Семейные узы. Глава 11. Ривер

Переводчик: Ryjik144

Редакторы: Pozitivnoesolnce

В комнате было холодно, но тепло тела Василия согрело меня. Он медленно отстранился от нашего поцелуя, и я осознал несколько важных вещей.

Во-первых, тошнота исчезла. Не просто стала менее сильной, а полностью прошла. Во-вторых, я ощущал почти физическую связь между нами. Но не как цепь или кандалы, которых я так боялся. Скорее как мост, соединяющий наши души. В-третьих, я мог чувствовать своего кота. И наконец, я был полностью в порядке после всего, что произошло.

Я понимал, что не из-за близости с партнером мое мнение изменилось. Я не стал идеальным омегой только потому, что позволил Василию заявить на меня права. Это произошло потому, что Василий был именно тем человеком, с которым я хотел быть. Я старался избегать мыслей о нем и о том, как, по моему мнению, должно было проходить спаривание. Хотя мы и не проводили много времени вместе, но мы уже прошли через трудности.

Я видел, каким он был в стрессовых ситуациях, когда обычно проявляется худшее в людях и оборотнях, но он всегда был уважительным и заботливым. Он относился ко мне как к равному партнеру, даже позволяя мне принимать решения, когда это было в наших общих интересах. Работать с ним было так же естественно, как дышать. Когда у меня уже была работа в STAHP, я не был уверен во всей этой истории с мафией, или, по крайней мере, я надеялся, что все еще не уверен, но мы могли обсудить это, найти свой собственный ритм и решить, что лучше всего подходит для нас.

К тому же, каждый раз, когда он смотрел на меня, я чувствовал, как моя кровь закипает.

Глаза Василия, как у встревоженного кота, блуждали по моему лицу.

-Что?- спросил я. - Я все еще похож на разгоряченную смерть?

Василий покачал головой.

-Ты всегда выглядишь потрясающе для меня.

Я скептически на него посмотрел.

-Не думаю, что человек белый как полотно, покрытый потом и обессиленный от тошноты, будет кричать: «Я сексуальная тварь!»

-На это утверждение нет правильного ответа, поэтому я просто воздержусь от высказываний.

-Тогда почему ты так на меня смотришь?

Василий провел большим пальцем по моей щеке.

-Я жду, когда ты взбесишься и убежишь. Это все то, чего ты не хотел. И я знаю, что ты дал мне разрешение, но это было для спасения жизни нашего ребенка. Я не буду требовать от тебя ничего из того, что ты сказала в пылу...

Я заткнул его поцелуем, но долго я не мог сдерживать его - мое тело все еще было слабым от неспособности удерживать еду. Его широко раскрытые глаза от удивления заставили меня удовлетворенно улыбнуться.

-Я не убегаю. И ты можешь абсолютно точно заставить меня придерживаться всего, что я сказал в разгар страсти. И того, что я сказал до этого, тоже.

-То есть...- Василий был в недоумении, но я понял. Я потратил много усилий, борясь со своим влечением и потребностью в нем.

-Я хочу быть твоим. Эта часть меня - нет, это неправильно. Я весь хочу быть с тобой. Страхи, которые удерживали меня от этого, не делают меня тем, кто я есть. Они мешали мне быть самим собой. Но ты... ты ни разу не пытался удержать меня из-за какой-то дурацкой идеи защитить меня. Когда нас обстреливали, ты был близок к тому, чтобы заставить меня перевоплотиться и убежать, но я прощаю тебя. Только потому, что ты не планировал какое-то глупое самопожертвование. Даже когда ты знал, что мое сердце и мой разум находятся в состоянии войны, ты не пытался заставить меня принять тебя. Ты позволил мне найти свой путь самостоятельно. За то короткое время, что мы провели вместе, ты снова и снова доказывал, что заботишься обо мне - о Ривере. Не обо мне как об омеге, а именно о мужчине.

-Я бы никогда не попросил тебя измениться, сладкие щечки. Ты идеален для меня такой, какой ты есть. Судьба не свела бы нас вместе, если бы было иначе.

Стук в дверь прервал наш разговор, и я почувствовал разочарование. Обычно я стараюсь избегать любых чувств - своих и чужих. Никогда раньше я не говорил так открыто с кем-либо, как с Василием в этот момент. Однако это не должно было закончиться, как только мы покинем эту комнату. Как бы это ни было ужасно... Я хотел быть таким открытым с Василием все время.

-Кто это?- Василий соскользнул со стола, и я начал дрожать от потери его тепла.

-Иван. Док сказал, что Ривер теперь в порядке?

-Это самонадеянно с его стороны,- пробормотал я.

Василий помог мне одеться, натянув шорты и остальную одежду.

