Часть 6
На следующий день Гарри засел в библиотеке, пытаясь отыскать хоть что-нибудь, что могло бы пригодиться для второго задания. У Гермионы об этом спросить он не мог, ведь девушка считала, что зелье, на которое Гарри потратил столько времени, и есть решение для второго тура.
И если он скажет, что это не так — она устроит допрос: для чего ему на самом деле нужно было то зелье, а Гарри совсем не хотелось делиться своими секретами.
Но вариант с библиотекой быстро его разочаровал, точнее, не сам вариант, а некоторые моменты в нем, например, толпы учеников. Мерлина ради! Сейчас рождественские каникулы, так какого черта половина школы крутится в библиотеке? Этот дурацкий бал. Если бы не он — школа была бы сейчас спокойным, тихим местом. Но из-за бала все четвертые и старшие курсы остались здесь.
И тут Гарри вспомнил о Тайной Комнате с огромным количеством книг! Там ему точно никто не помешает найти нужную информацию.
Он поднялся в башню Гриффиндора, взял мантию, Карту и сумку и только направился к ступенькам, как его окликнул Рон, предлагая сыграть в плюй-камни. Но сославшись на срочные дела, касающиеся второго задания, Гарри отказался.
Через десять минут Поттер уже стоял в комнате Слизерина.
Бросив сумку, Гарри уселся на кушетку и осмотрел стеллажи с книгами, большинство из них выглядели... древними. Очень. Он даже боялся к ним прикасаться, опасаясь, что они тут же рассыплются. Все-таки этим книгам, по меньшей мере, тысячелетие.
Но большинство из них было в куда лучшем состоянии. И тут Гарри понял, что по комнате плавают обрывки сохраняющих и обновляющих чар, которые со временем, конечно, заметно ослабли и именно поэтому не уберегли некоторые полки.
А еще он заметил, что стопка книг, стоящая в углу, выглядит на порядок лучше остальных. Эти книги окружали более обновленные чары.
Гарри понял, что эти учебники обновил Риддл во время своей учебы в Хогвартсе. И после детального изучения корешков он понял, почему Риддл выбрал именно эти книги. Все они были весьма занимательными.
Поттер вздохнул, задаваясь вопросом, найдет ли он в этих книгах что-нибудь, способное помочь ему справиться со вторым заданием. И тут же понял, что найдет.
Он встал и подошел к обновленной Риддлом стопке. Присев на корточки, Гарри начал просматривать обложки.
«Поисковое заклинание...»
Раздался голос компаньона, и Гарри замер.
«Что?»
«Есть заклинание... позволяющее искать... нужные темы в книгах. Так... быстрее».
«Правда? А почему ты в библиотеке об этом не сказал?»
«...»
Гарри вздохнул и возвел глаза к потолку: «Ладно, что за заклинание?»
«Инвенио... палочкой... вычерчивай S. Во время взмаха... Инвенио... а потом слово... или фраза... которую ищешь».
Гарри довольно улыбнулся и кивнул. Он собирался испробовать это заклинание прямо сейчас, поэтому взял верхнюю книгу и прочел её название «Незаметное проникновение в сознание. Клэйр Видере». Поттер заинтересованно поднял брови.
Положив книгу на пол рядом с собой, он достал палочку и потянул на себя магию. Указав палочкой на книгу, Гарри взмахом вычертил S и произнес:
— Инвенио сознание.
С кончика палочки сорвалось желтое свечение и окутало книгу. Слово «сознание» на обложке вспыхнуло желтым светом, а потом засветилась вся книга. Вдруг, она распахнулась, и страницы в бешеном темпе начали переворачиваться. Так же внезапно, как и началось, все закончилось, и Гарри заметил, что некоторые страницы стали ярко желтыми, указывая на места, где нашлось слово-поисковик. А нашлось оно много где, поэтому почти все страницы обрели желтый окрас.
Удовлетворенно улыбнувшись, Гарри отменил действие заклинания, и книга вернулась в прежнее состояние. Он уже начал было ставить её на место, но замер и, ухмыльнувшись, положил в сумку.
Гарри очень смутно понимал, какими словами можно обозначить интересующую его тему и поэтому чисто инстинктивно мысленно перебирал фразы-поисковики. Все усложнялось еще и тем, что в одной книге нужное слово могло встречаться по меньшей мере сотню раз.
Гарри рассеянно окинул взглядом стопку книг, пытаясь придумать подходящее слово или фразу. Вода. Ключевым значением здесь должна быть вода. Передвижение, обзор и дыхание под водой.
Поттер нахмурился.
«Эй, а этому заклинанию нужны точные фразы или я могу использовать несколько несвязанных слов, чтобы сжать поиск?»
«Это... сократит количество вариантов... если к этому ты стремишься».
Поблагодарив друга за совет, Гарри, ухмыляясь, указал палочкой на книги и, вычертив в воздухе S, произнес: — Инвенио плавать, дышать, вода.
Желтый свет долго кружил вокруг книг, которых было около дюжины. Гарри уселся на кушетку и стал ждать, между делом рассматривая комнату, где, как он отметил, не мешало бы прибраться...
Всплески магии прекратились, и Поттер посмотрел на книги. Некоторые из них светились ярким желтым цветом, их-то Гарри и взял.
