Глава 9. Ривер

Переводчик: Ryjik144

Редакторы: Pozitivnoesolnce

В этом мире было не так много вещей, которые заставляли меня чувствовать себя словно кусочек зефира, залитый горячим шоколадом. Однако наблюдение за тем, как большие медведи Новак любят маленького щенка Василия, определенно входит в их число. Этот ребенок мог бы причинить кому-то вред, но они все равно бы обняли его, поцеловали и угостили шоколадкой за то, что он такой храбрый малыш.

Ну, с этой семьей есть хороший шанс, что они все равно сделали бы это, даже если бы не были так рады, что он был спасен от похищения.

Время близилось к девяти часам вечера, и Пити прилагал все усилия, чтобы не заснуть. Его голова продолжала покачиваться, как будто мышцы шеи не могли больше сопротивляться, и если он немедленно не ляжет, то просто упадет на пол, лицом вниз.

Было очевидно, что ни один из этих грозных гангстеров не осмелится отправить мальчика спать. Этих людей можно было сравнить с медведями, которые не обладают достаточной силой духа, чтобы сделать что-то подобное. Это явно была работа для кота.

Я проскользнул сквозь стену мускулов, волос и золота и выхватил сонного мальчика из рук его дяди Джоуи, чем заслужил хмурый взгляд.

-Малыш, готов поспорить, что уже очень поздно и тебе давно пора спать?

-О, пусть не ложится,- сказал Иван. - Это особый случай.

Одна из огромных рук Василия легла мне между лопаток. Она ощущалась как поддержка, а не как контроль.

-Нет, Ривер прав. Пити должен был уже спать час назад, а последние пару дней были для него очень напряженными.

Пити прижался головой к моей шее, и я крепко обнял его. Он был таким маленьким и хрупким, что я не мог не почувствовать свою ответственность за него. Я не знал, что бы я сделал, если бы мы не нашли его так быстро. Антонио мог привлечь меня к участию в войне гангстеров, но я бы, не задумываясь, встал рядом с Василием, даже если это означало стрелять по всему городу, лишь бы защитить это драгоценное создание.

Василий повел меня наверх.

-Сначала почисти зубы и сходи в ванную, сынок. Я приготовлю тебе пижаму.

Я позволил Пити соскользнуть на землю, но он схватил меня за руку, как только его ноги коснулись пола.

-Ты поможешь мне, милый котик?

-Конечно, малыш.

Одной рукой открыть тюбик зубной пасты было непросто, но я справился. Он чувствовал себя вполне уверенно, самостоятельно пользуясь туалетом - там не было окон - а затем, сонно потягиваясь, побрел в спальню, крепко держась за мою руку.

Василий подхватил его на руки.

-Пойдем, малыш. Время надеть пижаму.

Я стоял в дверях и улыбался, наблюдая за тем, как энергия Пити медленно, но верно покидала его. Василию пришлось приложить усилия, чтобы надеть на маленького мальчика одежду. Когда он укладывал Пити в постель, я не смог сдержать тихого вздоха.

-Спокойной ночи, Пити.

Это было ошибкой. Глаза Пити широко распахнулись, и он внезапно проснулся. Подойдя к краю кровати на четвереньках, он прыгнул прямо мне в руки. Мои кошачьи рефлексы спасли меня, и я сумел поймать его.

-Пожалуйста, не уходи! - умолял Пити. - Мне страшно. Этот плохой человек снова меня поймает.

Я погладил его по волосам, обменявшись с Василием взглядом, полным горя.

-Ты будешь в безопасности, малыш. Ты будешь спать со своим папочкой. Он никому не позволит причинить тебе вред. А я буду прямо по коридору.

-Не-е-ет,- заныл он. - Мне нужны симпатичная кошечка и папочка.

Василий пожал плечами.

-По крайней мере, пока не уснет?

Это не входило в мои планы. Я собирался помочь спасти Пити, убедиться, что он в безопасности со своей семьей, а затем навсегда попрощаться с ним и его отцом. Но я уже все испортил, когда сказал Пити, что останусь с ним на некоторое время.

Однако я еще не был готов расстаться с этим милым мальчиком. Даже на ночь. Особенно с ним, ведь он так крепко прижимался к моей груди. Его потребность во мне заставляла чувствовать, что у меня действительно есть место, где я нужен, где чувствую себя как дома.

И взгляд, который Василий бросал на меня, - эти мягкие глаза, задумчивая улыбка - не должны были вызывать у меня чувства безопасности. Он не должен был вызывать у меня никаких эмоций.