-Он не ошибся...- Василий нахмурился и потянул меня за воротник. - Чего-то не хватает...

Я посмотрел на свои плечи. Это была простая футболка. Что могло бы...

Василий внезапно схватил ткань обеими руками и разорвал ее, обнажив мою метку, которую теперь носил я.

Я закатил глаза.

-Серьезно?

Он ухмыльнулся.

-Я же говорил. Я горжусь тем, что я твой.

Я расправил плечи, чувствуя облегчение от того, что тошнота полностью прошла, и направился к двери. Если мы собирались объявить об этом, таким образом, я не собирался прятаться за своего партнера, как какая-то кроткая овечка.

Распахнув дверь, я широко улыбнулся Ивану, театрально коснувшись его плеча, когда проходил мимо.

-Оказывается, у твоего брата есть волшебный исцеляющий член,- объявил я и, пройдя уже половину подвала, услышал ответ Ивана.

-Чувак... Этого мне знать не обязательно!

Веселый смех Василия преследовал меня наверху.

-У тебя и самого член волшебный, сладенькие щечки.

Иван застонал.

-Я думал, что общение с тобой в период гона было достаточно сложным... Теперь я понимаю, что мне следовало больше беспокоиться о твоем медовом месяце.

Медовый месяц. Разве это то, что мы делали? Я не помню, чтобы мы обсуждали поездку на Бора-Бора или Таити на недельную секстраваганзу... На самом деле, если исключить идею побега, я был полностью готов к секстраваганзе. Тем более я не мог снова залететь.

Но было несколько вещей, которые нам нужно было уладить, прежде чем мы с Василием могли бы отгородиться от мира и полностью потеряться друг в друге. Самой опасной была ситуация со Станиславами. Я не был настолько глуп, чтобы думать, что все кончено. Но самое главное, с чем мне нужно было разобраться, это поговорить с братом.

* * *

Лиф обнял меня, как только я вошел в дверь. Мои большие, неповоротливые телохранители, Джоуи и Борис, зашли поздороваться со своим братом Сайрусом, а затем встали снаружи, как и просил Василий. Мы договорились, что кто-то из нас всегда будет рядом с Пити. Он очень нервничал, если мы оставляли его одного на долгое время, даже будучи окруженным любовью своих дядей и дедушки.

-Тебя не убили. Это облегчение,- Лиф сказал это в шутку, но я видел настоящее беспокойство в глазах брата. Я уже сообщил им, что мы нашли Пити, поэтому Лиф, вероятно, знал, что со мной все в порядке. Однако слышать и видеть - это разные вещи.

-Нет, не умер. Даже не ранен. Ты же меня знаешь, братан. Я всегда приземляюсь на ноги,- я протянул руку, чтобы пожать Сайрусу руку. - Как машина?

Когда Сайрус взял меня за руку, я не мог не сравнить ее с рукой Василия. У Сайруса она была более мягкой. А вот у Василия на костяшках пальцев виднелись шрамы, которых не было у Сайруса. Несмотря на всю свою силу, Alphabits жили в другом мире, отличающемся от того, в котором жили мы с Василием. Этому миру были необходимы не только чистые души, такие как Сайрус и Лиф, но и мужчины, подобные нам с Василием, готовые на все, чтобы защитить слабых. Даже если это означает испачкать свою душу.

-Она полностью разбита,- сказал Сайрус. - Если бы мы попытались ее починить, у меня была бы совершенно новая машина. Я никогда не думал, что поиски моей пары приведут к тому, что мне придется вкладывать деньги в броню.

-Это было один раз,- запротестовал Лиф. - Если бы моя машина не была в мастерской, я бы никогда не взял твою малышку!

-Как будто твоя машина могла бы обеспечить лучшую защиту.

Я вдруг понял, насколько тихо стало в доме.

-Где дети?

-Мальчики в школе, а Скайлар пошла поспать. Ой! Почему мы все еще стоим в прихожей? Заходи! Я принесу нам выпить.

Я последовал за Лифом на кухню и, запрыгнув на барный стул, облокотился на стойку, размышляя, как долго я еще смогу это делать, прежде чем мне помешает мой большой живот.

Лиф занялся приготовлением лимонада с нуля, а Сайрус поцеловал его в голову, сказав:

-Я буду в своем офисе, если понадоблюсь.

Взгляд, который Лиф бросил на Сайруса, неделю назад вызвал бы у меня раздражение. Я не понимал, что это такое - абсолютное обожание. Я сомневался, что когда-либо смотрел на Василия с такой же нескрываемой нежностью, но теперь я осознал. Теперь я понимаю, почему Лиф отреагировал на встречу со своей парой совсем не так, как я. Он инстинктивно осознавал то, чему я сопротивлялся: что половина его души отсутствует, и он не будет цельным, пока не найдет свою пару.