Положив небольшую стопку книг на стол, он уселся рядом на стул и потянулся за первой книгой.
«Змеиная Трансфигурация по Парселмагии»
«Апала Дэнисониа»
Гарри с любопытством приподнял бровь. Книга была в слишком хорошем состоянии, чтобы лежать тут со времен Слизерина. Он посмотрел на обложку, где была выгравирована дата издания, этой книге не было и ста лет.
«Значит, её принес Риддл», — заключил Гарри.
Он открыл книгу на разделе, ярче других выделенном поисковым заклинанием, и приступил к чтению. Здесь описывалось превращение в морскую змею, отлично приспособленную к плаванию. Жабр у нее, как и у других змей, не было, и, соответственно, дышать под водой она не могла, но была способна на двадцать минут задерживать дыхание. А значит, это заклинание подойдет для второго задания. Гарри прервал свои размышления и задумчиво уставился в книгу. Он что-то упускает, что-то весьма важное. Поттер решил прочесть предисловие.
«Превращение человека в животное — одно из самых опасных искусств. Когда волшебник трансфигурируется в животное, то перенимает его разум и способности наряду с невозможностью использовать магию. Полностью обратившийся в животное маг не может вернуть прежнюю форму без посторонней помощи.
Другое дело анимаги — волшебники с врожденным даром к трансформации в одно животное, отражающее его суть.
При превращении анимаг сохраняет свой собственный разум и способен вернуть свою настоящую форму. Но трансформация анимагов — всего лишь трансформация. Не трансфигурация.
И у этой трансформации есть ряд недостатков. Первый и главный — это длительность обучения. Минимум два года и при условии, что маг вообще способен к анимагии. Второй: волшебник не может самостоятельно выбрать животное, в которое хочет превратиться. И третий: у мага может быть лишь одна форма. А значит, если животное, в которое он превратится, будет по каким-либо причинам неприемлемым для использования, то два года прошли впустую.
Исторически доказано, что змееязычные волшебники — потомки расы человекоподобных змей, перевоплощавшихся в магов, чаще всего это были Наги из Индии, но иногда и Юан-ти из Восточной Азии. Оба этих вида обладали врожденной способностью обращаться в человека и применяли этот навык для соблазнения и использования доверчивых людей.
Некоторые из этих змей брали людей в супруги, обеспечивая себе потомство, обладающее даром парселмагии.
Именно поэтому волшебники, обладающие парселтангом и парселмагией, почти всегда магически предрасположены к обращению в различных видов змей.
Это не трансфигурация, а трансформация наравне с анимагией. Но в отличие от последней, её возможности не ограничиваются одной формой.
Еще один плюс подобной трансформации — это то, что на её изучение и полное освоение уходит два-три месяца. Но с каждой новой формой задача будет усложняться и, соответственно, отнимать больше времени и усилий в контролировании форм.
Большинство парселмагов полностью овладевало одной или двумя формами, но при необходимости они могли пользоваться и другими, но с наименьшим успехом.
В последующих главах описано, как определиться с выбором подходящих парселмагу форм, а также наилучшие приемы медитации для их изучения».
Дочитав, Гарри окинул книгу взглядом. Сможет ли он овладеть такой трансформацией? Он сомневался в этом, ведь не происходил из рода парселмагов. Свои способности Гарри получил от Волдеморта, и если для подобного преобразования требовалось быть потомком Наги, или как там их, то у него вряд ли получится. Хотя кто знает, все же это магическая трансформация.
Попробовать все равно стоит. Но он по-прежнему кое-чего не понимал о трансформации в морскую змею. Значит ли это, что Гарри превратится в небольшую змейку? Это было бы полезно... он смог бы быстро плавать, но как отнесется такая змея к ледяной воде Черного озера? И что насчет дыхания? Есть, конечно, заклинание головного пузыря. Ну а если Министерство сочтет его трансформацию анимагией и заставит зарегистрироваться? И потом, если они подумают, что он — незарегистрированный анимаг, то его накажут. Но с другой стороны, анимагов регистрируют лишь с семнадцати лет, поэтому ему, может, ничего и не будет. Хотя в идеале нужно использовать трансформацию так, чтобы никто этого не понял.
Гарри решил прочесть раздел о характеристике морских змей, желая определить, подойдет ли этот вид змеи для его целей. И у него еще есть несколько книг, а значит и другие варианты.
Через тридцать минут Поттер дочитал главу и нашел ответы на большинство своих вопросов.
Во-первых, он не превратится в «маленькую змейку», потому что морские змеи обладают довольно большими габаритами. Масса тела его змеи будет такая же, какой была в человеческой форме, только сама форма существенно изменится.
Во-вторых, эта форма действительно плавает очень быстро. По сути, все тело этой змеи — сплошная мышца, и это позволяет ей передвигаться быстро и проворно, делая этот вид змей опасным противником под водой. А еще морские змеи обладают зрением ночного видения и вторичным прозрачным веком, поэтому раздражение от лезущей в глаза воды ему не грозит. А напоследок он будет ядовит! Смертельно ядовит!
И, в-третьих, как любая змея, эта тоже хладнокровна, и вода в Черном озере станет не самым приятным ощущением. Но с другой стороны стандартные согревающие чары еще никто не отменял, и он сможет применить их до трансформации.