-Прошу тебя,- сказал Пити. - Пожалуйста, останься?

Василий не пришел мне на помощь, но и не давил. Он предложил побыть в комнате, пока Пити не уснет. Это было справедливо. Я вошел в комнату, и Василий закрыл за мной дверь.

-Я останусь,- сказал я Пете, но глаза мои были прикованы к Василию.

Поскольку Пити не отпускал меня, Василий откинул одеяло, и я лег с краю, положив Пити посередине.

-Ты тоже, папочка,- Пити протянул руку к Василию.

Василий первым снял рубашку и штаны, и я задался вопросом: неужели он спит в одних трусах каждую ночь? А может быть, он спит вообще голым? Он производил впечатление человека, который ведет активный образ жизни.

Нет, теперь, когда у него есть Пити, он, вероятно, надевает боксеры в постель.

Подождите-ка, а почему я вообще думаю о том, спит Василий голым или нет?

Кровать прогнулась, когда на противоположную сторону матраса приземлился большой медведь. Он был очень большим, и хотя мы с Пити были совсем маленькими, мы занимали лишь половину кровати. Вскоре стало ясно, что Василию потребуется больше места.

-Папа, ложись,- сонно потребовал Пити.

Василий сдался и сел рядом с мальчиком.

-А что если я просто посижу здесь и спою тебе песенку?

-Нет! Ложись, папа.

И тут мне пришла идея в голову.

-Пити, если ты меня отпустишь, я превращусь в кошечку, чтобы ты мог прижаться ко мне, а твой папочка мог бы поместиться на кровати. Как тебе такая идея?

-Урааа! Мой милый котик будет спать со мной.

Несмотря на то, что Василий уже несколько раз видел меня голым, сама идея раздеваться перед ним, в его спальне, в присутствии его сына, была для меня слишком интимной и сумасшедшей, поэтому я позволил одежде упасть на пол, выпутался из нее и прыгнул обратно в кровать.

Пити сразу же обнял меня, и хотя его объятия были немного сильными, я не собирался жаловаться. Василий подхватил нас обоих своими сильными руками и осторожно передвинул Пити ближе к краю, затем устроился рядом с ним, положив одну руку ему под голову, а другой, обхватив вокруг талии. Хватка Пити ослабла, когда он заснул, и я осторожно встал, чтобы найти более удобное положение.

-Я все равно скажу, что ты милый негодник, сладенькие щечки,- сонно пробормотал Василий.

Я насторожил уши и издал предупреждающий рык, что вызвало у него тихий смешок. Когда я начал засыпать, мне показалось, что я почувствовал успокаивающее прикосновение пальцев к моему меху, и если это действительно было так, то это волшебное прикосновение перенесло меня в мир сладких грез.

* * *

На следующее утро, когда я проснулся в кошачьем обличии, я томно потянулся. Мне было так тепло и комфортно. Мои когти вытянулись, когда я достиг предела своего растяжения, и я сонно разминал их на матрасе под собой.

Когда матрас застонал и дернулся, мои глаза распахнулись, и я, рыча, подпрыгнул на три фута в воздух. Мои мощные задние лапы впились во что-то одновременно твердое и мягкое. Оказалось, что я лежал на теплой, волосатой груди Василия, и теперь я смотрел прямо в его широко раскрытые, удивленные глаза.

В воздухе я понял, что сейчас приземлюсь на Пити, поэтому я извернулся вбок, как это может сделать только кот, и приземлился на лицо Василия. Он уже смеялся во весь голос, и когда мои кошачьи причиндалы приземлились ему в правый глаз, он начал хохотать по-настоящему.

Я поспешил от него скрыться так быстро, как только мог, и юркнул под кровать, на другую сторону, где прошлой ночью лежала моя одежда.

-Ой, сладкие щечки. Ты меня подловил своим последним прыжком. Не буду врать, у меня было несколько фантазий о том, как ты меня царапаешь, но это было не совсем так, как я себе это представлял.

Моя голова высунулась из-под матраса, пока я пытался натянуть боксеры.

-Василий! Ты не можешь говорить всякую ерунду в присутствии Пити.

Василий наклонился и взъерошил волосы мальчика.

-Бедный малыш. Он так сильно измотан.

И тут Пити открыл глаза.

-Папа? Я голоден.

Василий рассмеялся.

-Может, он не так уж и вымотался. Конечно, ты голоден, зайка. Тебе нужно много есть, чтобы вырасти большим и сильным, как папа и твои дяди.