Я думал, что это будет означать, что я должен отдать часть себя, потерять часть своей личности. Однако все оказалось совсем не так. Часть меня всегда отсутствовала, и только приняв Василия как своего партнера, я обрел себя настоящего.

-Как долго ты планируешь оставаться на этот раз?- спросил Лиф. Он не смотрел на меня, и по напряженным плечам я понял, что он готовится к моему ответу.

Черт возьми. Я действительно был паршивым братом.

-На какое-то время, а может быть, навсегда.

-Правда?- Лиф взволнованно обернулся, сжимая в руке лимон, который он только что выжимал, и брызги сока попали мне прямо в глаза.

-Аргх!- я откинул голову назад, ударившись головой о шкафы позади себя.

-О, черт, Ривер! Мне так жаль. Иди сюда. Иди к раковине и умойся.

Я соскользнул со стула и позволил Лифу отвести меня к раковине и промыть глаза водой. Это тоже было не очень приятно, но это был не чертов лимонный сок.

Промакивая слезящиеся глаза полотенцем, я сказал:

-Знаешь, если хочешь, чтобы я ушел, можешь просто сказать. Тебе не обязательно прогонять меня кислотной атакой.

-Нет! Я имею в виду, что не хочу, чтобы ты уходил. О, Ривер. Я так по тебе скучал. Я... нет, я не хочу тебя винить. У тебя были свои причины. Значит, Антонио отправляет тебя в Чикаго?

-На самом деле...- на моем лице появилась неудержимая улыбка. Она возникала каждый раз, когда я думал о Василии, даже если его не было рядом. - Я не уверен, что будет со мной и STAHP.

Лиф нахмурился.

-Но Антонио спас тебя. Ты один из его людей. Он не злится на тебя из-за того, что произошло с Пити? Особенно учитывая все ошибки, которые допустил STAHP.

-Дело не в этом...

Лиф ударил меня по плечу.

-Почему ты ходишь вокруг да около? Это на тебя не похоже. Если что-то происходит, просто скажи мне. Я твой брат.

-Ты мой брат. И я люблю тебя очень сильно. Я просто... Я не знаю, почему я так нервничаю, когда говорю тебе это.

Обычно яркое и веселое лицо Лифа внезапно стало серьезным.

-Ты сделал что-то ужасное? Ты убил кого-то? Я уверен, у тебя была веская причина. Я уверен, Сайрус может помочь...

Наверное, было неправильно смеяться, но Лиф был таким очаровательно серьезным.

-Брат. Я убил много людей, и все они этого заслужили. Не могу поверить, что это страшнее, чем убивать людей, но... Василий и я - пара.

-Верно, и...?

Я пожал плечами.

-И что? Вот и все.

Лиф закатил глаза.

-Ты не помнишь, как убежал от него на глазах у всех на вечеринке? Было совершенно ясно, что вы осознали свою истинность в ту ночь.

-Но мы не были связаны,- все шло не так, как я ожидал. Я думал, что Лиф будет кричать о том, как он был прав, а я ошибался, или подпрыгивать от волнения. Его безразличие было... на самом деле, это немного бесило меня.

-Я видел твою отметину на его плече на днях,- сказал Лиф. - Это было искреннее признание с вашей стороны?

-Да! Это мое признание. Ты знаешь, как это много для меня значит. Я просто хочу, чтобы ты был, счастлив за меня. Не знаю, возможно, я слишком много раз облажался. Я знаю, что не заслуживаю его и тебя. Я не остался в Чикаго, потому что знал, что он мой истинный, и не хотел с ним сталкиваться, и я лгал тебе об этом. Из-за него я почти не приезжал сюда. Я боялся и думал, что, может быть, признание во всем этом брату будет полезно, но...

-Ух ты, ух ты, ух ты!- Лиф прервал мою тираду, яростно размахивая руками. - Во-первых, ты говоришь так, будто произошло что-то ужасное, и это меня очень напугало, понимаешь? Я думал, ты скажешь, что случайно убил старушку или что-то в этом роде.

-Ну, я действительно убил старушку. Но это было совершено намеренно.

Лиф на мгновение разинул рот, как рыба, затем покачал головой.

-Я не хочу отвлекаться, но нам, возможно, придется вернуться к этому вопросу. Поэтому давай начнем сначала. Ты можешь поделиться своими хорошими новостями, как нормальный человек, а не как тот, которого ведут на виселицу, и я могу ответить, как ваш счастливый брат. Начинай,- он прислонился к стойке, скрестив руки в ожидании.

Я потер затылок.

-Да ладно, Лиф. Я уже рассказал тебе. Зачем мне снова тебе это говорить?