Обычную магию Гарри применить не сумеет, ведь у него не будет палочки, да и говорить он не сможет, зато сможет пользоваться парселмагией.
Что ж, он составил замечательный план: применить заклинание головного пузыря для рта и носа, наложить согревающие чары и нырнуть в воду, где погрузившись достаточно глубоко, чтобы никто не сумел его рассмотреть, трансформироваться в змею. Но это все осуществимо при условии, что за чемпионами не будет вестись магический надзор или использоваться еще какие-нибудь чары, позволяющие наблюдать за ними сквозь толщу воды.
А он был уверен, что Дамблдор обязательно установил что-нибудь похожее, иначе как чемпионы дадут понять, что попали в беду?
Но трансформация по-прежнему оставалась наилучшим вариантом для второго задания, даже если это грозит ему регистрацией. А если его захотят наказать за это — он сможет доказать, что его трансформация не имеет ничего общего с анимагией.
Но у Гарри до сих пор оставались проблемы. Допустим, он справится точно к середине февраля, то есть, к началу второго тура, но нет гарантий, что змеиная трансформация ему вообще доступна... В глубине души он этого очень боялся.
Гарри открыл первую главу и погрузился в чтение. Здесь описывалась довольно сложная змеиная песнь, которая должна была исходить прямо из сердцевины парселмагии, и именно эта песнь помогала определить, сможет ли маг обучиться змеиной трансформации.
Когда он дочитал до конца, его компаньон начал объяснять понятия, значение которых Гарри не разобрал. После он встал и прошел прямо в центр комнаты. Закрыв глаза, Поттер представил змею и начал ритмично напевать слова на парселтанге, чувствуя, как откликается парселмагия, начиная кружить подле него. Гарри потянул эту энергию на поверхность, сильнее, чем когда-либо прежде.
Это было удивительно и опьяняюще. Парселмагия на удивление сильно отличалась от его собственной магии, но если бы пришлось объяснить, чем именно, ему бы это не удалось. Просто парселмагия ощущалась как нечто... возбуждающее, заставляющее голову идти кругом.
Чем больше магии он высвобождал, тем легче казалась голова, перед глазами все расплывалось. Веки потяжелели, а на губах появилась бездумная ухмылка. Слова песни сменились странным змеиным хихиканьем, перешедшим в звонкий смех. Когда магия достигла своего пика, она словно взорвалась, смывая Гарри темными потоками, заставляя судорожно вздохнуть и упасть на колени. Огромная сила склонила его вперед, и пришлось выставить перед собой ладони и опереться о холодный каменный пол. Гарри оставался в такой позе еще долго, стараясь восстановить прерывистое дыхание и успокоить дрожь, колотившую тело, от пережитых недавно ощущений.
Он открыл глаза и увидел, как на его теле медленно потухают ярко-зеленые импульсы. На губах выросла широкая улыбка.
Он был предрасположен к трансформации.
Гарри простоял на коленях еще пару минут, прежде чем почувствовал, что уже в состоянии встать на ноги. Казалось, что его конечности стали ватными, но у него хватило сил дойти до стула и усесться на него. Ослабевшими руками Гарри притянул к себе книгу и продолжил чтение. Он хочет эту способность. И он её получит. Пусть она и окажется бесполезной для второго тура... но он все равно ей овладеет!
С тех пор, как Гарри начал изучать парселмагическое преобразование, прошла неделя. Он все чаще бывал в Тайной Комнате, тренируясь, медитируя и пытаясь отыскать новые заклинания для парселтанга.
— Куда ты все время уходишь, Гарри? — заныл Рон, увидя, как Гарри появляется из портретного прохода. — Каникулы почти закончились, и за все это время я видел тебя всего пару раз!
Эта был субботний полдень, и Гарри только что во второй раз принял зелье-ускоритель, снова получив при этом волну боли и истощенности. В таком состоянии ему абсолютно не хотелось ничего обсуждать с Роном Уизли. Особенно с ноющим Роном Уизли.
Гарри сжал зубы и прикрыл глаза, стараясь сдержать порыв огрызнуться на докучливого Уизли. Он не должен набрасываться на рыжего. Это навлечет на него новые подозрения, а ему сейчас вовсе не нужны новоиспеченные наблюдатели. Все совсем недавно успокоилось, и Гарри наслаждался покоем.
Он сделал глубокий вдох и открыл глаза. Рон как-то странно на него смотрел.
— Послушай, Рон. Я очень занят. На носу второе задание, а моя стратегия до сих пор не проработана до конца. Понятно?
— Только не говори, что ты до сих пор готовишь зелье! — недоверчиво воскликнул Рон.
— Не скажу. С ним я уже закончил.
Уизли моргнул, и в ту же секунду его лицо просветлело:
— Так ты все сделал!
Гарри со вздохом потер переносицу:
— Да, с зельем я закончил. Но оно лишь первый шаг, еще мне нужны некоторые заклинания, и на их усвоение уходит много времени.
Рон понурился:
— Ох.
— Может, тебе нужна помощь? — послышался голос Гермионы, и Гарри развернулся, увидев, что девушка сидит в одном из мягких кресел у камина.
— Нет, Гермиона. Я сам справлюсь.
— Уверен? Я хочу сказать... мы могли бы помочь тебе с практикой или еще чем-нибудь, — с надеждой предложила она.