Я застегнул штаны.

-Что плохого в том, чтобы быть маленьким и сильным?- я, возможно, был немного сварливым. Я не ожидал, что проснусь на груди Василия, и я определенно не ожидал, насколько мне это понравится.

Глаза Василия улыбнулись мне.

-Ничего, милые щечки,- он приподнял подбородок Пити. - Если ты окажешься маленьким и сильным, как твой милый котик, это было бы неплохо. Он может быть очень хитрым, и элемент неожиданности всегда помогает в сложных ситуациях.

О, как же мне было тяжело! Я не мог больше сердиться на этого человека. Удивительно, как он даже самые резкие мои слова мог превратить в комплименты!

Я натянул рубашку, а Василий подхватил Пити и направился к двери.

-Подожди,- сказал я. - Ты не собираешься надеть какую-нибудь одежду?

Он посмотрел на свою обнаженную грудь и боксеры.

-Что не так с тем, что я ношу? Мои братья видели меня и в худшем виде.

Мой взгляд упал на ярко-розовую отметину на его плече. Неужели я только вчера ее ему поставил? Казалось, что это было много лет назад, но серьезно, он собирался просто так разгуливать? Все увидят мою метку, если еще не видели.

Василий пересек комнату тремя широкими шагами и погладил меня по щеке.

-Я уже говорил тебе, Ривер. Я горжусь тем, что меня считают твоим. И хотя я тоже жажду оставить тебе свою метку, жажду, чтобы ты хотел меня так же сильно, как я хочу тебя, и гордился мной, я никогда не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь,- он подмигнул мне - это уже стало привычкой, и я с нетерпением ждал этого. У меня даже появилось легкое волнение в животе. - Но это не значит, что я собираюсь расслабиться и ждать тебя. Я использую все средства в своем арсенале, чтобы соблазнить тебя.

-Папочка, что значит соблазнять?

Я сделал шаг назад, чувствуя, как меня охватывает волнение от слов Василия и его присутствия.

-Это значит, что я пытаюсь убедить Ривера остаться с нами.

-Ура! Я хочу, чтобы Ривер остался! Можно я тоже соблазню Ривера, папочка?

Я еле сдерживался, чтобы не засмеяться, от панического выражения, промелькнувшего на лице Василия.

-Эээ... Я думаю, это работа папы, малыш. Но я уверен, Риверу понравится, если мы сделаем ему блины.

Пити вырвался из рук Василия, бросился к двери и распахнул ее. С криком он побежал по коридору:

-Мы соблазняем Ривера!

Я вытер слезы смеха с лица.

-О боже, у тебя такое лицо! Я думаю, это послужит тебе уроком, чтобы не заигрывать со мной на глазах у Пити.

В глазах Василия вспыхнул лукавый огонек.

-Может быть, но Пити сейчас здесь нет.

Мой смех стих через мгновение. Я отступил к стене, а Василий приблизился ко мне. Его руки уперлись в стену по обе стороны от моей головы, и он наклонился так, что наши взгляды встретились, а носы почти соприкоснулись.

-Ты хочешь меня, Ривер?

У меня внезапно пересохло во рту.

-Н-нет.

-Ты уверен?- Василий наклонил голову и приблизился еще на дюйм, словно собирался поцеловать меня. Мои глаза закрылись, а губы приоткрылись в предвкушении, мое сердце готово было выпрыгнуть из груди. Каково это - позволить альфе взять на себя управление хоть раз? И не просто любому альфе, а именно этому альфе.

Поцелуй, которого я так ждал, не состоялся, и я распахнул глаза. Василий все еще был близко, его глаза горели от желания.

-Что? У меня что-то в зубах?- моя рука метнулась ко рту.

Василий медленно покачал головой.

-Я же сказал, что не трону тебя, пока ты не попросишь. Я не отступлю от своего слова. Но если ты прикоснешься ко мне первым... это ведь как будто просишь, да?

Мой кот попытался прыгнуть в объятия Василия, но я сдержался в последний момент, просто немного подпрыгнув. Однако это крошечное движение не ускользнуло от внимания альфы. Его губы растянулись в усмешке, и он оттолкнулся от стены.

-Когда будешь готов, сладенькие щечки. Ты знаешь, где меня найти.

Я осел на пол, как только он скрылся в коридоре.

