседнике.
Алекс улыбнулся, смотря в почти прояснившиеся зеленые глаза.
- Двести тридцать один. Уххххууу! Я вспомнил, - Трэвис улыбнулся так искренне и лучисто, что у Алекса аж дух захватило. Этот парень обладал просто сумасшедшей энергетикой, чистой и не испорченной, доброй и живой. Алекс только подивился этому – никогда не встречал таких людей, чтобы было так легко просто болтать и ни о чем не думать. Он и вправду на какое-то время забыл обо всех своих проблемах, полностью расслабившись и отключившись. Он даже ничуть не устал за эту ночь, хотелось побыть здесь еще хотя бы чуть-чуть.
- Уже светает, - Трэвис глянул в окно на посветлевшее небо.
- А про рассвет мне стихи почитаешь? – Алекс прыснул, все же не удержался, чтобы не подколоть этого недонарика.
Трэвис стыдливо прикрыл ладонью глаза, качал головой и сиял белозубой улыбкой. А Алекс наслаждался спокойствием и безмятежностью, в кои-то веки установившейся у себя в груди.
***
Алекс резко подскочил на постели, выныривая из своего сна. Сердце радостно трепетало, в ушах шумело от волнения, он перевел участившееся дыхание, подышал глубоко, посмотрел на Трэвиса, мирно сопящего у него под боком, и совсем успокоился. Шумно сглотнул, погладил мягкие волосы, провел дрожащими пальцами по красивой спине между лопатками, кончиками пальцев чувствуя выпуклые буквы, выбитые красивым вензелем на Латинском языке. Алекс как сейчас помнил тот день, когда Трэвис приперся домой с загадочной и хитрющей физиономией и молчал о своем приобретении, пока Алекс не зажал его, пытаясь выяснить в чем же, собственно, дело. Трэвис цветасто выматерился, когда Алекс по незнанию вцепился тому в спину прямо в свежевыбитую тату. Он потом лишь обалдело хлопал глазами, когда задрал на Трэвисе футболку, смотря на белый квадрат пластыря между лопаток, а потом жадно облизывался, с придыханием намазывая мазь для заживления.
«Я твоя юная вечность. Ты мой личный космос». Вот, что там было выбито. Черным по золотистой коже. Навсегда. Для него, для Алекса.
Алекса накрыло такое всепоглощающее и одуряющее счастье, что на глаза неожиданно навернулись слезы, в носу защипало, а в груди, казалось, сейчас все взорвется, настолько его всего распирало.
- Во дурак, - Алекс покачал головой, сделал рваный выдох, и обратно улегся на постель, уткнувшись в волосы, от которых исходил такой аромат, что у него голова шла кругом.
Нет, Алекс не будет его будить, он скажет завтра, когда Трэвис проснется. А сейчас пусть спит, а то ведь потом не уснет на эмоциях. Алекс поелозил, удобнее пристраиваясь и сильнее прижимаясь к любимому телу, на его губах играла самая настоящая блаженная улыбка. Чмокнув блондина в волосы, Алекс засыпал. Но перед тем как уснуть, подумал, что все же стоит сводить своего блондинчика в Планетарий, как и обещал уже много лет подряд, а так и не удосужился этого сделать.
Конец.