Гарри поморщился, перебирая варианты, где эти двое могли бы ему помочь.
Он уже мастерски овладел заклинанием головного пузыря и согревающими чарами, которые оказались весьма простыми. У него оставалась только часть с парселмагией.
Хотя были еще поисковые чары.
Он использовал заклинание-поисковик на книгах в комнате Салазара по теме «поисковые чары», «парселмагия». Но на этот запрос нашлось слишком много тем, и большинство из них были нацелены на поиск определенных вещей, а учитывая, что Гарри начал поиски только вчера, то он пока ничего не нашел.
— Ну... — начал он медленно, — мне нужно выучить какие-нибудь поисковые чары.
— Поисковые чары? — повторила Гермиона и заинтересованно подалась вперед. — Так... ты расскажешь нам, в чем заключается второе задание? Или... об этом нельзя говорить? Ты же видишь: я сгораю от нетерпения.
— Э, да... Думаю, все будет в порядке, если я вам расскажу. Никто мне не говорил, что это запрещено. Касательно второго задания: я должен буду что-то найти. И что именно, я не знаю. Они украдут это у меня и унесут на дно озера, и если я не найду эту вещь через час, для меня она будет навсегда утеряна.
Рон и Гермиона с ужасом посмотрели на него. Рон заговорил первым:
— Но... эта вещь будет укрыта в озере! А как же гигантский кальмар?
Гарри лающе рассмеялся:
— Не поверишь, Рон, но я об этом помню.
— Но озеро огромно! И глубоко! Да и как ты задержишь дыхание на целый час! Тебе нужны какие-нибудь чары, позволяющие дышать под водой. Ох, что ты собираешься со всем этим делать, Гарри? — пораженно протараторила Гермиона.
— Я работаю над этим... У меня уже есть способ, который позволит дышать под водой. А чтобы выжить при встрече с кальмаром, гриндилоу и русалками, я разработал специальный план, но если он не сработает — у меня есть запасной. В любом случае, мне нужно поработать с чарами поиска, и с ними вы можете мне помочь.
— Как именно? — сосредоточенно спросила Гермиона, принимая «серьезную» позу.
— Ну... вы можете... что-нибудь забрать у меня, а я попробую это найти. Меня заранее не предупредят о том, что собираются взять, поэтому я буду искать вслепую. Получается вот такая ситуация, что я знаю и не знаю, что у меня что-то отнимут.
— Хочешь заняться этим сейчас? — с энтузиазмом спросил Рон.
Гарри поморщился:
— Хм, нет... простите, ребята, но я дико устал. И сейчас планирую немного вздремнуть.
— Стоп! — воскликнул Рон. — Но сейчас только полдень.
— Я рано встал сегодня, а потом эээ... работал над одной трудной задачкой, так что я просто выдохся.
— Понятно, — угрюмо ответил Рон.
— Тогда тебе на самом деле нужно отдохнуть, — сказала Гермиона, явно сдерживая крутившийся на языке вопрос.
Было понятно, что девушке хочется узнать, что же так измотало Гарри. И то, что он рассказал им кое-что о втором задании, особенно после того, как упорно об этом молчал, только подогрело её интерес. Но к вящему удивлению Поттера Гермиона промолчала.
— Спасибо, — сказал он, облегченно улыбнувшись.
— Тогда начнем работать над поисковыми чарами завтра, — произнес Рон, видя, что Гарри уже пошел к ступенькам.
— Да, конечно, — пожал плечами Гарри и направился в спальню.
— Подойди, Хвост, — поманил он своей крошечной тонкой рукой толстого дрожащего человека, сидевшего в другом конце комнаты. Тот испуганно пискнул и подбежал к нему.
— Д-да, мой Лорд, — произнес Хвост, падая на колени и склоняя голову.
— Дай руку, Хвост, — приказал он.
Хвост судорожно кивнул и поднял голову, от чего его длинные, жиденькие волосы заколыхались из стороны в сторону. Хвост медленно поднял руку и оттянул рукав, оголяя предплечье левой руки.
Он перегнулся через маленький столик, стоящий у его кресла, и взял в руки палочку, наслаждаясь магией, распространяющейся по венам, связь с которой крепла день ото дня. Это напоминало, что его бессилие — только временное явление... временное...
Он поудобнее перехватил палочку и коснулся ею руки слуги, с удовольствием наблюдая, как лицо притворно улыбающейся крысы перекашивает боль.
Он призвал свою магическую силу и неприятно улыбнулся, ощутив, что теперь она откликается намного быстрее, чем раньше. Она наполняла его волнительным ожиданием грядущего.
Он сосредоточил свою магию и направил её в палочку, а от нее в отметину на предплечье слуги. От внезапного наплыва магии выцветшая метка начала темнеть. Хвост, который выступил вместилищем магии, заскулил от боли, но от этого улыбка на губах Лорда стала лишь шире.
Он делал это уже третий раз, но впервые все сработало как надо, и теперь его последователи точно почувствовали жжение в левом предплечье.
И прежде чем он их призовет, они без тени сомнения будут знать, что их Лорд вернулся. Раз за разом, он будет наполнять метки магией, до тех пор, пока им хватит сил притащить собственных владельцев по его зову.