Я был готов позволить ему поцеловать меня. Я хотел, чтобы он поцеловал меня. Когда же это началось? И что это значило? Ведь поцелуи - это просто поцелуи, не так ли? Это не означает, что я связан с ним. Это не означает, что мы связаны.

Тьфу. От всех этих эмоциональных переживаний у меня заболел живот. Но разве было бы неправильно понять, к чему все это может привести?

Чем дольше я сидел, тем больше ощущал дискомфорт в желудке. Наконец, я заставил себя подняться и пойти позавтракать. Наверное, я просто голоден.

Василий, Джоуи и Пити пекли блины. Малыш испек для меня особые блины в виде Микки Мауса с большими ушами.

Когда я сел за стол, чтобы намазать блин маслом и полить сиропом, боль в животе стала утихать.

Василий поставил передо мной стакан апельсинового сока.

-Свежевыжатый.

Мой кот с наслаждением мурлыкал, чувствуя заботу нашего партнера. Мне пришлось откашляться, прежде чем заговорить.

-Спасибо.

А затем я отправил в рот блинчик.

Какого черта я тут делаю?

Пити улыбнулся мне, и это был мой ответ. По крайней мере, до тех пор, пока я не поднял глаза и не увидел, что Василий улыбается мне в ответ. У меня перехватило дыхание.

О, боже. Я оказался на опасной территории. Я мог бы сказать, что я был здесь только из-за Пити, но все знали поговорку о кошках и их любопытстве. Я был почти уверен, что мое любопытство станет причиной моей гибели или, по крайней мере, ограничения моей свободы.

* * *

В ту ночь мы с Пити уютно устроились в постели Василия и читали книгу, когда в комнату заглянул большой медведь.

-Эй, вы двое не будете против, если я ненадолго отъеду?

Я насторожился, но старался держать свое тело расслабленным, а тон легким ради Пити.

-Почему? Что-то происходит?

-Не беспокойся, все в порядке, я просто хочу забежать домой и взять немного сменной одежды для себя и Пити.

Я нахмурился.

-Ты уверен, что это хорошая идея? Мы не получили никаких известий от Станиславов, но мне трудно поверить, что они с легкостью примут нанесенный нами ущерб,- мне пришлось осторожно подбирать слова, учитывая, что рядом со мной были маленькие ушки. Я имел в виду, что если бы мы рассказали об убийстве сумасшедшей старушки, это могло бы привести к еще большему конфликту между двумя семьями. Однако мы не были уверены, как водитель все это объяснит. Я думал, он видел, как я убил старушку, но воспоминания - сложная штука. Дон Новак связался с доном Станиславом, но мы пока не получили никакой информации - ни положительной, ни отрицательной. Поэтому мы не знали, какую версию они отрабатывают.

-Со мной все будет в порядке,- Василий, одетый в кожаную куртку, пожал плечами. - Если вы с Пити почувствуете усталость, не ждите меня, ложитесь спать, хорошо?

Мне все равно это не понравилось, что, вероятно, отразилось на моем лице.

-Я возьму Джоуи с собой, хорошо?

-Возьми еще одного брата.

-Ты думаешь, что Джоуи не достаточно хорош?- поддразнил Василий. - Это потому, что он омега, да? Не думаю, что он может защитить...

Я бросил в него подушкой.

-Нет, глупец. Это потому, что безопасность в числе. А теперь убирайся отсюда, пока я не бросил в тебя что-нибудь, что может сломаться.

Василий послал мне воздушный поцелуй и тихо закрыл за собой дверь.

Примерно через пятнадцать минут после его ухода у меня заболел живот. Мне пришлось подвинуть Пити, чтобы положить еще одну подушку под спину.

Пити внимательно посмотрел на мое лицо, а затем еще раз пригляделся.

-Ты в порядке, Ривер?

-Я в порядке, малыш,- заверил я его, хотя мой желудок урчал, как и перед завтраком. Но мы ведь недавно устроили большой семейный ужин со стейком и картошкой, так что я не мог быть голоден.

Пити, поверив моим словам, вернулся к книге и начал медленно читать ее мне. Его голос звучал так уверенно и ясно, что я не мог понять, действительно ли он читает или же он выучил текст наизусть.

Хуу... Глубокий вдох. Теперь я начал чувствовать легкую тошноту. Может, это пищевое отравление? Я мог бы спросить у остальных, так как мы все ели одно и то же. Но хуу... для этого нужно было бы встать, а это сейчас казалось мне непосильной задачей.

Однако волна тошноты едва не заставила меня вырвать на одеяло, вынудив меня вскочить с кровати.

