Экстра 30.1. Ты - мой альфа.

Он ушел, когда был нужен Чейзу больше всего. Это был первый раз, когда Джош почувствовал себя настолько виноватым, что возненавидел себя.
     «Если бы я не был омегой, то мог бы и дальше защищать Чейза».
     Джош согласно кивнул, но тут же пожалел об этом и добавил про себя:
     «Нет, это не так».
    – Чейз, – позвал Джош. – Посмотри на меня.
    Он пытался привести мужчину в чувства. Когда Джош взял Чейза за плечи и повернул к себе, тот посмотрел ему прямо в глаза. Его лицо было настолько красивым, что Джош не мог отвести взгляд. Он был так прекрасен, что он чувствовал себя как моряк, слушающий пение сирены.
     – Чейз...
     Джош говорил сильным, глубоким голосом, чтобы не потерять самообладание.
     – Если бы ты не был доминантным альфой, нас бы здесь не было. Если бы ты не потерял сознание из-за того, что был доминантным альфой, мы бы не переспали, Питт не родился бы, и мы бы не встретились снова и не полюбили друг друга...
     После небольшой паузы Джош продолжил:
     – Кроме того, если бы я не был омегой, я бы даже не почувствовал твоих феромонов. Вместо этого я был бы слишком занят избеганием тебя. Ты даже не смог бы пометить меня.
     Джош посмотрел в глаза Чейзу и сказал:
     – Мы просто проходили бы мимо друг друга, жили и умирали, не подозревая о существовании другого человека. Я бы не целовал тебя и не говорил тебе, что люблю тебя, снова и снова. Разве это было бы хорошо? Все это стало возможным благодаря тому, что ты стал доминантным альфой, а я омегой. Я ни о чем не жалею, – с уверенностью проговорил Джош после выдержанный паузы.
     Чейз все еще молчал. Джош понял, что пришло время сделать выбор. Варианты, которые у него были, чрезвычайно просты: делай или не делай. Джош медленно погладил Чейза за ухом. Гладкая кожа без единого следа была чрезвычайно мягкой.
     «Что будет с нами?»
     Джош задавался вопросом, был ли он когда-нибудь так напуган. Когда он решил родить Питта, когда он вошел в операционную совсем один... Он не знал, что Чейз в будущем закроет собой их сына, защитив его от собаки. Что его будет рвать кровью и он будет валяться на полу у него на глазах.
      Он был с Чейзом в самые худшие его моменты. Джош больше не мог представить себе жизнь без него. Он крепко обнял мужчину.
      – Чейз... – тяжело дыша, позвал его Джош.
      Он продолжал разговаривать с Чейзом, полагая, что тот слышит его.
      – Я поставлю тебе метку.
      Он почувствовал, как Чейз вздрогнул, когда их тела соприкоснулись.
     Джош нервно вздохнул и закрыл глаза.
     – Стюард сказал, что один из нас может сойти с ума, если что-то пойдет не так.
     После этих слов Чейз снова слабо содрогнулся. Джош мог видеть это, и не было необходимости спрашивать, напуган ли Чейз.
     – Я все равно хочу пометить тебя. Потому что жить со мной лучше, чем умереть и исчезнуть.
     Сказав это, Джош медленно приоткрыл веки и прошептал:
     – Я люблю тебя, Чейз.
     Мужчина перестал дрожать. Все еще крепко обнимая его, Джош продолжал:
     – До сих пор я никого не любил так сильно, как тебя. Неважно, альфа ты или бета.
    Джош сложно произнес последнюю часть монолога. Вероятно, это этого было последнее признание, которое он мог сделать, пока был в здравом уме.
     – Я люблю тебя.
     Чейз продолжал молчать. А потом он уткнулся лицом в плечо Джоша. Не имея ни малейшего представления о том, насколько напуган Чейз, Джош просто ждал, пока он сделает выбор. Через некоторое время тот наконец подал голос.
      – Ты будешь со мной, даже когда я состарюсь? – сказав это, он поднял голову и посмотрел на Джоша. Когда он достиг своего предела, его лицо побелело. Джош, который едва дышал, ответил Чейзу:
      – Даже когда ты состаришься.
      То, что Джош однажды сказал ему, что Чейз никому не понравится, когда он станет старше и его внешность изменится, казалось, сильно повлияло на мужчину. Глядя в дрожащие глаза Чейза, Джош коротко улыбнулся.
      – Ты будешь замечательным дедушкой, – с невероятной нежностью сказал Джош, а затем поцеловал Чейза в губы. – Даже тогда я буду сгорать от желания поцеловать тебя, – прошептал он.
      Чейз часто заморгал, и слезы быстро потекли по его щекам. Вскоре он обнял Джоша.
      – Οх.. Ох...
      Теперь было трудно понять, кому из них принадлежат эти тяжелые вздохи. Внезапно Джошу вспомнились слова Стюарда:
      «Один из вас может сойти с ума, если ваши феромоны несовместимы».
      «Мне все равно, – подумал Джош. – Это больше не имеет значения».
      Он обнял Чейза за шею и притянул к себе. Он поднял голову, его дыхание было прерывистым. Чейз не отталкивал его и не сопротивлялся. Вместо этого он обнял Джоша за талию и притянул к себе, словно говоря ему поторопиться.
      Джош наклонил голову и приложил губы к уху Чейза. С сильным желанием и волнением он прошептал:
      – Ты больше не почувствуешь запаха никакой другой омеги, никогда... До самой смерти ты будешь только мой. Мой альфа.
     Джош чувствовал такое головокружительное удовольствие, что почти потерял сознание.
     – Пока смерть не разлучит нас, – закончил он, а затем прокусил кожу за ухом Чейза.