В идеале это гарантировало, что его сторонники вернутся к нему. Ни один из них не получит снисхождения. Они не смогут сослаться на то, что после стольких лет были не готовы к его вызову. Он предоставит достаточно знамений, означающих его возращение, и каждый неявившийся на его зов уж точно не избежит наказания.
Он положил свою палочку на место, а с его губ не сходила удовлетворенная ухмылка. Поскуливающий Хвост нерешительно опустил руку.
— Отлично, Хвост, — тихо прошипел он. — Принеси мне стул.
— Да, мой Лорд, — снова склонил голову Хвост и быстро выбежал из комнаты. Он вернулся через минуту, левитируя по воздуху резной стул из красного дерева без какого-либо намека на ножки. Этот стул был совсем маленьким, казалось, что его сделали специально для маленького ребенка, подлокотники были искусно вырезаны в форме змей, поднимающихся к спинке.
Он махнул рукой и выжидающе уставился на Хвоста, а тот, неловко кланяясь, быстро переместил его с кресла на зависший в воздухе стул.
— Ты отнес те книги в библиотеку? — спросил он.
— Да, м-мой Лорд. Этим утром я распаковал коробки и сделал все, как вы приказали.
— Хорошо. Оставь меня.
— Д-да, мой Лорд.
Хвост поклонился в последний раз и вылетел из комнаты, неосознанно прижимая левую руку к груди и, несомненно, благодарный за то, что ему разрешили отсюда убраться.
Он устроил свое нелепое тело на деревянном стуле поудобнее. В самом деле, ему бы не помешала подушка. Неважно. Он подумает об этом позже.
Он взмахнул рукой, и его стул медленно поплыл вперед: из комнаты, вниз по коридору прямо в библиотеку. Здесь, у стены, стояло несколько ящиков. Раньше полки заполняли старые потрепанные маггловские книги, но теперь их заменяли издания из его личной коллекции, которые обнаружились на одном из старых складов. Его душу наполнил трепет, когда он понял, что это его тайное место никто не нашел. И он послал за своими книгами Хвоста, даже такой остолоп как Петтигрю не смог запороть такого простого задания.
Его кресло подплыло к стопке книг, и он начал изучать названия на корешках старинных томов.
Он счастливо вздохнул. Это почти счастье — получить их обратно. Эти книги, словно продолжение его самого, и он ненавидел, когда он и его знания находились порознь. Он всегда жалел о тех изданиях, что ему пришлось оставить в школе. Но когда-нибудь — скоро — он захватит школу и заберет часть своих знаний из Тайной Комнаты.
Он протянул руку и, погладив пальцами старое издание в кожаной обложке, глубоко вздохнул. Да. Он так этого ждал...
Гарри открыл глаза, вздохнул и счастливо улыбнулся. Он чувствовал какое-то необычайное удовлетворение. Странное ощущение. Ощущение, что он вернул себе нечто, как он думал, давно потерянное.
Или скорее... что-то потерянное вернулось к нему, подправил Поттер.
Но все равно, это ощущалось как...
Гарри тряхнул головой. Он уже двадцать минут лежал в своей постели и обдумывал свое видение. Было... необычно увидеть Волдеморта с такой стороны. То, как мужчина ценил знания, было странно и подтвердило его догадку о Томе Риддле и Тайной Комнате. Теперь Гарри был уверен, что тот часто спускался в Комнату и проводил там много времени.
Риддл читал те же книги, что изучает сейчас сам Гарри. Больше того, Том сам их туда принес. Было так... странно чувствовать любовь Волдеморта к тем изданиям, ведь Гарри чувствовал то же самое. Волдеморт, видимо, учил все подряд, для него эти знания по-настоящему были силой, достойной его внимания.
Главной странностью этого видения стало то, что показало оно раннее утро. Хвост недавно вернулся с маггловского рынка — видимо, поместье Волдеморта было расположено возле какого-то маггловского района — и принес несколько маггловских газет по приказу своего господина. Последний, судя по всему, частенько отдавал подобный приказ, потому что сразу приступил к чтению прессы, а потом сказал Петтигрю в следующий раз принести международное издание.
Волдеморт ненавидел постоянство, а волшебный мир, казалось, замер и стоит на месте: никаких изменений и прогрессов — вот таков путь магов, магов — но не магглов, которые развились так быстро и сильно, особенно за последние пятнадцать лет. Волдеморту необходимо было изучить маггловские технологии, чтобы быть готовым.
Но больше всего Гарри поразило другое... у Волдеморта не проскользнуло не единой мысли о неполноценности магглов. Разве ему такие мысли не положены по статусу? Мысли о том, что магглы — тупые животные? Грязные, бестолковые, слабые людишки?
Но он так не думал. Гарри удивился еще больше, когда уловил в мыслях мужчины уважение к их возможностям, несмотря даже на то, что он явно считал магглов опасной угрозой. Волдеморт много думал о том, что он должен завершить. О своем задании. И Гарри почему-то казалось, что оно по-настоящему важное.
Поттер вздохнул и тряхнул головой. Кажется, те фундаментальные убеждения, на которых он жил три года, оказались сотканы изо лжи и дезинформации. Пребывание в мыслях Волдеморта показало Гарри то, о чем он раньше не догадывался.
Волдеморт был просто... человеком.