-Ривер?- голос Пити дрогнул.

Я хотел успокоить его и сказать, чтобы он продолжал читать, но мне пришлось зажать рот рукой и побежать в ванную. Мои колени ударились о плитку, и прежде чем я успел поднять сиденье, меня вырвало ужином. О, боже! Боюсь, некоторое время я не смогу есть зеленую фасоль.

Все просто хлынуло из меня, и даже когда я думал, что у меня ничего не осталось, я все еще цеплялся за унитаз, судорожно кашляя. Пот стекал по моему лицу, а резкий запах желчи усиливал тошноту. Я нажал на ручку, чтобы смыть воду в туалете, и у меня даже не было сил, чтобы испытать отвращение к струям воды, которые обрушились на мое лицо, когда отходы закружились в сливе.

-Ривер?

Я узнал этот голос, но был слишком не в себе, чтобы вспомнить его обладателя. Миша опустился на колени рядом со мной и протянул мне мокрую мочалку.

-Пити меня позвал. Что с тобой?

-Что-то... я съел... - пропыхтел я. - Или, может быть... грипп.

-Я попрошу кого-нибудь из ребят пока забрать Пити на время. Мы не хотим рисковать и подвергать его опасности, вдруг он заразится, если это грипп. А тебя уложим в кровать Василия, где тебе будет удобно.

Я устало кивнул, и Миша исчез на несколько минут. Я слышал, как он разговаривал с Пити, а затем наступила тишина.

Когда я услышал шаги в коридоре, я подумал, что это он.

-Миша... Я не думаю, что смогу дойти до спальни...

-Сладкие щечки,- голос Василия звучал слишком спокойно, что выдавало его беспокойство. - Что случилось? Меня не было всего час.

-Заболел.

Василий подхватил меня на руки и усадил на край ванны.

-Ну, это очевидно. Где Пити?

-С Борисом,- сказал Миша. - Я собирался положить Ривера в твою кровать.

-Я могу это сделать сам,- сказал Василий. - Ты не против, если я тебя понесу, Ривер?

Я кивнул. Когда он встал, мой желудок снова сжался, но я не мог понять почему, ведь чувствовал себя совершенно опустошенным.

-Грипп,- пробормотал я. - Или плохая еда...

-У Бориса будет истерика, если он услышит, как ты так оскорбляешь его стейки. Но я не думаю, что дело в еде, иначе мы все бы заболели.

Я тоже думал об этом раньше.

Василий уложил меня в свою кровать.

-Не возражаешь, если я тебя переодену, сладенькие щечки? Я не пытаюсь приставать, просто твоя рубашка испачкана.

Я поднял руки как можно выше, чтобы выразить свое одобрение. Василий аккуратно снял с меня рубашку и затем, используя мочалку, тщательно вытер мое лицо и шею. Однако от его ласковых прикосновений я невольно вздрогнул.

-Я принесу тебе рубашку, если ты не думаешь, что тебе будет лучше перекинуться?

Это была неплохая идея. Я потянулся к этому внутреннему ощущению себя, чтобы активировать свое перевоплощение, но ничего не произошло. Я даже не мог почувствовать удовольствие моего кота от близости Василия, а он был чрезвычайно громким каждый раз до этого. Я понял, что произошедшее со мной действительно истощило все мои силы.

Однако, когда я лег, тошнота начала отступать. Это было удивительно. Она возникла так внезапно и, казалось, исчезала с той же скоростью.

Василий надел на меня свою огромную рубашку, которая была мне велика, с такой же нежностью, как и снял предыдущую. Закончив, он на мгновение замер, его нос задержался у моей шеи.

-Черт, сладкие щечки. Если бы ты был в полном порядке, ты бы, наверное, ударил меня за эти слова, но мне нравится видеть тебя, закутанным в мою рубашку и окруженным моим запахом.

Он сделал глубокий вдох и внезапно замер.

-Что случилось?- спросил я. - От меня все еще пахнет рвотой?

Василий покачал головой и положил меня на подушку.

-Помнишь, я говорил тебе, что презерватив нам не поможет, потому что мы - истинная пара?

Я закатил глаза.

-А я говорил, что принимаю, и блокаторы течки, и блокаторы запахов.

-Ну... мне неприятно это говорить, но... мне кажется, ты беременный?

Меня пронзила волна адреналина, и я резко выпрямился, схватившись за рубашку Василия, чтобы удержать равновесие.

-Что?