Цена принципов

Вечер в подмосковном Новогорске выдался холодным и пронзительным. Женя стоял у ворот спортивной базы, глядя на свет фар подкатывающего белого кроссовера. Мия вышла из машины, сияя своей идеальной улыбкой, готовая предложить ему мир на блюдечке. В её руках был планшет с готовым контрактом и планом публикаций.

- Женя, ты только посмотри на охваты! - она сразу перешла к делу, не заметив его тяжелого взгляда. - Твой пост о подготовке к сборной разлетелся по всем пабликам. Менеджер из «Бостона» уже подтвердил, что будет на трибунах. Тебе просто нужно сегодня приехать, улыбнуться паре людей и подписать пару бумаг. Всё, что было до этого - эта провинциальная тоска, этот медленный подъем - в прошлом.

Женя сделал шаг вперед, перебивая её на полуслове. Его голос был холодным и твердым, как лед в пять утра перед первой заливкой.

- Хватит, Мия. Остановись.

Она осеклась, удивленно вскинув брови.
- Что-то не так?

- Всё не так. Ты видишь во мне бренд, проект, «кейс» для своего блога. А я здесь - зубами вырываю свое место в составе. Я обещал Волкову и Макарову, что сделаю всё для сборной. И «всё» - это не значит торговать лицом на вечеринках, пока пацаны в зале пашут. Я не хочу, чтобы моё имя связывали с твоими интригами. Я хочу, чтобы его связывали с заброшенными шайбами и победами.

Мия раздраженно дернула плечом.
- Ты совершаешь ошибку. Без медийности ты просто один из сотни хоккеистов, которые закончат в тридцать со сломанными коленями и пустым кошельком.

- Пусть так, - отрезал Женя. - Но это будут мои колени и мой путь. Больше не лезь к моей карьере. И к пресс-службе сборной тоже. Если я увижу хоть один «слив» о моей личной жизни или подготовке, я сделаю так, что тебе запретят вход на любую арену страны.

Он развернулся и ушел, не оборачиваясь. Он чувствовал странное облегчение, будто сбросил с плеч тяжелый, расшитый золотом, но совершенно ненужный рюкзак.

Мудрость прощания

На следующее утро Женя встретился с Надей. Она приехала в Новогорск на короткую свиданку, которую разрешил тренер. Они сидели в небольшом парке при базе. Надя выглядела бледной, но удивительно спокойной. Она долго смотрела на его руки, испещренные мелкими ссадинами от клюшки.

- Женя, - тихо начала она, и её голос был похож на шелест листвы. - Мы ведь оба знаем, что происходит, верно?

Женя хотел возразить, обнять её, сказать, что всё наладится, но слова застряли в горле. Надя посмотрела ему прямо в глаза - и в этом взгляде было столько мудрости и глубины, что ему стало не по себе.

- Ты сейчас не здесь, - она слабо улыбнулась. - Ты на льду. Ты в Канаде, в Финляндии, ты на чемпионате мира. Твоя голова забита схемами Волкова и тем, как не подвести Макарова. И это правильно. Ты - будущая звезда, Жень. У таких, как ты, не бывает «просто отношений». Либо всё, либо ничего.

- Надя, я... - начал он.

- Подожди, дай я скажу, - она приложила палец к его губам. В её глазах заблестели слезы, но она продолжала улыбаться. - И есть еще кое-что. Мия. Не перебивай. Я вижу, как ты на неё реагируешь. Даже когда ты злишься на неё, в тебе горит тот огонь, который когда-то вас связывал. Она - твой драйв, твоя страсть к успеху. А я... я была твоим пластырем, когда тебе было больно. Теперь рана затянулась. Тебе больше не нужен пластырь, тебе нужны крылья. И я не хочу быть для тебя гирей, которая тянет вниз из-за чувства долга.

- Ты никогда не была гирей, Надюх! - воскликнул Женя, сжимая её ладони.

- Сейчас - нет. Но через месяц, когда ты не сможешь позвонить мне из-за тренировок, когда ты начнешь злиться, что я жду внимания, которого ты не можешь дать... тогда я стану ею. Давай не доводить до этого.

Она встала и аккуратно поправила воротник его куртки. Одна слезинка всё-таки скатилась по её щеке, но она тут же её смахнула.
- Я всегда буду твоим самым преданным болельщиком. Правда. И если когда-нибудь ты поймешь, что тебе просто нужно выпить чаю в тишине - ты знаешь мой номер. Но сейчас... иди. Твоя команда ждет тебя.

Она поцеловала его в щеку - легко, почти невесомо - и ушла к остановке автобуса. Женя стоял и смотрел ей вслед. Ему было больно, но это была «правильная» боль. Очищающая. Надя освободила его от чувства вины, подарив ему шанс стать тем, кем он должен стать.