Могущественным, жадным до знаний и власти, но все же человеком. Гарри всегда представлял его как кровожадного, не способного на здравые размышления монстра, проводящего свои будни, пытая людей и придумывая все более извращенные методы по убийству магглов. Но так ли это было на самом деле?
И его сила... Гарри почувствовал магию Волдеморта, когда тот коснулся метки Хвоста, и она оказалась пьяняще прекрасной. Темной и изысканной... а это была всего лишь ничтожная её часть!
Поттер закрыл глаза, припоминая те ощущения. Дрожащий выдох сорвался с его губ, опустошая легкие, и он улыбнулся. Простое воспоминание наполнило его живот теплом, от которого не хотелось отказываться.
Через секунду Гарри вздрогнул, выходя из оцепенения. Зацикливаться на подобных вещах вроде как неправильно. Это просто... ненормально.
Большую часть утра он провел в Тайной Комнате, практикуясь в дыхательных упражнениях и магической концентрации. Гарри даже научился ощущать магическую спираль, которая находилась в его животе. От попыток трансформации его кожу начинало пощипывать, но никаких изменений пока не происходило. Но это только пока. Сегодня третье января, а второй тур назначен на двадцать четвертое февраля. А у него есть и план, и время.
Гарри покинул Комнату и поднялся в замок на обед, за которым Рон предложил начать отрабатывать поисковые заклинания прямо сейчас. Но Поттер отказался, объяснив ему и Гермионе, что как раз дорабатывал кое-что для второго задания и хотел бы сразу к этому вернуться.
Рон недовольно нахмурился, но не возразил.
Выйдя из Большого Зала, Гарри скользнул за гобелен в одном из коридоров и достал из сумки мантию-невидимку и Карту, которую тут же активировал. Убедившись, что второй этаж пуст, он уже хотел вернуться в Тайную Комнату, когда увидел на Карте, как Каркаров быстро движется к подземельям Снейпа.
Поттер нахмурился, сразу вспомнив о предостережениях Сириуса. Каркаров ведь был Пожирателем Смерти и скорее всего им и остался, и Гарри хотелось узнать, что за дело у него к Снейпу.
Быстро приняв решение, Поттер направился вниз по коридору, к подземельям, приблизившись к которым, он наложил на себя заглушающие чары.
Посмотрев на Карту, Гарри увидел, что Каркаров и Снейп стоят в кабинете последнего. Быстро наложив на Карту отменяющее заклинание, он спрятал её в сумке и поспешно подошел к запертой двери, прислонившись к ней ухом.
Но голоса оказались чересчур приглушенными, и Гарри не удалось разобрать ни слова. Он попытался вспомнить заклинания, позволяющие слышать через двери или просто обострить слух, но на ум ничего не приходило.
Голоса тем временем становились все отчетливее и отчетливее, а потом дверь внезапно распахнулась, и Поттер шарахнулся в сторону, прижавшись к стене.
— Убирайся! — прорычал Снейп.
— Но, Северус! Ты должен меня выслушать!
— Я ничего никому не должен! — убийственно прошипел Снейп.
Гарри оттолкнулся от стены, выглянув из-за угла, и увидел, как Каркаров, задрав рукав мантии, показывает свое предплечье Снейпу.
— Ты ведь знаешь, что это значит, Северус! Ты тоже это почувствовал!
— Конечно, почувствовал и точно знаю, что это означает, я не идиот, Игорь!
— Ты под защитой Дамблдора, Северус, но у меня такой привилегии нет! Когда Лорд вернется, он уничтожит меня!
— Это твоя проблема, не моя!
— Но Северус! Ты должен...
— НЕТ! А сейчас убирайся!
Каркаров выпрямился, а его руки безвольно повисли вдоль тела. Он хмуро посмотрел на Снейпа, но кивнул.
— Отлично. Но знай, это еще не конец, — резко произнес Каркаров, прежде чем развернуться и вылететь из кабинета.
Снейп еще мгновение стоял в дверном проеме, а потом, что-то прорычав, двинулся вглубь комнаты, с треском захлопнув за собой дверь.
Гарри неподвижно стоял на месте, стараясь осмыслить подслушанный разговор.
Он точно знает, что Каркаров был Пожирателем Смерти. Но судя по словам директора Дурмстранга, Волдеморт его не жалует, так, может быть, Каркаров за последние десять лет сделал что-то такое, что Темный Лорд ему не простит.
Тогда получается, что Каркаров не в контакте с другими Пожирателями и, значит, вряд ли он бросил имя Гарри в Кубок.
Теперь о беседе Каркарова и Снейпа. Он показал профессору Темную Метку, такую же, какая была в видении Гарри у Хвоста. Волдеморт наполнил отметину своей магией, активировав её, и Каркаров почувствовав это, запаниковал. Он прибежал к Снейпу, и тот сказал, что тоже чувствует, тоже понимает.
Снейп был Пожирателем Смерти!
Тогда, может, это он опустил имя Гарри в Кубок?
Гарри резко оттолкнулся от стены и помчался на второй этаж к туалету Миртл. Прошипев приказ, он проник в Тайную Комнату, а потом и в кабинет Салазара. В голове лихорадочно кружили обрывки мыслей.
