Филлер 2
- Какая у тебя есть пошлая фантазия? - Однажды спросил Тоша. Мы лежали в постели глубокой ночью, но сон всё никак не шёл. Просто лежали и смотрели в потолок, прерывая эту хрупкую нежную тишину лишь ровным дыханием и тихими голосами.
- Рояль, - лишь ответил я и повернул голову насладиться его удивленным выражением лица. - Ты только представь! Твои пальцы скользят по белоснежным клавишам, наигрывая нежный вальс или страстное танго с красной розой в зубах. Я сижу рядом и погружаюсь в эту музыку.
В моей голове заиграла эта странная мелодия, приглашающе влиться в танец и позволить себе погрузиться в него, словно в океан.
- Твои руки буквально порхают над клавишами, ноты на подставке не стоят - мелодия уже знакомая нам, хоть и звучит каждый раз по-новому, - Тоха прикрыл глаза, откинувшись на подушки, и представлял каждую деталь, внимая моему голосу. - Я поглаживаю твою спину и руки, ощущаю сквозь тонкую ткань рубашки твою горячую кожу.
Я приближался к нему, нагло обжигая дыханием и позволяя ещё больше прочувствовать атмосферу. Музыка витала вокруг нас и создавала яркие нежные образы и наши чувства.
- Едва мелодия переходит в танго, ты позволишь сесть сверху прямо на бедра и снять с себя рубашку, выгнешься - подставишься моим рукам, все ещё не позволяя поцеловать себя. Люблю твою дерзость, это так возбуждает, - я улегся на Тоху и следил за выражением лица - его блаженная улыбка заставляла меня продолжать, она вдохновляла. - Я извиваюсь в твоих руках, меня будоражат твои касания, заставляют по телу бежать мурашки. Пока я наслаждался, ты успел раздеть меня, захлопнуть крышку рояля и усадить меня нагого прямо на неё. Прохладная и лакированная она резко контрастирует с твоими горячими ладонями, мне становится неприятно и я стараюсь обнять тебя всего руками и ногами, чтобы согреться. За считанные секунды ты успеваешь снять штаны и чуть приподнять мои бедра, чтобы в следующую секунду плавно войти, издавая мягкий рык.
Тоша так сильно и сладко закусил губу, что мне захотелось её облизать. Смолкнув, я смог услышать его тихое мурчание и шорох, когда он поднял руку из под головы и опустил на мои ягодицы, мягко сжимая их. Это было так по-собственнически, настолько в его стиле, что я даже не удивился. Лишь резко толкнулся бёдрами, его стояк уже заметно выпирал, и я был несказанно горд такой реакцией. Ещё один небольшой толчок и я продолжил:
- Я знаю, как тебе нравится быть внутри меня, там так узко и тесно, горячо и сумасшедше, что ты вновь и вновь оставляешь свои отметины на моей бледной коже. Позже ты обязательно пересчитаешь и перецелуешь нежно-нежно все багровые засосы, только твои, - я шептал, растворяясь в этой истории вместе с Тошей, и представлял, что я - змея-искуситель для своего прекрасного Адама. Вот-вот я заставлю его чувства взорваться огромным фейрверком и рассыпаться звездами. - Мои ноги ты закинул себе на плечи для большего удобства, ты вколачиваешься все сильнее и сильнее и просишь меня смотреть на тебя в тот самый момент, - я действительно увеличивал темп толчков, посмеиваясь про себя над Тохой словно над юнцом. - Тот долгожданный момент для нас. Ты уже на пределе. Губы грубо исцелованны, на заднице красные следы от шлепков, я задыхаюсь от потока твоей силы в сочетании с нежностью. Мой член зажат между телами, так что я тоже ощущаю каждый твой толчок и первые упавшие капли. Черт, ты такой горячий! Я совсем скоро... То-ша!
Едва все закончилось, я упал без сил и тяжело дышал. В районе паха стало как-то мокро и неприятно. Силы кончились в один миг, не хотелось вставать и идти в душ.
- Ты как, блять, это провернул?