-Потому что мы облажались в первый раз, а в жизни нечасто удается все переиграть, так что если ты не согласишься на этот вариант, я никогда тебя не прощу.

Лиф любил драматизировать, но его молчание затянулось, поэтому я, наконец, сказал:

-Эй, знаешь что? Василий мой истинный и мы подтвердили нашу связь, теперь мы вместе.

Лиф был охвачен вихрем движений и эмоций.

-Что? О, Боже! Ривер, это потрясающе! Поздравляю! Я был уверен, что ты опомнишься!

Вот и все - я получил именно ту реакцию, которую ожидал.

-А теперь расскажи мне обо всем подробнее, ты знал, что он твой истинный, и поэтому ты не хотел ехать в Чикаго? И не спеши, я хочу услышать каждую деталь о том, что у тебя происходит.

Я рассказал, что носил блокаторы запаха, но на домашней вечеринке почувствовал запах Василия и пережил течку в одиночестве. Мне не нужно было вдаваться в подробности, потому что Лиф пережил то же самое. Для двух братьев, которые были такими разными, было удивительно, как похожим образом сошлись наши жизни. Мы оба чуяли своих партнеров, пока они не чуяли нас, пережили течку в одиночку, и мы оба были повязаны с Новаками.

Как же это иронично, что мой брат также приходится мне шурином. Здесь явно кроется какая-то шутка, но сейчас не время для ее раскрытия. Не тогда, когда мы с Лифом наконец-то снова наладили связь... не по его вине разрушенную.

-Ну, тебе, наверное, не нужно это слышать,- сказал Лиф в конце моей истории, - но я прощаю тебя. Я ненавидел, когда ты меня преследовал, и я не знал, что я сделал, чтобы ты исчез. Но... теперь я понимаю. Я хотел бы, чтобы ты позволил мне разделить твое бремя, но я понимаю, почему ты не мог этого сделать, когда у нас были такие разные взгляды на спаривание и на то, что значит быть омегой. Но Ривер? Я бы никогда не осудил тебя. Твои особенности - это то, что делает тебя уникальным. Я люблю тебя, и ничто не сможет этого изменить.

Неожиданные слезы навернулись мне на глаза.

-Я... я думаю, мне действительно нужно было это услышать.

-О, Ривер!- Слезы сочувствия выступили на глазах Лифа, и он заключил меня в объятия. На этот раз я не стал отмахиваться от его объятий, а, напротив, прижался к нему как можно крепче. - Ты же знаешь, что тебе не обязательно мне лгать? Ты можешь рассказать мне все, что угодно, верно?

-Я знаю это... и мне нужно сказать тебе еще кое-что.

Лиф отстранился, вытирая слезы.

-Все, что угодно. Как я уже сказал, я обещаю, что не буду тебя осуждать. А если это незаконно, я сделаю все возможное, чтобы не говорить Сайрусу.

Я усмехнулся на это. Он может стараться изо всех сил, но у него ничего не получится. Он рассказывал Сайрусу все, и в этом не было ничего плохого, но моя последняя новость не была темной или опасной. Я положил руку на свой все еще плоский живот и улыбнулся.

-У нас с Василием будет ребенок,- сказал я.

Визг Лифа, полный восторга, был настолько громким, что я почти оглох и тут же прибежал Сайрус.

-Ты слышал, папа-медведь? Мы станем дядями!

-Не забывай Пити,- сказал я, чувствуя себя защитником. Этого мальчика и так достаточно забыли в его жизни.

-Конечно, я не забываю Пити,- запротестовал Лиф. - Я просто имею в виду, что мы снова станем дядями! О, Ривер, ты должен позволить мне спланировать вечеринку! У нас могут быть мини-медвежьи лапки и кексы в виде котят...

Я почувствовал отвращение, когда Лиф нарисовал идеальное для Pinterest изображение вечеринки по случаю рождения ребенка. Я не был уверен, что мы будем делать, чтобы отпраздновать появление малыша, но, как бы я ни любил Лифа, я точно знал, чего мы не будем делать.

Однако мне не нужно было выяснять это прямо сейчас. И как бы я ни старался быть самостоятельным и не прятаться за альфу во всем, возможно, я бы позволил Василию сообщить Лифу, что мы не собираемся устраивать подобное.

Я был уверен, что он без колебаний примет эту пулю вместо меня, так же, как я приму настоящую пулю за него. Но, надеюсь, любые пули в нашем будущем будут скорее метафорическими, чем физическими. Мы начали наши отношения с достаточного взрыва, и, возможно, нам удастся мирно дожить до старости вместе.

Радость от того, что ситуация с братом прояснилась, была омрачена темными тучами. Мы не сможем по-настоящему расслабиться, пока не решим вопрос Пити и Станиславов.