Вместо того, чтобы как обычно сесть на кушетку, Гарри занял место за столом, положив на него сумку, и достал пару чистых пергаментов, чернильницу и перо.
Усевшись на стул, Поттер уставился на белый лист, пытаясь привести мысли в порядок.
Наконец, обмакнув перо в чернильницу, он начал письмо Сириусу. Прошел уже месяц с тех пор, как Гарри писал своему крестному, и целых два с того их ноябрьского разговора по каминной сети.
Сириус знал, кем раньше был Каркаров, так, может, он и о Снейпе знает? По крайней мере, советы крестного точно уравновесят его теории.
В письме Гарри как можно более точно передал подслушанный разговор и описал, как Каркаров показывал Снейпу Темную Метку.
О своих видениях Поттер решил не писать, хотя Сириус и просил сообщать об этом. Но ему не хотелось ими делиться. Эти видения казались Гарри чем-то... личным. К тому же, он не мог рассказать, как он их видит. А точнее, из кого, ведь в каждом видении он — Лорд Волдеморт. И Гарри не представлял, как такое можно рассказать.
Нет, о видениях он не расскажет никому. Но вот мнение Сириуса о парочке Снейп-Каркаров он узнать не прочь. Оставалось надеяться, что ждать ответа месяц не придется.
Следующий день начался для Гарри позже, чем обычно. Прошлой ночью он зачитался, а потом почти час беседовал со своим компаньоном в подсознании, поэтому проснувшись, он в ускоренном темпе выполнил утренние процедуры, залпом выпил два зелья и поспешил на завтрак.
Гарри пересек холл и быстрым шагом вошел в Большой Зал, но уже через пару шагов заподозрил неладное: с его появлением здесь тут же воцарилась звенящая тишина. Замедлив шаг, Поттер осторожно осмотрелся, замечая, что на него смотрят сотни человек, а слизеринский стол чуть ли не сверкает от издевательских ухмылок.
«Ох, ну и что на этот раз?» — проворчал он себе под нос, продолжая идти к столу своего факультета. Выискав глазами Гермиону и Рона, Поттер направился к ним, уже заметив, как хмурая Гермиона сжимает в руках Ежедневный Пророк, а Рон смотрит на него с замешательством и неверием.
Быстро осмотрев зал, Гарри заметил, что газету в руках держит почти каждый ученик.
Это нехорошо...
Опустившись рядом с Гермионой, Поттер смиренно вздохнул и протянул к девушке руку, молча прося дать ему газету.
— Гарри... — протестующее начала она, но он так на нее посмотрел, что желание спорить сразу пропало. Со вздохом кивнув головой, девушка передала ему газету.
Гарри развернул её, и в глаза сразу бросились заглавные буквы на первой полосе. Чего-чего, но этого он точно не ожидал.
МАЛЬЧИК, КОТОРЫЙ ВЫЖИЛ — ГЕЙ?
Рита Скитер.
Гарри закрыл глаза и, склонив голову, рассеянно помассировал переносицу большим и указательным пальцами.
— Гарри? — осторожно окликнула Гермиона.
Когда он не ответил, девушка склонилась поближе:
— Гарри. Это... не так уж и плохо... — она прервалась, услышав какой-то непонятный звук. Заметив, как дрожат плечи Гарри, она испугалась, что её друг, возможно, плачет. Девушка склонилась еще ближе, пытаясь заглянуть в его лицо.
Её брови удивленно поползли вверх, когда она поняла, что то, что она приняла за всхлипы, оказалось... смехом?
Гарри фыркнул и ругнулся. Его смех становился все громче и громче, пока, наконец, он просто не откинул голову назад, и его хохот пронесся по залу. Все его тело трясло от смеха, и только через пару минут он начал успокаиваться, лишь изредка с его губ срывались смешки, похожие на икоту.
— Эээ... ты в порядке, дружище? — осторожно спросил Рон, видно опасаясь, что его друг лишился рассудка. Гарри кивнул и несколько раз вздохнул, приводя дыхание в порядок после продолжительного смеха.
— Ну, ты принял это лучше, чем я ожидал, — заметил Рон. — Так это просто шутка? Очередной вздор из-под пера этой стервы Скитер!
Гарри тряхнул головой, прогоняя остатки смеха:
— Нет, Рон. Это правда, — весело улыбаясь, посмотрел он на рыжего.
Рон резко побледнел, а те, кто сидели поблизости и услышали ответ Гарри, шумно начали хватать ртом воздух, заставив Поттера закатить глаза.
— В любом случае, мне непонятно, откуда об этом узнала она, — выпрямившись, заметил Гарри. Он развернул газету, просматривая статью, а потом прищуренными глазами посмотрел на Гермиону. — Это ведь не ты ей рассказала?
Девушка оскорбленно выдохнула:
— Конечно нет! Я вообще ни с кем об этом не говорила!
Гарри ухмыльнулся и кивнул:
— Я так и знал, просто решил уточнить.
— Эй-эй... стоп! Подожди, Гарри... что... — влез в их разговор яростно шипящий Рона. — Ты...? Но как же Флер! И ты! Ты знала! — обвинительно воскликнул он, обращаясь к Гермионе.
— Рон, ты же даже статью не прочел! — раздраженно ответила Гермиона.
— Я просмотрел её! — защищаясь, возразил Рон. — Кстати, я думал, что все в ней ложь!
— Флер знала. Сначала просто подозревала, а на балу убедилась окончательно, — повел плечами Гарри, накладывая в тарелку яичницу. Он специально не обращал внимания ни на десятки глаз, следивших за каждым его движением, ни на шепотки, раздававшиеся то тут, то там с разных сторон.
Пусть развлекаются. Стадо баранов.
— Она знала? — пораженно выдохнула Гермиона. — Так, может, это она...
Гарри пожал плечами:
— Ну да, если это не ты, остается только она. Но я этого не ожидал.
— Как думаешь, может, она обиделась? Все-таки ты пригласил её на танцы, хотя как девушка она тебя не интересовала.
— Нет, не сходится... Она выглядела довольной, когда мы разговаривали после бала. Поблагодарила, сказала, что отлично провела время. А если бы она согласилась на приглашение обычного парня, на которого действует магия вейлы, то все, на что он был бы способен — это залить слюнями её мантию и попытаться облапать. Она сказала, что рада была не просто потанцевать, но и поговорить. Поэтому идея, что именно она все рассказала Скитер, кажется мне бессмысленной.
Гермиона задумчиво сдвинула брови.
— Гарри... — тихо прохрипел Рон. Поттер посмотрел на сидящего напротив него рыжего, — Ты... ты, что, серьезно гей?
Гарри возвел глаза к потолку:
— Да, Рон. Серьезно.
Его слова, распространившиеся по залу с удивительной скоростью, вызвали новую волну шепота. Гарри тихо хмыкнул и вернулся к содержимому своей тарелки, отправляя в рот новую порцию яичницы.
На лице Рона отразилось неверие и потрясение, а потом он обвиняюще посмотрел на Гермиону.
— И ты знала! — воскликнул он.
— Да, Рон. Знала, — вздохнула девушка.
— Почему? Откуда?
— Гарри мне рассказал, — тихо ответила девушка, замечая, как притихли студенты и теперь следят за каждым её движением.
— Когда? — голос Рона перерос в вопль и надломился.
— Эм... по-моему, в последних числах ноября. Это уже не важно.
— Конечно, это важно!
— Рон, только не устраивай сцен! — сурово прошипела Гермиона.
— Почему ты мне об этом не сказал? — обвинительно спросил Рон, на этот раз у Гарри.
Поттер вздохнул и позволил вилке упасть на тарелку:
— Не представилось подходящего момента. И я не думал, что это имеет какое-то значение для тебя.
— Зачем ты пригласил Флер, если она тебя даже не интересовала?
Гарри непонимающе моргнул:
— А это какое имеет значение?
— Её смог бы пригласить кто-нибудь другой!
— Кто? Ты? — откинувшись на спинку стула, презрительно уточнил Гарри.
— Да хоть бы и я! — оборонительно ответил Рон.
— Ты хоть понимаешь, что главная причина, по которой она приняла мое приглашение — это как раз то, что я гей?
— И какой в этом смысл? — воскликнул Рон.
Гарри ударил себя по лбу и раздраженно зарычал, но, смирившись с судьбой и с тем, что избежать разговора все равно не удастся, опустил руку.
— А смысл в том, что я не вел себя как сопливый фанат, опьяненный её вейловской сущностью. Попробуй встать на её место. Куда бы она ни пошла, её всюду преследуют толпы поклонников, старающихся оказаться как можно ближе к ней. Они готовы целовать землю, по которой она прошла, но стоит им открыть рот, и ничего путного сказать они не могут, потому что их и так недоразвитые умишки подавляются животным влечением, пробужденным кровью вейл. А те, что и рта не открывают, сразу пытаются её пощупать. Когда она пошла со мной на бал, то отгородила себя от подобного. Вот какой тут смысл.
Рон сердито нахмурился и как надувшееся дитя скрестил на груди руки. Гарри чуть не рассмеялся от подобного ребячества, но все же сдержался, понимая, что это только сильнее разозлит Рона.
Гарри взял свою вилку и продолжил есть, попутно уткнувшись в газету, чтобы прочесть статью.
Он нахмурился, наткнувшись на абзац, в точности передающий его разговор с Флер, Крамом и Гермионой, когда они сидели за столиком, уставшие после танцев.
Гарри откинулся назад и повернулся к Гермионе:
— Как она узнала о том разговоре?
Девушка склонилась к нему, чтобы посмотреть, какой именно разговор он имеет в виду:
— Может, Флер рассказала? Она же там была.
Гарри нахмурился.
— Все равно не сходится... — он вернулся к чтению, отыскивая момент, где описывался их с Флер разговор. Конечно, в статье все выглядело так, словно Гарри обманул бедную девушку, сыграв на её чувствах. Эта ересь была достойна пера Скитер.
— Так ты уверен, что Флер не причем? — повторила вопрос Гермиона.
Гарри кивнул:
— Уверен... но я собираюсь с ней поговорить.
— Она может просто солгать тебе, — заметила Гермиона.
Уголки губ Гарри приподнялись, но он тут же подавил улыбку:
— Я хорошо разбираюсь в её чувствах, так что пойму, если она солжет.
Гермиона скептически на него посмотрела, а потом вопросительно приподняла бровь, но Гарри предпочел не обращать на это внимания.